Случайная встреча

      Зеркало в комнате, предоставленной девушкам, чтоб привести себя в порядок после прохладной улицы, отражало Мэй и хлопочущую перед ней Зофию. Тонкие пальцы поправили воротник расстёгнутой до груди рубашки и коснулись подаренного янтарного кулона.       — Ты слишком горяча для них, любимая, — Выдохнула Зофи, оставляя нежный поцелуй на оголённой коже.       — Думаешь, совращу всех приличных дам? Ты на себя взгляни, похитишь же сердца всех мужчин… — Разворачивая девушку лицом к отражающей поверхности, мягко скользя пальцами по покрытым кружевами плечам, соскальзывая на талию, ныряя в высокий вырез юбки, касаясь нежной кожи бедра, прошептала Мэй.       — Мы ещё можем уйти домой, провести весь вечер вдвоём? — Откидывая голову на грудь возлюбленной, глядя на них в отражение, ответила Зофия.       — Нет уж, мы пришли, так давай повеселимся, сообщим им прекрасную новость, — Прикоснувшись губами к тонкому колечку на безымянном пальце руки Зофии, ответила Мэй.       Вспышки камер в холле запечатлевали заходящие в зал пары. Кавалеры нежно приобнимали своих дам со спины, или просто держали за руки, жеманно, редко проявляя нежность и отблески любви.       — Попозируйте нам, просим Вас, — Обратились к девушкам, пытающимся пройти мимо. И выдохнув, Мэй помогла Зофие подойти к зоне фотографий, забирая у той трость, отставляя, позволяя полностью положиться на себя.       Горячие ладони легли на тонкую талию, прижимая к себе, с нежностью покровителя, тонкая ладонь Зофии опустилась девушке на грудину. Вспышка за вспышкой освещали их.       Оторвавшись от объектива камеры, Зофи подняла влюблённый взгляд на Мэй, встречаясь с ней глазами, улыбаясь по-детски счастливо и ярко, чувствуя нежный поцелуй на коже лба. Щелчки камер старались зафиксировать каждую секунду, каждое нежное и влюблённое движение, происходившее между девушками.       — Благодарим Вас, благодарим! — Звучало от фотографов в спины девушкам.       И, держась за руки, Мэй и Зофи вошли в зал, под замолкающие разговоры. Понимание, что она тут теперь чужая пришло сразу же, но с этим пришло и понимание, что это — не волнует. Зофия здоровалась со знакомыми, представляла всем Мэй, улыбалась, перекидывалась любезностями так легко и играючи, будто и не было этих месяцев без выходов в свет. Настолько глубоко были эти знания и привычки, что даже времени было тяжело стереть их. И, поговорив с определённым семьями, она тихо сказала Мэй, что отойдёт поздравить Ричарда, чтоб возлюбленная её догоняла, получив кивок в ответ.       Парень со своей невестой стояли в стороне, принимая поздравления. Зофия, опираясь на трость подошла к ним с самой приветливой улыбкой, что могла выдать.       — Ричард, здравствуй, — Кивнула девушка, не имея больше возможности присаживаться в реверансы.       — Зофия, ты пришла! — Обнимая её, сказал парень, — Познакомься, это Элина Бодави, моя невеста. Элина — Зофия Моубрей.       Красивая юная дама, ровесница Зофии, медленно сделала реверанс.       — Я слышала вашу историю, госпожа Моубрей, это так ужасно. Вы героиня такое выдержать, пережить и забыть за такой коротки период.       — Нет, дорогая, я не забыла. Я просто нашла себе человека, с которым всегда нахожу силы жить. Кстати, я уже не Моубрей, — Поправила их Зофи, демонстрируя безымянный палец левой руки, на котором блестело тонкое серебряное кольцо, — Гофман. А так, с этим нельзя смириться, нельзя забыть, с этим только уживаешься и приспосабливаешься.       Услышав знакомые шаги сзади, девушка расслабилась, ожидая горячую руку на своей талии. И, через несколько секунд, именно туда легли длинные пальцы.       — Познакомьтесь, Элина Бодави — это моя жена Мэй Гофман. Любимая, это Элина, невеста Ричарда.       — Приятно познакомиться, милая леди, — Улыбнулась Мэй, кивая.       — Вот кто даёт вам силы жить? — Улыбнулась Элина, в ответ       — Да, последние девять месяцев — она, — Нежные слова сорвались с улыбающихся губ.       — А на вашей руке, что это? — Элина пыталась рассмотреть рисунок на тонкой коже правого предплечья.       — Это — одна из попыток приспособиться. Карта звёздного неба над Южным Мостом в тот день, когда мы познакомились с Мэй. Закрывает шрамы, — Горячая ладонь Мэй пробежалась по рисунку, а губы коснулись виска Зофии       Элина посмотрела на девушек с восхищением, видя всю эту нежность и заботу.       — Вы так удивительны. Не боясь ничего, бросили привычную жизнь, ушли за своей любовью, — Элина не спускала с пары взгляда, смотря на них, как на идеал происходящего в жизни.       Ричард тоже наблюдал за девушками, стараясь понять, что же изменилось в Зофи. Улыбка стала наглее, поза расслабленнее, а глаза ярче. Но вся статность девушки, прямая спина, манеры, движения — остались те же. Она всё та же грациозная и воспитанная дочь высшего общества, хоть начала себя вести свободнее. Но что-то было не так, пока парень не осознал. То, как сияет счастьем Зофия при Мэй, как расплывается в нежной улыбке, как смотрит с любовью за её движениями, как доверительно прикасается и облокачивается, вот что было другим. Вот что именно изменилось.       Перекинувшись ещё несколькими фразами, девушки поздравили пару с помолвкой и, взявшись за руки, медленно отошли, обсуждая что-то своё, воркуя как голубки.       Дойдя до оркестра, Зофия отдала трость прислуге, вложила тонкую ладонь в протянутую, и они шагнули к танцующим, попадая идеально ритм, входя в круговорот движений. Даже с протезом, ещё не до конца восстановившейся моторикой, Зофи легко и свободно чувствовала себя в руках Мэй, прекрасно двигаясь. Весь танец они не переставали что-то обсуждать, и смех пронзал молчаливое пространство вокруг. Окружающие смотрели на них с осуждением, слишком счастливые, слишком радостные, слишком открытые друг другу, слишком нежные. Шёпот недовольства снова волной прошёлся по публике. Казалось, трещины ползли по искусственным маскам, разрезая их, вскрывая нутро.       Нежно коснувшись губами пальцев Мэй, Зофия вышла из танца, проходя в открытые двери балкона, облокачиваясь на холодный камень ограждения, глядя на яркие звёзды над головой.       — Зофия? Всё в порядке? — Послышался мужской голос за спиной.       — Да, Ричард, захотелось побыть одной, — выдохнула она, чувствуя, как пиджак парня опустился на её плечи.       — Прости меня, что я не приходил ни разу к тебе в больницу… и на выписку не пришёл… Я не находил в себе сил взглянуть в твои глаза. Я так виноват, что ты пострадала. Мы все считаем себя виноватыми, особенно Мэй, — Опёршись поясницей на ограждения и рассматривая толпу в зале, сказал Ричард, — Ты бы слышала, с каким жаром она орала на наших отцов, пока мы искали тебя. Как переживала. Только тогда я понял, что не так во мне, что во мне за проблема, почему ты выбрала её. Ведь я не был готов так тебя отстаивать и защищать перед ними. Я их слишком боялся. Хотя, даже осознавая это, я не мог смириться, не мог смотреть, как ты тянешься к ней. Я только встретив Элину понял, что не любил тебя, как Мэй, как я Эли, по-настоящему, а просто надеялся, на то, что у нас всё будет хорошо и удобно. И эти надежды принимал за любовь. А ты заслуживаешь любовь, настоящую.       Зофия развернулась, опираясь поясницей рядом, опустила висок на плечо парня.       — В тебе нет проблем, Ричард, и не было никогда, ты просто хотел спокойствия и счастья… и это нормально. А я срывалась на тебя, потому что могла только тебе доверять, но не понимала этого, прости. А выбрала я её без причин, просто потому, что она — это она, всегда была, никогда не притворялась, и она — мой самый правильный выбор во всей этой череде событий, — Зофия не спускала взгляд с девушки, которая, облепленная красавицами высшего света, что-то рассказывала, вызывая у них смех, но всякий раз отводила руку, когда кто-то хотел прикоснуться.       — Как ты думаешь, мы всё-таки сможем быть друзьями?       — Конечно, блондинчик, — Передразнила обращение Мэй Зофия, смеясь, наблюдая за недовольным лицом Ричарда, — Пойдём внутрь. Мне кажется, пора спасать Мэй, иначе дамы её сожрут живьём.       — И как ты собираешься её спасать? — Забирая пиджак, спросил парень.       — Смотри и запоминай, вдруг понадобиться с красоткой-женой, — Улыбнулась Зофия, медленно зашагав к небольшой толпе. Её движения были аккуратные, она не играла сексуальность или злость, просто медленно шла, не имея под рукой трости, чтоб делать более резкие движения.       — Что тут происходит? — Спросила Элина, подходя к жениху.       — Зофи решила отпугнуть всех воздыхательниц Мэй, — Прошептал Ричард в ответ, продолжая наблюдать.       — Да нет же, Зеленоволосая — точно главная в их паре, ты посмотри на неё. Охомутала глупую девочку, — в метре от Ричарда стояли молодые офицеры, обсуждая Мэй и Зофи, не скрывая пренебрежения, — Поудовлетворяет свои потребности ею, и бросит, как кусок мяса.       — О, не, ребят, тут точно всё не так просто, — Вступил в разговор Ричард, — Вы посмотрите, тут точно не высока — хозяйка положения.       Проходящий мимо официант протянул девушке блюдо с небольшими булочками с начинкой, одну из которых она схватила, разламывая, отправляя часть себе в рот, быстро проглатывая пустое тесто.       Тонкая ладонь легла на плечо Мэй. Молча заглядывая в серые глаза, невинной улыбкой извиняясь, что перебила, Зофи протянула вторую часть булочки для укуса возлюбленной. Не разрывая зрительного контакта, Мэй откусила часть полную начинки, пачкая губы, и тонкий палец быстро собрал с них остатки, отправляясь к хозяйке в рот.       — Хэй, это правда очень вкусно, дай ещё укушу, — Потянулась за остатками выпечки Мэй, притягивая к себе Зофию за талию, но была резко остановлена.       — Ну, нет, это моё. Иди и себе сама возьми, — Возразила Зофи хитро щурясь, закидывая кусочек в рот, довольно улыбаясь.       Несколько секунд они смотрели друг на друга, пока Мэй, пожав плечами, не притянула девушку в нежный поцелуй.       — Всё равно я получила самое вкусное, — Прошептала она в губы, не отодвигаясь от Зофии.       — Видели? Младшие часто те ещё управленцы, — Усмехнулся парень, наблюдая за рушащимися в глазах офицеров парадигмами мира.       С недовольными лицами дамы расходились, что-то злобно шепча. Ричард, не сдержавшись, начал громко смеяться, заставляя Мэй перевести на него вопрошающий взгляд, чувствуя, как девушка в объятиях тоже прыскает со смеха, упираясь лбом в плечо возлюбленной, начинает сотрясаться от громкого смеха. Непонимающие взгляды Мэй и Элины пересеклись.       — Ты бы видела их лица, — Всё ещё смеясь, выдавил Ричард, подходя.       — Да я их очень чётко представляла, — Улыбалась Зофи, — Прости, любимая. Но они слишком уж близко к тебе стояли.       — Какая же ты противная, спугнула воздыхательниц, рушишь мой образ обольстительницы, — Шутя возмущалась Мэй, — Ты не устала стоять? Куда ж твою трость утащили? Давай ты присядешь, я пока найду её?       — Я посижу с Зофией, составлю компанию, тоже устала, — Улыбнулась жениху Элина, отправляясь с девушками к ближайшим софам, опускаясь рядом с Зофи, которой аккуратно помогла Мэй и, погладив жену по щеке, быстрыми шагами ушла.       Плечи девушки резко опустились и спина слегка ссутулилась. Счастливая улыбка пропала с губ, а глаза, осматривающие толпу, резко потускнели.       — Зофия? Всё в порядке? — Прикасаясь к плечу девушки, спросила Элина.       — Да, не беспокойся. Просто, меня тут не было более полугода и всё так изменилось. Я в первую очередь… Всё стало таким сложным… Раньше всё было предсказуемее. Я чётко знала где и когда мне быть, с кем и как разговаривать, какие темы обсуждать, примерно понимала своё будущее. А после встречи с Мэй, всё стало намного сложнее, это не плохо, это просто правда жизни вне протоколов нашего общества. Я счастлива, что встретила её, но сейчас поняла, что скучала по всему этому, — Зофия взмахнула ладонью, обводя танцующих. Все сидевшие рядом слушали её. В нескольких людях от неё стояла Агнесса, наблюдающая за дочерью, старающаяся не попадаться ей в поле зрения, — Даже наша свадьбы была не спланированным мероприятиям, как планировали мою с Ричардом, и планируют твою… Она просто спросила, на очередном концерте, который мы посещали, не хочу ли я выйти за неё. Так легко, без подготовки, без гостей, без колец, без страха и мандража, будто в шутку, может, кстати, и в шутку. А я просто согласилась, не заглядывая в лица родителей, не ожидая благословения, не слушая всеобщие поздравления. И мы просто сходили в загс Производств, вдвоём, после дневных дел, и расписались. Без празднеств, без громких клятв, без гостей, тихо и интимно, только вдвоём. И, тогда я поняла, что это именно то, чего я хотела, если и узаконивать отношения, то тихо, без лишней мишуры. Но это так странно воспринималось. Будто неправильно…       Мэй с Ричардом появились из толпы, девушка шла, сжимая трость в руке, что-то ему рассказывая, заставляя его молча кивать головой.       — Принцесса, Ваша трость, — Игриво сказала Мэй, мягко присаживаясь рядом, замечая грустные глаза Зофии, — Всё хорошо, Зоф?       — Всё хорошо, мы просто обсуждали с Элиной нашу свадьбу, — Откинулась на грудь девушки, оказываясь в её объятиях, укладывая голову на ключицы, прикрывая глаза, сказала Зофи.       Зофия всё ещё было тяжело долго стоять и ходить, держать спину прямо и даже сидеть она уставала, поэтому облокачивалась на Мэй всегда, когда понимала, что момент подходящий для этого, опадая в объятия жены, растекаясь в них, как тающее на солнце мороженое, позволяя окружить себя безопасностью.       Ричард присел рядом с невестой, аккуратно беря её ладонь в свою руку, прикасаясь настолько, насколько позволял этикет. На какое-то время на софе повисла тишина, и две любящие, но такие разные пары, задумались каждый о своём. Но, люди подходили, присаживаясь рядом, заводили светские беседы, на которые прошлось отвечать, но отвечала лишь Мэй, пока к Зофие не начали обращаться напрямую, чтоб она присоединилась к беседе.       Все знакомые с Зофией отметили, она выглядела здоровее, и улыбалась чаще. Запомнившие Мэй примечали, что она нарастила немного мышц, став ещё крепче, но, главное примечали все, что на их безымянных пальцах блестели одинаковые серебряные колечки.       — Вот вы где, Зофия, мы так давно вас не видели, не слышали ваш чудесный голос. Вы не хотели бы спеть для нас, — Улыбался пожилой мужчина, остановившийся рядом, протягивая руку, пытаясь коснуться плеча девушки. В ответ получив лишь резкий взмах руки Мэй и недовольный взгляд, обрывающие его движение, запрещающие это делать.       — Спеть? А почему бы нет, — Пожала плечами Зофия, выпрямляясь, ожидая, пока все желающие послушать соберутся.       — Принцесса, ты уверена, что хочешь этого? Они не сама благодарная публика, — Выдохнула Мэй.       — А кто сказал, что я буду петь для них? Я буду петь для тебя, любимая, а им просто позволю слушать, — Мягкая ладонь погладила нежную кожу, а губы оставили влажный след на щеке.       Уверенный, крепкий голос, больше не дрожащий от напряжения, от страха перед толпой, не срывающийся от косого взгляда, умело берущий необходимые ноты. Держа ладонь Мэй в своей руке, Зофия пела, не отводя взгляда от возлюбленной, не обращая ни на кого внимая, пока Мэй нежно улыбалась. Под звуки аплодисментов Зофи медленно пыталась отдышаться улыбнувшись.       — Вы даже прекраснее, чем мы помним. Расскажите же, как у вас дела? Как здоровье? Почему же вы покинули высший свет, ведь тут без вас так пусто? — Прозвучали вопросы толпы, сливающиеся в какофонию звук, слияние лизоблюдства и издевательства, прикрытого хорошим тоном.       — Всё ещё восстанавливаюсь после всего, но уже намного лучше, продолжаю учиться. Потому что выбрала не свет с его правилами, а любовь и счастье, — Спокойно проговорила Зофия.       — Счастье и тут возможно, — Резко возмутилась Агнесс.       Вздрогнув, как от пощёчины, не ожидая услышать её голос, Зофия медленно повернулась к матери, встречаясь с зелёными глазами, полными недовольства и осуждения.       — Где ж это счастье? В изменах и склоках? Или в косых взглядах и осуждении? Или в ненависти к своей семье? — Спросила Зофия, поднимаясь, — Или в выкручивании правды в свою плоскость? В этом счастье? В неведении? Тут же так никто и не знает правды? Газеты так и написали всего, что было на заседании, они были заняты нами с Мэй, обсасывая что мы до сих пор вместе.       — Не смей… — Прошептала Агнесс.       — Зофи, не стоит, давай уйдём? — Тихо спросила Мэй, понимая, что сейчас будет. Понимая, что если девушка скажет всё, что кипит в её сердце, вспомнит всё, то ночами она снова будет задыхаться в своих страха и криках боли.       — Нет, любимая, я думаю все достойны это знать, я достойна уже это рассказать. Всё будет хорошо, — И, прочистив горло, Зофи повысила голос, — Я не падала ни с какой лошади, даже не могу представить, как в это можно поверить, если в Производства ни одному коню не спуститься по холму, не переломав свои конечности. Я была в непосредственном центре облавы на наркоторговцев, в таком непосредственном, что облава началась с моих поисков. Но это слишком некрасивая правда, что юная дочь Моубрей служит на полицию, а не готовится к отложенной свадьбе. Слишком страшная история, что девушка из высшего света потеряла ногу и получила множество других повреждений, в связи со своей слишком большой уверенностью в родовую неприкасаемость. Слишком не подходит это всё, чтоб высшее общество знало. Слишком большой позор для рода. Настолько, что можно дойти до того, что род просто потерял единственную наследницу. Ведь у рода Моубрей остались только два носителя родовой фамилии.       Лицо Агнессы вытянулось, она только осознала, какой разрушительной могла быть эта глупая игра в любовь. Забыв о всём приличии, женщина подошла, неотрывно глядя на дочь. Злость в голосе Зофии медленно сменялась на усталость, опустошённость.       — Не было ни коня, ни падения, ни быстро поспевшей помощи. Не было лёгкого восстановления, позволяющего через неделю принимать посетителей. Не было желания быть приветливой и сильной. Не было сил для такой громкой выписки. Было лишь чужое желание выглядеть идеально в глазах общества. Была боль и одиночество, были кошмары и желание умереть, была ненависть к себе, и была только Мэй рядом, а идеальной семьи — нет, — То разочарование, с которым Зофия смотрела на свою мать, которое сочилось через её слова, парализовало всех, — И потом не было никого рядом, кроме Мэй. А ещё хуже, когда я нуждалась в помощи, никто не пришёл. А я так звала, так молила о помощи, чувствуя только боль. Тебя и отца, Ричарда, но пришла только Мэй.       На щеках, размывая тушь, слёзы прочертили тёмные полосы. А голос сломался, захрипел.       — И я не плакала тогда, ведь знала, что вас это расстроит. Я только кричала ваши имена, не получая ответа. Но это я должна приходить, просить прощения, мириться. Конечно, я. Поэтому я больше не ношу эту фамилию. Поэтому я больше не причисляю себя к высшему свету. Легче быть Гофман, безопаснее. У Зофии Гофман хотя бы настоящая семья есть. Знаю, что Ричард не передал мои слова, я скажу их сама. Зофия Моубрей умерла в тот вечер, привязанная к стулу в грязном помещении, она умерла, истекая кровью, она умерла в муках, оставленная самыми родными. Её били, без уважения к высокому роду, без уважения к тому, что она девушка, без уважения к тому, что она человек. Она ждала, слушая угрозы, она терпела удар за ударом, она искала спасения. И не дождалась, — Горячая ладонь легла на тонкое плечо, мягко притягивая в объятия, — И даже понимая, что она умрёт, она молчала, не называя ни одной фамилии, даже своей. Хотя, этим она могла спасти свою жизнь. Но она так надеялась на помощь, что не думала об этом. А я б назвала. Теперь бы назвала.       Голос сорвался полностью, пропал, а уставшие плечи ссутулились, находя опору в объятиях Мэй. Уходили они в полной тишине, в сопровождении Элины и Ричарда, под шокированный взгляд высшего общества.       — Простите за это, — еле слышно выдавила Зофи, принимая у Мэй платок, стирая следы туши с щёк, — Я испортила ваш праздник.       — Ты чего, Зофия? — Возразила Элина, беря ладони девушки в свои, сжимая её пальцы, — Вы наконец встряхнули это застарелое общество. Как своей нежностью, так и своей историей. Может это именно то, что тут было необходимо. Спасибо, что всё рассказала. В той истории, что знали мы все, ты выглядела сильной, пережив такое. Но сейчас я понимаю только то, что ты намного более сильная. Ведь не только смогла пережить и восстановиться, но и можешь это рассказать.       Теплые руки заключили девушку в объятия.       — Мы ждём вас на свадьбе, — Сказал Ричард, мягко кладя ладони на плечи Мэй и Зофии, — Только давайте планировать что-то подобное, если что.       Мэй усмехнулась, помогая Зофии надеть пальто, уводя девушку домой.

***

      Зофия впилась Мэй в губы, цепляясь за рубашку, мучаясь с пуговицами брюк, срываясь на смех, позволяя девушке сделать всё самой.       — Как они меня сегодня взбесили, пока пытались тебя тронуть, — Прошептала девушка, позволяя расстегнуть своё платье, снимая его, оставаясь только в ярко-фиолетовом белье, которое так любила Мэй.       — Я поняла это в момент, когда ты меня тронула по плечу, — Подхватывая под ягодицы, засмеялась Мэй, садясь на кровать, отцепляя ловкими пальцами протез — Даже не знала, ударишь ты меня или кого-то из них.       Горячие поцелуи заскользили от шеи к ключицам, отрываясь, Зофи прошептала:       — Сегодня я хочу быть сверху, — толкая девушку к изголовью, устроилась она на бёдрах, двигая тазом, создавая трение, — как ты любишь.       Тонкие пальцы впились в плечи, находя в них опору.       — Может мне нужно почаще заставлять тебя ревновать? — Со смехом Мэй покрывала поцелуями шею и плечи возлюбленной. И, медленно отведя тонкую ткань белья, вошла двумя пальцами, срывая резкий вздох удовольствия.       С идеально прямой спиной, двигая тазом, такая заведённая Зофи напомнила Мэй те дни, когда её властный вид на спине коня возбуждал, дарил запретные мысли.       Теперь никаких запретов не существовало, Зофия была в её руках, стонала от её пальцев, всхлипывала от малозаметных движений внутри себя. Тяжело дышала, из-за слишком длительных движений, но продолжала, не желая просить девушку всё снова заканчивать самой, из-за быстро наступающей усталости. Мэй же, всё замечая, притянула к себе тонкое тело, обхватывая рукой за талию, снимая нагрузку с уставших мышц, приподнимая и опуская возлюбленную самостоятельно, наблюдая, как она запрокинула голову, открывая шею, часто дыша, срываясь на всё новые стоны.       — Твою мать, как я тебя люблю, — Начала Зофия шептать при приближении оргазма, прижимаясь лбом ко лбу девушки.       — Ты так забавно ругаешься, Принцесса, — Резко замедляясь и выходя, сказала Мэй, слыша возмущения Зофии — Потерпи секунду.       Переворачивая их обеих, Мэй снова вошла, восстанавливая сбитый ритм.       — Ты, конечно, невероятно сексуальна, когда сидишь на мне и уже была готова, но ты слишком устала, — Прошептала она, целуя ключицы и плечи девушки, — Не хочу, чтоб потом у тебя болели мышцы.       Тонкие пальцы скользнули по спине и выпирающим костям таза к промежности, касаясь половых губ, скользя по клитору.       — Так даже удобнее, любимая, — Целуя девушку, задыхаясь от накрывающего удовольствия, прошептала Зофия.