Ревность и доминирование

Виктор всегда знал, что их отношения с Джейсом не могут закончиться ничем хорошим. Точнее, это и не отношения были вовсе... Они просто время от времени целовались и занимались сексом. Но помощник профессора просто не мог позволить себе большего — даже думать о большем. Джейс — выходец из Пилтоверской семьи, наследник фамилии Талис, живший в достатке с самого рождения, не знавший бедности. А Виктор же — родившийся в Зауне калека, который пробрался так далеко благодаря собственным усилиям и удачи, но даже сейчас он едва ли мог ощущать себя частью этого шумного города. Ко всему прочему, проблем придавала болезнь — было неизвестно, насколько долго он с ней протянет. Конечно, он не умрет завтра, прямо во время работы над проектом, но вот доживёт ли он до старости — вопрос без чёткого ответа. И несмотря на то, что Джейс не раз предлагал своему напарнику поменять, наконец, тип их отношений, ведь они и так уже практически ведут себя как пара, Виктор отказывался. Естественно, каждый отказ давался ему тяжело, ведь учёный и сам осознавал свои далеко не дружеские чувства. Во время поцелуев и секса, он ощущал не только страсть, но ещё и нежность, трепет от каждого прикосновения возлюбленного, мурашки по коже от каждого его движения. По правде говоря, Виктор не из тех, кто согласился бы на интимную близость только исходя из своих плотских желаний. Для него секс был чем-то сокровенным — не просто занятие ради удовольствия, а что-то сродни единению душ. У него либидо было не таким высоким, как у остальных людей, но с Джейсом он терял голову. Само собой, сам напарник об этом не знал, ведь ему об этом никто не сказал. Виктор привык скрывать свои проблемы и переживания — он даже не знал, каково это, начать делиться такими подробностями, раскрыть кому-то свою душу. Поэтому Джейс думал, что Виктору просто хочется заниматься сексом — поцелуи он никогда не начинал первым, лишь подхватывал настрой Талиса. Виктор привычно стоял у огромной доски в кабинете, опираясь об трость и рассматривая формулы, которые они с Джейсом писали вчера. Последний опаздывал, что немного беспокоило. Как раз, когда учёный об этом подумал, дверь в комнату открылась и в неё вошёл напарник. — Прости, опоздал, — виновато произносит Джейс, закрывая дверь за собой. — Я заметил, — спокойно отвечает Виктор, переводя взгляд на мужчину. Талис подходит к нему, чтобы вместе посмотреть на вчерашние формулы. Когда тот приближается, Виктор чувствует сладкий запах, очень схожий с корицей и какими-то ягодами. В голове сразу всплывает диалог, который он невольно услышал сегодня, проходя по коридору академии. — У вас отличный вкус советница, ваши духи пахнут просто превосходно. Сладкие, с нотками корицы и цитруса, вам подходит, — кто-то из педагогического состава, похоже, пытался добиться расположения советницы такими банальными комплиментами. — Благодарю, я обычно не люблю подобные сладкие запахи, но этот пришёлся мне по вкусу, — вежливо ответила Мэл с лёгкой улыбкой на губах. Только после этих слов Виктор действительно уловил лёгкий сладкий запах, хоть и проходил на достаточном расстоянии. Вспомнив эту сцену, у учёного сразу стало все на свои места. — Ты был у советницы Медарда? — с напускным равнодушием спрашивает Виктор, слегка сжимая в руках трость. — Откуда ты узнал? — Вопрос первым задал я, отвечай. — Она просто хотела поговорить со мной по поводу нашего проекта. — Поэтому ты опоздал? — Да. К чему этот допрос? Я опоздал на пол часа, но мы сможем наверстать это время, если ты оставишь свои глупые расспросы. Конечно, снова эта женщина... А как иначе? В последнее время, Виктор начал слишком часто замечать как эти двое болтают, а если встречаются где-то, то хотя-бы мимолетным взглядом и улыбкой обменяются точно. К самой Мэл у учёного совершенно не было никакой неприязни: она умная и целеустремлённая девушка, к тому же, помогла им отстоять их проект перед советом. Но вот её отношения с Джейсом его напрягали. Было неприятны даже от мысли, что они всего пару минут были наедине и беседовали о чём-то. Но, даже если бы между ними была тайная связь, что Виктор мог предъявить Джейсу? Они не были романтическими партнёрами, он сам отказался от этого, отчего раздражался ещё больше. Но кое-что он всё-таки мог сделать. Не давая ответа на заданный ему вопрос, Виктор мгновенно сокращает и без того маленькое расстояние между ними, беря напарника за воротник рубашки, резким движением притягивая его к себе, припадая к чужим губам. Джейс заметно вздрагивает от удивления, ведь его коллега впервые проявляет подобную инициативу, что не могло не обрадовать, но и не озадачить тоже. Виктор всегда целовал медленно и нежно — иногда даже будто издеваясь, растягивая процесс до предела, усмиряя пыл Джейса. Но не в этот раз. Учёный двигал губами быстро, сразу проникая скользким горячим языком в чужой рот, не давая партнёру обдумать его действия. Виктор отложил в сторону костыль, после чего медленно переместил руки на чужой затылок, слегка надавливая и тем самым притягивая напарника ближе к себе. Джейс, в свою очередь, после того, как отошёл от шока и смог, наконец, поймать темп партнёра, начал целовать в ответ, причём не с меньшей отдачей. Но ему не давали взять на себя лидерство в поцелуе, ведь обычно именно Талис вёл, а сейчас все было совсем наоборот. После продолжительного поцелуя, первым отстранился Виктор, с нечитаемым выражением лица смотря на напарника. — Ви...ктор... — тяжело дыша, пытается начать предложение Джейс. Такой активный поцелуй совсем сбил его с толку, он теперь не понимал, чего ему ждать от парня, — Что это было? — Я думал, тебе нравятся поцелуи. — Нравятся, конечно, но ты редко проявляешь инициативу, — Джейс улыбнулся, кладя руки на чужую талию, как часто это делал. Но, вопреки ожидаемой спокойной реакции, Виктор грубо ударил его по рукам, вынуждая их убрать, — Почему ты... — Сегодня играем по моим правилам, — голос Виктора был спокойным, властным, но в то же время с лёгкой ноткой раздражения. Джейс почувствовал, как от такого тона напарника его щеки начали понемногу краснеть, а в штанах предвкушающе дёрнулся член. Но нечто внутри него кричало о том, что так быть не должно. — С чего это? Ты разозлился из-за Мэл? Ты ревнуешь? — внезапно вырвалось у мужчины. Он догадывался о природе такого поведения у партнёра, но спрашивать об этом не собирался. Как обычно, его рот был быстрее мыслей. Эти слова попали прямо в точку, ведь брови Виктора нахмурились, а сам он, взяв стоящий рядом костыль, начал медленно идти на собеседника, который успел немного отойти во время их разговора. Стуки ударов металлической трости об каменный пол казались куда громче, чем обычно. Талис начал пятиться назад, словно в этом был какой-то смысл. — А ты, я смотрю, слишком много себе позволяешь, — от Виктора редко можно было услышать пренебрежительный тон, — Опаздываешь, фамильярничаешь с советницей, прикрывая это разговорами о проекте, так ещё и смеешь думать о том, что я ревную. Конечно, Джейс был прав — Виктор ревновал. До такой степени, что ему от себя было противно, от своих навязчивых мыслей. Но признаться в этом он был не готов, по крайней мере, не сейчас — время и предлог точно неудачные. По мере того, как Виктор пошёл в наступление, Джейс пятился назад, и, не увидев, куда идёт, наступает ногой на пустую колбу из-под реагентов. Он подскальзывается и падает на пол, с приглушенным стоном от лёгкой боли и удивления. Виктор останавливается прямо перед ним, смотря сверху вниз. Джейс пытается подняться, но учёный не даёт ему это сделать, ставя трость ему на грудь, тем самым вынуждая напарника лечь обратно, хотя он, по всей видимости, и не возражал. — Сегодня трахать буду я, — всё таким же властным голосом произносит Виктор, только в этот раз в него добавилась нотка серьёзности. Он явно не шутил. Джейс судорожно сглатывает слюну, не зная, куда себя деть. Он бы никогда не подумал, что ему может такое нравиться. В отношениях с кем бы то ни было, он всегда был главным, и именно он вёл, даже не думая отдавать кому-нибудь свое лидерство. Но с Виктором, всё было по-другому, с ним всегда всё по-другому... И до этого Джейс не позволял собой командовать, не только в постели, а откликался лишь на вежливые просьбы. Но сегодня он явно превзошёл сам себя. От этого факта Джейс чувствовал, как напряжение в штанах растёт. Это, похоже, заметил и сам Виктор, поскольку опустил взгляд на чужую промежность, после чего его губы изогнулись в ухмылке. Это даже больше, чем он ожидал. Виктор приподнял ногу и надавил носком ботинка прямо на выпирающий бугорок, послышался тяжёлый вздох и учащенное дыхание. — Виктор... Не мучай меня, — на выдохе произносит Талис, его смущал один лишь факт того, что он так бурно реагирует. — Не мучить? Так значит, ты согласен подчиниться мне? — он надавил чуть сильнее. — Да... — Джейс закусывает губу, ощущая странную смесь боли и удовольствия. — Я даже рад, что у тебя столь положительная реакция на мои действия. Почему не рассказывал мне о своих фетишах раньше? — Я и сам не знал, — он отводит взгляд, явно смущённый всем происходящим. Виктор убирает трость с груди напарника, ставя её рядом со своим телом в качестве опоры, чтобы наклониться к его лицу и без тени сомнения сказать: — Сегодня мы будем многое о тебе выяснять, а теперь... Учёный не закончил свою речь, ведь сильные руки сгребли его в объятия, а губы накрыли чужие, затягивая в пылкий поцелуй. Джейс просто не мог больше ждать, когда лицо его дорогого напарника было настолько близко, что он мог разглядеть маленькую родинку над его губой, было трудно держать себя в руках, а тем более после таких действий. Ему было интересно, как же партнёр выполнит данное ранее... обещание. Тонкие губы Виктора отвечали на поцелуй, но не с такой отдачей, как хотелось, от чего Джейсу было немного грустно. Словно напарник пытался выразить свое недовольство насчёт его времяпровождения с Мэл даже здесь. Но, несмотря на это, поцелуй все ещё был великолепен, как и все поцелуи с Виктором. Дело не в каком-то невероятном мастерстве или чем-то подобном, по правде говоря, первые поцелуи с ним, были до смеха нелепыми — похоже, ни с кем, кроме науки, у него до этого отношений не было. А всё было из-за самого Виктора. Тот факт, что он целуется именно с ним, делал поцелуй для Джейса незабываемым. Первым снова отстранился Виктор, грубо отпихивая от себя Джейса. У них огромная разница в физическом развитии, и если бы Талис хотел, он бы запросто остановил попытки учёного доминировать над ним. Но он это позволяет, ведь хочет узнать, что будет дальше. Его это действительно возбуждало. Джейс и глазом моргнуть не успел, как Виктор вполне себе комфортно устроился на его бёдрах, снимая с себя галстук и завязывая им руки напарника. Конечно, не слишком крепко, ведь все это было в рамках игры, при желании, тот легко выпутался бы или развязал. Но в этом-то и прелесть. Оба знают, что все это можно прекратить в любой момент, но оба желают продолжать. — Без лишних движений, я сделаю все сам, — в последний момент, он всё-таки делает узел туже, но едва ли он сможет удержать Талиса — скорее это было сделано для демонстрации серьёзности намерений. — Прямо на полу?.. — А возражения присутствуют? — Нет. Виктор был из тех, для кого секс неприемлем в любых других местах, кроме спальни. А здесь он поменял решение... Хотя, возможно, он был против только из-за того, что обычно он был снизу, а стоять на голых коленях и набивать мозоли, либо лежать обнаженным на твёрдой поверхности, пока в тебя вбиваются с бешеной скоростью, было неприятно даже для здорового человека, не говоря уже о Викторе. Но, раз уж теперь на полу лежит Джейс, то всё не так уж и плохо. Ещё один способ над ним поиздеваться. Постепенно Виктор избавляется от всей верхней одежды, обнажая своё тело. Он специально делал это медленно, аккуратно снимая каждый элемент одежды и осторожно расстегивая все пуговицы. И это того стоило, каждая чёртова секунда ожидания. Факт того, что в данный момент нельзя было прикоснуться к этому произведению искусства, был отдельной пыткой. Джейс просто боготворил это тело, каждую родинку, которые были обильно рассыпаны буквально везде, словно звёздное небо, он обожал. Бледная кожа только подчёркивала эту красоту, но так же и провоцировала одним своим видом — так и хочется начать оставлять на ней багровые засосы и укусы, ведь это будет выглядеть прекрасно. На самом Викторе, в целом, метки Джейса будут смотреться великолепно. Ах, как же жаль, что он не мог этого сделать. Талис чуть ёрзает под парнем, в надежде найти хоть какое-то облегчение, ведь член уже ныл от желания. Виктор слегка щурится и наклоняется к нему, расстегивая пуговицы на его жилетке, своими тонкими, длинными и до мурашек холодными пальцами. — Пожалуйста... Виктор, быстрее, — Джейс не думал, что так скоро опустится до подобного умоляющего голоса, но положение будто само его вынуждало, а точнее тот, кто его создал. — Спокойно, мы ведь никуда не торопимся. Виктора забавляла эта игра с терпением Талиса, будто он в любой момент мог сорваться и сделать все по-своему, но терпел ради него, и своего недавно обнаруженного фетиша. Всё-таки оторваться на нём учёному хотелось, а особенно показать, что Мэл так не сможет. Он лучше Мэл. Ему очень хотелось в это верить и убедить в этом напарника. Понемногу одежды на Джейсе становится все меньше. Виктор садится на ноги парня, чтобы расстегнуть ремень его штанов, даже не снимая их — было видно, насколько Джейс возбужден. Но вместо того, чтобы избавить партнёра от мешающей ему одежды, учёный сперва решает провести рукой по бугорку. На что чувствует, как тело под ним вздрагивает. Интересно. — Виктор, ну хватит меня мучить... — Джейс снова чуть ёрзает на месте. Его сводило с ума то, насколько мало прикосновений Виктор ему давал. — Может попросишь получше? Виктор снова, почти невесомо проводит рукой по его паху. На этот раз Джейс действует более резко, приподнимая бедра, чтобы подставиться под ласкающую руку. Казалось, ещё немного и он начнет скулить. Виктору это показалось милым, Талис всегда напоминал ему очаровательного щенка, даже взгляд был схожим. Он бы с радостью надел на него ошейник и поводок. Может быть, в другой раз. — Умоляю, Виктор... — мужчина смотрит тем самым щенячьем взглядом, которому Виктор не может отказать. Он быстрым движением стягивает с него брюки, а за ними и трусы, примерно до колен. Перед ним предстал возбужденный член, который явно давно прибывал в таком состоянии. Учёный обхватывает его рукой, начиная медленно водить снизу вверх. — Да... — произносит Талис на выдохе, наконец-то получивший желаемое. Учёный нагибается, чтобы чмокнуть головку члена, на что слышит тихий стон. Услада для ушей. Виктор опускается ниже, оставляя ещё несколько ласковых поцелуев по всей длине. Но дальше заходить не стал — отстранился и выпрямил спину, смотря на Джейса весьма загадочным взглядом. — Ты же не думал, что я позволю тебе так легко кончить? Я лишь облегчил твою боль, а вот закончим мы вместе. В глазах Талиса читался немой вопрос: "Что его напарник снова задумал?" Словно услышав его, Виктор снимает с себя штаны и нижнее белье, складывая их рядом с ними. Улавливая взгляд любимого на себе, на его лице появляется лёгкая улыбка, после чего он подносит пальцы к рту, облизывая их. Учёный знал, что Джейс не упускал ни малейшего его движения, и с радостью этим пользовался. — Виктор, давай я помогу, — Джейс догадывался, что тот собирается делать. При всем желании увидеть это, всё-таки очень хотелось помочь партнёру, сделать всё самому, как он привык делать. — Нет, я сам. Расслабься и не двигайся, — строго сказал Виктор, пресекая любые попытки парня спорить. Снова в груди что-то защемило от этого властного приказного тона. — Хорошо, как скажешь. Только возьми хотя-бы смазку, не на сухую же... Она у меня в кармане брюк. Виктор кивает, это действительно разумно. Ему не свойственно действовать настолько необдуманно, но то, к чему они пришли сейчас, получилось у него абсолютно спонтанно. Поэтому и подготовки соответствующей у него не было. Хорошо, что хоть Джейс прихватил с собой смазку. Но погодите... Зачем она ему? Почему-то мысль о том, что он хотел заняться сегодня сексом именно с ним, уходит сразу на второй план. А в голове мысли лишь о том, что этот пилтоверский засранец решил потрахаться или уже это сделал с Мэл, и именно поэтому опоздал. Ревность вскипает в крови, мешая здравому мышлению. Но он решает отложить эту тему на потом. Виктор достаёт из кармана ту самую смазку, в небольшом аккуратном флакончике. Он открывает крышку, выливая немного на свои пальцы. Жидкость пахнет виноградом — весьма приятный запах. Парень поворачивается к Джейсу спиной, и не только для лучшего обзора для него, но и потому что учёному было слишком неловко смотреть ему в глаза в такой момент. Хоть и в остальном он держался хорошо, но всё-таки вставлять в себя пальцы, прямо когда на тебя кто-то смотрит, было стыдно, тем более, он был весьма неопытен в этом плане. Но, раз уж начал, нужно идти до конца. Учёный чуть выгибается в спине и трётся своим вставшим возбуждением об ноги Джейса, на которых все ещё сидел. Он и сам уже давно был на пределе, но имел терпение, чтобы продолжать мучить напарника. Виктор подносит пальцы к своей дырочке, медленно вводя сначала один палец, а затем второй — к его удивлению, входят они достаточно легко. С каждым новым движением срывается всё больше тяжёлых вздохов, которые будто вот-вот перерастут в стоны. Сзади внимательный зритель не отводит взгляда ни на секунду, ловя каждое движение партнёра. Сдерживать свое желание потрогать напарника всё сложнее. После третьего пальца у Виктора всё же не выходит сдержать тихого стона, который эхом проносится в оглушающей тишине кабинета. — Виктор... Я молю тебя, дай прикоснуться хотя бы немного, — Джейс был слишком хорошим мальчиком, чтобы делать сейчас что-то без разрешения партнёра, даже если очень сильно хотелось, настолько, что руки немели от желания. — Нельзя, — пусть голос немного дрожал, но всё равно оставался таким же строгим. Талису не оставалось ничего, кроме как тяжело вздохнуть, прикусывая нижнюю губу. Виктор ещё пару минут подвигал пальцами внутри себя, чтобы всё уж точно прошло гладко. Ведь обычно именно Джейс его растягивал, и у того выходило все идеально, а у учёного опыта в этом было не так много. Он боялся сделать что-то не так. Закончив с этим, Виктор снова повернулся к Талису лицом, сразу встречаясь с его восхищенным взглядом. Он будто увидел самое прекрасное событие в его жизни, по его глазам иначе и не скажешь. Это смутило учёного, но он не показал этого, стараясь сохранять внешнюю холодность. Он двигается ближе к партнёру, снова аккуратно поглаживая его член и доставая смазку, чтобы обильно полить его. — Виктор, неужели ты правда собираешься... — Джейс сглатывает слюну, наблюдая за чужой вознёй. — Собираюсь. — Но... С тобой точно будет всё хорошо? Мы ещё не пробовали в этой позе, он войдёт глубже, — Талис уже весь сгорал от нетерпения и желания близости, но переживания за партнёра были сильнее. Виктор выглядел таким хрупким, будто мог развалиться в любой момент, его и в других позах было страшно брать, не то что в этой, так ещё и он сам собирался всё сделать. — Джейс, не переживай, твой член не настолько большой, чтобы причинить мне вред даже в такой позе. Талис замер, не зная, радоваться ли ему, тому факту, что с его партнёром все будет хорошо, или же оскорбится такому ответу. Пользуясь его замешательством, Виктор приподнимается на руках, начиная медленно насаживаться на член, одной рукой направляя его в себя. Джейс затаил дыхание, наблюдая за этой картиной, не в силах вымолвить и слова. Постепенно учёный дошёл до середины — всё шло гладко, не последняя роль в этом играла смазка и её количество. В какой-то момент он устал двигаться медленно и осторожно, поэтому просто одним резким движением взял всю длину. Талис вздрагивает и издаёт тихий стон, удивлённый поступком партнёра. К такому тело больного учёного точно готово не было, поэтому он почувствовал, как его тело охватывает необычно сильная дрожь, а кончики его пальцев на ноге немеют. Это было странное, но от чего-то безумно приятное ощущение. — Виктор... Все норм... — Джейс не успевает договорить свой вопрос, как его перебили. — Да, — кивает, судорожно вдыхая воздух. Немного привыкнув к ощущению чужеродного органа внутри себя, Виктор начал плавно двигаться снизу вверх. В тишине послышались пошлые хлюпающие звуки. Оба пристально смотрели друг на друга, тяжело дыша. Постепенно учёный ускорился, и от Талиса послышались тихие, чем-то похожие на скулёж, стоны. Виктору это безумно нравилось, ведь звуки казались ему безумно красивыми. Сам он тоже издавал некоторые стоны, но не такие интенсивные. — Сможет ли твоя Мэл так? — разговоры давались тяжело, но учёного это не останавливало. — Что? — Джейс в удивлении округлил глаза, это последнее, что он ожидал услышать в данный момент. — Так тебя удовлетворить. Сможет или нет? Виктор специально ускоряет движения бедрами, что только усложняет дать ответ. Ему хотелось быть главным человеком в жизни Джейса, даже если он знал, что желать такое слишком эгоистично с его стороны. — Н-нет, не сможет, — Талис был на грани между реальностью и удовольствием, поэтому ему было сложно мыслить ясно. Но одно он знал точно — никто и никогда не приносил ему такого удовольствия как Виктор, не только в физическом плане. — Хорошо, — ученый победно улыбается. Он выглядел сейчас особенно прекрасно. Худое бледное тело двигалось на средней скорости, мастерски балансируя между мучительной плавностью и быстрым резким темпом. Спина изящно выгибалась, в постели он элегантен словно кошка. От удовольствия он запрокидывает голову назад, обнажая уязвимую шею. Как же хочется укусить. Но Виктор всегда был против того, чтобы на нём оставались какие-либо метки после секса. В какой-то момент, учёный решил наклониться к парню, сначала лениво проводя дрожащими руками по его прессу, груди, двигаясь все выше и выше, пока не дошёл до шеи. Он взял её в свои руки, начиная медленно сжимать. Джейс удивлённо смотрит на партнёра, но, похоже, совсем не возражает. Чтобы было удобнее, Виктор практически лёг на широкую грудь Джейса. Он притянул чужую голову ближе, чтобы прильнуть к его губам в жарком требовательном поцелуе, параллельно продолжая медленно душить его. Но из-за такой позы, ему пришлось замедлить движения бёдрами. Талис хрипло простонал, ведь он был близко к тому, чтобы кончить, но такая резкая смена темпа не давала ему этого сделать. — Прости, я так больше не могу... — прошептал Талис прямо в губы. Пока Виктор не успел как-либо отреагировать, Джейс парой ловких движений высвобождает руки из галстука, откидывая его куда-то назад. Он кладет руки на задницу парня, с осторожностью и одновременной страстью, сжимает её, начиная двигать его в более быстром темпе. В ответ на это, учёный недовольно хмурит брови и кусает нижнюю губу напарника. На что тот лишь мычит и кладет руку на его затылок, не давая ему отстраниться и углубляя поцелуй. На самом деле, Виктору даже нравилась подобная смена темпа, что подтверждали его стоны в чужие губы. Он был возмущён именно тем фактом, что Джейс всё-таки не смог сдержаться и сделал всё по-своему. Шлепки двух тел, бьющихся друг об друга, со сменой скорости сильно увеличились, всё больше заполняя собой комнату. Руки на шее парня сжались сильнее, после чего он вышел из учёного, изливаясь ему на спину. Пока тот не начал возмущаться, Талис накрыл его пульсирующий член рукой, начиная быстро надрачивать. После этого Виктор почти моментально кончил на живот партнёра, ведь он и так был на грани. Руки на чужой шее мгновенно расслабляются. — Ты... Сорвался, — Виктор шепчет парню в губы, отстраняясь от него. Слова сейчас давались ему с трудом. Джейс тяжело дышит, с тоской смотря на чужие губы, которые оказываются всё дальше и дальше от него. Но его настрой быстро меняется, парень счастливо улыбается до ушей, обнимая Виктора за плечи и прижимая к себе, его прикосновения полны нежности. — Прости, прости, в следующий раз, я обязательно сдержусь! — Джейс делает наигранно виноватый голос, после чего целует напарника в щеку. Талис всегда был необычайно нежен после интимной связи, ему безумно хотелось получать и дарить ласку, он был готов съесть своего партнёра прямо на месте. От части, именно поэтому Виктору так нравилось заниматься с ним сексом, и он никогда не отказывал ему в этом. — В следующий раз? — учёный поднимает голову, удивлённо смотря на напарника. Руки с его шеи переместились на грудь. — Да, в следующий, если ты не против, — произносит Джейс, начиная перебирать коричневые прядки на чужой голове. Похоже, ему очень даже понравился подобный опыт. — Не против, — Виктор кладет голову на грудь Талиса, довольно прикрывая глаза, наслаждаясь лаской, которую он получал. Спустя пару минут уютной тишины, Джейс разрушает её осторожным вопросом, над которым он думал все это время: — Так ты ревновал меня к Мэл, верно? Виктор недовольно хмурит брови, не желая признаваться. Но похоже, что всё было слишком очевидно, а Талис спросил это чисто, чтобы убедиться. Учёный кивает, ему не хочется говорить об этом вслух. — Но почему? Я думал, что нас ничего не связывает кроме сексуальных отношений. Ты ведь сам отказался, когда я предлагал тебе встречаться. — Я знаю, знаю... Я отказывался не потому что не хочу с тобой встречаться или не чувствую к тебе ничего, дело в другом. — В чем же тогда? — Джейс удивлённо смотрит на парня, для него это было открытием. Он искренне считал, что у Виктора нет к нему никаких чувств, кроме дружеских. — Мы разные, Джейс... Неужели ты сам этого не понимаешь? Я из Зауна, еле как добрался до должности помощника профессора, я болен и хожу с тростью. А ты из благородной семьи Пилтовера, у тебя блестящее будущее. — Будущее с тобой, Вик, — Талис нежно произносит ласковое сокращение его имени, аккуратно беря его за подбородок, чтобы тот посмотрел на него, — Тебя тоже ждёт прекрасное будущее, ты самый умный человек, которого я когда-либо знал, даже Хеймердингер рядом с тобой не стоит. Я восхищаюсь твоими мыслями и знаниями, каждый день с тобой для меня интересен и наполнен новыми открытиями. Я люблю каждую секунду, которую мы проводим вместе. Ты чудесный и по-настоящему потрясающий человек. Виктор на мгновение замирает от шока, явно не ожидая столь искреннего проявления чувств и откровенных слов. Лицо парня покрывается алым румянцем, он не знает, куда себя деть в подобной ситуации, ведь такое у него впервые. Потому он снова кладет голову на чужую грудь, зарываясь носом в шею Талиса, будто прячась и надеясь, что это его спасёт. Джейс считает это безумно милым, потому ласково целует того в макушку, прижимая его к себе ближе. — Но моя болезнь... Я не знаю, доживу ли до старости, к тому же, проблемы с ногой могут усугубиться, зачем тебе обуза? — пробубнил учёный в чужую шею. — Не говори так, ты ведь точно не знаешь, как всё сложится. А даже, если все будет именно так, ты никогда не станешь для меня обузой, Вик. Я проживу с тобой рядом столько лет, сколько нам отведено. Виктор замолкает — он совсем не знает, что ответить на такую приторно сладкую речь напарника. Она была слишком оптимистичной, слишком сказочной, ведь именно о таких словах парень и мечтал когда-то, еще будучи наивным ребёнком и веря в любовь до гроба. Всё слишком идеально сложилось, словно он во сне. На глазах навернулись слезы, но учёный их сдержал, вместо этого обнимая партнёра за шею обеими руками. Талис принял такой ответ, нежно погладив его по голове. — Я спрошу ещё раз... Ты хочешь быть моим любимым парнем, сумасшедшим напарником готовым на новые эксперименты и лучшим другом, к которому я могу обратиться в любую минуту? — Хочу, — совершенно искренне отвечает Виктор, прижимаясь к возлюбленному ближе, словно боясь, что все это прекрасный сон, и через мгновение он проснётся в своей постели совершенно один. Джейс, сияя от счастья, снова целует парня в макушку. Но теперь уже своего парня. Ему нравилась одна лишь мысль о том, что теперь он может назвать его своим парнем. Своим возлюбленным. — С Мэл я, кстати, не спал, если тебя беспокоил этот вопрос, — Джейс читал его как открытую книгу, ведь у Виктора действительно были сомнения по этому поводу. — А смазка была для тебя, — добавляет он, чтобы окончательно развеять любые сомнения. Ведь самзку он взял с собой как раз для их совместного времяпрепровождение с Виктором, как все удачно сложилось, что учёный решил взять инициативу на себя. — И до этого у вас были чисто рабочие отношения? — Не буду скрывать, мы скорее хорошие знакомые. Но не более, — Талис не мог даже думать о связи с кем-то другим, помимо Виктора, даже если тот тогда не отвечал ему взаимностью. Пока рядом был напарник, ему никто не нужен был. Тем более, уже после того, как они вступили в официальные отношения. — Хорошо, — учёный удовлетворённо прикрывает глаза, наконец-то проблема, с которой он боролся столько времени решилась. — Но давай всё-таки переместимся в спальню, а то у меня вся спина уже болит лежать на полу. Виктор тихо смеётся, ему было неловко от того, что он заставил Джейса лежать на ледяном полу, в то время как сам выбрал самое удобное место, разместившись на его широкой груди. — Да, давай.