Кровосос

А в понедельник утром, после того как Леви одарил его хмурым взглядом и дежурно поздоровался, его поймала Ханджи и потащила на офисную кухню. — Ну и что за херня произошла в пятницу между вами? Леви побыл на корпорате еще буквально с час, а потом ушел мрачнее тучи и не отвечал на звонки. Как и ты, собственно. — Давай не будем об этом тут говорить. — Он отшил тебя? — Что? Нет. — Ты пытался его сожрать? — Нет, не в этот раз. — Что?… Да, Ханджи знала, что он вампир. И даже помогала ему. Ее парень, Моблит, работающий в больнице, время от времени снабжал его кровью. — Давай выйдем, — Эрвин тяжело вздохнул и зашагал в сторону курилки. Рассказав вкратце о том, что произошло в ту злополучную пятницу и какие сомнения его одолевали, Эрвин выкинул окурок в мусорку и сел на скамейку. — Майк теперь должен мне десятку. — Что? — А мы с ним поспорили, кто раньше сдастся, ты или Леви. Я, конечно же, поставила на Леви, зная тебя, - Ханджи хохотнула и села рядом, — И я думаю, он до последнего не будет верить в то, что ты хочешь ему рассказать. — Я так и думал. — Скорее всего психанет и будет думать, что ты издеваешься. Но думаю можно попробовать, если пошлет тебя, то болтать об этом не будет. А если и будет, то можешь его того, - Ханджи приблизилась к лицу Эрвина и пару раз клацнула зубами у его лица. Эрвин поморщился и устало потер лицо ладонями. Дверь в курилку хлопнула и показался объект их недавнего обсуждения. Заметив их двоих, он помрачнел еще больше и сделал глубокую затяжку. Ханджи бодро встала, похлопала Эрвина по плечу и направилась обратно в офис, по пути пихнув Леви локтем в бок. На языке ее жестов это означало «не кисни, коротышка». — Леви… — М? — Нам надо поговорить. Я зря тогда ушел. — Сбежал, ты хотел сказать. — Да. Не подумай, ты мне нравишься, но… — Ты типа из тех, кто «фу, мужики, да ни за что», но пососаться в ночи на балконе с ними не против? Эрвин сжал кулаки. Его начинала накалять эта ситуация. Прежде, чем он успел что-то ответить, дверь в курилку снова открылась, и кто-то вошел. Подойдя к Леви, Эрвин тихо произнес: — Давай вечером поговорим? У меня дома. Леви удивленно вскинул брови, но молча кивнул. День пролетел незаметно, и, казалось бы, напряжение должно было утихнуть, но нет. Чем ближе был конец рабочего дня, тем нервознее становился Эрвин. Несколько раз заходя в туалет, он смотрел в зеркало и замечал, что его глаза из голубых превращаются в сиреневые, а это значит, что скоро они и покраснеют окончательно. Сигарет, чтобы успокоить нервы, было выкурено немерено. Но вечер настал и Леви уже ждал его на парковке. И вот сейчас, сидя на кухне и попивая чай, Леви, как и предсказывала Ханджи, раздражался и, видимо, хотел уйти. — Нет, Леви. Я не пытаюсь съехать с темы. Я для этого тебя и позвал, и… — И несешь какую-то херню. Ты точно обычные сигареты бегал весь день курить? — Я могу тебе доказать. Повисло молчание. Леви недоуменно посмотрел на Эрвина, а затем молча подошел к холодильнику, открыл его, что-то достал из нижнего ящика и швырнул в Эрвина, попав тому в щеку. — Что за херня, Леви?! — Это чеснок. Вампиры же боятся чеснока. — Нет, мы не боимся чеснока. И святой воды, и серебра, и что там еще из мифов есть. Да и зачем мне чеснок в холодильнике, если бы я его боялся? — Ладно, тогда как ты докажешь? Было очевидно, что Леви ему не верил, но делал вид, что принял правила игры и теперь настороженно наблюдал за Эрвином, оперевшись бедром о холодильник и сложив руки на груди. — Помнишь, когда я привозил тебе твой забытый телефон? — Ну. — Я не смог войти, пока ты меня не пригласил войти. — А, то есть, чеснока не боишься, но такая херня, как приглашение нечисти в квартиру, работает? — Да. — Что еще? Может то, что ты быстро обгораешь на солнце, это тоже доказательно твоего вампиризма? — Нет. Я просто блондин, а у блондинов обычно кожа чувствительная к солнцу. Солнца я не боюсь. Помнишь, ты тогда порезался, а я убежал в туалет? — Ну да, убежал обосрать мой толчок из-за пива. — Я убежал тогда, потому что почувствовал запах твоей крови из-за голода. Леви не удержался и засмеялся. — Ты че, типа, как тот упырь из сумерек? На спине меня покатаешь? — Леви… — Срань Господня, и на что я надеялся… — Леви, тогда откуда я могу знать, что у тебя на левом бедре синяк? Я чувствую запах кровоподтека. — Да откуда угодно. Каждый третий в офисе видел, как я постоянно запинаюсь об угол стола. — А как я, по-твоему, перетащил тебя на новое место работы? — Пф, ты предложил мне выгодные условия, повышение и больше денег. Только дурак не согласился бы. — Мне показать тебе клыки? — Эрвин поник, у него уже не было сил что-то пытаться доказать. Ему казалось, что все, что он раньше делал или рассказывал сейчас, достаточно компрометировало его как вампира. Пугать зубами и красными глазами не хотелось. — Так они и так у тебя заостренные, как, в принципе, и у многих людей, — Леви ухмыльнулся и, казалось, вошел во вкус этой своеобразной игры и добавил, — А я знаю, как можно проверить. — Что ты… Не успел Эрвин договорить (уже в который раз), как Леви схватил со стола нож, поморщившись полоснул себя по пальцу и поднес к лицу собеседника, внимательно смотря на него. И в следующее же мгновение в ужасе отшатнулся в сторону. Он упал бы, запнувшись об стул, но Эрвин крепко схватил его за запястье с кровоточащим пальцем и зашипел не своим голосом: — Не надо так делать, Леви. Леви же с ужасом застыл и смотрел в изменившееся лицо Эрвина. Оно преобразилось. Глаза стали темно красными, белки чернели, клыки удлинились и заострились, черты лица стали хищными и опасными. Кровь с пальца уже образовала меленькую лужицу на столе, а время словно застыло. Эрвин не знал, сколько он уже вглядывается в испуганное и побледневшее еще больше лицо Леви. Сделав глубокий вдох, он успокоился и отпустил его руку. Леви в панике часто задышал и отступил на несколько шагов. — Это что за хуйня сейчас была? - его голос осип, словно он не пил несколько дней. — Прости, что напугал. Я же говорил, что я вампир. Леви тупо уставился на него, руки как две плети висели вдоль тела, а кровь уже капала с пальца на пол. Эрвин встал и направился за аптечкой в ванную. Принеся ее на кухню, он застал Леви все в том же положении. — Леви, нужно обработать твой палец. Тот заторможено кивнул. Усадив его на стул, Эрвин щедро полил его палец перекисью, промокнул ваткой и заклеил пластырем. Затем налил в кружки свежего чаю и сел напротив. Тяжело вздохнув, он заговорил. — Я знаю, в это тяжело поверить. Можешь задать мне любые вопросы. — Как это вообще возможно? Или это был какой-то фокус? — Я сам всего не знаю. Но, как видишь, возможно, — Эрвин слабо улыбнулся. Леви постепенно пришел в себя. Они перебрались на диван в гостиной и сидели в тишине, прихлебывая чай. — Знаешь, я рассчитывал, что мы просто поговорим и потрахаемся. А не то, что ты окажешься кровососом. Эрвин тихо засмеялся и посмотрел на Леви. Тот выглядел напряженным и теребил в руках уже пустую чашку. — Ты все еще можешь задать мне любой вопрос. Я думаю, их много. — Я даже не знаю с чего начать. Допустим, сколько тебе лет? — В этом году будет сто тринадцать. — А еще меня старым называл, — Леви нервно засмеялся, — Как ты стал таким? — Умер, — Эрвин усмехнулся и добавил, — В сорок третьем меня задело миной, оторвало руку, пробило бок. Я лежал и умирал, когда один наш врач чем-то меня напоил. Только потом я понял, что это была его кровь и что он вампир. Когда я пришел в себя уже таким, он мне все рассказал и пытался успокоить. Но я не мог в это поверить, думал, что это все бред. Тогда этот врач напомнил мне, что мне оторвало руку и сейчас она на месте, а там, где мне пробило бок, остался небольшой шрам, — Эрвин задрал свою рубашку, показал небольшой шрам на боку и пояснил, — Как он мне объяснил, раны, от которых ты умираешь, остаются шрамами на твоем теле навсегда. — А почему тот доктор решил обратить тебя? — Я был командиром. И как-то раз он упомянул, что я напоминаю ему его сына. Возможно, ему просто стало меня жаль. В то время у меня были другие вопросы, этого не спросил, — Эрвин грустно улыбнулся. — А что потом? Ты вернулся домой? — Нет, он мне не дал этого сделать. Сказал, что для всех близких я уже мертв. Я был зол. Сказал, что лучше бы уж на самом деле умер тогда. — Сколько тебе было тогда лет? — Тридцать три. — Тебя кто-то ждал с войны? — Да, отец, сестра и невеста. Мы с ней собирались пожениться как я вернусь. Но после моей якобы смерти, через пару лет, она вышла замуж за моего сослуживца, который действительно выжил. Ее звали Мари. — Мари? Как девчонку из офиса, она из отдела качества, вроде. — Да, возможно она даже ее правнучка, очень на нее похожа. — Видимо, у нее с прабабкой одинаковый вкус на мужиков, — Леви начал расслабляться и вытянул ногу на журнальный столик. — В смысле? — Она же только так в тебя глазами стреляет. — О, не замечал, - Эрвин удивленно посмотрел на Леви. — Ты мог бы приударить за ней. Считай, закрыл бы гештальт с невестой. — Не мог. Мне нравишься ты, Леви. После молчания в несколько минут, он ответил, снова скрещивая руки на груди: — Ты мне тоже, но все это дерьмо очень странное. Очень. Мне кажется, что мне все это снится или это какая-то дурацкая шутка. — Я понимаю. — Ты жрешь людей? — Сейчас нет. Мне помогают достать кровь. Иногда я покупаю кровь животных, но она утоляет голод не так хорошо, как человеческая. От того, как просто об этом говорил Эрвин, Леви передернуло и по спине пробежали мурашки. Большая часть его разума отрицала все происходящее и не верила в это. — Ты сказал, что тебе помогают с кровью. Кто еще о тебе знает? — Ханджи. И Моблит. Леви удивленно посмотрел на Эрвина. Вот уж о ком он не ожидал услышать, так это о Ханджи, с ее то болтливостью. — И как же она узнала? — Ты же смотрел какие-нибудь фильмы о вампирах? Одна из вещей, которая там совпадает с реальными вампирами это то, что мы можем обращаться. Леви заинтересованно повернулся к Эрвину всем телом, садясь с ногами на диван и вопросительно уставился. Эрвин, подождав пока тот усядется удобнее, продолжил: — Обращения – это моя слабость. На это уходит очень много сил, и не всегда удачно у меня это получается. Тогда я, это было лет семь назад, напившись крови и набравшись уверенности, решил попробовать полетать над городом. — А в кого ты превращаешься? — В ворона. В глазах Леви появился лихорадочный блеск, он приоткрыл рот и собирался озвучить свои мысли, как Эрвин перебил его. — Нет, обращаться я сейчас не буду, — и выставил перед собой ладони в знак протеста. — Почему? Может, меня бы это окончательно убедило в том, что ты кровосос? — Этого тебе недостаточно? — Лицо блондина снова преобразилось, но на этот раз все его зубы были заострены, а радужки алели, почти светились на фоне почерневших белков глаз. Однако, Леви в этот раз не испугался. Наоборот, он завороженно наблюдал за ним и даже придвинулся ближе и протянул палец пощупать зубы. Эрвин удивленно отодвинулся, лицо от удивления стало почти прежним, только красные глаза и клыки выдавали его. Перехватив руку Леви, он недовольно посмотрел на него. — Опрометчиво совать мне в рот палец со свежим порезом. Я, конечно, хорошо себя контролирую, но не советую так делать. Леви одернул руку и отвел взгляд, словно с него спало наваждение и спросил: — Ладно, прости. Но на кухне что-то не заметно было твоего супер-контроля. Так что там с Ханджи? — Я обратился в ворона, летал по городу и просто врезался в окно, - Эрвин пожал плечами, словно это было и без слов понятно. Леви расширил глаза от удивления, а затем начал смеяться. Смех, правда, походил на истерический. — Сто лет назад, знаешь ли, не было еще таких высоких зданий с огромными зеркальными окнами. Я до сих пор не привык летать в городе, — Эрвин закатил глаза и продолжил: — Потом меня, подбитого, подобрала Ханджи и отнесла домой, но это уже с ее слов. Очнулся от ее визга на следующее утро. Но ее удивление можно понять. За ночь я превратился обратно. А она, проснувшись, вместо подбитого ворона в коробке увидела здорового голого мужика. Причем, вместо волос на теле у меня был птичий пушок. — И дальше что, как она отреагировала на то, что ты не просто голый мужик в перьях, но еще и ворон-вампир? — Леви сидел с таким выражением лица, словно ему только попкорна не хватало. — А ты как думаешь? — Эрвин иронично улыбнулся. — С восторгом? — Именно. После моих объяснений и демонстрации клыков, она начала названивать Моблиту с просьбами принести пару пакетов донорской крови. — А Моблит что? И почему ты не убил их как свидетелей? — Кровь принес, чему я удивился, но не верил до последнего и крутил у виска, пока я при нем не превратился в ворона. Потом при обратном обращении у меня на спине остались маленькие крылышки. А убивать просто так я не хотел. Я, конечно, не знал тогда Ханджи, но кто бы ей поверил, если она решила рассказать? — Было бы забавно, знаешь, если бы у тебя при обратном обращении остался член как у птички. Фраза «с гулькин хуй» заиграла бы новыми красками. — Вообще, у большинства видов птиц нет полового члена. Они размножаются так называемым «поцелуем…. — Ой, нет, избавь меня от подробностей своей половой жизни в виде голубя, - Леви протестующе замахал руками. — Ворона. А вообще… — Нет! Не хочу больше ничего об этом знать! Эрвин вздохнул, откинулся на спинку дивана и рукой разворошил волосы на затылке. Вытащил из кармана брюк телефон посмотреть время. — Что ж, я думаю, если есть еще вопросы, то можем продолжить потом. Сейчас уже поздно. Останешься? Леви тоже глянул на время и, задумавшись на пару секунд, молча кивнул, и сказал, вставая с дивана: — Я пока выйду покурить. Эрвин предусмотрительно постелил Леви в гостиной на диване (Леви был ему за это благодарен). И принес ему сменную одежду, ею были футболка Эрвина и его старые домашние брюки, севшие после стирки (совместные ночевки уже были в норме давно). Немного поговорив о завтрашнем рабочем дне, во сколько им вставать и не заехать ли по пути на работу за кофе и пожелав доброй ночи, они разошлись по своим спальным местам. В воздухе словно застыло напряжение. Резкий скачок от разговоров о вампирской жизни Эрвина, до обсуждения рабочих будней, ярко говорил об этом. Лежа у себя в спальне, Эрвин буквально слышал, как нервничал Леви, чувствовал, как тревожно бьется его сердце. Он понимал его чувства и не знал, как мог бы его успокоить. Эрвин, конечно, не хотел бы, чтобы Леви закрылся от него или избегал. Он надеялся, что между ними сохранится хотя бы дружба. Но сложно говорить о сохранении дружбы после того поцелуя на балконе. И после признания. Вампир не особо нуждался во сне. Наоборот, ночью он становился активнее и все его способности становились сильнее. И конечно же, спустя пару часов после того, как они легли спать, он слышал тихие шаги за своей дверью. Слышал, как неуверенно Леви хотел зайти к нему и как уже было поднял руку, чтобы постучать, как нервно дышал. Но остановился. Напряженно постоял и ушел обратно на диван, а затем провалился в беспокойный сон.