Сломанный механизм

      Вандер медленно раскурил свою любимую трубку, наслаждаясь горьковатым привкусом табака, который наполнял его лёгкие. Ему всегда казалось, что этот ритуал помогал ему собрать мысли в кучу, позволял отвлечься от суеты и бесконечных забот, что висели на его плечах. Он стоял, прислонившись к стойке, наблюдая за баром, который в этот вечер был, как всегда, полон людей.       Вечер в Зауне — картина одновременно привычная и контрастная. Тусклый свет ламп, подвешенных к потолку, едва справлялся с густым дымом, который плавал в воздухе, словно облака в затхлом небе. Шум голосов смешивался с громким звуком хохота и звонких ударов кружек об деревянные столы. Кто-то азартно играл в кости, сидя в углу, а кто-то устало потягивал дешёвое пойло, но одно из лучших по меркам Зауна, не обращая внимания на происходящее вокруг.       Толпа в баре была столь же пёстрой, как и сам Заун. Мужчины и женщины в рабочей одежде, лица которых были покрыты грязью и потом, сидели рядом с подозрительного вида личностями, которые, судя по всему, здесь бывали нередко. Молодые парни и девушки, ещё не успевшие по-настоящему познать жестокость Зауна, пытались громко обсуждать свои планы на будущее, делая вид, что их жизнь не связана с преступностью. А в тени, ближе к дальним столам, находились те, чьи глаза были наполнены тьмой — люди, которые привыкли решать проблемы грубой силой.       Вандер оглядел всех этих людей и улыбнулся уголком губ. Это было его место. Здесь каждый мог найти укрытие — хотя бы ненадолго. Даже те, кто вряд ли заслуживал второго шанса. Но он не был судьёй. Ему всегда казалось, что если дать людям хоть немного тепла и спокойствия, они смогут найти дорогу обратно.       «Если, конечно, они захотят этого сами», — подумал он, медленно выдыхая дым.       Вандер нахмурился сильнее, втягивая дым и задерживая его на несколько секунд, прежде чем выпустить серую струю, которая смешалась с общим туманом, повисшим в баре. Его взгляд бессознательно скользнул к двери, будто он ожидал, что кто-то вот-вот войдёт с дурными новостями. Последний разговор с Бензо оставил в нём неприятный осадок. Старая лиса редко ошибалась в своих ощущениях, а его намёки на то, что в Зауне витали «сомнительные настроения», не могли быть просто пустыми словами.       «Слишком тихо в последнее время для такого большого города», — подумал он, машинально покрутив трубку в пальцах.       Вандер всегда чувствовал Заун как живой организм. Этот город дышал, шептал и иногда кричал. Он вырос в этом месте и прекрасно знал все его подробности. Не будь он здесь с детства и не чувствуй его так хорошо, люди бы не приняли его, как негласного главу, который следил за порядком в городе. Но сейчас шёпот становился зловещим, будто кто-то ходил на грани, стараясь не привлекать внимания, но оставляя за собой тяжёлый след.       Он бросил взгляд на свободный стол, предназначенный для его ребят. Вай, Майло, Клаггор и Паудер не были просто детьми, которые взялись с улицы. Они были его семьёй. Вай — прирождённый лидер с искрой в глазах, который слишком часто выходил из-под контроля. Майло с его неуместными шутками, скрывающими собственные страхи и неуверенность. Клаггор — надёжный, как сама земля, который никогда не подведёт в трудную минуту. И Паудер… Малышка Паудер, которая всегда старалась изо всех сил, даже когда её усилия заканчивались очередной катастрофой.       Сегодня они справились с задачей, и Вандер специально выбрал для них задание, не связанное с риском. Простое поручение, которое, возможно, было даже скучным для Вай и её команды. Но он предпочитал их скуку опасностям, которые могли бы унести их жизни. Они заслуживали большего, чем постоянный страх за собственную шкуру.       Они были для него как его собственные дети. Вай и Паудер он знал с самого их рождения, их мать была для него словно сестра. Майло и Клаггор сироты революции, которая случилась частично и по его вине, ведь он не досмотрел за человеком, который был для него как брат… Не досмотрел за Силко.       Он вспомнил, как Вай вышла из бара с решительным видом, бросив ему короткое «Мы быстро» и забрав остальных. Улыбка мелькнула на его губах. Она напоминала ему себя в её возрасте — такая же упрямая, с огнём в сердце и готовностью бросаться в битву за тех, кто ей дорог.       Вандер оторвался от своих мыслей, когда дверь бара слегка скрипнула. Он поднял взгляд, но это был лишь один из постоянных посетителей, который махнул ему в знак приветствия и направился к стойке. Возвращаясь к своим размышлениям, он всё же не мог полностью игнорировать тревогу, что поселилась у него в груди. Он раздосадованно пожевал губами, уходя в своим мысли.       — Эй, Вандер, — окликнул его мужской голос. Двое мужиков присели за барную стойку, подкладывая кружки. — Подлей пожалуйста.       Вандер отвлёкся от своих мыслей, подняв на них взгляд. Их лица показались ему смутно знакомыми — наверное, частые гости, которым он обычно не придавал значения.       — Конечно, — пробасил он, отложив трубку и взявшись за кружки. — Как день прошёл?       Один из них, с тёмной кожей и густыми усами, тяжело вздохнул, сцепив пальцы на стойке:       — Да как обычно. Работаешь целый день, а домой приходишь будто после драки. А тут ещё говорят, на верхних уровнях начали новый налог для транспортников вводить. Думаю, нас это тоже заденет.       Вандер нахмурился, наполняя кружки янтарной жидкостью.       — Новый налог? — протянул он, пододвигая кружки к мужчинам. — От кого слух пошёл?       Второй мужчина, помоложе, но с таким же измотанным видом, пожал плечами.       — Да кто его знает. На рынке все об этом шепчутся. Говорят, что миротворцы надавили. У них там наверху деньги из ушей текут, но им всё равно мало. Чёртовы пилтики, — сплюнул он.       Вандер промолчал, лишь кивнув. Он знал, что за такими слухами часто скрывается правда. Пилтовер всегда находил способы нажиться за счёт Зауна, прикрывая это «улучшением порядка» или «регулированием рынка». А те, кто не соглашался играть по их правилам, внезапно исчезали или оказывались в тюрьмах.       — Ну, пока это только слухи, — отозвался Вандер, чтобы немного разрядить напряжение. — Пейте спокойно. Сегодня мы их обсуждать не будем.       Мужчины кивнули, поднимая кружки, и погрузились в свои разговоры, а Вандер остался наедине с растущей тревогой. Он знал, что это лишь затишье перед бурей. Заун, кажется, снова начинал кипеть под поверхностью, и даже его дети могли вскоре оказаться втянутыми в этот водоворот.       Его мысли вновь вернулись к Вай и остальным. Они были для него не просто детьми — они были напоминанием о его старых ошибках. Силко, когда-то близкий словно брат, сейчас был тёмным пятном в его прошлом, которое он пытался забыть, но не мог. Революция, наивно задуманная как шаг к свободе, принесла только новые цепи, а ещё лишила многих детей родителей, включая Майло и Клаггора.       Вандер вздохнул, поднимая трубку к губам, и в этот момент барная дверь вновь скрипнула. Он машинально поднял голову, ожидая увидеть очередного посетителя, но его взгляд замер. На пороге стояла Вай с лёгкой ухмылкой на губах, а за ней, шумно переговариваясь, заходили Майло, Клаггор и Паудер.       — Вот и наши герои, — пробормотал Вандер со слабой улыбкой, откладывая трубку. Он ещё раз посмотрел на своих приёмных детей и немного удивился, увидев, как Вай чуть ли не силой затаскивает в бар молодого парня.       Мужчина с прищуром посмотрел на незнакомца, шагнувшего за группой. Юноша был беловолосым, что само по себе не было редкостью для Зауна. Его волосы были средней длины для парней и казались чуть растрёпанными, словно он привык работать или находиться в постоянном движении. Ростом он почти догонял Вай, что делало его заметным среди остальных.       Одет парень был на удивление опрятно: серая рубаха из плотной ткани сидела на нём ровно, без следов грязи или порезов. Штаны, свободные и, казалось, новые, явно не были поношёнными, как у большинства заунитов. Обувь, хоть и простая, была в хорошем состоянии. На его фоне все вокруг, включая самих ребят, выглядели чуть потрёпанными и закопчёнными, как будто мальчишка только что сошёл с какого-то другого уровня города, более чистого и безопасного. Скорее всего, эти вещи были куплены совсем недавно и ещё не успели разноситься.       Незнакомец оглядывал помещение, будто примериваясь к новой среде. Его взгляд был внимательным, слишком сосредоточенным для обычного подростка, словно он пытался что-то проанализировать или понять. Но при этом он не выглядел напуганным или неуверенным, наоборот, его поза была расслабленной, а движения — уверенными, как у человека, который привык контролировать свои действия.       — А это кто? — негромко спросил Вандер, адресуя вопрос скорее Вай, чем всем остальным.       — Сирион, — отозвалась она, бросив через плечо. — Это наш новый друг, Коротышка познакомил нас с ним примерно несколько дней назад.       — Новый друг, говоришь? — в голосе Вандера сквозило лёгкое недоверие, но он не стал задавать дополнительных вопросов. Вместо этого он продолжал наблюдать за мальчишкой, который, несмотря на спокойный вид, напоминал пружину, готовую в любой момент распрямиться.       Вандер нахмурился, медленно переводя взгляд с Вай на Сириона. Тот, встретив его глаза, немного нервно посмотрел на Вай с ребятами и на секунду застыл на Паудер, которая положила руку на его плечо и ободряюще улыбнулась.       — Эмм… Я Сирион, — протянул он руку Вандеру через барную стойку. Мужчина посмотрел на протянутую руку и слегка нахмурился.       — Здороваться рукой через порог или барную стойку не совсем вежливо, — сказал он. Сейчас он больше напоминал строгого отца, который старался огородить своих детей от плохой компании.       Сирион растерялся, почувствовав некое смущение от замечания. Он не привык к таким моментам, особенно когда кто-то указывал на его манеры.       — А… — он бросил взгляд на свою руку, словно она была виновата в неловкости, и уже собирался убрать её обратно, когда Вандер вдруг хмыкнул.       — Расслабься, парень, — произнёс он наклонившись чуть ближе через стойку. Его крепкая, мозолистая рука обхватила руку Сириона в плотном, но добродушном рукопожатии. — Я просто пошутил.       На лице мужчины мелькнула короткая тёплая улыбка, мгновенно снимая напряжение.       — Я Вандер. Местный бармен, а для некоторых ещё и нянька, — добавил он, бросив быстрый взгляд на Вай, которая хмыкнула и закатила глаза.       — Нянька? — шуточно переспросила Вай. — Да ладно. Сирион, Вандер — хранитель этого города! Он здесь самый главный!       — Ну, неофициально, — Вандер развёл руками. — Кто-то ведь должен за этими сорванцами присматривать, чтобы не перерезали друг друга. Или, что хуже, не влипли в неприятности, из которых даже я их не смогу вытащить.       — Мы не сорванцы! — тут же возмутилась Паудер, выскакивая из-за спины Вай и, кажется, намереваясь что-то доказать.       — Конечно, нет, — мягко усмехнулся Вандер, покровительственно похлопав девочку по плечу.       Парень невольно улыбнулся. Атмосфера в баре, несмотря на шум и суету, была неожиданно уютной. Здесь явно чувствовалось что-то большее, чем просто деловые отношения. Действительно похоже на семью.       Сирион огляделся вокруг. Его взгляд скользнул по тем, кто сидел за столами, по группе мужчин, которые громко смеялись, по девушке, что о чём-то спорила с приятелем, по слегка покачивающемуся на стуле человеку с кружкой в руке. Каждый из них и вправду находил здесь своё место. И теперь он оказался здесь, рядом с теми, кого уже знал хоть немного.       — Так, — Вандер вытер стойку перед собой грубоватой тряпкой, возвращая внимание к юноше. — Если ты друг Вай и компании, значит, ты в порядке. Но у меня тут правило.       — Какое? — осторожно спросил Сирион чуть выпрямившись.       — Никаких драк, — с лёгкой серьёзностью ответил мужчина. — Это место для мира. Если хочешь помахать кулаками, делай это где-нибудь за дверью.       Сирион хмыкнул, оценив спокойный, но твёрдый тон Вандера. Он уважал такое отношение, даже если не был уверен, что сам способен строго его придерживаться.       — Понял. Да я и сам, если честно, не любитель драк. Предпочитаю решать конфликты другим путём.       — О, и каким же? — спросил Вандер, оглядывая его с любопытством. Сирион понял: мужчина проверяет его характер.       — Ну, словами, например, — он пожал плечами, стараясь выглядеть уверенным. — Иногда один толковый разговор может решить больше, чем десяток ударов.       Вандер внимательно посмотрел на него, не скрывая скептической улыбки.       — Слова, значит? — он наклонился чуть ближе, скрестив руки на барной стойке. — Это хорошо, если только говоришь с тем, кто готов слушать. А если перед тобой тот, кто предпочитает кулаки?       — Тогда… — Сирион замялся на мгновение, подбирая слова. — Тогда я буду думать на ходу.       — Хм, — Вандер усмехнулся, разглядывая парня так, будто пытался заглянуть прямо в его душу. — Значит, ты не только умник, но ещё и импровизатор.       — Ну, можно и так сказать, — признал Сирион, чувствуя, как под этим взглядом начинает слегка нервничать.       — Это хорошо. Импровизация в Зауне — навык не хуже, чем крепкие кулаки, — заметил мужчина, выпрямляясь. — Но помни, парень: здесь важно не только то, что ты говоришь, но и кому ты говоришь.       Сирион кивнул, запоминая слова Вандера. Мужчина, похоже, знал, о чём говорит, а его спокойная, уверенная манера подачи только добавляла вес каждому слову.       — Кстати, — продолжил Вандер, переведя разговор на более лёгкий тон. — Вай упомянула, что вас познакомил Экко. Как вы познакомились?       — Если честно, совсем спонтанно, я закупался материалами «У Бензо», — ответил Сирион, скользнув взглядом по бару. — И он просто завёл разговор со мной. Даже понять не успел, как стал помогать ему с починкой генератора, над которым он работал.       — Хм, похоже на Экко, — улыбнулся бармен. — Очаровательный молодой человек найдёт ключик к любому, чтобы разговорить. Так ты у нас, значит, имеешь схожие интересы с Экко и Паудер. Это хорошо, нужно ценить людей, которые любят создавать, а не разрушать, — он кивнул в сторону ребят с Вай, которые уже заметили его и, похоже, обсуждали что-то, переговариваясь шёпотом. — Ну, не буду тебя задерживать, — продолжил Вандер. — Иди, присоединяйся. Только не забывай что я говорил — это место для мира.       — Спасибо, — коротко ответил Сирион улыбнувшись и направился к столу, где сидели ребята.       Вай встретила его с привычной полуулыбкой:       — И как всё прошло? Стоило всего того волнения, которое ты испытывал? Я же говорила, Вандер только на вид кажется устрашающей горой мускулов. Он самый понимающий человек в мире, и самое главное — он никогда не откажет протянуть руку помощи другому зауниту.

***

      Сирион испытывал противоречивые чувства перед встречей с Вандером. С одной стороны, он восхищался этим человеком, считая его олицетворением принципов чести и ответственности в мире, где казалось, что эти понятия давно забыты. С другой стороны, он не был уверен, как к нему отнесутся. Вандер был фигурой величественной и легендарной, негласным лидером Зауна, которого здесь называли Гончей Нижнего города. Это прозвище ему дали не только за силу и авторитет, но и за упорство, с которым он защищал свои убеждения и город.       Джерри, ещё когда обучал Сириона, не раз рассказывал ему о бандах и криминальных лордах Зауна. Среди них Вандер всегда выделялся своей позицией — он не был преступником в привычном понимании этого слова. Вместо того чтобы наживаться на слабостях города, он использовал свою власть, чтобы сдерживать падение Зауна в бездну. Он ограничивал влияние хим-баронов, встречался с лидерами банд и группировок, договариваясь о правилах, которые позволяли бы городу дышать. Несмотря на ненависть, его уважали и против него выступать не собирались.       Финн, разумеется, не испытывал к Вандеру и малейшей симпатии. Он постоянно ворчал, что этот «Гончая Нижнего города» вставляет палки в колеса всем, кто хочет разбогатеть, и, главное, мешает красть поставки из Пилтовера.       Парень понимал, почему Вандер действовал именно так. Мало того, что он смотрел сериал и знал, к чему приведёт постоянная конфронтация Зауна с Пилтовером, так и сама личность Вандера была для него чем-то большим. Вандер запомнился ему как человек, который желал для своего города лучшего. Он мечтал, чтобы Заун перестал быть просто грязным и бедным местом, которое Пилтовер использовал как свалку. Вандер хотел, чтобы город мог жить свободно, без оков преступности и химического угнетения, без страха перед карающими санкциями Верхнего города.       Сирион часто размышлял, какова была жизнь Вандера, что сформировало его таким. Возможно, те события, которые навсегда разрушили его дружбу с Силко, сделали его таким, каким он был сейчас — стойким, готовым брать на себя груз ответственности, который никто другой не смог бы вынести.       Но несмотря на это понимание, Сирион не мог избавиться от лёгкой тревоги. Вандер был человеком, которого уважали и любили многие, но он же был и строгим, требовательным лидером. А Сирион, привыкший к одиночеству и самостоятельности, не был уверен, стоит ли проводить знакомство с Вандером.       Юноша пребывал в небольшой фрустрации, задумчиво продолжая идти по лестнице вниз за Вай и компанией в баре мужчины. Ему не раз хотелось встретиться с этим человеком, особенно сейчас, когда он оказался в мире, который раньше был просто историей из сериала. Вандер всегда был одним из его любимых персонажей. Его образ — человека, который старался сделать невозможное, выстроить островок порядка в хаосе Зауна — восхищал. Но при всей своей симпатии Сирион опасался этой встречи.       И дело было не столько в самом Вандере, сколько в том, что сейчас он работал на Силко. Силко, который, судя по всему, ненавидел Вандера всей душой.       Сирион знал о сложной истории этих двоих из сериала. Когда-то они были как братья, сплочённые общей мечтой о независимости Зауна. Но потом что-то случилось. По словам Силко, именно Вандер предал их общее дело, вонзив нож в спину и разрушив всё, ради чего они боролись. Однако парень, даже вспоминая сериал, не мог полностью поверить в эту версию.       Силко всегда был двуличным, хитрым и расчётливым. Он умел манипулировать людьми, заставляя их верить в свою правоту, даже когда в его словах не было ни капли истины. В его повествовании Вандер предстал предателем, который отказался от революции ради того, чтобы стать «собакой» Пилтовера, как он сам это называл.       Невозможно было не заметить, что эта история выглядела странно. Чем больше Силко раскрывался как персонаж, тем больше его рассказы о прошлом казались однобокими. Взять хотя бы революцию на мосту — ту самую битву, которая стала переломным моментом для их отношений.       Сирион всегда считал, что инициатором восстания, скорее всего, был сам Силко. Его амбициозный характер идеально вписывался в эту роль. Сам он был тем, кто готов идти по головам ради достижения своих целей, кто видел в крови и хаосе путь к свободе. А вот Вандер, с его миролюбивой натурой, скорее всего, пытался остановить эту битву, понимая, что она принесёт лишь смерть и разруху.       Можно представить себе эту сцену: Вандер стоит перед Силко, пытаясь его остановить, убеждая, что их мечта о независимости не стоит жизней их братьев и сестёр, но Силко, ослеплённый жаждой борьбы, не слушает. Возможно, именно в этот момент Вандер решился на отчаянный шаг, чтобы предотвратить катастрофу — напал на своего названного брата. Эта версия, хоть и болезненная, казалась Сириону более правдоподобной. Он видел в Вандере человека, который не стал бы предавать, но который мог сделать трудный выбор ради спасения других.       И теперь, стоя перед его баром, Сирион понимал, что встреча с Вандером — это не только шанс увидеть человека, которого он уважал, но и шаг в неизвестность. Ведь теперь он работал на того, кто считал Вандера своим врагом.       Вай загорелась этой идеей ещё несколько дней назад. Она с характерной для неё решительностью заявила, что Сирион просто обязан увидеть место, которое они называют домом, и познакомиться с Вандером. Её энтузиазм быстро подхватили Клаггор и Паудер, которые начали наперебой рассказывать, какой бар уютный и как круто будет, если он станет своим среди их компании. Майло, как обычно, ворчал. Он хоть и начал принимать Сириона, но всё ещё относился к нему с лёгкой настороженностью. Однако даже он не смог устоять перед решительностью Вай, а может, просто не захотел спорить.       Он вспомнил диалог, который произошёл за час до посещения бара.       — Ну давай, Сирион, не будь занудой! — воскликнула тогда Паудер, подталкивая его в бок. Её глаза буквально сияли от предвкушения. — Это же здорово! Ты увидишь, где мы живём, познакомишься с Вандером… Ну, ты же говорил, что любишь знакомиться с новыми людьми!       Сирион пытался отнекиваться, искать любые предлоги, чтобы избежать этой прогулки. Не потому, что он не хотел увидеть бар или Вандера, а потому, что прекрасно понимал, к каким последствиям это может привести.       Если Силко узнает, что он общается с Вандером, это неминуемо обернётся проблемами. Силко всегда был расчётливым и умел использовать любую информацию в своих интересах. Узнав об этой встрече, он непременно начнёт плести свои сети и строить планы, которые могут затянуть не только Сириона, но и всех, кто его окружает.       — Слушай, Вай, это, наверное, не лучшая идея, — пытался уговорить он. — Я тут недавно, мне ещё нужно разобраться с местными… правилами. И вообще, разве Вандер обрадуется, что вы приводите каких-то незнакомцев?       — Ох, перестань, — отмахнулась Вай, скрестив руки на груди. — Вандер всех принимает. Тем более тебе не о чем волноваться. Ты ведь нормальный парень. А если ненормальный — он быстро это поймёт, — добавила она с усмешкой, хватая его за рукав.       — Да ну брось, Вай, если он не хочет, пусть не идёт, — начал было Майло, но она резко оборвала его.       — Никто тебя не спрашивает, Майло, — сказала она твёрдо, после чего потянула Сириона за собой.       Он ещё пытался сопротивляться, но, честно говоря, понимал, что шансов против упрямой Вай у него нет. Ей было достаточно одного взгляда — решительного, немного вызывающего — чтобы он понял: она не отступит.       Паудер весело подбежала сбоку, взяв Сириона за руку.       — Ну вот, видишь? Ты идёшь, и это будет классно! Ты там, наверное, вообще ничего подобного не видел!       Сирион только вздохнул. Если бы он сказал, что она ошибается, это лишь вызвало бы ещё больше вопросов.       В итоге Вай буквально затащила его к бару чуть ли не силой, и теперь он стоял перед дверью, в которую Паудер уже вовсю стучала, а Майло с Клаггором переглядывались за его спиной.       — Ладно, раз уж я тут, то лучше не выделываться, — подумал он.

***

      Очнувшись от своих мыслей, Сирион едва успел затормозить, чтобы не налететь на Клаггора, который остановился у самой лестницы. Их спуск привёл к тому самому месту, которое Сирион мельком видел в сериале — комнату приёмных детей Вандера в баре. Однако вживую всё казалось намного объёмнее, детальнее, реальнее. Как только они вошли, Вай тут же оттолкнулась от дверного косяка и с напором рухнула на диван, сложив руки на животе. Она выглядела настолько расслабленной, будто была в своей стихии.       — Ну что, — протянула она с ухмылкой, глядя на Сириона, — добро пожаловать в обитель лучших из лучших!       Сирион осмотрелся. В комнате было тесновато, но по-своему уютно. На стенах висели кривовато прибитые полки с разномастными вещами: инструменты, небольшие механизмы, какие-то коробки и просто хлам, который только они могли назвать полезным. У дивана стоял старый стол, заваленный бумагами и поломанным устройством. Неровный свет лампы придавал всему пространству тёплый, но слегка потрёпанный вид.       — Тут… — пробормотал Сирион, не зная, что сказать. Конечно, он видел это место в сериале, но никогда так подробно. Экран не мог захватить всей текстуры, запахов, ощущений. — Довольно мило.       — Хм, не упоминай это слово, — хмыкнула Вай, поднявшись на локтях и глядя на него. — Наш дом — не «милое» место. Это брутальная крепость. Мы не какие-то неженки, понял?       Паудер, которую Сирион и не заметил сразу, подбежала к нему сзади и смеясь схватила за руку.       — Да не слушай ты её! Мы просто любим тут повеселиться! Хочешь, я покажу тебе кое-что? — её глаза сияли, она точно собиралась поделиться каким-то секретом.       — Эм… Ну, почему бы и нет, — осторожно ответил он, не успев понять, что она собирается делать.       Паудер потянула его к углу комнаты, где стоял маленький ящик, больше похожий на старый, видавший виды сундук. Она присела на корточки, достала связку ключей и, выбрав один, торжественно открыла крышку.       — Это моя коллекция! — объявила она, глядя на него с гордостью. Внутри лежали странные вещи: кусочки разноцветных стекол, мелкие механизмы, провода, сломанные детали часов и даже несколько игрушек, которые, казалось, Паудер пыталась переделать во что-то новое.       — Впечатляет, — сказал Сирион с улыбкой, присаживаясь рядом с ней. — И что ты с этим делаешь?       — Собираю, чтобы когда-нибудь сделать что-то крутое! — она взяла в руки какой-то поломанный механизм и покрутила его. — Майло говорит, что это хлам. А я говорю, что это — мои сокровища!       Вай с дивана только хмыкнула.       — Это и есть хлам, Паудер, — произнёс Майло, но его лицо быстро встретилось с подушкой, которую кинула Вай. Тот посмотрел на свою «сестру» с небольшим испугом и встретился с парой ужасающих глаз. — Но если тебе нравится, то ладно…       Сирион посмотрел на младшую сестру Вай с лёгким теплом.       — Знаешь, я думаю, ты права. Это действительно сокровища. Если знаешь, как их использовать, они могут стать чем угодно.       Паудер широко улыбнулась, словно услышала самые важные слова в своей жизни.       — Вот-вот! Ты понимаешь! Экко говорил, что у тебя такое же увлечение, ты прямо как я!       В этот момент Вай громко стукнула кулаком по краю стола, привлекая их внимание.       — Хватит там шептаться, идите сюда! Мы сейчас кое-что обсудим.       Паудер покосилась на сестру, но только пожала плечами и улыбнулась Сириону:       — Потом ещё покажу кое-что, — прошептала она, закрывая ящик.       Паудер закрыла свой сундук защёлкнув замок и поспешила к дивану, на котором развалилась Вай. Сирион поднялся на ноги, задержав взгляд на ящике. Эта милая сцена показала ему, насколько сильно Паудер отличается от своей старшей сестры — наивная, мечтательная, но с огоньком изобретателя внутри.       Он медленно подошёл к дивану и присоединился к остальным, встав рядом с Клаггором, который уже успел занять место на старом стуле, завалив ногу на ногу. Майло с явным пренебрежением сидел на полу, прислонившись к стене и скрестив руки.       — Ну, что там у тебя на уме, Вай? — лениво протянул Майло, бросив на неё недовольный взгляд. — Мы только что пришли, дай немного выдохнуть.       — Тебе? — Вай приподняла бровь и поменяла своё положение на диване сев. — Ты только и делаешь, что выдыхаешь! Вот Клаггор, например, работает как машина, а ты тут ныть начинаешь.       — Эй, не надо втягивать меня в это, — усмехнулся Клаггор, поднимая руки в жесте капитуляции. — Я просто сижу и отдыхаю.       Сирион, наблюдая за их перепалкой, поймал себя на мысли, что ему это напоминает разговоры с друзьями в другой жизни. Только теперь всё было иначе. Здесь не было той лёгкости, к которой он привык. Это место, этот город, эти люди… все они жили в мире, где дружба была чем-то намного больше, чем просто словом. Это было помощью в выживании.       Паудер, устроившись рядом с сестрой, слегка дёрнула ту за рукав:       — А ты что-то хотела рассказать? Или ты просто опять хочешь показать, какая ты крутая?       Вай усмехнулась, обнимая Паудер за плечо.       — Не переживай, малышка, я всегда крутая. Но вообще, да, я подумала, что Сириону надо больше узнать о том, как мы тут живём.       — Да, покажите мне ваши страшные тайны, — пошутил Сирион, усаживаясь на полу.       — У тебя ещё будет шанс увидеть страшное, — проговорила Вай, опустив голос почти до шепота, чтобы придать словам мрачности. Затем она снова перешла на обычный тон. — Но сейчас ничего такого. Просто хотела рассказать, что если ты уж решил с нами тусить, то правила простые: за своих горой стоим, на чужих плюём.       — Ага, главное, чтобы чужие не начали плевать первыми, — буркнул Майло, прикрывая глаза.       — Вот видишь, — Вай кивнула на него. — Наша работа — это не только таскать кое-что там для кое-кого, но и защищать друг друга. Ты уже с нами, Сирион, так что привыкай.       Сирион задумчиво кивнул, вглядываясь в их лица. Вай, уверенная и боевая, была лидером этой небольшой группы. Клаггор — тихая сила, которая не требовала слов, чтобы проявиться. Майло… ну, Майло был Майло, с его постоянным ворчанием, но, как показал сегодняшний день, он точно знал, что такое держаться вместе. И, конечно, Паудер, самая искренняя из них, хоть и немного наивная.       — Ладно, — сказал он, подняв глаза на Вай. — Думаю, это звучит справедливо.       — А то, — усмехнулась она, протягивая кулак. — Добро пожаловать в семью.       Сирион на мгновение замешкался, но затем ударил своим кулаком по её.       — Рад быть частью, — сказал он, чувствуя приятное тепло, которое растеклось по груди.       Паудер радостно захлопала в ладоши, а Клаггор одобрительно кивнул. Только Майло бросил на него скептический взгляд. Вай продолжила:       — Ну, посмотрим, как ты будешь рад, когда нас снова отправят на задание. Ведь раз ты теперь часть нашей команды, то и время от времени будем брать тебя с нами на выходки!       Услышав её слова, он немного удивился. На такое он не соглашался. Он и так сильно рискует, находясь в этом месте. Так Силко точно узнает, что он якшается с детьми Вандера. Надо бы отказаться сразу, вот только его отказ может немного подпортить его зародившиеся дружеские отношения с Вай, которая тоже довольно часто смотрела на ситуацию однобоко.       — Эй, я вроде как не подписывался, — возразил он, приподняв бровь.       — Подписался, как только переступил порог бара, — усмехнулась она.       Паудер, сияя от счастья, подскочила к нему и хлопнула по плечу:       — Это значит, что мы теперь можем проводить больше времени вместе!       — Чудесно, — пробормотал Сирион, кидая на Вай полный лёгкого упрёка взгляд.       — Не переживай, — добавила она. — Мы не кусаемся. Чаще всего.       — Говори за себя, — бросил Майло, насмешливо оглядывая Сириона. — Ладно, новичок. Если ты тут, придётся доказать, что ты не обуза.       — Ох, хватит уже, — махнула рукой Паудер. — Он классный! Я уверена, что он справится.       — Кто бы говорил, Джинкс, — немного огрызнулся Майло.       Сирион хмыкнул, чувствуя, как к нему приковано всеобщее внимание.       — Спасибо за поддержку, Паудер. А как именно вы предлагаете мне доказать свою полезность?       — Это просто, — ответила Вай, поднимаясь с дивана и делая к нему шаг. Её глаза блеснули вызовом. — Покажи, на что ты способен. Умеешь драться?       — Эм… ну, немного, — уклонился он от прямого ответа.       — Значит, завтра проверим, — заявила она. — У нас небольшая тренировочная площадка за домом. Там посмотрим, как ты держишь удар.       Майло захохотал, хлопнув ладонью по подлокотнику:       — О, это будет весело! Ставлю, что он продержится меньше минуты.       — Ставишь? — переспросил Клаггор, чуть наклонив голову. — А я думаю, что он удивит нас.       Сирион поднял руки в примирительном жесте:       — Эй, ребят, может не будем так торопиться?       — Не волнуйся. Я могу научить тебя парочке трюков, если хочешь, — Паудер дёрнула его за рукав.       — Спасибо, — улыбнулся он, чувствуя, как напряжение немного спадает.       Вай хлопнула в ладони, подводя итог:       — Ладно, раз решили, то завтра всё увидим. А пока расслабься, новенький. Добро пожаловать в нашу маленькую компашку ещё раз.       Её слова заставили Сириона ненадолго задуматься. Он смотрел на этих людей: шумных, дружных, но по-своему добрых. И впервые за долгое время он почувствовал, что возможно, это место действительно может стать для него чем-то более значимым, чем просто временное пристанище.

***

      Дни начали сливаться в одну длинную череду событий. Сирион заметил, что задания от Силко по сути не сильно отличались от тех, что он выполнял для Финна: доставка, сбор информации, иногда небольшие «особые поручения». Однако единственная разница всё же была, и она заключалась в том, как оплата влияла на его жизнь.       Силко, казалось, прекрасно понимал, что деньги могут удерживать даже самых независимых работников. Оплата была щедрой настолько, что Сирион давно перестал считать себя «беспризорником», пусть и с оговорками. Правда, деньги не компенсировали постоянный риск. Каждое новое задание напоминало, что мир, в который он попал, был безжалостен. И стоило хотя бы раз оступиться, как последствия могли стать необратимыми.       Сидя в своей новой комнате, Сирион задумчиво покачивал в руках небольшой патрон, который он только что собрал. Его взгляд был сосредоточен, но мысли явно блуждали где-то далеко.       «Интересно, как там Джерри поживает?» — мелькнула мысль.       Он представил себе суровое лицо своего бывшего наставника и невольно хмыкнул. Сирион не был уверен, рад ли он тому, что теперь работает на другого криминального лорда, но Джерри, вероятно, не стал бы осуждать его выбор.       Комната, в которой он находился, уже совсем не напоминала ту, что он впервые увидел после переезда. Скромное помещение, изначально голое и пустое, теперь стало немного уютнее. Сирион привнёс в него капельку порядка и удобства. Раскладной стол, найденный на одном из рынков, был ключевым элементом интерьера.       «Всё-таки система хоть и бесполезная в плане статов, но в качестве поддержки — просто золото», — подумал он, покосившись на небольшой чертёж, который лежал на столе. Это был набросок нового устройства, которое он планировал собрать.       Его взгляд переместился на небольшой ящик в углу комнаты, в котором он хранил свои инструменты. Молоток, паяльник, набор отвёрток и пара самодельных приспособлений — всё это уже стало частью его жизни здесь.       Сирион встал со стула, потянулся и подошёл к окну. Тусклый свет улиц Зауна пробивался сквозь грязное стекло, создавая на стенах причудливые тени. Город жил своей жизнью. Где-то вдалеке слышались крики, шум и звуки химического производства.       «Черт, иногда я скучаю по тишине», — подумал он и, вздохнув, вернулся к столу.       Его взгляд упал на небольшой пистолет, лежащий рядом с патронами. Это было его главное оружие, и хотя он редко использовал его, мысль о том, что он всегда под рукой, успокаивала.       — Ладно, хватит философствовать, — пробормотал он себе под нос. — У меня есть работа. Осталось совсем немного до открытия каталога.       Он снова сел за стол, взяв в руки инструменты. В его жизни было слишком много хаоса, но в этот момент, собирая очередной патрон, он чувствовал себя странно умиротворённым. Собрав очередной патрон, Сирион аккуратно положил его в небольшой ящик рядом с другими. Он понимал, что в этом мире любая мелочь может спасти жизнь, и относился к своей работе почти как к ритуалу. Точность, расчёт, внимание к деталям — всё это стало его привычкой.       Закончив с патронами, он потянулся за чертежом, лежащем на столе, на который он ранее смотрел. Это должно стать простой, но полезной вещью: небольшой механический механизм, который мог бы исполнять роль как ловушки, так и средства для отвлечения внимания.       Рядом аккуратно лежали созданные им вещи: патроны, только что собранные вручную, и маленький мешочек с остатками пороха. Этот порох ему удалось раздобыть в центре Зауна, разобрав пару фейерверков. Он поморщился, вспомнив, сколько времени ушло на то, чтобы достать компоненты. Порох был не слишком качественным, но для его нужд подходил идеально.

Изобретение: боеприпасы 50 AE (Action Express) х35

Статус: успешно создано

Инженерия: уровень 4 (32/40) Проектирование: уровень 4 (32/40)

      Покрутив в руке новосозданный патрон, он решил перенаправить его и остальные в свой инвентарь. Патроны на секунду засветились жёлтым цветом и пропали.

«Патроны х35 успешно добавлены в инвентарь»

Инвентарь: 7/50

      Инвентарь:       Патроны х35 — 1 ед.       Набор инструментов (созданный) — 1 ед.       Химикаты (разные, небольшое количество) — 4 ед.       Desert Eagle (95% созданный) — 1 ед.       Он приятно удивился, посмотрев, что система засчитала патроны, как одну единицу, несмотря на их общее количество. Возможно из-за того, что это были не компоненты, а уже созданное изобретение, притом довольно маленького размера.       С жёлтым свечением в его руке появился пистолет, призванный из инвентаря. Он прищурил один глаз и направил дуло пистолета в стену. Хмыкнув, он ещё раз быстро осмотрел все детали и решил вернуть его обратно. Со всё тем же свечением оружие пропало из руки и вновь оказалось спрятанным в инвентаре. Всё подошло идеально, как и ожидалось. Система иногда подсказывала ему мелкие нюансы в сборке, что значительно упрощало процесс.       Сирион прислонился к спинке стула и взглянул на потолок. Он вдруг задумался о том, как сильно изменился за последнее время. Вчерашний день чувствовался далёким прошлым, и его прежняя жизнь — студент, пытающийся разобраться с учёбой и бытовыми проблемами — казалась чем-то вроде затянувшегося сна. Теперь его окружали задания, химические бароны, риск и странное, но приятное ощущение свободы.       «Интересно, как у Вай с ребятами дела?» — подумал он.       Они стали для него чем-то вроде светлого пятна в мрачной реальности Зауна. Даже ворчливый Майло, который, казалось, никогда не упустит возможности подколоть его, внёс свой вклад в это ощущение. Паудер всегда радовала его своей непосредственностью, а Вай… Вай была той, кто неизменно внушал чувство уверенности и даже лёгкой зависти к её смелости.       Он понял, что давно их не видел. Возможно, стоило бы заглянуть в бар к Вандеру. Но он тут же поймал себя на мысли, что это может быть рискованно. Силко, без сомнения, следил за ним. В последнее время его задания всё чаще казались тестами на лояльность, и появление в баре «Последняя Капля» могло вызвать ненужные вопросы.       Парень встал и потянулся, ощущая лёгкую усталость в мышцах. Ему нужно было сменить обстановку. Он схватил свою куртку и быстро накинул её, предварительно окинув комнату взглядом.       — Ладно, воздухом подышу, — пробормотал он себе под нос и направился к выходу.       Город встретил его своим вечным хаосом. Сирион двинулся по узкой улочке, прислушиваясь к шуму. Кто-то из прохожих двигался мимо в обносках, грязный и потерянный, а кто-то выглядел удивительно благополучно, возможно, продавая себя тому же Силко или хим-баронам. Каждый был занят своим делом, вечно спешил или прятался, словно боясь, что кто-то заметит его слишком долгую остановку.       Пройдя несколько кварталов, Сирион оказался у выхода на более широкую улицу. Он остановился, вдохнув влажный воздух.       Юноша немного постоял на углу улицы, всматриваясь в движение людей. Город жил своей жизнью, не обращая внимания на мелочи вроде его личных переживаний. Заун был одновременно хаотичным и гармоничным, каждый его звук и запах создавали уникальную симфонию, в которой переплетались ржавчина, химия и жизнь.       — Чёрт, как же тут шумно, — пробормотал он, хотя осознавал. что в этом шуме было что-то притягательное.       Его внимание привлекла небольшая группа детей, перебегавших улицу. На вид им было лет восемь-девять. Они несли какой-то ящик, завёрнутый в тряпку, и, судя по их оживлённым лицам, добыча была ценной. Сирион хмыкнул: эти малыши напомнили ему Паудер и её бесконечные авантюры. Она, конечно, была повзрослее, чуть старше Экко, но характер у детей был почти всегда одинаковым.       «Как бы там ни было, она гораздо умнее», — подумал он, вспоминая её горящие глаза, когда она показывала ему свои изобретения.       Ему стало приятно от этой мысли. Паудер действительно была для него чем-то вроде младшей сестры. Её беззаботная, но гениальная натура стала для него по-настоящему родной, что напоминало о том, ради чего он продолжает двигаться вперёд. Сирион решительно направился в сторону бара «Последняя Капля». Несмотря на все свои сомнения, он хотел проведать ребят. В конце концов, если Силко узнает, всегда можно будет что-нибудь соврать. Он неплохо научился выкручиваться за последние недели.       Дорога к бару уже запомнилась: надо идти мимо полуразрушенных зданий, трущоб и бесчисленных труб, из которых вытекали разные жидкости. На пути ему пару раз встретились странные личности, но он двигался уверенно, не позволяя страху завладеть собой. Когда он подошёл к бару, изнутри доносился гул голосов. Вечер был в разгаре, и заведение явно привлекало самых разных посетителей. Сирион толкнул дверь и шагнул внутрь.       Зал встретил его знакомой атмосферой: запах табака, лёгкий аромат спиртного, смешанные голоса и звуки, разливающиеся из старого музыкального автомата. Заметив вошедшего, Вандер поднял голову, и уголки его губ дрогнули в дружелюбной улыбке. Он привычным движением закинул полотенце на плечо и широко развёл руками, словно приветствуя старого друга.       — Несколько дней не виделись, малец, — заговорил он, его глубокий голос легко перекрыл шум в помещении. — До этого ты тут чуть ли не каждый день появлялся. Уже стал своим, хоть и был тут всего-то раз пять.       Сирион чуть смущенно улыбнулся и подошёл ближе, чувствуя себя одновременно и уютно, и немного неловко от таких слов. Он знал, что Вандер говорит искренне, но где-то в глубине души у него всё равно скребло чувство тревоги.       — Были дела, — уклончиво ответил он, пожав плечами. — Но я не пропал.       Вандер наклонился немного вперёд, внимательно глядя на юношу, словно пытаясь прочитать его мысли.       — Вот и хорошо, — кивнул он, затем постучал пальцем по барной стойке. — Ребята вон там, — он мотнул головой в сторону дальнего столика, где сидели Вай, Майло, Клаггор и Паудер. — Я уже начал думать, что ты совсем исчезнешь.       — Не дождётесь, — с улыбкой отозвался Сирион, чувствуя, как напряжение немного отступает.       Мужчина сдержанно усмехнулся и, повернувшись к полкам с бутылками, добавил:       — Если что-то нужно — скажи. Ты тут теперь вроде как часть компании, а у нас в этом заведении свои правила: кто с нами — тот под защитой.       Сирион хмыкнул, вспоминая аналогичные слова Вай. Было видно её пример для подражания. Она явно восхищалась Вандером и даже скопировала некоторые его фразы и повадки. Кивнув, он направился к столу ребят, но даже отходя, вдруг почувствовал на себе спокойный взгляд Вандера, который внимательно наблюдал, казалось, за каждым его движением.       — Ого, кто это? — раздался голос Вай. — А я думала, ты опять сбежал от нас.       — Ну уж нет, — усмехнулся парень, подходя к столу.       Паудер, которая до этого возилась с какими-то мелкими деталями, подняла голову и буквально засветилась.       — Сирион! — она подскочила на месте и подбежала к нему, обнимая так крепко, что он чуть не потерял равновесие.       — Эй, осторожнее, я ещё целым должен остаться, — засмеялся он, слегка взъерошив её волосы.       — Я думала, ты занят своими этими… штучками, — сказала она, отступая, но её глаза всё ещё сияли от радости.       — Иногда нужно отвлекаться, — ответил он и сел за стол, кивнув остальным. — Ну, что у вас нового?       — Да ничего особо, — ответила Вай, слегка подтолкнув Майло, который едва сдерживал ехидную улыбку. — Хотя вот этот тут вчера пытался подкатить к девчонке из соседнего района.       — Это не так! — моментально возмутился Майло, сразу бросив взгляд на Клаггора, который хохотнул, поддерживая подкол. — Она сама подошла!       Сирион рассмеялся, глядя на их перепалки. Было приятно быть среди этих людей, которые, несмотря на все трудности, оставались такими искренними. Хоть на время он мог забыть о своей двойной игре, об опасностях, окружающих его на каждом шагу, и просто наслаждаться моментом.       Сирион опустился на свободное место за столом, стараясь выглядеть расслабленным. Вай, сидящая напротив, мгновенно скользнула вперёд, облокотившись на столешницу и пристально глядя на него. Её губы растянулись в хитрой улыбке, которая не предвещала для него ничего хорошего.       — Что ж, — протянула она с ноткой торжества в голосе, наклоняясь ближе. Глаза сверкнули, словно она только что придумала очередную пакость. — Больше убежать ты не сможешь.       Сирион вздохнул, чуть покачав головой, и прикрыл глаза.       «Чёрт. Только не опять», — мысленно простонал он, понимая, что у него не будет шансов избежать того, что сейчас задумала Вай.       — Уже не отвертишься, — добавила она с явным удовольствием, подперев подбородок рукой. — Ты и так отказывался несколько раз от моей проверки, и я предупреждала, что больше у тебя подобного не получится.

***

      Вай раньше как-то упоминала о тренировочной комнате за баром. Это было место, которое использовали не только для отработки ударов, но и для выброса накопившегося напряжения. Комната находилась рядом со складом, скрытая за тяжёлой дверью, которую нужно было отодвигать с усилием. Внутри царила атмосфера, напоминающая склад старого хлама: груды металлического мусора, старые покрышки, поломанные столы и стулья. Однако центр комнаты был расчищен, открывая достаточно места для тренировок. На полу виднелись следы: стёртые пятна краски, царапины и даже вмятины — явные признаки того, что здесь происходило далеко не одно сражение.       Сирион оказался здесь не по своей воле. Вай настояла на том, что ему нужно «освежить навыки», хотя сам он с этим не соглашался. Тем не менее теперь он стоял в центре импровизированного ринга, сдерживая дыхание и стараясь предугадать, что Вай сделает дальше.       — Ну что, готов? — спросила она, покручивая плечами и ухмыляясь так, будто предстоящее доставляло ей огромное удовольствие.       — Честно? Нет, — ответил он, понимая, что шутки закончились, как только она сжала кулаки.       — Слишком поздно, — Вай качнула головой, и её улыбка стала шире. — Научишься быстро, обещаю.       Сирион пытался держать оборону, но Вай двигалась слишком быстро. Прежде чем он успел осознать, что происходит, она резко шагнула вперёд и нанесла удар. Он постарался уклониться, но всё-таки пропустил боковой в лицо. Звук удара сопроводился неприятным хлопком, и Сирион отлетел назад, упав на холодный бетон.       — Твою ж… — прошептал он, ощущая горящую щеку и стук в ушах.       Вай выпрямилась, удовлетворённо вздохнула и вернула кулак на место, хмыкнув:       — Ты соврал. Дерёшься как девчонка, — сказала она с наигранным разочарованием, склонив голову набок.       Сирион, лёжа на полу, поднял взгляд, сверля её взглядом.       — А ты, значит, не девчонка? — огрызнулся он, с трудом поднимаясь на ноги. Его ноги дрожали, но он всё-таки встал, вытирая уголок рта.       — Ха! — рассмеялась Вай, подбоченясь. — Нет, я не девчонка. Я — сила природы.       — Если сила природы будет бить так сильно, боюсь, мой следующий удар будет смертельным… для меня, — пробормотал он, растирая больное место.       Она усмехнулась и шагнула ближе, разглядывая его с видом тренера, оценивающего нерадивого ученика.       — Ладно-ладно, вставай, — махнула она рукой, чуть смягчив тон. — Первый раунд всегда сложный. Давай ещё раз попробуем. Только теперь хотя бы попробуй меня ударить, а не просто стой, как деревянный манекен.       Сирион, вмиг почувствовавший не только раздражение, но и азарт, сжал кулаки.       — Хорошо. Только не жалуйся, если случайно попаду.       — О, это я бы хотела увидеть, — ухмыльнулась она, поднимая руки в боевую стойку. — Попробуй, пацан.       И тренировка продолжилась. Сирион глубоко вдохнул, стараясь восстановить дыхание и одновременно собраться с мыслями. Он понимал, что Вай сильнее и быстрее, но не собирался сдаваться. Её насмешки подогревали его упрямство, и даже если он чувствовал себя жалко, отступать было не в его стиле.       Он знал, что сейчас его ожидает очередной урок — болезненный, но необходимый. Драться он практически не умел и ранее на вопросы Вай отвечал, что что-то да может в драке. Тогда он немного слукавил и несколько раз умело отвергал предложения Вай о проверке навыков.       Паудер, Майло и Клаггор расположились неподалёку, устроившись на старом диване и ящиках. Майло с хитрой ухмылкой уже вовсю подшучивал:       — Эй, Вай, не размажь его слишком быстро, дай нам хотя бы повеселиться!       — Да он сам об этом попросил, — ответила Вай, качая головой. — Не переживай, я буду нежной.       — Нежной? Это ты сейчас о себе или о своих кулаках? — фыркнул Клаггор, подавая Майло жестяную банку с каким-то напитком.       Паудер, напротив, смотрела на сестру с восхищением вперемешку с беспокойством.       — Ты такая классная, Вай! — воскликнула она. — Но давай хоть чуть-чуть шансов Сириону, ладно?       Девушка усмехнулась и оглянулась на них через плечо:       — Ладно, хорошо. Правда постараюсь быть милосердной.       Сирион хмыкнул, уже готовый к удару.       — Чувствую, милосердие тут не входит в программу, — пробормотал он себе под нос.       Вай двинулась вперёд, и через секунду он почувствовал, как её кулак мягко, но уверенно прилетел ему в плечо. Сирион пошатнулся, но удержался на ногах.       — Ну что, готов? — снова поддразнила Вай, покачиваясь на носках. Её уверенность раздражала, но в то же время вдохновляла — её стойкость и упорство были заразительны.       — Посмотрим, кто кого, — буркнул он, сжимая и разжимая кулаки.       На этот раз он решил действовать иначе. Когда Вай пошла в атаку, он сделал шаг в сторону, уклоняясь от её удара, а затем попробовал нанести встречный удар. Она легко ушла в сторону, но в её глазах мелькнуло одобрение.       — Так-то лучше, — кивнула она. — Учишься.       Сирион не ответил, вместо этого продолжая кружить вокруг неё. Он пытался предугадать её движения, выбирая момент для атаки. Вай снова двинулась на него, но на этот раз он успел уклониться и даже лёгким движением толкнуть её в плечо.       — Ха! — коротко рассмеялась она, выпрямляясь. — Маленькая победа.       — Для меня это уже успех, — выдохнул он, потирая ушибленный бок.       Вай внезапно расслабилась, опустив руки, и взглянула на него с небольшой улыбкой:       — Слушай, а ты не такой уж и бесполезный. Но, — она сделала паузу, облокотившись на ближайший ящик, — тебе не хватает уверенности. Ты держишься, будто боишься сделать что-то не так.       Сирион фыркнул, садясь на пол. Он чувствовал, как его тело начинало ныть после тренировочных ударов.       — Может, потому что я действительно боюсь? — ответил он, тяжело дыша.       Вай покачала головой, наклоняясь к нему.       — Знаешь, тут никто не будет ждать, пока ты перестанешь бояться. Или ты учишься драться и защищать себя, или тебя съедят. Ты ведь знаешь, Сирион, наш город не место для слабых. Мы живём в вечной борьбе, особенно против пилтиков.       Её слова звучали сурово, но Сирион видел в её взгляде заботу. Он молча кивнул, размышляя над сказанным.       — Ну что, готов к следующему раунду? — спросила она, протягивая ему руку, чтобы помочь подняться.       Тот поднял на неё взгляд и, несмотря на усталость, выдохнул, ухмыляясь.       — Готов. Но на этот раз я хотя бы попытаюсь по-настоящему попасть.       — Вот это настрой! — Вай хлопнула его по плечу, когда он поднялся на ноги. — Ладно, идём на третий раунд. Покажи мне, чему ты уже научился.       И они вновь продолжили тренировку, на этот раз с немного большей лёгкостью. Несмотря на боль и усталость, Сирион начал чувствовать, что потихоньку понимает, как двигаться и реагировать. И даже если Вай всё ещё доминировала, он начал вызывать у неё искреннее уважение за упорство.

***

      Спустя час Сирион сидел на потрёпанных матах с куском льда, приложенным к щеке. Щека пульсировала от удара, но боль постепенно утихала. Он наблюдал за Вай, которая стояла в центре комнаты и демонстрировала свои навыки. Она двигалась плавно, но с той отточенной резкостью, которую могут позволить себе только опытные бойцы. Взмах кулака, поворот тела, и её кулак, казалось, разрезал воздух с тихим свистом.       — Вот видишь, — сказала Вай, не прекращая движения. — Разворачиваешь корпус вот так, смещая вес на переднюю ногу, и бьёшь боком. — её кулак молниеносно ударил в воображаемую цель, и она отступила, с лёгкой усмешкой глядя на Сириона. — Сила удара будет намного выше.       Парень кивнул, наблюдая за её действиями. Несмотря на усталость, он пытался запомнить каждое движение.       — Думаешь, у меня получится? — спросил он, осторожно убирая лёд от лица и массируя ушибленное место.       — Ещё как получится, если не будешь лениться, — ответила Вай, делая короткий выпад вперёд и возвращаясь в стойку. — Главное, не бойся. Ударь первым, прежде чем ударят тебя.       Майло и Клаггор к этому времени уже ушли, сославшись на свои дела, заявив, что больше не выдержат смотреть на «позорное избиение». Осталась только Паудер, которая устроилась рядом с Сирионом, поджав ноги и обхватив их руками.       Она не сводила восторженного взгляда с Вай, улыбаясь при каждом её движении.       — Вай такая классная, правда? — тихо сказала она, словно боясь отвлечь сестру.       — Ну да, — согласился Сирион с лёгкой улыбкой. — Ты так смотришь, как будто это твоё любимое представление.       Девочка фыркнула и ткнула его локтем.       — А ты думал, почему я всё время хотела с ней тренироваться? Она самая сильная, самая умная и самая… — она задумалась, подыскивая слово, и наконец добавила: — Крутая!       Сирион чуть ухмыльнулся, глядя на неё.       — А сама? Хотела бы тоже так уметь?       Паудер покачала головой.       — Думаю, нет. Я не такая сильная, как Вай, — она понизила голос и добавила, глядя в пол: — Я бы всё равно не смогла драться так, как она.       Сирион посмотрел на неё внимательно, чувствуя нотку сомнения в её голосе.       — Знаешь, сила бывает разной, Паудер, — сказал он, положив лёд рядом и облокотившись на стену. — У тебя есть то, чего нет у многих.       — Что? — она подняла на него любопытный взгляд.       — Ты находчивая, — ответил он с уверенностью. — Ты видишь то, что другие не замечают.       Паудер смущённо потёрла кончики пальцев, слегка покраснев.       — Спасибо… — пробормотала она, но её улыбка стала немного шире.       В этот момент Вай закончила очередную серию ударов и повернулась к ним, вытирая лоб тыльной стороной ладони.       — О чём шепчетесь? — спросила она, подходя ближе.       — Да так, ничего особенного, — отозвался Сирион, заметив, как Паудер быстро спрятала руки за спину, словно её застали за чем-то запретным.       — Ладно, — Вай бросила взгляд на лёд рядом с парнем. — Перерыв окончен. Вставай, Сирион.       — Опять? — простонал тот, поднимаясь на ноги.       Паудер хихикнула:       — Давай! Покажи ей, что ты тоже крутой!       Он обречённо вздохнул, вставая в стойку. Вай ухмыльнулась и махнула рукой.       — Ну что ж, покажи мне, что ты усвоил.       Сирион встал напротив Вай, ощущая, как его мышцы слегка дрожат от усталости. Час тренировки уже дал о себе знать: его движения были медленнее, чем ранее, а дыхание — чуть более тяжёлым. Но стоящий перед его лицом взгляд Вай не оставлял шансов на жалобы. Она выглядела совершенно невозмутимо, словно только начинала разогреваться.       Паудер, устроившаяся неподалёку, взволнованно наблюдала за их подготовкой. Её голубые глаза сияли от предвкушения. Она крепко обхватила колени руками, словно готовившись к зрелищу.       — Ладно, парень, — с лёгкой усмешкой сказала Вай, разводя руками. — Попробуй ударить.       Сирион качнул головой, чувствуя, как пот стекает по вискам.       — Думаю, я уже понял, что это плохая идея, — пробормотал он.       — Ты слишком много думаешь, — бросила Вай. Её голос был твёрдым, но не грубым. — Это бой, а не шахматы. Давай, попробуй ещё раз.       Юноша поднял руки, стараясь принять стойку, которую она показала ему в начале тренировки. Локти прижаты, ноги слегка согнуты. Он сделал глубокий вдох и шагнул вперёд, вынося кулак на встречу её плечу. Вай легко отклонилась, её движение было быстрым и плавным, как у танцора.       — Ты медлишь, — отметила она, развернувшись и поставив локоть под его грудь, слегка толкнув его назад. — В бою у тебя не будет времени на раздумья.       Он вдруг споткнулся, но удержался на ногах. Заметил, как Паудер тихонько ахнула от неожиданности, но её лицо тут же сменилось улыбкой.       — Давай, Сирион! — весело крикнула она, хлопая в ладоши. — Ты почти попал!       — Вот уж спасибо за поддержку, — саркастично бросил он, быстро восстанавливаясь.       Паудер рассмеялась, а Вай лишь усмехнулась и поманила его рукой.       — Снова, — коротко сказала она.       Он снова шагнул вперёд, стараясь двигаться быстрее, но Вай поймала его кулак ладонью, снова без труда остановив атаку. Её пальцы крепко обхватили его руку, и она подтолкнула его вперёд, заставив потерять равновесие.       — Теперь ты слишком прямолинейный, — прокомментировала она. — Используй свои ноги, смещайся в стороны. Не иди на меня как на стену.       Сирион выдохнул, потирая запястье.       — Ну у тебя ведь и правда стойка, как у стены, — выдохнул он, но в его голосе не было злобы, только усталость.       Паудер снова захихикала, наклоняясь вперёд, будто боясь пропустить что-то интересное.       — Он хотя бы пытается, — сказала она, бросив взгляд на Вай. — Правда?       Та пожала плечами, глядя на Сириона с едва заметной улыбкой.       — Правда, — согласилась девушка. — Но попытки — это только половина дела.       Сирион собрался с духом и сделал ещё один выпад. На этот раз он попытался обмануть её, сделав вид, что бьёт справа, а затем резко переместив атаку влево. Но Вай, предвидя его манёвр, легко отступила на шаг и заблокировала удар.       — Неплохо, — сказала она, кивнув. — Уже лучше.       Парень, отдышавшись, опустил руки и хмыкнул:       — Если это «лучше», то мне страшно представить, как выглядело «плохо».       Сидящая неподалёку девочка ободряюще выкрикнула улыбаясь:       — Ты молодец! Ещё немного, и ты будешь ещё крепче держаться.       — Благодарю за веру в меня, — сказал он, усмехнувшись.       Вай, слушая их разговоры, сложила руки на груди и слегка склонила голову.       — Хватит на сегодня, — произнесла она. — Но завтра — продолжим.       Сирион с облегчением выдохнул и опустился на маты.       — Завтра, говоришь? — спросил он, притворно зажмурив глаза. — Может, через неделю? Или через год?       — Ха, размечтался, — усмехнулась Вай, подходя к сестре и слегка потрепав её волосы. — Ну что, малышка, идём?       Паудер кивнула, но перед уходом повернулась к Сириону и улыбнулась ему.       — Ты справишься, — тихо сказала она. — Вай не так страшна, как кажется.       Сирион устало улыбнулся ей в ответ.       — Это ты скажи моему лицу, — отозвался он, снова прижимая лёд к щеке.

***

      Бар, хоть и был закрыт для посетителей в столь поздний час, всё ещё хранил в себе остатки дневного оживления. В воздухе витал лёгкий запах табака и алкоголя, смешиваясь с ароматом древесины, пропитанной временем и тысячами разговоров. Свет от нескольких ламп едва освещал помещение, оставляя углы в мягкой полутьме.       Бензо сидел за стойкой, устало опираясь на локоть и пальцами перебирая ножку стеклянного бокала. Напиток внутри мерцал в тусклом свете и маняще блестел. Глаза мужчины, усталые, но внимательные, смотрели вдаль, как будто он обдумывал что-то очень важное.       Напротив него стоял Вандер, скрестив руки на груди. Его массивная фигура отбрасывала длинную тень на пол, и хотя лицо оставалось спокойным, в глазах читалась едва уловимая тревога. Он молча смотрел на друга, ожидая ответа на невысказанный вопрос.       — Ну? — наконец произнёс Вандер, наклоняясь чуть ближе. Его голос звучал низко, слегка хрипло и устало. Конечно, каким он может быть после долгого дня, полного разговоров на должности бармена? — Ты собираешься что-то сказать?       Бензо вздохнул, поднёс бокал к губам и сделал небольшой глоток. Алкоголь едва обжёг горло, но ощущение было привычным и даже утешающим.       — Сказать что? — ответил он, вернув бокал на стойку. Его тон был нарочито безразличным, но взгляд всё же метнулся к Вандеру, выдавая скрытую обеспокоенность.       Вандер нахмурился, его губы сжались в тонкую линию.       — Ты знаешь, о чём я, Бензо. Эти движения в городе. Люди нервничают. Кто-то что-то затевает, — он сделал паузу, выбирая слова. — И ты выглядишь так, будто знаешь больше, чем говоришь. Ещё несколько недель назад, когда ты впервые затеял разговор о настроениях в городе, ты был более обеспокоен, чем я. А сейчас об этом стали говорить даже обычные люди.       Бензо хмыкнул и покачал головой, нервно потерев пальцами виски.       — Да, в городе неспокойно, — наконец признался он. — И мне это не нравится. Слишком много слухов, слишком много разговоров о том, что кто-то пытается перехватить власть. Ты слишком отошёл от дел, Вандер. Власть имущие чувствуют это, и мне кажется, что если мы ничего не предпримем, всё будет ускоряться и становиться только хуже.       Вандер нахмурился ещё сильнее, его руки сжались в кулаки.       — Кто? — коротко спросил он.       Бензо взглянул на него, затем вновь поднял бокал, медленно вращая его в руке.       — Если бы я знал, — сказал он, — то уже давно бы сказал тебе. Но… всё это слишком размыто. Лорды? Хим-бароны? Может, даже кто-то из Пилтовера. Все слишком тихие, слишком аккуратные. Если подумать логически: у хим-баронов и криминальных лордов никогда не было единой коммуникации, они всегда готовы были перерезать друг другу глотки за лишний квартал в котором могут заправлять всем. Высок ли шанс, что планируют переворот именно они? Не знаю.       Вандер на мгновение задумался, прикидывая все возможные варианты, а его взгляд стал тяжёлым.       — Это не просто слухи, да? — уточнил он, немного смягчив тон.       Старый друг ответил ему взглядом, полным усталости и беспокойства.       — Нет, не просто, — он допил остатки напитка и поставил бокал на стойку с глухим стуком. — И это меня бесит.       Вандер тяжело вздохнул, протянув руку к стойке, чтобы унять дрожь от переполнявшего его напряжения.       — Нужно быть начеку, — наконец сказал он, глядя прямо на Бензо. — Если кто-то что-то затевает, это рано или поздно вылезет наружу. Мы должны быть готовы.       Бензо кивнул, но в его движении чувствовалась безысходность человека, который слишком долго смотрит на одну и ту же проблему, не находя решения.       — Готовы, Вандер? — пробормотал он. — Мы всегда готовы. Вопрос в том, хватит ли нам времени.       Тишина повисла в воздухе, как некое предчувствие. Только слабый скрип деревянного пола нарушал эту напряжённую паузу, пока Вандер медленно кивнул, словно принял на себя очередной груз ответственности.       — Хватит, — твёрдо произнёс он, его голос стал более уверенным. — Я не допущу, чтобы Заун снова погрузился в хаос.       И бар вновь окутала тишина. Вандер, опираясь на стойку, перевёл взгляд на старый музыкальный аппарат, стоящий в углу помещения. Металлический корпус, покрытый ржавчиной, и потрескавшееся стекло на верхней панели делали его призраком былых времён.       Смутные воспоминания нахлынули, наполняя его грудь тяжестью. Он видел себя: молодого, энергичного, окружённого друзьями, которые тогда были его всем. Силко и Фелисия. Трио мечтателей, росших бок о бок, обсуждавших будущее Зауна, их общего дома. Они верили, что смогут изменить этот город. Часы разговоров, иногда бурных, полных надежд, проходили именно здесь.       «Фелисия всегда знала, как сгладить острые углы», — подумал он, вспоминая её спокойный, но уверенный голос, который всегда уравновешивал его вспыльчивость и упорство Силко. Она была сердцем их группы, той, кто связывал их вместе.       Но теперь от Фелисии остались лишь её дочери — Вай и Паудер. После её гибели на мосту, во время той роковой революции, девочки стали для Вандера родными. Он поклялся заботиться о них, воспитывать так, как это сделала бы она. Вай унаследовала её силу и решительность, а Паудер — нежность и пытливый ум.       Однако боль утраты друга не оставляла его. Силко… Тот, кого он считал братом, испарился после их последней встречи. Вспоминая тот день, Вандер невольно сжал кулаки. Он видел перед глазами, как в порыве ярости оттолкнул Силко. Их спор разгорелся из-за революции, из-за тайного набора сил, который Силко и Фелисия начали за его спиной. Они хотели лучшей жизни для города, но цена, которую предложил Силко, была слишком велика. Кровь, смерти, разрушение — всё это Вандер видел как неизбежный исход.       Тот момент, когда он почти убил друга своими руками, преследовал его в ночных кошмарах. Он считал, что тогда потерял не только Силко, но и частичку себя. С годами он понял, что Силко, как и он сам, искренне желал лучшей жизни для Зауна. Просто их пути разошлись, заставив их стать врагами. Вандер пытался найти его, пытался загладить вину, но каждый раз упирался в пустоту. Силко словно растворился в тени города.       Мужчина закрыл глаза, пытаясь прогнать болезненные образы.       — О чём задумался? — хриплый голос Бензо вырвал его из размышлений.       Вандер медленно повернул голову к другу, тот пристально смотрел на него, покачивая рукой пустой стакан.       — О прошлом, — коротко ответил Вандер, его голос звучал глухо.       Бензо хмыкнул и отставил стакан на стойку, чуть повернув его, чтобы попасть в резьбу на деревянной поверхности.       — Опять он? — уточнил Бензо не называя имени.       — Да, — вздохнул Вандер. — Как же я был слеп, Бензо. Я хотел защитить всех, хотел остановить кровопролитие, но в итоге потерял всё.       Тот тихо усмехнулся, но в его глазах читалась неподдельная грусть.       — Ты сделал, что мог, дружище. Не вини себя за всё это. Ты хотя бы стараешься держать город на плаву. Остальные даже этого не делают.       Мужчина покачал головой и оторвался от стойки, отводя взгляд в сторону.       — Иногда мне кажется, что я просто строю песчаный замок, который снесёт первой же волной.       — Но ты всё равно строишь, — твёрдо сказал Бензо. — И за это тебя уважают.       Вандер ничего не ответил, лишь вновь посмотрел на старый музыкальный аппарат в углу. Аппарат, который молчал уже много лет, но хранил в себе все их мечты и воспоминания.       Он попытался собраться с мыслями. В его взгляде явно виднелась усталость, накопленная годами.       — Каковы шансы, что за этими слухами может стоять Силко? — наконец произнёс он, тяжело посмотрев на своего товарища.       Тот, нахмурившись, оторвал взгляд от пустоты и чуть поморщился, словно имя Силко само по себе вызывало у него неприязнь.       — Да брось, — вдруг хохотнул Бензо с пренебрежением. — Лучше чтобы за этими слухами стоял не этот гадкий змей. Если это и он, то ничего хорошего от этого ждать не стоит. Этот парень всегда был слишком амбициозным. Слишком опасным.       Вандер нахмурился, но промолчал, давая другу высказаться.       — Силко не думает о людях, — продолжил Бензо, с явной горечью в голосе. — Он думает только о своей чёртовой идее. Ему плевать, сколько голов он переломает ради неё. Ты это сам прекрасно знаешь.       — Но в итоге, может, это всё-таки он? — Вандер задумчиво перевёл взгляд в пол, невольно пытаясь отстраниться от неприятной темы. — Не может же он пропасть на столько лет и ничего не планировать? Он слишком любит этот город, как и я.       — Он не такой, как ты, — отрезал друг. — Ты хочешь мира, чтобы никто не умирал, и сам готов умереть за свои идеалы. Те события на мосту показали лишь то, что он никогда не был на тебя похож, предал все твои убеждения и принципы и собрал людей на верную погибель, находясь даже не в первых рядах.       Вандер сморщился при воспоминании о стольких жертвах.       — Ты ведь знаешь, почему он это делал, — тихо произнёс он. — Он хотел лучшего для Зауна.       Бензо нервно рассмеялся коротким резким смешком и продолжил голосом, полным злости:       — Лучшего? Для кого, Вандер? Для себя? Для своей чёртовой революции? Ты сам видел, что случилось на мосту. Сколько погибло людей. Ты видел, что осталось от его мечты.       Слова ощутимо ударили, но Вандер выдержал, стиснув зубы.       — Я знаю, что он сделал, — ответил он сдержанно. — И знаю, что в какой-то момент я тоже подвёл его.       Его друг с силой ударил кулаком по стойке, отчего по бару разнёсся гулкий грохот.       — Не вини себя, Вандер, — сказал он жёстко, выделяя каждое слово. — Он сам выбрал свой путь. Ты пытался его остановить, пытался спасти и его, и всех нас. И что? Он плюнул тебе в лицо и утопил весь город в крови.       Повисло тяжёлое молчание. Вандер подвинул стул со своей стороны барной стойки, сел и устало провёл рукой по лицу.       — Иногда я думаю, что мог бы всё исправить, — глухо проговорил он, смотря на свои ботинки. — Найти его. Поговорить.       Бензо покачал головой, выражение на его лице стало почти яростным.       — Если он и вернулся, то не для того, чтобы поговорить, — отрезал он. — Он вернулся, чтобы закончить то, что начал.       Вандер глубоко вдохнул, в который раз пытаясь подавить горечь в груди.       — Если это он, я всё равно должен попытаться, — его голос прозвучал твёрдо, но в нём слышалась тяжесть и ещё живая надежда.       — Ты хочешь ещё раз оказаться на том мосту? — резко спросил Бензо, его голос был полон разочарования. — Ты хочешь снова потерять всё из-за его чёртовых игр?       Бармен вскинул голову к другу, а его глаза сверкнули.       — Я хочу, чтобы Заун остался целым, понимаешь? Как бы я ни ненавидел то, что он сделал, я всё равно должен понять, чего он хочет теперь.       Старый друг шумно выдохнул, отвернувшись, явно не желая продолжать этот спор.       — Твоя вера в людей когда-нибудь тебя погубит, Вандер, — бросил он. — Особенно в таких, как он. Да и мы даже не уверены на сто процентов, что он всё ещё жив и точно стоит за этими слухами и меняющимися настроениями в городе. Если уж он и жив, как ты планируешь найти его?       Но Вандер не ответил. В воздухе витала напряжённость, словно его мысли наполняли комнату неподъёмным грузом.       — Ты был прав тогда, — сказал он, бросив взгляд через плечо на стену за баром. Там, среди прочих реликвий прошлого, висели две массивные металлические перчатки. Они казались воплощением силы и решительности, которыми Вандер когда-то обладал. Эти перчатки могли сокрушать камни, разбивать стены. Теперь же они покрывались пылью, оставаясь лишь напоминанием о днях, когда он не искал мирных решений, а добивался их грубой силой. — Я действительно ослабил хватку, — продолжил он, и его голос стал тише, но твёрже. — Всё время концентрировался на том, чтобы поддерживать хрупкий мир. Слишком часто закрывал глаза на то, что творится в тенях криминального мира Зауна. Спускал всё на самотёк, надеясь, что порядок установится сам собой.       Бензо, сидя напротив, поджал губы. Он пристально смотрел на друга, его взгляд был полон как одобрения, так и беспокойства.       — Моё нутро подсказывает мне, — продолжил Вандер, выпрямляясь и скрестив руки на груди. — За всем этим и вправду стоит Силко. Или, по крайней мере, он замешан.       — И что дальше? — хрипловато спросил Бензо, прищурив глаза.       Вандер перевёл на него взгляд, его лицо стало суровым.       — Надо действовать, — твёрдо заявил он. — Мы не можем сидеть сложа руки, пока кто-то устраивает хаос в нашем городе. Надо собрать всех хим-баронов.       Бензо нахмурился и чуть подался вперёд.       — Ты понимаешь, на что идёшь? Если ты их соберёшь, это будет как открытая декларация. Они поймут, что ты снова готов стиснуть кулаки.       — Именно, — коротко ответил Вандер. — Пусть поймут, что я всё ещё здесь. Что я всё ещё держу Заун.       — И что ты скажешь им? — спросил Бензо, внимательно наблюдая за другом.       — Скажу, что они не смеют трогать мирных жителей, — твёрдо произнёс тот. — Что я не позволю им устроить бойню ради своих грязных амбиций.       — А если кто-то из них захочет бросить вызов? — холодно уточнил Бензо.       — Тогда я напомню им, почему они когда-то боялись пересекаться со мной, — нахмурился Вандер, взгляд его стал стальным.       Друг горько усмехнулся, а в его голосе всё ещё звучала нотка беспокойства:       — Значит, ты собираешься снова надеть эти штуковины? — он кивнул в сторону перчаток за стойкой.       Мельком взглянув на них, Вандер тут же покачал головой.       — Надеюсь, до этого не дойдёт, — спокойно сказал он, вставая со стула. — Но если понадобится…       Он не закончил фразу, но в его глазах блеснуло что-то, от чего Бензо почувствовал знакомый холодок. Это был тот Вандер, который когда-то мог в одиночку остановить целую банду.       — Если Силко связан с этим, — продолжил бармен, опираясь на стойку локтями, — кто-то из хим-баронов точно расколется. Они всегда жаждут увеличить свою власть. Кто-то попытается переиграть остальных, и тогда мы узнаем правду.       Бензо шумно выдохнул и тоже поднялся со своего места.       — Ну что ж, — сказал он, накинув плащ. — Я займусь письмами.       — Спасибо, старина, — кивнул Вандер.       Тот задержал на нём взгляд.       — Ты всегда думаешь, что всё можно решить словами, — произнёс он уходя. — Но не забывай, Вандер, не все так благородны, как ты.       Когда Бензо вышел, Вандер остался один в пустом баре. Он вновь посмотрел на старый музыкальный автомат, а затем перевёл взгляд на перчатки.       — Иногда слова не работают, — тихо сказал он словно самому себе. — Но я всё равно попробую.