Ты не странный для меня

Честность — залог счастливой жизни. Феликс всегда так считал, поэтому для него не было трудностью понять, что ему хотелось в жизни и он старался быть честным со своими партнерами. И поэтому Феликс быстро разобрался, что одержим задницей Чана. Особенно, когда ему приснился сон, как он трахал его в эту великолепную задницу, крепко держась руками за ягодицы. Феликс проснулся с таким сильным стояком, что ему пришлось подрочить в душе два раза, чтобы снять бурлящее в теле напряжение. Он зависал, смущенный и голодный, когда видел эти круглые ягодицы, обтянутые боксерами или брюками. Как они покачивались и тряслись, когда Чан двигался по их дому, Феликс еле сдерживался, чтобы не укусить. — Феликс! — грубо прошипел Чан, резко хватая его ладонь и отбрасывая от своей задницы. — Хватит лапать меня на людях! Чан развернулся и посмотрел извиняющимся взглядом на двух молодых женщин, которые шокировано их разглядывали. Наверное, потакать своей одержимости в очереди за кофе была не самой лучшей идеей, но разве можно Феликса винить? Он всего лишь простой смертный, а его парень самый сексуальный человек на Земле. — Прости, — выдавил Феликс, широко раскрывая глаза, стараясь выглядеть, как можно более виноватым. — Хватит строить мне глазки! — Чан шуточно прикрыл лицо от Феликса. — Я знаю все твои уловки. Ты только выглядишь милым ангелом, а на самом деле настоящий демон! — Это не так! — возразил Феликс, еле сдерживая смех. — Я просто слабый человек, который очень любит своего парня! Они постоянно в шутку спорили друг с другом, иногда предмет спора был настолько нелепым, а их аргументы все более и более идиотскими, что они начинали смеяться еще до того, как заканчивали спор. Чан бросил на него нежный взгляд и взял за руку. — Детка... Я тоже тебя очень люблю, просто не нужно лапать меня абсолютно везде, где тебе вздумается. Нас могут арестовать за нарушение общественного порядка. Очевидно, что его одержимость начала становиться немного неуправляемой. Впервые Феликс все осознал, когда трахал Чана на коленях. Его киска сжимала член Феликса мокро и туго, а ягодицы так призывно качались, с каждым толчком открывая на мгновение его розовую, сжатую дырочку. Феликс никогда не задумывался, чтобы заняться анальным сексом. До Чана у него было не очень много партнеров, а сексуальная жизнь такой разнообразной, и только Чану он смог довериться настолько, чтобы быть открытым в любых своих желаниях. Но задница Чана все еще была неизведанной территорией, чем-то новым. До этого Феликс только целовал киску Чана, трахал его пальцами и сосал его клитор. А вот задницу никогда не трогал. И Феликсу если честно так сильно захотелось попробовать, что возможно у него начала капать слюна от нетерпения. Схватив ягодицу Чана, Феликс отодвинул ее в сторону, чтобы как следует рассмотреть его маленькую дырочку, пока медленно двигал членом в его киске. — Фелииикс, — сладко застонал Чан, прижимаясь грудью к кровати и отодвигая свою задницу еще сильнее. Чан так сильно его заводил, что Феликсу пришлось остановиться на мгновение, иначе он бы кончил прямо в ту же секунду, как услышал возбужденный голос Чана. — Черт, — выдохнул Феликс, хватаясь за ягодицы Чана и крепко сжимая их. Прикусив губу, он не сдержался и осторожно вдавил кончик большого пальца в розовый анус, чувствуя вокруг сжатые, теплые стенки. — Ай! — воскликнул Чан, оглядываясь на него. — Детка? Что ты делаешь? Феликс пришел в себя и отдернул руку, словно от горячей плиты. — Ничего! В первую секунду Феликс испугался, что Чан разозлится на него, поэтому постарался сделать вид, что ничего не произошло. В итоге он трахнул Чана так сильно, чтобы все поползновения к его заднице были забыты. Наверное, ему надо вначале поговорить с Чаном? Прежде чем трахнуть все его дырки? Когда Феликсу пришла мысль, что он за один раз трахнет Чана в рот, киску и задницу, то чуть не упал в обморок от возбуждения, потому что вся кровь из его тела пулей пустилась в член. Он собирался как следует подготовиться и сделать этот опыт для Чана незабываемым. Феликс изучил несколько статей в интернете, купил самую лучшую смазку, хотел купить еще красивую пробку с прозрачным кристаллом, но решил, что это пока слишком и Чан точно на него разозлится. Феликс приготовил им ужин и купил вина, желая, чтобы Чан был полностью расслаблен и доволен, когда Феликс поднимет эту тему. — Что тут происходит? — недоуменно спросил Чан, когда вернулся с работы и нашел Феликса на кухне, заканчивающего последние приготовления. — Мы что-то празднуем? — Да! Праздник называется «Я сильно тебя люблю», — Феликс засмеялся, смотря как Чан закатил глаза. — Ты иногда такой странный, — Чан подошел к нему и быстро поцеловал в щеку. — Дай мне сходить в душ, детка, и я вернусь к тебе. Феликс скрипуче смеялся ему в след, пока Чан не заперся в ванной. Он любил дразнить Чана, вначале тот старался не реагировать, просто устало закатывал глаза, но вскоре взрывался как шарик с краской. Чан был невероятно милым со своими реакциями на поддразнивания: дул свои пухлые губы и упрямо отворачивался. В этот момент все, что хотел Феликс — зацеловать Чана до их общей потери сознания. — Я вернулся, — Чан зашел на кухню и пах так потрясающе, чистотой и апельсиновым шампунем, что Феликсу захотелось наплевать на ужин и трахнуть Чана прямо на обеденном столе. Не то, чтобы они этого никогда не делали. — Спасибо за ужин, детка. Все выглядит так вкусно. — На самом деле это не праздничный ужин, а… ужин, чтобы задобрить тебя, — начал Феликс, смущенно катая свою еду по тарелке и ужасно надеясь, чтобы Чан согласился. — Задобрить? О чем ты? — Я хотел кое-что попробовать с тобой. Сексуальное. — Хорошо. Что именно? — Чан особо не смотрел на него, больше увлеченный ужином. — Можно трахнуть тебя в задницу? — нетерпеливо выпалил Феликс, слегка наклоняясь над столом. И опять Феликсу подумал, что стоило дождаться, пока Чан поест, прежде чем вываливать на него все свои похотливые желания, пока наблюдал за тем, как Чан пытался откашляться. — Ч-что? — М-можно? — от того, что Чан нервничал, Феликс и сам начал волноваться. — Я думал об этом довольно долго… — Серьезно? — удивился Чан, его глаза комично расширились, а губы округлились. — Да… — Как давно? — Несколько… месяцев? — Феликс почувствовал, как начали гореть уши от стыда. — Месяцев?! О, Феликс… — Да, ничего не могу поделать с тем, какой ты сексуальный, и красивый, и я только о тебе и думаю. Твоя задница преследует меня даже во снах! Чан сконфуженно засмеялся, сверкнув своими ямочками и потом нерешительно произнес: — Я не знаю… Я никогда этого не делал. Феликс неожиданно возбудился от признания Чана. Быть для Чана первым, да это его самая горячая и влажная мечта. — Я все почитал об этом, я готов! Чан, обещаю, я сделаю все так, что тебе понравится. Чан смущенно посмотрел на него, щеки его покраснели, и он напряженно кусал свои пухлые губы. — Наверное… наверное мы можем попробовать. Я люблю тебя и доверяю. — Что? Правда? — Феликс так обрадовался, что ему даже стало неловко от своего нетерпения. — Тебе понравится! Я дам тебе несколько дней, чтобы привыкнуть к этой мысли. Чан только нервно улыбнулся в ответ. *** Феликс довольно осмотрел лежащего на кровати Чана и нежно погладил его по напряженной спине. — Я бы хотел видеть твое лицо, — капризно пробубнил Чан, дергая ногами, как ребенок. — Так тебе будет легче, малыш, поэтому не переворачивайся. Чан что-то неразборчиво проворчал в подушку, но послушно растекаясь по кровати, предоставляя Феликсу делать с собой, что ему захочется. Именно от этого Феликс так сильно возбудился, от этого слепого доверия, которое заставляло Феликса любить Чана еще сильнее. Уверенно устроившись у Чана между ног, Феликс жадно раздвинул его круглые ягодицы руками. Он с удовольствием осмотрел розовую киску Чана и маленький, нетронутый анус. Смазка блестела на входе его киски, а анус сжимался и разжимался. Феликс собирался как следует вылизать задницу Чана, но не обратить внимание на свою любимую киску тоже не мог. Поэтому вначале Феликс наклонился и нетерпеливо облизал его маленький клитор, отчего Чан задрожал, напрягся всем телом и приподнял бедра, подставляясь мягким ласкам. — Ты так сильно любишь мой язык? — насмешливо спросил Феликс, тыкаясь в его мокрую дырочку самым кончиком. — Угу, люблю. Довольно улыбнувшись, Феликс наконец зарылся лицом Чану между ягодиц. Он жадно облизал его дырку по кругу, ощущая захватывающую эйфорию от того, что открывал Чана с новой стороны. Чан на вкус был сладкий, и пряный, и просто восхитительный, Феликс бы провел весь день вот так, вылизывая Чана. Его бедра в руках Феликса мелко дрожали, а маленькие стоны, которые он издавал, заставляли Феликса возбужденно тереться о матрас, как подростка. — Феликс! — жалобно заскулил Чан. — Мне так хорошо… Услышав это, Феликс усилил свои старания, облизывая то кончиком языка, то всем языком. Чан нетерпеливо двигал бедрами, прося все больше и Феликс погладил большим пальцем по шву его киски, чувствуя какой он мокрый. Феликс резко сел и уставился на Чана, он выглядел так горячо и сексуально. Вся его спина была красной, бедра мелко дрожали, а кожа блестела от пота, словно жемчужная. Опустив глаза ниже, Феликс тихо застонал, пока рассматривал как сильно покраснела киска Чана от возбуждения, что несколько капель смазки упали на простыню под ним. От этого вида терпение Феликса начало лопаться и медленно вытекать из него, словно тающее мороженное на горячем асфальте. — Блядь, я так сильно хочу тебя трахнуть, прости, Чан… Феликс улегся рядом с ним, прижавшись к горячему боку, подтолкнув его колени выше своими и открывая себе задницу Чана. Быстро смазав пальцы, он вставил один в его дырочку, одновременно мокро целуя в плечо. — Ликс, детка, прошу тебя, я уже не могу… — Потерпи, — Феликс горячо прошептал Чану в щеку, трахая его пальцами, раскрывая его стенки для своего твердого члена. — Я не хочу, чтобы тебе было больно. Чан скулил, двигал бедрами, словно пытался насадиться на пальцы Феликса и потереться своей киской о матрас. Он был такой сексуальный, член Феликса болел так сильно, что казалось он мог кончить, даже не притронувшись к себе. Наконец почувствовав, что Чан расслабился и четыре пальца свободно входят внутрь, то решил, что уже можно. Феликс опустился на Чана, накрыв полностью своим телом, раздвигая его ноги коленями. Поцеловав Чана в бледное плечо, Феликс осторожно стал вводить свой член в узкую задницу. — О, черт… — Чан ахнул и уткнулся лицом в подушку. — Тебе больно? — взволнованно спросил Феликс, останавливаясь. Последнее, что он хотел в своей жизни — причинить боль Чану. — Нет, — невнятно промычал Чан. — Продолжай. Феликс решил перевернуть их на бок, прижавшись грудью к спине Чана, и снова начал медленно входить внутрь. Он старался двигаться осторожно, чтобы не сорваться и не войти в Чана сразу на всю длину. Чан был тугой и горячий, его мышцы так сладко трепетали вокруг его члена, что сдерживаться было невероятно тяжело. Войдя полностью, Феликс опустил руку между ног Чана и начал водить круги по его горячему клитору, вызывая у Чана еще больше его сексуальных, маленьких стонов. — Ты как? — спросил Феликс, прикусывая плечо Чана. — Почему твой член такой огромный? — скулеж Чана был таким милым, что Феликс почти засмеялся. — Что? — Я так глубоко тебя чувствую, — Чан повернулся к нему лицом, смотря на Феликса слезящимися глазами. Выглядел Чан так сексуально: его губы были ярко-розовыми и припухшими от укусов, взгляд был завороженный, словно Чан терял связь с реальностью. — Тебе нравится? — лихорадочно спросил Феликс, начиная быстрее двигать пальцами на клиторе Чана. — Нравится чувствовать меня глубоко в своей заднице? — Да… так приятно, когда ты внутри меня. Феликс застонал, утыкаясь носом в шею Чана, еще больше возбуждаясь от его слов. — Я могу двигаться? Детка, скажи, что могу! — Да-да-да! Первые толчки были маленькие и легкие, Феликс еле выходил и входил обратно. Но даже эти короткие движения заставляли их обоих жалостливо стонать. — О, черт, Чан, — заскулил Феликс, начиная быстрей двигать бедрами. От каждого глубокого толчка, голос Чана звучал все громче и от этого у Феликса сладко ныло в животе. Феликс так завелся, что засунул два пальца в горячую киску Чана, сходя с ума от того, какая она мокрая. Он чувствовал свой член через тонкую стенку между киской и задницей Чана и не мог выкинуть из головы мысль насколько сильно он сделал Чана своим. Начиная от пальцев и заканчивая кончиками волос — Чан полностью принадлежал Феликсу. — Детка, черт, — Феликс не мог заткнуться и лепетал всякую влюбленную чушь, потому что его мозг сварился под натиском сексуальности Чана. — Ты такой потрясающий, такой красивый, ты даже не представляешь, как сильно я тебя люблю. Феликс не трахал его пальцами, просто держал их в мокром и горячем, а свободной рукой развернув голову Чана к себе. Засунув язык Чану в рот, Феликс возбужденно застонал, двигая бедрами все быстрее, желая, чтобы они никогда больше не разделялись. Теперь он был во всех трех дырках Чана, заполнил его полностью, как и хотел. Он так сильно прилип к Чану, что двигаться особо резко не получалось, да и не хотелось. Чан был слишком горячим, мокрым и податливым, прижимался к Феликсу, ища больше прикосновений. — Это так приятно, — простонал Чан, сам начиная поглаживать свой клитор, пока Феликс держал пальцы в его мокрой дырочке. — У тебя такой классный член. Феликс возбужденно усмехнулся и продолжил двигаться в заднице Чана, стараясь войти глубже. Довести Чана до оргазма было несложно, Феликс знал с какой скоростью и силой нужно тереть его клитор, чтобы Чан задрожал и забился от удовольствия. Они занимались сексом так часто, что Феликс отточил свои навыки до совершенства. Заменив руку Чана своей, Феликс прижал кончики пальцев к его клитору и начал резко двигать пальцами из стороны в сторону. Чан под ним громко застонал, приподнимая бедрами ему навстречу. — Черт, Ликс, я сейчас, — через мгновение Чан жалостливо захныкал, кончая. Ноги его беспорядочно дергались, пока Феликс нетерпеливо тер его клитор, помогая Чану пережить оргазм. — Слишком много, детка, хватит! — Чан резко убрал ладонь Феликса от своей киски. Феликс обхватил липкой рукой бедро Чана, уткнулся носом в волосы, вдыхая его сладкий запах, пытаясь сдержаться и не продолжить двигаться. — Чан, — жалобно заскулил Феликс, облизывая его шею. — Можно мне еще тебя трахнуть? Пожалуйста, я очень хочу, я уже не могу. — Да, можно. Давай, я хочу твою сперму внутри… Феликс закинул ногу Чана себе на руку и начал двигаться быстро, насколько позволяли его силы, втрахиваясь в тесную задницу. Чан сжимался от каждого толчка и это быстро подвело Феликса к краю. Уткнувшись носом в шею Чана, Феликс еще несколько раз толкнулся и кончил, заливая задницу Чана спермой. Феликс громко застонал, вдавливаясь в Чана изо всех сил, забирая все пространство в его теле, которое теперь принадлежало ему. На мгновение Феликс оглох от удовольствия, его сознание сузилось только до этого места, в котором он был с Чаном. Чан ласково погладил его руку, которой Феликс снова цеплялся за его киску. — Ох, черт, — сдавленно засмеялся Феликс, покрывая маленькими поцелуями плечо Чана. — Детка, это было так классно. Тебе понравилось? — Да, было хорошо, — захихикал Чан и Феликс повернул его к себе для глубокого поцелуя, чтобы жадно вылизать его рот. — Мы можем сделать это еще раз. Чан улыбался между поцелуями, влажной и сытой улыбкой, и Феликсу ужасно захотелось трахнуть его еще раз. — Правда? — Мне понравилось, — Чан выгнулся и поцеловал Феликса в щеку. — Поначалу я нервничал, все казалось очень странным, но у тебя прекрасный рот и член, так что я быстро расслабился. Феликс засмеялся, по-прежнему держа рукой теплую киску Чана, а свой член у него в заднице, ему было так уютно и приятно, что совершенно не хотелось двигаться, а хотелось остаться в этом моменте с Чаном до скончания времен. — Знаешь, мы могли бы попробовать кое-что еще. Чан помолчал, а потом осторожно уточнил: — Что? — Я бы хотел заткнуть твою задницу пробкой, а киску трахнуть. Представь, трахнуть тебя одновременно в обе дырки… — Феликс, — Чан бросил на него насмешливый взгляд через плечо. — Мне нужно прийти в себя. Ты лишил меня анальной девственности, дай мне время, прежде чем запихивать в меня игрушки. Я должен привыкнуть к мысли, что теперь ты можешь трахнуть меня куда угодно. — Ты мой любимый зануда, — сказал ему на ухо Феликс, кусая мочку. — Эй! Я не зануда! — А еще, представь, как здорово было бы, надень ты короткую юбку и каждый раз, когда ты наклонялся, я бы видел твою киску и… — Феликс! Ты маленький извращенец! Феликс довольно засмеялся, пока целовал улыбающегося Чана.