𝟏𝟏. 𝐭𝐡𝐞𝐫𝐚𝐩𝐲
13 мая 2026 г., 01:06
Найтири, не отрываясь, смотрела на сообщение в телефоне.
«Ну да, я».
Дарси издевался над ней?
Мало того, что он не сказал ни слова за сегодняшнее утро, даже на простое «извини» ему не хватило духу, так еще и это? Да что это вообще значит?
Злость вперемешку с обидой, еще до конца не развеявшись со вчерашнего вечера, укоренялись все глубже и глубже. Еще не было семи утра, как Меченто уже получила звонок от отца с не самыми лестными высказываниями по поводу сложившейся ситуации и того, как Найтири его разочаровала. Она была уверена, что Алессия очень красноречиво пересказала ему события вчерашнего вечера, выставив сестру безответственным ребенком. Повезло еще, что не поступило заявления, что девушка обязана вернуться домой. Был бы отличный подарок на девятнадцатилетие.
Из раздумий Меченто вырвал голос представителя НССА.
— Все шестнадцать игроков прошли проверку, – ровным голосом произнес мужчина. — Запрещенных веществ не обнаружено. Команда “Змеи” допущена до участия в отборочных соревнованиях.
Вокруг послышались вздохи облегчения, кто-то даже хлопал рядом сидящих по плечам. Никто не хотел вылететь из сезона, и даже полная уверенность в том, что ты чист, не отменяла испытанного стресса.
Найтири мельком глянула на Сторма, и перед глазами всплыла та картина на кухне, когда он до смерти всех напугал. Это не меньше, чем чудо, что ему удалось пройти тест. Наверняка Дарси и Айс провели с ним немало времени, чтобы Хаверс не сорвался. Но это все равно никак не оправдывало Уильямса. Эта мысль дала рывок новому потоку эмоций, накрывшему девушку.
Когда тренер отпустил их, она молча отправилась на выход из стадиона, полностью проигнорировав Ириду, которая пыталась узнать, почему Найтири так злится. На разблокированном телефоне все еще было открыто это проклятое сообщение. Найтири хотелось наорать на Дарси, но в то же время больше никогда с ним не разговаривать.
Девушка подошла к своей машине и открыла заднюю дверь, чтобы повесить рубашку, все это время спасавшую ее от прохлады в спортзале. На глаза тут же бросился розовый поросенок, тихо покоившийся на заднем сиденье. Меченто задержала на нем взгляд, а затем закатила глаза.
— Тири! – послышался голос Дарси за спиной.
Он выбежал следом, опережая Змеев, медленно плетущихся со стадиона. Кто-то сразу остановился покурить, другие стали рядом, но только для того, чтоб не пропустить серию любимого сериала и, конечно же, обсудить все в реальном времени.
— Давай поговорим, – Дарси хмурился и щурился от солнца, но продолжал виновато смотреть на Найтири, совершенно не придумав никаких оправданий и красивых слов для извинений. — Да, я облажался, но послушай!
Найтири замерла на секунду, но оборачиваться не стала. Явился не запылился.
Продолжая делать вид, что она что-то ищет в своей спортивной сумке на заднем сидении, девушка с удушающим спокойствием ответила:
— Думаю, разговаривать нам абсолютно не о чем.
Дарси хлопнул себя по бедрам и на мгновение обернулся назад, тут же встречаясь с десятком пар глаз, уставившимся на них.
— Ну и не разговаривай, – снова обратившись к девушке, продолжил он, – но дай мне объясниться. Я знаю, что пообещал тебе, а потом кинул, как мудила последний.
— Ой, иди ты нахер! – не выдержала Найтири, схватила с заднего сидения мистера Свинтуса и швырнула его в Дарси со всей силы.
Не дожидаясь реакции, девушка быстро села за руль и завела машину.
— Блять, а он то тебе че сделал? – пробурчал себе под нос Дарси, сжимая в руках мягкую игрушку. Пока Найтири не сбежала, он посадил мистера Свинтуса на асфальт и поспешил встать напротив машины, уперся руками в капот. — Да, блять, прости меня! – Мотор взревел, колеса двинулись, Дарси сделал шаг назад, но не отступил. — Ладно! Можешь не прощать! Но я не пришел не потому, что хотел тебя подставить или испортить праздник, или типа того!
Ответа, как и ожидалось, не последовало. Найтири лишь продолжала аккуратно жать на газ, чтобы не переехать Уильямса, хотя ей очень того хотелось.
— Да харе выкаблучиваться!
Дарси продолжал стоять на своем, не позволяя ей уехать. Они смотрели друг другу в глаза, метая молнии, пока Найтири продолжала медленно напирать. Дарси уже прошел несколько метров, медленно приближаясь к выезду с парковки стадиона.
— Я могу все объяснить! Твоей сестре в том числе!
Найтири и слушать не хотела. Она закрыла окно и вжала педаль газа в пол. Дарси едва успел отскочить в сторону, машина проехалась задним колесом по пальцам ноги.
— Сука! У тебя колеса спущенны! – бросил он вслед удаляющемуся автомобилю, запустив пальцы в волосы.
На что он только надеялся? Что Найтири выслушает его и простит? Наверняка вчера сильно опозорилась перед семейством. И все из-за него. Теперь надо все исправить, но как? Найтири точно не даст шанс на искупление.
— Да-а, чувак, – голос Сторма за спиной заставил вздрогнуть, — ну ты и придурок. Как можно было променять сладкие дыньки Итальянки на рыгающего нарика вроде меня? Не-е, я бы так точно не сделал.
— Заткнись, блять, – Дарси повел плечом, сбрасывая с него руку Сторма и направился в сторону Змеиного Логова.
Уже к обеду, измотанные тестированием, все разбрелись по своим комнатам.
Пока все были на стадионе, Аррея в свое удовольствие воспользовалась кухней и даже приготовила себе поесть, вдобавок стащив баночку энергетика у Таллона на полке. Не обеднеет, она потом вернет.
Она накрыла свой маленький пир на прикроватной тумбочке и, не думая ни о чем лишнем, не успела начать есть, как дверь в комнату вдруг распахнулась. И за ней оказался, никто иной как...
— Сторм? – она тут же пересела на кровати, упершись здоровой рукой в матрас. Быстро дожевав суховатую булку, она едва не удавилась, стараясь не подать виду.
Он стоял в дверях как ни в чем ни бывало, будто не был болезненно потным и полусознательным телом пару дней назад. Все мысли, прогоняемые с психологом, улетучились, как сигаретный дым, а им на замену пришло чуть ли не дрожание в коленках. Сам пришел? А ей что делать? Сразу извиняться или лучше подождать, пока он что-то скажет?
Аррея все же прикрыла рот рукой и кашлянула, её узкие глаза до сих пор держали форму двух долларовых монеток. Сторм прошел в комнату, мурлыча под нос лишь одному ему известную мелодию. Его глаза были нацелены лишь на одну вещь здесь – оранжевый пузырек таблеток.
— Че ты такая пришарашенная? Призрака увидела? – спросил Сторм, мельком глянув на Аррею, пока разглядывал незамысловатую бутылочку с труднопроизносимым названием. Он вытряхнул две таблетки на ладонь. — Сладость или гадость?
Аррея не ответила сразу. Она не ожидала. Продолжала смотреть на Сторма, как на самое настоящее привидение, и только потом перевела взгляд на таблетки в его руках.
Эрос их посчитает. И снесет ей башню, отправив на очередные анализы.
Она не думая накрыла своей ладошкой ладонь Сторма, поверх таблеток, и подняла на него потерянные глаза. Она встала с кровати, поравнявшись с ним, и нервно дернула уголком губ. Улыбки не вышло.
— Последний раз, за эту сладость меня чуть пополам не сломали. Может, и правы были, но все равно обидно, – завела она, постукивая по пятке ладони Сторма. — Я думала, что ты больше не придешь...
— Че это? Думала, я дуба дам? – хмыкнул Сторм, вскинув бровью. — Нельзя или че?
Он покосился на таблетки, зажатые между ладонями. Рот наполнялся слюной от предвкушения того, как они окажутся на языке.
— Нет, я просто...
Её рука неуверенно поднялась выше, и Аррея растопырила пальцы, выдохнув. Сторм уйдет, если она скажет что нельзя. Точно уйдет. Вечер и утро она перетерпит, не первый раз.
— Угощайся, – с придыханием сказала она, вытирая ладони о бока длинной футболки. Неловко хохотнув, продолжила: — Они тебя, сладкоежку, голодом морили?
При одном лишь взгляде на баночку, в голове эхом звучали матерные ругательства Айса и Дарси. Но ведь от одной ничего не будет. Это всего лишь антидепрессант или нейролептики, или что там еще Аррея принимает? Даже эффекта никакого не будет.
Сторм, недолго думая, взял пальцами две таблетки и положил на язык. Белый мел рассыпался горьким привкусом по рецепторам.
Аррея замерла на секунду. Взгляд метнулся к его рту – и обратно к глазам. В ней боролись два импульса, и победил самый привычный. В обоих вариантах развития все было неправильно – так чего терять?
Она шагнула вперёд и потянулась к нему, будто хотела что-то сказать, но вместо слов её губы накрыли его. Таблетки перекатились между их языками, разделяя горечь друг с другом.
Пальцы Сторма сжали её талию, притягивая ближе. Мир сузился до чужого дыхания и неприятного вкуса на языке. Разрушаться вместе всегда легче, чем выздоравливать поодиночке. Аррея нервно сцепила пальцы на его шее, зарылась в волосы, пытаясь удержать момент. Тот самый момент, когда можно притвориться, что они помогают друг другу, а не тянут на дно.
Все глупые мысли, о том, что Сторм не хотел ее видеть, о том, что сказал ей Айс, улетучивались в мгновение ока, стоило только еще немного зализать эти раны в своей голове. С этим справлялся Сторм. Справлялся, как никто другой, и даже лучше, чем таблетки. Сторм наконец сглотнул, а Аррея все жадно и при этом нерешительно въедалась в его губы.
И толку было предлагать ей терапию, когда ей нужны были не пустые разговоры, без которых все и так ясно, а это? Губы да руки, которые прикасались и действовали лучше релаксантов и обезболивающих, которые ей выписывали с опаской.
За несчастный час терапии Аррея получила меньше, чем за две минуты со Стормом.
— Ты ходил на тест? – внезапно спросила она, нехотя оторвавшись от поцелуя, вовлекшего ее водоворотом. Пока окончательно не унесло, нужно успеть задать вопросы.
Вопросы… Их у Арреи, пожалуй, было столько же, сколько и извилин в мозгу. А всех ответов не получишь. Особенно из Сторма – из него их клешнями не вытянешь. Вот и сейчас, вместо внятного ответа – простое "угу", и, прежде чем Аррея задаст очередной вопрос, он опрокинул ее на кровать, подхватив под коленки.
Его голодные губы покрывали шею поцелуями, жадно закрывали рот, заставляя замолчать. Они были везде. Будто на каждой клеточке тела не осталось ни одного места, которого он не коснулся, а когда появлялись новые, то и у них уже не было шанса. Ей нравилось. Она была такая же голодная, такая же жадная до прикосновений.
А рой в голове все не унимался. Она подыгрывала. Подыгрывала, потому что не хотела потерять момент и потерять его интерес, – он ведь уйдет если она скажет подождать. И когда тот запустил холодные руки под ее толстовку, сжав грудь, она нетерпеливо выдохнула ему в шею.
— Сторм. Сторм, – звала она, пока тот не откликнулся. Никогда не дождешься ответа, если он застопорился на своем.
Здоровой рукой она впилась в его кудрявые волосы, уже такие знакомые под подушечками пальцев, и услышала, как у нее клокочет под языком.
— Кто мы друг другу? – с замиранием сердца и едва заметной дрожью в пальцах, спросила она.
Все приятно, но она не понимает. Не понимает, почему они делают все это вместе, а потом идут к другим людям, если должно быть по-другому. Она перестает улавливать логику на воротах, та пролетает мимо и в сетку.
Сторм остановился лишь на мгновение, задумавшись. Много времени ему не потребовалось, чтоб дать очевидный ответ:
— Друзья.
Однако продолжить не удалось, когда Аррея вцепилась пальцами в кудри на затылке и оторвала от себя его голову. Сторм сощурил один глаз и втянул воздух сквозь стиснутые зубы.
— Друзья не трахаются!
— О, еще как, – хмыкнул Сторм и боднул ее руку затылком, приблизился к лицу, но не коснулся. — Еще скажи, что не хочешь…
Он провел языком по сухой губе и широко улыбнулся, заползая свободной рукой под футболку девушки.
Аррея непроизвольно выгнулась навстречу его ладони, закусив и до того потресканные губы. Сердце невнятным ритмом колотилось в груди, путая мысли и не давая прийти к развязке.
Она невнятно всхлипнула, обиженно прищурив глаза. Все ее тело шло у него на поводу, а глаза и ум продолжали противиться, требуя ответа, который знали, что не получат.
— Хочу, – впившись пятками в его ягодицы выдохнула Аррея. — Но это же.. неправильно? Ты же не трахаешься с Айсом или Дарси.
Сторм раздраженно выдохнул и закатил глаза, отстраняясь от Арреи.
— Бля, вот знаешь, как говорят: если будешь дохуя думать, можно передумать, – сказал он, опустившись рядом. — Всегда было правильно, а сегодня что? При чем здесь Айс и Дарси вообще? Меня хер между ног не привлекает. – Он закусил ноготь на большом пальце, прогоняя слова Арреи в голове, как через мясорубку. — Неправильно… На потолке стоять неправильно. Не хочешь, так и скажи, я тебя че, заставляю?
Аррея испугалась своей собственной глупости и вечной нужды без конца думать. Разве нельзя было, как всегда, закрыть на все глаза и наслаждаться? Можно. А значит – нужно. Иначе Сторм уйдет, а она снова останется одна.
— Нет, это совсем не то, что я имела в виду, – потянувшись следом за ним и едва не став на локоть больной руки, затараторила Аррея. Узкие змеиные глаза потеряли свой прищур и забегали по его лицу. — Забей. Я на таблах и не такое несу, не знаешь что-ли?
Если она могла удержать его так, то пускай. Друзья так друзья. Она подождет, если ему нравится. Аррея нацепила на лицо лучшую из своих улыбок и потянула Сторма на себя, снова надавив ножками на его бедра.
— Задружи хоть до смерти, – хихикнула она, когда парень послушно наклонился к ней. Ее руки дрожали, но резко поползли под его футболку. — Пожалуйста.
Сторм перехватил ее запястье. Аррея очевидно заставляла себя, а это притворство – оно раздражало сильнее, чем когда она, наоборот, не отлипала от него. Особенно сейчас, когда в крови не осталось и намека на наркотики, бесило абсолютно все.
— Настроение пропало, – сказал Сторм, отбросив от себя ее руку. — Пойду в компик погоняю.
Он поднялся с кровати, задрав руки над головой, потянулся. Вот же облом, даже здесь не перепало. Желания закинуться парочкой любимых таблеток так и чесалось под ребрами. Сторм надеялся перебить его на время, забывшись в постели с Арреей, но план провалился.
— Сторм, – позвала она, едва не заканючив. Как так? Хотел-хотел и сразу расхотел?
Но Сторм уже не откликался, исчез за дверью как будто его тут и не было, оставив растрепанную Аррею сидеть на кровати, как брошенную псину. А ей что делать? Следом не пойдет, если Айс заметит, то выкинет уже не в коридор, а из окна.
Она пнула ногой ни в чем неповинный пол и зарылась здоровой рукой в волосы, зло прошипев:
— Идиотка.
У нее было столько шансов избавиться от своей заевшей пустоты, и все она так красиво упустила. Аррея вымученно закрыла глаза, сложив руки на груди, и стала надеяться, что этот тупой день либо окажется сном, либо сменится следующим, не менее тупым.
23 АВГУСТА
Приближалась домашняя игра, а никто из Змеев так и не был к ней готов. Нет, они, как и раньше, тренировались, не покладая клюшек, но настроения в команде изменились. После прихода первокурсников, ни о какой слаженности не шло и речи. Чтоб добиться хоть каких-то результатов, Эросу пришлось разделить Кренарию и Амора, но однажды им все равно придется выйти на поле вместе, как бы они не сопротивлялись. Каждая их стычка заканчивалась едва ли не рукоприкладством.
Сторм вел себя рассеянно, даже не успевал уследить за мячом. Из-за постоянных проебов, Айс раздражался и агрессивничал пуще прежнего, срываясь на Нева и его “никудышное” капитанство. Нев это стойко проглатывал. Он знал, что, если начнет отвечать каждому, команда окончательно развалится. Иногда быть капитаном означало вовремя заткнуться. Даже когда хочется приложить этого придурка клюшкой.
Остальные держались, как могли, но это уже не походило на команду, скорее на шестнадцать разрозненных студентов на дне открытых дверей. Никто не шел на контакт. Эросу оставалось локти грызть, чтоб хоть как-то заставить их взаимодействовать.
И вот теперь – за пару дней до игры – их согнали в командную комнату. Обязательная консультация у командного психолога. Должно ли им это помочь? Вряд ли.
В лобби стояла спокойная, почти домашняя, тишина, которая держалась до тех пор, пока ее не начали заполнять Змеи. Здесь пахло свежестью – кондиционер работал исправно, освежая воздух, наполненный ароматами диффузоров. Но стоило сокомандникам занять пространство, как уют начал постепенно растворяться.
— Если кто-то будет отмалчиваться – улетит на скамейку запасных, – пригрозил Эрос, прежде чем выйти из лаунжа.
— А что делать тем, кто и так там сидит? – спросил Сторм, высоко задрав руку.
— Ноги поломаю, – непоколебимым тоном ответил тренер.
— Справедливо, – согласился Сторм. Эрос кивнул, напоследок обведя всех Змей строгим взглядом. — Вот бы она мне таблеток выписала.
— Психологи не выписывают таблетки, – вздохнул Марко с умным видом.
— Ой, а тебе-то откуда знать, мистер Солнышко? – сощурился Сторм, уперев руки в бока.
— Не выписывают, – подтвердила со стороны Аррея. Она сидела поодаль от всех, сложившись в позу лотоса, и до того молча наблюдала. Эрос заставил прийти со всеми, хоть это было и необязательно, учитывая, что она посещала психотерапевта. Ультиматум звучал как: нет социализации – нет экси.
Разговор оборвала миловидная девушка, которой Змеи не сильно уступали в возрасте. Она выглядела так, словно сама только недавно окончила университет. Она мягко закрыла за собой дверь, на секунду остановилась, окинув помещение взглядом. Взглядом, зафиксировавшим все: хитрую ухмылку Сторма, переглянувшегося с Айсом, высокомерный взгляд Кренарии и ее сложенные на груди руки, незаинтересованность Ириды, копавшейся в телефоне, дремавшего Дарси, отстраненную Найтири, рассматривающую свои ногти. Взгляд остановился на Капитане команды, пытавшемся выразить заинтересованность за всех остальных.
— Доброе утро, – сказала она спокойно, чуть кивнув. Голос прозвучал негромко, но его было достаточно, чтоб услышали все. — Меня зовут доктор Лорен Вайс. Я спортивный психолог, и с этого сезона я работаю с вашей командой.
Эта девушка сочетала в себе мягкость одновременно со строгостью. Никакого лишнего энтузиазма и натянутых улыбок.
— Сразу обозначу, – продолжила она, сделав пару шагов вперед, – консультация – это обязательная процедура, но это не допрос и не экзамен. Моя цель – привести вас в рабочее состояние.
— Удачи, – тихо хмыкнул себе под нос Айс, но девушка проигнорировала его выпад.
— Мы будем работать индивидуально. Короткие встречи, – она чуть приподняла папку, – базовая оценка состояния, уровень стресса, концентрация, взаимодействия внутри команды. Ничего сверхъестественного… если вы сами не усложните.
Несколько человек переглянулись, но большинство продолжали делать вид, будто ее не существует. Лорен не спешила, дала паузе повиснуть в воздухе, проверяя, кто ее выдержит, а кто начнет заполнять. Поняв, что ответного приветствия от команды ей не дождаться, девушка пробежалась глазами по списку и нашла глазами Нева. Ее взгляд остановился на нем.
— Капитан, – сказала она, слегка улыбнувшись в ответ на мягкую улыбку Нева. — Невилл Брессет, верно?
Он кивнул.
— Долгопупс, – посмеялся Айс со стороны, заставив Сторма забиться в конвульсии сдерживаемого ржача.
— Кто из нас еще пупс, малыш? – с почти неразличимой злобой упрекнул Нев, повернувшись к Сазерленду.
Понаблюдав за перепалкой, на первый взгляд казавшейся безобидной, Лорен решила принять это во внимание и вернуться к этому моменту позже. Она прочистила горло и снова обратилась к Неву:
— Отлично. Начнем с тебя.
В комнате кто-то тихо вздохнул – то ли с облегчением, что выбрали не его, то ли с обреченным пониманием, как долго придется проторчать без дела в лобби стадиона. Сторм, отсмеявшись, лениво повернул голову в сторону Нева.
— Давай, капитан, – протянул он вполголоса. — Представляй нас в лучшем свете.
Нев оттолкнулся от стены и пошел вперед без лишних вопросов. Когда он проходил мимо команды, шум снова начал возвращаться. Он не оборачивался, только на мгновение задержал взгляд на Айсе, чьи глаза неотрывно за ним следили с немой враждебностью.
Кабинет был уже знакомый, раньше он использовался Эросом для собеседований с новыми участниками команды, но позже пришел в ненадобность. Впрочем, несмотря на то, что изменилось здесь мало, обстановка была располагающей.
У Нева в прошлом уже был опыт работы с психологом, но со школьным. Со спортивным же он столкнулся впервые, потому успел заранее изучить тактику таких сессий и был доволен тем, что им пришли на подмогу. Может, так у команды появиться хотя бы мизерный шанс на то, что они придут к согласию и успеху? Пока они шли в противоположном направлении. Нев еще никогда не сталкивался с тем, что все участники будут разбегаться хуже вредных утят. Если бы только того, что он вошел в этот кабинет первым и высказался, хватило для того, чтобы все последовали его примеру, он был бы непомерно счастлив. Но прекрасно знал, что этого не произойдет, потому что Змеи, помимо своей силы обладали изворотливостью.
— Приятно познакомиться, мисс Вайс, – соблюдая приличия, вздохнул Нев. Психолог пригласила его присесть, и он покорно занял место напротив нее. Сначала расслабленно, почти расхлябанно, но затем тут же выровнялся и посмотрел на стопку бумаг, что была у неё при себе. — Это наши файлы?
— Считай, что это досье на вас, – ответила Лорен, похлопав по стопке. Ее взгляд смягчился. — Но мне всегда интереснее то, что человек говорит сам, чем то, что уже написано за него. Давай договоримся: если какой-то вопрос покажется лишним, ты можешь не отвечать. Но тогда я задам другой.
Нев без труда согласился на её условия, кивнув, и схватился за своё колечко-фиджет.
— Так даже лучше, – усмехнулся он, сразу подумав о том, что некоторым это точно не понравится. Указав пальцем на бумаги, он добавил:. — Там о наших прегрешениях даже больше, чем мы сами знаем. В последнее время список пополнился, знаете?
И Нев был более чем недоволен этим. Если бы не балахманность большинства членов команды, они бы легко держали планку как самые сильные в своей категории.
— Нет, не знаю, – Лорен неспешно открыла свой черный блокнот, подбирая нужную страницу. — Расскажи мне, как ты оцениваешь состояние команды сейчас?
— Цензурно? Критическое, – дернув плечами ответил он. — Все повставали на головы и занимаются чем взбредет. Тут и выучка тренера уже не помогает. А после того как Аррея, ну, Вонг, вы видели, учудила аварию в угаре, все вообще развалилось. Я хоть и капитан, но я не знаю, как собрать их в кучу. Одна не хочет работать с другим, другой воротит нос от скамейки, третий вообще от всего. Играют они, соответственно, хуже первогодок.
Нев развел руками, не зная, что еще сказать. Лорен не перебивала и даже не записывала, сосредоточенно глядя куда-то между глаз Нева.
— То есть, – спокойно уточнила она, – ты сейчас описываешь не отсутствие дисциплины, а отсутствие общей цели? Каждый играет в свою игру, и ни у кого нет причины подстраиваться под остальных. Верно?
— Угу, – согласился он. — Никто и слышать не хочет про “командный дух” и всё такое. Чхали они на него. Не все, конечно, но большинство.
— Когда это началось? Еще до аварии, в какой момент ты впервые поймал себя на мысли, что команда тебя не слышит?
— С кем-то из парней это было всегда, но настолько плохо все стало, наверное, после того, как пришли новенькие... Я не возлагаю на них какую-то вину за это, они довольно хорошие ребята, просто коллектив изменился, у всех свои заморочки, и никто больше не хочет не только меня слышать, но иногда и друг друга. Сложно собрать в команде, которая должна быть Змеями, кошек, собак, волков и овец. В прошлом составе у нас были конфликты, но их было в несколько раз меньше, – Нев опустил глаза, следя за своими пальцами на кольце. Некоторые случаи вспоминались и по сей день, а их зачинщик каждый день мозолил глаза и теперь был его “партнером для утренних прогулок”. Абсурд. — Один из нас, Айс, попытался сломать моему парню… бывшему парню, ногу, из-за того, что тот плохо играл. По его мнению.
Лорен наконец опустила взгляд к тетради, как если бы нашла нужный пазл, с которого собиралась начать картину. Послышалось легкое шуршание стержня о плотную бумагу.
— Давай попробуем разделить все, что ты сейчас сказал. И у нас выходит несколько проблем на разных уровнях. На уровне структуры у нас: новые игроки и отсутствие общей цели. На уровне взаимодействий: конфликты и отказ слышать как друг друга, так и капитана. И есть уровень… личный. Скажи, – теперь ее голос стал чуть тише, – когда это произошло, ты остался в роли капитана или в роли человека, у которого близкий человек только что оказался в опасности?
— Эм… – запнулся Нев, нахмурившись. — Я думал, что.. Ну, сохранил обе, но конечно, я злился на Айса, даже Тренер сказал, что это было слишком. Разве это нормально, он даже свою вину не признал и не почувствовал! Мое дело, как Капитана, было предложить отстранить его насовсем, но он просидел на скамейке две недели и вышел как ни в чем ни бывало.
— Логично, – беспристрастно ответила Лорен. – Ты отреагировал как капитан – предложил решение – и одновременно как человек – разозлился, потому что это задело тебя лично. Но об этом знаешь только ты. Потому что для команды это не выглядит как “две роли”. Это выглядит как одно поведение, в котором они не до конца понимают, где заканчивается твоя позиция капитана и начинается личная история. – Она ловко прокрутила ручку в пальцах, указав на Нева колпачком. – И тогда вопрос не в том, прав ты или нет. И не в том, должен ли Айс понести более жесткое наказание. А в том, как это выглядит со стороны, – она расставила руки в стороны, изобразив чаши весов, – ты защищаешь стандарты команды или решаешь личный конфликт, используя свою роль? – Лорен выдержала паузу, позволив Неву обдумать ее слова и продолжила: — Потому что, если второе, они не будут за этим идти. Даже если ты объективно прав. И вот теперь мне важно понять одну вещь: в тот момент, когда ты предложил убрать Айса… ты был уверен, что делаешь это ради команды или хотя бы частично хотел, чтобы его убрали за то, что он сделал лично тебе. И я сейчас не только про твоего бывшего.
Нев на некоторое время затих, обдумывая её слова. Признать, что в них была доля правды оказалось сложнее, чем отрицать это. Он всегда старался ориентироваться на что-то вроде морального компаса внутри, но когда дело доходило до настоящих стычек в команде показывал не авторитет, а личную неприязнь. Потому что выгнать Айса ему хотелось не с помощью тренера, а самому. Взять и вышвырнуть за то, что жизнь им травит. Но так ведь нельзя было. Капитанская часть Нева прекрасно знала другое: преимущества Айса для команды.
— Мне спокойнее думать, что это было просто лучшее решение для команды, но… – он остановил себя, не зная как сформулировать дальнейшие слова. Лорен не пыталась перебить или перевести тему, просто терпеливо ждала, пока Нев соберет все воедино. — Он хороший игрок. Правда хороший. Но он… невыносимый, – Нев скривился и поднял руку в воздух, сжав и разжав пальцы, как это часто делал Марко. — Я знаю, что неправильно так к нему относиться, но как бы я не старался не обращать внимание и сгладить углы, как будто только хуже становится. Знаете, он в последний раз перед тренером рассказал стишок о том, что я… спал с его сыном. Я должен был похвалить его за креативность?
— А ты спал с его сыном? – внезапно вырвалось у Лорен, ее реснички удивленно захлопали. Но ей пришлось быстро собрать весь свой профессионализм обратно в кучку. Психолог откашлялась и сказала: — Можешь не отвечать.
— Спал, – все равно ответил Нев, не стесняясь. — Но суть в том, что рассказывать, что ты там услышал за стенкой – это детский поступок!
Лорен на секунду закрыла глаза, будто мысленно напоминала себе “не уходить в детали, не уходить в детали”.
— Да, – сказала она. — Это детский поступок. И очень эффективный.
Нев нахмурился, но она продолжала, не дав возразить:
— Потому что он он делает ровно то, что нужно: выбивает тебя из роли и втягивает в игру по своим правилам. – Ручка снова коснулась блокнота, но она не записывала. – Смотри, что получается. Он провоцирует, нарушает границы, лезет в личное. А ты, – она снова указала на Нева кончиком ручки, – вынужден либо опуститься на его уровень, либо выглядеть как человек, который это терпит. Я правильно понимаю твою проблему? Дело в том, что сейчас он управляет динамикой между вами?
— Но между нами нет никакой динамики, – возразил Нев, как только она договорила. — Это прямая линия: отсюда до сюда, где он ненавидит меня, а я его. Вот и все. Мне просто нужно найти способ ужиться с этим. Знать бы как.
— Но если ты не можешь изменить его поведение… – глаза Лорен устремились в самую душу, – то каким должен быть ты в этой ситуации, чтобы его поведение перестало определять твое?
После разговора с Лорен, Нев остался в смешанных чувствах. Он вышел из кабинета тяжело вздохнув, прежде чем натянуть на лицо невозмутимое выражение, будто все прошло на высший класс. Остальным вряд ли стоило видеть, что разговор задел его не за то, на что он рассчитывал. И, выйдя, он бы мастерски даже не взглянул на Айса, если бы перед выходом психолог не попросила его пригласить Сазерленда следующим. Всем подставам подстава.
— Айс, ты следующий, – указав пальцем на дверь за своей спиной, сказал Нев, тут же отвернувшись.
Айс демонстративно закатил глаза, даже запрокинув голову.
— Я же говорил, – сказал он, обернувшись на Сторма. — Успел нажаловаться, Брессет?
— Да кому ты нужен? – фыркнул Нев. — Есть вещи поважнее.
— Задница Манье? – со смешком предположил Айс, проходя мимо. Амор лишь возмущенно развел руками в стороны, мол, при чем здесь я?
Нев усмехнулся от того, как абсурдно это звучало. Он сразу стал замечать то, о чем говорила Лорен. Отвечать на выпад Айса в итоге не стал, просто прошел к тому месту, где сидели остальные его друзья. Проблемы Айса – не его проблемы.
В кабинет Айс прошмыгнул без стука. Зачем стучать в дверь, за которой тебя и так ждут? Кабинет он не осматривал. Кабинет, как кабинет. Стол, два кресла, аквариум с рыбками, что еще нужно? Даже глаз ни за что не цеплялся.
Айс расхлябанно упал в кресло, раскинул длинные ноги в разные стороны, заняв больше пространства, чем ему было отведено. Его глаза пробежались по стенам, окнам, потолку, лишь бы подольше не останавливаться на Лорен. Та спокойно выжидала, пока он закончит свое выступление.
— Это обязательно? – спросил Айс, вместо приветствия.
— Нет, – спокойно ответила девушка, все также глядя в переносицу Айса, ни выше, ни ниже. — Но тогда тебе придется объяснять тренеру, почему ты решил, что тебе это не нужно.
— Тогда считай это жестом доброй воли, – безразлично бросил он, готовясь услышать уйму унылых вопросов.
Но Лорен не спешила начинать, будто намеренно испытывая его терпение. Пересмотрела какие-то записи в блокноте, сделала пару глотков из стаканчика с кофе. Айс тяжело вздохнул, Лорен не отреагировала, делая вид, будто его вовсе здесь не существует. Продолжила копаться в своей записной книжке.
Айс посмотрел в окно. Размял пальцы. Положил голову на руку. Посмотрел на часы. Пересчитал рыб в аквариуме. Их было пятнадцать. Положил ногу на ногу. Убрал ногу. Вздохнул.
Терпение ускользало как песчинки из песочных часов.
— Ты, блять, начнешь уже или будем и дальше коту яйца мять? – наконец взорвался он.
На лице Лорен проступила улыбка, будто только этого она и ждала.
— Пять минут, – сказала она.
— Че? Еще пять минут ждать?
— Нет, прошло всего пять минут, Айсилл, – заверила его девушка, указав ручкой на часы на стене.
Айс проследил глазами за ее жестом, но быстро опомнился и снова сдвинул брови.
— Не зови меня так, – скомандовал он.
— Почему?
— Я ненавижу это.
— Почему?
— По кочану блять, нормальные вопросы будут? Если нет, я пошел.
— Не матерись, пожалуйста… Айс? – Лорен чуть сузила глаза, пытаясь угадать правильную форму его имени или… кличку?
— Еще че мне сделать?
— Соблюсти субординацию, например, – посоветовала Лорен все тем же спокойным тоном.
— Бегу и падаю, асфальт целую, – фыркнул Айс, закатив глаза.
— Хорошо, – беспристрастно ответила Лорен, совершенно его не слушая. — Я рада с тобой познакомиться. Теперь давай начнем.
— Давай закончим, – снова огрызнулся он.
Лорен проигнорировала очередной выпад. Откашлялась, прочистив горло, и задала свой вопрос:
— Скажи, Айс, тебе вообще интересно, что сейчас происходит с командой?
— А что с ней происходит? – недолго думая, спросил Айс.
Повисла тишина. Лорен чуть склонила голову, ожидая, что ответ на свой риторический вопрос Айс даст сам. Но минуты шли, а молчание затягивалось.
— Сама не знаешь, да? Нахер спрашивать тогда?
— Я могу считать это ответом “нет”?
— Считай как хочешь.
Лорен закрыла папку с данными Айса, собранными Эросом, и отложила ее в сторону. Как она и ожидала, Айс не шел на контакт, и расположить его к себе будет крайне трудно. Он был полной противоположностью Невилла. Неудивительно, что тот никак не мог найти точек соприкосновения с ним.
— Давай поговорим о тебе, а не о команде, – предложила Лорен.
Айс ударился затылком о мягкую обивку кресла, надеясь провалиться в синтепон и спрятаться от этой женщины. Но в следующую секунду его словно отпружинило от поверхности. Айс согнулся пополам и подпер голову рукой.
— А давай поговорим о тебе, Лори – в ответ предложил Айс. Лорен повела бровью, но заинтересованно расширила глаза и отзеркалила его позу.
— Давай! Что ты хочешь знать?
— Зачем ты сюда пришла? – напрямую спросил Айс. – Только не надо заливать про любовь к спорту, поддержку и достижение далеких горизонтов в команде – это все хуйня.
— А ты зачем сюда пришел? – отзеркалила Лорен. — Только не надо заливать про любовь к спорту, поддержку и достижение далеких горизонтов в команде – это все хуйня.
Лорен невинно похлопала глазками, в то время как улыбка на лице Айса окончательно потухла. Он не ожидал, что его оружие обратят против него же и все пули полетят в лобовую.
— Ты просто тратишь мое время.
— Ты просто тратишь мое время, – повторила Лорен.
— Это типа сейчас такие подходы у психологов к работе?
— Это типа сейчас такие подходы у спортсменов к своим обязанностям?
— Да че ты заладила то? – не выдержал ее игру Айс. Он с таким же успехом мог поговорить со Стормом. Эффект был бы тот же.
— Я просто показываю тебе, как ты себя ведешь. Профессионально выглядит? А у меня здесь написано, что ты хочешь стать профессиональным игроком. Как думаешь, с таким подходом у тебя что-то выйдет?
Айс скривился и раздул ноздри, готовясь выплюнуть что-то ядовитое в ответ, но так и не нашелся со словами. Лорен была права, это он вел себя как идиот, а не она. И все остроумные ответы уже не казались такими умными. Айс пристыженно отвернулся и пробурчал себе под нос:
— Все слишком неорганизованно, особенно на поле, когда эти придурки…
Лорен наконец спокойно выдохнула и принялась делать пометки в блокноте, теперь разговор с Айсом пошел как надо, пусть и в привычной грубой манере. Он жаловался на хаос в команде, на отсутствие организации на поле, на то, что другие игроки не справляются и мешают игре. Ну и, конечно же, на капитана команды.
Лорен не спорила с оценками, вычленяла из его слов то, что можно было использовать дальше, с другими Змеями в том числе. Айс же сам не заметил, как разговорился. Наконец ему дали возможность полить всех дерьмом и самому не оказаться в пидорасах. Лорен даже вопросов не задавала, пока он говорил, только когда сам позволял.
К концу встречи напряжение заметно снизилось. Айс не стал открытым или удобным собеседником, но перестал активно сопротивляться и начал включаться в разговор, пусть и на своих условиях.
Остальные Змеи оказались собеседниками куда сговорчивее Айса: на все вопросы некоторые отвечали с охотой, кто-то с меньшим энтузиазмом, но разговаривать никто не отказывался. В комнате начались игривые споры о том, кого вызовут следующим. Сторм решительно объявил, что он принимает ставки только в денежном или алкогольном эквиваленте, за что заработал усталый укоризненный взгляд Нева.
Один за другим Змеи стали пропадать в кабинете мисс Вайс, за одно спонсируя Сторма или ввязавшихся в игру Аррею с Таллоном. Последний угадал уже дважды.
— Как ты оцениваешь состояние команды на данный момент? По шкале от 1 до 10, к примеру, – подсказала Лорен, склонив голову набок.
Ирида поджала губы и забегала глазами, не найдясь с ответом, выдала первое, что пришло на ум:
— 4 из 10. В лучшие времена.
Киллиан, пожав плечами, ответил безучастно:
— Думаю, что это работа тренера Манье оценивать состояние команды. Он же тренер.
Лорен сделала в своем блокноте привычные пометки, за которыми Морган не следил, и кивнула самой себе.
Найтири ограничилась коротким ответом, основываясь на своем опыте в предыдущей команде:
— Оставляет желать лучшего.
Каин же оказался более четок и переборчив в своих словах. Он точно знал, что хотел видеть на поле, знал, с чем пришел в эту команду и что мог ей дать.
— Шесть, – без раздумий ответил Каин. — С потенциалом на восемь. У нас нет синхронизации. Каждый знает, что делать, но не делают это вовремя и в связке, понимаете? – Лорен приподняла бровь, отметив что-то для себя. Каин был не против ее анализа. — У нас нет единого стандарта – каждый играет на разном уровне. Айс пришел из Воронов, он на целую голову опережает остальных, поэтому бесится, когда другие тупят. Амор и Кренария играют на одном уровне, но против друг друга.
— Почему? – уточнила Лорен.
— Каждый пытается доказать, что он лучше, – пожал плечами Каин и выровнял спину, чуть подавшись вперед. — Все пытаются играть сложнее, чем нужно. И в итоге не справляются даже с простым.
— И что бы ты сделал?
Каин сложил руки в замок, ненадолго отведя взгляд в сторону.
— Упростить, довести до автоматизма и потом уже усложнить.
Лорен оценила его ответ, подтверждающий её мысли на этот счет. Свежий взгляд на Змей со стороны не помешало бы услышать не только ей, но и остальным членам команды.
— И кто тебе мешает это сделать? – спросила Лорен.
Каин на секунду замер, будто его поймали на чем-то.
— Я не капитан, – ответил он с долей непонимания в голосе.
— Формально – нет, – согласилась она. — Но ты уже сейчас рассуждаешь как человек, который берет на себя эту роль. Скажи, Каин, если ты так хорошо видишь позиции и динамику игроков в команде, почему ты оставляешь это на уровне наблюдения?
— Я… – Каин задумался, подперев голову кулаком, – не оставляю. Я говорил с Амором. Но это работает на пару раз. Потом все возвращается обратно. Я понимаю, что этого мало. Но если я начну давить… Это будет выглядеть так, будто я пытаюсь перетянуть роль капитана на себя.
— Хорошо, Каин, – сказала Лорен, закончив свои записи в журнале. — Ты можешь быть свободен. Я позову следующего.
Когда Каин вышел из кабинета, обстановка в лобби почти не изменилась. Половина Змеев разбрелись по своим делам еще до его очереди, хотя тренер Манье никуда их не отпускал. Кто-то вышел покурить и обсудить свой разговор с психологом, кто-то решил съездить в супермаркет за напитками. Манору и самому хотелось выйти и наполнить легкие тяжелым никотином, но он бросил после первого же предупреждения тренера.
Кабинет не успевал остывать: один выходил, следующий уже заходил. И Лорен понимала, что на обработку всех данных ей понадобится не меньше суток без сна – лучше бы запастись кофе.
Кренария Харт вошла без стука, так же, как и ее брат, но в отличии от него – без лишнего шума. Она излучала уверенность, но при этом понимала, где находится и не хотела подвести тренера. Если быть лучшей, то и в кабинете психолога. Кренария села ровно, скрестила руки, острый взгляд устремился прямо в лоб Лорен. На вопросы Харт отвечала коротко, четко и без эмоций. Когда речь зашла о команде, она ни разу не назвала ее “командой”, только “состав”. Амора упомянула один раз, с легким перекосом губ.
— Ты считаешь, что Амор – главная проблема команды? — спросила Лорен, почесав ручкой затылок.
— Он вообще “проблема”, без всяких приставок, – сказала она, пристукнув ноготком по коленке. — С ним невозможно сработаться.
Ответ Кренарии шел вразрез с тем, что она услышала от Эвелины, которая назвала его лучшим игроком и надеждой Змей на перспективное будущее.
— Получается, до прихода Амора в команде не было раздора?
— С предыдущим составом этого было меньше, – подтвердила Кренария, не соврав.
До ухода выпускников, их команду называли самой перспективной, хотя расхлябанности в половине хватало на всю лигу. Под конец прошлого года они без препираний сыграли идеальный матч, задав планку всем оставшимся и будущим Змеям. Пустившись “во все тяжкие”, они от этой планки только неумолимо отдалялись.
Лорен не стала сразу возражать. Она чуть наклонила голову, словно пытаясь взглянуть на ситуацию под другим углом. Она не смотрела в записи, намеренно оставляя их за пределами разговора.
— Интересно, – спокойно произнесла она, прокручивая ручку в пальцах. — Потому что я уже слышала противоположную оценку. Обычно, когда в системе появляется человек, который так сильно поляризует мнения, это значит, что проблема не только в нем. Давай упростим. Я не буду сейчас разбирать Амора, как отдельную переменную. Мне важнее ты в этой системе.
Лорен выдержала короткую паузу, оценивая микрореакции, во взгляде и языке тела Кренарии. Она была первой, кто упомянул имя Амора в негативном ключе.
— Ты говоришь: “с ним невозможно сработаться”. Это звучит как факт, но на практике всегда означает, что есть конкретные точки, где взаимодействие ломается. Где именно это происходит? На поле? В коммуникации? Со всеми или только с тобой?
— Да везде, – наотмашь ответила Кренария, выпрямив и без того ровную спину. — На поле он ведет себя как пуп земли, в обычной жизни он ничем не отличается, это началось еще в старшей школе. До этого мы не играли в одной команде, но он и тогда был занозой в заднице.
— То есть такие отношения устоялись у вас давно.
— Никакие это не отношения, – скривилась она.
— А что это?
— Да это.. Его мудачество думает, что он один весь из себя такой идеальный, а все вокруг и его мизинца не стоят. Я тут ни при чем.
— Это удобно, – сказала Лорен безоценочно. — Потому что если проблема – он как личность, то от тебя ничего не зависит. С ним “невозможно” – и точка. Но тогда у меня к тебе другой вопрос. Не про него. Если ты заранее уверена, что человек – “заноза в заднице”, которая не меняется… ты вообще допускаешь, что взаимодействие с ним может выглядеть иначе?
Лорен не ждала быстрого ответа, заметив как искривился рот Кренарии.
— Или ты уже входишь в любое взаимодействие с ним с готовым выводом? Потому что тогда, – чуть тише продолжала она, – это не он каждый раз ведет себя одинаково. Это вы оба воспроизводите один и тот же сценарий. И второй момент, – Лорен закинула ногу на ногу и снова вернулась к своему блокноту. — Когда ты сталкиваешься с этим «невозможно», что ты делаешь дальше? Давишь? Игнорируешь? Убегаешь? Потому что если ты – игрок высокого уровня, – она слегка подчеркнула это, – то вопрос не в том, удобен ли тебе партнер. Вопрос в том, умеешь ли ты играть с неудобными.
— То есть проблема теперь во мне? – зацепившись за слова, Кренария ткнула пальцем себе в грудь и склонила голову набок. — Он не дает мне играть. Я должна делать что? Бегать за ним, как Эвелина, и спрашивать «как он добился такого результата»? У меня есть дела поважнее. Тренер хоть и думает, что мы сыграемся, но еще, видимо, не понимает, что до этого придурка по-человечески не доходит. Дело даже не в том, какой я там игрок. Я в себе уверена, не первый день в спорте. А на этого если не давить – сядет на шею, свесив ножки, и будет сверху ядом плеваться, подмяв под себя всю команду, – яро жестикулируя, доказывала она. От идеи с психологом она была далеко не на седьмом небе, как получается – не зря. Вставая с места, Кренария добавила: — И если всем это нравится, как Неву или еще кому – это будут их проблемы, а не мои. Я свое вытерпела еще в школе, меня и тогда никто не слушал. Когда эта бабочка вылупится, тогда и поговорим. Спасибо за профессиональную оценку, всего хорошего.
Она вылетела из кабинета фурией, вернув на лицо холодную маску, и не забыв одарить сидящего ровно там, где и раньше – в кругу новеньких с Невом и Марко – Амора злобным взглядом. Холодному нраву понадобилось остыть, чтобы безразлично вернутся на место, проигнорировав желание выйти покурить. Черт, сорвалась.
— Ух ты, – выдохнула Лорен, глядя в сторону захлопнувшейся двери. Она не стала ее останавливать, прекрасно понимая, что Кренария еще не один раз прокрутит в голове ее слова. — Сильная реакция.
Кренария казалась уж больно угнетенной после выхода из кабинета, куда взволнованнее, чем до визита к Лорен. Нев, как заботливый друг, решил подойти, едва не столкнувшись со Стормом, следом шедшим в кабинет.
— Хей, Ри, – приземлившись возле подруги, он закинул руку на спинку дивана. — Ты чего такая хмурая, что-то не то сказали?
— Отвали, – буркнула Кренария, тщательно делая вид, что в телефоне у неё была жизненно необходимая информация.
С Невом говорить об этом не хотелось. Он посмеется, спишет всё на дружескую ревность и дальше пойдет делать всё, как и раньше, а ей этого будет мало. Этот выскочка ради забавы и Нева переманит на свою сторону, во второй раз наблюдать желания не было.
— Ну-у, – тихо протянул Нев, погладив ее по плечу.
Он знал, что Кренария не любила делиться своими чувствами в открытую, но на самом деле была очень искренней и чувствительной. Только ледяными глыбами это все закрывала. А Лорен, на первый взгляд, была мастером своего дела, видимо, и задела Кренарию за живое. Только за что именно?
— Можно без этого? – Кренария тут же отпрянула, не вынося всемирной “Невовской” ласки. — Я просто не хочу разговаривать, можно? Или только тебе можно делать то, что ты хочешь?
Нев сжал губы, стараясь не показать, куда кольнул холод Кренарии, но руку все же убрал.
— Я просто хотел..
— Нев! – повысила она голос.
На противоположной стороне сидел Амор и лыбился своей самой омерзительной высокомерной улыбочкой, которую хотелось растерзать когтями и голубые глазки заодно выцарапать. Все в его виде кричало: «Давай, отталкивай друзей. Скоро у тебя никого не останется».
— Нев, да не трогай ее, – расслабленно проговорил Амор. — Может, ей там сказали, что она неизлечимо больна на голову.
— Ты вообще рот закрыл, блять, еблан! – рявкнула Кренария, привстав.
— Да хватит! – следом подхватил Нев, дернув ее за руку. — Оба хороши. Амор, тебя какая муха укусила?
— Никакая. А ты бы не стоял так близко к ней. Подхватишь бешенство, когда грызанет, – закатил глаза Амор.
Кренария решительно сделал шаг вперед, чтобы показать Амору, кого она сейчас действительно хотела грызануть и разорвать на мелкие кусочки, чтобы один фарш остался, но Нев оказался быстрее. Выставив руку вперед, он возвысился перед Кренарией, останавливая ее на полпути.
— Нет! Хватит, сказал. Выйди остынь, – предложил альтернативу Нев.
Кренария не поверила своим ушам. И снова: это ей-то выйти надо? Все вдруг слепые и глухие стали резко или что? Амор все еще белый и пушистый? Если Неву не протрахали мозг, то она президент Америки.
— Пошли вы все, блять, – выплюнула она, посильнее задев Нева плечом и направившись к выходу. — Подсосы.
Амор втянул воздух сквозь зубы, проследив за Кренарией, и устремил взгляд невинных глаз на Нева.
— Не обижайся на нее, – сказал он, безобидно склонив голову вбок. — Наверное, что-то пошло не так на консультации.
Нев шумно вздохнул, выпятив губы, и покачался с носка на пятку, осмотрев всех в комнате. Он траурно покачал головой и вернулся к Амору, упав на подушку.
— Она очень нервная и неразговорчивая в последнее время, мне просто тревожно за неё, – с грустью признался он, покрутив кольцо на среднем пальце.
Амор поджал губы, сделав вид, что задумался. Ладошка Нева незаметно перекочевала ему в руки, и он сразу же принялся разминать ее и играть с его пальцами.
— Думаешь, они там про меня говорили? – задумчиво спросил Амор, покрутив колечки, забрался двумя пальцами под браслет Нева, прощупывая пульс.
— Не знаю, – все с надутыми губами ответил он, перебрав пальцами по воздуху. — Что за подружку ты такую украл, что она до сих пор так тебя не любит? А-а.. Они не могли быть… ну, настолько близки? Или ты это и имел в виду в первый раз?
— М-м? Ты имеешь в виду… что они были влюблены? – уточнил Амор, на что сразу получил утвердительный кивок. — А-а, нет-нет, ни в коем случае. Я же не такой плохой. Они были просто хорошими подружками, а потом одна влюбилась в меня. Я разве виноват? Кренария слишком любит присваивать себе людей. Что такого, что у ее подруги появились отношения? Да это даже сложно назвать отношениями. Я уверен, сейчас происходит то же самое. Она злится на тебя, потому что ты начал общаться со мной. Не думаю, что это справедливо.
— На меня-я? – удивился Нев. Он и не думал, что Кренария была зла прямо на него, но когда об этом заговорил Амор.. В голову закрались некоторые совпадения с её прошлым. — Но это глупо, я же не собираюсь ее бросать.
— Вот и с Эмили так было. Она не собиралась прекращать общение, Кренария сама решила отдалиться. Она не любит делиться.
— Но у меня же много друзей кроме неё, она никогда не реагировала на Марко или Таллона так.
— А ты спал с ними? – в лоб спросил Амор.
— Э, ну да, – пожав плечами, ответил Нев. — А что?
— Ого, не хотите повторить? – Амор подбил плечом плечо Нева, загадочно улыбнулся.
Нев усмехнулся, запрокинув голову, и встряхнул распущенными волосами, наконец взглянув на Амора.
— “Квадрат любви” звучит очень поэтично, – похвалил он затею. — Но Таллону эта идея уже не понравится.
— Да? Ну да ладно. Я все равно не очень хотел делиться твоим вниманием, – хихикнул Амор, подмяв одну ногу под себя. — Шучу… Или нет.
Амор ткнул пальцем в кончик носа Нева. Тема успешно потеряла фокус на Кренарии.
— А кто тебе больше понравился? – чуть тише спросил Амор, глянув в сторону Таллона и Марко. — По секрету.
— Ну.. – задумался Нев, постучав по нижней губе пальчиком и мельком взглянув на друзей. Признаваться тут было не в чем. Он вернул взгляд к Амору, сузив глаза, будто прицениваясь: — Больше тебя пока никто не нравился.
— Не заводи меня, – посмеялся Амор, отстранившись от Нева. — Я возбуждаюсь от таких подкатов.
— Я просто сказал правду, – подперев голову кулаком, сказал Нев, все также глядя на Амора.
— Ну конечно-конечно. Кто-то просто хочет снова усадить меня себе на член, – отмахнулся Амор, снимая с себя руку Нева.
Дверь в кабинет психолога открылась, заставив Амора скрестить пальцы. Если Кренария вернется, пока он будет в кабинете, и эти двое успеют поговорить, все эти заигрывания пойдут коту под хвост. И, как на зло, вошедший в лобби Сторм торжественно оповестил:
— Кто такой Амор кстати? – спросил он, почесав лоб.
Все оставшиеся Змеи одновременно ткнули пальцами в его сторону.
— А-а, мальчик с бананами?
— Ты сам эти бананы придумал, помнишь? – вскинул бровью Амор.
— Не мог я такую хуйню придумать, – посмеялся Сторм, приземляясь между Невом и Амором. — Тебя к мозгоправу, сладкий бананчик.
Амор чуть поморщился. Сторм не входил в число людей, от которых хотелось бы получать такие слова в свой адрес. Но идти в этот злосчастный кабинет, откуда Кренария вышла едва ли не в слезах, не хотелось еще больше.
— Что вы там делали? – спросил Амор, не спеша подниматься.
— Говорили про рыбок, – ответил Сторм, почесав репу. — Давали им имена. Я, кстати, забыл про тебя. Так что у тебя нет рыбки, но можешь выбрать себе камень.
— Обязательно, – бесцветно бросил Амор, без особого энтузиазма поднимаясь с дивана. Его лицо в момент изменилось, когда взгляд нацелился на Нева. — Надеюсь, мы продолжим на том, на чем остановились. Я ненадолго.
Амор поправил футболку и штаны, подмигнул Неву и скрылся за дверью. Сторм, сидящий чуть ближе, чем положено, к Неву, не сводил с него глаз, будто пытаясь прочитать на его лице все, о чем он думал. Явно о заднице Манье. Правда, это подсказал Айс часом ранее, но Сторм ему верил. Особенно сейчас.
— Что продолжите? – все же спросил он.
— Разговор, – спокойно ответил Нев, не двигаясь с места.
— Ага-а, – многозначительно протянул Сторм. — Он тебе нравится? – Сторм пожал плечами в ответ на вопросительный взгляд Нева. — Просто сплетни собираю.
— А тебе нравится? – отзеркалил вопрос Нев.
— Кто?
— Амор.
— Кто такой Амор?
Неву редко выдавалась возможность пообщаться с кем-то из САДа, но по-отдельности они были, видимо, каждый со своим приветом.
— Мне кажется, тебя искала Вонг, – показав пальцем на одиноко сидящую в другом углу девушку, сказал Нев.
— Кажется, не искала. Я бы об этом знал.
— А-а, – понимающе протянул капитан. Требующий порядка в команде Эрос толкушкой с усилием колотил мозги Нева. — Как выглядела моя рыбка?
— Они там все одинаковые, – пожал плечами Сторм, подняв глаза к потолку. Кажется, он еще не отказался от своей идеи наглым образом вытянуть хоть какие-нибудь сплетни из Нева. — А ты… Когда-нибудь хотел трахнуть меня?
Нев опешил от такой резкой смены темы. Он неловко поморгал, отняв руку от головы, и отстранился от Сторма, подобравшегося слишком близко.
— Нет? – ответил он, не зная, почему задумался.
— Почему? – состроив бровки домиком, жалобно заморгал Сторм.
— Почему мы вообще об этом говорим? – сконфузился Нев.
Сторм оттолкнулся от спинки дивана и резко перекинул ногу, усаживаясь на бедра Нева. Он прижался спиной к его груди, закинув голову на плечо.
— Я недостаточно секси для тебя? – спросил Сторм, нагло уложив руки Нева себе на живот.
— Какого хуя? – внезапно раздался голос Сазерленда, стоящего в проходе с двумя бутылками кока-колы.
— Привет, Айс! Мы с Невом развлекаемся! – воскликнул Сторм, ловя на себе охуевшие взгляды сокомандников. — Хочешь с нами?
— А ты меня спросил? – выглянул на него Нев, приподнявшись.
— Ой, что-то упирается мне в попу, – звонко проговорил Сторм, поджимая ноги, чтоб Нев не смог скинуть его с себя.
— Да бл.. – выругался капитан, в безвыходном положении. — Айс, это не то, о чем ты подумал!
— Я и без тебя знаю, Брессет, – фыркнул Айс, проходя вглубь лобби. — Сторм, харе херней страдать.
Сторм в ту же секунду заржал и слез с Нева так хаотично, что чуть не грохнулся на пол.
— Надеюсь, мы продолжим на том, на чем остановились. Я ненадолго, – Сторм отправил Неву воздушный поцелуйчик, удачно спародировав Манье, и умчался к Айсу, оставив недоумевающего капитана в былом одиночестве.
— А вы все, – обведя рукой Айса со Стормом, намекая на их шайку, начал Нев, – друзья с ебанцой?
— У тебя какие-то проблемы? – спросил Айс, открывая одну бутылку колы.
— По-моему, не у меня, – закатил глаза Нев, приняв нормальное положение на диване.
— Да хватит вам! – осадил Марко. — Можно хоть один день прожить без вашей грызни? Вам что, так сложно игнорировать друг друга? Наталкивает на определенные мысли!
— Это на какие? – не понял Айс. Он сложил руки на груди и ступил пару шагов в сторону Марко.
— Да на такие! Что вы и секунды друг без друга не можете прожить.
Айс скептически фыркнул и развернулся на пятках.
— Ко мне свои извращенные фантазии не приплетай.
— Ты о чем вообще? – спросил Нев, уязвлено покосившись на друга.
Марко закатил глаза и спрыгнул с дивана. Таллон не успел среагировать, как его телефон выхватили из рук, заблокировали, а его самого подняли с дивана.
— Вот смотри, – начал Марко, поставив Таллона посреди комнаты.
Марко отошел подальше, развернулся и снова направился в сторону Лансера. Айс пытался понять, какого хера он пытается изобразить, но в голову даже ассоциации не лезли. Марко прошел мимо Таллона, не удостоив его и взглядом.
— Вот! – воскликнул он, разведя руками.
— Что “вот”? – все еще не вкуривал Айс.
— Вот так делают люди, когда им кто-то не нравится! – объяснил Марко. — Они просто проходят мимо и идут дальше по своим делам. А у вас вот так…
Марко снова отбежал подальше от Таллона, но теперь вместо того, чтоб пройти возле него, он на всей скорости вбежал в него, ударившись лбом о широкую грудь, сделал пару шагов назад и врезался снова.
— Вот что вы делаете!
Таллон растерянно раскинул руки в стороны, в тупую моргая на Марко, и непонимающе глядя на него. Просто растерялся – смеяться здесь или спросить у Марко, не ушибся ли он?
— Ты несешь какую-то хуйню! Ты хоть раз видел, чтоб я так делал? – размахивал руками Айс.
Нев, в попытке понять, что пытался донести Марко, нахмурился, прокручивая взаимодействия с Айсом, и пазлы будто встали в нужные места. Вот оно что!
— Вообще… Имеет смысл, – задумчиво потерев мочку уха, сказал Нев. — Но! То что Айс себя так ведет, не значит, что мы “друг без друга не можем”. Это просто… другое.
— А мне можно сесть? – повернувшись к Марко, прошептал Таллон.
— Как я, блять, себя веду? – Айс в ярости подхватил со стола бутылку Кока Колы и с силой запустил ее в Брессета.
Нев не успел уклониться, и бутылка врезалась в плечо, откатившись куда-то под столик.
— Какого хера!? – возмутился Нев, потирая плечо.
— Ну вот! Вы опять это делаете!
— Так это он! – указав пальцем на Айса, воскликнул капитан, не понимая доеба.
Айса это нытье Брессета уже в край заебало. Если бы только существовал способ заткнуть его на подольше, он бы непременно им воспользовался. Может Марко был прав, и Айсу стоило просто начать его игнорировать. Но ничего “простого” в этом он не находил, когда от раздражения кулаки сжимались сами по себе. Как и сейчас.
Бутылка, закатившаяся под журнальный столик, оказалась в руках Айса. Нев, проследив за ним взглядом, тут же приготовился ловить ее, но Айс не повторял приемы дважды. Он сделал пару шагов навстречу Брессету и, нацелив на него горлышко бутылки, резко открутил крышку. Густая пенная струя тут же выстрелила прямиком в лицо Нева.
— Знакомые ощущения? – довольно осклабившись, проговорил Айс, надавливая на пластиковые стенки.
Нев зажмурился, резко дернув головой в сторону, но было поздно: кола стекала по лицу, попадала в глаза, за ворот, неприятно щекотала кожу. Он медленно вытерся рукавом, оставляя темные влажные разводы, и поднял взгляд на Айса.
— Думаешь, это смешно?
Нев резко толкнул Айса в грудь – не сильно, но достаточно, чтобы обозначить насколько он зол.
— Повтори еще раз, – добавил он уже громче. — Я не рассмотрел, как тебе “знакомые ощущения” приносят удовольствие.
Все в комнате насторожились, переглядываясь. Особо одаренные сразу схватили в руки телефоны и принялись снимать. Но взгляд Нева был прикован только к Айсу, напряженный, цепкий, как у собаки перед рывком. И тогда рука метнулась быстрее, чем он успел подумать о последствиях: он схватил вторую бутылку колы и принялся изо всех сил трясти ее.
Айс, сообразивший что к чему, сразу пустился наутек, бросив:
— Только попробуй, Брессет.
Но уже было поздно, пугать Нева было нечем. Айс мог бесконечно шутить свои дурацкие шутки, но это зашло слишком далеко, в этот раз он довел Нева до точки кипения.
— Уху-ху, по машинам! – взвыл Сторм, вскочив на ноги и едва не опрокинув свое кресло. — Ставлю двадцатку, что все закончится жгучим сексом!
— Ставлю на то, что тренер убьет их обоих, – буркнул Таллон, потирая висок.
— Стоять, блять! – Нев сорвался с места, на ходу пытаясь скрутить крышку.
Пластик скрипнул в руках, крышка щелкнула, и, не сбавляя темпа, Нев сжал бутылку, выпуская вперед пенящуюся струю. Часть брызг ушла в воздух и на пол, но остальное попало Айсу на волосы и одежду.
Они пронеслись мимо столика, едва не задев его, все только и успевали убрать ноги, чтобы их не задело. Нев вытянул руку вперед, пытаясь достать Айса – хоть колой, хоть просто схватить за одежду, – настолько он его задрал.
Аррея, вокруг кресла которой они сделали круг, прикрыла уши ладошками (будто это защитило бы ее о брызг) и зажмурила глаз, наблюдая за двумя дикими обезьянами в брачный период.
Айс запнулся об угол дивана, и это дало Неву фору, потому что в следующую секунду он уже прижал Айса к стене, придавив предплечьем, и попросту вывернул колу на его светлейшую голову.
— Знакомые ощущения? – выплюнул Нев, едва не оскалившись. Сам не ожидал, что так взорвется. Его грудь вздымалась, как после марафона, а глаза следили за тем, как быстро менялось выражение лица Айса.
— У вас все нормально? – спросил внезапно появившийся в дверях Амор.
Кренария, выйдя из холла, нашла свое успокоение в очередной «последней» сигарете. Сколько ни пытайся бросить, всегда находилось что-то, что возвращало ее к ним по щелчку пальцев. Занять руки чем-то, кроме сигареты, было совсем не действенно. Жвачки, никотиновые пластыри – все это сходило на «нет», стоило чему-то до дрожи раздражающему появиться в поле ее зрения. Может, ей и хватало воли бросить, но пока она от этой воли просто отказалась, несмотря на запрет Эроса.
Подумать только, это она должна подстраиваться под придурка-Амора и научиться с ним работать. Почему не наоборот? Она исполняла свою часть, как всегда, безупречно, а его заскоки мешали ее полноценному раскрытию. Это в ком еще проблема?
— Кто-то выбесил?
Что?
Кренария быстро стряхнула пепел с сигареты и обернулась на чужой голос. Дейн Грейсон, сунув руки в карманы, стоял и улыбался, как ни в чем ни бывало. Довольный тем, что Кренария его заметила, он прочесал волосы рукой и вскинул брови, ожидая ответа.
Что эта горилла тут забыл?
— Что?
— Либо ты всегда такая грубая, либо тебя кто-то выбесил. Я думаю, второе. Так кто?
— Люди, которые считают, что знают, как мне играть, – наотмашь бросила Кренария, снова затягиваясь. — Тебе то что?
— Мне? – Дейн коротко усмехнулся, ткнув пальцем себе в грудь. — Да ничего. Просто обычно такие девушки не смотрят на всех так, будто мысленно ломают кому-то нос.
Кренария в другом случае спросила бы какие это – «такие» девушки, но сейчас думала совсем не о том:
— Тогда тебе лучше отойти подальше.
— Чтобы не попасть под раздачу? – весело продолжал Дейн.
— Чтобы не раздражать меня еще сильнее, – закатила глаза Кренария.
Грейсон качнул головой, перебирая слова. Из любопытства, после слов Эвелины, стал пытаться разобрать, с какой стороны бы подъехать, чтобы не обрывать разговор на чем-то неловком.
— Жестко, – протянул он. — А я-то думал, с тобой поболтать можно.
— Кто тебе такое сказал? – вздохнула Кренария.
— Значит, вариант не исключаешь?
— Значит, я спрашиваю.
Кренария нарисовала в воздухе знак вопроса и развела руки, мол, что-то еще?
— Тоже бесят эти консультации с психологом? – проигнорировав ее вопрос, спросил Дейн.
Наверняка они все собрались здесь для этого, потому что в расписании тренировок Змей этот день не значился. Он то знал. Сестра подсказала. Мелкая, а уже такая проныра. Но сейчас Дейн был даже ей благодарен.
— Есть такое, – кивнула Кренария, с подозрением покосившись на Дейна. Все еще было неясно что он здесь забыл и что вынюхивал.
— Дашь закурить?
После этого и вовсе было непонятно.
— Ну на, – она раскрыла перед ним пачку, предлагая угоститься. Но разве эти анаболиковые гориллы не питали ярой ненависти к «нездоровому» образу жизни?
Дейн вот не курил. И с первой затяжки это было заметно по тому, как он закашлялся и сплюнул на асфальт в стороне. Кренария скривилась, хмыкнув, и не сказала ни слова, облизнув губы, прежде чем снова приложиться к фильтру. Парень стойко стоял на своем, только приноровился набирать дым в рот и выдыхать, чтобы не курить на полную.
— Мерзость, – прохрипел Дейн после очередной попытки затянуться.
— Тогда зачем куришь?
— Чтобы поддержать разговор.
Кренария снова тихо усмехнулась себе под нос, почти незаметно.
— Ты странный.
— О, так ты умеешь не смотреть на людей, как на мусор, – сразу заметил он, обрадовавшись.
— Не привыкай.
Дейн снова поднес сигарету к губам, уже осторожнее.
— Тяжелый был разговор?
— Мне сказали «учиться работать в команде».
— Звучит нормально.
Кренария перевела на него взгляд, и от этого спокойного, непробиваемого вида на ее лице ему самому снова стало слегка неловко.
— Было бы нормально, если бы проблема была во мне.
Он заметил, как у нее дрожат пальцы – не от никотина, а скорее от злости, которую она до сих пор держит внутри.
— У Змеев в Раю раздрай за яблоки? – он незаметно потушил сигарету и откинул ее в мусорку, понюхав свои пальцы, поморщился. — Какой-то новенький настолько плох?
Кренария несколько секунд молчала, будто решая, стоит ли вообще продолжать этот разговор.
— Нет, – наконец произнесла она. — Он хуже.
— Случалось. В футболе такие тоже есть.
Кренария раздраженно отвела взгляд в сторону парковки, где ветер гонял по асфальту обрывки листьев и чьи-то старые чеки. Черт. Она вообще не собиралась что-либо объяснять этому придурку, почему он сразу повел все в свое русло?
— И что вы с ними делаете? – тем не менее спросила она.
— Ждем, пока кто-нибудь не врежет ему в раздевалке.
В голове у Кренарии сразу же медом пролилась картинка, где ее клюшка врезается в очаровательную мордашку Манье и из его носа хлещет юшка, созвучная с его криками о том, что его лицо безоговорочно испорчено.
Она все-таки коротко фыркнула от смеха.
— Вот, – тут же оживился Дейн. — Уже лучше. Впервые за пять минут увидел, что ты человек, а не серийный убийца.
— Ты слишком много разговариваешь.
— А ты слишком красивая, чтобы быть такой злой.
Фраза вылетела раньше, чем он успел подумать. Дейн держался стойко, будто так и надо, но Кренария только вздохнула и посмотрела куда-то в сторону, будто ждала, что кто-то подойдет. Сигарета дотлела до фильтра и ее время снаружи заканчивалось через считанные секунды. Нужно было вернуться и сделать вид, что Манье ее ни капли не задел.
— Не засчитано, – бросила она, забычковав сигарету о край урны. — Плохого дня, Грейсон.
Он что-то бросил ей вслед, но Кренария уже уткнулась в телефон, собираясь написать Неву. Только набрав первые буквы сразу же стерла сообщение и заблокировала телефон. Не было в этом сейчас никакого смысла.
Вернувшись в лобби, она застала повсюду бардак, будто по нему пронеслось стадо баранов.
— Что здесь, блять, произошло?
На ее плечо легла тяжелая мужская рука. Тренер собственной персоной совершенно спокойно осматривал труды своих подопечных.
О том, что за этим “спокойствием” стояла самая настоящая буря, Змеи узнали лишь на вечерней тренировке. Перед игрой, когда все уже успели натянуть на себя экипировку, Эрос раздал каждому небольшие черные браслеты. Они больше походили на обычные смарт-часы, но отличались отсутствием экранчика.
— Что это? – не побоялся спросить Марко.
— Кнут, – ответил Тренер, и показал небольшой пульт с одной лишь кнопкой и небольшим регулятором.
Когда все браслеты туго застегнулись на запястьях, Эрос охотно продемонстрировал их в действии. Пока Змеи недоумевающе перешептывались, он поднял руку с пультом и ненадолго задержал палец на кнопке.
В тот же момент раздались охи и ахи, крики и визги, некоторые клюшки с грохотом упали на пол. Запястье каждого игрока ужалило электрическим разрядом.
— Какого?! – воскликнул Киллиан, потирая запястье.
— Отныне играем по правилу: один за всех и все за одного, – ответил Эрос, убрав пульт. — Это касается не только тренировок, но и полноценных игр, а также вашего поведения вне стадиона.
— Но это незаконно! – возмутилась Ирида, собираясь сорвать с себя браслет.
— Незаконно плевать на правила, установленные мной, и вести себя, как узколобые бараны, – поправил ее Эрос. — Кто окажется без браслета в мое присутствие, будет исключен из команды. И я не шучу.
Змеям не осталось ничего, кроме как поумерить свой пыл и вернуть застежки на свои места.
— Как долго мы должны их носить? – поморщился Таллон, глядя на то, как Марко потирает свое запястье.
— Пока ваше поведение и игра не покажутся мне удовлетворительными. Еще вопросы?
— Ну заебись, – буркнул себе под нос Лансер.
— Нет, Тренер, – вздохнул Нев, приняв их участь на ближайшее… неведомо какое время.
— Доволен, Брессет? – огрызнулся Айс, за что в ту же секунду еще один разряд тока заставил Змеев вскрикнуть.
— Несказанно, – сквозь зубы прошипел Нев, злобно глянув на Сазерленда.
Тренер довольно покрутил пульт в руках, рассматривая его как величайшую находку в своей жизни, и снова нажал на кнопочку.
— Мне никогда это не надоест, – хмыкнул он, под нескрываемое возмущение команды.
