"Лепесток чёрной Сакуры"

После нападения на пять каге Саске оказался на перепутье своей ненависти. Он стоял на обломках собственного мира, который сам разрушил. Его сердце горело, но это был не огонь удовлетворения, а пожирающая пустота. Он думал, что месть даст ему цель, но с каждым шагом она лишь оставляла его всё более разорённым и потерянным. Саске чувствовал, как его ненависть к Конохе крепнет, но в то же время в этой ненависти скрывалась другая боль — боль утраты, предательства и одиночества. Всё, что связывало его с прошлым, раздражало его. Он ненавидел саму мысль о тех людях, которые называли себя его друзьями, особенно Наруто и Сакуру. Саске не мог вынести присутствия Наруто в своих мыслях. Каждый раз, вспоминая его, он чувствовал, как внутри всё сжимается от противоречий. Наруто был для него воплощением того, чего он никогда не мог достичь. Он видел в нём того, кто шёл вперёд, несмотря на все препятствия. Но в этой целеустремлённости Наруто Саске видел угрозу. — Почему ты так упрям? Почему ты продолжаешь следовать за мной? — думал он, глядя в пустоту. — Ты всегда был глупцом, Наруто. Ты никогда не понимал, каково это — жить с болью. Саске ненавидел то, что Наруто никогда не сдавался. Он видел в нём человека, который верил в дружбу и свет даже тогда, когда весь мир рушился. Это раздражало Саске, потому что он сам утратил веру в такие вещи. Каждый раз, когда Наруто говорил, что вернёт его в деревню, Саске чувствовал, как внутри него всё кипит. — Ты не понимаешь меня. Никогда не понимал, — прошептал он однажды, стоя под ночным небом. Но, несмотря на всю ненависть, где-то глубоко внутри он знал, что Наруто был тем, кто действительно заботился о нём. Это осознание делало его ярость ещё сильнее, потому что он не хотел признавать, что всё ещё связан с Наруто. Сакура вызывала у него ещё более сложные чувства. Её привязанность, её любовь, её страдания раздражали его. Она была символом той части жизни, которую он отринул. Саске злился на её настойчивость и на её желание «спасти» его. Когда Сакура пыталась убить его, он почувствовал только презрение. В её действиях он видел слабость, не решимость. Её дрожащие руки, её слёзы — всё это вызывало у него отвращение. — Ты хочешь остановить меня? Ты даже не способна держать оружие без страха, — сказал он тогда, с холодным презрением смотря на неё. Но глубоко внутри это была не только ненависть. Это была боль от того, что кто-то ещё верил в него, даже когда он сам в себя не верил. Ему было легче отвергать её чувства, чем принять, что он всё ещё значил для неё что-то. Когда он поднял меч на Сакуру, он сделал это не только из злости. Это был способ избавиться от прошлого. Если бы он уничтожил её, он уничтожил бы последнюю связь с той частью своей жизни, которую он так ненавидел. — Любовь — это слабость, — шептал он себе, пытаясь оправдать свои действия. Несмотря на всю свою ярость, Саске был разорван на части. Вспоминая Наруто и Сакуру, он не мог избежать чувства вины, которое медленно поднималось в нём. Он ненавидел их не только за то, что они напоминали ему о прошлом, но и за то, что они продолжали верить в него, когда он сам уже перестал верить в себя. Саске часто возвращался мыслями к моменту, когда он чуть не убил Сакуру. Он вспоминал её глаза, полные страха и слёз. Этот образ преследовал его во снах. Он злился на себя за то, что позволил этой слабости проникнуть в его мысли, и злился на неё за то, что она всё ещё пыталась достучаться до его сердца. Наруто же был ещё большей раной. Каждый раз, когда Саске видел его взгляд, полный решимости, он чувствовал, как внутри него что-то рушится. Наруто был для него воплощением упрямства и света, который он хотел погасить, но который не мог. Саске продолжал свой путь разрушения, но в глубине души понимал, что его ненависть была лишь отражением его собственной боли. Ненависть к Наруто и Сакуре была попыткой избавиться от связи с ними, которая мешала ему полностью погрузиться в тьму. Его путь был наполнен болью, но именно эта боль напоминала ему, что он всё ещё человек. В его ненависти скрывалась искра, которую он пытался задушить, но которая всё равно жила внутри него.

***

Саске стоял на обрыве, смотря на пустынный горизонт. Ветер развевал его плащ, но внутри всё оставалось неподвижным, тяжёлым. Ему не давали покоя слова Итачи, последние моменты их встречи. Брат всегда видел в нём не только мстителя, но и человека, способного защитить тех, кто ему дорог. Даже после всего случившегося. Но Саске знал, что он предал это видение. Така — его команда, которую он сам создал, — оказалась разрушенной его же руками. Карин, Суйгетсу и Джуго были не просто союзниками. Они стали тем, что могло напоминать семью, но он отверг их, пожертвовав ради собственной ненависти. Теперь, когда он осознал истинное наследие Итачи, Саске понимал: он обязан исправить свои ошибки и завершить работу, которую начал его брат. Ему нужно было найти их. И не просто найти, но и искупить вину перед ними. Саске знал, что Карин не захочет видеть его. После того, как он использовал её и оставил умирать, её доверие к нему было разрушено. Он направился к деревне трав, где, по слухам, она скрывалась, работая с местной группой наёмников. Он нашёл её у одного из озёр, куда она приходила собирать травы. Карин заметила его издалека, и её лицо сразу исказилось гневом. Она выхватила кунай, готовая защищаться. — Чего ты хочешь, Саске? — её голос дрожал, но не от страха, а от подавляемого гнева. — Ты думаешь, я снова позволю тебе использовать меня? Саске опустил глаза. Ему было тяжело произнести слова, которые он никогда никому не говорил. — Я пришёл извиниться, — сказал он тихо, но его голос был твёрдым. Карин рассмеялась, но в её смехе была боль. — Извиниться? После всего, что ты сделал? Саске взглянул ей в глаза. — Я знаю, что не могу вернуть прошлое. Я не прошу прощения. Но я хочу исправить то, что разрушил. Его слова застали Карин врасплох. Она увидела в его глазах не прежнего холодного мстителя, а человека, который искренне хотел изменить что-то. После долгого молчания она кивнула. — Если ты искренен, докажи это делом, Саске. Суйгетсу был следующим. Его следы привели Саске к старой базе Орочимару, где тот продолжал свои тренировки. Суйгетсу встретил его с привычной насмешливой улыбкой. — Ну надо же, кто это к нам пожаловал! Саске Учиха, наконец-то вспомнил о своей команде? — насмешливо произнёс он, но его глаза блестели от скрытого недовольства. Саске не стал отвечать на поддевку. — Я хочу вернуть Така, Суйгетсу. У нас есть работа. — Така? А ты уверен, что у тебя хватит наглости снова командовать? После того, как ты бросил нас? Саске кивнул. — У меня нет оправданий. Я использовал вас. Но это больше не повторится. Суйгетсу нахмурился. Он знал Саске как человека, который редко признавал свои ошибки. Видя его решимость, он не смог удержаться от саркастичной улыбки. — Ладно, посмотрим, как долго ты продержишься. Джуго было найти сложнее всего. Он скрылся в горах, чтобы жить в одиночестве, вдали от людских глаз. Когда Саске нашёл его, Джуго встретил его с обычным спокойствием, но в его глазах мелькнуло разочарование. — Ты пришёл за мной? — спросил он, не показывая эмоций. — Да. Ты был частью Така. Ты был важен для нас. Я хочу вернуть то, что разрушил. Джуго долго молчал, смотря вдаль. — Ты действительно изменился, Саске? Или это просто очередная игра? Саске тяжело вздохнул. — Я не могу изменить то, что сделал. Но я хочу сделать то, что правильно. Я хочу уничтожить остатки Акацуки, так, как этого хотел Итачи. Эти слова привлекли внимание Джуго. Он знал, как сильно Саске был привязан к своему брату, и, несмотря на всё, он уважал его решимость. — Хорошо. Я пойду с тобой. Но если ты снова предашь нас, я больше не буду тебя слушать. Собрав команду, Саске поделился с ними своим планом. Остатки Акацуки всё ещё были разбросаны по миру. Некоторые, как Зецу, скрывались, чтобы восстановить силы, другие продолжали хаотичные нападения. — Итачи хотел уничтожить Акацуки. Это его воля, и я выполню её, — сказал Саске, глядя на свою команду. Карин скептически смотрела на него. — Ты уверен, что это ради Итачи, а не ради твоей очередной мести? Саске встретил её взгляд. — Это не месть. Это искупление. Первой целью была одна из групп, связанных с остатками Акацуки. Они скрывались в руинах древнего храма. Така отправилась туда. Во время битвы команда работала, как и прежде, слаженно и точно. Саске впервые за долгое время чувствовал, что не один. По мере выполнения своей миссии Саске медленно восстанавливал доверие своих товарищей. Он больше не командовал, как раньше, а работал наравне с ними. Он стал более внимательным к их чувствам, особенно к Карин, которая всё ещё носила обиду. С каждым уничтоженным врагом Саске чувствовал, что приближается к тому, чтобы выполнить волю брата. Но главное, он чувствовал, что, несмотря на тьму своего прошлого, он всё ещё способен создать что-то новое. Така стала для него новой семьёй, которую он готов был защищать, даже ценой своей жизни.