Когда заканчивается сказка

Эльфы Лихолесья оказались совсем не теми святошами, что обитали в Ривенделле. Эти эльфы больше походили на каких-то гопников. Мало того, что они попросту окружили нас и не давали проходу, так ещё и обыск с пристрастиями устроили. Гномы с ненавистью смотрели на эльфов, а эльфы с презрением смотрели на гномов. Два, не пойми как оказавшиеся здесь, человека стояли между этих огней и ничего не понимали. Возможно, дело было в том, что после эльфов Ривенделла мы думали, что все ушастики будут доброжелательными. Но скорее всего, нам просто паучий яд думать нормально не позволял. Вот это было более вероятно. В любом случае, все наши вещи забрали. Гномам очень не понравилось, что у них изъяли оружие, но меня больше беспокоило то, что эльфы забрали мою сумку. И если бы только забрали, так они еще рыться в ней стали! Кому такое понравиться? Явно не мне и явно не Асе. — А по какому такому праву вы вообще смеете нас обыскивать? — спросила недовольно она, когда какой-то эльф проверял ее сумку, — я сомневаюсь, что вы можете предоставить мне сейчас ордер. — Вы пересекли границу нашего королевства, госпожа гном, — ответил эльф, — нам, как лесной страже, следует вас обыскать. — Госпожа гном?! — воскликнула Ася, — тебе глаза, также как уши, на одно место натянуть?!  — Без оскорблений, — подошла к нам рыжеволосая эльфийка. — Он первый начал! Только она это сказала, как со стороны леса раздался крик. В суматохе, устроенной пауками и эльфами, мы как-то забыли пересчитаться. Не забудь мы этого сделать, может быть и заметили бы пропажу Кили. А теперь, походу, его сожрут пауки. Что ж, жалко парня. Пусть он и тугодум, но всё-таки милый. Однако та рыжая эльфийка тут же бросилась на подмогу нашему Кили. Тому, как она орудовала мечом и луком, конечно, можно было только позавидовать. Зрелище было действительно достойное восхищения. Даже Кили прифигел, когда с виду хрупкая эльфийка смогла в одиночку уложить четырех, а то и пять пауков. — Тебе так точно слабо, — завороженно проговорила я, обращаясь к Фили. Тот невольно посмотрел на меня, но ничего говорить не стал. Кили к нам вернулся, а эльфы продолжили свой обыск. — Между прочим, с каких таких пор, если ты случайно пересек чужую границу, потому что заблудился в лесу, является преступлением? — спросила я. — Нужно было не теряться, — сказал тот самый блондин, который на Торина бычился. — Извините, конечно, но мы невиноваты, что в вашем лесу плодятся гигантские пауки! Вы бы почистили от них свое «королевство» или таблички по периметру расставили. А то лес свой запустили — будь здоров. Ещё и на обычных странников просто так нападаете! Ну безобразие! Блондин ничего не ответил на это заявление. Вместо того, чтобы поддержать умную и содержательную беседу со мной, он стал докапываться до Глоина. — Как тебя хоть зовут, смазливый? — обратилась к нему Ася. — Ася! — сердито шикнул на неё Фили. — Леголас это, — недовольно сказал Торин, — лесная принцесса Мирквуда. — Ну, то, что он будет посмазливей моей племянницы, это точно, — усмехнулся Нори. — Вы же в курсе, что эльфы слышат, как вылупляются личинки пауков за пятьдесят миль? — спросил Балин. — И что? — Ничего! Просто я думаю, что крайне неразумно сейчас оскорблять королевича, который взял нас под стражу! — Слушайте, а он дело говорит, — заметила та рыжая, — вам бы поучиться у него. — Заканчивайте с разговорами! — повысил голос Леголас, — отведем их к отцу. Пусть сам разбирается. — Так ты ещё и папенький сыночек? — съехидничала я, чем сильно позабавила гномов и разозлила принца. — Эту отведите в самую дальнюю камеру, — спокойно произнес он. — Какой ты джентльмен, Левый глаз, — вздохнула Ася. — Леголас! — Будь здоров, — улыбнулась Ася. — Эту тоже, — кивнул своим эльфам Леголас, — языкатые очень. Как вы только затесались в отряде гномов? — Это долгая история, — вздохнула я. — Которую вы очень подробно расскажите королю, — подтолкнула меня в спину рыжая эльфа, чтобы я шла за всеми. — А тебя как зовут? — спросила я. — Тауриэль. — Ну и имечко. Хотя… тебе подходит. Ответом мне служил ещё один толчок в спину, так что дальнейший путь я предпочла немного помолчать. Оказалось, что место, где нас повязали эльфы-гопники, находилось совсем недалеко от основной тропы. — Спасибо, что показали дорогу. Может, мы пойдём? — испытала удачу опять Ася. — Не, не прокатит, — покачал головой Балин. — Леголас, — позвала я королевича, — я же знаю, что ты меня слушаешь. Хватит ломать комедию! Леголас вздохнул и повернулся ко мне. — Хочешь знать, как сделать всех присутствующих счастливыми? — спросила я и, не дожидаясь ответа, сама сказала, — во-первых, нужно отпустить наш отряд по своим делам. А во-вторых, раздать каждому эльфу по арфе. — А арфы зачем? — спросил Леголас. — Я так и знала, что по первому пункту возражений не будет! — улыбнулась я, — ну, мы пошли? — Идите, — хмыкнул эльф, — только с нами и в темницы. — Ну, нет. Я слишком красива для тюрьмы… — Пф, кто тебе сказал? — фыркнул Кили. Я просверлила его злым взглядом, но от дальнейшего, уже начинающегося спора, нас отвлекла Тауриэль. Её, походу, бесило, что мы разговаривали. В скором времени впереди показались какие-то колонны, которые возвышались над большими воротами. Именно к этим воротам нас и вели. Когда я зашла в королевство эльфов, то сразу же поняла, что хрен мы сбежим отсюда. Вход и, соответственно, выход хорошо охраняли эльфы. Я уж не говорю про то, что сами ворота были железные и без ключа не открывались. Похоже, эльфам еще долго придется выслушивать наши с Асей попытки уломать их, чтобы те отпустили нас. По-другому не выберемся.  Внутри Мирквуд значительно отличался от Ривенделла. Дом Элронда был светлый, с красивыми видами, аккуратными тропинками и пестрой зеленой растительностью. Королевство этих эльфов было совсем другим. Оно находилось в подземелье. Нужны ещё пояснения? Здесь вместо тропинок были корни деревьев. То есть ты буквально идёшь по круглому корню дерева, а внизу простирается пропасть. Всё было каким-то темным и витиеватым. Только через какое-то время я поняла, что мы сами сейчас находимся под корнями гигантского дерева. Интересное, однако, место для устройства королевства. Нас всё вели и вели. И привели… в темницы. Значит, Леголас не шутил. Не стоило всё-таки над ним прикалываться. Мы с моим эльфом-охранником прошли прямо мимо Кили и запирающей его в темнице Тауриэль. — Ты не обыщешь меня? — спросил Кили, пользуясь случаем, — вдруг у меня что-то ценное в штанах? — Подруга, не ведись, — через плечо сказала я, — ничего у него там нет. Видела я его, когда он в фонтане как-то купался. Кили готов был меня прибить. Я это поняла по его взгляду, каким он меня наградил. Один-один, друг. Хорошо, что моё место заточения находилось достаточно далеко от его камеры, так что я не буду выслушивать злобные нотации.   — Ну уж нет, мне сервис Ривенделла нравился больше! — ворчала Ася, ходя по каменному полу темницы из стороны в сторону. Я сидела на земле, прислоняясь к стене, и следила за ней. Гномы были не согласны, что их заперли в темницах, поэтому всячески старались выбить решетки. Это им, очевидно, не удавалось, и бородатики злились еще больше. В скором времени мимо нашей камеры провели Торина. Как только мы зашли в королевство эльфов, его сразу отделили от отряда и повели в другом направлении. Балин мне сказал, что Торин пошёл говорить с местным начальством. И вот, он как раз вернулся. Сразу же и выяснилось, что камера Дубощита находилась прямо следом за нашей. — Как прошла аудиенция? — мирно поинтересовалась Ася. Вместо ответа Торин яростно ударил по стене кулаком да так, что с обратной стороны на мою макушку упало пара камушков. — Торин, еклмн, не несущая же! — я мотнула головой, смахивая пыль, — ты хочешь окно пробить здесь? — Он предложил сделку? — тут же спросил Балин. — Да, — как-то злобно усмехнулся Торин, — а я послал его на Ish Ka Khe Al Dor Gnur. Его и ВСЮ ЕГО РОДНЮ! — Ого, — протянула Ася, — а куда именно, если не секрет? — Далеко и надолго? — предложила я. — Далеко и надолго, — согласился Торин. — Ну всё, — поник Балин, — без сделки надежды у нас нет. Не видать нам Одинокой Горы, как своих ушей. — Ой, Балин, хватит жути нагонять, — отмахнулась я, — из темницы не выберемся, до горы не дойдем… Что ты за пессимист такой? — Есть ещё надежда, — многозначительно сказал Торин. — Вот, — поддержала я, — главное — настрой. А остальное — формальности. Что было странно, так это то, что как бы не пугали эльфы своим королём, к себе он нас всё-таки не позвал. Торин сказал, что этому эльфу будет мало до нас дела. Его вовсе не интересуют какие-то две лишние участницы отряда, которые каким-то образом оказались здесь. То, что мы вовсе не обычные средиземские бабы, случайно попавшие в отряд, владыка эльфов не знал, поэтому и снял нас со счетов. Что ж, нам только легче. Обидно, конечно. Я очень хотела посмотреть на этого Трандуила (ну и имечко №2)… Вскоре гномы успокоились и перестали делать попытки выбить решетки. Ещё через какой-то час темница наполнилась размеренным храпом. Ася тоже заснула. С какое-то время она негромко переговаривалась о чем-то с Фили, который был заперт несколько выше нас, но вскоре отбросила эту затею. Главная причина — их беседу могли слышать почти все. И ладно, если я. Но я не уверена, что тому же Двалину или, что ещё лучше, Торину, будут приятны их разговоры. К слову, о Торине. Я со стопроцентной долей вероятности могу заявить, что он давно уже в курсе о Фили и Асе. Тут нужно быть на оба глаза слепым и на оба уха глухим, чтобы не разглядеть отношений этих двоих. Торин был далеко не глуп и всё это прекрасно видел. Однако же ничего «против» он не предпринимал. Вот этого я понять пока никак не могла. Я отвлеклась от своих мыслей и прислушалась к посторонним звукам. Всё было относительно тихо. Лишь со стороны правой темницы доносились нехарактерные звуки постукивания камушков о стены камеры. — А тебе что не спиться? — тихо, чтобы не разбудить Асю или кого-то ещё, спросила я.  Постукивания в миг прекратились, что лишь подтвердило мою догадку о бессоннице одного короля. — Продумываю план бегства, — донеслось со стороны Торина. — И как продвигается? — Плохо. Ещё хуже становится, когда ты понимаешь, что попусту теряешь здесь драгоценное время. — Ты говорил, что у нас есть надежда, — напомнила я, — что именно ты подразумевал под этим? — Вот скоро и узнаешь. Если, конечно, «надежда» не сгинула в паучьем логове или не затерялась в лесу. Тогда нам конец. Речь шла, разумеется, о Бильбо. Когда эльфы-стражники нас оставили, мы сделали перекличку. И выяснилось, что Бэггинса среди нас нет. Это одновременно была и хорошая новость и плохая. Хорошая, если полурослик выжил и уже думает, как нас вытащить отсюда. Плохая… ну, вы поняли. — Вы слишком хорошо держитесь в отряде, — вдруг сказал Торин, — не жалуетесь на отсутствие удобств, на опасности. Даже подозрительно для женщин. В чем подвох? — Я всю сознательную жизнь проходила в походы, так что не привыкать. Что на счет Аси… — я бросила быстрый взгляд на спящую подругу, — вот для кого всё это в новинку. Но она держится. — Отдать ей за это должное, — согласился Торин, — уж сколько бы раз я не был в кочевых условиях, везде найдётся кто-то, кто будет постоянно жаловаться на жизнь. Особенно женщины. Это, знаешь ли, напрягает. — И сколько же раз ты был в подобных походах? — поинтересовалась я. — Сейчас уже и не вспомню. Главное, что этот поход будет самым важным и последним для меня. — Тебя Балин заразил? Ты ж нормальный был, откуда такой настрой? — А так в любом случае будет, Катерина, — в голосе Торина проскользнула нотка грусти, — случись нам отбить Эребор или же нет, такого похода и такого отряда уже никогда больше не будет. — Значит, нужно сделать так, чтобы команду Торина Дубощита запомнили на долгие века, — мечтательно произнесла я, — если вы не отвоюете Эребор, такого, увы, не будет. Так что заканчивай с мрачными мыслями и думай о победе. Торин ничего не ответил на это. На какое-то время вокруг опять воцарилась тишина. Наконец я снова завела разговор. Спрашивала о самых, как, наверно, казалось Торину, обычных вещах по типу: какие великие города и страны существуют в Средиземье? Насколько огромный был дракон, когда Торин видел его в последний раз? Как Дубощит решился на такой рискованный поход? Какое отношение к этому имеет Гэндальф… и так далее. Мы проговорили полночи. На моё искреннее удивление, говорить с Торином мне было свободно и даже приятно. Всё равно, что вести беседу с давним другом — вот так мне было спокойно с ним разговаривать. Я почти не знала Торина, а он — меня. Именно поэтому мы могли говорить на разные темы, не беспокоясь при этом, что тот или иной кому-то там может проговориться о чем-нибудь лишнем. Я также рассказала ему о своей родине. Без подробностей, конечно, но в общих красках я смогла передать суть нашего мира — моего дома. Под конец уже больше говорил сам Торин, а я просто молча слушала его, изредка поклевывая носом. Голос Дубощита был бархатным и умиротворенным. Это нагоняло усталость и сонливость, но я упорно будила себя, чтобы не заснуть на чем-нибудь важном. Жизнь Торина казалась мне жуткой сказкой. Она пугала своими ужасными событиями и притягивала своими невероятными приключениями. Несмотря на все невзгоды в своей жизни, Торин смог сформировать в себе тот самый стержень лидерства, которого так часто не хватает людям в наши дни. Это тот герой, которым действительно можно восхищаться.  Когда же речь зашла об Эреборе, голос Торина заметно потеплел. О том, как он рассказывал о своём доме, можно было записывать в летописи. Теперь Эребор для меня был не просто какой-то там горой на востоке, где, возможно, обитает дракон. Эребор теперь в моем понимании — это великое королевство гномов, какое ещё не видело Средиземье. Слушая лишь одни воспоминания Торина, я невольно представляла себе резные каменные колонны, многочисленные коридоры и бесконечные залежи драгоценностей и золота. Я ни разу там не была, но уже представляла себе, насколько там прекрасно. Однако вскоре усталость пережитого дня дала о себе знать. Я не думала, что обычный разговор затянется так надолго, но была только этому рада. — Спасибо, Катя, — после какой-то непродолжительной паузы вдруг произнес Торин. — За что это? — сонно спросила я. — За то, что выслушала. — Обращайтесь, Ваше Величество, — уже почти заснув, пробормотала я. — Непременно.