Песня пустоты.

Рук лежала на жёстких каменных плитах крепостного двора, щурясь от слепящего света. Тепло солнца прогревало кожу сквозь ткань рубахи, а спина лениво ныла от твёрдых выступов под лопатками. Над собой она держала стеклянную сферу и покручивала её, чтобы поймать в круглый бок косой солнечный луч и разглядеть чёрную жижу внутри. — Это ведь скверна, так? — спросила она почти риторически, не отводя глаз от тягучего чёрного сгустка. На другом конце двора, за небольшим столиком, сидел лысый эльф в серебристых доспехах. Он читал книгу, закинув ногу на ногу, и неспешно перелистывал страницы. Его равнодушие проявлялось в каждом движении: он почти не смотрел на Рук, погрузившись в чтение. — Твоя задача не думать, — проговорил он, когда перевернул следующую страницу. — Твоя задача разбить её. От этого ответа Рук только горько вздохнула. Она опустила сферу на землю рядом с собой, уставившись в безоблачное небо. — Я уже пытаюсь несколько дней, это невозможно. — произнесла она громче, надеясь, что эльф наконец обратит на неё внимание. — Дайте хоть какую-то подсказку! Но её слова пропадали в пустоте двора, окаймлённого массивными стенами. Лысый маг не соизволил ответить. Рук перевернулась на бок, и уставилась на его профиль: жёсткая линия рта, заострённые скулы и книга с плотной обложкой, где виднелись незнакомые символы. — Что вы читаете? — не унималась Рук. — Какие-то древние эльфийские сказки? Эльф снова промолчал. Только однажды, перелистывая страницу, он слегка поднял голову, но глаза упрямо оставались прикованными к строчкам. Это молчание выводило Рук из себя сильнее, чем бессмысленная работа над неразрушимой сферой. — Эх, погодка сегодня отличная, — усмехнулась она, перекатываясь на спину. — Солнышко светит, хорошо, наверное, сидеть вот так, греться под ним и читать, а заодно заставлять меня бить эту штуку… На этих словах он вдруг сделал длинную паузу, поднял взгляд из-под лба, смиряя её тяжёлым прищуром. — Ты слишком разговорчива. — А что ещё остаётся? — отозвалась она с притворной невинностью. — Со мной тут никто не общается. Запирают в комнате, заставляют заниматься ерундой. Может, хотя бы скажете, как вас зовут? Эльф некоторое время сидел неподвижно, видимо решая, стоит ли потакать её любопытству. Наконец всё же ответил: — Моё имя Аластар. Рук улыбнулась, прикрывая глаза ладонью от яркого света: — Хм… Что ж, я когда-то общалась с таким как вы. Тоже лысый, говорил загадками. Он теперь коротает дни в заточении. К слову, вот до чего доходят лысые эльфы, когда не способны говорить прямо… Она подкинула в воздух стеклянную сферу и поймала её на лету. Пару мгновений казалось, что маг вот-вот отреагирует, однако молчание оставалось его лучшей защитой от её язвительности. Но тут по двору проскользнула эльфийка-служанка. Она приблизилась к Аластару и наклонилась, что-то тихо шепча на ухо. После короткого перешёптывания он поднялся. — На сегодня достаточно, — бросил эльф, обратившись к Рук. Его шаги прозвучали торопливо, будто теперь он куда-то опаздывал. Подойдя к девушке, он забрал у неё сферу, небрежно выдернув её из ладони. Рук была готова произнести колкость, но лишь закатила глаза, провожая его взглядом. Несколько эльфов-служек стояли неподалёку, ожидая, когда маг уйдёт. Как только Аластар скрылся за аркой, они жестом велели Рук идти за ними. Девушка поднялась с камней, оправила примятую одежду и двинулась вслед за слугами вглубь крепости. В коридорах, выложенных ровными плитами, воздух был чуть прохладнее. Сводчатые проходы тянулись цепочкой, подсвеченные магическими факелами с сиреневым огнём. Но тут шаги Рук замедлились. Прямо навстречу двигалась небольшая группа — двое людей в сопровождении эльфийских воинов в доспехах. Редкое зрелище, ведь в этой крепости господствовала воля эванурисов, откуда здесь быть чужакам? Однако эти двое вели себя уверенно. На их одежде угадывались тевинтерские элементы: замысловатые застёжки на тёмных плащах, символы со сверкающим золотым шитьём. Рук напрягла зрение, пытаясь запомнить детали: рост, оттенок волос, выражение лиц. Те, заметив её, лишь на миг остановили взгляды, будто оценивая, кто она такая. Их лица были спокойны, никаких признаков страха или растерянности. Скорее уж, любопытство, словно они прибыли на запланированную встречу и ничто не пугало их в стенах владений Эльгарнана. Вопрос «зачем?» вспыхнул внутри, но ответить было некому. Она хотела задержаться, чтобы рассмотреть их дольше, но эльфы подтолкнули девушку вперёд. Вскоре тевинтерцы исчезли в боковом ответвлении, а Рук продолжала идти по коридору, оборачиваясь через плечо. «Люди? Что они здесь делают?» — звучало у неё в сознании. Пугающая тишина крепости не дала подсказок, а у слуг спрашивать было бессмысленно — они не отвечали на лишние вопросы. Наконец Рук довели до комнаты. Послышался уже привычный щелчок замка. Девушка почувствовала, как внутри нарастает тревога. Тевинтерцы не напоминали пленников, значит, они пришли добровольно. Какие интересы могли привести их в логово эльфийского бога, который собирался перевернуть весь мир? Возможно, они искали союз или предлагали услуги. Но какой ценой? Рук нервно мерила комнату шагами, злясь на то, что не может проследить за ними. Мысли тянулись от неприятного подозрения к буйной надежде — вдруг эти люди помогут ей? Или, напротив, станут причиной новых бед? Она не находила ответов. Вечер прошёл в привычном однообразии. Ей принесли скудный ужин — тарелку с кашей и пресным хлебом. Запертый мир, в котором она обитала последние дни, не менялся: мытьё в тазу, короткий отдых, утомительные раздумья о дальнейших событиях. В углу лежала сменная одежда, оставленная слугами, более чистая и мягкая на ощупь, чем прежняя. Делать всё равно было нечего, и девушка впервые за долгое время тщательно вымылась, смыв пыль двора. Собранные в косу волосы подсыхали, когда она укладывалась на кровать, закрывая глаза всего на несколько минут. Сон приходил отрывисто, сердце не отпускала тревога. В памяти всплывал сегодняшний день: безнадёжные попытки разбить сферу, невозмутимость Аластара, встреча с тевинтерцами. В этом хаосе её нервная система держалась только на одной мысли — ночное появление Фаэна. Молодой эльф обещал принести ключ, если заметит, что никто не обнаружил его маленькую кражу. Это могло дать ей свободу передвижения хотя бы по части коридоров. Может, тогда она поймёт, почему в крепости появились люди. На исходе вечерних сумерек Рук пробудилась от короткой дремоты. За дверью царила глухая тишина, лишь иногда шуршали чьи-то шаги. Она отодвинула одеяло и, приподнявшись, поглядела на щель внизу двери — всё так же темно и пусто. Значит, оставалось ждать обещанного визита. «Если Фаэн не появится, буду искать другой выход», — подумала она. Но внутренний голос подсказывал, что он не лжёт. С тех пор как они наладили контакт, Рук видела в его глазах неподдельное желание помочь. Возможно, у него есть свои мотивы, о которых он не говорит, однако это сейчас не столь важно. Она провела рукой по только что заплетённой косе, стараясь унять волнение. Слуги принесли ей достаточно тёплую одежду, и девушка переоделась, чтобы не стучать зубами от прохлады. Потом села на край кровати, уставилась на дверь и вздохнула. «Не подведи меня, Фаэн», — подумала она, прижимая пальцы к колючему канту косы. Снаружи в коридоре угасали звуки. Скоро наступит время, когда крепость погружается в полусон. Именно тогда узкие коридоры освещают лишь редкие факелы, а стража дежурит без лишней суеты. Она несколько раз поднималась, чтобы размять ноги, прошлась по периметру, потом села на кровать, откинувшись на подушку. Так прошли томительные минуты и часы. Рук вздрогнула, когда за дверью раздался долгожданный стук. Она подскочила с постели, откинув тонкое одеяло, и почти бесшумно приблизилась к порогу. В следующее мгновение замок щелкнул, створка чуть приоткрылась, и внутрь юркнула гибкая фигура Фаэна. Едва он оказался в комнате, снова повернул ключ и бесшумно замкнул дверь изнутри. На пол упала узкая полоска света из коридора, но и она тут же растворилась во мраке. — Заждалась меня, да? — спросил он вполголоса, всё ещё прижимаясь к дереву, чтобы убедиться, что их никто не слышит. — Ну что? — нетерпеливо произнесла Рук. Сердце у неё колотилось: она с утра ждала новостей, едва ли не считая минуты. — Всё отлично, — ответил Фаэн. — Пропажу ключа никто не заметил. А ты как? Ничего страшного сегодня не случилось? Рук вздохнула. — Нет, всё по-старому. Заставляют меня бить какую-то непроницаемую сферу. Силы уходят впустую. Фаэн оторвался от двери и прошёл к кровати, медленно опустившись на её край. Дышал он с усилием, словно торопился, чтобы никто не перехватил его по пути. — Сферу, говоришь? — спросил он, прищурившись и пытаясь отдышаться. — Что за сфера? — Не знаю, — Рук сжала пальцы на поясе. — Она из крепкого стекла, внутри тёмное вещество. Сама не разбивается, и никакие мои заклинания не помогают. Похоже на скверну. Вряд ли это просто чёрная краска. На мгновение в тусклом свете вспыхнуло любопытство в глазах Фаэна, но девушка сразу перешла к главному: — А что по поводу вылазки? Можем ли мы выйти прямо сейчас? Фаэн в ответ тяжело вздохнул и почесал затылок, точно выдавливая из себя дурную новость: — Послушай... Если нас увидят вместе, меня точно убьют. Тебя, может, оставят в живых, но обо мне даже думать не станут. Я… просто не могу идти на такой риск, прости. — Понимаю, — раздосадованно кивнула Рук. — Значит, мне придётся действовать в одиночку. Но ты хотя бы подскажи, где раздобыть нужные сведения. Я ведь понятия не имею, куда тут идти. — Всё не так просто, — провёл он рукой по волосам, признавая, что не может в одиночку решить её вопросы. — Но давай подумаем, как быть. Я весь день ломал голову и кое-что придумал. Рук внимательно слушала, вглядываясь в его лицо. Она сомневалась, понимая, что этот эльф всё ещё принадлежит к прислужникам эвануриса. Доверять ему полностью было страшно, однако иного союзника в крепости у неё не было. — Я готова выслушать твои предложения, — сказала она. — Что ты придумал? Он похлопал ладонью по месту рядом с собой, приглашая Рук сесть. Девушка бросила короткий взгляд на дверь, чтобы убедиться, что они одни, и неохотно устроилась рядом. Заметив, что она напряжена, Фаэн легонько накрыл её ладони своими, пытаясь внушить хоть толику спокойствия. — Когда я был рабом в Тевинтере, — начал он вполголоса, — у меня не было свободы. Хозяева делали со мной всё, что угодно. Но бывало, что именно подле хозяина я мог обеспечить себе хоть малейшую безопасность и узнать, что происходит в его доме. Понимаешь? Иначе никак. Рук представила, что чувствуешь, будучи вынужденным искать безопасность у того, кто причиняет вред. — И к чему ты это ведёшь? — настороженно спросила она, приподняв брови. — То есть ты предлагаешь… что-то в этом роде? — Ну… — Фаэн вздохнул. — Спрашиваю: наш повелитель часто ли беседует с тобой? Или избегает, держит в стороне? При слове "повелитель" у Рук внутри возникли противоречивые чувства. Если эльф все еще считает Эльгарнана своим повелителем, значит, в какой-то степени Фаэн не утратил верности своему богу. — Он появлялся всего раз, — глухо ответила она, — и, честно говоря, едва обращал на меня внимание. Бросил пару фраз — и всё. — Вот именно. Сколько угодно ты можешь бродить по коридорам, пока тебя не поймают, но без доступа к нему лично, без его расположения, ты вряд ли что-то узнаешь. Ты не пыталась, к примеру, сблизиться с ним? При последних словах Рук вскинула голову, вырывая руки из его захвата: — Ты серьёзно? Этот тиран запирал меня, чуть не свёл с ума через проклятую магию… да как я могу с ним «сблизиться»? Я ненавижу его! В её голосе сквозила боль и негодование. Фаэн замахал руками, прося сбавить тон: — Тсс! Потише. Я же не говорю, что вы станете друзьями. Но если ты сейчас бездействуешь, за тебя это сделают другие, и тогда можешь оказаться невольно вытесненной. Ты должна понимать, что, оказавшись в центре его внимания, сможешь получить больше шансов на манёвр. Рук хотела упомянуть кулон, через который Эльгарнан контролировал её, но каждый раз, стоило ей вспомнить о нём, словно невидимая сила блокировала речь. Фаэн мельком заметил её заминку, но промолчал. А она продолжила, стараясь унять колотящееся сердце: — Он такой сильный, что у меня просто ноги подкашиваются, когда он рядом. Разве можно вот так — взять и сблизиться? — Не сердись, — осторожно успокоил её Фаэн. — Я понимаю, что он жесток. Но такова природа тех, кто обладает властью: они наслаждаются своим превосходством. Попробуй сыграть на этом, показать, что тебе интересно служить ему. Пусть решит, будто нашёл в тебе верного подданного. — И как мне к нему подойти? — горько спросила она. — Пригласить его на дружескую чашку чая? — Конечно, нет, — Фаэн прикрыл глаза, вспоминая собственный опыт из Тевинтера. — Любой, кто жаждет власти и использует её против слабых, хочет чувствовать, что перед ним преклоняются. Я видел столько магистров, которые только и мечтали о лести. И уж если «бог» выбрал тебя, поверь, он жаждет признания. Он поднял руку и осторожно дотронулся до подбородка Рук, вынуждая её посмотреть ему в глаза: — Подумай: если ты не предпримешь что-то, то так и останешься в заточении. Или тебя в конце концов сделают «жертвой»… А так у тебя появляется шанс выспросить у него самого, на что он рассчитывает. Добиться доступа к коридорам, к залам, где можно что-то подслушать, увидеть… Рук молчала, стиснув губы, не в силах спорить с очевидными фактами. — Но я не эльф, — прошептала она наконец. — С чего бы ему вдруг захотеть открывать мне какие-то тайны? — Не имеет значения, — отрезал Фаэн, отпуская её лицо. — Если он терпит твое присутствие, значит, ты для него значима. Так воспользуйся этим. Притворись послушной, воздай ему почести, и, может, он снимет с тебя часть ограничений. Прошу, пойми: это единственная возможность ослабить узы. Какая-то часть души Рук клокотала в протесте, но разум подсказывал, что другой дороги к свободе может не быть. В этот момент в коридоре послышался глухой грохот, словно кто-то ронял тяжёлый предмет. Эльф застыл, наклонив голову к двери, и жестом предупредил: «Ни звука». Грохот продолжился несколько мгновений и стих. — Мне пора, — прошептал Фаэн. — Я приду, когда смогу. Постучу четыре раза, чтобы ты знала, что это я, и не пугалась. Он поднялся с кровати и протянул Рук небольшой железный ключ. Металл холодил ей ладонь. — Не рискуй сегодня, — попросил эльф. — Прибереги ключ. Если вдруг всё пойдёт не так — у тебя будет запасной выход. Но выскальзывать прямо сейчас слишком опасно. Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось. — Я понимаю, — ответила она, немного смягчившись. — Спасибо тебе. — Подумай над моими словами, хорошо? — добавил он, приобняв её в коротком жесте поддержки. Рук молча кивнула, опустив взгляд, и он, приоткрыв дверь, скользнул в коридор и закрыл её снаружи. Девушка заперла её со своей стороны. Тихий щелчок вернул в комнату гнетущую тишину. Оставшись в одиночестве, Рук задержала дыхание и сосчитала удары сердца. Осознав, что держит ключ в руках, она быстро пересекла комнату и опустилась на колени у деревянного стола. Под столешницей нащупала узкую щель, образовавшую полую выемку. «Надеюсь, не найдут», — с этой мыслью она вдавила ключ как можно глубже. Теперь в голове у неё шумело, словно приближалась тяжёлая гроза. Идея «сблизиться» с эванурисом раздражала до тошноты, ведь перед глазами всплывали воспоминания о собственном плене. Но Фаэн прав — прямая конфронтация сейчас бессмысленна: любая попытка бегства не даст нужной информации, а она всё ещё хочет понять, что задумали эти боги и возможно ли их победить. Решив отложить сиюминутные сомнения, Рук села на кровать и уставилась в потолок, где магический фонарь отбрасывал мерцающий слабый свет. Мысли путались: образ Эльгарнана, разговор с Фаэном, та странная сфера, которую она не способна разбить. А ещё неизвестные тевинтерцы, появившиеся в крепости. Слишком много вопросов. Искра надежды теплилась, что в планах эвануриса всё-таки кроется зацепка — что-то, чем Рук сможет воспользоваться. Оглянувшись на дверь, Рук ощутила желание снова достать ключ и протестировать замок, но она понимала — это риск. Пока план Фаэна казался единственным разумным. Ей оставалось лишь сохранить холодную голову и аккуратно разыграть новую роль. Так и прошла оставшаяся часть ночи: в тягостном обдумывании и попытках убедить себя, что есть выход. Спать почти не хотелось, но усталость взяла верх. Вскоре Рук погрузилась в неглубокую дрёму, где ей практически ничего не снилось. Последующие дни текли монотонно. Рук начинала утро на каменном дворе, где изо дня в день пыталась разбить стеклянный шар, внутри которого извивалась тёмная масса. На вид — следы порождений скверны, на деле — непонятная субстанция, не поддающаяся ни огню, ни ударам. После полудня её под конвоем отводили в небольшую трапезную, а к вечеру возвращали обратно в комнату с тяжёлой дверью. Она едва успевала протянуть руку к засову изнутри, прежде чем замок защёлкивался снаружи, делая её пленницей до нового рассвета. Чтобы скрасить однообразие, она безуспешно приставала к Аластару, сидевшему у каменного столика со своими книгами. Тот лишь приказывал ей продолжать и не тратить время на разговоры. Рук осознавала, что он намеренно отмахивается, не раскрывая секретов. Её настойчивые вопросы отскакивали, как камешки от неприступной стены. Ей хотелось получить хоть крошку информации, но в ответ только слышала: «Возвращайся к работе». Несколько ночей подряд она собиралась с духом и осторожно приоткрывала дверь ключом, полученным от Фаэна. Однако шагнув в коридор, понимала, что крепость полна охраны. Эльфы бродили туда-сюда, оставляя её без малейшей возможности добраться хотя бы до соседних переходов. Отдалённые шаги, чужие тени на стенах, приглушённые голоса. Рук не решалась идти дальше, потому что возвращение в комнату становилось бы невозможным. Пара неудачных попыток показала, насколько крепко её держат. Крепость была необъятной: длинные своды, перекрёстки коридоров, бесконечные арки. Шансов что-то разведать почти не оставалось. Фаэн исчез, и она терялась в догадках: неужели с ним произошло что-то плохое. В душе теплилась мысль, что однажды он придёт с новостями, но время шло, а он не появлялся. Лишь в один из вечеров она увидела его на миг, когда возвращалась в сопровождении эльфов-служек. Он прошёл мимо в коридоре, не выказав ни малейшего знака, что узнаёт её. Никакого движения бровей, никакого жеста. Его лицо оставалось бесстрастным, а взгляд был направлен вперёд. Она догадалась, что он соблюдает осторожность и не хочет выдать свою связь с ней. Эльгарнан тоже не показывался. Рук вспоминала слова Фаэна, призывавшего её попробовать сблизиться с хозяином крепости. Но как выстроить контакт с тем, кого даже не встретить за много дней подряд? Изнурительное ожидание висело над ней, выматывало, а сомнения росли день ото дня. Ситуация казалась безысходной, и она начинала верить, что оставит здесь все силы, продолжая бессмысленно бить тот шар. Но однажды, возвращаясь под вечер в комнату, она увидела его — высокую фигуру в развевающейся мантии, окованную золотой вышивкой. Эльгарнан шагал по широкому коридору в окружении воинов, которые шли позади него. Чёрно-золотая мантия расстилалась по полу, на голове поблёскивала знакомая корона. От сияния закатного солнца её отражение блеснуло, и ладони Рук сразу стали влажными от волнения. Он прошёл совсем рядом, не бросив в её сторону даже короткого взгляда. Рук поняла, что это её единственный шанс. Она, сжав кулаки, сделала резкий вдох и рухнула на колени прямо посреди коридора. — Повелитель! — выкрикнула она, приложив ладони к полу. Сердце билось слишком отчётливо, спина горела от страха. Эльгарнан остановился. Эльфы, охранявшие её, опешили; никто не ожидал такого порыва. Воины застыли без единого слова. Тишина приобрела глубину, словно исчезли все посторонние шорохи. Казалось, даже эхо шагов умерло под сводами, когда он повернулся и смерил Рук взглядом сверху вниз. По поведению было ясно, что подобные жесты почтения он видел многократно, но от неё не ждал этого вовсе. Он сделал несколько шагов к ней, и под ногами у него каждый шаг звучал громче, чем короткий стук её сердца. — Что тебе нужно? — бросил он низким голосом. От близости этого существа вся её решимость рушилась, но она не собиралась отступать. Собрала остаток храбрости, застыла в позе полного подчинения и выдавила: — Я… хотела поговорить с вами… о вашем поручении. — Слова застревали в горле, мышцы ног дрожали, но Рук заставляла себя звучать уверенно. — Я умоляю выслушать меня. Эльгарнан чуть приподнял подбородок, вглядываясь в неё со странным выражением. Казалось, он то ли недоволен, то ли любопытствует, зачем она осмелилась остановить его в коридоре. Мгновения ожидания растянулись. В висках Рук колотилась горячая пульсация: ещё секунда — и она не выдержит этой глубокой паузы. Но пятиться назад уже поздно. Наконец, он коротко качнул головой, давая понять, что готов уделить ей миг своего времени: — Иди за мной. Он развернулся и зашагал к дальней арке. Рук выдохнула от облегчения и поднялась на ноги, поспешив следом. Ближайшие слуги и стражники расступились, как вода, пропуская её за спиной владыки, и пошли за ними вровень, сохраняя почтительную дистанцию. Эльгарнан шагал достаточно быстро, так что Рук едва успевала перебирать ногами. Не успела она осознать, куда они направляются, как они вошли в просторный зал с высоченными окнами. Лучи закатного солнца проникали сквозь стекло, скользили по мраморному полу золотистыми полосами. По центру возвышались тонкие колонны, а стена напротив была украшена рельефными узорами, напоминающими картины древней истории. Эльгарнан встал на середине зала и одним движением приказал всем, кроме Рук, выйти и затворить дверь. Они остались вдвоём среди плавающих в воздухе искорок пыли, окрашенных светом заходящего солнца. Эльгарнан обернулся к ней, скрестил руки за спиной и ждал, не торопя её с ответом. При свете захода его золотые глаза делались особенно заметными, будто вплетались в сияние, играя светом на вышивке его мантии. — Говори, — сказал он, дожидаясь объяснений. Рук сделала шаг вперёд, но не рискнула подойти слишком близко. Всё в голове перемешалось. Она импульсивно остановила его в коридоре, не продумав заранее речь. Пришлось выкручиваться на ходу: — Дело в… — она запнулась, подбирая слова. — Тот эльф, Аластар, постоянно даёт мне сферу. Но я никак не могу её разбить.. Он не учит, приказывает только бить и бить её без толку.. Дни идут, я не продвигаюсь ни на шаг. Она едва справлялась с волнением. Мысли роились, она вспоминала все советы Фаэна: нужно показаться покорной, вызвать хотя бы каплю любопытства. Эльгарнан смотрел на неё без тени эмоций, и сердце начинало сжиматься от осознания, насколько он далёк. — Ты не справилась с заданием? — холод скользнул в его голосе. — Нет, не получается, — выдохнула Рук. — Я прошу… вас лично научить меня. Маг слишком молчалив. Не знаю, как освоить силу, раз мне не раскрывают секреты. Я хочу выполнить то, что вы задумали. Эльгарнан не отвечал. Она не была уверена, слушает ли он её вообще, или в любую секунду решит, что разговор не стоит потраченных минут. Внезапно распахнулись створки дверей, и внутрь вошла незнакомка в тёмных одеждах, с элегантно уложенными волосами. Её суровая осанка привлекала взгляд, но ещё более бросался в глаза широкий шрам, пересекающий левую бровь и скрывающийся под чёрной повязкой. Человеческие черты, высокий рост. Она быстро опустилась на колени, преклоняясь перед хозяином зала: — Повелитель! Он кивнул, позволяя ей приблизиться. Женщина подошла, припала вновь к его ногам, низко склонив голову. — Повелитель… — проговорила она возбуждённым тоном. — Позвольте выразить почтение. Ваша мудрость уже потрясает воображение магистров.. осталось лишь время… Она принялась осыпать его восхвалениями, чуть ли не касаясь губами тыльной стороны его ладони. Рук удивленно вскинула бровь. «Так вот что значит лебезить?», — пронеслось у неё в голове. Эльгарнан недовольно повёл плечами и выдернул руку, видимо испытывая брезгливость к подобной близости. Однако во взгляде светилась холодная гордость. Он позволил женщине договорить: — Ваша сила превыше всего, а Тевинтер начинает признавать это. Магистры скоро падут к вашим стопам, великий владыка… Её хрипловатый голос звучал преданно, но в нём была избыточная торжественность. Эльгарнан, казалось, привык к подобным речам. Он отстранился, ни на миг не меняя надменного выражения, а затем сказал: — Мои приказы насчёт Тевинтера остаются в силе. Следи, чтобы они подчинились без лишних вопросов. Женщина рассказала, что всё идёт по плану, магистры сомневаются, но уже близки к подчинению. Она назвала это добровольным союзом, упомянула готовность принести любую жертву, лишь бы заслужить его расположение. Эльгарнан одобрил кивком. Она вышла спиной, не осмеливаясь поворачиваться к нему затылком. При этом мимолётно взглянула на Рук с любопытством и скрылась за дверью, аккуратно прикрыв её. Осталась глухая тишина. Эльгарнан задержался на месте, очевидно размышляя о только что услышанных новостях. Рук невольно подумала, что рядом с ним невозможно оставаться равнодушной: его присутствие буквально поглощало воздух. Но он, показалось, на миг забыл о ней, погрузившись в собственные размышления. Вскоре он всё же повернул голову и спросил так, будто напоминая себе о её существовании: — Ты хотела чего-то от меня? — Да, — вспомнила она, что должна продолжить разговор. — Прошу взять меня под вашу опеку. Я хочу научиться управлять силой, чтобы приносить вам пользу… Его лицо не показало никаких признаков увлечённости. Он вздохнул так, что мантия чуть колыхнулась по полу. — У меня нет на это времени. Подготовкой заведует Аластар. — Но у меня с ним ничего не выходит! Я не могу разбить сферу, если никто не объяснит принцип. Её отчаянность на миг прорвалась наружу. Она надеялась, что ему польстит подобная просьба. Но он по-прежнему оставался холоден. — Разве ты не слышала мой приказ? — он поднял бровь. — Справься со сферой, тогда, возможно, я и подумаю о твоей просьбе. — Но… — она попыталась возразить, осознавая, что её единственная надежда снова ускользает. — Уходи, — отрезал он, отвернувшись. Она застыла на месте ещё на несколько секунд, надеясь, что он возьмёт свои слова назад. Однако он уже разглядывал рассветающие полосы вечернего неба за окном, словно присутствие Рук не имело никакого значения. Остался один шаг, чтобы выполнить совет Фаэна до конца — проявить покорность. Она запрокинула подбородок ниже, напрягла плечи, стараясь выглядеть столь же преданной, как странная женщина-вестница. — Я только хотела быть полезной… Эльгарнан не пожелал вести беседу дальше. Облик его напоминал монумент, которому чужды чувства. — Ступай, — произнёс он, бросая короткий приказ через плечо. Рук чувствовала, что теряет последние крохи надежды достучаться до его любопытства. Пришлось вынужденно покинуть зал, стараясь не показывать разочарования. За порогом её тотчас подхватили эльфы, молчаливые стражи, и повели по коридору обратно к комнате. Она не бросала взглядов назад, ведь понимала, что он не смотрит ей вслед. Когда дверь её комнаты захлопнулась, в груди у Рук горело болезненное раздражение, граничившее с тоской. Любая попытка наладить контакт с этим богом разбивалась о его безразличие. Она присела у скудного столика, закрыла лицо ладонями и прокрутила в голове каждое мгновение встречи. Стоит ли идти дальше по этому пути, или она лишь продляет агонию? Но выбора не оставалось. В крупицах речи Эльгарнана звучало одно: «Докажи, что не бесполезна.» Выходит, её шансом остаётся только непобеждённая сфера. События последних мгновений отнимали остатки сил, в груди постепенно росло ощущение, что она сделала такой смелый шаг и осталась с пустыми руками. Но в её памяти запечатлелось, как он смотрел сверху вниз, даря ей озноб от несокрушимой власти, и эта мысль не желала исчезать. Были в нём смутные черты, заставлявшие сердце колотиться иначе, хотя он и проявлял полное безразличие. Не это ли начало того, что называется сложной связью, в которую она ненароком втянулась? Она легла на кровать, вглядываясь в стену. Завтра новый день, и придётся вновь бить проклятую сферу. Может, там и кроется ключ к её свободе и к ответам — а может, в этом скрыта ещё более тёмная истина. Но обратного пути нет. Была лишь крохотная надежда, что однажды лёд во взгляде Эльгарнана треснет, если она найдёт нужный способ привлечь его интерес.