Болезнь Фролло

      Клод шел молча, тень от капюшона прятала лицо, но Эсмеральда знала – он взбешен. Напряжение между ними росло, и она не выдержала:       — Клод, что случилось? — сказала она мягко, взглянув на него.       Клод резко остановился, повернулся к ней. В его глазах вспыхнула боль, но голос оставался глухим.       — Что случилось? Ты обещала мне… неважно. А сейчас ты вешаешься на этого капитана.       Он кашлянул. Сначала тихо. Но потом сильнее, с надрывом. Его рука мгновенно прикрыла рот, и хотя он попытался отвернуться, она успела увидеть несколько мелких лепестков, упавших на землю. Белые. Но покраснели от крови.       — Ты… Снова кашляешь? — Эсмеральда покачнулась к нему. — Клод… Это…       — Неважно, — перебил он. — Не сейчас.       Он тяжело вдохнул и отвернулся, будто борясь с собой, с чувствами, с болезнью.       — Так вот как, — добавил он после паузы. — Достаточно одного улыбки золотого капитана — и ты забыла, кто тебя вчера спас?       — Нет! Это не так, — ответила Эсмеральда, но Клод уже не слушал.       Они, конечно, помирились, но между ними была недосказанность.       Несколько дней спустя Клод начал меняться. Он не признавался в этом вслух, но в его взгляде, жестах, молчании было то, что раньше скрывалось за суровой маской судьи. Его ревность после встречи с Фебом оставила отпечаток. А еще – лепестки.       Каждую ночь он просыпался от кашля. Что-то горячее и соленое смывалось с его губ вместе с лепестками темно-розового цвета. Он прятал их в платке или сжигал у камина, чтобы она не видела их больше. Он хотел сделать видимость, будто он выздоравливает. Но болезнь набирала обороты.       Несмотря на это, или именно поэтому, он начал заботиться о ней еще нежнее. Будто пытаясь оставить после себя след в ее сердце.       Однажды утром Эсмеральда очнулась, а на столике лежала коробочка. Открыв ее, она увидела тонкую цепочку из серебра с кулоном в форме танцующей фигурки. На кончике фигурки сверкал крошечный камень — изумрудный, как ее глаза.       — Это… – Она не успела ничего сказать, как услышала знакомый кашель за дверью. Короткий, но с металлическим привкусом страха.       Когда Клод вошел, он снова был сдержан.       — Тебе понравился мой подарок?       — Да, спасибо тебе огромное. На следующий день — новое платье. Шелковое, глубокого фиолетового цвета, она ложилась на ее тело идеально, подчеркивая каждую линию. – Ты говорила, что это твой любимый цвет. – он сказал это, немного охрипло. А она снова почувствовала в его голосе что-то... тревожное. Как будто что-то недосказанное. И однажды вечером он сам приготовил ужин. На столе стояла запеченная рыба с лимоном, овощи, свежий хлеб и бокал вина. Он кашлянул, закрывая рот салфеткой, пока она не удивлялась. – Я не обещаю деликатесов, – сказал он с улыбкой. – Но я старался. – Это лучший ужин в моей жизни, – сказала она, не в силах сдержать тепло в голосе. Но потом ночью она услышала, как он снова кашляет. Эсмеральда не понимала что она сделала не так. И почему он все ещё болен.