Мой персональный демон

***

Мори вновь дрожала, кричала и билась в истерике, будучи во сне. Риндо пытался её успокоить, держа её за плечи в попытках разбудить. — Мори, Мори! Кацу, проснись! Всё хорошо, слышишь? Всё хорошо. Мори билась в истерике. Она плакала, кричала, царапала себя ногтями, будто пыталась снять с шеи что-то невидимое. Риндо перехватил её руки и параллельно звонил Рану. — Ран, а ну живо иди сюда! Тут у Мори, мать твою, истерика! Живо притащил сюда свою задницу! Ран, только услышав крики Кацуми, стоя в другом конце коридора, сорвался и побежал к кабинету, где было отчётливо слышны крики Мори, которая кричала: «Нет, не надо! Нет!». Хайтани забежал в помещение закрыв за собой дверь, спрашивая брата: — Рин, что с ней? — голос был его не на шутку взволнован. — Да я что, ебу? Я не знаю. Уснула, а потом начала дёргаться и кричать. — Блять. Риндо, неси воду, а я с ней посижу. Младший моментально вышел, точнее выбежал, в коридор, а Ран остался с Кацуми. Он осторожно взял её на руки, прижал к себе и стал раскачивать в стороны, словно маленького ребёнка. Мори резко проснулась и стала вырваться из крепкой хватки Хайтани в страхе за себя, на что тот только усилил хватку. — Нет! Отпустите! Не трогайте меня! — со слезами на глазах умоляла девушка. — Тихо-тихо, Кацу, это я – Ран. Всё хорошо, ты в безопасности, всё хорошо. Кроме меня тут никого нет. Мори дрожала всем телом от страха и истерики, в которой она пребывала, перепуганно глядя на Хайтани, словно не узнала его. Ран терпел, ждал когда Кацуми успокоится и перестанет бояться, скинув пелену сна с глаз и разума. Он молча держал её, прижимая к себе, и шептал на ухо, что всё будет хорошо, что это был лишь сон, лишь кошмар, который не сломает пылкий и весёлый характер Мори. К этому времени пришёл Риндо со стаканом воды и какой-то таблеткой. Снова Риндо и снова таблетки. Кацуми протестующе замотала головой и спрятала лицо в руках. Хайтани младший подошёл к Мори и протянул стакан и успокоительное. — Кацуми, тебе надо это выпить, — отрицательный кивок, — да, Кацу, надо. Ты плакала и кричала, тебе снился кошмар, тебе надо выпить эту таблетку, иначе, в противном случае, я залью тебе её с водой в рот. Выбирай. Как бы это грозно ни звучало, Мори подняла глаза, в которых стояли непролитые слёзы, на Риндо и тот про себя чертыхнулся. — Прости, не хотел тебя напугать, но тебе правда надо это выпить, возьми. — на этот раз девушка протянула дрожащие руки к таблетке и закинула её в рот, но стакан она взять не смогла, поэтому Риндо ей помог, в то время как Ран успокаивающе поглаживал её по спине. — Вот так, ты большая молодец. Можешь рассказать что тебе приснилось? — отрицательный кивок, — Хорошо, я тебя понял. А есть будешь? — снова нет, — ты ела в последний раз, — Риндо посмотрел на часы, — в обед, а сейчас уже девять вечера. — Ну если быть точным, то она ела только утром, перед работой, надеюсь на это. Ты же завтракала? — кивок, — Ну хоть завтракала. И на том спасибо. — Ну так она же с Коко ходила обедать, разве не так? — Её организм посчитал, что будет лучше избавиться от пищи в кратчайшие сроки. Иными словами она сразу же после обеда побежала в уборную. Это было при мне. — То есть ты у нас с самого утра голодная. Ясно. Тебе надо поесть. — Я... кхм, — прокашлялась Кацуми, ведь, не смотря на то, что она попила, её горло ставил спазм, с голос стал хриплым, — я не хочу. Мне надо домой, у меня Май голодный сидит. Я никогда так надолго не пропадала. — Не переживай, твой комок шерсти сыт. Я распорядился, чтобы человек из моего отряда съездил и покормил этого демона. Он разодрал этому парню руку, поел, а потом довольный ластился к нему, после чего укусил за эту же руку. Ответил Ран смотря на девушку. Она хоть и дрожала, а страх полностью не ушёл из глаз, но стала спокойней. Риндо тихо усмехнулся и сказал что-то в роде «Бедный парень» и встал с пола, садясь рядом с братом. — Д..Да? Ну хорошо. Май хотя бы не голодный. Мне всё равно надо домой, я тут остаться не могу. — Хорошо, без вопросов, только на этот раз тебя отвезёт Риндо – у меня есть незаконченные дела, а брат единственный человек, которому я тебя доверю. Одна ты никуда не поедешь и не пойдёшь. Это приказ, своевольничать не советую. — Хорошо, я поняла. Мори даже спрашивать не стала о том, откуда же у них есть адрес её дома, ибо это было бы глупо. Бонтен – опасная контора, а работа на них ещё опаснее, поэтому они проверяют и пробивают информацию о каждом работнике. Она не исключение. Кацуми постаралась сесть и обуться, что получалось весьма дерьмо, так как руки её до сих пор дрожали, словно она алкоголик, который пьёт не просыхая. Ран ей в этом любезно помог. Она была в туфлях на девятисантиметровом каблуке с застёжкой, которую ей помогли застегнуть. Мори встала и почувствовала лёгкое головокружение и тошноту из-за чего на ватных ногах побежала в коридор, а оттуда в туалет, где, вновь, организм избавился от содержимого желудка. Зачем? Так надо. По крайней мере так посчитал её организм, а мнения девушки он не спрашивал. Поскольку она решила сегодня утром сильно не краситься – от остатков макияжа она избавилась без труда под краном с водой. В зеркале вновь её встретил взгляд бледной измученной девушки. Жалко выглядит. В коридоре, около кабинета Рана, братья ждали её возвращения, после чего они распрощались с Хайтани старшим и пошли к машине Риндо. — Будет плохо – скажи. После этого они тронулись с места и ехали до дома Кацу, как казалось самой девушке, не торопясь, останавливаясь на каждом светофоре и метка не превышала шестидесяти километров в час. А может и меньше. Доехали они без происшествий, Риндо отдал ей сумочку с вещами, которую она благополучно оставила в кабинете, и проводил Мари до самой квартиры. Она открыла дверь, а из помещения к ней под ноги бросился Май, которого девушка взяла на руки. — Ты береги себя, Мори. А ты, охотник, не нападай больше на сотрудников Бонтен, — не успел он дотронуться до макушки котёнка, как вдруг тот зашипел и ударил его лапой с, выпущенными наружу, когтями, — вообще-то больно. Точно маленький демонёнок. Давай, Кацу, до завтра. Риндо ушёл, а Кацуми прошла вглубь квартиры. Она переоделась, приняла душ и уже просто лежала, пялясь в потолок опустошённым взглядом, после, повернувшись на бок, прошептала: — Что же тебе надо от меня, Такеши. После чего погрузилась в царствие Морфея, где вновь снился этот, страшный для неё, момент из жизни Мори, который она, увы, не забудет никогда и уродливые шрамы на теле не дадут ей об этом забыть. И вновь этот сон, и вновь этот момент, и вновь появляется ОН, и вновь... Все случается вновь и вновь, не прекращая. Девушка металась по кровати, била по ней ногами, кричала, благо в квартире были стены с шумоподавлением и беспокоиться за соседей и о том, что они подумают не надо, плакала, вновь просыпалась и засыпала обратно. Казалось, что всё кончено, эта история забыта и оставлена в прошлом, но нет. Мозг девушки услужливо напомнил ей об этом. Она проживает этот момент вновь. Вновь безразличие родителей к ситуации, ибо об этом она умолчала, ведь знала дальнейшую реакцию взрослых. Грязная. Порочная. Испорченная.

***

Вот уже с неделю девушка не может нормально спать и есть. Всё то, что она съест, отправляется в унитаз, все дни, что она пыталась нормально уснуть, были просто ужасны. Кожа девушки стала неестественно бледной, стала видна болезненная худоба, поэтому девушка носила широкие офисные брюки и свободную рубашку с длинным рукавом. Ран видел всё это, но, увы, был бессилен в данной ситуации. Кацуми молчала, не говорила никому о том, чего же она боялась, что же ей снилось. Вот в очередной день Мори сидит и работает за компьютером и Ран вновь постарался поговорить, так сказать, зайти из далека. — Кацу, почему ты перестала вообще есть? Что-то случилось? — Нет. — Такого не может быть. Ты можешь мне сказать. Если ты скажешь тебе же будет легче. — Нет. Я не хочу об этом говорить. — Ты очень похудела, стала бледнее. Ты понимаешь, что этим самым себя убиваешь? Тут у Кацуми словно что-то щёлкнуло и она не выдержала. — Да, мать вашу, понимаю, прекрасно понимаю, но ничего с этим поделать не могу. Мне проще сдохнуть, чем снова лечь спать. Я не могу больше. Не могу каждую ночь просыпаться и кричать, рыдать, биться в истерике. Я устала от этого. Я не могу больше. Я пытаюсь поесть, но не могу. Всё что я в себя ни закину моментально выходит обратно. Меня рвёт постоянно от еды и единственное, что я могу употреблять, дабы хоть как-то выжить – вода и, иногда, чай. Всё. Я устала. — Девушка откинулась на спинку стула и закрыла лицо руками так, что его стало не видно от слова совсем, но по дрожащим плечами можно было понять, что она плачет. — Извини, я не хотела, правда. — прошептала тихо Мори, но Хайтани её услышал. Не выдерживая ни секунды более девушка вышла из кабинета, громко стуча каблуками по паркету.

***

После «прогулки» по коридору девушка вернулась в кабинет и продолжила свою работу с документацией. С Раном она больше не разговаривала ни об этом, ни о чём-либо ещё. В помещении висела гробовая тишина и весьма гнетущая атмосфера. Мори старалась не обращать на это никакого внимания, поэтому молча работала, периодически спрашивая Рана о некоторых нюансах. И вот спустя время, которое девушка провела сосредоточено проверяя документы, наступило время обеда. Представляя целый час «ничегонеделания» Кацуми сладко потянулась в кресле, разминая затёкшие мышцы, если бы не одно «но». Риндо, словно прописался в кабинете Рана, появился в помещении с довольной улыбкой. — Рана нет. Он ушёл на обед. — Знаю, я к тебе. — взгляд парня за секунду стал серьёзным, а улыбка спала с его лица, уступая место серьёзности. — Что случилось? Ты худая и бледная. Тебе плохо? Ран, гандон такой, тебя совсем загонял, да? — Нет, Ран меня не гонял и мне не плохо, спасибо за внимание. — Мори.... — Нет, лекцию читать мне не надо. Твой брат тебя опередил. А теперь, если ты не против, я закончу с работой, — на самом-то деле девушка уже проверила всё то, что планировала сделать до обеда, просто она хотела как можно скорее «сплавить» Риндо, дабы не мешал её времяпрепровождению один на один. — Я против. Обеденный перерыв для чего? Правильно, для отдыха от работы, поэтому ты идёшь со мной и это не обсуждается. — сказал парень и тут же схватил Мори за запястье, удивляясь тому, наскольео оно тонкое и тому, как же хорошо это скрывает одежда, и нахмурился. — Риндо стой, дай я хотя бы компьютер выключу, — протараторила девушка и как только она это сделала Хайтани вновь куда-то её потянул улыбаясь. Мори не смогла сопротивляться и улыбнулась в ответ, ведь он так забавно выглядел, может даже чуть-чуть мило, и пошла следом, — да не торопись же ты! Я на каблуках – это раз, у тебя ноги длиннее и ты выше – это два, ты быстрее – это три. Я не хочу есть – это четыре. — Четвёртый пункт меня мало волнует, а может и вовсе не волнует, поэтому давай быстрее. Я очень голодный. Кацуми выключила компьютер и пошла за Риндо. Ну как сказать «пошла»... Скорее побежала, ибо Риндо всю дорогу тащил её за руку из-за чего Мори чуть не упала пару раз и едва не покрыла парня весьма нецензурными словами, то бишь матом. Однако, она впервые за это время улыбнулась – нет, не просто улыбнулась, поднимая уголки рта – искренне. Риндо довёл её до дверей и галантно открыл её, пропуская девушку вперёд, входя последним. Они шли в сторону столика, который заказал Риндо заранее, ибо это его любимое место – в углу, где никто не мешает. Только они сели, как вдруг пришёл официант, оповестивший Хайтани, что его заказ будет готов в считанные минуты. — Риндо, ты же, надеюсь, понимаешь, что я есть не буду. — Сделаем вид, что я этого не слышал. И... и всё! У Мори не было ни сил, ни аргументов для спора, поэтому она промолчала. — И всё-таки я спрошу: почему ты не ешь? Болит что-то? — Нет аппетита. — Ложь. Я в курсе, что случилось с тобой после обеда с Коко. — Не важно. — Мори... — Я думаю, что брат тебе уже всё рассказал, а если нет – спроси и он тебе даст ответ. Не хочу повторять одно и то же. — Ладно. Спустя минуту после окончания их диалога принесли подносы с едой. На одном из них находился обед для Риндо, а на другом – для Мори. — Я заказал тебе низкокалорийный салат, ибо твой организм очень ослаб и тяжёлой пищей его загружать не надо, и чай. Твой любимый чай. Съешь столько, сколько сможешь, давиться едой не надо. Приятного аппетита. — Приятного аппетита.

***

Разговор Риндо и Рана за дверями кабинета Хайтани младшего несколькими минутами ранее. — Риндо, она меня не не слушает. Я её пытаюсь заставить съесть хотя бы печенье, но она отказывается. Кацуми оправдывает свой отказ тем, что она не хочет, но это не так. Она мне рассказала такую, бессвязную, вещь, ты только послушай. Ран поделился историю, которую на эмоциях выпалила Мори. — Мда, история странная. Такое мы не смогли о ней найти. Какой вывод можно сделать? Если с ней произошла какая-то хрень, то это, либо мастерски скрыли, в чём я сомневаюсь, ведь наши хакеры далеко не новички в этом, либо, раз этой информации нигде нет, никаких обращений в полицию, больницу или куда-то ещё не было. Это только она может рассказать... — Это я и без тебя знаю, умник. Я не это тебе хочу сказать. Точнее не только это. — Тогда что до меня, такого тупого, хочешь донести? Поделись со мной этой ценной информацией, о Великий Хайтани Ран. — Прекращай поясничать. Я хочу, чтобы ты узнал, что за хрень с ней произошла. Со мной она говорить не хочет, а с тобой она вполне может поделиться. Почему? Потому что вы с ней неплохо спелись, прям родня, почти. — Ладно, я понял, постараюсь. Обещать ничего не могу, так как она может вообще об этом не говорить. Напишу тебе. — Давай, жду. — Будешь должен, старик. — Ц, да иди уже, мелкий лис. После этого Хайтани разошлись каждый в свою сторону. Ран – в столовую, дабы быстро перекусить и отправиться на задание, а Риндо – в кабинет Рана и Мори, чтобы вытащить девушку на обед, заранее заказав столик и еду.

***

Обед прошёл в молчании, тишину которого разрушали стуки и скрежет столовых приборов о посуду. Мори съела чуть меньше половины салата и выпила чай. — Ты всё? Поела? — Да, я поела и больше не хочу. Спасибо большое, сейчас я заплачу салат и чай, что ты мне заказал. — Деньги оставь себе, я тебя угостил, — произнёс парень, доставая из внутреннего кармана пиджака деньги и положил пару купюр прямо на стол, — Кацу, пошли я тебя провожу до кабинета, как настоящий джентльмен. На это Мори усмехнулась и заулыбалась, чему Риндо был рад, ведь это первый раз за последнее время, когда девушка улыбнулась по-настоящему, искренне. — Хорошо, джентельмен-Рин, проводите меня, пожалуйста, до моего рабочего места. Кацуми развернулась и пошла в сторону выхода, слегка припрыгивая. Риндо усмехнулся, нагнал девушку и открыл ей дверь. Дойдя до кабинета, Риндо вновь придержал дверь для Мори, а после вошёл и сам, произнося успокаивающим голосом: — Кацуми, нам надо серьёзно поговорить. С тобой что-то не так. При том давно не так – уже с неделю. — А если я не хочу? — Надо, Мори, надо. Произнёс парень, ведя девушку прямиком к дивану. Мори села, а рядом – Риндо, приобнимая девушку за плечи в жесте, мол, всё хорошо, мне можно доверять, ты справишься. Девушка сцепила руки в замок, смотря в одну точку, и молчала, собирая все мысли воедино. Риндо же терпеливо ждал, когда Мори соберётся с силами и все расскажет, готовый принять всё и вся, вне зависимости того, насколько неприятная история его ждёт впереди. А ждёт его многое и история эта и впрямь неприятная. Ридно был готов отложить этот разговор на подольше, как вдруг Мори заговорила: — Это произошло, когда мне было пятнадцать... Конец двенадцатой главы...