Когда заканчивается сказка

В доме Барда температура не сильно-то и превышала уличную, но тут хотя бы была сухая одежда и укрытие от ветра, что не могло не радовать озябших путников. Пока мы находились в доме лодочника, Балин успел рассказать неосведомленным про какой-то гномий стреломет, из которого много лет назад стреляли по дракону. Здесь это было что-то на вроде местной достопримечательности, напоминающей об ужасном событии прошлого. Когда Торин напомнил Барду, что он взял деньги за оружие, тот сразу куда-то пропал. За это время мы успели обсудить наши последующие действия. Ну как, мы. Торин, а также Балин, Двалин и Фили с Кили отошли в круг и стали шептаться. Пока Ася начала передразнивать их, бормоча «я шепатюн», до меня успела дойти информация из этого круга общения, основной мыслью которой было, что время-то наше на исходе. Настрой отряда не поднялся и после того, как Бард предоставил нам оружие. Вернее сказать то, что он выдавал за оружие. — На будущее, — подошла я к столпотворению около стола, — когда в следующий раз будем покупать оружие у незнакомца, нужно уточнять какого рода оно будет. — Это мусор! — поддержал Бофур. — Мы заплатили тебе за о-ру-жи-е, — по слогам произнес Глоин, — за выкованные из железа мечи и секиры! — Нет, ну вы тоже губу сильно-то не раскатывайте, — заметила Ася, — где он вам в этой глуши железные мечи найдёт? — Лучше вам и не найти, — спокойно произнес Бард, — только в городской оружейной. Всё железное оружие хранится там под замком. Ой, как не понравилось мне, как переглянулись при этих словах Торин и Двалин, ой, как не понравилось. Почему-то мне казалось, что я знала, о чем они вдвоём одновременно подумали. И мне это определенно не внушало никакой уверенности, что они не натворят дел. Как раз-таки наоборот. Балин попытался вразумить нашего командира, но ему-то разве не знать, что если Торин себе что-то в голову вбил, то хрен он отступит. И его СОВСЕМ не смутили слова Барда, что город находится под постоянным наблюдением и что тут везде курсируют фараоны. Нет, совсем не смутило. Поэтому, разумеется, как только начало смеркаться, так ночные авантюристы вышли на охоту. Мало же того, что у нас Кили еле ходит из-за своей раны, которая (на мой ужас) начала заметно ухудшатся по состоянию! Главное — оружие и ничего больше. Нас с Асей оставили стоять на шухере перед открытым окном в оружейную, а все остальные пошли мечи коммуниздить. — Гномы — аферюги, — раздраженно цокнула Ася, смотря на окно, где минуту назад скрылась белобрысая макушка Фили, — какая вообще разница, идти на дракона с мечом или с гарпуном? Один хрен — сожрет! — Не бурчи так громко, — шикнула я. — Нет, но я просто поражаюсь их фантастической способности находить проблемы на ровном месте! — понизив голос, пробормотала она. — В этом мы с ними чем-то похожи, — пожала я плечами, — этого не отнять. — Ладно, — потёрла она переносицу, — главное, чтобы никто не нарукожопил, как всегда… Клише: действие, происходящее ровно противоположно словам кого-то. Только Ася это сказала, как прямо над нами раздался оглушительный звук падающего на землю металла, а после на нижних ступеньках лестницы, ведущей с оружейной, кубарем скатился Кили. — Кили, да твою ж мать! — донёсся сверху возглас Фили. — У вас одна мать, идиот! — ругнулся Торин. — Вы там совсем ополоумели?! — воскликнула, по возможности как можно тише, я, — чешите назад! — Куда чесать? — спросил грубый баритон, а после чья-то тяжелая рука опустилась на моё плечо. Оглянувшись вокруг себя, я уже увидела целый отряд стражников города, наставляющих на нас свои копья и мечи. — Спинку! — нашлась я, — чесать спинку. — Наш братец очень болен, вот и наделал шуму, — сдавленно сказала Ася, указывая на валяющегося Кили, — ничего криминального… — К бургомистру их! — гаркнул тот, что держал меня, — и тех, что наверху, тоже! — Ну зачем же так кардинально? — попыталась урезонить его Ася, которую уже уводили два стражника, — можно же договориться! — Вы же Брага, верно? — выпуталась я из рук одно очень настырного стражника, — мне говорили, что у вас просто прелестная женушка! По слухам — прям богиня! — К БУРГОМИСТРУ! — рявкнул Брага.  Третий раз повторять было не нужно. Взяли за шкирку да и повели куда-то, как и всех гномов в придачу. — Некудышные вы часовые, — саркастично фыркнул Двалин, идя прямо следом за мной. — Это надо спрашивать с нашей хромоножки! — парировала я, — тот шум пол города перебудил! И сейчас они пойдут на площадь посмотреть, что за кипиш тут происходит. Незаметно хотели город пройти, да? — Нас посадят в колодки? — испугалась Ася. — Тебя? Да, — кивнул Двалин. — Не переживай, — успокоила я подругу, — максимум — камнями закидают. Стража подвела нас к какому-то особняку. Жители города уже столпились здесь же, а когда открылись огромные ворота, то показался и сам бургомистр собственной персоной. Это был рыжеватый, уже давно лысеющий толстый дяденька в солидных одеждах. Вокруг него всё вертелся какой-то щупленький мужичок, у которого бровки срослись во что-то единое и неделимое. Когда Брага оповестил градоначальника, за каким занятием поймала нас стража, тот сразу же воскликнул: — Ага! Враги государства, значит! — Государства? — громко уточнила Ася, — вы малость переоценили масштабность своего поселения. — Отчаянная банда наемников, не боле, сир, — заметил тот мужичок с монобровью. — Придержи язык! — рявкнул Двалин, выступая вперёд.  Ну всё, задели за живое. Я думала, что Двалин начнет возмущаться по поводу того, что этот хмырь оскорбил нас, но нет. — Вы даже не знаете, с кем говорите! — вместо этого сказал он, — это вам не какой-то преступник! Это Торин! — указал он на друга, — сын Траина. Сына Трора! Шумихи было много. Торин, оказывается, здесь важная шишка. Дубощит с гордо поднятой головой вышел вперёд из толпы. И, коли вариантов уже и не было других, звучно представился: — Мы гномы Эребора… А дальше последовал длинный и трогательный монолог о том, какой этот город был раньше, до прилета Смауга. Как описывал это всё Торин, так до мурашек пробирало. Судя по его словам, здесь был не хилый такой мегаполис, не иначе. С каждым его словом в глазах всех жителей всё больше разгорался некий огонь надежды. А когда Дубощит пообещал, что в случае успеха операции он поделится всеми богатствами своего народа с ними, то толпа возликовала. — Слушай, а Торину бы в политику пойти, — шепнула мне Ася, — ну, ты глянь, как стелит! Типичный председатель на выборах... — Всё, что Торин сказал, он выполнит, — покачал головой Фили. — Рассказывай, — хмыкнула Ася, — знаю я таких. Но когда же уже казалось, что Торину удалось-таки уломать бургомистра, чтобы тот нас отпустил, явился тот, кого совсем нельзя было ожидать. — Смерть! — выбежал вперёд Бард, перекрикивая восторженную от речи Торина толпу, — вот, что вы принесете нам! Драконье пламя и разорение. Если вы разбудите зверя, то уничтожите весь город… — Да ладно тебе, Бард! — окликнула его я, — тут мужик халявное золото обещает. Думаешь, кого-то твои слова волнуют? И не таким людей пугали. Народ вокруг поддержал мои слова радостными воплями. — Какие же вы глупые! — воскликнул Бард. — И некоторые, даже не представляешь, насколько! — добавила я, — без обид, Кили. Потом Бильбо весьма трогательно ручился за Торина и его обещание, и жители Озерного Города окончательно сошли с ума. Бард, конечно, ещё пытался достучаться до людей. В ход пошли даже оскорбления в сторону Торина и его предков. Прозвучали слова об амбициях и сумасшествии Короля-под-Горой, что навеяло на меня странное ощущение дежавю. Почти такие же слова я слышала от Элронда тогда, в Ривенделле. То есть, это был уже второй человек, который утверждал о безумстве рода Дурина. Но я знала Торина. Даже того времени, что я была с ним знакома, хватило, чтобы узнать его. Я была уверена, что Торин никогда не нарушил бы свое слово. Это тот самый случай, когда честь для гнома стоит на первом месте. Никакое золото не сможет этого отнять. Так что, пусть Бард сбавит обороты. Он переживает за дракона и за свой город, но на открытые оскорбления он не имел никакого права. И всё-таки рассказы о несметных богатствах Эребора дали свои плоды. Бургомистр, жаждущий золота, сразу же откинул назад Барда с его россказнями и занял позицию Торина. Громовое «Добро пожаловать!» все приняли с великим восторгом. Все, кроме Барда, который молча покинул площадь, не сказав при этом больше ни слова. Грустить по этому поводу у меня особо не было времени, ведь бургомистр радушно разрешил нам переночевать прямо у него в доме, устроив там весьма обширную гулянку. Такой отдых после долгой дороги дал большие возможности для всех. Большинство из наших сразу же устроились за столом. А вот я тут же побежала отмывать с себя остатки рыбьего кошмара, и точно также поступили Ася и Бильбо. Стоит ли говорить, что когда я впервые за многие и многие недели заглянула в зеркало, то попросту не узнала себя? Из отражения на меня смотрел совершенно незнакомый человек. И дело было даже не в грязном лице или волосах в рыбьих чешуйках. Сам взгляд будто бы поменялся. Не осталось и следа от той меня, что когда-то, казалось, совсем недавно уговаривала пойти Асю в простой однонедельный поход. Да и, если так поразмыслить, и от прежней Аси почти ничего не осталось. Нас обеих изменило это путешествие, будь это хорошо или плохо. — Этот рыбий запах теперь от меня никогда не отстанет! — пожаловалась мне Ася, когда мы вышли из ванных комнат, — я перемывалась три раза, а всё равно воняет! И ради чего? В чьем доме мы сейчас находимся? — Привыкнешь, — ответила я, — главное, что мы, наконец-таки, помылись. Знаешь, как я этого ждала? — И представлять не нужно, — усмехнулась Ася, — ну что, пойдём к нашим? Судя по звукам, там уже кого-то в окно выбрасывают. — Кто ж пропустит такое! — рассмеялась я, и мы синхронно побежали в зал приема гостей.  Как-то Бофур мне рассказывал, что, чтобы по-настоящему напоить гнома, понадобиться целая цистерна эля вдобавок к водке. Но что-то мне подсказывало, что и бочонка пока что хватит. Впрочем, пьяные гномы — весёлые гномы. А я ещё по Ривенделлу запомнила, что весёлые гномы — это очень смешная картина. Одна такая с фонтаном, правда, до сих пор мне в кошмарах является, но это ладно. Без этого тоже никак. Мимо моей головы пролетела салатница и вдребезги разбилась о большой гобелен напротив стола. — Кто уже что не поделил? — подбежала я к Фили.     Тот сквозь слёзы смеха еле как выговорил: — Алфрид решил поспорить с Глоином на тему вечного противостояния эльфов и гномов… — Алфрид — это тот тип, что с бургомистром стоял? — уточнила я. Фили кивнул. — Ну, и Алфрид в порыве чувств и алкоголя запиндорил в Глоина рюмку, — продолжил он. — А тот не растерялся и в ответку кинул здоровенную салатницу! — догадалась я, — что ж, это вполне в вашем духе. — Ещё как!  — Фили, иди искупайся! — воскликнула Ася, — не обижайся, но от тебя бомжатиной несет. — Это природный мужской аромат, — наигранно надулся Фили, подтягивая протестующую Асю ближе к себе. — И мы никакие не бомжи! — воскликнул Бофур. — Мы бомжи, Бофур, — сочувственно похлопала я его по плечу, — уж по крайней мере, пока. — Уже через три дня всё изменится! — чересчур громко воскликнул Двалин, поднимая бокал вина. После этого он с хитрющей улыбкой повернулся ко мне, — Катя, иди сюда ближе. — Не-не, Двалин, — стала пятиться назад я, — пока в тебе орудует симбиоз вина, водки и эля, я на пушечный выстрел к тебе не приближусь! — Мне есть, что тебе припомнить, — вышел из-за стола он и стал подходить ближе. Неожиданно, сдавая задним ходом, чтобы не подставлять этому пьяному киллеру незащищенную спину, я в кого-то врезалась.    — Я отошел на пять минут, а вы уже практикуете методы ходьбы вперёд затылком? — спросил Торин, отодвигая меня в сторонку, — дорвались до эля, называется. — Товарищу своему это скажи, — заявила я, — а то он больно любит добрых людей кошмарить! — Добрых людей? — усмехнулся Двалин, — ну, ты с выводами-то про себя не спеши. — Двалин, — стараясь сдержать улыбку, предостерег Торин. — Да понял, понял, — отступил Двалин и вернулся обратно на свое место. — Это он про меня сейчас?! — возмутилась я. — Поверь, когда он переберет — это меньшее, что он может ещё сказать, — пояснил Торин. — Он же твоя правая рука! — с ухмылкой укорила его я. — Правая рука для его левых дел! — повысил голос Двалин. — А ты не подслушивай! — посмотрела на него я, — не красиво. — Не красиво смотреть на порядочного гнома, попавшего из-за обстоятельств в сортир, и гоготать при этом в полный голос, — нахмурился Двалин. — Порядочного? — передразнила я, — ну, ты с выводами-то про себя не спеши… Последнее, что я видела, удирая со всех ног вверх по лестнице, это злобного, мчащегося на всех порах ко мне Двалина, ржущих ребят за столом и от души смеющегося Торина. На заметку — ни одна Катя не пострадала. * * * На утро все почему-то были бодры и полны энтузиазма. После выжратого за вчера бухла я была уверена, что гномы просто не встанут с кроватей. Но невообразимая способность иметь, когда надо, трезвую голову, очевидно, была попросту у них в крови. Когда отряд Торина Дубощита вышел из дома бургомистра, попутно снаряженный всеми мыслимыми и немыслимыми припасами, люди на улице вновь принялись за восторженное приветствие «героев». — Кили, ты хорошо себя чувствуешь? — неуверенно спросила Ася, обеспокоенно смотря на до жути бледного Кили. — Кажется, насморк подхватил, — сказал он, постаравшись выдавить улыбку. — Вам не кажется, что кого-то не хватает? — спросил Бильбо. — Здравого смысла? — хмыкнула я. — Его с нами в принципе никогда не было, — констатировал Бэггинс, — а вот где Бофур? — Не объявиться — уходим без него, — отрезал Торин. Наверно, из всех гномов он единственный не разделял всеобщей радости народа. Не считая Кили, конечно. Ведь как бы он не старался, у него хреново получалось имитировать хорошее самочувствие. Быть может, скверное настроение Торина было обусловлено именно недугом Кили. Все мы знали, что его нельзя брать с собой к горе для его же безопасности. А Торин, как предводитель отряда и по совместительству дядя этого оболтуса, должен был ему это сказать. Все это понимали. Кроме, может быть, Фили. Ведь когда Дубощит обозначил младшему племяннику, что тот останется в городе, Фили принял это в штыки. По началу он ещё пытался добиться того, чтобы Торин поменял свое решение и разрешил Кили пойти с отрядом, но потом бросил это дело. Брат за брата, и вот уже Фили остается вместе с Кили в Озерном Городе. Оин, как лекарь, присоединился к ним. Вот и получилось, что наш отряд разделился на два лагеря. Осталась ещё одна проблема.  Я подошла ближе к Асе и уже по её глазам прочитала то, что она сейчас мне скажет. — Остаешься? — опередила её я. — Я не могу их оставить, — поджала она губы, — Фили и Кили — единственные, кто нормально приняли меня здесь. — Это не так, — нахмурилась я. — Так, — горько усмехнулась Ася, — да и другие причины тоже есть. Ты же знаешь, — Ася замолкла и странно посмотрела мне прямо в глаза, — ступай, Кать. Тебе-то точно нужно быть рядом с ним. — С Двалином? — не поняла я, — да ты че, он же меня сожрет ненароком после вчераш… — Я не про Двалина, — улыбнулась Ася, — а про одного любителя долгих разговоров на ночь глядя. Я замерла, не смея пошевелиться. — Так ты… — Иди, — подтолкнула она меня ближе к лодке, — уже заждались. И в правду, когда я посмотрела назад, то увидела уже всех наших в лодке. Только Торин ещё остался стоять на мостке, выжидательно сверля меня взглядом. — А говорила, что разделяться больше не будем, — укорительно посмотрела я снова на Асю, впрочем, даже не стараясь сдержать добрую улыбку. Асе этого хватило, как она всхлипнула и крепко обняла меня. — Если ты там умрешь, — пробормотала она, — то учти, что с того света тебя достану и собственноручно придушу! — Приму к сведению, — крепче обняла её я. После этого мы одновременно отошли друг от друга, и Ася двинулась в сторону Фили, Оина и Кили (последнего уже почти придерживали на руках), а я пошла к Торину и ко всем остальным, кто шел к Одинокой Горе. — Тебе тоже лучше остаться, — заметил Торин, бросая на своих племянников быстрый и полный некой тревоги взгляд. — Ну уж нет! — отрезала я, — второй раз я на прощание с Асей не решусь, так что уходим сейчас! — Я серьёзно, Катя, — Торин придержал меня, не давая забраться в лодку, — я не знаю, что может ожидать нас по прибытии к горе. Лучше, если ты будешь в безопасности здесь. — Даже не начинай спорить, — предупредила я, — эту схватку тебе не выиграть. Есть вопросы? Небольшая глыба льда как раз столкнулась с переполненной лодкой, отчего та качнулась и немного отплыла в сторону. Я, уже стоявшая одной ногой на палубе, потеряла равновесие и рухнула бы в речку, если бы Торин меня не придержал. — Ооо, есть и их не мало, — саркастично протянул он. — У кого-то время уходит! — заметила я, отцепляя руку Дубощита от своей и прыгая в лодку. Та опять качнулась, но на этот раз я смогла удержать баланс. — Почему мне кажется, что я совершаю ошибку? — вздохнул Торин, залезая следом. — Потому что так оно и есть, — фыркнул Двалин. — Поддакивателей не спрашивали!  Двалин в ответ лишь пожал плечами и потерял ко мне какой-либо интерес. Лодка отплыла от берега и заскользила вдоль реки по течению. Я нашла себе местечко рядом с Бильбо, который успел раздобыть себе где-то новый модный шлем, а после стала смотреть на отдаляющуюся сушу. Ася, Фили и Кили на берегу с каждой минутой становились всё меньше и меньше, пока, наконец, речка не свернула вправо, и они совсем не скрылись за многочисленными домами. Снова мы оказались по разные стороны баррикад, только теперь решение отделится было принято уже самой Асей. Но я чувствовала некое спокойствие, ведь она осталась в безопасности. Чтобы не подстерегало нас в Эреборе, Ася осталась далеко за его пределами. Значит, хотя бы одна из нас побудет в сохранности какое-то время. Надеюсь на это.