Лучше, чем кэб

— Позвольте мне повторить заказ. Сибас на углях с прованскими травами и лимоном, а также овощи фламбе для джентльмена, — учтиво произнес официант, улыбнувшись сначала Эрни, а потом и Гермионе. — А для милой леди — вырезка из мраморной говядины с грибами и печеный картофель. К рыбе бокал белого вина, а к мясу — красное. Все верно? — Да, спасибо, — спокойно ответил Эрни, и официант тут же едва заметно кивнул и удалился к другому столику. — Коллеги говорили, что здесь очень быстрая кухня. Минут пятнадцать, и блюда уже подадут на стол. — Было бы замечательно, — Гермиона опустила глаза на чистую пустую тарелку перед собой и смущенно улыбнулась. — Может, попросить пока принести нам легкие закуски к вину? — предложил Эрни. — И взять уже по бутылке? Зачем сидеть просто так? — Не уверена, что хочу сегодня много пить, — она торопливо стянула со стола кипенно-белую тканевую салфетку, расправила и положила на колени. — А вот от воды с лимоном я бы не отказалась. Во взгляде Эрни промелькнуло недовольство, но затем он все же улыбнулся и подозвал официанта, чтобы дополнить заказ. Гермиона же в это время пыталась мысленно объяснить самой себе, зачем согласилась на встречу с бывшим однокурсником на День святого Валентина. По словам самого Эрни, это был просто хитрый маневр: сделать вид, что он находится в поиске будущей спутницы жизни. А кандидатура Гермионы прекрасно подходила! Перевод на должность заместителя начальника отдела в Министерстве, Орден Мерлина и безупречная репутация — именно такая партия и нужна была сейчас Эрни Макмиллану, чистокровному магу и холостяку, только что основавшему собственную финансовую компанию. После Хогвартса он не был замечен ни в одних официальных отношениях. Не то, чтобы Гермиона следила за подобными светскими хрониками, но и игнорировать обсуждения девушек-коллег на перерыве или в обед она тоже не могла. Пару недель назад они совершенно случайно пересеклись на выходе из Гринготтса и проболтали почти полчаса за чашечкой чая в кафе. А буквально позавчера он прислал ей письмо. Эрни предложил это фальшивое свидание, чтобы создать нужный образ и привлечь к себе взгляды потенциальных бизнес-партнеров, славившихся своими традиционными семейными ценностями. Для Гермионы же выгодой был сам визит в один из наиболее дорогих и популярных ресторанов волшебного мира, попасть в который было довольно непросто: очередь на бронь столиков могла растянуться на несколько месяцев вперед. Вероятная колдография в завтрашнем «Ежедневном пророке» и завистливые взгляды многих ведьм также могли стать дополнением к этому псевдо-романтическому ужину. Поначалу их сделка показалась Гермионе очень даже невинной, однако сейчас, когда она ловила на себе взгляд Эрни, что-то делало неприятный кульбит в районе солнечного сплетения. Будто он не озвучил всех условий их договоренности, а она не озаботилась тем, чтобы прочесть тот самый «мелкий шрифт». Мысль о возможном продолжении вечера с Эрни уже за пределами зала ресторана захватила сознание Гермионы, и она активно пыталась просчитать возможные варианты развития событий. Поужинать, а потом поблагодарить за прекрасно проведенное время и твердо отказать, если он будет предлагать что-то большее? Или позабыть о возможных общественных рамках и позволить себе очередную вольность, пользуясь собственным положением ведьмы без отношений? Она ведь никогда особо не заглядывалась на Эрни Макмиллана ни в Хогвартсе, ни после выпуска. Он не был таким же сногсшибательным кавалером, как, например, Виктор. Но почему-то Гермионе казалось, что, согласись она на гипотетическое продолжение, то ночь с Эрни ее не разочаровала бы. Хотя, к чему врать самой себе? После того, что она испытала с Малфоем, всякий другой мужчина в любом случае потерпел бы фиаско… — Закуски и напитки для вас! — объявил появившийся возле столика официант. Он поставил посуду на скатерть и предложил попробовать вина. Когда алкоголь, наконец, был разлит по бокалам, официант пожелал им прекрасного вечера и удалился. Эрни завел какую-то поверхностную беседу. Гермиона вежливо улыбалась, отвечала на вопросы и скромно смеялась над его шутками. Однако мысли то и дело возвращались к треклятому блондину. После того случая с патронусом в гараже Гермиона больше не встречала на улицах Лондона ни одного темно-зеленого кэба, ни в магловской, ни в магической частях. Она старалась подавить необъяснимое внутреннее волнение и напоминала самой себе, что Малфой, скорее всего, уже закончил отбывать исправительный срок и просто ушел из такси. Это объяснение всегда отзывалось тоской, и Гермиона с небольшой долей стыда признавала, что она бы с удовольствием стала пассажиркой темно-зеленого кэба еще раз. — …А недавно мы заключили третью крупную сделку, — с легко заметной надменностью рассказывал Эрни, — и теперь являемся эксклюзивными дистрибьюторами порошка из русалочьей чешуи! Ты уже слышала о нем? Говорят, это настоящий прорыв в магической косметологии. Кремы на основе этого порошка работают лучше любых чар красоты. — Да, кажется, девочки в отделе обсуждали, — кивнула Гермиона, сумев скрыть облегчение от того, что официант наконец подал горячее. Эрни принялся пробовать свою рыбу, а она отрезала кусочек сочного стейка и наколола тот на вилку. Гермиона уже успела приоткрыть рот, чтобы положить туда мясо, как подняла глаза и замерла. Противоположная ко входу стена, к которой она сидела лицом, была декорирована большим широким зеркалом, и прямо сейчас в нем отражалась стройная фигура и белокурая макушка Драко Малфоя! Он стоял почти спиной к зеркалу, помогая своей спутнице снять теплую мантию, отороченную мехом. Эрни, очевидно, тоже заметил новых гостей заведения и не удержался от тихого комментария: — Надо же, какие люди тут сегодня собрались! — На последнем слове Гермиона все же закрыла рот и перевела взгляд на своего визави. — А я думал, что Малфой гниет в Азкабане, как и папаша. — Он отсидел положенные полтора года, а потом был на исправительном сроке, — быстро ответила Гермиона, тут же осознав собственную оплошность. — Да? — искренне удивился Эрни. — А ты откуда это знаешь? — Я… — Она судорожно перебирала в голове варианты хоть сколько-нибудь правдоподобного ответа под его заинтересованным взглядом. — Я… Мне Джинни рассказывала… — Джинни? Уизли? Она-то откуда… — От Блейза, — чуть ли не вскрикнула Гермиона и посмотрела в зеркало. Но рядом со стойкой администратора уже было пусто. — Джинни сейчас активно ездит на квиддичные сборы, а Блейз же тоже играл в Хогвартсе за команду Слизерина… И вот они как-то пересеклись где-то, разговорились и… — Понятно, — проворчал Эрни, посмотрев налево от себя. — Вот же изворотливый тип. Гермиона проследила за его взглядом и заметила, как через ползала от них Малфой по-джентльменски отодвинул стул для миловидной ведьмы. Ее лицо показалось Гермионе знакомым. — С кем это он? — все же не удержалась от вопроса она. — Астория Гринграсс, младшая сестра Дафны, — пояснил Эрни и снова принялся за сибаса. — Ничего о ней особо не знаю, моя семья никогда не водила дружбы с Гринграссами. В отличие от тех же Малфоев. Пока он накалывал на вилку очередную порцию рыбы, Гермиона снова посмотрела на столик, за которым сидели Драко и Астория. Оба одеты с иголочки. У нее — вечернее платье в пол и уложенные в низкий пучок волосы. Он — в классическом черном костюме и тоже с идеальной прической. В голове сразу вспыхнуло воспоминание об уличных огнях, танцевавших в этих прядях несколько месяцев назад. Вдруг захотелось зарыться пальцами в блондинистые волосы и царапнуть его затылок ногтями. Гермиона почувствовала прилив тепла между ног. Мерлин, одного его образа уже было достаточно для безоговорочного возбуждения! — Гермиона, все в порядке? — Она повернула голову на тихий голос Эрни. Он склонился чуть вперед и внимательно посмотрел на нее. — Если тебе некомфортно из-за того, что этот белобрысый хорек тоже здесь, то мы можем… — Нет-нет, что ты, — поспешила остановить его Гермиона. — Все нормально, я думаю, что уже выросла из тех подростковых обид. В конце концов, Др… Малфой получил свое наказание и, надеюсь, осознал некоторые вещи. — Но ты так пристально на него смотрела сейчас, — Эрни прищурился. Все-таки не поверил. — Все и правда нормально, — с новой силой принялась убеждать его Гермиона. Она успела еще раз быстро взглянуть на Драко, пока тот листал меню. Эти руки и пальцы могли вытворять такое... — Просто я давно не видела Малфоя. А он возмужал за прошедшие годы. Впрочем, как и ты, Эрни. Маг напротив довольно улыбнулся, а паника в ее голове утихла. Все правильно, нужно перевести внимание Эрни на него самого. — И спасибо, что так беспокоишься, — добавила Гермиона, — мне приятно. И вообще, вечер сегодня очень приятный. — Звучит как тост! — Эрни не растерялся и поднял свой бокал: — За приятный вечер! Поспешив ответить, Гермиона повторила его движение и сделала небольшой глоток красного вина. Эрни снова довольно улыбнулся и принялся накалывать на вилку овощи фламбе. Она молча наблюдала за тем, как он попробовал гарнир и прикрыл о удовольствия глаза. Воспользовавшись моментом, Гермиона бросила еще один быстрый взгляд в зеркало на Малфоя. Он, очевидно, уже сделал заказ и мило ворковал с Асторией. Гермиона успела снова обратить все внимание на Эрни, который теперь запивал овощи вином, но ей ужасно хотелось еще посмотреть на Малфоя. — Кажется, коллеги перехвалили местную кухню, — с досадой произнес Эрни, откашлялся и оттянул пальцем ворот рубашки. — Я определенно пробовал фламбе и получше. — Очень жаль, — участливо поддержала Гермиона. — Возможно, это авторская трактовка? Тогда тебе стоит попросить их переделать гарнир в соответствии с классическим рецептом. — А это отличная идея! — одобряюще кивнул Эрни и позвал официанта, снова кашлянув. Пока тот шел к их столику, Гермиона очень надеялась, что эта просьба перерастет в спор, и она сможет понаблюдать за Малфоем подольше. — Я вас слушаю, — вежливо произнес официант. — Могли бы вы, кх-кх, — Эрни остановился, чтобы прочистить горло, — приготовить овощи фламбе заново? Кх-кх. У них какой-то непривычный вкус. — Все верно, сэр, — ответил тот. — Это авторский рецепт. Наш шеф-повар считает, что вересковый мед придает текстуре… — Вересковый мед?! — Эрни чуть не перешел на фальцет, из-за чего люди за соседними столиками недовольно оглянулись на него. — Там он?! — Да, сэр, — подтвердил официант, однако теперь в его голосе слышалась легкая тревога. — Причем наивысшего качества, мы очень тщательно подходим к отбору ингредиентов для… — Мерлин, у меня аллергия на вересковый мед! Но ведь во фламбе его не добавляют! — в панике затараторил Эрни. — Гермиона, не добавляют же?! Кх-кх-кх! Помогите, я сейчас… задохнусь… Уже на его фразе об аллергии Гермиона заметила, как шея и подбородок Эрни стали покрываться крупными красными пятнами, а щеки — заметно увеличиваться в объеме. Официант же, наоборот, сначала побледнел и весь вытянулся, а потом наколдовал охлаждающие чары. — Нужно антигистаминное зелье, срочно, — подсказала Гермиона подоспевшему администратору. Тот кивнул и взмахом палочки призвал из-за своей стойки пузырек с мутной жидкостью. За это время Эрни окончательно покраснел и съехал со стула на пол, отчего его бокал с вином опрокинулся с глухим стуком. Официант присел и начал придерживать голову, пока администратор вливал в рот Эрни жидкость. По залу поползли шепотки, и Гермиона могла поклясться, что сейчас к их столику были прикованы абсолютно все взгляды. И Малфоя тоже! Внезапно ей стало жарко, а непонятный стыдливый румянец наверняка пополз от самых ключиц к подбородку. Сейчас Малфой увидит, что она здесь с Макмилланом, и… А что «и»? Они ведь даже не любовники, и уж тем более не пара. Откуда взялся этот стыд? Пока официант и администратор с облегчением наблюдали за тем, как цвет лица Эрни потихоньку приходил в норму, Гермиона прилагала все силы, чтобы не посмотреть в сторону столика Малфоя. О том, чтобы задержаться в ресторане подольше, теперь точно можно было позабыть. — Джереми, отправь срочное послание в Мунго, — распорядился администратор. Официант помог ему посадить Эрни на стул и торопливо пошел к выходу. — Простите, мисс. Наш сотрудник забыл уточнить про возможную аллергию, а ваш спутник, похоже, не слышал про наш фирменный рецепт фламбе. Это ужасное недоразумение! Мы готовы компенсировать весь нанесенный ущерб и гарантируем, что гостю будет оказана первоклассная медицинская помощь. — Громкие извинения пролетали мимо ушей Гермионы подобно юркому снитчу, ускользающему от неопытного ловца. — И, конечно же, мы и сикля не возьмем с вас за испорченный ужин! Рядом возникли еще официанты, и все вместе они направились к выходу: Эрни, поддерживаемый несколькими парами рук, и Гермиона, все еще выслушивающая извинения администратора. Очевидно, он хотел, чтобы остальные гости тоже запомнили, как быстро работники ресторана среагировали на экстренную ситуацию. Когда они оказались у входной двери, та открылась, и на пороге возникли целители из Мунго в лимонных халатах и такого же цвета мантиях. — Мисс, вы отправитесь со своим спутником? — вежливо уточнил администратор и, не услышав от нее моментального ответа, продолжил: — Понимаю, как вы переживаете! Но, возможно, все не так плохо, как кажется на первый взгляд. Мы очень дорожим своей репутацией и не хотели бы, чтобы у сегодняшних гостей сложилось неприятное впечатление. Тем более в такой романтичный день… — Я вас не понимаю, — честно сказала Гермиона. — Видите ли, возможно, если бы вы вернулись в зал минут на двадцать, то, вероятно, ваш спутник тоже присоединился бы к вам, — вкрадчиво объяснил администратор. — Чтобы гости точно не волновались. Можете выбирать любые пункты из меню — все за наш счет! Никогда еще Гермиона, кажется, не стояла перед таким сложным выбором. На одной чаше весов — совесть и проявление заботы о бедном Эрни, а на второй — эгоистичное желание остаться и посмотреть еще хотя бы двадцать минут на чертовски обворожительного Драко Малфоя. Скрепя сердце, она заглушила голос совести и ответила администратору: — Я согласна.

***

Ее проводили обратно в зал и помогли сесть за столик. Одним взмахом волшебной палочки администратор удалил со скатерти бледно-желтые винные пятна и опрокинутый Эрни бокал. Ее порция красного вина тоже исчезла, как и недоеденный стейк. — Прошу, мисс. — Перед носом возникло меню. — Выбирайте блюда, официант подойдет к вам буквально через пару минут. Вежливо кивнув, администратор удалился. Гермиона же сделала вид, будто листает меню и действительно что-то выбирает. После того, что произошло с Эрни, аппетит покинул ее, и шансов, что поесть все же захочется, было крайне мало. Гермиона поставила раскрытое меню перед собой прямо на стол. Возможно, со стороны это выглядело не слишком уж элегантно и шло вразрез с правилами этикета, но зато так она могла украдкой наблюдать за отражением Малфоя в зеркале. Он по-прежнему сидел за столиком вместе с Асторией и слушал, о чем та говорила. Гермиона перевела взгляд на его кисти: длинные изящные пальцы едва касались скатерти, будто поглаживая ткань. Она почувствовала, как между ног снова начал зарождаться жар, и сделала медленный вдох. — Готовы? — Гермиона дернулась от неожиданности, когда рядом возник официант. — Повторить вино? — Нет. Будьте добры, зеленый чай, — быстро ответила она. — Возможно, вы оцените наши морепродукты? Сегодня в меню свежайшие мидии, устрицы и морские ежи! — Официант явно не желал уходить без более серьезного заказа. Когда Гермиона мотнула головой, он предпринял еще одну попытку: — Тогда, может быть, фруктовая тарелка? Такой сладкой клубники и экзотических фруктов не найти во всем Лондоне, поверьте! И мы подаем их… — Да, тарелка подойдет, — сдалась Гермиона. — Зеленый чай и фруктовая тарелка. — Официант учтиво кивнул и удалился, забрав перед этим меню, чем невероятно расстроил ее. Как теперь незаметно разглядывать Малфоя? От досады она принялась разглаживать несуществующие складки на скатерти и салфетке на собственных коленях. Напиток и фрукты подали уже через пару минут. Гермиона наколола на десертную вилочку ближайший к ней кусочек — это оказалась долька груши — и принялась без спешки пережевывать его, откинувшись на спинку стула. Такая позиция позволила ей снова незаметно понаблюдать за отражением Малфоя, который как раз взял большую устрицу с широкого круглого блюда на толстой ножке. Ловко удерживая серо-бурую створку в одной руке, другой он зачерпнул ложечкой из пиалы немного яркого соуса и добавил прямо на устрицу. Затем отложил ложечку в сторону, взял с блюда четвертинку лимона и изящно сдавил ее, сбрызнув деликатес. Гермиона инстинктивно прикусила нижнюю губу, представив, что подушечки его пальцев сжимают не податливый цитрус, а ее сосок. По шее пробежала волна жара, и ведьма про себя посетовала, что взяла горячий чай, а не что-нибудь прохладительное. Все еще не отрывая взгляда от Малфоя в зеркале, она наугад ткнула вилочкой в тарелку с фруктами и поднесла ко рту что-то светло-желтое. Приторно-сладкий вкус нельзя было спутать ни с чем другим — ананас. Тем временем, Малфой поднес устрицу к губам и с плавностью, присущей исключительно благородным аристократам, всосал содержимое створки, наклонив ее. Гермиона приложила все усилия, чтобы не облизнуться. Затем он быстро промокнул рот салфеткой и принялся пережевывать устрицу, глядя на Асторию. Гермиона не могла рассмотреть выражения его лица, но по реакции ведьмы поняла, что серые глаза Малфоя обещали той крайне интересную ночь. К горлу подкатил ком… ревности? С ужасом убеждаясь в собственном состоянии, Гермиона наколола и быстро отправила в рот половинку клубники. Похоже, от этого вечера можно было теперь ожидать каких угодно новостей: восстание гоблинов, банкротство Гринготтса и даже возвращение самого Волдеморта. Ведь самое невероятное уже произошло — она ревновала Драко Малфоя! Чтобы хоть немного успокоиться, Гермиона отвела взгляд от этой парочки и принялась наливать себе чай. Все еще не поднимая глаз к зеркалу, она сделала несколько глотков и затем вовсе прикрыла веки. Если в ближайшие пять минут сюда не заявится Эрни, то Гермиона подзовет официанта или администратора и сообщит о своем уходе. Она сделала несколько медленных вдохов и выдохов и открыла глаза, тут же найдя в зеркале Малфоя. Тот как раз расправился с очередной устрицей и наклонился вперед, что-то рассказывая Астории. Из-за этого движения его правая нога слегка двинулась в сторону, и черная ткань брюк обтянула бедро. Затылок запекло от острого желания пройтись ладонью по этому самому бедру с внутренней стороны прямо до паха Малфоя и нащупать там его твердый член. Еще немного, и она и впрямь сорвется с места и направится к их столику. Разгоряченная вдобавок и чаем, Гермиона решила выйти в уборную, чтобы освежиться. Оказавшись в дамской комнате, она сначала наколдовала приятную дымку, пробежавшуюся по лицу и шее, а потом тщательно помыла руки с мылом и сполоснула едва теплой водой. За спиной хлопнула дверь кабинки, и к соседней раковине подошла пожилая ведьма в элегантном закрытом вечернем платье. Чтобы избежать каких-либо разговоров, Гермиона решила зайти в другую свободную кабинку и немного переждать. Уже внутри она опустила крышку унитаза и присела на блестящую поверхность. Наклонившись вперед, Гермиона спрятала лицо в ладонях и медленно выдохнула. Чары не помогли — ей было все так же жарко. Более того, она пребывала в уверенности, что даже ледяной лимонад не помог бы, ведь сама природа жара была иной. И устранить его можно было только активной разрядкой. Гермиона жалобно прикусила нижнюю губу и оглядела кабинку: никакой шумоизоляции! И они еще смеют называть себя элитным рестораном! Спасибо, что хоть поддерживают в уборной приятный аромат хлопка и цитруса. Впрочем, лежащая на коленях волшебная палочка стала идеальным выходом из ситуации. Гермиона дождалась, когда пожилая ведьма, судя по звукам возившаяся с полотенцами, выйдет обратно в зал ресторана. Затем полушепотом произнесла заклинание и создала звуконепроницаемый пузырь внутри своей кабинки. Граница магии отдавала слабыми розово-бежевыми бликами. Отложив палочку в декоративную нишу в стене, Гермиона сделала глубокий вдох. Она медленно и все еще неуверенно подсобрала юбку к коленям, затем к бедрам, к талии. Сегодня на ней были черные капроновые чулки, а также алые трусики и лиф. Гермиона нечасто надевала этот комплект, но, по ее мнению, визит в ресторан был достаточно весомым поводом. Она развела колени и села чуть удобнее. Прикрыла глаза и представила Малфоя, сидящего в соседнем зале. Он все так же высасывал бы из створки устрицу. Мгновение — и вот он уже перед ней, на коленях у столика, а ресторан полностью опустел. Малфой хитро ухмыльнулся бы, во взгляде его плескалось желание. Гермиона представила, как он озвучил бы какую-нибудь пошлую шуточку по поводу «десерта», и начала оглаживать левой ладонью внутреннюю часть бедра. Будто это делал он. Движения становились более уверенными и требовательными, и Гермиона сама не заметила, как ее пальцы проникли под ткань трусиков и дотронулись до возбужденной кожи. Она тихо простонала, когда указательный, средний и безымянный прошлись вверх-вниз, и почувствовала естественную смазку на подушечках. Гермиона была уверена, что Малфой самодовольно прокомментировал бы и это. Желание разгоралось все сильнее, и она начала елозить тазом, усиливая амплитуду ласк. Пальцы играли с клитором и половыми губами, но Гермионе приятнее было думать, что это делал язык Малфоя. Наглый, дерзкий, точно знающий, когда надо надавить, а когда — замедлиться и чуть подразнить. Она запрокинула голову назад и зажмурилась, когда два пальца проникли внутрь, совсем неглубоко. Гермиона ласкала себя, постанывала и все еще не открывала глаз. В ее фантазии Малфой клал руку ей на грудь, и собственная ладонь тотчас потерлась о левый сосок, спрятанный под лифчиком и тканью платья. Дыхание стало тяжелее, Гермиона поддерживала темп ласк и вскоре дошла до нужной точки стимуляции внутри. О да, она не впервые фантазировала о Малфое! Однако опасность быть пойманной в кабинке, а также предмет ее фантазий, находящийся не так уж и далеко, вывели удовольствие от процесса на совершенно новый уровень. Гермиона почувствовала приближение пика и закусила губу, но громкий стон все же сорвался с губ, когда оргазм ожарил пах и прокатился волной по позвоночнику к самому затылку. Ноги бесконтрольно задрожали — как и руки, грудь тяжело вздымалась. Она открыла глаза. Едва отдышавшись, опустила платье обратно и прислушалась. Тишина. Гермиона сняла чары, на всякий случай спустила воду и вышла из кабинки. В отражении зеркала над мраморной раковиной на нее смотрела красивая молодая ведьма с легким румянцем и очень довольным взглядом. Она улыбнулась самой себе, помыла руки, обтерла их полотенцем и вышла в зал ресторана. Гермиона заняла место за своим столиком, по-прежнему в одиночестве. Проверила Малфоя: тот все так же сидел с Асторией, а официант наполнял их бокалы вином. Она же долила себе в кружку чая. Быстрая разрядка сделала свое дело: теперь Гермиона не зыркала воровато в зеркало, а действительно уделила внимание аромату напитка и оставшимся на тарелке фруктам. Быстрый оргазм притупил один аппетит, но разбудил другой, и вскоре блюдо опустело, как и заварочный чайник. — Желаете повторить, мисс? — уточнил подошедший официант. — Или предложить вам что-нибудь еще? — Нет, спасибо. Я решила, что ждать спутника больше не имеет смысла, — сообщила она. Во взгляде официанта промелькнуло огорчение, поэтому Гермиона добавила: — Уверена, что ему уже лучше. Но вряд ли он вернется. Поэтому и я пойду. — Могу я предложить проводить вас к гардеробу? — Он явно задался целью угодить ей. — Хорошо, — кивнула в ответ Гермиона. Она не хотела привлекать внимание других гостей этим разговором. Официант отодвинул ее стул и повел к администратору. Пока тот искал нужную мантию в нише гардероба, Гермиона старалась смотреть в одну-единственную точку — изящную чернильницу на стойке. Все-таки ей предстояло до конца отыграть роль невезучей девушки, которая осталась без кавалера в самый романтичный день в году прямо в ресторане! Окружающим ни в коем случае нельзя было прочесть в ее довольном взгляде об одном очень ярком и свежем оргазме. Внезапно со стороны зала послышался довольно громкий женский возглас: — Это отвратительно! Гермиона успела повернуть голову и застала момент, когда Астория Гринграсс начала вставать со своего стула, а Малфой схватил ее за запястье в попытке остановить. Девушка гневно посмотрела на него, потянулась свободной рукой к бокалу и плеснула напиток прямо в лицо. Малфой сначала зажмурился и дернул плечами, а потом широко раскрыл глаза от удивления, так и застыв. — Даже не думай прислать мне сову! — Астория резко развернулась и быстрым шагом — несмотря на длинное платье и явно высокие каблуки — направилась туда, где стояла Гермиона. Администратор, тут же вернувшийся за стойку, уже готовился начать очередную богатую на извинения речь, однако подошедшая ведьма одарила его таким недовольным взглядом, что тот решил не подливать масла в огонь. Быстро призвав элегантную мантию Астории, администратор накинул ее на плечи Гринграсс и пожелал хорошего вечера. Та развернулась к выходу, но на мгновение замерла, а затем обратилась к Гермионе: — Что ж, похоже, нам обеим сегодня не повезло. Вот только не знаю, кому больше. Ты ведь даже не во вкусе Макмиллана. Улыбнувшись с сожалением и горечью, Гринграсс таким же быстрым шагом двинулась ко входной двери и исчезла за ней. Администратор грустно вздохнул и пробормотал себе под нос: — Два инцидента за вечер, как бы без зарплаты не остаться… — Моя мантия, — напомнила Гермиона, постаравшись вложить в интонацию все понимание, на которое только была способна. Тот кивнул и снова использовал невербальное, чтобы призвать одежду. — Еще раз приношу глубочайшие извинения за сегодняшний сорванный вечер, мисс, — добавил администратор, пока помогал Гермионе с мантией. — Надеемся, что эти недоразумения не повлияют на ваше мнение о нашем заведении. Также смею заверить, что вам всегда здесь рады! И я лично распоряжусь, чтобы за вами закрепили постоянную скидку в двадцать пять процентов. — Спасибо. До свидания, — вежливо ответила она и вышла на улицу. Снаружи было достаточно промозгло, и Гермиона посильнее укуталась в мантию. Она отошла от ресторана и стала оглядываться в поисках места для аппарации домой. Успело стемнеть, и Гермиона ждала, пока глаза привыкнут к полумраку, чтобы не споткнуться по пути. За спиной послышалось какое-то движение, она обернулась и пригляделась. Возле входа в теперь стоял Малфой в накинутой на плечи темно-серой мантии. Гермиона застыла от растерянности и наблюдала за тем, как он извлек из внутреннего кармана пиджака пачку сигарет и подкурил одну палочкой. Сделал медленную затяжку, пряча пачку и палочку обратно. Он выпустил колечко дыма в воздух перед собой и прищурился, а губы сложились в тонкую линию. Малфой явно был недоволен тем, как развернулась ситуация в ресторане. Он посмотрел вдаль и поднес сигарету к губам: крошечный огонек на кончике на мгновение стал ярче. Гермиона наблюдала за каждым его движением, будто оказалась под Империусом. В памяти ожили сцены их немого диалога во время ее секса с Виктором в кэбе. Внезапно серый взгляд встретился с ее светло-карим, и Малфой тут же направился к ней. — Прости, Грейнджер, — с явным сарказмом начал он, не дойдя до нее пары шагов, — но сегодня подкинуть тебя до дома у меня не получится. Как, впрочем, и в любой другой день. — Ты больше не работаешь в такси. — Это было скорее утверждение, а не вопрос. Малфой кивнул, затянулся еще раз и выпустил дым, наклонив голову вниз. — Делаю первые шаги на пути реабилитации, — невесело усмехнулся он, быстро оглядев Гермиону с ног до головы, и посмотрел на вход в ресторан. — Да только получается пока паршиво. Даже возможная девушка отказала в День святого Валентина. На последней фразе Гермиона снова почувствовала внутри укол ревности. Но его уточнение — возможная девушка — не дало ей совсем пасть духом. — Неужто младшую мисс Гринграсс что-то в тебе не устроило? — спросила Гермиона, стараясь не выдать интереса. — Она же ведь… из такой семьи, которой были близки взгляды твоих родственников. — Гринграссы никогда не стремились попасть в круг его приближенных, если ты об этом, — тут же ответил Малфой, после чего кинул докуренную сигарету на землю и затушил носком ботинка. — Но зато всегда слыли приверженцами благочестивых союзов. И если во времена Хогвартса Астория могла закрыть глаза на мои юношеские похождения, то вот после выхода из Азкабана… — Ей не понравилось, что ты трахался с пассажирками такси? — Гермиона сама удивилась прямоте, с которой задала этот вопрос. Малфой же отреагировал приподнятой бровью: его такая формулировка скорее позабавила, чем оскорбила. — Можно и так выразиться, — наконец подытожил он. — Ты ведь не говорил ей о… — Грейнджер, не переживай так, — Малфой склонил голову набок, губы тронула хитрая улыбка. — Никаких имен я не раскрывал. Точнее, одного конкретного имени. Так что Астория не побежит завтра трезвонить о нашем перепихоне, а бедолага Макмиллан пригласит тебя на еще одно свидание, когда очухается. Гермионе показалось, что в его тоне проскользнули нотки издевки. Или это был упрек? Неужели Малфою было не все равно, где и с кем она проводит время? Похоже, был один-единственный надежный способ выяснить это. — Крайне признательна за такую конфиденциальность, — она подошла ближе и посмотрела на него снизу вверх. — И даже готова выразить свою благодарность в приемлемой для тебя форме. Не зря он соревновался с ней в отличной успеваемости в Хогвартсе — Малфой никогда не был дураком и сразу все понял. Он сделал еще один шаг и навис над ней. Крупная ладонь скользнула под мантию, легла на талию Гермионы и двинулась выше. Большой палец потерся о место прямо под ее грудью, и от этого к паху прилила очередная волна жара. Малфой точно знал, что делает. — Как я могу отказать «Золотой девочке»? Так ведь тебя недавно окрестили в газете? — наигранно услужливо произнес он, а рука переместилась сначала на поясницу Гермионы, а затем и на ее ягодицу. В следующее мгновение Малфой сжал пальцы: — И по совместительству самой умной ведьмой своего поколения. Но домой пригласить не могу. За мэнором все еще наблюдают. Вряд ли тебе нужны громкие заголовки газет или неудобные беседы с аврорами. Она быстро огляделась по сторонам — никого. Одной рукой Гермиона сжала лежащую в кармане мантии палочку, а второй обхватила его запястье и посмотрела прямо в глаза: — У меня есть решение. Пространство вокруг исказилось, и в следующее мгновение они стояли в гостиной ее квартиры. Причем совершенно пустой: у Гарри и Джинни завелись крысы на Гриммо, и Гермиона с радостью согласилась отдать им Живоглота на пару недель. Малфой тут же притянул ее к себе и жадно поцеловал. На языке загорчил привкус недавно выкуренной сигареты, но это совсем не волновало Гермиону. Хватка на ягодице стала жесткой и требовательной, и вырвавшийся из горла стон сообщил о том, что ей это понравилось. — Веди, — хрипло произнес Малфой, оторвавшись от ее губ всего на секунду. Мантия спала с ее плеч, и теперь его руки исследовали талию, грудь и спину Гермионы, пока она пятилась к двери в спальню с закрытыми глазами. Нащупав ручку, она открыла дверь и почти вскрикнула от неожиданности: Малфой подхватил ее под бедра и усадил себе на талию, крепко удерживая. Он все так же продолжал исследовать языком ее рот, не встречая никакого сопротивления. Затем Малфой довольно грубо бросил ее на кровать и встал у самого края. Теперь ее щиколотки оказались по обе стороны от его коленей. — Стой! — твердо скомандовала Гермиона, когда он потянулся к ремню на брюках. — Ты на моей территории, значит, сегодня все будет по моим правилам. — Что-то не похоже на благодарность, выраженную «в приемлемой для меня форме», — Малфой подозрительно прищурился, но затем в серых глазах отразился азарт и интерес. — Дай мне шанс, Драко, — маняще произнесла она, встав на колени и погладив его талию. Малфой склонился и снова жадно поцеловал Гермиону, туго ухватив за волосы на затылке, а она в это время потянула его на себя. Когда оба упали на кровать, она забралась на него сверху прямо в одежде. — Для начала вполне неплохо, Грейнджер, — довольно прошептал Малфой и огладил ладонями ее бедра. — Докажи, что ты все еще хорошая ведьма. Он переместил одну кисть ей на основание шеи сзади и потянул вниз, но Гермиона уперла руку в покрывало. — А что, если я покажу тебе плохую ведьму Грейнджер? — коварно спросила она. Прежде чем Малфой успел ответить, Гермиона призвала из соседней комнаты волшебную палочку и взмахнула. Его запястья и щиколотки обвили прочные, но нежесткие веревки. Второй взмах древком — и под удивленный немой вопрос эти веревки натянулись, сильно ограничив движения Малфоя. Гермиона слезла с привязанного мага и сотворила еще одно невербальное заклинание, которое вычитала в колонке «Ведьмополитена» о магических сексуальных практиках год назад. Одежда Малфоя тут же растворилась, возникнув аккуратно сложенной на стуле возле туалетного столика. — Должен признаться, что такого я не ожидал. — Он усмехнулся, ничуть не смутившись собственной наготы и стояка. — От твоей одежды пахло алкоголем, — Гермиона пожала плечами, изобразив полную невинность. — Наверное, это потому, что не так давно на меня выплеснули целый бокал великолепного шабли, — Малфой явно поддразнил ее своим дерзким ответом, поняв и приняв правила игры. Потом дернул веревки, проверив их на прочность. Теперь его взгляд горел желанием. Малфой призывно двинул тазом вверх, но Гермиона не собиралась отдавать ему «бразды правления». Она встала с постели, расположившись у края прямо перед ним, и начала медленно расстегивать боковую молнию платья. Малфою явно нравилось это зрелище, а алое нижнее белье, похоже, погрузило его в эйфорию. — Макмиллан, знал бы ты… — произнес Малфой, расплывшись в хищной улыбке. Гермионе снова показалось, будто в его тоне промелькнула издевка. — Останься в белье, Грейнджер. Мне нравится. В ответ Гермиона тут же потянулась к лямке лифчика и приспустила ее. — Сегодня я делаю то, что нравится мне, — дерзко заявила она, уперлась коленями в матрас и сдвинула чашечку лифчика вниз. Серый взгляд становился все более диким и голодным, пока она медленно ласкала грудь, то сжимая, то гладя, то перекатывая затвердевающий сосок между пальцами. Гермиона прикусила нижнюю губу и сняла лифчик, отправив его к платью на полу. На это Малфой отреагировал низким хрипом и дернувшимся уже полностью стоящим членом, на который у нее сегодня успели нарисоваться планы. Гермиона встала на четвереньки и начала медленно ползти по кровати к нему. Ее пальцы дразнили Малфоя, оставляли легкие прикосновения на его щиколотках, икрах, коленях. Он громко втянул воздух и напрягся, когда ее ногти двинулись по внутренней стороне бедер, все выше и выше. Но Гермиона не собиралась так быстро почувствовать член Малфоя в себе. О нет, теперь она помучает его! Голая грудь случайно задела головку, и Малфой зашипел от удовольствия. — Я помню, на что способен твой ротик, Грейнджер, — уверенно и игриво сказал он, и Гермиона почти облизнулась от вспыхнувших в голове образов. Она даже склонилась над членом, но затем подняла глаза на Малфоя: — Сегодня я предпочту поработать руками. Под его восторженным взглядом Гермиона обхватила основание члена ладонью и начала плавно водить вверх и вниз. Малфой заметно напрягся, и она чуть разжала пальцы. Пойманный рукой ритм теперь совпадал с его легким подмахиванием тазом. Даже здесь Малфой не хотел отдавать контроль полностью! Он прыгал возбужденным взглядом то на лицо Гермионы, то на ее руку и собственный член. В какой-то момент Малфой начал дергать кистями, но веревки надежно удерживали их на месте. — Ну же, Грейнджер, — нетерпеливо прохрипел он. — Возьми его в свой очаровательный ротик. От его голоса, в одинаковой степени просящего и приказывающего, Гермиона снова ощутила прилив жара между ног. Она посмотрела Малфою прямо в глаза. — Если хочешь почувствовать мой язык на своем члене, попроси об этом правильно. — Обещаю отодрать тебя сегодня до оргазмического обморока, Грейнджер, — с дьявольским коварством произнес он. — И не раз. Гермиона отняла руку от члена Малфоя и положила ладонь ему на лобок. Очень медленно она повела кистью вверх, дразня кожу невесомыми прикосновениями ноготков. Малфой приподнял таз, ожидая оральных ласк. Однако Гермиона поднялась на колени и, возвысившись над ним, добавила: — Сегодня я не верю словам. Придется тебе убедить меня иначе. Он слегка нахмурился, а Гермиона резво стянула с себя трусики, оставшись в чулках, и развернулась к Малфою спиной. После перекинула одну ногу через его торс — и теперь стояла на четвереньках. — О Мерлин и Моргана, — послышался сзади неприлично довольный голос, — вот мы и встретились вновь! Я и твоя аппетитная задница! И сдается мне, что в этот раз знакомство будет более, кхм, близким. Гермиона повернула к нему голову и переместилась ближе к лицу Малфоя: — Меньше слов и больше дела! — И она опустила таз почти до самого конца. Возбуждение будоражило фантазию, а новизна позы щекотала нервы. Гермиона нервно вздрогнула, когда почувствовала его первое прикосновение к себе, быстрое и короткое. Неужели Малфой откажется от таких ласк? — Ниже, Грейнджер, — вдруг произнес он. — Я же не жираф или павлин с длиннющей шеей. Она послушно опустилась немного ниже — и тут же вскрикнула: Малфой дотянулся до внутренней стороны ее бедра и небольно цапнул кожу зубами. Он приглушенно рассмеялся и добавил: — Еще ниже. Не бойся, я выдержу. Более того, я намерен привести тебе всю имеющуюся у меня аргументацию, чтобы… Закончить фразу Малфой не успел, поскольку Гермиона снова повиновалась его команде и села всем телом на его чистокровное аристократическое лицо. И вот тут она тоже, кажется, потеряла дар речи. Язык Малфоя начал выделывать у нее между ног сущие чудеса. Он давил, тер, вырисовывал узоры. Гермиона прогнулась в пояснице — и теперь все внимание принадлежало ее клитору. Малфой лизал его, обводил кончиком языка, втягивал губами и, наверняка, делал своим ртом много чего еще, что она просто не могла определить, не глядя на него. Но вот в качестве его действий она усомниться не могла: в ответ на доставляемые ласки ладони Гермионы неконтролируемо принялись гладить живот и бедра Малфоя, иногда даже надавливая ногтями. Она блаженно прикрыла глаза и резко вдохнула, когда он проник кончиком языка внутрь. Кисти Малфоя то и дело дергались в инстинктивной попытке погладить или сжать ее бедра в ответ. Но она твердо решила, что сегодня он обойдется без рук. В какой-то момент он остановился, но продлилось это недолго — Малфою просто нужно было поглубже вдохнуть. Когда он вернулся в Гермиону, ласки тут же набрали интенсивность, и она сжалилась: обхватила ладонью его твердый член, провела вверх-вниз и облизала собственные губы. Склонившись к малфоевому достоинству, Гермиона прошлась сначала по головке, потом по всей длине. Откуда-то сзади донеслось довольное мычание, а его язык внутри нее задвигался резче. Гермиона все еще смутно помнила, как Малфою нравилось больше. Она подстроилась под ритм его ласк, и полностью отдалась ощущениям, прикрыв глаза. Невозможно было понять, что нравилось ей сейчас сильнее: получать удовольствие или отдавать. Была ли она все еще хозяйкой положения? Контролировала ли их секс? Гермиона с неожиданным облегчением осознала, что это стало совершенно неважно. Ей очень нравилось все, что происходило в этот самый момент. Увлекшись, она принялась активнее двигать рукой по члену и пропустила момент, когда Малфой напрягся под ней всем телом и низко простонал. Его семя снова оказалось у нее на губах и стекло на пальцы. Гермиона усилила хватку и слегка потянула вверх. Сзади раздалось лишь ошеломленно-довольное: «О, да…» Малфой расслабился и, судя по всему, откинул голову на кровать. Его вспотевшая грудь теперь тяжело вздымалась под животом Гермионы. Но еще с их первой встречи в такси она помнила, что передышка не затянется и скоро Малфой снова будет полностью готов. И она очень рассчитывала на это, потому что кончить на его члене будет гораздо приятнее, чем от фантазии об этом. Гермиона аккуратно переместилась на кровать рядом с Малфоем и принялась искать глазами салфетки, которые оказались на туалетном столике. Она встала за ними и на обратном пути замерла. Осознание начало добираться до самых удаленных клеточек мозга: только что она предавалась взаимным оральным утехам со связанным Драко Малфоем. Который по-прежнему лежал на ее кровати — пока что совершенно расслабленный — и довольно ухмылялся с закрытыми глазами. Гермионе захотелось побыстрее начать второй раунд, и она понимала, что придется вывести Малфоя из его неги. — Это было неплохо, — резюмировала она. Малфой повернул к ней голову и приоткрыл один глаз: — Неплохо? Да за такой отлиз девчонки бы готовы были сделать что угодно в школе! — Он то ли усмехнулся, то ли хмыкнул. — В любом случае я оказался достаточно убедительным, чтобы получить от тебя то, что хотел. Малфой расплылся в пошлой улыбке и облизал губы. — А я-то думала, что ты так наловчился на устрицах, — ответила Гермиона и присела на кровать с коробкой бумажных салфеток в руке. — Сколько ты их сегодня съел? Дюжину? — М-м-м, кто-то следил за мной и Асторией в ресторане, — произнес Малфой нараспев. — Подглядывать некрасиво, Грейнджер. Кто научил тебя этому? — Один таксист, — тут же отреагировала она и провела салфеткой по его паху, собирая мутные капли. — Такой извращенец оказался! Стоял и смотрел, как… — … ты кувыркалась с кем-то в кэбе? — изумился Малфой, явно подыгрывая ей. Гермиона как бы случайно задела ребром ладони его лежащий член, отчего тот дернулся. — Ну кто бы мог подумать! Готов поставить десяток галлеонов, что это было магловское такси, так ведь? — Конечно, ведь волшебники и ведьмы обычно их избегают, — кивнула она. — В отличие от магических ресторанов. — Лучшее место, чтобы заручиться компанией прекрасной девушки на ночь, — кивнул Малфой и расплылся в улыбке. — Даже если изначально пришел с другой… или другим. Признайся, Грейнджер, Макмиллану поплохело не просто так? Ты ведь специально это подстроила? — С чего бы мне… — искренне удивилась она, но потом сообразила. — Ох, Малфой. Когда же ты наконец поймешь, — на этих словах ее пальцы начали вышагивать вокруг его члена, возвращая органу эрекцию, — что не все в этом мире крутится вокруг тебя. — Неужели? — он очень выразительно посмотрел на свой пах и ее кисть. Гермиона ухмыльнулась и склонилась к нему: — Да. Иногда мир крутится вокруг других. И я вполне могу поверить, что это именно ты запорол свидание с Гринграсс, чтобы попробовать пересечься со мной! Признайся, ты ведь вспоминал обо мне? Она склонилась еще ниже — но все еще была для него недосягаема. Малфой прыгал взглядом от ее губ к шее, груди и талии. Мазнул взглядом по бедрам и чулкам и снова посмотрел в глаза. Его руки напряглись и дернули веревки, но Гермиона сотворила очень надежные чары. Она увидела, что это слегка разозлило Малфоя. — А знаешь, чему еще научил меня тот таксист? — загадочно прошептала она. На его лице проступило теперь уже искреннее удивление и неподдельный интерес. — Доводить все до конца. Свою часть договоренности я выполнила, Малфой. Что ты там мне пообещал? Довести до… — …обморока. От оргазма. — Он прищурился. — Что я и сделаю, как только это пропадет. — Малфой покрутил кистями. — Ты становишься предсказуемым, — с ноткой разочарования произнесла Гермиона и снова оседлала его. Малфой тут же подался тазом вверх, чтобы войти в нее, но она не позволила. Вместо этого, стоя на четвереньках, Гермиона призвала волшебную палочку и добавила веревок, которые теперь фиксировали и его торс в нескольких местах, сведя к минимуму свободу движений. Малфой недовольно нахмурился: — Поиграла в главную, и хватит. Развяжи меня! — Но Гермиона лишь прошлась губами и языком по его затвердевшим соскам. Малфой не сдержался: — М-м-м… Грейнджер! Предупреждаю, чем больше ты вредничаешь, тем жестче я отвечу. Ах-ш-ш-ш… Гермиона обхватила его член, проверяя твердость. Почти готов. — Я ведь предупредила тебя, что сегодня буду плохой ведьмой, Малфой, — поддразнила она и принялась гладить свою грудь. — Уверена, ты бы уже положил меня к себе на колени и отшлепал, да? — Не оставил бы живого места на твоей заднице, — хищно огрызнулся он, дрожа от нетерпения. — Я бы извел тебя всего двумя пальцами, Грейнджер. Ты бы сама предложила снова мне отсосать. — Он попытался поднять таз, но не получилось, и это разозлило Малфоя еще больше. — И я бы снова дал тебе это, уверенно и глубоко. Исправление ошибок и статус хорошей ведьмы зарабатывается именно так. Она сдерживалась изо всех сил, чтобы не впиться в его губы. Этот рот озвучивал невероятно пошлые вещи, от которых Гермиона ощущала внутри неописуемое возбуждение. Она боролась сама с собой, но все же хотела выиграть в этой битве. Быстро глянув на теперь уже твердый стояк Малфоя, она крепко ухватила его подбородок пальцами: — Как жаль, что ты все еще в путах. И я могу делать то, что хочу. Например, это. Она начала тереться о его член. Влага выдавала уровень возбуждения и готовности Гермионы, но Малфой, похоже, слишком сильно утопал в злости на ее неповиновение, чтобы это заметить. Он зажмурился и начал биться затылком о матрас, громко выдыхая воздух. Она залюбовалась проступившими на шее венами — а потом резко села на член Малфоя. Из его раскрывшегося рта вырвался стон удовольствия, смешанного с удивлением. Он впился в нее взглядом, в котором злость смешивалась с полузвериным желанием. Гермиона же устроилась так, как было удобно именно ей, и начала размеренные движения тазом. В этом ритме она чувствовала его всего, наслаждалась каждым сжатием и расслаблением. Двигала бедрами то вверх-вниз, то вперед-назад, то вырисовывала тазом круги и восьмерки, сопровождая это ласками собственной груди и шеи. Гермиона отдалась удовольствию, что теперь завоевывало ее, часть за частью. Чтобы усилить стимуляцию, она оперлась ладонями на бедра Малфоя и чуть откинулась назад. Он продолжал попытки выбраться из веревок и более активно принимать участие в процессе, но его неудачи только заводили ее. Гермиона не хотела думать о последствиях своих действий — но и не думать не могла. По телу пробежала волна тех же мурашек, что и в момент, когда она поняла, кто наблюдал за ней и Виктором в машине. Азарт от опасности быть узнанной и раскрытой, хождение по лезвию неповиновения, когда получаешь удовольствие, — вот, что одурманивало Гермиону посильнее амортенции. Малфой продолжал сыпать обещаниями о секс-расплате, чередовавшимися с его же стонами и рычанием: — Ты из кровати не встанешь еще минимум день, Грейнджер! Тебе придется просить кого-нибудь прийти и присмотреть за тобой. И если это окажусь я, то присмотр будет специфическим. — Заткнуть бы тебе чем-нибудь рот, — вырвалось у Гермионы. Это, кажется, разъярило его окончательно. С закрытыми глазами могло показаться, что под ней действительно не человек, а нечто более дикое и мощное — но это был всего лишь отчаянно пытающийся освободиться Малфой. Гермионе до неприличия понравилось это ощущение страсти и ярости, кожа к коже. Схожие черты проскакивали в Малфое и до этого, в кэбе, но сейчас… То, что происходило между ними, было ярче, живее, чувственнее. Это было лучше, чем кэб. Вдоволь насладившись членом разъяренного Малфоя, Гермиона уперлась ладонями ему в грудь и начала двигаться так, чтобы наконец кончить. Возбужденный и чрезмерно отзывчивый клитор вскоре запульсировал, заставив ее задрожать всем телом. На пике удовольствия Гермиона вцепилась в Малфоя руками и задвигала бедрами, будто пытаясь сесть на него еще больше. С губ сорвались неразборчивые стоны, волосы беспорядочно прилипли к шее, лицу и плечам — но ей было все равно. Оставшись полностью без сил, Гермиона рухнула на кровать рядом с Малфоем, спиной к нему. Показалось даже, что на какую-то долю мгновения она отключилась. Магические путы наверняка спали. Комната наполнилась их тяжелыми вздохами. Гермиона лежала с закрытыми глазами, уткнувшись вспотевшей щекой в простынь. Отголоски оргазма все еще беспорядочно вспыхивали в разуме и теле, и она не хотела это останавливать. Когда дыхание выровнялось, Гермиона подтянула ноги к себе и приготовилась. Она помнила, что не так давно пообещал Малфой, и ожидала, что его руки цепко схватят ее плечи, развернут так, как надо ему, и… Голова была абсолютно пуста, ни одной мысли или четкой картинки о том, что и как Малфой будет делать. Он перечислил столько всего, а Гермиона слушала лишь голос собственного удовольствия. И все же, Малфой был не из тех, кто не исполнял обещанное. За спиной послышалось шевеление. Внезапно ее мягко потянули назад. Малфой развернул Гермиону лицом и прижал к себе. Его ладонь почти настойчиво прислонила ее голову к вздымающейся грудной клетке. Другая рука Малфоя приобняла Гермиону сзади и по-хозяйски расположилась на ее голой ягодице. Прошло несколько молчаливых секунд, когда он вдруг убрал прилипшую к виску тонкую кудрявую прядь и мягко добавил в ответ на ее недоумевающий взгляд: — Ты была действительно плохой ведьмой, Грейнджер. Отдохни, а свое удовольствие этой ночью я еще обязательно получу, будь уверена.