Гроза

Хаос и сражения стали повседневной рутиной их мира. В этом безумии слишком шумно и простые вещи как минуты тишины - очень ценные. Техно-люди - продолжают своё человеческое существование в новом теле с новыми правилами. Биороботы - те, кто с самого начала были искусственными и учились жить подражая своим человеческим создателям. Представители первых двух поколений считались счастливчиками среди роботов, ведь они видели и чувствовали этот когда-то прекрасный мир... И знают что такое "чувства и эмоции". "Почему роботы чувствуют эмоции? Зачем эти чувства? Нужны ли они вообще" - этими вопросами задавалась одна из элитных агентов фракции TV Виолетта Шторм. Она, как и её "коллеги" из других фракций, отличалась своим внешним видом и высоким статусом в отличии от своих обычных версий - телевизионщиц. Она не принижала их, но и не была так близка с ними как другие элиты с обычными версиями агенток. Ни как Роксана, которая называла их своими младшими сёстрами. Ни как Эмма, которая обнимала, танцевала, и делилась с ними самыми свежими сплетнями. Виолетта же... просто иногда перекидывалась с ними парой фраз. Это не было чем-то ужасным, просто представители её расы не настолько открыты как другие, чтобы делиться. Но иногда очень хотелось поговорить ни о чём, как это делали люди... Она не видела их вживую, да и информация о людях сейчас слишком секретная, даже для неё. Её обязанность: СРАЖАТЬСЯ. К сожалению, Виолетта была создана когда уже шли сражения, поэтому она мало что знает о прежнем мире и в глубине своей материнской платы ей бы хотелось узнать больше. На поле боя она держит "образ" сильного воина и чаще выручает обычных камераменов или спикерменов, в отличии от её собратьев, которые просто исчезают. Очевидно, что жизнь каждого агента её расы важнее, но... это честно? Мало когда Виолетта может позволить себе моменты "тишины". Она стояла на выжженом поле, в некоторых местах ещё оставалась высокая трава, но её интересовало не это. Телевизор с двумя антенами, который был головой девушки, направлен вверх, смотря на грозовые тучи. Несмотря на сильный дождь и раскаты грома Виолетта чувствовала некоторое умиротворение, смотря на молнии и раскаты грома. Это было по своему притягательно и словно гипнотизировало - такой хаос был прекрасен. Неподалёку от девушки неуверенно стоял один камерамен под номером CM_054, известный среди своих знакомых как "Симп", а позже он получил настоящее имя. Хоть изначально это было шуточным прозвищем, но оно хорошо прижилось - Ланселот Линд, - за то, что у него были чувства к Телевизионщице. Он был из первых поколений, и скучал по тому времени когда он был простым охранником в торговом центре наравне с людьми. Ланселот помнил, как видел влюблённых парочек и просто счастливых людей, и он хотел тоже найти свою любовь. Ланселот хотел подойти ближе к девушке, но боялся что она снова исчезнет, как это было раньше. Казалось бы - просто сдаться и не мучать себя, но... его притягивало к ней словно магнитом. Он сделал шаг и следом ещё один. Девушка по прежнему стояла неподвижно, словно статуя, и продолжала смотреть на небо. Раскаты грома продолжали бушевать и дождь лил всё сильнее. Ланселот сделал глубокий вдох и хотел начать разговор, но его перебили: — Красиво, да? - голос Виолетты был спокойным и расслабленным. Она медленно повернула голову к своему собеседнику, экран её телевизора светился розовым, как в тот день, когда она спасла агента в первый раз. - Я помню тебя. Мы так и не поговорили после того дня. Есть минутка? Ланселот не мог поверить что она не исчезла, а хочет поговорить. В голове был бардак, он пытался подобрать хоть что-то внятное. — Д-да... очень сильно. То есть... Если ты... ВЫ не против, - речь его была бессвязной и он сильно взволновался, от такого ему хотелось ударить самого себя по камере за такую неловкость. Немного успокоившись, он продолжил: - И... Гроза красивая. — Такой хаос погоды мне больше нравится, чем тот беспорядок с которым мы сталкивается почти каждый день. Я знаю тебя, и то что ты видел мир до войны. Но я хочу спросить у тебя лично. Агент был немного озадачен, но хотел поддержать разговор: — Эмм... Что бы ты хотела узнать? Я постараюсь рассказать, что тебя интересует. Виолетта наклонила голову тщательно обдумывая свой вопрос: — Мне интересно всё. Парень напрягся. "С чего бы начать?" - судорожно крутилось в его голове, но ничего дельного на ум так и не пришло. Придётся импровизировать. — С момента моей активации... меня назначили помощником охранника, и я учился у некоторых. Их разговоры, привычки, жесты. Некоторые любили рассказывать истории о своей жизни, - он сделал небольшую паузу, неуверенно смотря на девушку. Её экран по прежнему светился мягким розовым цветом. — Они были дружелюбны к тебе? ":3" - на её экране высветился смайлик. — Не все, но многие из них действительно были хорошими. Хех, меня даже на семейный праздник позвали. Это было действительно мило, - он почесал заднюю часть своей камеры, иммитируя почесывание затылка. — И довольно интересно, что у людей есть праздники на каждое время года, которые имеют разный смысл. Они любят украшать дома или здания, и просто веселиться. Ланселот ещё рассказал некоторые моменты из своей жизни, особое внимание он уделил моменту, когда он гладил бродячих котов, или когда подростки пытались научить его шутить. Виолетта даже хихикнула от этого. — Правда? Это звучит... мило. Я была бы рада увидеть что-то подобное по настоящему, - Виолетта наклонила голову, с ноткой грусти в голосе. Она сделала паузу и продолжила смотреть на небо. — Знаешь, когда всё это закончится, может быть ты поможешь мне освоиться в мирной жизни? — ЧТО? Я!? Н-но я простой солдат... и я не сделал ничего особенного. А ты... - он хотел продолжить, но Виолетта прервала его, положив руку ему на плечо: — Ланселот. Да, у нас разные звания и должности и да, таких солдат, как ты, тысячи. Но в тебе правда есть что-то особенное, что-то притягательное. Вспыхнула ещё одна молния позади девушки. Это привело агента в чувство и вся тревога словно пропала. Её рука по прежнему была на его плече, и он чувствовал умиротворение. — Спасибо Виолетта, мы ведь можем поговорить в будущем, как сейчас? — Конечно. Она прижала камерамена ближе к себе и в следующее мгновение их обоих окутал чёрный дым, после которого никого на поле больше не было, а на небе по прежнему бушевала гроза.