Тайная война

Рамель скучающе смотрела сквозь разбитое стекло, как-то удерживающееся в окне машины. В Грёзе она приняла необычную форму, похожую одновременно на свой образец и первые автомобили, а также покрылась шипами, пиками, лезвиями и кровавыми пятнами. Результат получился достаточно приметным, что, как и запах в салоне, совершенно не нравилось девушке. — Сворачивай. Им нас видеть не надо. — к счастью, сидящий рядом с водителем Эдик тоже понимал, что по машине их вычислить нетрудно. Восс послушно свернул и, проехав немного в поисках места, припарковался. Эдик повернулся к задним сидениям. — Рав, Капа, ваш выход. Если там будет кто-то лишний, Рав бежит обратно, Капа не ввязывается. Шапки кивнули и выбрались на дорогу, после чего быстро направились к цели. Сидящая у двери Рамель проводила их взглядом из-под глубокого капюшона. Эдик, немного подождав, тоже открыл дверь. — Пошли. Они как раз закончат, когда мы подойдём. Восс, подъезжаешь через час. Рамель выбралась из машины и с наслаждением вдохнула воздух без железного привкуса крови. Кажется, сейчас они находились в центре, на территориях либо Нозариты Безземельной, либо самой Герцогини. Сама девушка рассчитывала на первый вариант. Следуя за Эдиком, Рамель вышла к обещанному "приюту для мечтателей". Им оказалась кофейня с названием "Художественная гостиная". От приторной Благости его дизайна в сочетании с настолько банально "небанальным" названием девушка немного скривилась. Впрочем, кое-что в этой кофейне было необычно. Формирующиеся потоки Гламура, странно вьющиеся вокруг заведения, были неплохо знакомы подчинённой Андреаса. Так же скоро после открытия стала выглядеть игровая зона, в которой был заложен новый Фригольд. Видимо, Благие захотели повторить результат её сюзерена. Потрёпанные и покрытые брызгами крови Равер и Капент стояли рядом с дверью. Судя по их внешнему виду, драка с охранником далась им нелегко, но закончилась успехом. Эдвард кивнул им и направился к двери. — Заходим. Если что, я разберусь с внутренней охраной. Звякнул приделанный к двери колокольчик, и шапка скрылся в здании. Немного подождав, его подчинённые вошли следом за ним. Рамель оглянулась в поисках места, где произошёл бой и, надвинув капюшон поглубже, открыла дверь. Внутри всё оказалось ровно таким, как этого стоило ожидать. Запах ванили и лавандового рафа, пастельные тона, миленькие столики с диванчиками и пуфиками, ненавязчивая фоновая музыка... Раньше Рамель бы это понравилось, но сейчас этот застойный Гламур вставал у неё поперёк горла, как будто ей забили носоглотку сахарной ватой. В принципе, всё это место производило на Неблагую фею впечатление приторно-сладкого болота. Окинув помещение взглядом из-под капюшона, Рамель обнаружила двух троллей — охранника и мальчика-официанта. И это настораживало. Едва ли Нозарита Лиам могла бы позволить себе выделить трёх Троллей для охраны. А ещё одной проблемой стал тот факт, что эти тролли засекли шапок и настойчиво предлагали им проследовать в подсобку. Едва ли для того, чтобы обсудить последние политические сплетни, скорее для того, чтобы вбить их в Туманы и попросить на выход. И Эдик в компании двух раненых мог с этим и не справиться. Так что Рамель, стараясь держаться за спинами троллей, начала приближаться. Эдвард, заметив это, перестал сопротивляться и оскалился, издевательски придерживая для остальных дверь в подсобку. Как только дверь закрылась, Рамель ускорила шаг и вытащила меч. Для окружающих людей это выглядело как вытаскивание руки из сумочки. Немного подумав, она решила добавить немного магии. — Что вершит судьбу человечества в этом мире? — начала она зачитывать себе под нос монолог могучего меча. — Некое незримое существо или закон, подобно Длани Господней, парящей над миром? По крайней мере, истинно то, что человек не властен даже над собственной волей. По клинку разошлись наливающиеся разрушительной силой руны, гарантирующие тяжелые раны каждому, кто встанет на его пути. Рамель тихо открыла дверь и заглянула внутрь. Ситуация складывалась не лучшим образом для шапок. Пылающий тем же Искусством Эд с трудом удерживал вверху направляющую на его шею клинок руку тролля. Сам же охранник выворачивал из хватки шапки нож-кастет и продавливал свой меч вниз, не позволяя броситься и укусить себя. Официант же отмахивался своим топором от пытающихся подобраться ближе шапок и тянул время, пока число участников боя не сравняется. К несчастью для Благих, старший тролль стоял к Рамель спиной. Небольшой укол в колено и росчерк вверх, по задней части бедра — и страж падает, позволяя Эдварду запрыгнуть сверху и навалиться на руку с мечом. Рамель не добивает врага, а быстро движется к следующему, придерживая капюшон на голове так, что из-под него виден лишь один глаз. Тролль блокирует удар топором, но ши немного изменяет траекторию, и сабля ударяется о топорище. Короткое, лёгкое движение кистью, и топор падает на пол вместе с отсечёнными пальцами. Руны исчезают с клинка, но Рамель и не собирается наносить удары. Остальное без проблем сделают шапки. Эдик вгрызается в горло поваленного тролля, прокусывая кольчугу. Капент налетает на покалеченного врага, вбивая свой массивный шипастый кастет ему в лицо. Молодой воин держится на ногах, но Равер проскальзывает ему за спину и подрезает ноги тесаком. Капа с радостным оскалом вцепляется зубами в подставленную для защиты головы руку. Равер затыкает ладонью рот тролля и откусывает кусок мяса вместе с дублёной курткой от плеча второй руки. Он мог бы наброситься на шею, но собирается сперва попугать обречённого. Рамель обернулась к поднимающемуся Эдику. Благодарности от него не последует, но всё отразится во время дележа добычи, в этот раз или в следующий. — Можно начинать охотиться. Как эти очухаются, нас уже не вспомнят. — бросил Эдик, утирая кровь с лица. Его противник уже валялся бездыханным с кровавой дырой на месте горла. Рамель вытерла саблю и вышла обратно, убирая клинок в ножны. Потасовка осталась незамеченной — всё же ни тролли, ни шапки не хотели поднимать шум. Ши быстро нашла их цель — смазливого блондинистого паренька лет около шестнадцати. Он сидел за одним из столиков и рисовал карандашом в альбоме. Судя по тому, что он такой был не один, "Гостиная" позиционировалась как место для творчества. Вероятно, реклама была проведена хорошая, так что всякие "творцы" собрались в одном месте и начали творить, наполняя кофейню Гламуром и вдохновением, облегчая себе связь с Грёзой и творчество. Несмотря на своё недовольство названием и интерьером, Рамель не могла не оценить изящество этого решения — пришедшие мечтатели сами обеспечивали выполнение рекламных обещаний. По информации, полученной Эдиком от "Мистера X" вместе с портретом, в выходные их цель обычно сидит в кофейне до пяти часов. Сейчас было не больше трёх, так что Неблагие могли потратить время на то, чтобы собрать немного Гламура. Своей жертвой Рамель выбрала немного косящегося на неё студента. На лице двадцати-с-чем-то-летнего парня торчала рыжеватая щетина, уже пару дней просящая бритвы, а короткие тёмно-рыжие волосы пребывали в состоянии первобытного хаоса, никак не исправленного несколькими попытками их пригладить. В общем, парень явно заинтересовался в вошедшей в кофейню красотке, но был уверен в обречённости на провал любых попыток познакомиться. Идеальная цель для Опустошения. — Свободно? — спросила Рамель у парня, подойдя и указывая на место напротив него. — Да, без проблем. — торопливо ответил он, дёрнувшись и проглотив ком в горле. — Отлично. — фея расположилась напротив добычи. Чего не отнять, сидения здесь были достаточно удобными. — Знаешь, я здесь впервые, не посоветуешь, что здесь лучше заказать? — Чизкейк. Он здесь хорош. К капучино. — парень снова стрельнул глазами поверх ноутбука. Рамель благодарно улыбнулась и слегка махнула рукой, подзывая официанта. Тот подошёл, странно посматривая на девушку. Ему было интересно, что произошло в подсобке, в которую зашли его коллега, охранник и трое каких-то совсем не подходящих атмосфере парня. Но надо было работать. — Пожалуйста, капучино и чизкейк. — с улыбкой заказала Рамель. Официант кивнул и пошёл на кухню. Краем глаза он увидел, как из подсобки выходит один из "неподходящих" — крепкий рыжий парень в коричневой кожаной куртке с красной косынкой на голове. Но ему пришлось подавить интерес и продолжить работу. Шапки в это время вынесли противников через служебный вход, через который планировали вынести их, и, забрав деньги и ценности, положили связанных свидетелей в подворотне. После чего снова прошли через служебный вход и проникли в основной зал, где начали искать для себя цели. Рамель же, сделав заказ, снова повернулась к жертве. — Так получилось, я, похоже, заказала всё на этот столик. Извини, я тебе не помешаю? — Ннет, ничуть. Не помешаешь. — Замечательно. Кстати, я слышала, что эта кофейня — прекрасное место для творчества. Я немного пишу, но недавно у меня поломался ноутбук, пришлось отдать его в ремонт. А ты на своём что-то сейчас пишешь? — Ну... да, есть немного. — Замечательно. Знаешь, всегда очень приятно встретить человека с похожими интересами. Кстати, как тебя зовут? — Андрей. А ты..? — студент, до этого как будто бы пытающийся сжаться в комок, немного расслабился и смелее посмотрел на собеседницу, видимо, проявляющую к нему интерес. — Лиза. Очень приятно. Слушай... Я понимаю, это может быть невежливо, но... можно почитать? То, что ты пишешь. Я пойму, если это слишком личное. — Рамель очень натурально изобразила борьбу интереса и учтивости. — Да, конечно. Я же всё равно собирался это выкладывать. — Андрей с радостью пролистал вверх и развернул ноутбук, чтобы Лиза могла посмотреть. — Большое спасибо. Хм, "Свет Семи Звёзд"? Что это будет? — Приключенческий роман. В нескольких частях. Фентези. — Интересно. Ничего, если я буду спрашивать, если будет что-то непонятно? — Рамель оценила объём текста. Изначально она планировала устроить скандал в начале, но "роман" оказался достаточно коротким. Под названием "Свет Семи Звёзд" скрывался рассказанный от первого лица сюжет о попаданце из обычного русского студента в какой-то магический мир в качестве чудом выжившего ученика мага. Быстро освоившись с новыми способностями, заодно с помощью смекалочки разработав новый способ плетения заклинаний, он хитро отомстил своим несостоявшимся убийцам, обрушив на одного из них городскую башню, но один из них умудрился заметить его и атаковать первым. В результате герой-рассказчик чуть не умер, но пробудил таинственную тёмную силу, пожравшую врага и исцелившую протагониста. На этом закончилась последняя написанная глава. Рамель перевела взгляд на поедающего её глазами Андрея, прикидывая, с чего бы начать. До этого сомнения в гениальности произведения она не выказывала. За время чтения она успела съесть чизкейк и выпить капучино. — Ну... Это было очень интересно. Изображение как протагониста кровожадного психопата, не осознающего своей кровожадности, определённо необычно. — Э? — с лица Андрея сползла улыбка. — Но... там такого нет. — Надо же? Извини, просто от действий героя умерло несколько десятков посторонних, которые ему вообще ничего не делали, так что я и подумала... А вообще, очень постмодернистски сделано. Я имею в виду, это же практически открытая критика современной низкопробной литературы! Тут и ленивое начало с внезапным попаданием после случайной смерти, и герой с сразу двумя превосходящими всех вокруг способностями, притом одна из них — буквально рояль из кустов, а вторая создана настолько глупо, что не специально так не сделаешь! Остальные персонажи — картонки, существующие для одной функции, мир такой же шаблонный, а сам герой — набор качеств из фантазий без личности! Как будто какой-то закомплексованный человек представлял себе идеального протагониста, который бы закрывал все его недостатки! — чем дольше длилась эта речь, тем сильнее закипал Андрей. На потерянном лице отразился гнев, зубы сжались и чуть ли не заскрипели, ногти впились в ладони. Щёки и лоб парня покраснели от злости, и, доведённый до кипения, он вскочил из-за стола, открывая рот для гневной отповеди. — Только, знаешь, ты недокручиваешь немного. Надо хуже, иначе может показаться, что это не постмодерн, а просто плохое произведение. — Рамель, делая вид, что не замечает состояния собеседника, продолжила, подсекая его выплёскивающийся через край Гламур. — Там, знаешь, дай своему герою ещё одну сверхспособность, гарем, в который попадает каждая встреченная красивая девушка, начиная с уличной торговки цветами до королевы, придумай для него супер-план, которым он обманет даже всяких мастеров интриг, притом всех вместе, и они за него сделают его же работу. Знаешь, чтобы всем стало понятно, что это именно насмешка над жанром, а не твои комплексы. Из Андрея как будто выбили дух. Вырывание Гламура погасило его эмоции, оставляя только разочарование в себе и своём творчестве. Да и сказать, что всё не так, означало признаться в том, что все найденные и выпяченные девушкой недостатки на самом деле являются лучшим, на что он способен. Напоминающий сдувшийся шарик парень опустился обратно. — Спасибо за совет. — пробормотал он с пустым взглядом. — Я сделаю всё более очевидным. — парень собирался уничтожить свой позор, едва получив ноутбук обратно. — Пожалуйста. И спасибо за чизкейк. — Рамель, прекрасно знающая, что постмодерном в "Свете Семи Звёзд" и не пахло, слегка улыбнулась. Отказ оплатить за неё счёт теперь стал невежливым. Выйдя из-за стола, ши скрылась в туалете. Необходимо было, чтобы разбитый и опустошённый парень свалил и не видел, как она будет обрабатывать основную цель, всё ещё сидящую на своём месте. Всё же это могло бы вызвать вопросы. Так что, немного подождав, а заодно немного подведя макияж, она вернулась в зал. Андрея уже не было, так что девушка кивнула тоже освободившемуся Эдику и подошла к столику художника. — Привет, не отвлекаю? — обратила она на себя внимание. — Нет. — парень отложил карандаш и поднял голову. При виде собеседницы его недовольство исчезло. — Миша, верно? Мне про тебя рассказывали. Говорили, что ты — замечательный художник, и очень советовали познакомиться. Как я вижу, — Рамель стрельнула глазами на достаточно талантливо исполненный карандашный рисунок. — не соврали. — Ну, — притворно смутился парень, — да, я действительно неплохо рисую. Но не думал, что обо мне будут говорить. Рамель без труда видела сквозь ложную скромность парня — тот прямо на глазах надувался и распушал перья. Судя по тому, что Рав ушёл, Восс должен был скоро подъехать. — Ах, я забыла представиться. Я Лиза, тоже художница, хотя и близко не такая, как ты. Сейчас я, к сожалению, не захватила с собой альбом. Я здесь впервые, раньше не знала о существовании такого замечательного места. — Ну, зато теперь знаешь. Если что, приходи, я буду рад посоветовать несколько приёмчиков. — Миша вздёрнул нос. Рамель улыбнулась и стрельнула глазами в сторону Эдика. — Знаешь... — она задумчиво посмотрела на рисунок. — Я обставляю свою комнату рисунками, и твой стиль может стать жемчужиной коллекции. Там есть одно место, где я хочу разместить автопортрет с обнажённой натуры, но с зеркалом рисовать неудобно. Возможно, ты мог бы мне помочь? Миша ненадолго застыл. Рамель не знала, как именно он воспринял её слова — как преклонение перед его навыками или как предложение заняться сексом от фанатки. Но равнодушным он точно не остался. — Ну, если это будет часть картины... — судя по тому, как у него покраснели уши, второй вариант он как минимум рассматривал. — то я не могу позволить ей остаться незавершённой, так? — парень убрал карандаш, закрыл альбом и засунул его вместе с пеналом в сумку. — Большое спасибо. Уверена, с твоим вкладом это полотно станет просто превосходным. — Рамель вслед за парнем поднялась из-за стола. По пути на выход их перехватил Эдик. — Слышь, принцесса, карета ещё не подана. — с непониманием и немного угрожающе, по-другому он и не умел, спросил шапка. — Придётся скорректировать план. Я поеду на такси, можешь напомнить, где ты мне снял номер? Эдик некоторое время молчал, обдумывая возникшие изменения плана. Наконец, он ответил. — Отель "Резной". Седьмой номер. — пошарив в кармане, он протянул ши ключ. — Это же дешёвка. — девушка нахмурилась, но ключ взяла. — Ладно, надо будет просто найти другой номер завтра. Ты же подъедешь с вещами? Заранее спасибо. Рамель развернулась и догнала остановившегося немного в стороне Мишу. Тот со смесью страха и непонимания проводил направившегося к остальным Эдика взглядом. — Кто это? — спросил он. — Знакомый. Поэт. Знаешь, под Маяковского. — Мм, понятно. — Ему тут, видимо, не понравилось. Ну, оно и понятно, всё же здесь атмосфера больше для изящных искусств. Так, сейчас вызову нам такси.

***

Оставив парня в номере под предлогом того, чтобы встретить Эдика с вещами, в том числе и с тем самым полотном, Рамель расположилась на улице рядом со входом и сладко затянулась паром. Машина Восса подъехала почти сразу же. — Ты охерела? Хули не по плану? — Капент начал пытаться наезжать на девушку сразу же, как вылез из машины. — Тот же вопрос. Зачем влезла в план? Он должен был ехать в машине. — угрожающе прохрипел Эдик. — Да, должен был. Вот только вы вообще эту машину видели? — Рамель пожала плечами. — Идея вам отправиться на такси, чтобы не пугать парня раньше времени, была неплоха, но мы забыли про машину. А я представила, как сложно будет пытаться затащить его в этот драндулет. Он бы точно начал что-то подозревать. А сейчас — полностью спокоен, сидит в номере, ждёт меня. Можно брать тёпленьким. — Ладно. Принимается. — кивнул Эдик. — Капа, Восс, сторожите. Седьмой номер. Без членовредительства. Рамель — жди на лестнице. А мы зажмём его сзади. Ши пожала плечами и направилась на место. Теперь ей осталось только опознать заказчика и получить обещанный приз. Примерно через десять минут внизу послышались шаги. Девушка убрала курильницу и приготовилась. По лестнице поднималась высокая фигура в сером балахоне, скрывающем любые очертания тела. Лицо было закрыто маской, залезающей под подогнанный специально для него капюшон. Руки скрывались под такими же серыми перчатками. Очевидно, в отличие от довольно дешёвого плаща Рамель, этот комплект был специально подготовлен для качественного сокрытия личности владельца. — Как это понимать? — из-за искажающей голос маски нельзя было разобрать, мужчина это или женщина, но можно было с уверенностью заявить, что это ши. — Мы тут посовещались... — начал Эдик, вместе с Равером стоящий за спиной заказчика. — и решили, что ты можешь нас кинуть. Так что тебе придётся показать лицо. Знаешь, из соображений безопасности. — Чьей безопасности? — холодно спросил Мистер X. — Мы решили посмотреть для нашей безопасности. А тебе стоит показать для своей. Всё довольно просто. — Эдик угрожающе оскалился. — ...Ладно. Будет вам лицо. Ши поднял руку к маске и надавил на её верхнюю часть. С негромким щелчком керамическая пластина ушла в его руку. Расстегнув ранее скрытую под маской пуговицу, он скинул с головы капюшон, до этого плотно окружавший его лицо. Под маскировкой оказалась достаточно пожилая ши. В ней, очевидно, ещё оставалось немало сил, но средней длины волосы уже почти не сохранили изначального тёмного цвета, практически полностью сменившегося сединой. Самоуверенно сверкнув ярко-голубыми глазами, ши снова натянула капюшон и закрылась маской. — Итак, ваши требования выполнены. Где парень? — Седьмой номер. — ответил Эдик. — Отлично. Ваши услуги мне более не требуются. — заказчица бросила шапке тугой кошель. Эдвард ловко его поймал. — Лучше не маячьте здесь. Мавр сделал своё дело. — Я... поднимусь, скажу парням. Если мы уходим. — неуверенно сказала Рамель. Эдик кивнул.

***

Восс привёз команду обратно в Пляшущего Кабана. Расположившись за своим столиком, он достал кошель и открыл его. На столешницу высыпались золотые монеты герцогской чеканки, прямиком с монетного двора. Сложная гравировка исключала возможность подделки. — Неплохой бонус. — пробурчал Восс. — Верно. Рамель, что насчёт той ши? Кто она? — А вот с этим проблемка... — замялась девушка. — В смысле, блять, проблемка? — подался вперёд Капент. — Я её не узнала. Нет даже предположений. — Сука, мы тебя брали, чтобы ты узнала её! Какого хе- — Заткнись, а? Я спасла ваши задницы от двух троллей и достала вам парня, за которого, кстати, мы и получили это богатство. — Рамель кивнула на деньги. — Есть какие-то претензии? Ну так пойдём выйдем, один на один, или скорее уж "раз на раз", я тебя заколю и мы будем делить деньги на четверых. Ты меня достал уже. Капент замолчал и рефлекторно, если не инстинктивно, посмотрел на товарищей в поисках помощи. Но Эдвард хранил молчание, а старый хрыч даже кивнул. Бугай был вынужден заткнуться. — Ладно. Без доли не оставим, но косяк за тобой есть. — произнёс Эдик, подчёркивая, что конфликт исчерпан. — Здесь... Сколько здесь? — Семьдесят. — пискнул Равер, самый молодой в банде. — Значит, две доли мне, две доли Воссу как компенсация за простой. По доле остальным. Итого получается семь долей по десять монет. У кого-то есть претензии? — и Капа, и Рамель промолчали. С одной стороны, они оба были недовольны размером оплаты ши. С другой, за девушкой и правда числились и заслуги, и ошибка, так что оба предпочли не возникать. — Отлично.