До субботы

Шиничиро стоял возле фонтана и нетерпеливо поглядывал на часы. Уже прошло тридцать минут с того момента, как он пришел сюда, а незнакомка так и не появилась. Ветер шуршал листьями деревьев, а прохожие весело смеялись и разговаривали, проходя мимо. Шиничиро то и дело проходил кругами вокруг фонтана, его шаги становились всё более нетерпеливыми и тяжелыми. — Двенадцать парочек, шесть семейных пар с детьми, куча прохожих, которые просто решили срезать путь через парк… — шептал он себе под нос, внимательно следя за каждым, кто проходил мимо. Он начал уже сомневаться, не была ли эта встреча просто недоразумением. В его голове промелькнула мысль: «А может, это была просто шутка? Почему она вообще пригласила меня?» Подходя к очередному кругу, Шиничиро уже собирался уходить, когда вдруг заметил среди толпы знакомую фигуру. Девушка бежала к нему, запинаясь и чуть не падая. Она была похожа на светлый вихрь: волосы развевались на ветру, а её лицо светилось извиняющейся улыбкой. — Ха-ха… Прости, пожалуйста, я опоздала! Тут мама не хотела меня отпускать, но я сбежала! — с трудом выговорила она, хватая ртом воздух. Её глаза искрились, а на щеках играла румянка. Шиничиро стоял в нерешительности, чуть нахмурившись. Он чувствовал, как сердце его ускоренно билось, и даже не мог сразу найти слов. — Да всё нормально, я не так уж и долго ждал, — сказал он, пробуя улыбнуться, чтобы скрыть собственное волнение. — Пошли, купим тебе чего-нибудь попить. Он потёр затылок, пытаясь избавиться от легкой головной боли, напомнившей о себе после того, как он столько времени провел на солнце. Девушка кивнула и вдруг, схватив его за руку, потянула за собой. Её пальцы были теплыми, а её движение было столь живым и беззаветным, что Шиничиро не мог не рассмеяться в ответ на её энергичность. — Идём, я знаю одно место. Тебе точно понравится, — сказала она, её голос был лёгким и непринуждённым. Через десять минут они оказались у входа в кафе с яркой вывеской. На ней было написано: «Место, где сбываются мечты». Шиничиро нахмурился, рассматривая табличку. — Странное название, не правда ли? — заметил он, поднимая бровь. — Ха-ха, да, но по выходным тут действительно творятся чудеса, — ответила она, толкая дверь кафе, и он последовал за ней внутрь. Звук уютного гомона, звон бокалов и мягкая музыка встречали их, когда они проходили мимо стойки. Казуми, как он уже успел понять её имя, ловко направилась к барной стойке и села на высокий стул. — Здесь, конечно, тусуются разные люди, но напитки здесь просто шикарные, — с улыбкой добавила она, указывая на меню. Шиничиро присоединился к ней, присел рядом, но тут же осёкся. Он неожиданно вспомнил, что до сих пор не знает её имени. Неловкость моментально проскользнула по его телу, он чуть склонил голову и протянул руку. — Кстати, я ведь всё ещё не знаю твоего имени. Я — Шиничиро, — сказал он, улыбаясь с лёгкой застенчивостью. Девушка посмотрела на его руку, и, смутившись, протянула свою. Её пальцы были нежными и чуть дрожащими. — Ах, правда… Прости, я совсем растерялась. Я — Казуми, — произнесла она, её глаза встретились с его. — Приятно познакомиться, Казуми, — сказал Шиничиро, его улыбка стала шире, когда он ощутил тепло её ладони. — И мне тоже, — ответила она, улыбнувшись в ответ. В этот момент между ними проскользнула тихая искра, и Шиничиро почувствовал, как напряжение уходит, оставляя место для нового, ещё не понятного, но уже волнующего чувства. *** В уютном баре с приглушенным светом и мягкой музыкой, звучащей из динамиков, Шиничиро и Казуми сидели за маленьким деревянным столиком. Обстановка была расслабляющей — мягкие кресла, лёгкий запах кофе и свежих цветов, которые стояли в вазе на стойке. На стенах висели картины с абстрактными мотивами, а возле окна уютно мерцали уличные огни. — Это место мне нравится, — сказал Шиничиро, слегка обводя взглядом интерьер. — Здесь уютно и спокойно. Казуми, улыбаясь, взяла чашку с кофе и немного поднесла её к губам. Она могла бы молчать ещё долго, просто наслаждаясь моментом, но тут её взгляд встретился с его. — Я рада, что ты пригласил меня сюда, — тихо сказала она, её глаза светились лёгким волнением. — В последнее время это единственное место, где я чувствую себя в безопасности. — Ты знаешь, мне нравится быть с тобой. — Шиничиро посмотрел на неё, его взгляд был мягким и серьёзным. — Я давно не чувствовал такого спокойствия. Казуми посмотрела в его глаза, и на её лице расплылось тёплое выражение. Время в их разговорах всегда летело незаметно, словно мир вокруг становился меньше, а они — единственными его обитателями. — Может, мы обменяемся номерами? — предложил Шиничиро, поправляя волосы и слегка смущаясь. — Чтобы было проще договариваться, когда захочется встретиться. Казуми чуть прищурилась, затем кивнула и достала телефон, прокручивая экран до контактов. Шиничиро, не раздумывая, набрал номер, и когда она отправила свой, улыбка заиграла на его лице. Мгновение спустя экран телефона засветился, подтверждая, что сообщение с его номером успешно отправлено. — Так, теперь ты не сможешь избежать моих сообщений, — подмигнул Шиничиро, и Казуми засмеялась. *** Прошла неделя, и их общение стало привычной частью дня. С каждым новым сообщением они открывали друг в друге что-то новое, смеялись над забавными историями и делились простыми, но важными моментами. Когда Шиничиро получил выходной, он сразу подумал о Казуми. Взяв телефон, он с улыбкой написал сообщение. — Привет, Казуми. Как насчет того, чтобы встретиться сегодня? Ответ пришёл быстро. — Привет, Шин! Буду рада. Где встретиться? Через час они снова стояли у того самого кафе, где однажды обменялись номерами. Вечер был тёплым и звёздным, и лёгкая прохлада играла с волосами Казуми, когда она подошла к Шиничиро. — Здравствуй, — её голос был таким нежным, что Шиничиро на миг потерял дар речи. — Ты не представляешь, как я ждала этой встречи. — Я тоже, — ответил он, улыбаясь, и взял её за руку. — Пойдём гулять. Они шли по вечернему парку, разговаривая о том, что произошло за эту неделю, и, смеялись, вспоминая смешные случаи. Казуми рассказывала, как она готовила ужин и случайно перепутала соль с сахаром, а Шиничиро рассказывал о том, как его брат пытался учить его готовить пиццу, что закончилось целым хаосом на кухне. — Может, в следующий раз вместе что-нибудь приготовим? — предложил он, когда они остановились у старого фонаря, освещающего их лица. — Было бы здорово, — ответила она, её глаза сверкнули. — Я всегда рада проводить время с тобой. Мир вокруг словно замер, и Шиничиро почувствовал, как его сердце бьется чуть быстрее. Казуми, заметив это, с улыбкой взяла его руку. — Ты знаешь, я всегда мечтала о таких моментах, — шепнула она. — И я тоже, — ответил он, когда лёгкая тень сомнения исчезла из его глаз, уступив место уверенному и теплому свету. Вечер начинался, и солнечные лучи мягко освещали уличные тротуары, создавая уютную атмосферу. Шиничиро и Казуми снова гуляли по парку, обсуждая прошедший день, когда Шиничиро вдруг понял, что у него закончились сигареты. — Казуми, я сейчас быстро зайду в магазин за сигаретами. Подожди здесь, ладно? — сказал он, чуть замедляя шаг. — Хорошо, я буду здесь. — Казуми улыбнулась, но в её глазах мелькнула тревога, которую Шиничиро не заметил. Он направился к ближайшему магазину, скользя взглядом по витринам и мимо прохожих. Как только он подошёл к кассе, его внимание привлекла сцена у входа. Там стояли трое мужчин, голос которых был хриплым и раздражительным, а их взгляды — грубыми и цепкими. Казуми, стоя у входа, выглядела напряжённой, её руки сжаты, а губы немного дрожали. Шиничиро не раздумывал долго. Он бросил взгляд на сигареты и быстро, не оборачиваясь, выскользнул из магазина. — Эй, вы что творите?! — его голос был твёрд и полный ярости, когда он подошёл к группе мужчин. — А? Ты ещё кто такой? — насмешливо ответил один из них, который стоял перед Казуми, пытаясь раздвинуть её плечи. — Это не важно. Важно то, что вы доебались до моей девушки. — Его голос стал холодным, и сжимая кулаки, он шагнул вперёд. Группа не успела реагировать, как Шиничиро быстро набросился на главного, ударяя его в лицо с такой силой, что тот, качнувшись, упал на тротуар. Шиничиро не останавливался — каждый удар был полон ярости, словно каждый из них был за все те страхи, что он чувствовал за Казуми. Вокруг завязалась суматоха, и приятели гопника начали подбегать к ним, крича и толкая. — Ты что, совсем охренел?! — закричал один из них, пытаясь схватить Шиничиро за плечо. Но тот мгновенно развернулся и встретил его ударом в живот, после чего вырвался из хватки и нанес ещё несколько ударов, пока противники не осознали, что они проигрывают. Мгновение спустя, гопники, захлёбываясь в собственных ругательствах, отступили, оставив Шиничиро стоящего среди них, с тяжёлым дыханием и взволнованными глазами. Казуми, всё это время стоявшая у тротуара, бледнела и дрожала, её руки всё ещё были сжаты в кулаки. Шиничиро подошел к ней, стараясь привести дыхание в порядок. — Ты в порядке? — его голос был тихим, почти неуловимым. — Я-то да, а ты? — Казуми смотрела на его лицо, по которому текла капля крови. — Со мной всё хорошо, мне не впрервой, — его взгляд был тверд, но в глазах всё ещё пульсировала тревога. Она не могла скрыть слёзы, которые вновь начали собираться в глазах. — Но... Пошли ко мне, я обработаю твои раны. — Она, как могла, старалась быть спокойной, ведя его к своему дому. *** В квартире Казуми было уютно и тепло. Тишину нарушал лишь лёгкий шелест занавесок, слегка колышущихся от вечернего сквозняка. Слабый свет уличного фонаря пробивался сквозь ткань, создавая на полу и стенах мягкие тени. Полки были аккуратно заставлены книгами, мягкими игрушками и мелкими сувенирами. На стенах висели постеры её любимых художников, придавая пространству характер и индивидуальность. Шиничиро сидел на краю дивана, опустив плечи. Его рубашка была слегка испачкана, а на лбу виднелись свежие царапины и следы крови. Казуми подошла к нему с аптечкой, в руках бинты и антисептик. Её движения были осторожными, хотя руки слегка дрожали. Она присела перед ним и принялась аккуратно обрабатывать раны. — Спасибо, Казуми... — пробормотал Шиничиро, наблюдая за её сосредоточенным лицом. — И прости за всё это. За то, что так себя повёл. Я просто... я не мог иначе. Казуми подняла на него глаза, мягко улыбнувшись. — Шин, я не вправе тебя осуждать. Ты поступил так, чтобы защитить меня. Это было благородно, хоть и немного... — она замялась, подбирая слова, — рискованно. — Благородно, говоришь... — Шиничиро попытался улыбнуться, но в его голосе прозвучало сомнение. — Знаешь, я просто рад, что ты не осуждаешь меня за мои действия. Казуми слегка кивнула, продолжая обрабатывать рану. Её прикосновения были лёгкими, но он всё равно вздрагивал от прохладного антисептика. Когда она закончила, он встал, немного неловко потянувшись. — Ладно, уже поздно. Я пойду. Ещё раз спасибо за заботу, Казуми. — Его голос звучал нерешительно, как будто он не хотел уходить. Казуми поднялась и сложила аптечку. — Вот именно, уже поздно, — мягко, но с ноткой настойчивости в голосе, сказала она. — Оставайся у меня. Завтра утром спокойно вернёшься домой. К тому же у меня есть немного пиццы с утра, голодным точно не останешься. Шиничиро слегка усмехнулся, но тут же замялся, обдумывая её слова. — Спасибо, конечно, но я откажусь от такого заманчивого предложения, — наконец ответил он, стараясь звучать решительно. Казуми прищурилась, сложив руки на груди. — Ты правда не хочешь остаться здесь? Со мной? — её голос звучал одновременно серьёзно и с лёгкой игривостью. Шиничиро отвёл взгляд, слегка нервно потёр ладони. — Хочу... но не могу. Не хочу тебе мешать, — упрямо проговорил он, надеясь, что его отказ не прозвучал грубо. Казуми вздохнула, видимо, понимая, что спорить бессмысленно. — Хорошо, — сказала она тихо. — Тогда будь аккуратнее по дороге домой. Шиничиро посмотрел на неё, чувствуя лёгкое разочарование от собственного решения. Но вместо слов он сделал шаг вперёд и неловко обнял её. Её тепло обдало его, словно одеяло в холодный день. — Спасибо за всё, Казуми, — пробормотал он. Она мягко обняла его в ответ, её голос звучал тихо, почти шёпотом: — Береги себя, Шиничиро. Он не хотел отпускать, но, собравшись с духом, всё же шагнул назад и направился к выходу. На пороге он обернулся ещё раз. Её взгляд был тёплым, но в нём сквозила едва уловимая грусть. — До встречи, — сказал он, прежде чем закрыть дверь за собой. ***