Записки Императорского двора

      — За государственную измену госпожа Кан ЛаМао приговаривается к смертной казни, — нанося раны подобно самому острому ножу, прозвучал приговор, от которого внутри Мао Мао все рухнуло.       Она как всегда влезла туда, куда не стоило и вылечила не того человека. Она исполняла свой долг фармацевта, не зная всех деталей, но этого достаточно для вынесения смертного приговора.       Мао Мао тяжело сглотнула. Она не хотела умирать так рано, ведь не успела изучить так много вещей в этом мире!       Однако…              Она помнила о давней просьбе, сказанной когда-то Джинши. Если настанет тот день, когда её прикажут казнить, то нужно сделать это с помощью яда.

***

             Мао Мао сидела в углу своей комнаты, где её заперли до дня казни. Она была уверена, что Джинши навестить её. Она также знала, что он её не бросит и попытается что-то сделать. Но Джинши было подвластно далеко не все, даже если он воспользуется своим высоким социальным статусом. В конце концов доказательства её поступка лежали на поверхности, и их никак не скрыть.       Мао Мао тяжело вздохнула, поджав по себя ноги. Она крутила в руках шпильку, некогда подаренную Джинши. О, как она хотела, чтобы он пришёл прямо сейчас!       Конечно, ей было страшно — ведь как же иначе? Возможно, старик-стратег и устроит скандал… Но Мао Мао не надеялась, что это поможет.       Она не была уверена и в том, что её план с ядом сработает. Последствия могут быть самыми неожиданными, но она не видела для себя другой возможности выжить.       Джинши вскоре пришёл, тихо шагая по направлению к ней. Мао Мао подняла голову, ощущая, как в её сердце расцветает надежда на спасение. И вместе с этим сожаление рвало душу острыми когтями.       Даже если её план удастся, то они больше никогда не увидятся… Пару лет назад она и представить себе не могла, что будет переживать из-за разлуки с павлином.       Горечь от этой мысли обжигала внутренности хуже любого яда.       — Господин, — произнесла Мао Мао, спрятав шпильку в рукавах одежды. Джинши мгновенно оказался рядом и крепко прижал её к себе. Девушка выдохнула, прикрыв глаза.       — Мы что-нибудь придумаем, — сказал он, и в его голосе звучала та же горечь, — Я не позволю им тебя убить.       Мао Мао закусила губу. От его слов становилось ещё горче. Невыносимое чувство.       Аптекарша редко плакала. Даже в детстве, рано поняв, что слезы ничем не помогают. Она осознавала это и сейчас. Но от чего же тогда Мао Мао с таким трудом сдерживала эти самые слезы?       — У меня есть план, господин, — сказала она, неуверенно отстраняясь, — Но без вашей помощи я не справлюсь. Помните ли вы о эликсире воскрешения?       Джинши вздрогнул. Конечно же, он не мог забыть об этом.       — Да.       — Я хочу им воспользоваться. Это единственный шанс, — Лунный принц отвернулся, глядя на решётки маленького окошка комнаты.              Оставить все… Нужна ли ей такая жизнь?       Мао Мао едва заметно покачала головой. Нужна. Ведь многое в мире медицины так и осталось без её внимания. Она не могла так просто умереть.       Джинши вновь посмотрел на нее. Мягко провёл кончиками пальцев по её щеке, и Мао Мао приблизилась навстречу к нему. Он наклонился ближе и легким, почти невесомым движением коснулся её губ, а пальцы его другой руки крепко сжимали собственные одежды.       В этот поцелуй было вложенно столько тоски и боли, что Мао Мао казалось, будто она и вправду может задохнуться от этого.       Может быть, дело в том, что она испытывала то же самое.       — Хорошо, — наконец сказал Джинши, — Но, Мао Мао, поверь мне, я сделаю все для того, чтобы в будущем ты смогла вернуться.       Она низко склонилась в знак глубокой благодарности. Будущее было туманно и неизведанно. Как знать… Может, если она и вправду выживет, то сможет вернуться в столицу. Но разлука их в любом случае будет долгой и тяжелой.             — Благодарю вас, господин, — тихо ответила Мао Мао, пряча боль за маской вежливости.

***

      Ее приговорили к смерти при помощи яда. Мао Мао стояла перед толпой, принимая свою судьбу. Она нашла глазами Джинши, который присутствовал на этих событиях. Девушка встретилась с ним глазами, и они смотрели друг на друга дольше дозволенного.              В этом жесте были выражены все их чувства. И единственная возможность попрощаться.       Сердце Мао Мао пропустило удар, губы сомкнулись на склянке с эликсиром воскрешения.       Кажется, в этот момент она впервые в своей жизни испытывала ненависть к ядам.       Горечь обожгла язык, а сознание постепенно начало погружаться в непроглядную тьму. Все будут верить, что в этот миг она умерла.       

***

      Джинши исполнил ее просьбу, и Мао Мао отправилась в дальнюю провинцию под другими документами. В ближайшее время ей не нужно привлекать к себе лишнее внимание, пока вся эта ситуация в столице не уляжется окончательно. А потом… Время покажет.       Ее возвращение к жизни после применения эликсира прошло хорошо, пусть и чувствительность одной руки частично утеряна. Но она осталась жива.       Мао Мао покачала головой. Пустота в её душе, казалось, была огромна и ничего не могло заглушить её. Никакие лекарства и травы.       Она тяжело вздохнула и посмотрела на Луну. Да… Без этого павлина и правда тяжело на душе. Она хотела бы, чтобы прямо сейчас он оказался рядом с ней и улыбнулся своей ослепительной улыбкой.       К её сожалению, это невозможно.       «Ну, он хотя бы знает, где меня искать.»       Мао Мао не позволяла себе потерять надежду, ведь без неё невозможно жить дальше.