Сумерки. Забытая история.

Дни после отъезда Калленов тянулись медленно и мучительно. Элизабет продолжала проводить время с отцом и Лиамом иногда гуляла с Эмбри. К Билли она так и не отважилась съездить. Хуже всего было видеть Беллу. Она словно тень бродила по дому, не проявляя ни малейшего интереса к жизни. Её комната превратилась в подобие склепа. Элизабет пыталась хоть как-то расшевелить её. Приносила книги, пыталась уговорить пойти погулять, затаскивала на просмотр фильмов. Но Белла оставалась безучастной, словно в кокон замурованная в своем горе. Чарли ходил сам не свой, не зная, как помочь дочери. Он варил супы, пытался поговорить, но все было тщетно. Элизабет понимала, что Белле нужна профессиональная помощь, но она знала, что Белла ни за что не согласится. Однажды, когда Элизабет в очередной раз пыталась уговорить Беллу выйти из комнаты, та сорвалась. — Оставь меня в покое! — закричала она, швырнув в стену подушку. — Я хочу быть одна! — Белла, ты же разрушаешь себя! — ответила Элизабет, стараясь говорить спокойно. — Ты не можешь просто так сдаться! — А что мне еще делать? — Белла заплакала, закрыв лицо руками. — Он ушел! Он бросил меня! Элизабет села рядом с ней на кровать и обняла ее. — Я знаю, что тебе больно. Но это не конец света. Ты сильная, Белла. Ты справишься. Белла отстранилась и посмотрела на нее с вызовом. — Откуда тебе знать? Ты никогда не любила так, как я! Элизабет сглотнула, стараясь не выдать своих истинных чувств. Она знала, что Белле сейчас очень плохо, и не хотела добавлять ей боли своими признаниями. — Может быть, и нет. Но я знаю, что такое терять. И знаю, что можно это пережить. —Ты не представляешь, какое это безумие. — Белла вытерла глаза тыльной стороной ладони и отвернулась к окну, словно там можно было найти ответы. — Будто часть меня вырвали и выбросили. Я чувствую дыру, Лиз, просто черную дыру внутри. Элизабет крепче сжала ее руку. — Я не могу знать, как это, но я вижу, как тебе плохо, и это разбивает мне сердце. Ты не одна, Белла. У тебя есть я, у тебя есть отец… —Все это не то! — вскрикнула Белла. — Это не заполняет эту дыру! Просто уйди и оставь меня в покое. После этого Блэквуд ушла. Элизабет вышла из комнаты Беллы, чувствуя себя разбитой. Она хотела помочь, но, казалось, лишь усугубляла ситуацию. «Что мне делать?» – мысленно спрашивала она себя. Она чувствовала себя совершенно беспомощной. Вернувшись домой, она застала отца за процессом выливания крови из донорского пакета в стакан. Эта картина не напугала девушку, она уже привыкла к этому. —Пап, мне нужен совет. – девушка подошла к отцу. —Да, малышка. Для тебя всё что угодно. – мужчина отпил из стакана. —У Беллы хандра после уезда Калленов. Я не могу её растормошить, а она просит оставить её в покое. Что мне делать? —Так оставь её в покое? – непринуждённо говорит Даниэль. —Вспомни всё, что она делала по отношению к тебе. Она достойна чтобы ты возилась с ней? Мужчине не нравилось, что его дочь пытается вытянуть человека, который не ценит её старания.  —Может ты и прав. —Не может, а прав. – мужчина обнял дочь. —Милая послушай, если она захочет справится, а если нет, то и ты ей не сможешь помочь. Не трать себя на неё. Лучше съезди в резервацию и поговори с Блэком и Адли.  Было пасмурно, когда Элизабет добралась до дома Билли Блэка. Выдохнув, девушка постучала в дверь. Билли встретил её на пороге отъехав в сторону пропуская гостью в дом. —Здравствуй Элизабет. Что тебя привело? —Я хотела с вами поговорить как со старейшинами. —Я слушаю тебя. —У меня есть дар. Иногда я вижу духов или призраков, точно не знаю. И я подумала раз квилеты воины духа и по легендам это связано с душами, то может вы мне сможете помочь научится контроль этого дара? Билли на мгновение замолчал, внимательно изучая лицо Элизабет. Его глаза, обычно полные мудрости и спокойствия, сейчас казались немного встревоженными. — Дар, говоришь? Видеть духов? — медленно произнес он, обдумывая каждое слово. — Это… необычно. Не припомню, чтобы у кого-то из племени Квилетов был подобный дар. Но легенды говорят о многом. Нам нужно собрать совет. Я с тобой свяжусь, когда мы примем решение. —Хорошо. Спасибо большое. Ничего не оставалось делать, кроме того, как написать отцу с просьбой забрать её. Путь к границе территорий оборотней и вампиров проходил через лесные дорожки. Редкие капли начали попадать на Элизабет. К моменту прибытия к машине она полностью промокла. В машине сидел Даниэль, который выглядел не лучше. Мокрый, взъерошенные волосы и кровавый пятна на белой рубашке. Элизабет устроилась на переднем сиденье машины, обессиленная и пропитанная влагой лесного дождя. Даниэль, заметив её подавленное состояние, перевел взгляд на дочь, и в его глазах отразилась искренняя забота. —Как всё прошло, Солнце?    — Ничего особенного, просто… — Элизабет тяжело вздохнула, — Билли сказал, что я должна ждать. Да и, кажется, никто не понимает, что происходит со мной. — А ты сама понимаешь? — поддразнил Даниэль, но его тон был мягким. —Ну не грусти. Хочешь как в детстве? Девушка встрепенулась, в её глазах читалось сомнение. Элизабет почувствовала, как в её сердце начинают всплывать воспоминания о беззаботном детстве. Она вспомнила, как они с отцом в дождь радостно бегали, прыгали по лужам, смеясь и забывая о тревогах. — Я не знаю, пап, — с трудом произнесла она. — Это не совсем то время для игр, не так ли? Но Даниэль, не обращая внимания на её сомнения, уже выскакивал из машины, расправляя руки, будто призывая дождь присоединиться к ним. В его глазах заиграла искорка веселья, и Элизабет, глядя на него, вдруг осознала, как сильно ей хотелось снова почувствовать радость, пусть и на мгновение. Она колебалась, но потом, поддавшись импульсу, распахнула дверцу и выскочила в дождь. Капли холодной воды шлепались о её кожу, но в момент, когда она начала прыгать по лужам рядом с Даниэлем, неприятные мысли отступили на второй план. — Вперед, Солнце! — закричал он, хохоча, и Элизабет не смогла удержаться от смеха. Она прыгнула в очередную лужу, и в ответ на брызги воды, отец раскатисто зарычал, как будто это была настоящая битва. Они проводили время, как в детстве, когда их сердца были легки, и на них не давила тяжесть мира. Элизабет позабыла о Белле и своих собственных переживаниях, просто наслаждаясь моментом. — Знаешь, — сказала она, запыхавшись от смеха, — это на самом деле освобождает! — Вот именно! — ответил Даниэль, обмахиваясь от капель воды. — Жизнь не всегда заключается только в заботах, иногда нужно просто быть здесь и сейчас. Элизабет остановилась на мгновение, глядя на отца. Иногда, даже в самой глубокой грусти, можно найти луч света, если завернуться в заботу и любовь к тем, кто рядом. Они продолжили играть, забыв о времени и о том, что землю накрывают новогодние тучи, оставив позади боли и тревоги. В конечном счете, это был их маленький тайный мир, где ни Белла, ни Каллены не могли приблизиться к ним. Блэквуды вернулись к машине, всё ещё смеясь, и Элизабет чувствовала себя обновленной. Ночь прошла спокойно, без снов. Утро встретило Элизабет мягкими поглаживаниями по голове. Она не сразу поняла, что это не сон. Открыв глаза, она увидела отца. Даниэль сидел на краю её кровати, его пальцы нежно вплетались в её волосы. —Милая, просыпайся, а то школу проспишь.    Элизабет проснулась, чувствуя тепло отцовских пальцев в своих волосах. Ванна, завтрак и вот на Элизабет красовался новый образ. Бордовый вязаный свитер, уютный и теплый, плотно облегал плечи Элизабет, а V-образный вырез приоткрывал краешек белоснежной водолазки, словно намекая на скрытую под мягкостью бронь. Короткая черная юбка, вызывающе дерзкая, асимметричной драпировкой играла с каждым ее движением, открывая стройные ноги, облаченные в строгие черные колготки. Тяжелые ботинки на шнуровке, словно якоря, уверенно держали ее на земле, в то время как серебряный цветок на тонкой цепочке у шеи, казалось, ловил последние лучи ускользающего дня, напоминая о хрупкости и красоте, живущих в ней вопреки всему. Вся одежда дышала одновременно уютом и бунтом, словно отражая двойственность ее натуры: нежность и сталь, уязвимость и решимость. Даниэль отвез дочь в школу и умчался на работу. У входа в школу девушку же поджидал Лиам. —Утречко, Бет. – его голос звучал как мед, густой и сладкий, но с горьковатым послевкусием. — Выглядишь… впечатляюще. —Спасибо. Твой свитер тоже ничего. Так что у нас первым? —Эээ… – парень отвёл взгляд в верхний левый угол, визуально вспоминая листок с расписанием. — Испанский. Элизабет закатила глаза, но в улыбке не смогла удержаться. —Как всегда, твой гениальный мозг выдает нам испанскую инквизицию с утра пораньше. Ладно, веди. Они двинулись по коридору, болтая ни о чём и обо всём сразу. Лиам рассказывал о вчерашней тренировке, а Элизабет машинально слушала, краем глаза наблюдая за снующими вокруг учениками. Её мысли по-прежнему были где-то далеко, но присутствие Лиама действовало успокаивающе. С ним она могла расслабиться и просто быть собой. Никаких предрассудков, никаких ожиданий. В кабинете испанского их ждала неугомонная сеньора Родригес, щебечущая на смеси испанского и английского. Элизабет подавила зевок, вспоминая бессонную ночь. Лиам, заметив ее усталость, легонько толкнул ее локтем в бок и прошептал. —Держись, Бет. После этого у нас история, там можно поспать. Элизабет благодарно улыбнулась ему. Он всегда знал, когда ей нужна была поддержка. Урок тянулся мучительно долго. Элизабет с трудом концентрировалась на спряжениях глаголов и правилах произношения. Её взгляд то и дело ускользал к окну, за которым серые тучи натягивали над городом унылую пелену. После звонка они вывалились из кабинета, словно выпущенные на свободу птицы. —Ну что, жива? — поинтересовался Лиам, закидывая рюкзак на плечо. —Почти. — ответила Элизабет, потягиваясь. — Спасибо, что не дал мне уснуть прямо на парте. Лиам усмехнулся и потрепал ее по волосам. —Всегда пожалуйста, Бет. В таком темпе прошло уроки до обеда. Столовая кишела подростками. Столик Калленов никто не занимал, как будто они вот-вот войдут и займут свое место. Элизабет с подносом уселась на свободный стол возле окна. Быстрые сборы в школу заставили её забыть свой перекус на столе. Громко на место возле Блэквуд опустился поднос седой, а затем и сам Лиам. Он как магнит притянул к себя парней из футбольной команды и девушек из группы поддержки. Смех, шутки и громкие разговоры мгновенно заполнили пространство вокруг них. Дэрек, словно хищник, почуявший слабость, уловил подавленное состояние Элизабет. Раздавив внутреннюю борьбу, он триумфально подсел к их столику. Его белозубая улыбка, отточенная до совершенства перед зеркалом, была направлена исключительно на Блэквуд, полностью игнорируя окружение. Он был уверен, что скоро заполучит её внимание. Девушки обычно таяли перед его обаянием, а Элизабет, хоть и казалась неприступной крепостью, в глубине души наверняка мечтала о таком парне, как он. – Привет, Блэквуд, – промурлыкал Дерек, его голос был низким и бархатным, словно утренний джаз. – Слышал, ты вчера допоздна корпела над химией. Нужна помощь гения? Элизабет вздрогнула от неожиданности, оторвавшись от мрачных мыслей. Дерек никогда раньше не проявлял к ней интереса, и его внезапное появление показалось ей странным. Лиам, до этого оживленно обсуждавший с товарищами по команде грядущую игру, мгновенно замолчал. Его обычно лучистые глаза потускнели, и на лице промелькнула тень. Он демонстративно отодвинул свой поднос, словно пытаясь создать физический барьер между Дереком и Элизабет. – Решил проявить заботу, капитан? Внезапное прозрение? – съязвил Лиам, его слова были прикрыты дружелюбным тоном, но пропитаны ядом. Дерек не обратил на него внимания. Элизабет была его целью. – Ну, знаешь ли, говорят, с красивыми девушками нужно поддерживать связь. А ты, Блэквуд, определенно заслуживаешь внимания, – проворковал капитан, наклоняясь ближе. – Может, после школы сходим в кафе? Обсудим строение атома, ну или что-нибудь более интересное. Лиам фыркнул, прикрыв этот звук кашлем. – Странно, я думал, у тебя игры с атомами только на поле происходят. Замена химии на тактику? Оригинальный ход, - в голосе прозвучала саркастичная нотка. Дерек бросил на Лиама короткий, оценивающий взгляд. Он понимал, что этот недотепа пытается его задеть, но не собирался реагировать. Доказывать что-то этому лузеру было ниже его достоинства. Элизабет будет его. Он почуствовал её податливость, и понимал, что Лиама здесь быть не должно. Сейчас он разрушит их связь. – Не знал, что ты так переживаешь за Элизабет. Уже ревнуешь, дружище? – Дерек усмехнулся, подчеркивая последнее слово. Лиам резко выдохнул, его лицо покраснело. – Просто не люблю, когда к моим друзьям подкатывают лицемерные типы, – прошипел он, стараясь сохранять спокойствие. – Ой, да брось, Лиам. Ты же знаешь, я всегда честен в своих намерениях, – Дерек подмигнул Элизабет, словно между ними уже существовала тайная связь. Лиам сжал кулаки под столом, его костяшки побелели. Он чувствовал, как внутри нарастает ярость, но старался сдерживаться. Он не хотел устраивать сцену, но видеть, как этот самовлюбленный индюк окучивает Элизабет, было выше его сил. – Просто оставь ее в покое, Дерек. – прорычал Лиам, его голос был полон угрозы. – А то что? – Дерек поднял бровь, насмешливо глядя на Лиама. – Что ты мне сделаешь, сладенький? Элизабет, чувствуя себя марионеткой в чужой игре, попыталась вмешаться. – Парни, может, хватит? –попросила она. Она чувствовала, как тяжелый взгляд капитана команды впивается в неё. Дерек проигнорировал её, продолжая сверлить Лиама вызывающим взглядом. Атмосфера за столом стала настолько напряженной, что, казалось, вот-вот взорвется. Элизабет, ощущая себя невидимой и бессильной куклой в чужом представлении, вдруг почувствовала ярость, проснувшуюся в самой глубине её души. Довольно! Хватит с неё этого балагана. Внезапно она хлопнула ладонью по столу так, что подносы подпрыгнули, и повисла оглушительная тишина. Все из столовой обернулись на их столик. Лиам и Дерек, удивленные её вспышкой, застыли, как вкопанные, уставившись на неё. – Тихо! Заткнулись оба! – выплюнула Элизабет, глядя на них с неприкрытой злостью. Она редко повышала голос, но сейчас гнев переполнял её. – Я не понимаю, что вы здесь устроили, но мне это абсолютно не нравится. Она перевела взгляд на Дерека, прожигая его глазами. – Дерек, я ясно дала понять, что сейчас не хочу ни с кем встречаться. Не имеет значения, кто ты – капитан футбольной команды, король школы или кто-либо еще. Моё "нет" означает "нет". Уяснил? И твои попытки надавить на меня или заставить почувствовать себя обязанной тобой не сработают. Так что оставь меня в покое. В глазах Дерека промелькнуло удивление, смешанное с раздражением. Он привык получать то, что хотел, и отказ от Элизабет явно задел его самолюбие. Но он молчал, ошеломленный её внезапной смелостью. Затем Элизабет повернулась к Лиаму, её взгляд стал мягче, но не менее твердым. – Лиам, я ценю твою поддержку, ты мой лучший друг. Но я не нуждаюсь в твоих рыцарских подвигах. Ты не должен вступать в драку за меня каждый раз, когда кто-то проявляет ко мне интерес. Я способна сама за себя постоять. И, прошу тебя, хватит этой пассивной агрессии. Это раздражает. Если ты что-то чувствуешь – скажи прямо. Она вздохнула, пытаясь унять дрожь в голосе. – Вы оба, – она обвела их взглядом, – ведете себя как дети. Мне нужно немного тишины и покоя. Если вы не можете этого обеспечить, пожалуйста, исчезните. Затем она встала, взяла свой поднос и, не говоря ни слова, направилась к другому столику, подальше от этой напряженной и нелепой ситуации. Она чувствовала на себе взгляды обоих парней, но не обернулась. Пусть теперь сами разбираются со своими чувствами и амбициями. Она же просто хотела спокойно пообедать. Элизабет не успела сделать и пары шагов, как её рука оказалась в крепкой хватке. Дерек, его глаза сверкали смесью гнева и восхищения, резко потянул её к себе. Его дыхание горячим шквалом обрушилось на её лицо. Лиам, мгновенно сорвавшись с места, уже был готов вмешаться, но что-то в выражении лица Элизабет остановило его. Она не испугалась. Наоборот, её глаза загорелись неведомой доселе решимостью. — Ты думаешь, можешь просто уйти? — прошипел Дерек, его голос был низким. Притягивая её ближе, он заставил её почувствовать, как горячее его тело давит на её. — Ты не понимаешь, кому отказала, Блэквуд. Элизабет, вместо того чтобы отстраниться, привстала на цыпочки, её губы оказались в сантиметре от его. В её глазах танцевали искры бесстрашия. — А ты думаешь, что можешь заставить? — прошептала она, её голос дрожал, но не от страха, а от чего-то другого, более глубокого и тёмного. Дерек замер, его губы слегка приоткрылись, словно он готов был сказать что-то, но его перебил Лиам. — Отпусти её, Дерек, — его голос был твёрд, но в нём явно слышалось напряжение. Он стоял в шаге от них, его кулаки были сжаты, а тело напряжено, как пружина. Лиам, всё ещё стоявший рядом, чувствовал, как напряжение в воздухе становится невыносимым. Он знал, что это только начало чего-то большего, и готов был вступить в любую игру, если это потребуется.