Прости, неудобно говорить.

--- Ни о каких лепестках роз не шло и речи. Их встреча, конечно, подразумевала романтичность, но до ужина при свечах парни и не собирались опускаться. Именно. В их понимании весь этот пафос был лишь жужжащей мухой, которая разносит сплетни в очередной экси-журнал. Восходящей звезде и её маленькому лисёнку это точно бы не понадобилось. Громкие заголовки: «Кевин Дэй был замечен со своим защитником Аароном Миньярдом в ресторане/в отеле» — да где угодно. (Хотя не удивительно, если бы они не отличили Эндрю от Аарона) Им удавалось прятаться и скрывать происходящее ото всех. Буквально ото всех. Из команды знал только Эндрю. От такого чуткого человека, как он, нельзя было скрыть ничего. Нереально, ведь он читает по глазам. Заглядывает глубоко в душу и высматривает искорки созвездий, которые вспыхивают где-то далеко при взгляде на объект обожания. Точная копия его второй половинки умел держать язык за зубами, а также — что важнее — умел держать обещания. Кевин пообещал относиться к «ничего» Эндрю и Нила как действительно к «ничему», а Миньярд взамен отплатил той же монетой, но с небольшим нюансом. Нил теперь тоже в курсе. Но больше никого. Несмотря на то, что Аарон просто терпеть не может Джостена, сейчас почему-то вдруг снова завёл о нём разговор, задумчиво накручивая на пальцы слегка влажные пряди Кевина после душа. По их комнате в общежитии гуляет легкий ветерок и колышет шторы. — До сих пор злюсь на него за тот выпад с Кейтлин. — он удобно устроился на чужой груди, согреваясь и покрывая полностью разгорячённое паром тело Дэя, который был вовсе не против. Он скорее был против того, что Аарон вдруг начинает ворошить прошлое, пускай это прошлое и было всего пару месяцев назад. — Пора простить. Вы же явно сделали огромный шаг вперёд с Эндрю. А всё благодаря Нилу. — спокойно ответил Кевин, уставившись прямиком на пшеничные локоны, которые поднимались и опускались вместе с тем, как Аарон менял выражение лица. Сначала это было искреннее удивление. Чаще всего в их разговорах Нил фигурировал со стороны Кевина как тот, про кого нельзя сказать слишком плохо, но и не слишком хорошо. По-дружески и любя он называл рыжего «полным идиотом». Ну и остальные воз и маленькая тележка прозвищ. Затем в ореховых глазках мелькнула задумчивость, будто о чём-то глубоком, о смысле жизни, на что Кевин действительно не удержался и засмеялся, потрепав блондинистую макушку. Прошло около минуты или двух такого сосредоточенного молчания. Взгляд Аарона был устремлён куда-то в район шеи Кевина, а руки выпрямлены по бокам. Такой задумчивый и отстранённый. Ферзь решил вырвать его из мыслей мягко, совсем ненавязчиво, волнуясь, как бы тот не испугался резкого прикосновения в таком состоянии. — Эй. О чём думаешь? — Дэй нежно приложил ладонь к его щеке и начал гладить большим пальцем, выводя из транса. Аарон проморгался растерянно, нахмурил брови и снова лёг на его грудь, выдыхая, прислушиваясь к ровному сердцебиению, которое у него самого явно было слишком учащённым. Тяжёлый вздох и… — Сегодня четырнадцатое число. Она ждала от меня букет или хоть что-то, но мы так и не увиделись. Даже не списывались сегодня. Чёртов День святого Валентина. Грусть в его голосе напоминала осенний дождь, который яростно бьёт по окнам, грозя разбить их собственным весом, но этого слишком мало против прочного стекла. Слова оставляли на сердце Кевина такие же бороздки, но даже они не могли пробить их прочную связь, запертую на семь замков в самой глубине души. День влюблённых. И правда. Кевин соврёт, если скажет, что забыл, потому что уже поздравлял своих «монстров» с этим днём. Конечно, в шутку — ведь обещание, данное Эндрю, не замечать ничего «такого», всё ещё было крепким. Но для Аарона этот праздник таковым даже не являлся. Да и их сложно было назвать полноценной парой. Трепет в груди ощущается перманентно. Жар от прикосновений и любых случайных встреч взглядом. Мурашки по телу и предвкушение любой возможности уединения. Сколько плюсов, столько и минусов. Они могут проявлять всё то, что успели накопить за день, а иногда и за несколько недель, только за закрытой дверью, без лишних глаз и ушей. Только так. Вся нежность, интимность откровений — даже не имея в виду реальную близость. Редко выдавался шанс побыть вместе вот так, просто лёжа рядом. На людях ещё сложнее. Кевин безумно любит Аарона. Его одержимость им не сравнится с «Экси», которым он жил все двадцать с лишним лет, но точно где-то рядом. Миньярд, в свою очередь, не может жить без его слов, признаний, тактильных ощущений и других прелестей отношений. Под объективами приходится кривить лицо в равнодушии, а при Лисах вести себя вообще так, словно они друг для друга не существуют. Это выматывает. Парни оба устают от постоянного напряжения и страха, что их застанут, но благополучно забывают обо всех заботах, просто находясь пару часов в общих объятиях. — Не собираешься извиняться перед ней? — За что? — удивлённо поднял глаза Аарон. Тот факт, что он всё ещё пытается сохранить хоть какое-то общение (если его вообще можно так назвать) с Кейтлин, ещё не значит, что их отношения не закончились тогда, когда она поставила Аарона перед фактом своего будущего. Там не было Аарона. Она не собиралась включать его в свои планы. Но при этом была не против иногда потрахаться и строить временные отношения во время учёбы. Прекрасно, блять. Очень честно. Миньярду это не надо. Просто не надо. Сплошная трата времени. Он не знал любви. Никогда не мог прочувствовать на себе той самой искренности и нежности, что подарила ему Кейт — первая в его жизни девушка, которая не поднимала на него руку. Это смешно вне контекста, но именно её мягкость привлекла. Иронично, что тот же мягкий тон, с которым она сообщила о скором переезде после окончания универа, растоптал всё в душе парня. Кусочки пришлось склеивать долго и нудно, как самый настоящий пазл из не подходящих друг к другу деталей. Аарон почувствовал себя брошенной игрушкой, которой попользовались пару лет, а потом вдруг выкинули на свалку из-за более новой и модной безделушки. Какие бы клятвы о любви она ни говорила, для Аарона всё было ясно. Стыдно признать, но Миньярд очень пожалел, что не послушал брата и не остерегался девушек дальше, следуя договору. Аарон всё ещё хлопал глазами и не понимал, за что он должен извиняться перед Кейтлин. Кевин же скептически выгнул бровь и стрельнул малахитовыми глазами в сторону теперь уже надутых губ блондина. Их разговор, переходящий в слабое начало спора, был прерван поцелуем. — Тихо. — прошептал раздражённо Миньярд ему прямо в губы, приподнимаясь и выставляя ладони по обе стороны от головы нападающего. И Кевин заткнулся. Точнее, не успел возразить, подчиняясь грубому поцелую. Аарон сцеловывал все его инициативы, будто действительно злился, что Кевин поддерживает в этой ситуации девушку, а не его. Язык присваивал себе каждый дюйм чужого рта, проворачивая привычные манипуляции, которые чаще делал именно брюнет, но сейчас Аарон находился в более выгодном положении, чтобы взять контроль. Весь воздух они делили между собой до того момента, пока большая ладонь не легла на задницу Миньярда и не сжала её в предупреждающем жесте. Дэй что-то невнятно промычал, отстраняясь от настырных ласк, а тот лишь облизнулся, оставляя между ними жалкие сантиметры. Тяжёлое дыхание сопровождалось более наглыми прикосновениями, пока оба приходили в себя. Поцелуи до головокружения, без излишней нежности, нравились им гораздо больше. Кевин не отрывал взгляда, прижимая парня за ягодицы ближе к себе. Кажется, их мелкий спор уже забылся, однако это было не так. Нападающий повторил за Аароном его выражение лица — полное хитрой страсти и греховной пошлости. Ухмылка на губах обоих теперь была признаком общего «да», если сравнивать с привычками Эндрю и Нила. Дэй ненавидел их прелюдии с постоянными вопросами перед любым прикосновением, но мог понять Эндрю, зная его историю. Им с Аароном хватало взгляда, чтобы всё понять. — Может, тогда извинишься передо мной? Сегодня на тренировке ты был о-очень плох… — Кевин облизал губы, ощущая приятное послевкусие Аарона, и закусил нижнюю, прежде чем невольно обратить взгляд за его плечо, где изгиб сильной спины открывал вид на вздёрнутую пятую точку с его руками на ней, которые смяли податливую ткань домашних штанов. Нет. По правде, он не считал, что Аарон поработал сегодня плохо, но нужно же было найти, к чему придраться. — Перед тобой хоть на колени встану. — с интересом выгнул светлую бровь Миньярд, нарочно толкнувшись бёдрами вперёд, сокращая расстояние и дразня трением, что явно оказало нужный эффект на нападающего, как и его грязные слова, вылетающие с такой лёгкостью, будто днём этот парень не выглядел девственной серой мышкой. Язык, соответствуя фразе, прошёлся по рту от одной щеки к другой, образуя шишечку с подтекстом, который даже не надо было изучать, чтобы понять, к чему ведёт белобрысый. — Не сегодня, милый. — тяжёлый вздох запустил цепную реакцию. Нет, это не означало, что Кевин против, просто сегодня всё должно быть иначе. Он не хочет останавливаться на минете. Тело напряглось, желая больше прикосновений, которые Аарон попросту не мог дать, получив такой ответ. Он поднял вопросительный взгляд и прошептал так ласково, что, казалось, боялся спугнуть дикое животное. — Ты не хочешь меня? — откровенный и немного расстроенный голос, но не сломленный. Миньярд знал, что это не так. Он чувствовал под собой твёрдость и понимал, что что-то другое является причиной сопротивления. В голове Кевина всё перевернулось с ног на голову. Он не мог позволить себе заставить Аарона так думать, поэтому тут же доказал обратное, нежно впившись губами в его шею перед ответом. Блондин издал короткий, но громкий вздох, подставляясь под губы Дэя и поощряя его ласки. Прикосновения были влажными, частыми. Он не оставлял засосов — общее правило, которому они придерживались. Даже на закрытых участках старались реже это делать. — Хочу. — с возбуждённой хрипотцой в голосе произнёс нападающий, отрываясь от пульсирующей вены за ухом. Руки вовсю начали исследовать тело Миньярда, попутно цепляясь за края одежды, пока его ладони находились на груди нападающего. Излюбленные сантиметры излучали манящий свет бледной кожи. Кевин был мотыльком, который стремился к этому свету, не боясь скорой смерти из-за уровня жара. — Хочу трахнуть тебя. — слова Кевина ударили по барабанной перепонке, хотя представляли собой бархатный шёпот. Зубы подкрепили их укусом в мочку, и Аарон снова выгнулся, ещё острее ощущая крепкие руки на своей талии. Доверия в их отношениях было достаточно для того, чтобы практиковать подобное. Первый раз был особенно пугающим для Аарона, зная опыт собственного брата, но то, с какой нежностью Кевин успокаивал, относился бережно и аккуратно, заставило изменить своё мнение и больше не бояться боли, а принимать её как должное — как то, что позже перерастёт в райское наслаждение. Сейчас он был уверен. Уверен, что хочет этого так же сильно, как Кевин, и так же сильно доверяет, что может позволить им раствориться в этом экстазе без всяких сомнений. — Хорошо. — хитрая и довольная ухмылка всплыла на лице и не пропадала, пока парень тянулся к прикроватной тумбе, не слезая с Дэя. Тот же не упустил возможности получше распробовать то, чему нужно будет уделить особое внимание. Он залез под резинку свободных штанов парня и обхватил ладонями ягодицы через тонкую ткань белья, от чего блондин вздрогнул, но точно не от неожиданности. Мягкий стон у уха смешался с шуршанием вещей в ящике и недовольством Аарона тем, что он не мог найти контрацептив. Когда он вновь вернулся в прежнее положение, Дэй вопросительно хмыкнул. В руках блондина была лишь бутылочка смазки. — Закончились, наверное. Но это даже к лучшему. — объяснил Миньярд. Лёгкое удивление Кевина сменилось интересом и искренним смешком, а Аарон сделал круговое движение тазом, потираясь о его стояк, не давая шансов передумать. Но Дэю нужно было знать. Он не мог идти на такое, зная, что Аарон иногда выкидывает сумасшедшие вещи, не подумав. Это у них с кузеном семейное. Ферзь стиснул зубы, стараясь включить мозг, а не думать членом. Вся кровь давно прилила вниз, но капелька оставшегося рассудка должна была сейчас сработать. И сработала в нужный момент, ведь Аарон уже стягивал с себя одежду, начав с футболки. Вопреки желанию, Кевин смотрел прямо в глаза, а не на большую «душу», что сейчас так и маячила впереди. — Я могу успеть вытащить, или ты хочешь… — Хочу. — с той же лисьей ухмылкой перебил его блондин, понимая, чем закончится фраза. В ореховых радужках сверкнул какой-то звериный и жадный огонёк, которого Дэй раньше не видел. — Я понимаю последствия. Перестань душнить и сосредоточься. Нетерпеливый тон разрезал воздух. Кевин позволил себе взглянуть на оголённые участки тела, подмечая знакомые острые линии ключиц, косые мышцы пресса и нежно-розовые соски на груди, вставшие колом, как и то, что выглядывало из-под серых спортивок. Ладони Аарона поползли вверх, сминая футболку Кевина, который никак не мог оторваться от вида атлетичного тела своего парня. Да не только взгляда. Руки во всю исследовали его изгибы. В нём было идеально всё. От острых линий скул и подбородка, о который, казалось, можно было порезаться, до самых мягких и тёплых на свете глаз. Всё остальное было дополнением к безусловно прекрасной душе его, порой истеричного, защитника. Глаза были застланы пеленой, но сквозь неё пробирались частички реальности, вытягивая Кевина обратно. Он и сам понимал, что время идёт. Течёт со скоростью Гольфстрима и разбивается о скалы, когда нужно действовать. Аарон наслаждался его заворожённым взглядом и беспорядочными движениями крупных ладоней, что гуляли по рёбрам вверх и вниз. С лёгкой усмешкой блондин подмечал, что ещё немного — и слюна точно потечёт из приоткрытого рта, поэтому он двинулся ближе, схватившись одной рукой за подбородок с гладкой кожей от недавнего бритья, обращая на себя внимание, а другой потянув вверх, намекая, чтобы нападающий снял мешающую футболку. Кевин вернулся в реальность и мотал головой, пытаясь растрясти возбуждённый мозг, но всё тщетно. В штанах становилось всё теснее, а дополнительное давление веса Аарона сверху лишь усугубляло ситуацию. Но нет. О нет. Он ни в коем случае не хотел, чтобы парень слезал. Разговора о Кейтлин как и не бывало. Оставалось стянуть лишь нижнее бельё спустя пару неловких минут, которые они потеряли, избавляясь от низа. Аарон помогал Кевину, отдавая честь сделать это первым, прерываясь на короткие, но не менее страстные поцелуи. Дэй облегчённо выдохнул. Его стальное возбуждение наконец на свободе, так близко к источнику тепла — к Аарону. К его самому любимому человеку за последние пару лет. Блондин смотрел слишком дразняще, отвечал на все не заданные вопросы о сомнениях одними лишь карими глазами, в которых сквозила отчаянная уверенность. Кевину очень захотелось съязвить. Он прикусил губу, но даже это не спасло его дерзкий язык от того, что он проговорил, наблюдая, как Миньярд стягивает с себя боксеры, обнажая небольшой и аккуратный орган. — В первые пару раз ты не был таким смелым. Успел набраться теории у Ники? Или может Нила? — Упаси Господь. — сквозь зубы прошипел Аарон, успевая выдавить небольшое количество лубриканта на пальцы и ввести пару внутрь. Парень прогнулся в спине и опёрся одной рукой на бедро Кевина сзади, медленно растягивая внутренние стенки под тихий смех второго номера. В такой позе его рёбра маняще выпирали, заставляя Дэя облизнуться при виде такой услады для глаз. Подтянутое тело извивалось на нём, представая перед взором таким открытым, беззащитным и дрожащим. Это было не про сам факт обнажённости, а про доверие. Мало кто знал, чего на самом деле стеснялся Миньярд. Причину «беспокойства» Кевин обхватил рукой, вновь приводя орган в готовность после короткого спазма боли, от которого возбуждение чуть ослабло. Аарон содрогнулся всем телом, прерывисто дыша, продолжая. Он растягивал себя для Дэя. Для него. Для звёздного нападающего. Эта мысль прошла от подкорки мозга по плечам и вниз до самых пят электричеством. Импульс жара и холодка капающей смазки на бёдра заставили член дёрнуться еще до того, как Аарон коснулся его. Ему тоже не терпелось. И защитник не собирался медлить, хотя в делах подготовки Кевин всегда настаивал на более ответственном подходе. Это была его ошибка — не проконтролировать это сейчас. — Готов? — кажется, Кевин будет проклинать себя очень скоро за то, что не проверил. Миньярд ответил действием: пересел повыше и вытер скользкую руку о чужой член, заводя её назад, направляя его прямиком ко входу сжимающегося и пульсирующего сфинктера. В момент стало невероятно горячо. Дэй прикрыл глаза и выдохнул, ощущая прикосновение к столь чувствительной головке и упираясь затылком в изголовье кровати. Но зелёные стекляшки вновь распахнулись, когда он услышал сдавленный полустон-полувсхлип. Чужая дрожь передалась и ему, заставляя всё тело напрячься. У Аарона вновь упал. Его плечи поникли, а руки искали опору на плечах Кевина, впиваясь ногтями, оставляя следы полумесяцев. Прежней смелости и не бывало. — Как ты? — встревоженно спросил Дэй, чувствуя, что продвинулся не намного, замер и тяжело дышал. — Больно. — тихо, почти шёпотом ответил Миньярд, выталкивая ещё больше воздуха из лёгких куда-то в район шеи Кевина. Боже. Дэй не мог проигнорировать подобные слова, как бы сильно ни был возбуждён. Он нежно приобнял парня, успокаивающе гладил по спине, прижимая лишь ближе к себе. Холодный пот выступил у защитника на лбу, склеивая пшеничные пряди. Кевин заправил их за уши, продолжая ласки беспорядочными поцелуями в висок и ниже, куда мог достать, пока Аарон приходил в себя и старался расслабиться. — Нужно было получше растянуть… зачем ты поспешил. — Его тон не был осуждающим. Кевин не отчитывал и не ругал, а старался напомнить Миньярду, что это важно и не стоит игнорировать этот этап. На будущее. — Скоро пройдёт, потерпи немного. В ответ он получил хмурый взгляд карих глаз. Аарон вернулся в прежнюю позицию и наконец отпустил чужие плечи, перемещая ладони на талию Дэя. Его корпус всё ещё был чуть согнут в попытках облегчить боль, а дыхание частое, загнанное. Но уже лучше. Кевин знал. И он поддерживал стабильное состояние, оглаживая сильные бёдра, которые сжимались вокруг него при погружении на малейший дюйм ниже. — Стой. Ещё рано. — Всё хорошо. Я почти привык. — заверил его Аарон, насаживаясь на половину. Ощущать внутри каждую венку и каждый выступ было ещё трепетнее, чем беспокоиться о боли. Что-то новое и необычное. Раньше они этого не практиковали. Кевин тоже мог бы сказать, что что-то изменилось, если бы не смотрел так жалобно и беспокойно за чужими уверенными движениями вверх-вниз. Миньярд аккуратно совершал круговые движения тазом и старался как можно быстрее привыкнуть к наполненности. Успокаивала мысль о том, что это Кевин. Всё будет хорошо, и он не зверь, чтобы сейчас рвать его. Но ещё больше помогала его тактильная поддержка. Руки, мягко проходящиеся по бёдрам и талии, слегка надавливающие на живот, проверяя, насколько тот глубоко зашёл. Ну и, конечно, слова. — Ещё немного. Ты умничка.— выдыхал Дэй, плавно помогая сесть полностью. Слиться воедино. — Сука… — Аарон вдруг вновь задрожал, откидываясь назад одной рукой, а другой схватившись за основание своего члена, резко начав двигать плоть. Прямо в точку. По простате. — Я тебе такую тумбочку устрою. — сокрушался он, двигаясь всё чаще, возобновляя прежний темп их интимной атмосферы. — Не знал, что тебе нравится секс на мебели. Раз так хочешь… — Заткнись.— не дал ему закончить блондин, подпрыгивая активнее, создавая характерные шлепки кожи о кожу. Вязкая смазка стекала на яички и охлаждала пыл Дэя, который всё крепче стискивал в пальцах бока Миньярда, стараясь помочь ему настроиться на правильный ритм. И всё же это не совсем устраивало нападающего. Данная поза была хороша для утреннего и ленивого секса, где оба не так разгорячены и хотят простого занятия любовью без лишней мишуры. Но сейчас был слишком жаркий момент, который парни хотели довести до идеала и дойти до чего-то более быстрого и грубого. Так всегда. Сначала незримая нежность, а заканчивается всё испачканной постелью и измученными телами на ней. С этими мыслями Кевин предложил сменить позу и поставил Аарона на колени. (Словно это не он пару десятков минут назад отрицал эту идею.) Но не на пол, а на мягкое одеяло поперек кровати, подложив тому пару подушек. Аарон обнял одну из них, яростно стискивая в руках, когда Кевин пристроился сзади, проникая внутрь более свободно. Всё-таки роль ведущего у него выходила лучше. Кевин чуть надавил тому на поясницу, заставляя прогнуться чуть сильнее, задрав зад повыше. Это создало самый правильный угол из возможных и выбило изо рта Миньярда громкий, протяжный стон, переходящий в откровенный скулёж. С каждым движением его простату нещадно избивали. Голова тряслась вместе со всем телом, светлые пряди лезли в глаза и открытый в стоне рот, но сейчас до этого не было дела. Парень пытался закусить край подушки, но Кевин вовремя присек это. — Не стоит. Хочу слышать тебя. Не сдерживайся. — прошептал он тому на ухо, наваливаясь всем весом. Дэй чуть прикусил кромку уха, вызвав этим очередной хриплый вздох, а затем опомнился. Он вошёл слишком глубоко и отстранился, но теперь контролировал чужие звуки тем, что удерживал блондина за горло, чуть сжимая и потягивая на себя. Не до того, чтобы перекрыть дыхание, но и не без желанного контроля и властности над ситуацией. Аарону не оставалось ничего, кроме как жалобно выстанывать маты вперемешку с любимым именем, совершенно не заботясь о тонких стенах Лисьей башни. Как и Кевин, собственно. Плевать. Абсолютно. Он плавился. Растекался, как шоколадка по торпеде в машине при сорокаградусной жаре. Колени уже не могли удерживать его прямо, и парень сполз на живот. Словно он мог просто лежать так в любое другое время, а Дэй застал его и решил воспользоваться торчащей задницей. Кевин будто сорвался с цепи, получив больше власти. Толчки стали жёстче и быстрее, глубже и точнее, прямо по самой чувствительной точке во всём организме. Свободная рука умудрялась ласкать его на контрасте с грубостью толчков, проходясь по спине и лопаткам. Ещё немного — и он бы точно проделал в нём дыру, но Аарон выдерживал всё с удивительной стойкостью, хотя каждую прошедшую секунду думал: «Вот сейчас, прямо сейчас… вот-вот кончу». Ещё немного… чуть-чуть и… Знакомая мелодия какой-то песни из тех, что часто играла в «Райских Сумерках», орала на всю комнату где-то над ухом. Аарон не мог понять, что вообще происходит, пока Кевин не произнёс: — Блять. Телефон. — Кевин чуть замедлился, но не желал останавливаться полностью. Ослабил хватку на шее, а позже и вовсе убрал руку, плавно переходя на плечо. — Мх… дай. — прохрипел Миньярд, отлипая грудью от подушки, чтобы вернуться в начальную позу. Кевин подозрительно притих. Аарон краем глаза заметил, как его собственный телефон пропал с тумбы и оказался где-то за спиной с всё той же песней. Сколько гудков он уже пропустил? — Это… это Кейтлин. — Сука.— нервно и сквозь зубы выругался Миньярд, оборачиваясь, чтобы видеть Кевина. Это относилось больше к ситуации, а не к самой девушке, но… Конечно, им пришлось остановиться. Из-за неё. И злость была на пике оголенных нервов. — Грубо ты о ней.— усмехнулся ферзь, приободряя недовольного Аарона поцелуем меж лопаток. Он отдал жужжащий телефон Миньярду, чтобы тот распорядился им, как хотел. Может, сбросит, а может, заблокирует. Внутри стало неприятно пусто, и защитник требовательно и просяще толкнулся навстречу чужому члену, желая, чтобы тот вновь заполнил эту пустоту. Хотелось ощутить его так глубоко, насколько это возможно. — Засади мне по самые яйца. Чтоб, блядь, разорвало. — серьёзно, но страстно взмолил Миньярд, сжимая в руке кусок металла, который уже затих. — Поосторожнее с желаниями. Я ведь могу их исполнить. — слишком сладко и бархатно промурчал Дэй, возвращаясь к делу плавно, словно думал, что за эти жалкие секунды Аарон успел отвыкнуть. — Мы проигнорируем это, так ведь? Блондин устало выдохнул, только непонятно от чего. От первой фразы, второй, или вообще из-за того, что член Дэя вновь был внутри и двигался слишком медленно. — Плевать… Было бы. Если бы телефон в руке снова не подал признаки жизни. Это опять она. Музыка словно послужила для Кевина спусковым крючком, с которым его темп с тягуче-медленного стал таким же быстрым, каким и был до звонка. На Аарона это подействовало очень правильно. Так, как хотел Дэй. Ноги подкашивались, а он возвращал их на место, подстраиваясь толчками под биты песни. Тело ощущалось как лава, грозящаяся вытечь и сделаться бесформенной. Долгая минута на размышление — и в глазах Миньярда что-то сверкает. К сожалению, Дэй не мог этого увидеть и предугадать. Он только услышал короткое: — Не останавливайся. С громким стоном напоследок — и музыка заглохла. Аарон снял трубку, прикладывая телефон к уху. Удобства в этом мало. Тряска и плохая координация, ослабленная хватка в руке — телефон легко мог выскользнуть. Парень делает ещё более глупую вещь, от которой глаза Кевина становятся по пять копеек. Но он не останавливается, как и просил блондин. Он ставит на громкую связь. На громкую, сука, связь. Из динамика женский голос что-то лепечет перед тем, как слова стали различимы для обоих. — Привет, дорогой. Как прошёл день? Невероятно тупой вопрос. — Как обычно.— Аарон выдавливает из себя слова, стараясь казаться адекватным, а не подтаявшей сахарной ватой под прикосновениями Дэя. Сдерживает стоны как может и затыкает себя укусом большого пальца в перерыве между диалогом. — Понятно. Не хочешь спросить, как у меня? — в её голосе явная предъява, да ещё какая. Она явно недовольна, ну или разочарована. — Да, да. Прости. У тебя как? Пока девушка начинает перечислять события своих пар и тренировок, Дэй привлекает внимание Аарона натяжением светлых волос. Он понимает и отключает у себя микрофон. — Ты, блядь, серьёзно собираешься о погоде с ней болтать? Сейчас?! Нет. Аарон не собирался, но ему нужно было отвязать от себя эту дуру раз и навсегда. А идея, как это сделать, возникла почти сразу. — Нет. Подожди… Мх… немного. Только не останавливайся, прошу. Девушка как раз закончила говорить, и Аарон вернул звук, начав «увлечённо» мычать. — И вообще. Ты знаешь, какое сегодня число? Я думала, мы проведём День влюблённых вместе. Или ты правда так сильно обиделся за то, что я тебе говорила в последний раз…? О нет. Аарон не обиделся. Он был в ярости. И он уже прекрасно проводит этот День влюблённых со своим любимым человеком. Не с ней. — Подожди, что это у тебя там за звуки на фоне? О да. Это тот вопрос, который ждал Аарон, и тот, который должен расставить всё на свои места. Кевин всё ещё придерживает плечо Аарона, а тот трётся о него ухом, привлекая внимание. Ферзь тянет руку дальше, отдавая свою ласку. Большая ладонь обхватывает щеку и наощупь гладит, мажет пальцами по губам. В этот момент Аарон не сдерживает свой высокий и протяжный стон от попадания прямо по простате. Он встречает губами пальцы Кевина и слегка посасывает, прикусывает большой, прежде чем ответить Кейтлин на её вопрос. Растягивает удовольствие, смакуя каждое слово. — Прости за сегодня, малышка. Знаешь, мне не очень удобно говорить. Меня прямо сейчас трахает раком Кевин Дэй. Это самое охуенное… ах… что было в моей жизни. По ту сторону — гробовая тишина. Но Миньярд не ждёт ответа и жмёт на отбой, откидывая телефон куда-то дальше зоны видимости. Он заваливается за подушки — и, похоже, за матрас. Но это не важно. Важно то, что он на грани, и Кевин, судя по загнанному дыханию, тоже. Причём давно. — Малышка, значит? — вопрос, заданный с упрёком, растворяется и остаётся без ответа. Лишь позыв ревности. Но что важнее — так это осознание, что Аарон выдал их общий секрет, причём во всех подробностях. И ей. — Что ты, блядь, вытворяешь.— звонкий шлепок обрушивается на ягодицу. Кевин зол. Или делает вид. Тон Дэя слишком низкий и рычащий. От этого внутри всё переворачивается. Сердце падает в пятки — и Аарон кончает с знаменитым именем на губах. Остаётся ещё пару секунд, пока он в сознании, перед окончательным погружением в негу, и ощущение наполненности становится запредельным. Кевин излился внутрь, заполняя собой Аарона до краёв. Он упал на кровать рядом и потянул парня на себя, укладывая его на грудь. — Дай мне пять минут… — пытается отдышаться белобрысый, собирая себя по кусочкам. Старается вернуть себе утерянные силы и хотя бы посмотреть на своего любимого. — А потом ты мне всё объяснишь. — он ставит перед фактом, не давая шансов уйти без ответа. Оба слишком вымотаны, и в итоге разговор откладывается ещё на немного. Им стоит принять душ, а Аарону — постараться ещё и вымыть себя изнутри. Всё-таки он не был готов к последствиям секса без контрацепции… Но Аарон подумает об этом потом. Как только получит ещё одну дозу энергетика в кровь.

***

— Мы это повторим. — он ставит перед фактом, а Дэй поднимает свой взгляд, уперевшись локтями в стол. Блондин стоит посреди спальни с полотенцем, повязанным на бедрах, и потягивает свой напиток. Только что вышел из душа и опять за свое. Не заботится о своем сердце. —Секс со звонком на громкой связи или без защиты? Или все сразу? — посмеивается Кев, вставая со своего места, чтобы наконец завалится в кровать. Ноутбук с каким-то фильмом уже включен. Аарон лишь закатывает глаза и улыбается, оставляя его шутку без ответа. Дэй и так понял, о чем именно он говорил.