Расскажи

      Пальцы больно впились в ледяной металл люка. Колени задрожали, ступни окаменели то ли от холода, то ли от всепоглощающего ужаса. Оковы страха и горячей обиды туго стянули горло, не позволяя сделать и поверхностного вздоха. Диппер, не смея моргать, пялился Сайферу прямо в прищуренный от широкой улыбки глаз, радужка которого, казалось, еле заметно подсвечивалась опасным жёлтым в непроглядной темноте бункера. Либо же это галлюцинации? Либо же Билл заставляет его так думать? — Что-то ты расклеился, Опилка! — по ушам ударил оглушительный в сравнении с мёртвой тишиной хохот. — Ну гляньте, бедное дитя совсем запуталось! Ну пошутил, бывает, что же сразу «умеешь, да умеешь мысли читать»? — Не обманешь... — сипло прошептал Пайнс, сглотнув вязкий ком тревожности. — Не получится обмануть, как в тот раз. Я тебе не верю.       Демон издевательски хихикнул, ступив на шаг вперёд. Голова резко закружилась. Глаз Билла на секунду размылся бледно-жёлтым пятном. Рваный вздох был слишком коротким, чтобы полностью заполнить лёгкие необходимым кислородом. Диппер истерично замотал головой, безостановочно повторяя неразборчивое «не повторится, не повторится, никогда не повторится».       Перед глазами мелькает необъятный разрез в виде креста на туманно-красном небе. Кислотные оттенки ослепляют. Город тонет в безумии. Шрамы на руке опять колют острой болью, будто в них пихают иглы.       Парень силой оттолкнул мужчину в сторону, рванув к выходу из бункера. Сперва врезался в стену из-за темноты, но сразу нашёл спасительную дверь. Споткнулся на не самой безопасной лестнице, чуть не навернувшись с неё. Как ужаленный вылетел из подземелья и пробежал столько метров, сколько позволило раннее задержанное дыхание.       Диппер, больше не в силах держаться на ватных ногах, рухнул на колени и схватился за горло. Рваный, но наконец глубокий вдох. Трясущиеся руки осторожно накрыли горящие от животной паники щёки. Холодный пот стекал с шеи и до спины. Деревья, птицы, трава мешались в одну грязную, зелёную смесь. Стук сердца неприятно пульсировал в висках и заглушал все остальные, будто не существующие звуки.       Всё время. Весь месяц. Сокровенные мысли без малейшего стеснения крали из его головы. «Скользкие руки» обвивали всё самое ценное и личное — переживания, бытовые глупости, пароли, о Боже, куча паролей! Подозрительные напоминания о мелких делах, помощь Мэйбл, сплетни Пасифики, он знал абсолютно всё. И не было это никакой внимательностью. Только ложь. Мерзкая ложь, от которой внутри всё крутило от горечи и нестерпимой злости.       Та же ошибка. Та же до безобразия тупая ошибка. Поверить демону — вопиющий идиотизм.       Дыхание постепенно выравнивалось, становилось глубоким. Ноги наконец чувствовались небесполезным прицепом к туловищу. Муть в глазах рассасывалась, и дрожащие на ветру листья на беззаботных деревьях обрели чёткий контур. Пальцы рук неосознанно сжимали траву, немного затрагивая холодную землю.       Неспешные шаги сзади послышались не сразу. Вернее, они даже не послышались. Они почувствовались затылком. Диппер не оборачивался, усердно пялясь в одну точку, стараясь усмирить ураган слипшихся мыслей. Злоба тихо таилась в дрожащих кулаках, ожидая скорейшего высвобождения.       Пайнс сжал челюсть, когда ему на плечо легко опустилась чужая ладонь. По шее побежали мурашки холода, настолько она была ледяная. — Ах, Сосна! — пальцы крепче впились в худощавое плечо. — Вечно ты драматизируешь! Ну вижу я твои неприличные подростковые мыслишки, и что такого? О, поверь, это явно не то, о чём стоит волновать... — Заткнись! — раздражённо рявкнул парень, резко отпрянув от демона.       В ярко-жёлтом глазу блеснул острый интерес, а на лице растянулась противная, насмешливая улыбка. Это заставило раннее сдерживаемый гнев хлынуть в вены, мышцы, нервы. Кровь ударила в голову, щёки налились пунцовым румянцем. Дыхание перехватило, и Диппер окончательно «вскипел»: — По-твоему, мне не о чем волноваться!? — вскрикнул он, схватив Сайфера за ворот футболки. Пайнс слышал только циркулирующую кровь в висках. Видел перед собой только весёлые, наглые глаза. — Ты понятия не имеешь, что значат мысли для человека! Это личное, неприкосновенное! Это н-нельзя просто взять и прочесть! — Да ну тебе, Полено! — он безразлично махнул рукой. — Обычные, я бы назвал их «никчёмными», размышления об ингредиентах завтрака, проклятья в сторону парня сестры и развращённые воспоминания о бюсте подружки явно не самое постыдное, что я видел в чужих мозгах! Это всего лишь обыденность, для меня это норма, пирожочек! — Норма!? — пальцы больно впились в чужую, плотную кожу около шеи.       Жар прошёлся с головы до ног и Пайнс, не пожалев силы, вмазал Биллу по щеке. Тот впал в ступор лишь на долю секунды, но вскоре улыбнулся только шире: — О-о, Сосна. — медленно протянул Сайфер. Его голос дрожал, но не как от страха, а будто от... Удовольствия? — Неужто в твоих маленьких ручонках наконец проснулась тяга меня прикончить?       И Диппера вдруг резко отпустило. Ненависть, жар, дрожь. Всё улетучилось куда-то вместе с прохладным ветром. Земля окрепла под ногами, и Пайнс, ослабив хватку на чужих плечах, уверенно встал перед демоном. Тот оголил зубы в слишком широкой, жутковатой улыбке. Острые зрачки сверкали озорством. — Ты никогда не исправишься. — сухо сказал Диппер, неотрывно пялясь в пытливые глаза. Юноша нахмурился, равнодушно хмыкнув. — Слишком поздно. Твоя терапия бессмысленна, потому что ты здесь — ошибка, которую просто нужно игнорировать.       Он потёр измученное от переизбытка эмоций лицо. Наплевав на бункер, Пайнс устало выдохнул и с лёгким головокружением развернулся в сторону дома. Но вздрогнув, парень замер, когда позади послышался еле заметный смешок. Короткая пауза, и он перерос в тихое хихиканье. Постепенно оно лишь усиливалось, становилось громче. И вскоре пронзительный хохот стал уже нестерпимым, превратившись в надрывистый и истеричный смех.       Диппер коротко глянул на Билла через плечо. Сидя на коленях, он крепко сжимал холодную траву. Его тело сотрясалось от импульсов смеха, которые он не умел контролировать. Голос срывался на кашель и хрип, но Сайфер упёрто продолжал смеяться настолько оглушительно, что в ушах уже начинало звенеть.       Пайнс, поёжившись, скорее направился в лес, оставив демона один на один с собой. Хриплый смех становился всё более мученическим, но не затихал. И лишь когда Диппер отбежал на приличное состояние, хохот медленно сошёл на нет.       Сумасшедший. Этим всё сказано.

**

— Поверить не могу, что это правда! — сестра нервно отпила горячий шоколад из стаканчика. — Так обидно! Я-то думала он реально просто замечает мелочи... — Мэйбл! — Диппер нахмурился, приложив к губам указательный палец. Пара бабушек в библиотеке недовольно оглядели близнецов, но вскоре вернулись к своим делам. — Я сам до последнего не хотел верить, но теперь нужно что-то решать. Кто знает, какие способности у него ещё есть?       Юноша неспокойно кусал губы, старательно вчитываясь в один из методов засекречивания текста в книге о самых разных методах шифрования. Боже, даже в названии покоя нет. Впрочем, самым кошмарным были не воспоминания о не самой приятной фамилии, а то, что судя по номеру страниц, книга уже близилась к завершению. Наверняка уже даже самый дотошный сотрудник ФБР нашёл бы желаемый способ для передачи секретной информации, но разобраться с чёртовым терапевтическим листком книга, естественно, не позволяла!       Пайнс задумчиво постучала ногтями по столу, усыпанному горой расписанных непонятными уравнениями листов и книг, и взяла один из дневников. Без особого интереса она пролистнула его где-то к середине. Со рта сорвался тихий смешок, когда взгляд зацепился за страницу с мужикотавром. — Так получается, эти рыбки всё же на стороне Билла... — она печально вздохнула, перевернув страницу. — Зачем бы им тогда понадобилось говорить о его беспомощности? Лечение ведь вроде имеет результаты: сейчас он ведёт себя гораздо лучше, чем когда был треугольником, да и, думаю, ничего не замышляет! — Мы не знаем о его планах, Мэй! — он нечаянно повысил тон, эмоционально вскинув руки. На этот раз пожилая работница уже громко шикнула на них, призывая говорить тише. Диппер лишь хмыкнул, шумно выдохнув. — К тому же, я уверен, что по-настоящему у него никогда не получиться искупить свои грехи. — Почему? — девушка в недоумении вскинула брови и склонилась ближе к брату. — В смысле, да, он гадкий, и, честно, до сих пор иногда меня раздражает, но он ведь пытается! В терапии он был пять лет, это время ведь явно не могло пройти даром! — Интересно, где же он пытается, если мне до сих пор тревожно смотреть ему в глаза? — Диппер злобно фыркнул, переведя взгляд на книгу. — Мэйбл, Сайферу больше лет, чем нашей Галактике. Пять лет для него — чисто чихнуть.       Сестра нахмурилась и опёрла голову о ладонь. Слова близнеца нахально обесценили неумолимую надежду, а Мэйбл ой как не любила, когда люди покушались на её самое драгоценное — оптимизм. Она раздражённо перелистнула страницу. На них было сказано о какой-то жемчужной ракушке, которая может воссоздавать разные вещи и книга заклинаний, отдалённо напоминающая ту самую из «Зачарованных». — Я тоже вижу кошмары о Странногеддоне. — прошипела она, не поднимая глаз. Девушка постаралась изобразить внимательное чтение, но обида, всплывшая румянцем на её щеках, нагло выдала истинные эмоции. — И до сих пор чувствую вину за то, что тогда отдала сферу, хоть моей вины там и нет.       Диппер отложил книгу и, уставившись на близняшку, свёл брови в сожалении. Брошенные без раздумий слова мгновенно заставили ощутить грызущий душу стыд. — И тем не менее, я всё равно верю в исправление Билла. — Мэйбл для вида перелистнула страницу. — Даже у таких уродов как он есть второй шанс. Он всё ещё никого не поранил и не убил, иногда делает что-то полезное. «Тот» Билл не стал бы нянчиться с ребёнком или смотреть мои любимые романтические комедии даже ради корыстных целей! — она откинула от себя дневник и раздражённо скрестила руки на груди.       Пайнс глубоко выдохнул, устало потерев переносицу. — Прости меня. — он подпёр голову кулаком и начал неосознанно водить пальцем по столу, вырисовывая незамысловатые узоры. — Я просто боюсь, чтобы он ничего с нами не сделал... — Может, терапия действительно работает? — Мэйбл не смела унывать. Она аккуратно помассировала виски, видимо, призывая в голову рациональные мысли. — Мы ведь не знаем психологию демонов. Наверное, изменения происходят очень медленно, вот он и продолжает так себя вести... Или это вообще его характер, который нельзя убрать!       Предположение было не самым уверенным, впрочем, заставляло невольно задуматься. Химия мозгов Сайфера (забавно видеть два противоположных слова рядом) совершенно очевидно не подчинялась нормам человеческих. Значит, предсказать результаты теоретического лечения представлялось невозможным для обычных людей вроде него или Мэйбл. Но в таком случае, когда он будет полностью здоров? Да и может он вообще выздороветь? Или он уже здоров для демона…       Интересно, может ли тогда, даже несмотря на внешнюю схожесть, отличаться и анатомия? Являлись ли для Сайфера способности чем-то вроде органов чувств? Сравнима ли была потеря возможности читать мысли с потерей слуха? — Всё возможно, Мэй. — он измученно глянул на книгу по шифрованию и, отчаянно вздохнув, закрыл её. — Но что нам делать сейчас? Я не хочу, чтобы этот олух видел мои мысли!       Сестра протяжно хмыкнула и сделала внушительный глоток горячего шоколада. Юноша мельком глянул на третий дневник, пока Мэйбл теперь уже по-настоящему вчитывалась в страницу второго. — Если расскажем Форду, то он будет жить на улице. — Диппер грустно усмехнулся. — Звучит заманчиво? — Весьма. — она развернула дневник к брату и тыкнула на нужную страницу. — Смотри! Помнишь тот камень, которым пользовался Гидеон, чтобы обманывать людей?       Диппер сделал очередной глоток и оставил стаканчик в сторону, внимательно вглядевшись в картинку и размашистую надпись «Мистический амулет». Под рисунком гладкого зелёно-голубого камня было его подробное описание: «Представляет собой драгоценный изумруд в золотой оправе, закреплённый на шнурке. Выглядит как стильный галстук, я думаю, никто не догадается, что этот амулет обладает огромной силой! Амулет наделяет своего владельца практически неограниченными способностями: ясновидение, телекинез, чтение мыслей, левитация и управление людьми и предметами. Надевший этот амулет становится очень могущественным! В активном состоянии камень светится зелёным светом. Откуда в нём такая сила?»       Пайнс, нахмурившись, поднял задумчивый взгляд на сестру. — Если есть амулет, позволяющий читать мысли, то может существовать и ему обратный... — Диппер мельком оглядел соседние страницы в поисках дополнительной информации. — Да! Форд рассказывал, что нашёл его случайно, так же, как и Гидеон однажды. Возможно, есть место, где...       Они молча уставились друг на друга, переваривая одну и ту же идею, внезапно посетившую их головы. Отсутствие конкретного места, куда можно было бы отправиться на поиски амулетов, конечно, расстраивало, но близнецы точно не из тех, кто опустил бы руки в трудной ситуации. Пусть ради цели и придётся навестить не самых дорогих людей. — Загадочник. — одновременно согласились они.       Мэйбл отчаянно вздохнула, потерев лоб, а Диппер потянулся к третьему дневнику. Гномы. Им нужны гномы.

*

      Пайнс поёжилась от прохладного ветра, спрятав ладони в длинные рукава тёплой вязаной кофты. Второй день подряд погода крупно разочаровывала спрятавшимся за серым небом солнцем и не самыми привычными градусами на термометре за окном. Оттого людей на улице и не было — кто мог, прятался дома в компании с уютным пледом.       Мэйбл торопилась в дом Рамирезов в надежде обнаружить там Билла, ведь прошлой ночью до Хижины он так и не дошёл. Видимо, понял, что уже изрядно измотал Дипперу нервы. Справедливости ради, решение мужчины устраивало всех — избежать несколько истерик в и так неспокойном доме было лучшим из возможных исходов событий.       И всё же туманные слова брата о «плане Сайфера», который тот и сам никак не мог подтвердить, девушка подвергала большущим сомнениям. Вспоминая, как несчастный падал без помощи трости и давился, пережёвывая что-то твёрже клубничного йогурта, она невольно представляла только-только появившегося на свет котёнка. Билл не мог ни-че-го без посторонней помощи, постоянно обо всё ударялся и падал без конца. И даже заживляющая синяки и раны мазь ни капли не помогала бедняге. До сих пор весь покоцанный и перекошенный. Явно не похож на прежнее всемогущее существо, способное устроить геноцид.       Почему-то в таком виде Мэйбл чувствовала к Сайферу только жалость.       Пайнс забежала на крыльцо и пару раз потыкала в дверной звонок. Она взволованно перекатывалась с пятки на носок, осматривая участок дома и случайно подметила отсутствие машины в гараже. Значит, дома Мэлоди быть не должно... — О-оу, приветик, Звёздочка! — дверь раскрылась с громким щелчком, из-за которого девушка испуганно вздрогнула. — Рад видеть адекватного человека перед собой! Но спешу огорчить: глава семейства покинула домашний очаг, чтобы быть рабом системы, и, кстати, я не про Зуса! — Понятненько. — она неловко хихикнула и тихо закрыла за собой дверь.       Билл привычно улыбнулся и, напевая что-то неразборчивое себе под нос, направился в гостиную. Мэйбл от чего-то нервно поправила волосы и пошла за ним. Сайфер уселся на диван и забавно выпрямил спину идеально ровно. Его действия невольно напомнили роботизированное поведение персонажей из игры «The Sims». Пайнс молча села рядом и пристально уставилась на демона. — Так ты реально умеешь мысли читать? — девушка не стала церемониться. — Конечно же нет! Просто случайно предположил слова твоего братца, а они нечаянно оказались правдой! — невозмутимо ответил тот, невинно разведя руками.       Очевидно, — сарказм. Мэйбл, ощущая в груди лëгкую пустоту, уставилась перед собой, куда-то в выключенный телевизор. Ложь демона ранила открытую всем и всему душу, будто заставив некрасиво треснуть горлышко хрупкой фарфоровой вазы, наполненной растениями самых разных цветов. Значит, «случайные» рассказы о тараканах в голове Кристиана Диора, Коко Шанель и Юбера де Живанши никогда не были внимательностью к её интересам? Неужели настолько красочное и живое повествование может иметь место без искреннего восхищения к теме? А были ли те «факты» вообще настоящими?       Был ли искренним такой пронзительный смех Билла, когда они вдвоём, втайне от Диппера, бесились под «Бритни Спирс», и Мэйбл обучала его искусству прыгать на кровати? Действительно ли Билл просто игрался во время шуточных боëв с подушками, или просто сдерживал истинную силу и удерживался, чтобы не ударить по-настоящему? Неужто на всех ночёвках он просто изображал довольного парня, которого можно и накрасить, и причесать и в узкую юбку одеть? И самое главное — правда ли, что Билл беспардонно лез в мысли каждый раз, когда давал советы самого разного рода, маскируя их успех «опытом прожитых лет»?       Девушка поджала колени к груди и положила на них тяжëлую голову. Судя по всему, она случайно заразилась несмолкаемой тревогой Диппера, раз её мысли стали походить на бесконечные вопросы без единого ответа. — И о чëм я сейчас думаю? — Мэйбл грустно усмехнулась, коснувшись запутанных, но всë ещё мягких волос куклы Хуаниты. — Об излишней схожести со своим горе братцем. — совсем рядом послышалось раздражëнное «ц!». — Дорогая, постоянными вопросами меня и так выматывает Сосенка! Тебе не идёт такой стиль мышления!       Уголки губ дрогнули в кривой улыбке. Опустошение — вот чем было это чувство. В нём не было холодного страха или ослепительного гнева. В пустоте была лишь глубокая обида, спазмы которой стягивали горло и сжимали грудь.       Мэйбл бесцельно подняла глаза и, повернув голову, резко вздохнула: на долю секунды ей почудилось, будто демон мрачно хмурился. Выражение лица, тот, правда мгновенно сменил на невозмутимое и, соответственно, довольно странное — «обычным» его лицом была широкая улыбка. — Зачем ты врал о своих способностях? — она бесстрашно уставилась прямиком в острый, дрожащий от чего-то зрачок. — На терапии не говорят о том, что ложь паршива?       В чужих глазах мелькнуло замешательство. Билл в недоумении свёл брови к переносице, то ли разозлившись, то ли от чего-то огорчившись, и уже приоткрыл рот для ответа, когда его прервало громкое «мама!» с верхнего этажа. Лицо опять стремительно переменилось — автоматически растянулось в открытой улыбке, а брови вздёрнулись вверх. — Упс, кажется, проснулся пупс! — Сайфер слишком уж радостно подлетел с дивана и, не оборачиваясь, торопливо направился к лестнице.       Мэйбл проводила его вялым взглядом и расстроенно откинулась на спинку дивана. Вот почему Диппер постоянно жалуется на головные боли. Его слова, проговариваемые словно какая-то мантра или молитва себе под нос, сами вспыхнули в голове: «Биллу доверять нельзя».       Девушка раздражённо фыркнула в ответ на свои же мысли и резко вскочила с дивана, направившись к входной двери. И как же Диппер будет выведывать нужную информацию у человека, которому доверять нельзя!?       Пайнс раскрыла входную дверь и уже спустилась с крыльца, когда позади послышались детские смешки и тихие шаги на лестнице. — Звёздочка.       Мэйбл нехотя обернулась. Билл стоял в дверном проёме, держа на руках всё ещё сонную Хуаниту. Девочка хоть и медлительно, но радостно помахала ей рукой, но Пайнс, к своему ужасу, не смогла ответить тем же позитивом. Взгляд был сосредоточен на лице мужчины — впервые его улыбка казалась не забавной или излишне резвой, а растерянной, словно не имеющей совсем никакого смысла. — О, только не говори, что все наши модные показы теперь отменятся? — ухмылка криво дрогнула.       Мэйбл тяжело молчала. Иногда, когда Диппер волновался о тех документах, она невольно задумывалась о «терапии». Тогда в голове кружились только мысли о брошенном в чужой двор набедокурившем коте, которого вдобавок к его страданиям ещё и лишили возможности нормально ощущать своë тело.       Нет, она никогда в жизни не простила бы Сайферу Странногеддон. Но, зная о терапии, искренне старалась проникнуться, возможно, в помине не существующей историей. Вот за что было душевно обидно. На совместном времяпрепровождении, которое Мэйбл старалась устроить для него же, чтобы тот смог понять веселье, возможное простым людям на Земле, Билл изображал счастье слишком правдоподобно. И фальшивая радость казалась чуть ли не самым опасным преступлением по отношению к доверчивому сердцу.       Демон вдруг нахмурился и сжал челюсть. Он прижал голову Хуаниты к себе, этим самым прикрыв ей уши. Та начала капризничать, махая руками, но Билл игнорировал толчки в грудь, неотрывно пялясь на Пайнс. Взгляд скользнул с разозлённого лица на недовольную девочку и... Дрожащие ладони Сайфера? — Я никогда не говорил, что моё веселье было поддельным. — слова были тихими, но уверенными настолько, что даже свистящий поток ветра не смог их заглушить.       Мэйбл поджала губы, оглядев мужчину. Она сделала короткий шаг назад и отвела взгляд, потоптавшись на месте. — Прости, Билл. Я... Я не могу тебе верить.       Пайнс, не оборачиваясь, спешно направилась вдоль главной улицы. Она ощущала на себе долгий, вдумчивый взгляд, который спустя пару секунд прекратился после еле слышного щелчка замка двери. Ветер заставлял длинные волосы путаться прямо в воздухе. Руки машинально гладили пряди, нервно стараясь придать им аккуратный вид. Попытки были бесполезными. Волосы разлетались то в одну сторону, то в другую, затмевая всю дорогу перед ногами. И мысли были точно такими же.       Мэйбл психованно пнула невинный камень и потёрла глаза. Нет! Надежду нельзя терять ни в коем случае! Билл сможет исправиться. Сможет попросить прощения. Просто нужно время. Возможно, чуть больше встреч с подругами и ночного чтения правил вежливости. Нужно верить. Желательно, вовлечь в эту затею ещё и Диппера.

**

«Гидеон не помнит, откуда взялся этот камень. Точнее, место он помнит — лес (очевидно), но ничего интереснее мне выведать не удалось. Зря покупал шоколадки и мармеладных мишек. Поспособствовал бы диете этой бестолочи. Сайфер жил у Зуса и Мэлоди три дня. Давно не испытывал подобного счастья. Жаль, что оно закончилось. Теперь в голове будто нарочно всплывает всякая чушь, когда вижу его! Я не могу контролировать этот поток, и я это ненавижу. Ненавижу его улыбку, когда он на меня смотрит. Она будто прямым текстом говорит: ”Я знаю больше, чем мне позволено, и мне это нравится. Я издеваюсь над тобой специально, и мне это нравится. Вы все глупо прокололись, поверив в моë враньё, и мне это нравится“. Меня раздражает, что Мэйбл искренне верит в его исправление, и я наотрез отказываюсь с ней соглашаться. Успели с ней немного поссориться из-за этого. Сказала, что с этого дня мы будем чаще гулять все вместе, чтобы Сайфер познавал адекватное человеческое поведение, ведь постоянное просиживание штанов в доме мало чем помогает. Перспектива рассказать обо всëм Форду манит всë сильнее, чтобы он просто закрыл Билла в подвале. Держусь чисто из-за нежелания в конец разругаться с Мэйбл. Как это подобие человека (мне с трудом удаëтся его так назвать. Это оскорбление для всего населения Земли) может покаяться в грехах? Моë сердце чуть не остановилось от его признания в умении читать мысли. Ему доставляет удовольствие видеть страх, и он не пытается этому сопротивляться. Это невозможно. Как только я найду нужный нам амулет, сразу вернусь к расшифровке документа. Жива у меня надежда только на возвращение Сайфера туда, откуда он пришëл. С недавнего момента я начал сомневаться в правдивости его слов, потому как ”простые английские слова“ не могут не поддаться всему тому, что я к ним применял. Ощущаю себя полным идиотом.»       Диппер задумчиво постучал ручкой по листу дневника. Странная мелодрама, игравшая исключительно ради фонового шума и тусклой подсветки для записей, слепила глаза в тёмной комнате. Юноша сощурился, поёжившись в тёплом кресле дяди Стэна. Глаза слипались в глубокой ночи, и уютный плед соблазнял лечь спать прямо здесь только сильнее. «Почему он признался только сейчас? Как долго планировал скрывать?»       Диппер хмыкнул. «Он хотел сказать именно мне, потому что я — его любимая мишень для издëвок. Вот, в чëм я точно не сомневаюсь.»       Пайнс чуть ли не подпрыгнул на месте, когда входная дверь закрылась с громким хлопком. Он машинально захлопнул дневник и испуганно повернулся к источнику звука. Со рта сорвался усталый вздох, и юноша спокойно принял прежнее положение, поёжившись в кресле. — Я надеялся, ты умер. — Твои надежды призрачны, Сосна! — Билл лëгкой походкой преодолел дверной проëм и уселся на громоздкий череп невиданного существа. — Ко-ошечки, котятки! Ты до сих пор гниëшь здесь? Что-то Звëздочка в край заигралась со своим хахалем…       Веки уже слипались, и парень не особо обращал внимание на рядом сидящую проблему. Сайфер, очевидно не способный терпеть какие-либо эмоции на лице Диппера помимо раздражения, расплылся в чересчур довольной ухмылке и прильнул ближе. — Ах, юные молодые души! Энергия и страсть прямо-таки выливаются из края и заполняют собой всё щëлочки. — Мерзость! — от отвращения вскрикнул Пайнс. В плечах интенсивно закрутилась резкая злость, которая молниеносно хлынула в ладони, и Диппер вновь несдержанно шлëпнул Билла по лицу. — Не смей так говорить! — Говорить как? — демон слишком интенсивно потëр место удара, видимо, пытаясь унять лëгкое покалывание. Быстро учится. Раннее такого рефлекса у него не наблюдалось. — Я просто констатирую факт! — Ты не знаешь, чем они там занимаются. — шикнул юноша, сложив руки на груди. — И это не твоë дело! Наше с тобой дело не заходить в комнату пока не разрешат. А ты бы мог вообще уйти спать на улицу. — Как гру-убо. — мягко протянул Сайфер и в наглую накрутил каштановую прядь на указательный палец. — Да что тебе нужно? — он хлопнул мужчину по руке и прижался к дальнему углу кресла, натянув плед выше. — Ты и так действуешь мне на нервы, даже когда тебя рядом нет!       Ярко-жëлтый глаз блеснул странной радостью, даже сравнимой с восторгом. Острые черты лица, поглощённые тьмой глубокой ночи, подсвечивались не полностью, резко очерчивая рельефы. При таком освещении и так жуткая улыбка казалась в разы ужаснее. Демон не моргал и пялился, казалось, прямиком в душу.       Диппер неуютно поëрзал на месте. Шум от мелодрамы непонятным образом угнетал положение, усиливая контраст между мëртвой тишиной молчания и глупыми разговорами главных героев. Вся ситуация странным образом заставляла ощущать неприятное, колющее чувство внутри — эффект зловещей долины, только наоборот. Живой «человек» ощущался не более, чем реалистичным роботом. — Ах, «робот» — забавное сравнение! — наконец Билл оживился и, прерывисто сгибая руку в локте, помахал юноше, видимо, изображая механические движения.       Пайнс сонно помотал головой самому себе. После испытанного в бункере подобная шутка (или же очень неприятная привычка демона в моменте застывать на месте с улыбкой от уха до уха) уже не была настолько страшной, насколько казалась раннее. Они в доме с кучей народу, а не одни под холодной, противной землëй. Билл не строит из себя монстра (были бы сейчас у Диппера силы, он бы точно хихикнул над этой мыслью — монстр никогда не перестанет быть монстром), а просто ведëт себя так, как обычно ведëт себя Билл. Странно, непредсказуемо, жутко.       На этот раз Сайфер как-то раздражённо оглядел парня, но вскоре вновь улыбнулся, как ни в чëм ни бывало. — «Монстр никогда не перестанет быть монстром» — безэмоционально повторил он и тупо уставился в экран телевизора. — Ты теперь каждую мою мысль будешь назло озвучивать вслух? — Диппер измученно закрыл глаза, положив тяжëлую голову на спинку кресла. В голову невольно закрался вопрос: почему из всего потока Билл выбрал именно это предложение? — Конечно, особенно когда на следующую прогулку блонди наденет маечку с вырезом. — мужчина коротко хихикнул.       Пайнс цыкнул. И всë же, несмотря на то что Билл прямо сейчас читает его мысли, на вопрос он не отвечает. И сейчас не реагирует. И даже не смотрит. Не смеётся. Всë ещё не обращает внимания. И вот опять. Почему именно это предложение?       Вот, опять. Невольный ураган из странных мыслей вновь поднялся в голове при присутствии Сайфера. Сейчас ещё и неловкие мысли возникнут, и вскоре совсем постыдные…       Но Билл упëрто молчал по неизвестным причинам. Может, его умение подчинялось контролю, и он выбрал не видеть кошмар, обитающий в чужих мозгах, а может просто совершал неимоверную для его уровня благотворительность и любезно игнорировал уже ну просто до безобразия нехорошие мысли подростка. И вот даже сейчас в ответ на догадки молчит. Что же это такое? — Э, — Диппер вздрогнул от неожиданности, распахнув веки, и повернулся на дверной проëм. — вы чего это тут сидите?       Стэнли потëр сонные глаза и уже держал «на готове» пачку сигарет. Видимо, как обычно проснулся посреди ночи и решил «подышать свежим воздухом». Действительно, храпа ведь не слышалось уже довольно долгое время...       Пайнс замешкался, и неловкая пауза продлилась слишком долго, чтобы остаться незамеченной. — Сериальчик такой захватывающий, невозможно оторваться! — бодро отозвался Сайфер. — Чего не спится, старина? — С вами поспишь, ага. То дверьми хлопают, то ржут, как кони! — дядя без особого интереса глянул на экран телевизора и, вздëрнув бровь, покосился на Диппера. — Чего это Мэйбл не в вашей компании? Такая сопливая бредятина ведь её стихия.       Юноша молча переглянулся с Биллом, улыбка которого от чего-то стала чуть слабее. Нервное молчание, разрушаемое лишь шумом телевизора, было сложно не заметить. Стэнли недоверчиво покосился на парней и, сунув пачку сигарет в карман шорт, решительно направился вверх по лестнице. Билл и Диппер вновь быстро переглянулись и, не сговариваясь, подорвались со своих мест и спешно последовали за мужчиной. — Ты же знаешь меня, мне не спится, вот я и решил Мэйбл не мешать! — уверенно заявил Пайнс, пусть и дрожащим голосом.       Стэнли пренебрежительно махнул на него рукой и продолжал уверенно двигаться вперёд. Диппер обернулся на демона, возмущённо взмахнув рукой. Тот лишь весело улыбнулся, продолжая шагать прямо за ним. И в голове вдруг возникла странная идея. — А Мэйбл иногда в одних трусах спит, ты знал? — вырвалось само собой, и парень сам удивился сказанному.       На секунду Стэнли впал в ступор, охладив племянника брезгливым взглядом. То выиграло ему пару ценных секунд, и Пайнс торопливо обогнал дедушку на лестнице. — Похвальное рвение! — Билл дружески обхватил мужчину за плечи. — Но кому ли как не тебе знать, что к девушке нельзя заходить без предупреждения? Об этом известно даже мне! — он скорчил гримасу вселенского омерзения и осуждения. Дипперу лишь на секунду это показалось забавным из-за чересчур выраженной мимики. — Тебе ещё меня учить! — рявкнул Стэнли и резко дëрнул плечом, призывая Сайфера немедленно убрать ладонь. — А разве он не прав? — твëрдо настаивал юноша, стоя посреди прохода. — Помнишь, как Мэйбл швырнула в тебя феном, когда ты забыл постучаться? — Ой, давай мне тут не это самое! — мужчина отпихнул внука и, не мешкая, уже почти подошëл к двери. — В самом деле, подростки мно-ого на что способны! — размеренно протянул Билл, намекая на очевидные, не самые приличные действия. Заметив, что Стэн лишь на секунду задумался, Диппер опять переглянулся с демоном и активно закивал головой, одобряя его слова. Гадость, так гадость. — Ах, не стыдно ли тебе, старику которому идëт девятый десяток, шагать в ту комнату и понимать, за каким занятием ты можешь застать свою невинную, милую племяшку? — Настоящий позор. — поддакнул Пайнс, сложив руки на груди.       Стэнли обернулся с явно заметным раздражением на лице и недовольно упëр руки в бока. — Да что вы мне ту…       Дверь вдруг скрипнула. Билл и Диппер заглянули за мужчину, а тот в свою очередь стремительно обернулся. Глазам предстала сонная Мэйбл, которая потирала глаза и хмурилась от непонимания ситуации. — Чего орëте? — зевнув, промямлила она.       Парень с сомнениями посмотрел на демона. Тот коротко взглянул на него и задорно ухмыльнулся в своей манере. Стэнли, игнорируя возмущения Мэйбл, аккуратно отодвинул её от двери и прошëл внутрь комнаты, включив свет. От резкого освещения глаза самовольно прищурились, но даже так стала заметна интересная деталь — на щеках девушки виднелся лëгкий румянец, который раннее заботливо скрывала темнота. Пазл сложился, и Диппер устало приложил ладонь ко лбу. Дедушка медленно ходил по комнате, что-то (точнее, кого-то) разыскивая, в то время как Мэйбл начала хитро улыбаться.       Но как только Стэнли покинул комнату, она моментально приняла прежний сонный и усталый вид: — Зачем разбудил то? — скромно спросила девушка, медленно моргая. — Ничего, детка, просто показалось. — добро ответил дядя и потрепал Мэйбл по и так взъерошенным волосам.       Он окинул парней строгим взглядом и наградил Диппера мощным щелбаном, в конце концов наконец удалившись на улицу. Сестра мгновенно выдохнула с нехилым облегчением, опëршись на дверной проëм. — И где же наш красавчик? — оживился Билл, заглядывая в комнату. — Под кроватью! — она гордо улыбнулась, сложив руки на груди. На лице брата появилось отчётливое осуждение, что заставило её сразу добавить: — Прости, Диппер, ты же знаешь, что под моей нет места! — Никогда бы не подумал, что захочу устроить генеральную уборку. — хмуро ответил Пайнс, развернувшись и направившись обратно вниз. — Я проигнорирую твои слова и просто вас обоих сильно поблагодарю! Спасибо!       Дверь позади захлопнулась. Юноша успел сделать всего пару шагов, когда ощутил на своëм плече крепкую ладонь. — Отлично справились вдвоëм, Сосна! — радостно заявил Билл, после тихо рассмеявшись.       Диппер угрюмо промолчал, коротко дëрнув плечом. — Я и сам мог справиться. — парень медленно поводил ладонью по деревянным перилам и глубоко выдохнул. — Завтра вечером мы идëм к Загадочнику. У тебя нет выбора. — сухо оповестил он и скорее спустился в гостиную.       Билл лишь привычно хмыкнул и скрылся в коридоре первого этажа. Пайнс занял прежнее место на кресле и закутался в уже не такой тëплый плед. Вся надежда на него. Лишь бы условия были приняты, лишь бы им удалось заполучить необходимый оберег. Ведь если сделки не случится, то спокойной жизни ему больше не видать.       Диппер поëрзал на кресле и выключил телевизор. На лице невольно проскочила короткая улыбка, которую раннее показать не представлялось возможным. И всë же ситуация была комичной. Да и Билл не был настолько бесполезным…