Stranger things: the beginning of the end.

      4 ноября 1984 года.                     Свет, исходящий от лампы, падал на серую плитку, заставляя стекающие по ней капли воды искриться и переливаться. Мягкие лучи отражались на частицах жидкости, образовывая неповторимой формы блики, отдаленно похожие на драгоценные камни.       Пар медленно поднимался к потолку, рисуя незамысловатые узоры и затягивая туманом ванную комнату. Мягкие облака обволакивали тело Вайолет, укрытое махровым полотенцем.       Она стояла перед раковиной, наблюдая за игрой света на зеркале. Проводя рукой по влажной поверхности и смахивая конденсат, Картер чувствовала прохладу под пальцами.       Вайолет взглянула на свое отражение: влажные волосы, зачесанные назад для удобства, покрасневшая от горячей воды кожа блестела в мягком свечении ванной комнаты, в ямке между ключицами была крохотная лужица. Протирая ее мягкой тканью, Картер обратила внимание на пурпурное пятно на ее правом плече.       Она приблизилась к отражающей плоскости, рассматривая его повнимательнее. Это был синяк, точнее, последствие ее вчерашней встречи с дверным косяком в доме Хендресона.       Или же она заработала гематому, убегая от Мисс Бертон?       Картер наклонила голову к плечу, прищурившись, чтобы детальнее изучить кровоподтек. Ее зрачки двигались от насыщенного пурпурного в центре до более светлых участков вокруг. Она провела по нему пальцами, ощутив легкий дискомфорт и тепло под кончиками.       Вайолет опустила взгляд ниже к локтю, на котором тоже были некрупные фиолетовые метки, напоминающие отпечатки от пальцев. Она нахмурилась, пытаясь вспомнить, где умудрилась их получить.       Вчерашние воспоминания мелькали картинками, словно они были страницами книги: дом Бертонов, вечерняя пробежка по улице, подвал Дастина, сжатая в руках кочерга, наглое лицо Харрингтона, необъяснимые звуки из дыры в стене, крепкая хватка на ее локте. Картер обреченно покачала головой, глядя на отметины – это работа Стива.       Она до сих пор не могла найти причину, по которой он решил помочь Хендерсону. Какова была его выгода? Картер пыталась найти логику в его поступках, но чем больше размышляла об этом, тем запутаннее становилась ситуация. По мнению Вайолет, Стив был непредсказуем.       В прошлом учебном году ей казалось, что Харрингтон издевается над всеми исключительно ради собственного удовольствия, отчего его стремление откликнуться на просьбу Дастина заводило Картер в тупик. Почему он вдруг стал защитником тех, кого раньше не щадил? Учись Хендерсон в старшей школе, он был бы одним и тех, над кем Стив и компания потешались. Что же изменилось сейчас?       Стук в дверь ванной вырвал ее из размышлений:       — Вайолет, завтрак, — голос Эмили Картер звучал приглушенно.       — Пять минут, мам, — она впопыхах начала надевать на себя приготовленную одежду, лежащую на тумбочке рядом с раковиной.       — Поторопись, твой отец уже покушается на твои оладьи, — судя по удаляющемуся голосу, Эмили пошла к лестнице, ведущей на первый этаж.       Натянув на себя черную водолазку, ткань которой колола ей шею, Вайолет принялась искать что-то, чем бы она могла собрать волосы. Обшарив настенные полки, она нашла потасканную жизнью резинку: в некоторых участках бледно - розовый велюр облез, обнажая под ним тугую резину.       Сжав волосы на затылке в короткий хвост, Вайолет ловко обернула их вокруг основания и зафиксировала. Хотя резинка и была менее эффективной от долгого пребывания во влажном помещении, но все еще выполняла свою функцию. Другого от нее не требовалось.       Застегивая ширинку старых джинс, Вайолет старалась не зацикливаться на мысли о решениях Харрингтона, у нее были проблемы поважнее.       Например, план, придуманный Хендерсоном.       После того, как Дастин разложил карту на журнальном столике и назначил место для предполагаемой засады. Он придумал, как заманить Дарта на свалку. На удивление Вайолет, Хендерсон предложил раскидывать куски мяса от ближайшего шоссе прямиком до заброшенной местности.       Последний пункт особенно привлек ее внимание. Говоря о Д’Артаньяне в подвале, Дастин упоминал, что кормил его конфетами, чем не вызвал у Вайолет никаких вопросов. Однако слова Хендерсона об охоте прошли мимо её ушей, они казались ей менее важными на фоне происходящего вокруг.       Но не после того, как Дастин признался, почему запер своего протеже в подвале, Вайолет нашла объяснения тому пятну с запахом хлорки на кухонному полу. Его питомец сожрал кота Хендерсонов - Мяуса. Хендерсон же, стараясь скрыть следы «преступления», в спешке пролил чистящее средство на ковролин.       Так же, он как бы невзначай, сообщил ей, что Дарт, вполне себе, мог вырасти в Демогоргона, а та форма, которую он имел сейчас, была лишь переходной.       От открывшихся обстоятельств у Картер пробежали волны мурашек по коже, что не осталось не замеченным для Стива. Не скрывая своей усмешки, Харрингтон всем видом показывал ей свое превосходство, намекая, подумать прежде, чем отправиться с ними на поиски.       Вот только его напускная уверенность в себе, вызывала у Вайолет желание утереть ему нос и показать, что отступать она не собиралась.       Колющая ткань напомнила о себе, когда Вайолет накидывала поверх водолазки горчичную рубашку с коротким рукавом, которую вытянула из коробки воспоминаний перед походом в душ. От долгого пребывания под кроватью материал слегка помялся.       Картер ощущала легкую шероховатость хлопка, натягивая ее на себя, она была не самой приятной на ощупь, но в этом было что-то знакомое и успокаивающее.       Несмотря на все недостатки, рубашка все еще хранила в себе запах Макса - легкий аромат его одеколона смешивался с запахом ткани. Это было своего рода напоминанием, ради чего она ввязалась во всю эту авантюру.       Вайолет знала, что Макс при всей своей отчужденности пошел бы тем же путем. Возможно, он бы действовал хитрее, не так открыто и тише, не взрывался бы от малейшего намека на свои ошибки.       Картер хотела бы уметь так же. Способность Бертона держать свои чувства под контролем порой выводила её из себя. Макс любил увиливать или менять тему, порождая ещё больше вопросов от Картер. Он был невыносим, но всё же под её натиском Бертон устоять не мог, хотя, до Мисс Бертон Вайолет всё же было далеко.       Как и до Макса. Картер осознавала, что узнала о многом благодаря случайности. И это откровенно действовало ей на нервы. Научись она у Бертона искусству манипуляций и простой логике, ей бы удалось гораздо раньше докопаться до истины.       Картер злилась на себя, потому что игнорировала важные факты и занималась самобичеванием в своей комнате. Вероятно, все обернулось бы иначе, проследуй она за Хендерсоном в день похорон Уилла.       Выходя из ванной комнаты и следуя к лестнице, ведущей на первый этаж, Вайолет думала, как могла позволить сбить себя с толку непредсказуемой реакцией Дастина. Почему она не могла просто дать себе времени проанализировать ситуацию? О чем она думала в этот момент?       О чем угодно, только не о реальном положении дел.       Идя на запах свежеприготовленного завтрака, Картер все еще витала в своем сознании, угрюмо смотря на кобальтовые кеды, ступающие по налакированному полу. Анализируя все подсказки, что были ей преподнесены за эти месяцы, она была поражена тем, насколько была слепа.       Судьбе пришлось хорошо постараться, чтобы Вайолет наконец прозрела и начала думать. Да, в некоторых моментах ее выводы оказались неправильными, но все же, путем проб и ошибок, Картер удалось оказаться там, где она должна была быть еще несколько месяцев назад.       Зайдя на кухню, она увидела отца, сидящего за столом на белом стуле. Дэвид Картер лениво пробегал карими глазами по строчкам газеты в его руках. На столе рядом с ним лежали чашка с кофе и тарелка с остатками завтрака – недоеденный кусок оладьи и немного джема.       — А я все надеялся, что ты передумаешь, — он отвлекся от чтения, — Как спалось? — Дэвид сложил печатное сми, осматривая Вайолет с ног до головы, — Это что? Хвост?       — Не дождешься, — Вайолет улыбнулась отцу, — Они иногда лезут в рот, это раздражает, — она потрогала волосы, затянутые резинкой.       Эмили стоявшая у плиты и погруженная в процесс готовки, повернула голову в сторону дочери:       — Тебе идет, — пристально изучив облик Вайолет, подтвердила она, — Давно было пора перестать прятать лицо.       Почувствовав подвох в чересчур спокойном голосе матери, Вайолет подошла к плите и взглянула украдкой на Эмили.       — Спасибо, — ответила она с натянутой улыбкой, смотря на оладьи, которые жарились на сковороде. Золотистая корочка выглядела аппетитно, и не удержавшись Вайолет протянула руку, чтобы выкрасть с посуды самую ближнюю к ней.       — Вайолет! — мама ударила ее лопаткой по руке, пресекая попытку кражи, — Подожди минуту, имей совесть.       Картер сложила руки на груди и нахмурила брови, облокотившись на кухонный гарнитур. Ее взгляд был сосредоточен на Эмили, которая с легкостью переворачивала оладьи, время от времени бросая быстрые взгляды на дочь.       Этот молчаливый знак Вайолет выучила еще с детства. Если ее мать начинает вести себя подозрительно тихо и безучастно – жди беды. Эмили Картер могла долго хранить молчание, но в этом затишье всегда скрывался какой-то подтекст, означающий, что она чем-то недовольна.       Картер помнила множество случаев, подтверждающие ее догадки. Например, ее посиделки на крыше их дома. Впервые увидев дочь, сидящую на козырьке, Эмили несколько суток не разговаривала с Вайолет. Спросите почему? Мисс Картер не могла подобрать слов, чтобы описать своей дочери весь спектр эмоций, который она испытывала в этот момент.       Только спустя пару дней Эмили смогла четко высказать ей свою позицию и попросить подобному больше не повторяться. Этот разговор был не из самых приятных. Эмили Картер порой умела удивлять своей строгостью.       Теперь же, стоя рядом с матерью возле плиты, Вайолет снова испытывала знакомый флер тревоги, окружающий пространство кухни. Она посмотрела на отца, одним взглядом спрашивая у него, в чем дело. Но его лицо оставалось спокойным, что лишь усиливало ее переживания.       Картер не отрывала взгляда от отца, ожидавшего кульминации этого «представления», и пыталась предсказать всевозможные варианты событий.       Хоппер рассказал ей, что было в полицейском участке? Или кто-то все-таки видел у мужской раздевалки и растрепал все директору? Аманда позвонила поведала матери о нашем чаепитии?       Дэвид, наблюдавший за безмолвными метаниями Вайолет, издал хриплый смешок, чем отвлек ее от рефлексии. Она повернулась к нему, нахмурив брови:       — Что? — спросила она, пытаясь скрыть собственное волнение.       Он улыбнулся и подложил ладонь под подбородок:       — Теперь я знаю, как выгляжу со стороны, — он подмигнул ей, — Если оказываюсь виноватым, конечно.       Вайолет не смогла сдержать усмешку. Его беззаботный комментарий немного разрядил обстановку. Картер направилась к столу, стараясь не оглядываться на напряженную мать.       Сев на стул, заботливо отодвинутый ее отцом, Вайолет шепотом поинтересовалась у него:       — Что происходит?       — Ты нарушила комендантский час, — ответила за него Эмили с укором в голосе.       Картер закрыла лицо руками, пряча горящие от стыда щеки. Возвращаясь поздней ночью домой, она надеялась, что отец, уснувший на диване в гостиной, не заметил ее отсутствия. Вайолет старалась делать как можно меньше шума, открывая дверь, и крадясь к лестнице.       Она знала, что Эмили была на дежурстве в больнице этой ночью, а в Дэвиде она была уверена, он всегда был готов прикрыть ее. Но не в этот раз.       — Предатель, — Вайолет прошептала, глядя на отца, он лишь пожал плечами.       — Она здесь главная, — произнес он беззвучно, указывая на женщину, стоящую у плиты, — У нас был уговор, ты не выполнила часть сделки, — Дэвид, делая замечание, наклонился к ней ближе.       Если Вайолет пренебрегала некоторыми правилами в их доме, она должна была его предупредить. Это было их негласным правилом. Отец всегда подчеркивал важность честности, особенно когда дело касалось доверия внутри семьи.       Дэвид был ее соратником – человеком, который был готов подыгрывать ей в ее выходках, в пределах разумного, конечно же. Судя по своему подростковому периоду, он как никто другой понимал, что Вайолет иногда нуждалась в свободе и толике приключений. Он доверял ей, даже если не всегда мог понять ее мотивы.       Однако с этим доверием приходила и ответственность. Мистер Картер всегда объяснял ей: если она решила нарушить правила, то должна быть готова к последствиям.       Таким образом, настал час расплаты. Вайолет убрала руки с лица, стараясь говорить уверенно:       — Я была у Дастина, — она промолвила это слишком быстро, боясь ненароком ляпнуть что-то лишнее.       Эмили Картер застыла у плиты, услышав знакомое имя. Она медленно обернулась к дочери, на ее лице читалось неверие.       — У Дастина? — спросила она, не скрывая замешательства.       Вайолет перевела взгляд на отца, который приподнял брови. Он был ничуть не меньше изумлен.       — Ты была у Дастина Хендерсона? — произнес он, осознавая услышанное, — Я думал, что вы, — Дэвид искал нужное слово, — Что вы, — он шарил по столу в поисках кружки с кофе.       — Да, мы, как бы сказать, — Вайолет задумалась, переводя взгляд между родителями, — Мы случайно встретились в книжном, разговорились и потом потусовались у него. Вспомнили прошлое, в общем, — она чесала щеку, неловко улыбаясь.       Эмили и Дэвид переглянулись. Казалось, что они вели немую беседу между собой.       — Я знаю, что должна была хотя бы предупредить, — Вайолет обратилась к отцу, — Просто, мы засиделись, — Картер раскачивалась на стуле, пытаясь выглядеть непринужденно, — Дастин умеет заговаривать зубы, понимаете.       Врать родителям, по ее мнению, выходило из рук вон плохо. Но она продолжала лепетать и вдумываться в произнесенные ею слова, зная, если не продолжит, ей придется попрощаться с возможностью узнать что-либо о загадочной изнанке и о существе, утащившего туда Макса.       — И сегодня мы тоже договорились встретиться, — сказав это, она прикрыла глаз, съежившись.       Эмили прикрыла глаза рукой, выдыхая с облегчением. Дэвид придвинул свой стул вплотную к Вайолет, раскрывая руки для объятий.        — Малышка Ви снова в строю, — он обнял дочь.       — Воздух, — прохрипела она, — Мне нужен воздух, пожалуйста.       Картер рискнула, рассказав только часть правды. Она надавила на больную мозоль родителей, волновавшихся за ее душевное состояние.       Все же Вайолет чему-то научилась у Бертона. Она сказала ровно то, что от нее хотели услышать, и не надеясь, что у нее так ловко получится обвести Эмили и Дэвида вокруг пальца.       Тщательно подобранные слова возымели эффект. И он ей нравился. Вайолет наконец-то смогла переиграть хотя бы кого-то в игре, о которой ее родители даже не подозревали.       Глядя на отца и мать, Картер все еще испытывала страх, не имея понятия, как они могли поверить ей. Ожидая подвоха, она с настороженностью обняла в ответ Дэвида.       Вайолет нервничала, чувствуя, как сердце танцует чечетку в ее груди. Внутренний конфликт бушевал, грозясь сорвать пелену наигранного восторга. Ей удалось произвести впечатление на родителей, но это означало, что в любой момент этот спектакль мог закончиться неожиданным образом.       Она старалась отвлечься от своих мыслей и сосредоточиться на родителях. Судя по их реакции, они были счастливы - именно этого Вайолет и добивалась. Но даже в этой радости ощущение фальши не покидало ее.       Картер играла роль в чужой пьесе, а сама оставалась за кулисами.       — Вайолет, клянусь, если еще раз, — Эмили прервалась на полуслове.       — Эми, не сейчас, — Дэвид посмотрел на жену, протягивая к ней руку, приглашая ее принять участие в общих объятиях.       — Вот всегда вы так, — проворчала она, все же принимая его приглашение, — Создаете коалицию против меня, — Эмили, улыбаясь, обняла их.       Вайолет услышала запах ее цветочных духов, от чего осознание своей вины разыгралось с новой силой. Она прижималась к родителям, понимая, что всего лишь играет роль, которую сама же себе придумала.

***

      Картер ровной походкой плелась к месту встречи. Об спину, облаченную ониксовой курткой, бился рюкзак, издавая шоркающие звуки. Она то и дело поправляла накинутую на острое плечо лямку, что так и норовила слететь.              Сжимая в руке комикс, который она была намерена отдать Хендерсону, Картер утешала себя мыслью о том, что в любой момент может отказаться от всей этой затеи. Она человек, а человеку присущи сомнения и страхи.       Насколько странно Картер могла выглядеть, если передумает в последний момент? Вайолет было страшно. Страшно от незримого будущего, подступающего к ней. Ужас нарастал при каждом сделанном ею шаге.       Отец, научивший ее нести ответственность, наверняка бы не похвалил сейчас Вайолет за эти размышления. Он постоянно напоминал ей: «Страх — это нормально, главное не позволять ему управлять тобой». Эти слова звучали эхом в ее голове, словно мантра.       Возможно, трусость и вовсе не была чем-то плохим. Эта эмоция могла сделать её осторожнее, заставить задуматься о своих дальнейших шагах и взвешивать риски.       Страх мог вынудить ее анализировать ситуацию, обдумывать свои действия и учитывать нюансы. Вместо того чтобы воспринимать трусость как слабость, Вайолет была готова рассматривать ее как возможность для самосохранения.              Картер настраивала себя на положительный лад. Она по своей воле вызвалась пойти с Дастином. Спускаясь в подвал Хендерсона, Картер еще тогда сделала свой выбор. Слишком поздно отступать, как бы ей не было не по себе.       Ветер обдавал ее лицо своими потоками, заставляя Картер поморщиться. Она подтянула воротник ветровки повыше, пытаясь защититься от пронизывающего холода.       Как ни странно, на улице было ни души. Ни проезжающих по дороге машин, ни случайных зевак, прогуливающихся по тротуарам. В воздухе витало ощущение некой затерянности, которое нависло над городом, как тяжелое облако.       Затишье перед бурей.       Стараясь не отвлекаться на отсутствие людей, Вайолет шагала к перекресту рядом с домом Дастина. Она поглядывала на часы, боясь опоздать.       Пытаясь унять волнение от предстоящей поездки, Картер думала о содержимом своего рюкзака: от нее требовалось захватить с собой несколько пар резиновых перчаток, которые Вайолет ловко стащила из домашней аптечки. Также во внутреннем кармане лежали бинты, пластыри и антисептик, закинутые ею же в спешке. Она должна быть готовой ко всему.       Благодаря знаниям ее матери, Вайолет немного имела понятие о том, как дезинфицировать и перевязывать раны. Но все же, она бы не хотела применять эти немногочисленные знания на практике.       Бредя по дороге, вдали Картер заметила припаркованную машину Харрингтона. Он сидел на капоте, выпуская дым от сигареты, и смотрел себе под ноги. Никотин, выходящий из его легких, медленно поднимался в воздухе и растворялся в тишине окружающего пространства.       Вайолет, приподняв подбородок, расправила плечи и направилась в его сторону.       Подойдя ближе, Картер рассмотрела Дастина, которого не видела ранее из-за каркаса автомобиля. Он стоял около Стива, размахивая руками, и явно пытался объяснить что-то важное. Взгляд Дастина был сосредоточенным, а выражение лица — недовольным. Судя по всему, ему не нравился табачный дым, исходящий от Харрингтона.       — Вай! — крикнул он, заметив ее приближение.       В это время Стив, делая очередную затяжку, повернулся в ее сторону:       — Мы договаривались ровно в полдень, — произнес он, выдыхая, — Могла бы прийти вовремя.       Вайолет растерялась от едкого комментария. Посмотрев на циферблат, на котором стрелки показывали ровно полдень, она подошла к Харрингтону протягивая руку прямо ему под нос:       — Ровно двенадцать, умник.       Стив, очевидно не ожидавший наглого вторжения в его личное пространство, оттолкнул ее руку от себя:       — Полегче, дикарка.       Не обращая внимания на ругань, исходящую от Харрингтона, Картер протянула Дастину комикс:       — Теперь, мы в расчете.       Лицо Хендерсона озарилось улыбкой. Он взял его в руки и внимательно рассмотрел обложку, видя на ней знакомых супергероев. Дастин заметил дату выпуска и, не сдерживая восторга, спросил:       — Это последний!?       Вайолет коротко кивнула в ответ, наблюдая, как Хендерсон листает страницы, бегло просматривая содержание. Его глаза мельтешили по иллюстрациям и тексту, раскрываясь все шире.       — Черт, где ты его достала? Я думал, что все раскупили еще неделю назад.       Картер бесспорно довольная собой, сложив руки на груди, с горделиво смотрела на Харрингтона, который одним движением пальцев откинул от себя бычок и медленно подошел к Дастину.       Он склонился над ним, выдохнул облако дыма и вырвал комикс из его рук:       — Один я помню, зачем мы здесь? — Стив оглядел Вайолет, а затем вернул свое внимание на Хендерсона, — Заберешь, когда закончим.       Харрингтон обошел их, идя к водительской двери. Дастин, закашлявшись, прикрыл рот и показал удаляющемуся Стиву средний палец.       — Вот же задница.       — Я все слышу, — Стив звякнул ключами, которые доставал из карманов джинс, — И Бхрамари передай.       — Прости, кому? — спросила Вайолет, приподняв брови.       — Ты вырядилась, будто собралась в улей, — Харрингтон указал рукой на одежду Картер, — Лучше бы прочла пару книжек по истории. Хендерсон, мы едем или нет?       Вайолет прищурилась, смотря, как Стив садился за руль. Он начал раздражать ее, едва она увидела его. У него определенно был талант. Картер пожалела, что в подвале все-таки не разукрасила его нахальную рожу кочергой.       — Едем, — Дастин похлопал Вайолет прямо по синяку на плече, вызвав у нее неконтролируемую вспышку боли.       — Больше так не делай, — прошипела она, хватаясь за руку.       — Прости, —произнес Хендерсон, указывая на машину, — Идем?       — Иди, я за тобой.       Дастин в припрыжку шел к передней пассажирской двери и, иногда оглядываясь, проверял наличие Вайолет за своей спиной. Она растирала поврежденное плечо, сдвинув брови к переносице. Несмотря на боль, Картер старалась не показывать своего дискомфорта, улыбаясь Хендерсону.       Открывая заднюю пассажирскую дверь, Вайолет позволила себе мелкую пакость и рывком кинула свой рюкзак на сиденье машины. Он с глухим стуком приземлился на сиденье, вызывая молниеносную реакцию Харрингтона.       Стив обернулся, готовясь к словесной дуэли, но его прервал Дастин, очень громко хлопнув дверью:       — Да вы издеваетесь, — произнес он, сокрушаясь.       Картер молча заняла свое место, наблюдая за взбешенным Стивом. Он повернулся к дороге, схватившись за руль. Его челюсть была сжата, а губы стиснуты в тонкую линию. Закрывая за собой дверь, Вайолет заметила, как его плечи напряглись.       — Я не специально, — Дастин обращался к Харрингтону.       — Не сомневаюсь, — он провернул ключ зажигания.       Машина издала характерный щелчок, и на приборной панели загорелись огни. Затем раздался звук жужжания бензинового насоса, который наполнял топливные линии.       Стив повернул ключ до конца, и стартер сработал. Ровный гул двигателя заполнил салон седана. Вайолет провела ладонью по гладкой обшивке сиденья – это была кожа, мягкая и приятная на ощупь.       Еще бы у золотого мальчика под задницей было что-то похуже кожи.       Она посмотрела на дверную панель, сделанную из натурального дерева с алюминиевыми вставками. Они блестели на свету, проникающем сквозь прозрачные стекла.       Как ни странно, в машине совсем не пахло табаком. Видимо, Стив опасался пропитать никотином внутреннее пространство автомобиля.       Боится получить нагоняй от папочки.       Ухмыльнувшись собственным мыслям, Вайолет ощутила несильный толчок в спину. Автомобиль слегка дернулся вперед, и рокот двигателя стал чуть громче. Стив мягко отпустил тормоза, и они плавно тронулись с места.       За окном начали мелькать знакомые пейзажи: дома, выстроенные ровным рядом, постепенно сменялись лесополосой, окрашенной в осенние цвета.       Лучи солнца пробивались сквозь деревья, создавая игру теней на асфальте. Картер смотрела за золотистые листья, которые медленно опадали с деревьев, кружась вокруг своей оси прямо перед приземлением.       Они ехали в полной тишине, только шум работающего двигателя и легкое шуршание шин о дорогу, нарушало эту идиллию. А еще Дастин, пожелавший вернуть себе свой комикс.       — Верни, что забрал, — он вытянул раскрытую ладонь перед Стивом.       Устало вздохнув, Харрингтон произнес:       — В бардачке, и будь добр убрать его подальше, когда мы будем на месте.       Хендерсон оживился, узнав место, в котором было спрятано его «сокровище». Он потянулся к ручке, открывающей бардачок, и дернул ту на себя. Дверца открылась, издав щелчок. Выуживая переплет с яркой обложкой, Дастин задел локтем кнопку включения магнитолы, заставляя Вайолет отвлечься от созерцания ландшафта за окном.       — Так - то лучше, — Дастин закрыл перчаточный ящик и принялся читать.       Стив, ни капли не удивленный непринуждённостью Хендерсона, начал переключать каналы радио. Музыка менялась с каждой новой станцией. Возможно, он искал что-то определенное.       На первом канале зазвучала незнакомая Вайолет песня поп-исполнителя, Харрингтон на мгновение задержался, подпевая ему в такт. Картер поморщилась от его музыкальных навыков, не потому что они были плохи, а потому что это был Стив.       Дело было в самом Харрингтоне. Все, что было с ним связано автоматически казалось Вайолет неправильным и чуждым. Его фальшь была очевидна для Картер. За пафосом пряталась неискренность и манипуляции.       Вайолет поймала себя на мысли, что Макс порой тоже не сторонился таких методов. Но он и не скрывал, своих истинных мотивов, что оправдывало его в ее глазах.       Было ли это лицемерием со стороны Картер? Похоже на то.       Стив переключил на следующую радиостанцию и салон наполнился энергичным ритмом, который Вайолет распознала с первых нот.       В любой другой ситуации, она была бы не против послушать хриплый голос Боба Сегера, но не сейчас. Картер с превеликим удовольствием выключила бы злополучное радио и продолжала ехать в тишине, размышляя о предстоящей «охоте» на Дарта. Но как на зло Вайолет, Харрингтон и не собирался переключать дальше.       — Сильвер Буллетс? — она придвинулась ближе к передним сиденьям.       — Дай угадаю. Ты что-то имеешь против? — следя за дорогой, Стив безучастно поинтересовался у нее.       — Мы едем ловить какую-то хрень из другой реальности, не думаешь, что нужно быть посерьезнее?       — Не выражайся, — Дастин отвлекся от изучения комикса и вклинился в их разговор.       Картер окинула недовольным взглядом Хендерсона и продолжила:       — Тебе не кажется, что сейчас всем нам следует обсудить план? Для начала.       — Напомню, вчера от одной мысли о демогоргоне тебя вывернуло наизнанку. А теперь ты хочешь потрепаться об этом? Я пас. У меня нет никакого желания делать химчистку.       — Ты прекрасно знаешь почему, — договорить ей помешала прибавленная на максимум музыка.       — Прости, ты что-то сказала? — он смотрел на нее через зеркало заднего вида.       Кретин.       Натянув улыбку и поймав его взгляд в отражении, Вайолет, взяв пример с Дастина, показала ему средний палец.

***

      Заброшенная железная дорога тянулась вдаль, исчезая за поворотом среди деревьев. Ее рельсы были покрыты ржавчиной и местами обросли мхом. Деревянные шпалы были иссохшими и потрескавшимися, некоторые из них уже гнили под воздействием времени и природы. Между ними пробивалась трава, прорастая сквозь опавшие иголки елей, растущий по обе стороны от стальной магистрали.       Простилавшийся вокруг лес, не был знаком Вайолет. Его высокие деревья величественно поднимались к небу, образовывая ржавый купол, через который пробивались слабые лучи солнца, рисуя на земле золотистые пятна света. Листва шуршала от легкого ветерка, а в воздухе витал запах хвои и влажной земли.       Картер шла позади Дастина и Стива, разбрасывая вдоль дороги куски мяса. Она старалась не вслушиваться в детали их разговора, он был всего лишь фоном. Вайолет выполняла главную, поставленную перед ней задачу.        Швыряние говядины было будто чем-то повседневным, она делала это без особого осознания, лишь поскрипывания медицинских перчаток, иногда заставляли ее морщиться, возвращая в реальность.       Смотря себе под ноги, Вайолет двигалась на автомате, замыкая их короткую колонну. Мясные ломтики, приготовленные Харрингтоном, падали на землю с мягким шлепком.       — Вай! — Дастин позвал Картер, поворачиваясь к ней.       — Слушаю, — безучастно произнесла она, раскидывая приманку.       — Стив считает, что я сильно стараюсь впечатлить девчонок.       Вайолет подняла взгляд на парочку, идущую перед ней. Дастин смотрел на нее в упор. Он был серьезен, ожидая подтверждения или опровержения мыслей Харрингтона. Глубоко вздохнув, Картер отвернулась от настойчивого взгляда Хендерсона и пробурчала:       — Не смотри так на меня. Я в этом деле полный ноль.       Стив не упустил возможности сострить:       — Кто бы сомневался.       Вайолет закатила глаза на его реплику. Вероятно, Харрингтону было скучно, и он нашел себе развлечение в ее лице. Она бы с удовольствием поддержала его стремление обменяться колкостями, однако не в этот раз.       Ускоряя шаг, Вайолет прошла между ними, отдаляясь от них небольшое расстояние. Картер бы пихнула Стива потехи ради, но это бы значило, что она поддалась на провокацию. У нее не было желания конфликтовать. Не сейчас.       Может быть потом, когда закончит швырять мясо по лесу.       Вайолет шаркала подошвой кед, подбрасывая в воздух высохшие еловые иголки на своем пути. За спиной она слышала монотонный бубнеж, издаваемый Харрингтоном и Хендерсоном.       В момент погружения ее руки в ведро с «наживкой» Вайолет задела металлический крючок, продолжение которого служило ручкой. Услышав характерный треск, лопающегося латекса, Картер осмотрела ладонь: от ребра ладони прямиком до указательного пальца ровным прорезью образовалась дыра.       — Блеск.       Вайолет опустилась на землю, поставив рядом с собой ведерко, одним быстрым движением избавляясь от испорченной перчатки. Сняв рюкзак с плеч, она шарилась по его недрам в поисках запасной пары. Среди закрытых упаковок бинтов, антисептика и пластырей, найти что-то подходящее, она не смогла.       Закрывая молнию на рюкзаке, Вайолет уже было повернулась к Дастину, дабы проверить, не отстают ли они от нее, но остановилась на полпути, услышав до безобразия интересную информацию. Кажется, подслушивать за Стивом, входило у нее в привычку.       Речь шла о прическе Харрингтона и о том, как он ее поддерживает. Стив несколько раз о повторил название спрея для волос – «Фарра Фосетт».       Картер определенно знала о нем. На любой праздник ее мама распыляла содержимое этого флакона по всему дому. Бывало и такое, что едкий запах не мог выветриться еще пару дней после.       Наверняка, использует сразу половину флакона. Пижон.       Картер улыбнулась своим мыслям. Эти знания ей определенно могли пригодиться. Оставалось только дождаться очередной перепалки. Впрочем, она была не против начать первой.

***

      Лицо Хендерсона засияло, едва он увидел подходящих к месту встречи двух человек. Одного она знала по рассказам самого Дастина – это был Лукас Синклер. Связываясь с ним по рации, Хендерсон не стеснялся в выражениях и остротах, вызывая у Картер смешки.       Только вот, ее насторожило то, что Хендерсон не упомянул ее имя, говоря о своих спутниках. Реакция Синклера на неожиданного напарника в лице Стива Харрингтона была бурной.       Лукас же, заметив Картер, был, мягко выражаясь, изумлен. Он уставился Хендерсона, требуя объяснений, но Дастин был не из робкого десятка, он напал первым - ему тоже не понравилось, что Синклер привел сюда человека, не относящегося ко всему происходящему вокруг.       Слушая их перебранки, Вайолет обратила внимание на то, как менялся взгляд Хендерсона, едва он упоминал Макс – девочку, которую привел Лукас. Наталкивая Картер на мысль, не Максин ли Дастин имел в виду, прося Вайолет рассудить их спор с Харрингтоном.       Переглянувшись со Стивом, который кивнул на ее немой вопрос, Картер, желая дистанцироваться от споров, направилась искать место, подходящее для сооружения укреплений. И она была не единственной, кто придерживался той же стратегии, Макс следовала за ней.       Автобус на окраине свалки показался им обеим идеальной локацией для задуманного. Хотя его ржавый каркас и не внушал доверия, но он мог служить отличным укрытием, кроме того, его размер был достаточным, чтобы вместить несколько человек.       Картер, пожелавшая представиться перед товарищем по «несчастью», обратилась к Макс:       — Вайолет, — она протянула ей руку, — Вайолет Картер.       — Макс, — девочка подала ей ладонь, — Макс Мэйфилд. Ты тоже не веришь во всю эту чепуху с параллельными мирами?       — Я, — она растерялась от ее неожиданного вопроса, — Скажем так, у меня есть причина верить Дастину.       Глаза Мэйфилд округлились, она точно посчитала Вайолет не в своем уме. И Картер не смела ее винить, ведь любой другой дослушав до конца рассказы Хендерсона или же Синклера, лишь покрутили бы пальцем у виска, предлагая отправиться в ближайший сумасшедший дом.       — И какая же?       — Самая, что ни на есть веская.       Картер отпустила руку Макс и развернулась в противоположную сторону. Она осматривала небольшую территорию, усыпанную обломками старых автомобилей, ржавыми металлическими конструкциями и покорёженной мебелью, в поисках полезных для устройства баррикад предметов.       Вайолет увидела незначительную груду металла, лежащую рядом с покореженным автомобилем с вдавленным серым капотом и вырванными дверями.       — Как думаешь, подойдет? — она обращалась к Макс, указывая на кучу металлолома.       — Да, вполне.       Подойдя ближе, они внимательно осматривали содержимое нагромождения. На поверхности лежали несколько искривлённых металлических пластин различной толщины — некоторые из них были достаточно большими, чтобы послужить основой для укрепления. Рядом валялись старые колёса от автомобиля с потрескавшимися шинами и ржавый холодильник.       Под завалом, состоящим из каркасов от стульев, тормозных дисков, запутанных проводов, покрытых коррозией гаечных ключей и отверток, она заметила что-то блестящее. Разворошив ногой мусор, Вайолет обнаружила сломанный металлический каркас забора.       Картер наклонилась и подняла его, обжигая холодном кончики ее пальцев - он был искривлен и покрыт ржавчиной, а размер превосходил по росту Мэйфилд.       — Глаз - алмаз, — Макс взяла профильный лист, который прятал под собой фрагментом изгороди.       Кусок стального забора, едва ли давал обзор, ей стоило взять лист поменьше. Держа его обеими руками, Вайолет слегка вытягивала шею, тянув нос к небу, чтобы рассмотреть перед собой дорогу. Она двигалась «на ощупь», рядом с ней, неся профнастил, шла Макс.       — Рассказал, поди, как попало, — Картер услышала голос Дастина, проходя мимо машины без одной двери, — Вай даже на секунду не усомнилась в моих словах.       — Он врет. Сомнения были, — смотря на Мэйфилд, сказала она достаточно громко, чтобы Хендерсон и Синклер ее услышали.       Громкий металлический звон заставил Вайолет вздрогнуть. Картер повернула голову в сторону звука.       — Эй, олени! — Стив кричал на обомлевших Дастина и Лукаса, — Почему мне только какие-то девчонки помогают? Через сорок минут стемнеет. За дело!       Оскорбляя Харрингтона, те опустив голову, последовали за ним с видимым недовольством на их лицах. Дастин бросил виноватый взгляд на Вайолет, она прищурилась, наклоняя голову, как бы говоря: «Получил?».       Хендерсон был тем, кто их сюда привел. Он придумывал план, его задачей было следовать ему вместе с остальными.       От них требовалось заманить Дарта поближе к автобусу, для этого Стив выкинул значительную часть мяса рядом с автобусом— приманка, которая должна была привлечь внимание демопса.       Область вокруг Лукас обильно облил бензином, ведя топливо прямиком к дверям их убежища. Для Вайолет стало открытием, что демогоргонов можно окончательно убить лишь огнем.       Но одна деталь все же мучала ее возбужденное от перенапряжения сознание. Могла ли не совсем нормальная привязанность Дастина к Дарту повлиять на конечный исход?

***

        Придавливая к окну автобуса металлический лист, Вайолет ждала, пока Харрингтон прикрепит его медными проводами, которые он нашел в одной из куч мусора. Она внимательно следила за его движениями, стараясь не отвлекаться на болтовню детей неподалеку.       Стив тщательно завязывал узлы, проверяя каждый на прочность. От веса профнастила руки Картер подрагивали. Она старалась держать ношу как можно ровнее, но иной раз, из-за отсутствия силы в руках, лист смещался ниже, вызывая недовольное бурчание Харрингтона.       — Держи ровнее.       — Может поменяемся?       — Я не доверю свою жизнь в твои руки, — сказал Стив, намекая ей, что она горазда лишь на грубую работу.       — Кто бы сомневался, — Вайолет отвернулась от него, разглядывая свалку.       Закатное солнце освещало своими лучами округу. Тени длинных металлических конструкций растягивались по земле. Покрытые пылью и мхом запчасти машин деформировались от долгого пребывания без надлежащего ухода. Ржавчина обвивала их, как старая одежда, придавая каждому предмету уникальный характер и историю.       На фоне этого заброшенного пейзажа стояли искореженные кузова автомобилей, потерявшие свои колеса. Их стеклянные глаза — разбитые фары — смотрели в пустоту.       Поблизости Картер заприметила одинокий фонарь. Увиденное натолкнуло ее на мысль о его состоянии, и она обратилась к Харрингтону:       — Он работает?       Стив, придерживая почти затянутый узел, повернулся к ней. Он отследил взгляд Вайолет и покосился на фонарный столб:       — Если видишь высоковольтные провода, которые ведут к линиям электропередачи, то да, — он поймал съехавший профлист, — Держи ровнее, твою мать.       — Я держу. Держу, — с нажимом произнесла она, — Достал бы из нычки Фарру Фосетт и не пришлось бы напрягаться и собственноручно завязывать узлы. Если, конечно, от флакона что-то осталось, — Картер смотрела на него, приподнимая уголок губ.       — А ты сама-то вообще хотя бы раз напрягалась? — Харрингтон приподнял брови, — Не считая момента, когда на ходу выдумывала обвинения? — он наклонился ближе к ней, — Поразительно, что ты не пошла в полицию со своими сказками.       Вайолет многозначительно промолчала, пожимая плечами.       — Да ладно, ты и там была? Ты прямо растешь в моих глазах.       — Ты расстроен? — она старалась изобразить искреннее удивление, —Расслабься, Хоппер все равно мне не поверил.       — Я и не напрягался.       — Оно и видно.

***

        Щелканье зажигалки раздражали ее слуховые рецепторы. Каждый резкий звук, раздающийся в тишине, казался особенно громким и назойливым, похоже Стив делал это нарочно.       Первый щелчок был почти невыносимым — он заставил её вздрогнуть. Второй следовал сразу за первым, создавая ритм, напоминающий сердцебиение.       По ее подсчетам, они сидели внутри автобуса уже около получаса. На улице давно стемнело, и свет фонаря, который все-таки загорелся, проникая в щели не до конца забитых окон, слабо освещая салон.       Обшивка стен местами облупилась, открывая ржавые металлические конструкции, а старые сиденья, покрытые пылью и мусором, выглядели изношенными.       Запах затхлости неприятно щекотал ноздри. Он смешивался с ароматом старого пластика и ржавчины. Пол был усыпан обломками — кусками бумаги, пластиковыми бутылками и другими следами прежних пассажиров. Некоторые сиденья были разорваны или перевернуты.       Рядом с входом на полу лежал металлический лист, приготовленный Мэйфилд, на всякий случай.       Вайолет сидела на задних рядах, сложив руки на груди. Рядом с ней устроилась Макс, притопывая ногой в ожидании. Ее нетерпеливое движение создавало легкое покачивание всего сидения.       Перед глазами мельтешил Дастин, меря шагами пустующее пространство, прямо как у него в гостиной, когда он настраивался на свой рассказ о межпространственных монстрах и «лысой» девочке с суперспособностями.       Лукас, наблюдавший за обстановкой на крыше, старался вести себя тихо, однако время от времени под весом его тела потолок, покрытый паутиной, проседал над головой Харрингтона.       Стив сидел на полу, сложив ноги по-турецки. Он продолжал баловаться зажигалкой, открывая и закрывая ее крышку. Возле его ног лежала та самая бита с гвоздями, от вида которой у Картер по спине пробежали мурашки.       Встав с насиженного места, Макс нарушила всеобщее молчание:       — Вы реально уже с этим сражались?       Посмотрев на нее, Стив кивнул.       — И это точно был никакой не медведь?       — Не будь дурой, — грубо изрек Хендерсон.       — Дастин, полегче, — Вайолет понимала, что сейчас все были как на иголках, но срываться на других она ему не позволит.       — Не медведь это был, — он сложил руки на груди, — Зачем ты пришла, если не веришь? Иди домой.       — Как ты завелся, —нагло констатировала Мэйфилд, проходя к лестнице, ведущей на крышу, — Тебе баиньки пора.       Дождавшись, когда Макс скрылась из поля зрения, Харррингтон подытожил:       — Правильно. Покажи, что тебе плевать.       — Мне плевать, — Дастин остановился подле него.       Стив подмигнул ему.       — Чего моргаешь? Перестань.       — Не обязательно было грубить, — Вайолет не удержалась от комментария.       Проигнорировав ее замечание, Дастин продолжил расхаживать по автобусу.       — Молчаливой, ты нравишься мне больше, — Харрингтон прислонился к стене, лениво оглядывая Картер.       — Как жаль, что у меня нет стимула тебе нравиться.       — Меня это радует.       — Не представляешь, насколько это чувство взаимно.       Глубокий, гулкий рев, исходящий словно из недр земли, заполнил пространство, заставляя их замолчать. Низкие частоты вибрировали в воздухе, вызывая дрожь в теле Вайолет.       Как по команде, все трое метнулись к окну, пытаясь рассмотреть причину звука. Снаружи царила темнота, и лишь редкие огоньки вдали пробивались сквозь ночной мрак, освещая туман, покрывший землю. Они прижались к стеклу, вглядываясь в неясные силуэты куч мусора и запустелых машин.       — Видите его? — издался справа от Картер шепот Дастина.       — Нет, — ответили Стив и Вайолет одновременно.       — Лукас! Что там такое? — Хендерсон отошел от окна к лестнице.       — Погоди! — с крыши издалось шуршание.       Секунды, проведенные в ожидании ответа Синклера, казались Вайолет вечностью. В тишине слышалось ее сбивчивое дыхание и треск обшарпанной резины, покрывавшей пол автобуса.       — Вижу! На десять часов, — Лукас прервал ожидание своими криками, — Десять часов!       — Какие, нахрен, десять часов?       — Там, — подошедший Дастин повернул голову Вайолет чуть левее.       В темноте затуманенной поляны Картер смогла разглядеть очертания существа, передвигающегося на четырех конечностях. Его кожа была темной и морщинистой, казалось, что она была покрыта слоем липкой грязи. Голова имела форму бутона,и в тусклом свете луны она выглядела особенно зловеще.       Демопес двигался плавно и бесшумно, как тень. Из его пасти периодически доносились глухие рычания, заставляя сердце Вайолет биться чаще. Она заметила острые зубы внутри рта, сверкающие в полумраке как лунный свет на стали.       Если это была всего лишь переходная форма демогоргона, тогда как выглядел он сам? Перед глазами замелькали картинки, на которых Макс убегал от этого чудища. Представление огромного существа, имеющее устрашающую силу, заставило Картер отпрянуть от окна в ужасе.       В ее ушах стоял крик Бертона, молящий о помощи. Он резонировал в сознании, вызывая приступ паники.       — Твою мать. Твою мать. Твою мать, — Вайолет закрыла уши руками, прогоняя слуховую галлюцинацию. Но мираж не исчезал, он, наоборот, становился громче и настойчивее.       Она сомкнула веки, стремясь восстановить дыхание. Кислород, наполняющий ее легкие, вмиг обратился в ртуть, отравляя ее организм. Крики Макса звучали в ее голове так отчетливо, что казалось — вот он прямо здесь, буквально в нескольких шагах.       — Ты здесь? Эй! — Стив тряс ее за плечи, приводя в себя.       Картер медленно открыла глаза, видя перед собой раздраженное лицо Харрингтона.       — Обещала же больше никого не травмировать. Так держи слово.       Вайолет закивала, подавляя едва начавшуюся истерику. Хендерсон, стоявший поодаль, наблюдал за происходящим за окном.       Не позволяй страху управлять тобой.       Отойдя от Картер, Стив поднял с пола биту, ловко прокрутив ее в ладони.       — Стив? — обеспокоенно обратился к нему Дастин.       — Ты что задумал? — заходясь кашлем, пробормотала Картер. Одышка все еще мучала ее.       — Стив, что ты делаешь? — Дастин подошел к нему, — Стив?       Пропуская их вопросы мимо ушей, Харрингтон достал из кармана ветровки зажигалку. Его сфокусированное лицо, освещал свет луны. Он взглянул на огниво и прокрутил его в руке, задумываясь.       — Готовьтесь, — он кинул зажигалку Хендерсону, тот поймал ее на лету.       Стив неспешно открыл дверь и вышел наружу, уверенно шагнув в тьму. Он кивком указал Вайолет закрыть створки за ним. Она на негнущихся ногах подошла к ней и захлопнула ее дрожащими руками.       Картер наблюдала за ним через щели в корпусе, концентрируясь на его силуэте. Туман окутывал все вокруг, делая его фигуру неясной. Харрингтон двигался неторопливо, разминая руку.       Она следила за тем, как Стив останавливается и прислушивается к окружающему миру.       За ее спиной послышался голос Макс, Вайолет даже не заметила, как Мэйфилд успела спуститься к ним с крыши:       — Что он делает?       — Расширяет меню, — завороженно произнес Дастин.       Стив, подойдя к месту, где лежала куча говядины, он размахивал битой, посвистывая.       — Да он псих — прошептала Макс, переводя взгляд на Вайолет.       — Без чувства самосохранения, — добавила Картер, поймав ее взгляд.       — Он крутой, — с восторгом сказал Хендерсон.       Вайолет снова приблизилась к щели, глядя на Стива, перед которым в нескольких шагах стоял демопес. Существо с чешуйчатой кожей, приближалось к нему, раскрывая пасть и издавая утробное рычание.       — Стив! Берегись! — голос Синклера заставил Картер вздрогнуть.       — Я тут занят! — не сводя глаз с монстра, возмущался Харрингтон.       — На три часа! Три часа!       Вайолет бросала взгляды на окружение в поисках угрозы, о которой предупреждал Синклер. Заметив еще одного демопса за его спиной, она чертыхнулась. Распахивая двери, Картер закричала во все горло:       — Сзади! За тобой!       — Стив! — Дастин порывался выйти из автобуса, но Вайолет остановила его, выставив перед ним руку.       — Даже не думай, — прошипела она, не раскрывая рта.       — Стив! Отмена! Отмена! — Хендерсон махал ему, призывая вернуться в убежище.       Харрингтон оглянулся через плечо и увидел их: два демопса готовых к атаке. Сделав шаг в сторону, он увернулся от мощного удара лапы, которая пронеслась мимо него с такой силой, что оставила за собой лишь воздух и глухой звук. Упав на землю, существо попыталось развернуться и снова напасть на него.       Не теряя ни секунды, Стив побежал к ближайшей машине — старый седан с покосившейся крышей. Сделав резкий поворот, Стив подскочил к ней, прокатываясь по капоту.       Приземлившись на землю, он замахнулся битой, делая точный удар прямо в голову нападавшего на него монстра. Тварь, издавая жалобный скулеж, приземлилась на высохшую траву.       Не медля, Харрингтон поднялся и помчался к дальше. Маневрируя от атак под крики детей, он видел, как из тумана продолжали выскакивать четвероногие монстры. Двигаясь дальше, он видел, как на него бросилось одно из них, Стив развернулся и ударил битой по боку существа, отбрасывая его в сторону.       Как только он забежал в автобус, Вайолет закрыла дверь с грохотом. Поднимая профнастил, ждавший своего часа, она прислонила его к створкам, прижимаясь к нему спиной.       Толчок между лопаток заставил Картер искать точку опоры. Найдя ее в самой нижней ступени, она уперлась в нее пятками, сохраняя равновесие.       Смотря, как Стив выравнивал дыхание, Вайолет обратилась к нему:       — Помочь не хочешь, герой? — она чувствовала импульсы, исходящие от металлической панели, — А вы, — Картер обратилась к детям, стоявшим рядом с лестницей, ведущей на крышу, — Не двигайтесь!       Харрингтон мигом развернулся к ней, отбрасывая биту на пол. И в следующее мгновение, расставляя руки по обеим сторонам от ее лица, оперся на гладкую поверхность.       Вайолет закрыла глаза, не желая думать, как они выглядят со стороны. Она чувствовала его горячее дыхание на своих щеках. Запах кедра, смешанный с никотином, наполнил ее легкие, вызывая странное чувство спокойствия посреди хаоса.       Теперь его не волновало личное пространство — ни своё, ни Картер. Пошатнувшись от очередного толчка за пределами автобуса, она ударилась о его плечо.       Стив давил на металл, склоняясь над ней и прижимаясь всё сильнее. Вайолет зажмурилась — это было слишком. Но услышав, скрежет когтей позади себя перебиваемые визгом Макс, она забыла об их нелепом положении.       Новые удары заставляли автобус скрипеть, а двери поддаваться натиску демопсов. Вайолет сжала зубы, собирая все свои силы в ноги, которые были готовы проломить ступень от давления.       — Раздвинь ноги, — она услышала сдавленный голос Стива у своего уха.       — Мне сделать что? — Вайолет распахнула глаза, не веря в своим ушам.       В нескольких сантиметрах от нее было лицо Харрингтона: сдвинутые к переносице брови, прищуренные глаза с узкими зрачками. В свете одинокого фонаря свалки, она могла разглядеть каждую деталь – легкую тень на скулах и капли пота, скатывающиеся по его лицу, одна из них обтекала выступившую на виске вену. Несмотря на дикую ситуацию, окружающую их, Картер смогла разглядеть две родинки на его правой щеке.       — Мне нужна опора. Давай! — он кричал ей в лицо, отвлекая ее от изучения его лица.       Она послушалась, предоставляя ему необходимое пространство. Стив на мгновение ослабил давление на дверь и оперся стопой в ту же ступень, что и Вайолет.       В следующую секунду Картер услышала звонкий удар о железный лист. Опустив голову и стараясь не встречаться с карими глазами, она увидела, как меж ее бедер находилось колено Харрингтона.       Его действия принесли результат. И Вайолет обязательно скажет ему «спасибо», если они доживут до утра.       Будто слыша ее мысли, внешнее воздействие ослабилось, а затем удары прекратились вовсе. Она улавливала топот вокруг автобуса и медленно подняла голову, пытаясь предположить, что произойдет дальше.       Противный скрежет металла, поврежденного многочисленными когтями, прервал ее размышления. Они в ловушке.