За лиловыми облаками

Большой белый орёл спускался на плодовитую землю в окрестностях Джиу Ли. Не успели Сяо Яо и Сян Лю ступить на тропу, которая вела в поселение, к ним навстречу вышли несколько человек. Один из них заметно отличался более богатыми одеждами и властным взглядом – он явно был не последним человеком в деревне. – Кто вы? Сян Лю и Сяо Яо переглянулись. Весть о том, что Сяо Яо – дочь Чи Ю была широко известна во всех больших городах, но из-за удаленности Джиу Ли местный народ вряд ли знал об этом. Если она назовет себя именем Гаосин Цзюй Яо, её могут не пропустить к родительскому дому. Сяо Яо подумала о том, что велика вероятность и вовсе вскоре лишиться титула. Тогда ей нужно будет взять новое имя. Не долго думая, Сяо Яо сказала: – Я Си Лин Цзюй Яо. Сяо Яо посмотрела на Сян Лю, но тот лишь молча достал жетон и показал его вопрошавшему. – Вы? Дочь…? Жетон генерала? Откуда он у вас? – Моё имя Сян Лю. Мой отец сражался вместе с Чи Ю. Прошу прощения, не могли бы Вы тоже назвать себя? – Я Король вуду, а это мои ученики. Король Вуду был потрясен. Он приказал ученикам собрать всех мастеров и подготовить большую молитвенную церемонию. Затем он повел Сяо Яо и Сян Лю на холм в сторону сада персиковых деревьев. По дороге к саду взор Сяо Яо привлек большой белый алтарь, из которого вышли несколько вуду-мастеров. Девушка обратилась к Сян Лю: – Дай мне, пожалуйста то, что я попросила тебя сохранить. Эта земля… Это прах моих мамы и папы. Наконец-то они смогут вернуться домой. Король вуду посмотрел на обугленный сверток в руках девушки и начал петь древнюю песню-заклинание. Сяо Яо, удивленная тем, что знает её слова, начала подпевать. Мастера и ученики вуду уставились на неё в изумлении. Закончив петь, Король вуду рассказал гостям, что холм, на котором они находятся, является священным местом в Джиу Ли. Здесь почитают Чи Ю и его жену, знахарку Си Лин. – Прошу вас, проходите. Дом Ваших родителей в той стороне. Сяо Яо очень заволновалась. Сян Лю почувствовал это, и взял её за руку, крепко сжав. Дом Чи Ю и Си Лин Хэн был ухожен. Вокруг него росло множество цветов, а рядом с колодцем стояло ведро с водой, будто хозяин лишь ненадолго отошел по делам. Сяо Яо легонько толкнула дверь и вошла внутрь. В прихожей висел большой портрет: Чи Ю, облаченный в красное одеяние, держал за руку знахарку Си Лин, одетую в голубой наряд, а за их спинами виднелся большой белый орёл в окружении персиковых деревьев. Сяо Яо долго смотрела на портрет, затем улыбнулась Сян Лю. – Это мои родители. У папы был такой же орёл, как у тебя. Сяо Яо зажгла три палочки с благовониями и поставила их в урну. Затем она вместе с Сян Лю трижды склонилась перед портретом и оглянулась вокруг. В доме было чисто. Возле окна располагался стол, на котором стоял чайник, две керамические чаши и расписная ваза с веточками персикового дерева. Дощатый пол едва заметно скрипел, когда Сяо Яо зашла в соседнюю комнату. Посреди неё стоял стол, на котором лежала аккуратно сложенная детская одежда. Сяо Яо подошла ближе и взяла в руки зеленое платьице. – Неужели мама сама сшила это для меня? Сян Лю подошел сзади и обнял Сяо Яо за плечи. – Твои родители искренне желали вырастить тебя в любви и заботе. Посмотри сюда. Сян Лю указал на большую коробку в углу комнаты. Сяо Яо подошла и заглянула внутрь. Там лежали неаккуратно вырезанные деревянные игрушки: фигурки лошади, зайца, нескольких зайчат и бабочки. Рядом лежал маленький барабан с ручкой и двумя ударными шариками на веревках, металлический колокольчик и несколько детских деревянных шпилек для волос с яркими синими стрекозами на концах. – Это папа вырезал для меня? Сяо Яо не нуждалась в ответе. Она перевела взгляд направо и увидела большую деревянную лошадку-качалку. Девушка подошла и качнула её рукой. – Смотри, какой смешной у нее рот. Наверное, папа и её сделал сам. Сяо Яо улыбнулась, но её голос дрожал. Она долго ходила по дому, изучая каждую деталь быта родителей. Откуда-то издалека донеслись обрывки молитвы. Она была знакома Сян Лю, и он сказал: – Здесь принято считать, что смерть – это не конец, а возвращение, поэтому песня не несёт горечи. Эта песня успокаивает души и ведет их домой. Вернувшись во двор, Сяо Яо и Сян Лю увидели одиноко сидящего под деревом Короля вуду. Они вместе подошли к нему и поклонились. – Мы хотели спросить у Вас о вуду-жуках, если Вы позволите. – Говорите, барышня. – Когда-то давно я вырастила пару жуков Гу и подсадила жучка этому молодому человеку. Но в то время я ничего не знала о них и до сих пор имею смутное представление. Король Вуду в недоумении уставился на Сяо Яо, затем направил на неё руку и закрыл глаза. Спустя несколько мгновений он сказал: – Это действительно жук Гу. Он соединяет два человека в жизни и эмоциях. Но он капризен и трудно управляем, а также требует абсолютного согласия для посадки. А если жучок уже посажен, нет способа разорвать заклинание. Сяо Яо пыталась сохранить спокойствие и тихо спросила: – Это правда, что если один человек с жуком Гу умирает, то другой умирает вслед за ним? Король вуду вздохнул: – Народная баллада нашего Джиу Ли поет: "Витые корни парасольного дерева сплетаются на земле, птицы цзянь не летают в небе поодиночке, пара уток в воде всегда умирает вместе". Сяо Яо с ужасом посмотрела на Сян Лю. – Я так слаба! Я не хочу, чтобы ты умер из-за меня! – Просто позаботься о себе, когда меня нет рядом. Казалось, Сян Лю совсем не волновался и позволил Сяо Яо ощутить свое сердцебиение. Король Вуду продолжил говорить: – Ваша связь очень сильна, но разница в духовных силах влияет на возможности управления тварями. Боюсь, Вы, барышня, не можете контролировать своего жука. – Вы правы, мастер. Есть ли способ это исправить? – Ваши меридианы повреждены. Если хотите управлять тварью, Вы должны восстановить течение энергий в своём теле. Вот только на это могут потребоваться десятилетия усердных практик. – Понятно. Я так и думала. Сяо Яо поникла. – Вы должны знать ещё кое-что о жуках Гу. Течение событий в жизни непредсказуемо. Если Вы когда-нибудь обернётесь врагами друг другу, а ваши сердца наполнятся ненавистью, жуки Гу превратятся во Вредителей Сердец и убьют вас. Сян Лю крепко сжал руку Сяо Яо, словно хотел заверить: такого никогда не случится. – Молодой человек, Вы, похоже, достигли совершенства в управлении этими тварями. Когда Ваша возлюбленная восстановит силы, Вы сами сможете научить её управлению. Мне больше нечего вам обоим сказать. – Благодарю за похвалу, мастер. Сян Лю поклонился. Сяо Яо последовала его примеру, после чего оба направились в сад персиковых деревьев. Король Вуду провожал глазами возлюбленных, но его взор застелила пелена воспоминаний о горделивом мужчине в красном одеянии и улыбчивой знахарке, которой удалось завоевать его сердце. Сян Лю призвал Маоцю, и все трое взмыли в воздух. Сяо Яо хотела исполнить желание родителей и развеять их прах над местом, которое они считали своим домом. Развернув ткань, девушка рассмотрела землю. Четыре сотни лет алые лепестки персика падали на неё, из-за чего почва обрела красноватый оттенок. Сяо Яо схватила горсть земли и раскрыла ладонь, чтобы ветер подхватил и развеял её над алтарем, домом и садом персиковых деревьев. Красная земля раз за разом подымалась в воздух и подобно каплям крови орошала священный холм. Сян Лю бережно придерживал Сяо Яо за спину, пока она не закончила ритуал, и затем направил орла обратно в сад. После неспешной прогулки по саду Сяо Яо и Сян Лю перекусили фруктами, поблагодарили мастеров вуду за гостеприимство и попрощались. Они решили провести еще одну ночь на острове в форме кольца. *** Приветствуя хозяйку на острове, Юми радостно чирикнула, но тут же надулась, когда перевела взгляд на Маоцю. Орёл нарочито отвернулся и горделиво потопал в сторону озера, чтобы попить воды. Сян Лю, напротив, отправился в сторону океана и исчез в его глубинах, чтобы словить немного рыбы и моллюсков на ужин. Сяо Яо осталась на берегу собирать хворост для костра. Сидя у огня, возлюбленные наслаждались шорохом волн, ароматами и вкусами свежеприготовленных даров моря, лунной дорожкой на зеркальной глади озера и обществом друг друга, таким уютным и таким безмерно ценным. Закончив трапезу, Сян Лю нерешительно посмотрел Сяо Яо. – Сяо Яо… Я хотел спросить. Я правда не понимаю. Как ты… Еще тогда в Циншуй, как ты не смотря на все, что я делал, смогла… – Полюбить тебя? Сян Лю посмотрел на девушку взглядом, полном противоречивых чувств, и ничего не ответил. – Помнишь, я сказала, что если ты хочешь увидеть красоту, то тебе стоит посмотреть в зеркало? Сян Лю продолжал молчать. – Ну, вот. Сяо Яо засмеялась, но Сян Лю было не до шуток. – Если говорить серьезно, то я чувствовала, что ты был первым за годы моих скитаний, кто действительно понимал меня. Тебе первому я рассказала о своем болезненном прошлом, и ты внимательно слушал меня. Ты терпел мои насмешки и мою ложь, хотя мог с лёгкостью убить меня. Побывав в военном лагере во второй раз, я действительно начала уважать тебя. И, конечно же… Сяо Яо на мгновенье запнулась и смущенно потянулась рукой к белоснежным волосам демона. – Ты настолько красив и притягателен, что даже сложно поверить, что ты настоящий. Сян Лю, наверное, впервые в жизни чувствовал себя настолько неловко. Не зная, как реагировать на такие слова в свой адрес, он продолжал молчать. – Сян Лю, что с твоим лицом? Ты что… смущён? Сяо Яо и подумать не могла, что демона возможно смутить, и её искренне забавляло видеть его неловкость. Она улыбалась так широко, насколько это было возможно. Не выдержав такого давления, Сян Лю встал и подлетел к озеру, а затем нырнул в воду, оставив за собой лишь легкую рябь. Сяо Яо громко засмеялась. Девушка решила еще больше раздразнить демона. Наспех сняв верхнее платье, она нырнула в воду. И пусть Сяо Яо не могла в темноте ночи видеть Сян Лю, она точно знала, что он видит её. Внезапно она почувствовала, как сильные руки схватили её и так же быстро вытащили на берег. Сяо Яо лежала на мягкой траве, усеянной голубыми цветами, и не могла пошевелиться. Её грудь тяжело вздымалась, а руки были плотно прижаты к траве руками Сян Лю. Всё, что она видела, – это его прекрасное лицо, пылающие алым глаза и россыпь белоснежных волос, ласкающих её щеки и шею. – Кажется, ты забыла, кто я такой. И хотя демоническая сущность Сян Лю проснулась, в его голосе не было угрозы. Только властное желание обладать. И Сяо Яо всем своим существом желала быть в его власти. Шум прибоя за тюльпановым деревом становился всё громче. Необузданный ветер вздымал и неумолимо срывал волны, разнося по воздуху соленые брызги.