Bad partners.

Когда они не смогли найти Чарльза в окрестностях, да и до вечера Ли так и не появился на работе, тогда Аарон действительно запаниковал, рассказав Вашингтону полноту картины. Джордж связывался с Британским посольством, но Чарльз не возвращался на родину. Он будто бы испарился, исчез, словно этого юнца никогда и не было. Бёрр чувствовал себя виноватым, ему буквально доверили ребёнка, а он потерял его через день. Вдруг Чарльз был мёртв? Ночью случилось ещё одно убийство и на утро Аарон с Алексом поехали туда, во-первых, чтобы убедится, что беднягой не был Ли, во-вторых, это всё таки была их работа. — Я переживаю, — пробормотал Гамильтон напарнику на ухо, когда они уже осмотрели труп, а Бёрр собирал необходимые улики, — люди так просто не пропадают.. нужно взломать его телефон, я считаю. — Этим уже занимаются, — устало вздохнул Бёрр, который так и не смог уснуть из-за чувства вины, — я уверен, с ним всё хорошо. Просто решил нас проучить. — А что если нет? — Гамильтон вздохнул, оглянув тело убитого, а после приглядевшись к его карману. Он вытащил оттуда свёрток бумаги, держа его ладонью в перчатке. Александр посмотрел на Бёрра, что был слишком занят другими уликами, едва отвернувшись и развернув "послание". Он пробежался глазами по написанному и выдохнул. — Что там? — Аарон заглянул через его плечо на надпись. "Теперь я вожу в прятках?" — Значит, уже знает, что Чарльз пропал, — Бёрр сводит брови "домиком", — странно. Об этом мало кто знает, разве что в отделе и там, в Британии. — Думаешь, это кто-то из отдела? — Александр поднимает взгляд на напарника. Аарон повёл плечами, он не хотел так утверждать, да и думать о том, что люди, с которыми он работает, могут быть врагами ему не нравилось. Так, что, он оставил Гамильтона без ответа, стягивая перчатки и держа зип-пакеты с уликами. — Пойдём, отвезём это на экспертизу.. а потом съездим в квартиру Ли, вдруг вернулся.. Гамильтон мог только кивнуть в ответ, слушаясь своего напарника как начальство.

***

Ночь у Беллами прошла на удивление довольно спокойно. Конечно, мужчина не разрешил ему спать на диване, крепко обнимая парня в кровати всю ночь, но Ли вроде как даже удалось выспаться, поэтому он не нашёл причины пожаловаться на своё неудобство. Утром, когда солнечный свет попал на лицо, Чарльз лениво распахнул глаза, сонно оглянувшись. До него не сразу дошло, почему его комната выглядела иначе и какого чёрта шторы были открыты. Потом он вспомнил о том, что случилось вчера. Устало вздохнув, Ли перевернулся на спину. В квартире приятно пахло едой, но он чувствовал себя отвратительно, зная, что никто даже не будет его искать. У него никого не было.. — Лотти? — Джонатан заглядывает в комнату, наблюдая за Чарльзом. Голос мужчины едва напугал его, заставив вздрогнуть и резко сесть на месте. Какого чёрта нужно было выскакивать, как чёрт из табакерки. Осознав, как к нему обратился Джонатан, брови Чарльза удивлённо поползли наверх. — Меня зовут Чарльз. — юноша нахмурился. — Я буду звать тебя так, как мне будет приятнее, — Беллами облокотился на дверной проём, — к слову, доброе утро, пойдёшь завтракать? Чарльз отвёл взгляд. Хотелось отказаться, но в желудке неприятно заболело от того, что ему хотелось есть, так, что, парень мог только смиренно кивнуть, поднимаясь с кровати. Он неловко взглянул на Джонатана. — Мне нужна зубная щётка, — парень глубоко вздохнул, — своя собственная.. — У меня лежит новая наверху в полке, — мужчина задумчиво оглянул его, поправив чужие спутанные пряди волос, — приводи себя в порядок и присоединяйся. Ли слабо кивнул, выходя в коридор только тогда, когда Джонатан точно ушёл на кухню. Он прихватил с собой полотенце и прошмыгнул в ванную комнату, включив воду в умывальнике. Обдав лицо холодной водой, юноше будто бы стало немного лучше. Британец облокотился на раковину, смотря на себя в зеркало, думая, как вообще можно было докатиться до жизни такой? Как его угораздило? В духе, почему именно он? Джонатан знал Алекса и Аарона, оба они выглядели симпатичнее, чем Ли, почему эта участь не могла выпасть на их честь? Воспоминания о коллегах заставили его помрачнеть. Возможно, веди бы он себя лучше, всё бы сложилось иначе, а он бы не торчал в одной квартире со психом, который.. Чарльз не знал, чего именно он хотел. Достав новую зубную щётку, Ли привёл себя в порядок, оглянув одежду на себе. Чужая одежда была широкой и удобной, но ему она не нравилась. Хотелось вернуться к своей одежде. Выдыхая через нос от разочарования, он покинул ванную комнату и зашёл на кухню, усаживаясь за стол. Беллами уже ждал его, накрыв на стол, но не начав есть, молча залипая в телефон. Стоило британцу занять место напротив, как Джонатан обратил всё своё внимание на него. — Ты долго, Лотти, — он склонил голову набок. — Я Чарльз, — юноша поджал губы, недовольно смотря на мужчину. — Если бы ты был девушкой, ты бы был Шарлоттой. Отсюда и Лотти, — дразняще шепнул последнюю фразу Беллами, взяв в ладонь вилку. Ли раздражённо показал ему язык. — Попытался оправдать свои гейские замашки? Понятно. Беллами рассмеялся над такой реакцией, но ничего в ответ не сказал, принявшись есть. Чарльз смерил его недовольным взглядом, опустив взгляд в тарелку, но всё же приступив к еде. Это мало было похоже на похищении, скорее, он будто бы просто был в гостях у хорошего знакомого или у родственника.. стойте, неужели папа тоже не пытался его искать? Ли поджал губы, выдыхая. Вероятно, нет, не пытался. Зачем он был ему нужен? Чарльз просто был его развлеченьем, маленькой игрушкой, которую можно таскать где угодно, а когда перестанет нравится, выбросить на помойку, купив новую. К маме он относился так же, значит и к нему тоже. Поджав губы, юноша даже не сразу заметил, как по его щекам скатилось несколько слёз. Зато от взгляда Беллами это не укрылось. — Ты чего? — Джонатан протянул ладонь, касаясь его щеки и вытирая слёзы, — не плачь.. — Я не.. — Чарльз коснулся собственной щеки, поджав губы. Действительно плакал. Он отвернул голову, отпрянув от касания мужчины. Выглядел до безумия жалко, не так ли? — Меня никто не любит, — пробормотал британец себе под нос, — никто.. — Я тебя люблю, — Беллами улыбнулся ему, присаживаясь ближе. Мужчина осторожно коснулся юноши, пересадив его на собственные колени. Чарльз поджал губы, не совсем понимая сути чужих слов. Любит? Он его совершенно не знал, чтобы так говорить. Значит, это было не правдой, даже Джонатан обманывал его. — Так не бывает, — Ли прижался щекой к его плечу, закрыв глаза, — не можешь ты меня любить. — Тебе откуда знать, что такое любовь? — Беллами приподнял его подбородок, заставив посмотреть на себя. Ли сглотнул, поджимая губы. Он.. он ведь любил маму и папу, значит, знает, что такое любовь? Или это было другое? Никто не учил его тому, как правильно чувствовать и что делать с тем, что творилось в его душе. Он пытался поддерживать порядок в голове, но вот с эмоциями были свои проблемы, от того, со временем, видимо, и голова стала плохо соображать. Какое жалкое зрелище. — Я не знаю.. — Чарльз посмотрел в глубокие, зелёные глаза. Джонатан довольно улыбнулся чужой реакции и наклонился, целуя губы парня. Ли вскинул брови, совсем не ожидая поцелуя, но он не имел привычки сопротивляться, приоткрыв губы. Посчитав это одобрением, Беллами прижимает его ближе к себе, углубляет поцелуй и ласкает язык юноши собственным, кажется, не собираясь отпускать. Чарльзу не понравилось просто сидеть, поэтому он ответил на чужой поцелуй, только вот не чувствовал от этого буквально ничего. Всё же, Джонатан осторожно отстранился от его губ, погладив щёку юноши. Ли ничего не оставалось, кроме как прижаться к ласке мужчины, слабо касаясь губами фаланг его пальцев. — У тебя есть сигареты? — тихо шепнул парень. — Должны быть где-то, — Беллами приподнял парня на руках, оглядывая его, — накинь на себя что-нибудь, зима всё таки, на балконе всё равно прохладно. Поставив юношу на ноги, указав ему на тапочки, сам мужчина отошёл к тумбе, в поисках пачки сигарет, которая когда было у него. Он был уверен, что не докуривал её и был прав. Вытащив то, что так было нужно юноше, он повернулся к нему. Ли уже стоял в тапочках и плаще, слабо кутаясь в него. Джонатан слабо подтолкнул его к балкону и вывел парня, усадив в кресло. Он мягко ставил фильтр сигареты меж его губ, чиркая зажигалкой и поднося огонёк к сигарете Чарльза. Британец ничего не сказал, даже никак не отреагировал, спокойно подкурив. Если Беллами хотелось контролировать каждое его движение, то Чарльз.. не был против. Разве у него было право голоса в чужом доме? Вряд ли. Джонатан и сам закурил сигарету, присаживаясь на ручку кресла рядом с Ли, поглаживая свободной рукой его по волосам, словно свою собственность или какой-то ценный артефакт, который нужно было оберегать. Чарльз постучал пальцами по собственному колену, опуская взгляд вниз. На удивление, его положение сейчас приносило какое никакое спокойствие, несмотря на то, что ему всё ещё не шибко хотелось оставаться наедине с этим мужчиной такое продолжительное время. — Джонатан? — произнёс тихо Чарльз, привлекая внимание старшего. Мужчина коротко промычал, дав разрешение на продолжение вопроса, — почему я? — Потому что ты мне понравился, — Беллами прикрыл глаза, — разве это не очевидно? — Просто не понимаю почему, — британец опустил взгляд, поджимая свои губы. Светловолосый мужчина прильнул ближе к нему, запустив пальцы в мягкие пряди его волос. Он тихо посмеялся ему на ухо, выдыхая дым в лицо парня. — Не забивай свою красивую головушку лишней информацией, — Беллами подмигнул ему и улыбнулся, — мне нужно уехать. Тебе купить что-то по дороге? Ли покачал головой, касаясь указательными пальцами друг друга. Выглядел жалко, вероятно. — Может быть, фрукты.. — Фрукты так фрукты, — он коснулся губами шеи юноши, — есть на что-то аллергия? — Только на клубнику, — еле слышно пробормотал парень. Беллами понимающе кивнул, потушив скуренную лишь наполовину сигарету и оставив Чарльза одного на балконе, уходя, чтобы переодеться и покинуть квартиру. Оказавшись в тёплой одежде, мужчина завязывает ботинки, кидая взгляд на Ли, что всё ещё сидел на балконе. Мужчина глубоко вздохнул, но решил, что прощание будет излишне, выходя из квартиры и закрывая дверь на все замки. Он всё ещё не доверял Ли. — Привет Джонатан! — весёлый голос Александра заставил слабо напрячься, но Беллами повернулся как не в чём не бывало, мягко улыбнувшись. Аарон открывал дверь квартиры Ли, слабо махнув Джонатану ладонью. — Что у вас случилось? — Беллами склонил голову набок, изображая интерес и удивление. — Ох.. — Аарон отвел взгляд, понимая, как наверное, это выглядит со стороны, — Чарльза почти сутки нет на связи, мы волнуемся за него, думали, вдруг он дома. Беллами состроил жалостливое и обеспокоенное лицо. — Ох, это ужасно. Надеюсь, с ним всё в порядке, это ведь новый город для него.. — Мы обязательно найдём его, — Гамильтон слабо похлопал Джонатан по плечу. Светловолосый внимательно оглянул его, но после кивнул со слабой улыбкой, направившись к лифту как не в чём не бывало. — Удачи вам в этом. — он заходит в лифт и исчезает за дверьми. Бёрр проводил его взглядом, слабо прищурившись, но на выдохе только отворил дверь квартиры Чарльза, оглянув её. Ничего не поменялось со вчерашнего дня, а это значит, что Чарльз так и не приходил. Аарон устало потёр виски, обессиленно прижавшись к Алексу, что с радостью обнял его, прижав к себе, в попытке немного успокоить коллегу. — Что если мы его больше никогда не увидим? — Аарон покачал головой, — я не хочу, чтобы его смерть была на моей совести. — Всё будет хорошо, Рони, — Гамильтон ободрительно улыбнулся ему, потискав щёку парня, — обещаю.. Бёрр слабо улыбнулся напарнику, но напрягся, когда услышал, как входная дверь начала открываться. Аарон спрятал Алекса за спину, достав пистолет и наставив на дверь, ожидая появления того, кто это мог быть. Он надеялся, что это Чарльз. — Чарли, почему у тебя открыто? — мистер Ли зашёл в квартиру, уставившись на двух других, — что происходит? Где мой сын? Аарон вскинул бровь. Его отец? В любом случае, Бёрр мог задержать его, верно? Он разрешил себе это. — Сотрудники полиции, Аарон Бёрр и Александр Гамильтон. Боюсь, Вам придётся поехать с нами, Сэр для дачи показаний в деле исчезновения Чарльза Ли, — отчеканил парень как мантру, внимательно смотря на мужчину, у которого слабо дрогнула бровь, — ясно? — Ясно. — выдохнул старший.