|| Научи меня плохому ||

Утро. 6:30. Послышался противный писк будильника, прямо над ухом, тем самым заставляя Даню поморщится от раздражения. Кашин поднял голову со стола, чувствуя как шея ужасно затекла, а поясница - ныла. "Больше не буду сидеть за компом по ночам..." -, хрипло пробормотал Даня, слегка потянувшись, всё ещё сидя за компьютерном столом. Конечно, Кашин и так знает, что всё равно будет по ночам сидеть в ВК или просто в flstudio. Хотя Даня абсолютно был не против провести так остаток своей жизни, гния в своей комнате, но вряд ли ему кто-нибудь позволит такое сделать, в особенности его мать или друг Рамиль. От этих мыслей Даня невольно поморщился и оглядел весь свой стол, который был захламлен всякой чушью и окурками, потушенными прямо в тетрадки. Например, этой ночью бычки были потушены об тетрадку по географии. Кашин хихикнул над этим зрелищем, но улыбка пропала при мысли о том, что сегодня география. Первым уроком. Рыжий вновь поморщился и еле как встав со стула лениво потопал в сторону ванной, чтобы хоть чуть-чуть привести свою сонную морду в порядок.

***

7:56. Даня сидел в кабинете географии и в полусонном состоянии пялился в ту самую тетрадку, от которой воняло "куревом". Пытался создать ощущение, что что-то повторяет перед уроком, но на деле был с головой погружен в свои мысли. Они проносились в голове парня со скорости парня, он думал одновременно о всем и при этом ни о чем, но поток эти рассуждением был прерван звуком поставленного на парту рюкзака, который положили с особенной раздраженностью. Кашин поднял глаза с тетрадки и увидел на месте рядом с собой Павлову, которая была особенно раздражена сегодня. Девушка сидела с хмурым выражением лица, но, как ни странно, не сделала никакого колкого замечание в сторону Данилы, хотя в такие дни, когда она вставала не стой ноги, придиралась к каждому действию. Но сегодня Арина была тихой, даже слишком. Даня начал всматриваться в лицо шатенки и в какой-то момент осознал, что её глаза были опухшими и немного красными, будто она всю ночь плакала. От этой мысли Кашин также нахмурился, не хотелось чтобы это оказалась правда... А вдруг она из-за него плачет? А что он такого сделал чтобы она плакала?.. Даня ещё больше запутался в происходящем и с его губ соскользнули слова: - Ты че плакала? -, от такого вопроса даже сам Даня дернулся, не говоря уже про Арину, которая повернулась к нему и удивленно посмотрела. Естественно, правду говорить Павлова не собиралась, то ли из-за стыда, то ли потому что просто не хотела. Вряд ли Кашин захочет слушать про её проблемы в семье. Поэтому Арина просто покачала головой и сказала: - Нет... Не выспалась просто -, тихо говорит девушка, не поднимая глаза на Данилу. Было очевидно, что Арина лжёт, но парень не стал спорить и просто тяжело вздохнул, снова поворачивая голову к тетрадке. В какой-то степени, Даня даже немного обиделся, что Павлова не хочет рассказывать ему всю правду, но и с другой стороны - они недостаточно близки, чтобы девушка смогла делиться с ним своими переживаниями. Однако Кашин примерно понимал, что, возможно, является причиной её слез. Косвенно, но всё-таки виновен. Убежала она вчера потому что отец ей позвонил, а потом и отругал, попутно наказав бедную Аришу. Не стоило ему не пойми куда вести её, да и вообще не надо было ему с ней даже разговаривать и тогда бы она не была такой печальной, как сейчас... Мысли легли тяжким грузом на его плече, было отвратительно осознавать, что из-за него страдает дама его сердца, а он даже никак поддержать её не может потому что не привык проявлять эмпатию по отношению к другим. Но урок уже был окончен и Кашин очнулся, но вокруг него уже был пустой класс, даже учитель ушел. Пришлось встать из-за стола и поплестись на следующий урок, пока рюкзак повис на его плече, вместе с той ответственность перед Ариной. Естественно, это чувство вины потихоньку съедало его душу, заставляя совесть истошно вопить. Даня уже не выдержал, как только заметил знакомую темную макушку, которая также, как и он, еле-еле плелась к кабинету биологии. Кашин подбежал к Арине, начиная обеспокоенно крутиться вокруг неё и пытаясь разузнать в чём же причина её опухших красных глаз и отстранённого поведения. Но Павлова лишь отмахивалась от него, говоря что всё хорошо и ему не стоит так о ней беспокоится. Только вот Кашин будто бы и не собирался останавливаться. Он резко встал на пути у Арины, падая перед ней на колени и смотря на неё жалобным взглядом, со словами: - Ну вот хочешь я на колени встану?.. Прости меня, пожалуйста... Павлова же удивленно усмехнулась, смотря вниз, на Данилу, который в этот момент больше напоминал щенка, чем шестнадцатилетнего, двухметрового парня. - За что хоть извиняешься? -, снова усмехнувшись говорит Арина. - Не знаю... Но ты прости, пожалуйста... -, вновь извиняется Кашин, ни капли не испытывая стыда за то, что стоит посреди школьного коридора, на коленях, перед Павловой. - Господи, встань уже... Прощаю -, осталось Арине смиренно сказать Дане, немного стыдясь той картины, что предстала перед многими школьниками, проходящих мимо.