Разбитые души

      — Что… Я… — заикаясь, пробормотал Гарри, не находя слов. Он не мог поверить, что его крестный и Ремус успешно выследили его. — Джейкоб? — спросил он, глядя на своих дочерей, будущую подругу, которая пристально смотрела на Сириуса и Ремуса.       Глаза Джейкоба метнулись к маленькому мальчику, и он кивнул головой.       — Простите, что прерываю ваш праздник, но я нашел этих двоих, шныряющих около вашего дома. Я патрулировал, когда наткнулся на них. Мы уже третий день чувствуем их запах.       Гарри попытался скрыть боль в глазах, когда посмотрел на своего бывшего крестного.       — Идите домой и забудьте, что вы меня нашли.       Эдвард еще крепче обнял свою пару и зарычал на незваных гостей. Его вампир жаждал разорвать двух мужчин, которые причинили его подруге столько боли. Несмотря на то, что сказал Гарри, он все еще глубоко любил Сириуса и Ремуса, но он никогда не сможет доверять им.       Глаза Ремуса сверкнули, и он зарычал на вампира, который обвился вокруг его милого щенка. Полнолуние было слишком близко, и Луни пытался взять себя под контроль. Человек в нем отметил, что вампир был парой Гарри. Он вспомнил Седрика Диггори с того времени, как тот учил его на шестом курсе. Седрик был очень умным, заботливым и трудолюбивым пуффендуйцем, и Ремус чувствовал себя плохо, когда мальчик не выбрался из лабиринта живым. Седрик был также мальчиком, из-за которого его щенок отправился в Азкабан за предполагаемое убийство. Он был ошеломлен, когда узнал, что пуффендуец был родственной душой его щенка и мужем. Он не понимал, что происходит, но независимо от того, кем он был когда-то, теперь он был вампиром, и его щенок оказался в ловушке у него в руках.       Эдвард обнажил клыки и оттолкнул свою пару назад, встав между ним и разозленным оборотнем. Он знал, что Гарри любит этого человека, но он разорвет ему горло, прежде чем тот приблизится к его паре или дочери. Оборотни и вампиры были естественными врагами.       Услышав рычание Эдварда, остальные Каллены ворвались в комнату и образовали защитный круг вокруг Гарри. Это был неправильный ход. Увидев, что еще шесть вампиров толпятся вокруг его щенка, Лунатик огрызнулся и взял полный контроль над телом. Он не мог полностью перекинуться без полной луны, но смог удлинить свои клыки и ногти, которые теперь напоминали короткие острые когти. Он также смог задействовать свою скорость и силу оборотня. С яростным рычанием он бросился на вампира, который стоял ближе всего к его щенку, Эдварду.       Эдвард ждал, когда волк двинется, он мог читать его, поэтому знал, что это произойдет. Северус также почувствовал, что происходит, поэтому он тоже был готов к атаке. Лунатик подпрыгнул в воздух на Эдварда, но был схвачен Снейпом сбоку. Луни зарычал, слюни капали из его рта. Годами ему приходилось играть с этим вампиром по-хорошему, но теперь у него появился шанс наконец-то позаботиться о нем. Извернувшись в воздухе, он обхватил грудь вампира своими сильными руками, сжимая ее изо всех сил, после чего торжествующе взвыл, услышав звук ломающихся костей.       Гарри в ужасе смотрел, как Ремус напал на его отца. Прежде чем Эдвард успел его остановить, Гарри бросился к двум существам, которые яростно нападали друг на друга. Как раз тогда, когда он собирался попытаться разнять их, он почувствовал, как сильные, теплые руки обвили его и, подняв высоко в воздух, унесли в безопасное место.       Эдвард не мог поверить, как быстро Гарри пробежал мимо него. Он был так занят мыслями волка, что не услышал Гарри. Его мертвое сердце подскочило к горлу, когда до него дошло, что его крошечный партнер попытался встать между дерущейся парой. Он знал, что не сможет добраться до Гарри, прежде чем тот получит серьезную травму. Как раз в момент, когда Гарри собирался встать между парой, Джейкоб быстро рванулся вперед и поднял Гарри вверх и в сторону от драки.       — Отпусти меня! — закричал Гарри, ударив Джейкоба в мускулистую грудь. Он должен был помочь отцу, он не мог его потерять.       — Успокойся, малыш. Если я тебя отпущу, тебе будет больно, — Джейкоб поморщился, когда Гарри удалось сильно ударить его в челюсть. Как бы ему ни было больно, Гарри, должно быть, сломал ему руку этим ударом.       — Пожалуйста, я не могу потерять отца, — отчаянно умолял Гарри.       — С ним все в порядке, они все под контролем, — сказал Эдвард, осторожно принимая своего мужа из рук оборотня. — Спасибо, Джейкоб, — Эдвард улыбнулся и кивнул оборотню. Если бы не быстрая реакция Джейкоба, Гарри мог бы серьезно пострадать или погибнуть.       Гарри развернулся в руках Эдварда, чтобы увидеть, что драка действительно закончилась. Люпин лежал на земле, оглушенный, закованный в цепи, а Сириус стоял на коленях рядом с ним. Аластор стоял над ними, держа их на прицеле палочки. Гарри вывернулся из рук Эдварда, когда увидел своего отца, согнувшись на коленях, с Биллом рядом с ним. Он мог сказать, что его отец ранен.       — Папа! — закричал он, бросаясь к раненому отцу.       Билл обнял сына и притянул его к себе.       — С ним все будет в порядке, Гарри. У него сломано четыре ребра, но поскольку он вампир, он поправится через несколько минут.       Гарри вытер слезы с глаз, позволяя Биллу утешить себя.       — Мне жаль! — воскликнул он, глядя на склоненную голову отца.       Северус стиснул зубы от боли в срастающихся ребрах и посмотрел на сына.       — Сынок, это не твоя вина, не смей брать на себя вину за его действия.       — Какого черта! Что за дела с этим отцом и сыном? — спросил Сириус, уставившись на Северуса.       Гарри вырвался из рук Билла и с криком схватил своего бывшего крестного.       — Это все твоя вина. Почему ты просто не мог оставить меня в покое, черт возьми? — Гарри слепо бил и пинал мужчину.       Билл встал, чтобы поднять Гарри, когда рука на его плече остановила его.       — Разве ему это не нужно? — тихо спросил Северус. С тех пор, как он выбрался из Азкабана, Гарри держал все в себе. Люди, которым он доверял больше всего в мире, предали и отвернулись от него. Вместо того, чтобы дать им всем то, что они заслуживали, Гарри тихо покинул волшебный мир. Чтобы Гарри действительно мог двигаться дальше и быть счастливым, ему нужно было отпустить всю боль, которую причинила ему его бывшая семья.       Сириус был слишком потрясен, чтобы сделать что-то еще, кроме как принять удары и пинки, которые наносил ему его щенок. Он заслужил это и даже больше после того, что сделал. Он просто хотел снова стать частью жизни своего щенка, он так сильно его любил. Его убивала мысль, что Гарри потемнел. Он был глуп, что поверил тому, что все говорили о Гарри. Он должен был прислушаться к своему сердцу, которое знало, что Гарри был хорошим и невиновен.       — Я тебя ненавижу! — закричал Гарри, продолжая пинать и бить Сириуса. — Как ты мог подумать, что я способен кого-то убить? Ты должен был любить меня безоговорочно. Мои родители доверили тебе растить меня и заботиться обо мне, — Гарри наконец устал, и удары и пинки стали медленнее. — Я продолжал говорить себе… Сириус придет… Сириус спасет меня. Несмотря на боль от того, что ты разорвал связь, я все еще верил, что ты придешь за мной, — Гарри отошел от Сириуса, дрожа и тяжело дыша. — Ты никогда не спрашивал меня, виновен ли я. Ты был должен мне так много уважения. Я доверял тебе, когда у меня не было на то причин. Я позволил тебе рассказать мне свою историю, когда я даже не знал тебя. Ты знал меня, Сириус. Ты знал, что я хороший ребенок, который никогда никому не причинит вреда. Ты решил отвернуться от меня и позволить мне гнить в Азкабане. Ты решил разорвать нашу связь, зная, что это навсегда причинит мне боль.       Гарри посмотрел на Сириуса, который открыто плакал.       — Теперь моя очередь сделать выбор. Я выбрал Северуса и Билла в качестве своих отцов. С сегодняшнего дня усыновление стало официальным. Я также решил не пускать тебя обратно в свою жизнь. Я люблю тебя, Сириус, но ты мне не нужен. Твоя любовь условна, а мне не нужна такая любовь. Все здесь любят меня безусловно, они моя настоящая семья.       Сириус начал качать головой.       — Нет, пожалуйста, щенок, не делай этого. Не поворачивайся ко мне спиной.       — Как я могу повернуться к тебе спиной, когда ты сделал это много месяцев назад? — Гарри выругался, когда почувствовал, как кровь хлынула из его носа. Он чувствовал боль своего бывшего крестного. — Я эмпат, Сириус, и я чувствую твою любовь ко мне. Я также знаю, как сильно ты страдаешь из-за того, что ты сделал со мной, — Гарри вздохнул, когда Эдвард взял его за руку, блокируя все эмоции Сириуса. — Но этого недостаточно. Я не хочу видеть тебя в своей жизни. Я никогда не смогу смотреть на тебя и не видеть твое лицо, искаженное ненавистью. Я всегда буду чувствовать боль, которую ты причинил мне, когда разорвал нашу связь.       — Пожалуйста, просто дай мне шанс, — умолял Сириус. — Я знаю, что не заслуживаю второго шанса, но, пожалуйста…       Гарри закрыл глаза и сделал глубокий вдох, пытаясь набраться сил, чтобы сделать это.       — Уходите, мистер Блэк. Вам и вашему партнеру здесь не рады. Вы прерываете мою вечеринку по случаю усыновления. Вы уже разрушили большую часть моей жизни, я не позволю вам испортить мне еще и этот день, — Гарри оглядел комнату, увидев лица людей, которые действительно заботились о нем. — Теперь у меня есть моя семья, моя настоящая семья.       Эдвард обнял своего партнера, пытаясь утешить его. Гарри умирал внутри, несмотря на то, что он говорил. Он хотел бы, чтобы был способ избавить его от боли. Гарри так много страдал, что ему это было не нужно. Он гордился своим маленьким партнером за то, что он защищался. У Сириуса были разбиты нос и губа.       Сириус упал на колени рядом со своим бессознательным партнером, плача. Он мог сказать, что потерял Гарри навсегда. Это было больно, но он не винил своего щенка за то, что он не хотел его в своей жизни. Он облажался и не заслуживал второго шанса. Черт, это был бы его третий шанс. Он бросил Гарри первым много лет назад, когда решил пойти за Питером, вместо того, чтобы остаться с малышом Гарри, когда он был нужен.       Гарри повернулся, вжимаясь в грудь Эдварда, и рыдал во весь голос. Было так больно говорить все это Сириусу, даже если это была правда.       Северус взял чашку и превратил ее в портключ, затем бросил к ногам Блэка.       — Это приведет вас в Дырявый котел. Если ты когда-нибудь заботился о моем сыне, ты забудешь, где он живет. Не возвращайся и не пиши ему сову. Пусть он сам решит, хочет ли он когда-нибудь дать тебе второй шанс.       Сириус медленно протянул руку и взял чашку. Взглянув на человека, которого он всегда ненавидел, он сказал.       — Позаботься о нем, — Сириус повернулся к Седрику. — Не знаю, как ты выжил, но я рад, что у моего крестника есть ты. Люби его и лелей, он заслуживает лучшего.       Гарри обернулся, чтобы посмотреть, как уходит его бывший крестный отец.       — Щенок, я выполню твое желание и не вернусь. Но я не сдамся, я всегда буду надеяться и молиться, чтобы ты дал мне еще один шанс. Даже если мне придется ждать сто лет, я всегда буду искать тебя. Я люблю тебя, Гарри, и я рад, что ты нашел свою семью, даже Снейпа, он будет хорошим отцом для тебя, — Сириус протянул руку, схватил руку Ремуса и положил ее на чашку. Сириус грустно улыбнулся своему щенку, а затем исчез.       Гарри вырвался из рук Эдварда и побежал к отцу, обнимая его. Северус обнял сына.       — Ты правильно поступил, сынок. Я знаю, это было тяжело, но ты сделал то, что должен был сделать. Я знаю, сейчас так не кажется, но когда-нибудь ты захочешь, чтобы Блэк вернулся в твою жизнь, — Северус надеялся, что этот день никогда не наступит, но он поддержит своего сына, если тот когда-нибудь решит дать мужчине еще один шанс.       — Можем ли мы, пожалуйста, просто устроить мою вечеринку? — спросил Гарри, уткнувшись лицом в грудь отца.       Северус усмехнулся.       — Не знаю, как вы все, но я умираю с голоду.       Все направились обратно в столовую, чтобы насладиться невероятной едой, которую приготовил Гарри. Гарри был уже почти у стола, когда обернулся.       — Джейкоб, — позвал он оборотня, который выходил из двери. Джейкоб остановился и с тоской посмотрел на Гарри. — Раз уж ты здесь, почему бы тебе не остаться на ужин?       Джейкоб улыбнулся маленькому мальчику.       — Ты уверен? Я не хочу мешать.       — Уверен. И, Джейк, спасибо, что остановил меня, — застенчиво сказал Гарри. Гарри согнул руку, которой он ударил Джейкоба, да, ему придется это осмотреть. Будь прокляты его слабые кости, и будь прокляты вампиры и оборотни за такие крепкие тела.

***

      Гарри лежал в кровати, положив голову на плечо Эдварда. Леора крепко спала в кроватке рядом с их кроватью.       — Гарри, я буду рядом, если ты когда-нибудь захочешь дать Сириусу еще один шанс, — весь последний час Гарри только и делал, что думал о том, что сказал его отец о том, чтобы дать Блэку еще один шанс.       — Он действительно причинил мне боль, — тихо сказал Гарри. — Почему я все еще люблю его? — грустно спросил он.       Эдвард перекатился на бок и подвинулся так, чтобы его голова оказалась на одном уровне с головой Гарри.       — Потому что твое сердце в пять раз больше, — усмехнулся он. — Но, если серьезно, Сириус был первым взрослым, кто полюбил тебя, а не то, кем ты был. Ты, никогда не знавший любви взрослого, привязался к нему. Он предложил тебе то, о чем ты всегда мечтал… Семью. Ты также знаешь, что Сириус отчаянно любит тебя.       Гарри лежал там и тихо плакал несколько минут, пока его партнер держал его на руках.       — Я пока не могу его простить, я не готов, — прошептал он.       Эдвард нежно поцеловал Гарри в губы.       — Это нормально. Ты можешь никогда не быть готов дать ему еще один шанс, и это тоже нормально.       Гарри вздохнул и поцеловал Эдварда в ответ.       — Ты займешься со мной любовью? — Гарри провел руками под рубашкой Эдварда, лаская его напряженный живот.       Эдвард застонал.       — Тебе никогда не нужно просить меня заняться с тобой любовью, — Эдвард обхватил щеку Гарри прохладной рукой, затем приблизил свои губы к его губам. Поцелуй был мягким и сладким, полным любви. Медленно Эдвард раздел своего партнера, нежно лаская и целуя кожу, когда она обнажилась.       Гарри застонал, когда Эдвард склонился к его телу, и ахнул, когда он начал покусывать внутреннюю часть его правого бедра, близко к паху. Медлительность Эдварда сделала его сверхчувствительным. Гарри почти потерял сознание, когда Эдвард обхватил губами его болезненно твердый член и начал медленно сосать его.       Эдвард хотел показать Гарри, как сильно он его любит, медленно, страстно занимаясь с ним любовью. Сириус был прав в одном: Гарри действительно заслуживал того, чтобы его лелеяли и любили. Когда он понял, что Гарри близок к окончанию, он достал свой член и направил его к тугому кольцу мышц. Подняв ноги Гарри к своей груди, он широко раздвинул их, обнажив вход. Продолжая медленно исследовать тело своего партнера, Эдвард нежно ласкал маленькую складочку, едва касаясь ее, но достаточно, чтобы Гарри выгнулся на кровати, крича.       — Мерлин, Эдвард, мне нужно больше! — закричал Гарри, пытаясь глубже насадиться на язык Эдварда. Он не думал, что когда-либо так отчаянно нуждался в Эдварде.       Эдвард усмехнулся. Ему нравилось видеть, как его партнер раскрепощается. Схватив смазку со стола у кровати, он щедро намазал ей палец, затем начал кружить им по дрожащему входу своего партнера. Очень медленно он погрузил палец в это восхитительное тепло.       Глаза Гарри закатились к затылку, когда он наконец почувствовал наполненность. Это был не член его партнера, но он все равно чувствовал себя прекрасно. Он не мог поверить, что Эдвард все еще двигался так безумно медленно. Он чувствовал, что он горит, как будто он вот-вот спонтанно воспламенится, и единственный способ потушить этот огонь — это глубоко засунуть член своего партнера в себя.       Клык Эдварда врезался в его нижнюю губу. Продолжать в таком медленном темпе становилось все труднее и труднее. Он просто хотел погрузиться в своего партнера и заявить на него права. Наконец, когда он почувствовал, что Гарри достаточно готов, он смазал свой член и медленно погрузился в своего партнера. Канал Гарри был таким горячим, что он чувствовал, как будто он обжигает его.       Гарри схватился за бедра Эдварда, пытаясь притянуть его сильнее и глубже.       — Пожалуйста, пожалуйста, ты мне нужен, Эдвард.       Эдвард зарычал и начал набирать темп, давая и Гарри и себе то, чего они хотели. Протянув руку между их телами, он схватил истекающий смазкой член своего партнера и начал его гладить.       Гарри был слишком далеко. Эдвард пронзал его простату с каждым толчком, заставляя его видеть звезды. Потребовалось всего два рывка его члена, прежде чем он излился между ними двумя.       Эдвард взревел, когда Гарри крепко сжал его член своим оргазмом. Одним сильным толчком он втолкнул свой член так глубоко, как только мог, а затем кончил. Это был самый интенсивный оргазм, который Эдвард когда-либо помнил.       Гарри обхватил Эдварда руками и ногами, заперев его.       — Не вытаскивай. Мне нужно чувствовать тебя в себе, — сонно умолял он.       Эдвард поправился так, чтобы лечь на бок, но он продолжал глубоко погружаться в своего партнера. Ему нравилось, что Гарри все еще был тесным и горячим вокруг него.       — Засыпай, любимый, я тебя держу, — Эдвард поцеловал висок своего мужа, засыпая.