Литературный кризис

—«....Чернеют капли детских слез И катафалки новобрачных.» — Бархатный и немного грубый голос, до этого заливавший помещение класса прекрасным чтением стихотворения, стих. Какое-то время сидящие за партами просто молчали, переваривая то, что прочитал им учитель. Быстро полились шёпоты, обсуждения и учитель, поднявшись со своего места, стал ходить по классу со сборником стихов в руках. —В этом стихотворении Уильям Блейк передаёт все тяготы жития в Лондоне тех годов: рабство, насилие, процветание детского труда. Он так же критикует церковь, общественность, проституцию и брак, если судить по тому, как он сравнивает его с катафалком, смертью. — Скарлетелла говорил всё прямо, и, только он вновь затих, как раздался звонок. — Дома разберите одно из стихотворений Уильяма Блейка. Все свободны. Скарлетелла - совсем молодой учитель литературы, недавно пришедший работать в школу, около двух месяцев назад. Он редко разговаривал с учительским составом - больше слушал, чем говорил. К урокам готовился отлично, и ученики его вполне даже уважали и слушали. Один из учеников, Кроулинг, не побоится сказать, что да, учитель ему сначала как-то не понравился, но сейчас - всё по-другому. Он всегда его слушает, отвечает на вопросы чуть ли не первым, в общем активничает на уроках литературы как может. Толпа школьников быстро собирается, вылетая вместе с рюкзаками из класса. Это был последний урок - большинство хочет поскорее домой, поэтому бежит на выход. Отдельная толпа, из того же класса, просто спокойно идёт, обсуждая что-то. —Ребят, я аккаунты мистера Скарлетеллы нашёл! — Стич тихо вскрикивает, показывая экран телефона толпе друзей. —Что же такого туда может выкладывать мистер Зонтик? — Сильвер, до этого лишь улыбающийся от разговоров остальных, наконец заговорил сам. Мистер Зонтик - прозвище, которое получил красноволосый из-за того, что чуть ли не всегда ходит с красным зонтом. Прямо в цвет под его волосы, плащ и маникюр - все заметили эту фишку спустя несколько дней, как он начал преподавать. Друзья просто смеются с этого и продолжают обсуждать, что туда может выкладывать Скарлетелла, пока Кроулинг тихонько, через телефон своего друга, записывает себе юзернеймы учителя. Слово за слово, и компания уже шагает по улице. Послеучебное время прекрасно - все отдыхают, погода тёплая, людей много на улицах. Время пролетает так быстро, что пора расходиться по домам. Парни прощаются друг с другом и все расходятся в разные стороны. Кроулинг добирается до дома довольно быстро, поднимается в квартиру и, крикнув матери с отцом, что он дома, идёт в свою комнату, дабы положить рюкзак. Какое-то время он с родителями ужинает, помогает маме по кухне, отцу помогает починить стиральную машинку, за которую мама их ругала уже неделю, и со спокойной душой он возвращается к себе в комнату, падая на кровать. —Кроули, мы уйдём на пару часов в гости, не скучай! — Женщина, спустя час, заглядывает к сыну в комнату, предупреждая его. Он лишь желает удачи и, когда слышит хлопок входной двери, сразу откладывает кубик Рубика, доставая телефон. Юзернеймы сохранились в чате со Стичем, у которого парень, с его телефона, эти сообщения удалил. Копировать, вставить в поисковую строку, и вуаля - первый аккаунт найден. Там, на удивление, около пяти тысяч подписчиков, и, как оказывается, аккаунт это рабочий. Цитаты, варианты заданий, советы, литература... Неинтересно. Тот же процесс происходит и со вторым юзернеймом. И тут уже становится интереснее. Аккаунт - личный. Фотографии, просто посты, видео. Черноволосый бездумно листает, пока не доходит до фотографий с лета. Там Скарлетелла не такой серьёзный, наоборот - улыбается даже, ест мороженое, сидит под зонтиком на пляже и читает что-то. Он даже сам улыбается, пока его рука не дёргается - фотографии перелестнулись на пару вниз. Там Скарлетелла был с каким-то мужчиной, целующийся. Кроулинг уставился в саму фотографию, не понимая, что чувствует: ревность или сочувствие. Кажется, он видел пост о том, что учитель расстался с этим неизвестным. И, вспомнив об этом, у парня камень с души свалился. —Так, стоп. Я его ревную что ли? — Он заливается краской, хмурясь. Отбросив эти мысли, он вернулся к фото с лета. Он их детально рассматривал - по телосложению они практически даже похожи, может только у длинноволосого плечи пошире будут. Очередная фотография, и Кроулинг завис. Скарлетелла стоит спиной к камере, в одних обтягивающих шортах, облокотившись на перила, видимо, балкона, пока на фоне был красивый закат. И, как бы Кроулингу не хотелось, но организм отвечал за него - к паху прилила кровь, не оставив даже ни капли на румянец. Черноволосый перелистывает ещё одну фотографию, и запрокидывает голову, тихо вздыхая. Этот учитель литературы слишком.. сексуально обхватил губами фруктовый лёд. Напряжение только нарастает, и Кроулинг отлично это чувствует. Он предпочитает только пялиться на фотографии учителя, не думать, и, перекинув телефон в левую руку, спускать джинсы с нижним бельём, вместе с тем приподнимая серую толстовку. Секунды две и он уже обхватывает своей широкой ладонью налившийся кровью член. Тут же голову заполняют самые непристойные мысли. Вниз. Судорожный выдох. Как бы их дорогой красноволосый учитель сосал ему? Вверх. Смотрел в глаза бы так же, как в камеру на фото? Вниз. Кроулингу не хочется думать, что Скарлетелла вновь в отношениях. Вверх. А какая у него задница наощупь? Мягкая? Упругая? Может бархатная? Черноволосый не переставал рассматривать фотографии, которых оказалось ещё больше дальше и ещё более развратнее. Он не переставал представлять на месте своей руки учителя: как он смотрит на него снизу-вверх, как, может, принимает в рот или просто дрочит рукой. Фантазия разыгралась не на шутку, и Кроулинг попросту откладывает телефон в сторону, закрывая глаза. Тут же перед ним предстаёт красноволосый. —Красивый... — Парень тихо шепчет, выдыхая. Скарлетелла медленно ведёт рукой от обнажённой груди черноволосого к паху, пару раз проводит рукой по органу вверх-вниз, прежде чем наклониться и, обведя языком головку, взять его в рот. Кроулинг ускоряется, тихо постанывая. Его фантазии слишком влажные. Слишком. Рука двигается ещё пару раз, прежде чем белая вязкая жидкость падает на живот парня. Он тяжело дышит, тут же заливаясь румянцем. —Сука. — Осознание произошедшего наконец к нему приходит. Пара минут приведения себя в порядок, и фотографии красноволосого тут же оказываются в галерее телефона. Кажется, им предстоит ещё большую роль сыграть. —Да твою мать, кто меня вспоминает? — Скарлетелла откладывает телефон в сторону, поднимаясь с такого удобного дивана и уходя вновь на кухню, дабы запить икоту.