(Не) следуй за белым кроликом

Новая Алиса шла по узкой дорожке волшебной страны, пачкая светлый камень комьями сырой грязи, отваливающейся от тяжёлых сапог. — Что за херня? Она отвела от лица ветку дерева, свисающую прямо над тропинкой, и пошла дальше. Ветвь вернулась на место с возмущенным перезвоном, словно листья на ней были сделаны из металла. — Мне же ничего не могли подмешать в баре, я бы заметила, – с сомнением сказала себе Алиса, припоминая, что действительно пристально следила за своими напитками: она была в гражданском и без своего значка на видном месте, а потому ничего не отпугивало нечистых на руку мудаков с первого взгляда. Из кустов за спиной раздалось насмешливое стрекотание не то птицы, не то животного, мол да-да, утешай себя, утешай, наверняка за всем уследила и ничего не пропустила. Алиса остановилась, нахмурив светлые брови, и посмотрела прямо в чащу. Чаща ответила ей взглядом зелёных глазищ за стёклами круглых очков. — Твою ж!.. — Ты опоздала, – ветви густого кустарника расступились в стороны сами собой, и к Алисе вышла невысокая девушка в пурпурном сюртуке и цилиндре. Её рука, затянутая в белую перчатку, отточенным движением извлекла из кармана жилета часы на цепочке. Щёлкнула маленькая крышка, открыв чёрный циферблат с белыми стрелками.  Алиса онемело смотрела то на часы, то на цилиндр, то на кустарник, плотно сомкнувшийся за спиной нежданной собеседницы. — Опоздала куда? - спросила она, справившись с собой. — На чаепитие. Оно начнётся десять минут назад, – девушка закрыла часы со звонким щелчком, возвращая их в кармашек, и ухватила Алису за рукав косухи. - Идём, иначе опоздаем окончательно, — она потянула, но Алиса вдруг дернула свою руку из чужих пальцев. Безуспешно.  — Кончай дурить! Куда ты меня тащишь? Где я вообще? Если это не какой-то идиотский сон по накурке, хоть я и не курила... И ты кто такая?  Она рванулась сильнее, и незнакомка, не успев разжать пальцы, ухнула вперёд, едва не упав. Цилиндр свалился с её головы, открыв светлые кроличьи уши, прижатые к волосам.  Алиса замерла, ошалело глядя на них. Судя по всему, лимит дневных впечатлений приближался к своему максимуму, и она уже не знала, как ей стоило бы реагировать на происходящее.  Девушка дернула меховым ухом.  — Я Белый кролик. Ну, если точнее, Крольчиха, но так уж здесь принято. — А я... – невольно начала Алиса, но её грубо прервали  — Тихо! – рявкнула Крольчиха, закрывая своей ладонью рот Алисы. Та зло замычала и дернулась, сделав шаг назад . — Что ты творишь?! Крольчиха в ответ холодно сузила глаза. — Ты - Алиса, – с нажимом произнесла она почти по слогам. – Запомни это и не совершай ошибок.  — Но меня зовут совсем иначе, – буркнула Алиса, вытирая рот тыльной стороной ладони. На губах остался вкус пыли и почему-то мяты.  — Даже если бы ты была огромным бородатым байкером Джеромом, здесь тебя все ещё звали бы Алисой. Таковы правила. Алиса это не имя. Точнее, не только имя. Это твоя роль.  — А Крольчиха? Кролик.  — И Кролик тоже.  Алиса нахмурилась сильнее, хотя, казалось бы, куда еще.  — Это напоминает какую-то глупую игру.  — Так и есть. Страна чудес это огромное игровое поле, и сборник правил по совместительству. Либо ты играешь по правилам, либо... – Крольчиха замялась.  — Либо что?  — Выбываешь, – мрачно заключила она, отведя взгляд. – Идём. Мы действительно опаздываем. По пути можешь задать еще несколько вопросов. Крольчиха бережно подняла с дорожки цилиндр и молча направилась прочь, лишь изредка бросая взгляд через плечо, на Алису, чтобы проверить, идёт ли та за ней.  Алиса шла. Хотя выбор у неё, если честно, был не так уж велик. 

♠♥♣♦

— Время пить чай! Время пить чай! –  высокая девушка в латаном-перелатанном пестром пиджаке - и тоже в цилиндре, подметила Алиса - звонко постучала десертной ложечкой по фарфоровой чашке.  — Потрясающе! Снова чай! Никогда такого не было - и вот опять! – голос парня с бурыми заячьими ушами так и сочился сарказмом; казалось, его густое недовольство можно было бы мазать на крекеры, вместо масла.  — Это Мартовский Заяц, – пояснила Крольчиха Алисе, пропуская ту вперёд.  Они вышли из под сени деревьев, скрывающих тропинку, к столу, занимавшему добрую часть зелёной поляны. Вся скатерть была уставлена чашками, и блюдцами, и тарелочками, и конфетницами. Тут и там на светлой ткани цвели чайные кляксы, припорошенные россыпью крошек от печенья, но Алиса слишком устала, чтобы обращать внимание на такие мелочи. Она села на ближайшее свободное место. Оглядев присутствующих, Алиса заметила двух черноволосых близнецов с подвижной мимикой, и было непонятно, мальчики они или девочки. Близнецы показались ей смутно знакомыми. — Кто это? — Тру и Тра, – ответил Заяц, подливая кофе в чашку девушки с округлыми серыми ушами на макушке, которая полудремала рядом, подперев подбородок ладонью. Та сонно кивнула и залпом выпила свой кофе. — Они тоже?… — Из внешнего мира? Да, как и все мы, – Заяц пожал плечами. — Единственное существо, не пришедшее извне, это Чеширская кошка, но представлять ее тебе не будем, и ты ещё скажешь нам спасибо. А так знакомься: я Заяц, это Соня-мышь, Шляпница, Тру с Тра, ну и Крольчиха, которая тебя привела, — он по очереди представил присутствующих, без особых церемоний по очереди тыкая пальцем в их сторону. Уточнять насчёт Кошки Алиса не стала - ее куда больше интересовали близнецы. Они препирались, кидались крошками и фантиками, пытаясь намусорить друг другу в чашку, и несли какую-то околесицу. Она завороженно следила за странной парочкой, прислушивалась к их голосам и долго присматривалась к жестам, пока вдруг не осознала, где видела их раньше. — Джек и Джилл?! – Алиса вскочила, опрокинув стул на траву. Зазвенела посуда; перевернулось несколько чашек, залив скатерть чаем. Тру и Тра с любопытством посмотрели на неё и вернулись к своим забавам. — Кажется, их действительно так звали. Откуда ты знаешь? Ты умеешь видеть прошлое? – Шляпница подняла над головой маленький чайничек и начала лить чай прямо себе в рот, часть проливая себе на рубашку. Взвинченная Алиса ничуть её не впечатлила: все они поначалу кричали и ругались. Иногда плакали. Совсем изредка кидались драку, но на этот случай у Шляпницы был припасен небольшой симпатичный молоток. — Они из моего участка, черт подери! Пропали без вести полгода назад! – Алиса никак не могла успокоиться. Ее руки дрожали. — Как и ещё полтора десятка человек за последние несколько лет! Весь округ… — Тише, тебе нужно взять себя в руки, - раздалось справа. Алиса повернулась и встретилась взглядом с Крольчихой. Резкое осознание окатило ее кипятком. — ТЫ! - рявкнула она, сгребла в кулаки отвороты сюртука Крольчихи и вздернула ту на ноги. Цилиндр упал в траву. — Ты же все это знала, да? Это же ты завела их сюда! Девушка молчала. — Молчишь, да? А я так же здесь оказалась?! Крольчиха отвела глаза в сторону, не сказав ни слова. — Говори, как я сюда попала! - Алиса тряхнула ее, и ушастая голова мотнулась назад. Крольчиха поморщилась. — Это ведь ТЫ заманила меня сюда, верно? Ты!.. — Не злись на неё так, - выкрашенные в чёрный пальцы Шляпницы легли вдруг на руку Алисы. — С чего бы? - Алиса бросила на неё тяжелый взгляд, не выпуская пурпурную ткань из рук. — Я вспомнила ее. Я здесь по ее вине.  — И да, и нет, - загадочно произнесла Шляпница, и ее ясный взгляд вдруг затянулся поволокой. — Кому какое дело до прошлого, если прямо сейчас у нас есть чай? Чай, чай, выручай! Кто-нибудь видел Анну? Аннушка, Аннушка, ты ведь обещала принести нам масло, так куда же ты запропастилась!  Шляпница захихикала и постучала костяшками пальцев по своему цилиндру, словно в дверь. Алиса отшатнулась от неё и отпустила Крольчиху. — Тук-тук! Кто там? Это я, Аннушка, принесла ваше масло. Немного масла пролилось по пути, но, кажется, на ужин должно хватить!  Она смеялась все громче и громче, и переливчатый хохот разносился над поляной, звуча нежно и зловеще, как летний ветерок над кладбищем. — Пойдём отсюда, она не скоро придёт в себя — бросила Крольчиха и медленно направилась прочь, ссутулившись. Белые уши понуро прижимались к голове, и только теперь Алиса по-настоящему увидела, насколько хрупка ее проводница. Невысокая и худенькая, она выглядела очень уставшей и какой-то почти беззащитной. Алиса испытала новый приступ раздражения, в этот раз еще и на себя. Бросив последний взгляд на продолжающую захлебываться в смехе Шляпницу, она побрела вслед за Крольчихой.

♠♥♣♦

— Зачем ты делаешь это? - Алиса первой нарушила молчание, внезапно, без предисловий, но Крольчиха сразу поняла, о чем речь. — У меня нет выбора. Она покачала головой, не глядя на собеседницу, и отошла к большому дереву. Опустилась на мягкую траву среди корней и стащила с себя сюртук, аккуратно сложив его рядом. — Выбор есть всегда, - Алиса упрямо поджала губы. Крольчиха лишь невесело усмехнулась. — Тебе смешно? — Если только совсем немного. — Ты заманиваешь людей, чтобы кормить прожорливую нечисть, ещё и смеёшься?! - голос девушки начал звенеть от злобы, но Крольчиха все так же продолжала смотреть перед собой невидящим взглядом, и ярость Алисы слегка поутихла. — Я не верю, что у тебя нет никакого выбора, - Алиса тоже уселась на землю, почувствовав, как сильно устала от злости и всей этой беготни. — Ты могла бы отказаться… Крольчиха только пожала плечами, начиная закатывать рукава рубашки. — Когда-то я думала так же, как ты. Считала, что у меня есть выбор - хотя бы какой-то, и если я не могу отказаться приводить сюда людей или сбежать, то уж последнее право распоряжаться своей жизнью у меня не отобрать даже этому месту. Обнажив руки до локтей, Крольчиха развернула их внутренней стороной вверх. Вдоль всего предплечья рядами тянулись светлые линии, тонкие, как паутина, и Алиса мельком подумала, что это татуировки белыми чернилами. — Но я ошибалась. Крольчиха вдруг вытащила из кармашка жилета крошечный нож для бумаг и, не дав Алисе опомниться, полоснула себя по руке вдоль сухожилий, хорошо зная, где находятся вены.  — Что ты творишь?! Совсем ебанулась! - Алиса бросилась вперёд и зажала ладонями свежие порезы, судорожно вспоминая, взяла ли с собой платок или хотя бы что-то, чем можно перевязать… — Все в порядке. Смотри, - Крольчиха отстранила от себя ее заляпанные кровью ладони и подняла руку повыше, чтобы было видно лучше. Словно в обратной перемотке, кровь возвращалась в рану, и та затягивалась прямо на глазах. Через несколько мгновений о порезе не напоминало ничего, кроме нового тонкого шрама.  — Что за хуйня, - выдохнула Алиса и осела обратно на траву, тупо уставившись на свои ладони. На них не осталось ни единого красного пятнышка. — Страна чудес не даёт мне умереть. Не даёт потерять даже каплю крови. И оставляет каждый шрам, чтобы я не забывала, сколько уже раз проигрывала ей. Она любит со мной играть. Крольчиха спрятала лезвие в кармашек, неторопливо развернула рукава рубашки и аккуратно застегнула манжеты. — Ну вот, опять помялись, - вздохнула она, расправляя ткань. 

♠♥♣♦

— Кажется, можно идти. Шляпница наверняка уже успокоилась. Ты готова? Пока Крольчиха приводила себя в порядок, Алиса пыталась уложить увиденное в голове. Получалось не очень хорошо. — Я правильно поняла, есть правила, которым нужно следовать, чтобы не… проиграть?  Алиса приходила в себя. Первый шок прошел, голова начала соображать в обычном режиме. Происходящее все еще не выглядело полностью реальным, но уже перестало приводить в ужас. Странный синеватый цвет листьев деревьев и их металлический отблеск удивляли, но не пугали; грибы безумных оттенков, птицы цвета кислотного прихода, низкое неестественное небо - все это потихоньку обдумывалось, сортировалось и раскладывалось в голове по соответствующим полочкам. Оставалось только разобраться в главном. — Да. Только есть проблема: даже если играть по правилам, Страна выиграет и сожрет тебя. Если не играть совсем - страна тоже выиграет. Твой единственный шанс это принять свою роль и навязать собственные правила, но это мало кому удавалось. На моей памяти таких не было, а о паре предыдущих чудом спасшихся Алис ходят только слухи да легенды - детали уже стерлись за давностью времени, а летописи есть только в замке Красной Королевы, куда путь заказан всем, кроме меня - меня зовут, когда нужен секундант или рефери во время дворцовых забав. Но дальше двора и приемных покоев не пускают даже меня. Алиса крепко задумалась и молчала вплоть до того, как они вернулись. За столом царила тишина, и у всех она была своя. Шляпница задумчиво напевала неизвестную песенку, забравшись с ногами на свой стул и небрежно помахивая в воздухе чайничком, Соня устроилась на локте Мартовского Зайца и сонно сопела ему в рукав, пока сам Заяц мрачно глядел в красивую фарфоровую чашечку, словно искал в ней ответы на мировые вопросы. Тру и Тра бесновались на лужайке рядом со столом, толкаясь, смеясь и перебрасываясь едой. У их ног в траве беспорядочно валялись кусочки кексов и пирожных.  Алиса вздохнула и помассировала переносицу двумя пальцами: Джек и Джилл что в одном, что в другом мире оставались самими собой, дурными и шумными. Почему-то это давало надежду

♠♥♣♦

— Ебаная кошка! - прошипела Алиса, выбираясь на берег вслед за Крольчихой. Та, в отличие от спутницы, по уши вымазанной в болотной грязи, была относительно чистой, а немного грязи на штанинах можно будет убрать простой щеткой, когда та засохнет. — Я предупреждала, что в ту часть леса лучше не соваться, - Крольчиха невозмутимо поправила одежду и сбившийся набок цилиндр, и скрестила руки на груди. — Если бы ты сказала, что там живет эта конченая дрянь!.. — Она нигде не живет. Просто там бывает чаще всего. — Да насрать! Крольчиха закатила глаза и махнула рукой: за их недолгое знакомство она уже поняла, что проще всего дать Алисе проораться, и та сама успокоится. Так вышло и на этот раз. — Ну, куда теперь? - Алиса, недовольно пыхтя, пыталась вытереть грязь со своих штанов горстью сорванных листьев.  Жалкое зрелище. — Вперед, очевидно. Для тебя здесь нет другой дороги. — Опять загадками говоришь, ушастая? Ты же говорила, что можешь ходить где угодно. — Я - да, но ты не я. У тебя своя роль, не забывай. Раз мы решили делать из тебя героиню, ты должна следовать правилам и идти своей дорогой. — Да ничего мы не решали! И про правила ты говорила, что их нужно навязать. А если буду следовать чужим, то проиграю. Нет? Алиса чувствовала, что в очередной раз запуталась, и от этого снова начала злиться. Крольчиха терпеливо вздохнула. — Ты проиграешь, если будешь следовать правилам Страны чудес. Но есть множество других правил и основ, которые могут тебе помочь. Если ты хочешь победить зло и спасти невинных, то должна следовать пути героини и правилам, соответствующим ему. — Правила, правила, правила, сказки, герои… Что за ебаный бред, - выдохнула Алиса, проведя ладонью по лицу. — Думаешь, я сама в восторге? Я закончила юридический факультет, начала практику, а потом вдруг оказалась в сказке, которой можно пугать детей. Мной можно пугать детей, которые не слушаются и поздно гуляют одни, понимаешь? Так что соберись, выкинь уже свои грязные листья и пойдем по твоей чертовой прямой героической дороге, пока я не решила, что зря вытащила тебя из лап Кошки! Алиса ошарашенно уставилась на Крольчиху, словно увидела её впервые. Она умеет злиться? Она училась на юридическом? Она?.. — Ну, идешь? - Крольчиха обернулась через плечо, блеснув очками. Она выглядела уставшей и напряженной, но такой уверенной в своих действиях и планах, что Алиса вдруг осознала: если у нее и есть шанс справиться со Страной, то только благодаря этой язвительной крольчихе-юристке, ни больше ни меньше. Если их пути разойдутся или с Крольчихой что-то произойдет, то Алиса сможет смело встать на самую высокую гору и кричать свое имя, пока Страна ее не услышит и не сожрет. — Иду, - неожиданно серьезно ответила Алиса, словно собиралась не на лесную тропку, а на поле брани, и Крольчиха недоуменно посмотрела на нее. А после вдруг улыбнулась так светло и мягко, что сердце новоявленной героини Страны Чудес зачастило и забилось, как пойманная в ладони птаха.

♠♥♣♦

Гусеница оказалась своеобразной. У нее было ожерелье из деревянных бусин, косточек и черепа мелкого хищного животного, серьги с черепками птиц, струящиеся одежды, похожие на живые плотные тени, а не ткань, и забавный синий тюрбан под цвет кожи. Рот прорезал её голубоватое лицо крупной изогнутой трещиной, как маску, а слепые глаза без зрачков имели равномерный молочно белый цвет. Из складок тюрбана задорно торчали, легонько шевелясь, усики насекомого. Гусеница держала в руке крупный мундштук, чья трубка тянулась не к кальяну, как положено, а уходила прямо в густой белесый туман, из которого Гусеница степенно вышла вперед. — Кто это тут у нас? - Голос гусеницы походил на шорох ночных камышей, посреди зарослей которых кажется, будто опасность поджидает со всех сторон.  Алиса поежилась. — Это я, Мама Гу, и со мной наконец-то Алиса, которая готова помочь себе и нам, - Крольчиха поклонилась с неожиданным уважением. Гусеница выдохнула ароматный дым и трескуче рассмеялась, и её смех был похож на пощелкивание углей от костра. — А-а-а, это ты, дитя мое. Здравствуй, здравствуй. Дай-ка мне взглянуть на эту Алису поближе. Алиса едва сдержалась и не спросила, каким образом на нее собирается смотреть слепая, а через миг Гусеница уже оказалась прямо перед ней, протягивая длиннопалые руки к её лицу.  — Как вы так быстро переместились?.. - хриплым от удивления спросила Алиса, замерев, чтобы не мешать узловатым прохладным пальцам осматривать скулы и лоб. Вопрос очевидно был риторическим, и Мама Гу промолчала. Запах табака от её рук оседал на языке странной пряной горечью. Алису слегка повело, и она прикрыла глаза.  Открыв их, она оцепенела: прямо на нее смотрел темный зрячий глаз, расположенный по центру открытого лба Гусеницы: то, что Алиса приняла за странную глубокую морщину, оказалось сомкнутыми веками, за которыми пряталась багряная радужка на черном белке. — И правда, любопытная у тебя судьба, дитя. Вот, возьми, это поможет, когда настанет нужное время, - не отрывая цепкого взгляда, Гусеница протянула к Алисе ладони, на одной из которых лежал пупырчатый кекс с бумажным флажком «съешь меня», а на второй - крохотный бутылек с алой жижей и подписью «выпей меня».  — Спа…- начала Алиса и запнулась, чувствуя, как по спине пробегает целое стадо мурашек, а волосы на затылке приподнимаются у корней: две руки Мамы Гу до сих пор ласково касались лица Алисы, пока еще две руки держали странные подарки. Гусеница улыбнулась шире, из-за чего её рот почти разделил лицо на две неравные части. Вручив Алисе кекс и бутылочку, она спрятала все четыре руки в складках одежд и в следующее мгновение оказалась на прежнем месте, где снова принялась неторопливо курить. — Спасибо, Мама Гу, - снова поклонилась Крольчиха и пихнула локтем застывшую камнем Алису. Та отмерла и неловко поклонилась тоже. — Спасибо. Улыбка Гусеницы стала совсем уж жуткой. Снова зазвучал треск раскаленных углей. Туман вокруг стал белее и гуще. — Не за что, дети. Я останусь еще и должна, когда мы все получим долгожданную свободу. А пока ступайте на следующую страницу нашей сказки, это безопасный путь, - Гусеница взмахнула тонкой угловатой рукой, и туман начал рассеиваться, вокруг стал проступать ночной темный лес, а на земле показалась дорожка маленьких фосфоресцирующих грибов. — Прощайте. Когда Крольчиха и Алиса обернулись, Гусеницы уже не было. Лишь зависло, словно в насмешку, небольшое облачко белого дыма, и сразу развеялось.

♠♥♣♦

— Ну то есть про героический путь это была не фигура речи, - Алиса не спрашивала, просто уточняла. Они с Крольчихой сейчас стояли посреди гостевых покоев в особняке трех Дам - сестер Красной Королевы. Дама Треф, Дама Бубен и Дама Пик встретили их как добрых подруг, а едва Крольчиха рассказала, что привела новую Алису, готовую сражаться за свободу и жизнь, как они и вовсе пришли в полный восторг. — А ты что думала? Тут живут Шляпники, Бармаглот, человекоподобные Кролики и есть игра в крикет живыми животными. Тут есть Королева, в конце концов. Королевский замок. Средневековая казнь через отрубание головы! - Крольчиха возмущенно наворчала на глупую Алису, а под конец тирады так сильно закатила глаза, что наверняка смогла бы осмотреть собственный череп изнутри. — Ты так говоришь, будто я идиотка, - Алиса нехорошо прищурилась. — А ты не? - Крольчиха хмыкнула, скрестив руки на груди, и легко увернулась от тычка кулаком под ребра. Алиса рыкнула и попыталась достать ее еще раз, но опять потерпела неудачу. Крольчиха оказалась слишком шустрой. — Это не я смотрю на обычный меч как баран на новые ворота. — Кроме меча тут еще полный доспех, вообще-то. И плащ. — И рыцарский конь во дворе. — Вот именно! В голосе Алисы было столько неприкрытого возмущения, что Крольчиха не выдержала и рассмеялась, да так, что на глазах выступили слезы. Ей даже пришлось опереться на чужое плечо, чтобы устоять на месте. Теперь уже Алиса недовольно закатила глаза, но все же позволила опираться на себя. — Ох, прости, прости, - Крольчиха отстранилась, утирая слезы. — Не стоит, — отмахнулась Алиса, хотя по ее голосу было понятно, что еще как “чего”. - Тебе все равно не стыдно. — Нет, правда, не злись. Давай я оставлю тебя ненадолго, чтобы ты свыклась с новым амплуа, а потом вернусь и помогу тебе надеть доспех и плащ. Алиса вздохнула, соглашаясь. — И забраться на коня? — И забраться на коня.

♠♥♣♦

Красная королева была боса, простоволоса и сражалась яростно, как соболица, защищающая свое гнездо; карточные воины сыпались на обитателей Страны чудес нескончаемым потоком, словно из руки настоящего фокусника. На поле брани рядом с клочками глянцевого картона лежали смятые лепестки белых и алых роз, между ними пестрели розовые перья фламинго и всякая мелкая ерунда. Алиса взмокла от пота, дыхание сбилось, рука онемела от тяжести рыцарского меча, а плащ был испачкан и изодран острыми пиками королевской стражи, что бросалась прямо на меч ради своей Королевы. Когда не осталось защитников, Королева бросилась на меч сама. — Зачем? — только и спросила Алиса, роняя на землю окровавленный меч, в котором больше не было смысла: королевская армия превратилась в труху и рвань, развалилась, растрескалась, как битый фарфор, Королева медленно умирала, а королевский замок постепенно разрушался - падали камни, летели вниз башни и башенки, осыпались мелким мусором стрельчатые окна и черепичные крыши. Ничего из этого не достигало земли, и замок истаивал, словно замороженная вода на ужасной жаре. Раненая Королева улыбнулась. Три придворные Дамы подобрали пышные юбки и сели на траву вокруг нее. Дама Треф осторожно уложила голову сестры себе на колени, перебирая и разделяя кроваво красные мягкие волосы, спутавшиеся во время боя. Остальные просто тихонько касались рук своей сестры. — Я ведь тоже устала, Алиса, — сказала Королева с заметным усилием, глядя в небо. — Так долго играла свою роль, что забыла, какая я на самом деле. Забыла, как сильно люблю сестер. Забыла, каково это - что-то решать самой. Хотя бы насчет собственной жизни. — Ты тоже не могла… уйти сама? — Только меч Алисы, героини этой истории, способен освобождать. Алиса кивнула Королеве и отошла в сторону, оставив придворных Дам ворковать со своей умирающей сестрой.  В начале пути она рассчитывала, что все закончится, Страна чудес падет, рухнет шахматная доска, рассыплется по полу колода, и она выйдет из этой сказки как гусь из воды. Все это было таким нереальным, сказочным, странным, нелогичным и непонятным, как сон. А сны должны проходить и оставаться в ночи, забываться, отступая так глубоко, что никто не станет искать. Сейчас, глядя на почти исчезнувший замок, на обрывки карт, усеявших поле вокруг, и трех сестер, тихо поющих четвертой последнюю колыбельную, она испытывала боль. — Загоняешься? Сожалеешь о чем-то? - Крольчиха встала рядом. Её нагрудник был заляпан чем-то бурым, а ненужный больше арбалет висел за спиной. — Просто… гаденько как-то, не находишь? — Мгм, — согласилась Крольчиха, краем глаза замечая движение на опушке леса. — Смотри-ка. Из-за деревьев показалась Чеширская Кошка. Она замерла, не выходя из тени, и уставилась на Алису пронзительными желтыми глазами. Та напряглась, но Крольчиха покачала головой. — Она тоже умирает. Присмотревшись, Алиса и правда заметила, как медленно исчезает кошачье тело. Как бледнеет и выцветает мех на пушистом воротнике, становятся прозрачными когти и острые уши.  — Часть корабля, часть команды? - хмыкнула Алиса, но Крольчиха непонимающе посмотрела на нее, — да ты шутишь? Совсем не знаешь классику? — Классику? Могу про Рембрандта рассказать. Или про Фриду Кало. Алиса нарочито раздраженно махнула на нее рукой, и Крольчиха, смеясь, увернулась. Обернувшись к Кошке еще раз, они увидели в воздухе только зловещую клыкастую улыбку и затухающие желтые глаза.

♠♥♣♦

Страну Чудес медленно поглощал белесый туман. Скрадывался горизонт, все вокруг становилось далеким и прозрачным, неверным, как ночной бред от температуры. Исчезли в молочном мареве фламинго и розовые кусты, утонули в белизне трое притихших сестер, обнимающих четвертую. Раздался вдалеке потрескивающий смех Мамы Гу и тут же затих, растворился, будто и не было. Рядом с Алисой осталась только Крольчиха, чьи яркие зеленые глаза казались единственной реальной вещью, оставшейся на свете. Крольчиха смотрела прямо, и было понятно, что она хочет сказать что-то очень важное. — Ну что ты так смотришь, а? - Алиса неожиданно для себя потянулась и поправила выбившуюся прядку волос Крольчихи. Та едва заметно дернула головой, словно хотела приластиться к чужой ладони, но так и не решилась. — Ты ведь полицейская, у тебя достаточно ресурсов, так? Я хотела попросить тебя: после того, как выберешься, найди мое тело. Это звучало так сюрреалистично, что Алиса не сразу поняла, что ей сказали. Она слышала слова, но те никак не желали складываться в предложение и приобретать смысл. — Какое еще тело? Ты ведь вернёшься с остальными. Крольчиха бездумно потянула себя за ухо. — Нет. Страна держит меня в коме в реальном мире. Можно сказать, я застряла между двумя мирами. Иначе я не смогла бы выбираться из Страны в реальность. Я хочу, чтобы ты нашла меня и, если я не очнусь, отключила от… — Ты очнешься, - резко перебила ее Алиса. — Почему ты так уверена? - Крольчиха грустно улыбнулась, глядя в землю. — Я уже так долго лежу в коме… — Ты. Очнешься, - с нажимом, почти зло произнесла Алиса, и Крольчиха подняла на нее взгляд и улыбнулась чуть светлее. — Как скажешь. Ты так уверена в своих словах, что мне тоже хочется в них поверить. — Если не веришь в них, верь в мою уверенность в тебе. Ты слишком настырная и доставучая, чтобы умереть. — А ты слишком дотошная, чтобы отпустить меня просто так, верно? — Абсолютно, - Алиса хмыкнула. — Как тебя всё-таки зовут? Я не могу искать по одному описанию. Точнее, могу, конечно, но на это может уйти много времени. — Меня зовут Альба Мария Гудвин. Мне двадцать ше…Точнее, уже тридцать один.  Алиса поражено вытаращилась на нее. — Ты здесь так долго?! — Я говорила. Предыдущий Кролик был тут около двенадцати лет. Его тело стало отказывать, он периодически зависал, как программа в телевизоре, и Страна заставила его найти нового проводника прежде, чем он умрет. Так что… я хочу, чтобы меня хотя бы похоронили нормально. Не хочу, чтобы мое тело медленно умирало еще несколько лет, моим родным уже пора отпустить… Алиса молча схватила Крольчиху за плечи и впилась в нее полубезумным взглядом, а после неожиданно крепко обняла, вжимая в себя так, что стало трудно дышать. — Я найду тебя, - шепотом пообещала она и нехотя отстранилась. На бледном лице было больше опасений, чем уверенности, но Крольчихе было плевать. — Я тебе верю. Они смотрели друг другу в глаза, пока Алиса не истаяла в воздухе без следа. 

♠♥♣♦

Едва вывалившись из густых кустов в парке и перепугав романтично гуляющую парочку Женевьева ринулась в свой участок. По пути полицейская попыталась привести себя в относительно приличный вид, пригладила пальцами волосы (бесполезно), одернула перекосившуюся одежду, даже дыхнула в ладонь, чтобы проверить, что изо рта ничем не несет. Быстро проверила телефон - тот действительно включился, но дату и время выдавал заводские. Плевать. В здание участка она влетела, с удивлением обнаружив, что в холле, гомоня, собралась половина участка, но в её сторону никто даже не повернул головы. — Что здесь?.. Женевьева быстро оглянулась на календарь - она отсутствовала полтора месяца - и принялась протискиваться через коллег. — Да дайте же… Джек и Джилл?! — О, прекрасная белая женщина, и ты здесь, - близнецы приветственно осклабились в её сторону. Наступила мертвая тишина: на Женевьеву, наконец, обратили внимание. И она с досадой подумала о том, что поиски Крольчихи - Альбы Марии Гудвин - придется ненадолго отложить.

♠♥♣♦

Вечер и ночь выдались совершенно безумными: то и дело в полицию звонили с сообщениями о возвращении пропавших за последние годы людей. Они ничего не помнили о времени, которое отсутствовали, но были здоровы и выглядели совершенно так же, как в день пропажи, что ставило следствие в полный тупик. Полицейские поднимали старые дела о пропажах, обзванивали родственников и в целом были заняты так, что на Женевьеву, мгновенно влившуюся в работу спустя полтора месяца отсутствия, все перестали обращать внимание. Даже радовались, что она вернулась так вовремя. Где-то между поздней ночью и ранним утром Женевьева смогла добраться до своей подруги, Марии. После пятнадцатиминутных приветственных воплей и радостных слез Мария полностью успокоилась и была готова воспринимать информацию. Полицейская выправка, как никак. — Как, говоришь, её зовут? - Мария шустро клацала мышью, ища нужную программу. Для поиска людей в разных структурах у нее имелся доступ к нескольким базам данных.  — Альба Мария Гудвин. Она в коме, ничего секретного, так что… Едва дослушав имя, Мария мгновенно ввела его в поиск и зашуршала колесиком. За ночь активной работы компьютер успел перегреться и слегка подвисал, и полицейская нетерпеливо постукивала пальцами по столу. Женевьева, нависая над подругой, уперлась глазами в экран и с силой сжимала спинку кресла.  Если её нет в этой базе… — Нашла. Представляешь? С первого раза. Сердце Женевьевы пропустило удар. — Где?!

♠♥♣♦

В больницу Женевьева вошла едва ли не с ноги и тут же потребовала номер нужной палаты, для устрашения положив на стойку ресепшена табельное оружие и полицейский значок. Администратор, бледный молодой человек с мешками под глазами, уже через половину минуты выдал номер и этаж, и тихонько добавил что-то про часы посещения, едва ли надеясь быть услышанным. Женевьева кивнула, развернулась и едва не впечаталась лбом в лоб мрачного сонного врача, которого не заметила раньше. — Вы ее родственница?  — Нет, я из полиции. Женевьева прищелкнула полицейским значком прямо перед носом скептически настроенного врача. Тот прищурился и наклонился вперед, будто пытаясь рассмотреть в удостоверении какой-то подвох, признак того, что его обманывают. С небольшой страницы на нее смотрело лицо лейтенанта полиции, такое же хмурое, как и оригинал. — Понял. Можете прийти в часы посещения. Женевьева нахмурилась сильнее, складка между бровей стала глубже и темнее. — Это дело повышенной важности. Врач хмыкнул. — Она пять лет лежала, не нужная никому, кроме своей сестры, а теперь вдруг дело повышенной важности? Полицейская скрипнула зубами и судорожно глубоко вздохнула, успокаивая себя. Конфликтовать не входило в её планы. — Мы подозреваем, что… – хрипло начала она, но врач жестом остановил её. — Послушайте, - устало и неожиданно мягко произнес он, — у нас есть правила. Я не запрещаю вам посещение. Моя смена закончится через полтора часа, и я лично провожу вас к мисс Гудвин. А пока можете подремать в ординаторской, вам явно не помешает.  Они постояли еще недолго, глядя друг на друга, а после врач развернулся и направился вперед по коридору. Помявшись пару секунд, Женевьева последовала за ним. Все-таки, после бессонной ночи ей и правда стоило подремать. Разбудил полицейскую негромкий голос и терпкий запах растворимого кофе. — Просыпайтесь, лейтенант, приводите себя в порядок. Кофе на тумбочке для вас. Я вернусь через десять минут, и можно будет идти. Женевьева рывком села на софе, кивнула лохматой головой, соглашаясь, и осоловело уставилась на чашку, от которой поднимался полупрозрачный пар. Кофе выглядел откровенно паршиво, но именно такой обычно бодрил лучше всего - сложно не взбодриться, влив в себя отвратительно горькую кофеиновую бурду. Широко, со стоном, зевнув, Женевьева принялась за свой внешний вид. В углу комнаты нашлась раковина с зеркалом, и около семи из своих десяти минут полицейская потратила на то, чтобы с помощью воды и ловкости рук превратить неопрятное взъерошенное гнездо на голове в лохматые, но всё-таки волосы. После она поплескала в лицо холодной водой, утерлась рукавом рубашки и едва успела залпом выпить все еще горячий кофе, как дверь в ординаторскую открылась. — Готовы, лейтенант? Женевьева подняла покрасневшие, слегка слезящиеся после опаленного горячим кофе горла, глаза, и кивнула.

♠♥♣♦

С врачом она распрощалась перед входом в палату. Вошла, застыла у самой двери, уставившись на занавеску, за которой угадывались контуры постели и спящего на ней человека. Зачем-то опять поправила волосы, одернула рубашку. Неловко кинула куртку на стоящую рядом высокую вешалку, едва не снеся её - вешалка зашаталась с грохотом, но устояла. — Упс, - полицейская слегка втянула голову в плечи - и замерла. — Кто… там?.. - сипло и едва слышно раздалось из-за занавески. За вопросом последовал хриплый надсадный кашель.  Женевьева быстро осмотрелась. Найдя глазами кувшин с водой и одноразовые стаканчики, торопливо налила воды, немного пролив себе на ботинки, и шагнула за ширму, не дав себе больше времени на сомнения. — Это я. Водички? - улыбнулась она. В ответ на нее взглянули усталые, но яркие зеленые глаза.  — Да, - прошелестела Крольчиха - Альба - облизнув сухие шершавые губы, и полицейская села рядом, придержав ту под тощую спину и помогая напиться. Часть воды пролилась мимо по подбородку, и Альба поморщилась, но пила, пока Женевьева не убрала стакан.  — На первый раз хватит, - она аккуратно смахнула большим пальцем капли воды с чужого подбородка. — Мгм, - на грани слышимости согласилась Альба, прикрыв глаза и тут же провалившись в дремоту. После стольких лет без движения её утомили даже несколько минут бодрствования.  Полицейская неторопливо поправила её одеяло и с неизвестно откуда взявшимся трепетом убрала с лица длинные волосы - куда более длинные, чем были у Крольчихи в Стране чудес. Видимо, Страна сохраняла облик, в котором та впервые попала в ловушку.  Женевьева встала, напоследок задержавшись взглядом на истощенном лице с впалыми щеками. Альба и так была довольно скромных размеров, а кома сделала её тело совсем хрупким. В сердце кольнуло от осознания, что у девушки и близко не было десяти лет, которые продержался предыдущий Кролик, и что они чудом успели. Потоптавшись у постели еще с минуту, Женевьева отправилась за врачами.

♠♥♣♦

Альба еще не успела толком проснуться, а уже морщилась от яркого света, падающего прямо в глаза. Рядом что-то зашуршало а после послышался звук закрывающихся жалюзи.  — Так лучше? Альба приоткрыла глаза, пытаясь сфокусироваться. Перед глазами плыло. Точно, очки. Она привычным жестом потянулась вправо к тумбочке, но мелькнула тень и очки вдруг сами оказались на носу, а напротив радостно оскалилась обретшая четкость Алиса. — Ну привет. — Привет, - Альба моргнула, сопоставляя увиденное с воспоминаниями. Выбивалась только рубашка - на этот раз она была черной, а не белой, а все остальное, включая пушистое гнездо волос на голове, осталось таким же. — Ты так и не сказала мне, как тебя зовут. Полицейская на мгновение зависла, вспоминая, что действительно забыла представиться. — Женевьева де Вилар. Можно просто Джен. — Вот как. Женевьева. Джен, - смакуя, произнесла Альба. От своего имени на чужих губах полицейская вдруг ощутила легкое волнение и мурашки по загривку. Альба кивнула, — Красиво. Хотя имя Алиса тебе тоже очень шло. Но Джен мне нравится больше. — Ну раз тебе нравится, то точно оставлю как есть, – хмыкнула полицейская.  Альба улыбнулась ей в ответ.

♠♥♣♦