Лето
28 декабря 2024 г., 11:00
Этим летом в дачной резиденции Моубрей собиралось множество гостей. Приглашение для всей семьи Гофман на комоде около входной двери лежало со свадьбы Ричарда, заставляя девушек обдумывать его практически ежедневно. Но желание провести с новой семьёй время на морском берегу — не отпускало.
— Я подготовила вам 3 комнаты, больше свободных — нет, приехало достаточно много гостей. Для Госпожи Генриетты Гофман — синяя гостевая, для Николлет и Абелии — старая комната Зофии, а для вас — розовая спальня, — Проговорила Агнесс.
— Ты сейчас серьёзно? Или издеваешься? Нас с Мэй в розовую, с двумя раздельными кроватями, зато девочек в мою, с двуспальной? А Генриетту вообще на мансарду? — Зофи начала закипать с первой секунды в доме.
— Я не дам вам спать в одной кровать, так нельзя. Люди в браке спят раздельно!
— В вашем мире без любви — да. Не вижу смысла разговаривать с тобой. Нас пригласил отец, только с ним, видимо, тут можно вести осмысленную беседу. Давай ключи, — Зофия держала протянутую ладонь перед лицом матери. И получив три металлических ключика, девушка повела гостей по дому. Николлет и Абелия были проведены в розовую гостевую, комнату с двумя спальными местами, отделёнными друг от друга комодом; соседнюю от них спальню, свою, она уступила Генриетте, занимая с Мэй последнее свободное помещение, мансардную комнатку. Упав на двуспальную кровать, девушка застонала в подушку.
— Принцесса, не принимай всё близко к сердцу, мы справимся и проведём хорошо время всей нашей семьёй. Они все нам не помешают, — Сказала Мэй, аккуратно опускаясь рядом, поглаживая спину и тонкие плечи.
— Я понимаю, Мэй, просто очень сложно.
— Я знаю, что тебя отвлечёт… Прогулка по морскому берегу, — Заглядывая в быстро наполняющиеся радостью янтарные глаза, сказала Мэй.
***
Пока Агнесс с только прибывшей четой де ла Поль спускалась к пляжу, Мэй и Зофия в одних длинных лёгких рубашках, поверх купальников, уже прогуливались по линии прибоя, держась за руки и целуясь, обдуваемые морским ветром. Остальная часть семьи Гофман расположились на пляжном покрывале, обсуждая море, которое видели впервые. Громкий смех девушек раздавался по всему берегу. Элина с Ричардом пошли поздороваться, присоединяясь к прогулке, игнорируя зазывания старшей части своей семьи на дегустацию экзотических фруктов. Агнесс наблюдала за дочерью, внутренне радуясь, что Зофи уже крепко стояла и ходила без трости, но при длительных или резких телодвижениях ей нужна была поддержка, которую она находила в возлюбленной, безоговорочно находящейся рядом. Зофия повисала на шее у Мэй, и девушка её подхватывала за талию, раскручивая, срывая ещё более громкий смех. Они сидели своей небольшой семьёй что-то обсуждая и спустя время Мэй подняла Зофию снова на руки, открепляя протез, внося в тёплые воды моря, удерживая в объятиях, покачиваясь на волнах. А ещё через какое-то время вся семья Гофман с Элиной и Ричардом поднялись с пледа, уходя вглубь берега, к рыбацкому городку.***
— Каждый вечер у нас будет совместный ужин, присутствие всех в приличном виде — обязательно, — Сказала Агнесс, выглянув из гостиной, когда входная дверь хлопнула. Все вошедшие спокойно ей кивнули, расходясь по своим комнатам. Тяжело выдохнув, Зофия преодолела первые пролёты лестницы, остановившись перед следующими, более крутыми, ведущими к их комнате. Мэй шла рядом, помогая девушке подниматься, слыша все проклятия, которых Зофи роняла в сторону своей матери. Девушка не понимала, почему мать решила поселить гостью, заведомо старше себя, в самое отвратительное место, из-за подъёма.***
И этим вечером Мэй увидела впервые, как устроен тот самый ужасный вид застольев, который Зофи всегда проклинала. На столе стояло множество закусок, а на тарелки перед гостями опускали новые и новые блюда, со слишком большими порциями, которые не убирали, пока тарелка не была пуста. Тяжёлая тишина давила, в этом обществе нельзя общаться за столом, нельзя глупо шутить, чтоб сосед подавился, нельзя веселиться. Зофия сидела с напряжённо прямой спиной, не сводя глаз с огромной порции перед собой. Мэй заметила осуждающие взгляды её родителей, возвращающие сильную девушку в то состояние, когда, при вечном избытке еды, она чуть не умер от истощения. Взяв в рот первую вилку, Зофи чуть не подавилась, извиняясь, но не останавливаясь, запихивала в себя порции, постоянно косясь на родителей, ожидая осуждение, снова боясь его. Поэтому, когда после второго блюда, затолканного в нежелающий этого организм, Зофия побледнела, тихо извиняясь и поднимаясь из-за стола, Мэй уже была готова идти за ней, готова помогать аккуратно опуститься девушке на прохладный пол уборной, готова придерживать длинные волосы, мягко поглаживая по покрывшейся потом спине. В уборную вбежала только прибывшая служанка, опускаясь рядом на пол, громко ударяясь коленями о плитку, стуча стаканом полным воды. — Госпожа, Зофия, ну как же вы так, — Причитала девушка и, встретившись с Мэй глазами, объяснилась, — Я — Нелли, камеристка Госпожи. — Мэй — её жена, — Кивнула девушка, поглаживая возлюбленную по плечам. Тонкое тело забила крупная дрожь, а все мышцы начали гореть. Отвыкший от этого организм тяжело справлялся со старыми состояниями. Сделав несколько глотков чистой воды, медленно опустившись на холодный кафель виском, Зофи больше не двигалась, только тяжело дышала. — В столовой сидят мои мать и сёстры, думаю, сразу узнаешь, позови их, — Заглядывая в глаза Нелли, попросила Мэй. Аккуратно подхватывая Зофию на руки. Женщин не пришлось просить дважды, резко поднимаясь, не извиняясь, они вышли на встречу Мэй, помогая отнести бессознательно висящую на её руках Зофи в ближайшую комнату.***
В спальне горело несколько свечей, освещающих только лицо Зофии, выхватывающих своим светом белую влажную ткань, охлаждающую температурящий мозг. Девушка медленно открыла глаза, не до конца осознавая, что она делает в этом помещении, что случилось. На кресле рядом она увидела дремлющую Генриетту, на ноге чувствовалась тяжесть, ведь там, свернувшись калачиками, спали Николлета и Абелия. Мэй не было в тёмной комнате. Тяжело выдохнув, Зофи попыталась снять со лба тряпку, но тёплая рука удержала ткань на месте. — Не убирай, дорогая, ты всё ещё температуришь, — Прозвучал заботливый голос Генриетты. — Что случилось? Где Мэй? — Прошептала девушка, стараясь никого больше не разбудить. — Тебе стало плохо, Мэй нам всё рассказала, — Выдохнула женщина, поглаживая собеседницу по голове, — Я понимала, изначально, что что-то не так, думала, что ты просто мало ешь. Но почему же ты нам всем не рассказала, как дела обстоят на самом деле? Мы бы смогли им всё объяснить. Сейчас ты в своей старой спальне, сюда было ближе всего. А Мэй выставила твоих родителей из комнаты минут пятнадцать назад, думаю, она ссорится с ними за твоё спокойствие. — Я не думала, что так будет снова, ведь приступов уже давно не было. Я не помню, как я засовывала в себя еду, — Выдохнула Зофи, — Надо сходить к Мэй, помочь. — Не надо за мной ходить, я уже тут, — Ответила недовольная Мэй, закрывая за собой дверь, — Они даже не видят, в чём их ошибка. Непробиваемые скоты. Присев на край кровати, Мэй огладила лицо девушки своей горячей рукой. — Если что, мы можем уехать домой, — Выдохнула она. — Можем, но тебе надо поспать, — Нежно проговорила Зофия, поглаживая её ладонь. — Мам, ложись здесь или иди в спальню к девочкам, а я займу кресло. Мне нужно немного подумать, а у тебя спина будет болеть, — Отпустила Мэй мать, укутывая Зофи одеялом, нежно целуя её в лоб. Пока женщина ложилась на соседнюю подушку, засыпая, — Я не думала, что они, даже увидев, как тебе плохо, продолжат не принимать то, почему именно это случилось. — Мэй, не трать на них силы. Плюс, даже я не до конца понимаю, почему это случилось, ведь всё было так хорошо. — Хорошо было у нас, дома, где никто на тебя не давит. А тут, ты просто всё вспомнила и организм сработал так, как делал это каждый год до этого, — Нежно прикоснулась к девушке Мэй, неотрывно глядя возлюбленную, — Я так испугалась, когда тебе стало так плохо, что ты на пол легла. Благо Нелли сказала, что у тебя такое бывало. — Нелли тут? Я думала, что её отпустили на выходные… — Завтра с ней увидишься, а сейчас поспи ещё немного, любимая. — Люблю тебя, — закрывая глаза, прошептала Зофи, погружаясь в сон.***
Зофия, придерживаясь за руку Николлет, вышла на улицу в красивом платье и с укладкой, проходя мимо пришедших с прогулки старших Моубрей и де ла Поль. Мэй с семьёй, Элиной и Ричардом ждали их, улыбаясь. — Куда это вы все собрались? Семейный ужин будет уже через полчаса, — Остановила их Агнесс. — Ваш вчерашний семейный ужин мне встал поперёк горла. Сегодня у нас ужин, по нашим правилам. Если хотите, можете присоединиться, — Выдохнула через плечо Зофи, проходя к Мэй, целуя её. Вся компания, подготовившаяся к приятному вечеру, пошла прочь с территории особняка.***
В небольшом кафе играла музыка, и все места, кроме одного большого стола, были заняты рыбаками и их семьями. Расположившись за ним, все спокойно начали ознакомляться с предложенными меню, пока напряжённые светила высшего света не могли заставить себя сесть за неидеальную поверхность. — Садитесь, не стойте, вы чего? Тут всё чисто, — Сказал Ричард, похлопав по стулу рядом, — Выбирайте еду, всё вкусно, обещаю. В компании завязался разговор, обмен колкостями и шутками, так легко все общались, не стоя из себя никого. На одну из глупых шуток Абелии Зофия скомкала салфетку, кидая в девушку, громко смеясь из-за её ошарашенного лица, когда бумага приземлилась ровно в декольте. И между девушками завязалась шуточная битва перекидыванием салфетками. Подошедшая официантка принесла заранее заказанные напитки и поймала один из снарядов Зофи, перелетевший свою цель. Под подначивание Мэй, она, посмеиваясь, кинула его в Абелию перед тем, как принять заказ. — Время ожидания около 30 минут, приятного отдыха, — Улыбнулась девушка. И разговоры вспыхнули вновь, с новой силой срывая с губ смех и улыбки. Мэй аккуратно потянула на себя Зофию. — Пойдём потанцуем, пока есть время, — Проговорила девушка в губы жене, убирая из её рук напиток, вытаскивая на танцпол, под громкие шутливые возмущения Зофи. Активная музыка заставляла быстро подхватить ритм. Зофии двигалась наравне с Мэй, слишком откровенно и похабно, по мнению родителей, прижимаясь к возлюбленной, слишком интимно касаясь её, заглядывая в глаза. Так эмоционально, возбуждая жар в телах девушек, побуждая целоваться, улыбаться друг другу, будто пьяные, но такие счастливые. — Они так счастливы вместе… — Мечтательно произнесла Абелия, наблюдая за младшей сестрой, — Наконец кто-то действительно заслуживает нашу девочку. — Да, Зофия прекрасно ей подходит, — ответила Генриетта, поглаживая дочь по голове, — А она подходит Зофи. Один за другим подносили заказанные блюда, и даже в процессе еды никто не молчал, глупые шутки, приправленные обсуждением еды, только усилились. Зофи, съев несколько ложек заказанного супа, отставила тарелку, расслабляя плечи, продолжая разговор с Генриеттой о том, как готовили заказанную той рыбу, пробуя небольшой кусочек, выдвигая свои предположения по специям.***
Ранним утром спустившись с мужем на первый этаж, Агнесс застыла рядом с дверями на кухню, прислушиваясь к тому, что там происходило, слегка толкая дверь, заглядывая внутрь. Зофия, в рубашке, в которой она спала, и босая, видимо проснувшаяся не так давно, стояла перед плитой, что-то готовя, и пела незамысловатые песенки, пританцовывая. Второй голос подхватил песню, и Мэй вышагнула из двери в столовую в пижамных брюках и плотном белье, обнимая Зофи со спины, целуя её в макушку, двигаясь в такт. На что Зофия засмеялась, отрываясь от плиты, притягивая девушку в танец, прижимаясь к ней, с пьянящим счастьем заглядывая в любимые серые глаза. Сердце Агнесс внезапно заныло от неожиданно пойманной картины. Её дочь громко пела, улыбалась и смеялась, а ведь эти стены не слышали таких истинных эмоций девушки давным-давно. Переведя взгляд на мужа, она увидела в его глазах то же осознание, наступившее слишком поздно. Их дочь, как бы они не пытались это отрицать, была счастлива и любима, справилась сама. Они же пропустили всё то время, когда она в них могла нуждаться. Потянув Уильяма за рукав, Агнесс прошла в столовую, присаживаясь за стол. Через несколько минут туда спустились и остальные ранние пташки, учуявшие запах чего-то съестного на завтрак. — Всем Доброе Утро! — Поздоровалась улыбающаяся Зофи, заходя за Мэй в руках которой была большая тарелка панкейков. — Господи, как это вкусно пахнет! — Огласила всеобщую мысль Николлет, обнимая девушку, — Я расцелую твои руки! — Приятного аппетита, — Срываясь на хохот и отвечая на объятия, сказала Зофия.
