Словом и пулей

— Итак, мы имеем пятерых вооружённых преступников, засевших в летнем кафе в районе Каннам и удерживающих в заложниках по меньшей мере несколько десятков его посетителей, — промолвил лейтенант Бан, расстилая не столе схему здания. — Они спешно забаррикадировали двери и окна столами и прочей мебелью, а в тех помещениях, на которые её не хватило, либо не появляются, либо смотрят в них из-за спин гражданских… — Чан со вздохом стянул с головы шлем и осмотрел подчинённых. — Скорее всего, они также не отказались от идеи воспользоваться камерами видеонаблюдения, поэтому скрытного выхода на позиции для штурма не получится… Вопросы, мысли, предложения? — Командир, — Минхо поднял руку, привлекая к себе внимание. — Откуда они вообще там взялись среди бела дня? — В двух кварталах отсюда находится банк, в который тридцать две минуты назад ворвалось четверо грабителей, вынесших наличных на пару сотен миллионов вечнозелёных американских президентов… Их попытался остановить пост дорожного патруля, но они расстреляли троих офицеров и с пробитыми колёсами кое-как доехали сюда. — Вот уебки, — сквозь зубы процедил Чанбин. — Может, пальнем туда раз так несколько из гранатомёта слезогонкой и войдем, а, командир? — Это детское кафе, дурья голова, — Минхо положил руку на плечо не в меру резвому сослуживцу. — Лично я не знаю, что с ними будет после такой херни… Командир, они выдвигали какие-нибудь требования? — Не знаю, — тяжело вздохнул Чан, мимоходом взглянув на наручные часы. — С минуты на минуту ждём переговорщика, а там уж видно будет. Ситуация всё равно патовая… В этот момент раздался негромкий, но настойчивый стук в дверь, и, не дожидаясь разрешения, на пороге возникла молодая и довольно красивая, как отметил для себя Минхо, девушка в строгом деловом костюме. Длинные тёмные волосы были забраны в высокий хвост, а две прядки обрамляли миловидное лицо с минимумом макияжа, лишь выгодно подчеркивающего выразительные глаза. — Госпожа, простите, но модельное агентство в соседнем кабинете, — не утерпел Чанбин, а остальные спецназовцы едва сдержали смех, переглядываясь между собой. — Не поймите нас неправильно, нам очень приятна ваша компания, но… — Господин лейтенант, — девушка безошибочно определила среди присутствующих командира и, оборвав Чанбина на полуслове, направилась к столу. — Разрешите представиться — Чон Джинсоль, — она сделала небольшой поклон. — Меня прислали к вам в качестве переговорщика. — А куда нормального переговорщика дели? С нами же постоянно господин Чхве работает, — промолвил Чанбин, сложив руки на груди и пробуравив взглядом Джинсоль, склонившуюся над схемой здания. — Мы тут, вообще-то, не в игрушки играем… Там, в кафе, хрен знает сколько заложников. — После завершения операции вы, капрал Со, если не ошибаюсь, можете подать рапорт, присовокупив к нему свои сомнения в моей компетенции, — ответила Джинсоль, даже не взглянув на него. — А до тех пор будьте уж добры оставаться в рамках приличия… Я ведь не учу вас, как правильно спасать преступников и устранять заложников, верно? — сказала она, а стоящий рядом с ней Чан лишь тихо хмыкнул, показав за спиной Джинсоль большой палец. — Господин лейтенант, насколько я понимаю, в оцеплении находятся ваши люди? — Они там вперемешку с офицерами из ближайшего участка, госпожа Чон, — ответил Чан, разминая затекшую шею. — Я выделю вам одного из своих парней, — он обвел взглядом присутствующих. — Минхо, проводи госпожу Чон… — Есть, командир, — Минхо кивнул и, не оглядываясь на Джинсоль, двинулся к двери офиса, в котором они расположились, чтобы можно было наблюдать за кафе, не привлекая внимания. — Идемте, госпожа Чон. — Ей бы не переговорщиком быть, а по подиуму шляться, — вздохнул Чанбин, взглянув вслед удалившейся Джинсоль. — О чем вообще комиссар только думал, когда её к нам посылал?.. Завалит нам операцию, а виноваты будем мы, блин! — У тебя претензии к тому, что к нам прислали нового переговорщика или конкретно к госпоже Чон? — спросил Чан, глядя в бинокль на то, как дверь кафе открылась и оттуда появился один из преступников, прикрывающийся молодой девушкой в форменной одежде. — Показался, сученок… Внимание всем! — проговорил он, взглянув на оборванного и чуть прихрамывающего мужчину, и поднял со стола рацию. — Держим его на прицеле и ждем переговорщика. Хорёк — Волку!.. — Хорëк на приёме, — отозвался из рации напряженный голос, чуть растягивающий гласные. — Вижу его, командир, но засранец за девчонкой… Чисто отработать не смогу. Приём. — Волк принял, контролируй его… Отбой.

***

— Ебучий выблядок, — Минхо сплюнул на асфальт и ускорил шаг, оставив за спиной Джинсоль и устремившись к оцеплению. — Не знал, что и он тоже тут, — донесся до его слуха шепот, усиленный наушниками, со стороны двух полицейских, нацеливших свое оружие на преступника. — Разве комиссар его не выпер?.. — Че ты там вякнул? — окрысился Минхо, бросив полный злобы взгляд в сторону патрульных. — Зубы лишние нашлись?! — Сержант Ли! — остановила его Джинсоль, положив руку на наплечник бронежилета. — Не время и не место, что бы у вас там ни произошло… Я пошла, — произнесла она и двинулась по направлению к кафе. — Господин Чхве! Меня зовут Чон Джинсоль, и я уполномочена обсудить ваши условия, на которых вы отпустите заложников!.. — Ага, еще какую хуйню начнешь загонять?! — проорал господин Чхве, ткнув стволом пистолета в подбородок заплаканной девушке. — Мы их отпустим, а спецназ нас тут же пулями нашпигует!.. Нам нужен вертолет с полными баками, полсотни парашютов и пятьсот миллионов вон! У вас полчаса!.. — Господин Чхве, все это нереально подготовить за столь короткий срок, — ответила Джинсоль, оглянувшись на оцепление. — На нужен час, как минимум… — Да поебать мне как-то! Если через полчаса вертолета и денег не будет, то мы начнем расстреливать заложников! — господин Чхве ощерился и попятился, потянув заложницу за собой. — Время пошло… — Сто семнадцатый… — вздохнула Джинсоль и подошла к оцеплению, попутно вытянув из кармана телефон. — Господин комиссар, они требуют вертушку, еще денег и парашюты. Судя по количеству, собираются брать заложников с собой… Поняла, жду, — сказала она и взглянула на Минхо, переминающегося с ноги на ногу. — Бред полнейший всё это, госпожа Чон, — сказал тот, почесав подбородок. — Если они собрались тащить с собой всех заложников, то им придется отдать «Чинук», который тут нихрена не сядет… — Сержант Ли, вы всегда такой пессимист или это только в связи с данной операцией у вас такое обострение? — фыркнула Джинсоль и сдула прядку, выбившуюся из хвоста и упавшую на глаз. — Я реалист, госпожа Чон, и не могу понять того, какого хрена эти уебаны потребовали вертолет, а не конвой до Инчхона и какой-нибудь самолет… Ограничивают себя в маневре, особенно в его дальности. — Если бы не дети… — тяжело вздохнула Джинсоль, то и дело поглядывая в сторону кафе. — Если б не дети, мы бы уже писали отчеты о расходе боекомплекта, — хищно усмехнулся Минхо, хрустнув пальцами. — Вынести двери, войти, выйти… Дело минут пятнадцати. — Кроль — Хорьку, — послышалось из рации, — перейди на четвертый канал. — Кроль в канале, что случилось? — отозвался Минхо, передвинув верньер рации, и чуть крепче сжал пальцы на ручке автомата. — Комиссар выходил на командира, едет сюда… Не отсвечивай там особо по возможности. — Постараюсь… Хотя один хрен попадусь на глаза, с моей-то удачей. Что-то еще есть нового? — Кроме того, что я тебе слегка завидую, — в голосе собеседника послышалась улыбка. — Эта госпожа Чон очень даже ничего, я бы за ней приударил. — Приударь лучше в наблюдении за этим ебучим кафе, — пробурчал Минхо, скосив взгляд на говорящую по телефону Джинсоль. — Ты чем, нахрен, вообще занят?.. — Да хоть наблюдай, хоть не наблюдай, а нихера не видно… — Внимание, здесь Квокка! — в переговоры вмешался взволнованный голос капрала Хана. — В кафе какая-то движуха! Всем позывным перейти на первый канал!.. В этот же момент со стороны прогрохотала автоматная очередь, отразившись от стен зданий и заметавшись эхом по улице. Минхо оглянулся по сторонам и увидел находившихся рядом двух недавно попавших в отряд бойцов. — Пес, Лис, за мной! — Минхо махнул им рукой и бросился вперед. — Госпожа Чон, оставайтесь здесь. Покрыв отделявшие оцепление от кафе десятки метров в несколько бесконечно долгих секунд, он прижался плечом к стене возле входных дверей, увидев краем глаза приближающихся к зданию остальных бойцов спецгруппы. Изнутри раздавался многоголосый гвалт, прерываемый грубыми окриками преступников. — Приготовились! — рявкнул Чан, первым добежавший до кафе. — Чанбин! Забросив автомат за спину, Чанбин перехватил поудобнее увесистую кувалду и, встав у самой двери, замахнулся. «Хорошо еще, что дверь не железная, — подумал Минхо, встав позади товарища, — а то пришлось бы выносить накладным зарядом…» — Работаем! — крик Чана совпал с хрустом слетевшей с петель двери, но оба звука потонули в хлестком звуке выстрелов. Бежавший к двери преступник упал навзничь, на его груди уже начало расплываться кровавое пятно, а на губах запузырилась розовая пена. Второго застрелил Чан, высунувшись из-за косяка двери. — Всем на пол! Ложись! Все на пол! — на разные голоса орали спецназовцы, ворвавшись в кафе. Короткая, всего с пару десятков секунд, перестрелка, и на ногах остались лишь они. — Раз, два, три, — пробормотал Чанбин, оглядываясь по сторонам, и отодвинул от свежего трупа пистолет. — Но их же пятеро было?.. — Здесь еще один, — отозвался из-за двери кухни Сынмин. — Готов, сученок… — Общий, общий, общий, — в наушниках вновь зачастил голос Хана. — Последний свалил через окно и съебывает! — Командир, я за ним, — встрепенулся Минхо и, не слушая ответа, выскочил на улицу, попутно вызывая Хана, следующего за округой с беспилотника. — Квокка — Кролю, продирижируй! — Переулок справа от тебя. Быстро чешет, гаденыш! — Похер, догоню!.. — прорычал Минхо, едва не проскользнув на повороте, и постарался затормозить, попутно вскидывая автомат. — Блять… — Еще шаг, легавый, и в её башке скворечник! — крикнул давешний господин Чхве, прижав пистолет к виску Джинсоль, старающейся что-то незаметно достать из кармана. — Бросай автомат, гондон! — Ага, щас только пятки маслом смажу… Я автомат брошу, а ты нас обоих пристрелишь. Плавали, знаем… — Ну, значит, я её с собой заберу, — ухмыльнулся преступник и вдруг зарылся носом в смоль волос, шумно вдохнув. — Хороша, чертовка… Не бойся, тебе будет приятно. Лицо Джинсоль искривила маска омерзения, и в какой-то момент её рука, до того вытягивавшая что-то из кармана, резко ткнулась в ногу господина Чхве, перед тем чем-то отчетливо щелкнув. Тот взвыл от боли и на секунду, которой Джинсоль хватило, чтобы рухнуть на землю, расслабил руки. Автомат Минхо трижды ткнул его в плечо отдачей. Всё, как учил инструктор: две пули в грудь, а третья — прямиком промеж широко открытых от удивления глаз. Держа преступника на прицеле, Минхо приблизился к нему вплотную и увидел торчащую из бедра рукоять ножа. — Госпожа Чон, вы в порядке? — Минхо опустил автомат и протянул руку Джинсоль. — Могло бы быть и лучше, сержант Ли, — сказала она, поднявшись на ноги и с отвращением взглянув на тело. — Мне кажется, еще бы чуть-чуть, и он бы полез демонстративно меня раздевать… Спасибо, — Джинсоль улыбнулась и поклонилась Минхо, а до того дошло, что в такие моменты черты её лица меняются, словно бы становясь более изящными, что добавляло красоты и привлекательности и без того приятной внешности. — А вот и оцепление, раздери его вдребезги и пополам, — фыркнула Джинсоль, чуть сморщив нос, отчего на секунду стала похожа на недовольного чем-то хомяка. — Всё как обычно, — Минхо пожал плечами и стянул с головы шлем, растрепав взмокшие волосы. — Офицер, выставите здесь пост и никого не подпускайте. Госпожа Чон, нам лучше бы вернуться к остальным… Жаль только, что совсем не понятна причина, по которой началась стрельба.

***

— А потом дядя Сондже схватил злого дядьку за шею, а тот ка-а-ак начнет стрелять! — рассказывал со свойственной его возрасту экспрессивностью мальчик лет пяти, прижимающийся к молодому мужчине, голову которого бинтовала медсестра из находящейся неподалеку школы. — А потом — бабах! — дверь сломалась, и пришли полицейские в черном и начали стрелять в плохих дядек! Перед мужчиной Минхо увидел Чана и что-то выговаривающего ему комиссара Пак Чинхана. — Да не слушайте вы мальчишку, господин комиссар, — вымученно усмехнулся пострадавший, глядя по сторонам чуть расфокусированным взглядом. — Я всего лишь попытался по… Договорить он так и не смог, подавившись словами. Ботинок Минхо влетел подошвой ему точно в солнечное сплетение, выбив дух и опрокинув со скамейки, на которой Сондже сидел еще секунду назад. — Сержант Ли! Отставить!!! — заорал комиссар Пак, а Чан попытался дернуть подчиненного на себя, оттянув от недавнего заложника. — Хули ты там попытался, долбоебины кусок?! — Минхо брыкался, силясь достать Сондже ногой, но спецназовцы уже обступили товарища, сообща оттягивая его подальше. — Если бы не ты, они могли бы выжить!.. — палец Минхо указал на три тела, накрытых белыми простынями. — Командир, отпусти, блять! Я этого ебланоида сам удавлю к ебене-матери! — Смирно! — голос Пак Чинхана раздался практически у самого уха Минхо. — Лейтенант Бан, какого черта сержант Ли вообще принимал участие в операции?! Вам погоны жмут или, может быть, должность?! — Господин комиссар, сержант Ли был включен в состав группы под мою личную ответственность и именно он ликвидировал двоих из пяти преступников, — ответил Чан, вытянувшись по стойке «смирно». — Мне известно о временном отстранении моего подчиненного, готов понести соответствующее наказание. — Завтра явитесь ко мне, — прошипел комиссар, зло зыркая то на Чана, то на чуть успокоившегося Минхо, — с личным делом… Лейтенант Бан! — Я, господин комиссар. — Неполное служебное соответствие, — сказал комиссар Пак и посмотрел на Минхо. — Сержант Ли! — Я, господин комиссар, — просипел Минхо, которого уже держал один лишь Чанбин. — Отстранение до окончания внутреннего расследования с вас никто не снимал… И молитесь всем, в кого вы там верите, чтобы эксперты подтвердили версию, выдвинутую вашим командиром относительно причин смерти заложников. Все свободны, группа снята с дежурства. Завтра к двенадцати тридцати жду рапорта об операции. Вольно. Комиссар ушел, оставив после себя гнетущую тишину, а Минхо высвободился из непрошенных объятий Чанбина, взглянув на Чана. — Извини, командир, не сдержался… — промолвил Минхо, зыркнув в сторону Сондже, которого вели в сторону машины «скорой помощи». — Хорошо еще, что выебываться не стал, — ухмыльнулся Чанбин и перевел взгляд на Джинсоль. — Ну что, госпожа переговорщик, как ощущения? — Не обращайте на этого поросенка внимания, госпожа, — хохотнул подошедший к группе спецназовцев Хëнджин, на плече которого покоилась снайперская винтовка. — А про тебя, жена, все жене расскажу, понял? Ах да, совсем забыл представиться, — он перехватил оружие поудобнее и церемонно поклонился, после чего взял руку Джинсоль так, чтобы мелкие следы крови были видны всем, и коснулся тыльной стороны ладони губами. — Сержант Хван Хëнджин. К вашим услугам в любое время дня и ночи, но ночи все же предпочтительнее… — Сержант Хван, какой пример вы подаете сослуживцам, — фыркнула Джинсоль, приложив ладонь ко лбу и закатив глаза. — Женатый молодой мужчина, а стоит только показаться на горизонте первой попавшейся юбке, как кольцо с пальца тут же пропадает? Как же на такое посмотрит капрал Со?! — А капрал Со ничего не скажет, — расхохотался Чонин. — Тут уже совсем не его юрисдикция. — Да уж, тут правильнее будет спросить о том, что на все это скажет Черëн, — поддержал напарника Сынмин. — Сержант, было честью служить с вами… Нам всем жаль, что вы собрались покинуть нас в расцвете лет и сил. — Я, что ли, виноват в том, что у жены Чанбина имеется дикое желание свести меня со своей подругой?! — воскликнул Хëнджин, оглядев сослуживцев, и повернулся к Джинсоль, словно прося у неё поддержки. — Госпожа Чон, ну вы хоть им скажите, что такое сводничество ни до чего хорошего не доведет!.. Они даже командира слушать не хотят. — Кончайте уже изображать из себя сборище полудурков, — Чан закатил глаза и кивнул в сторону подъехавших микроавтобусов. — Грузимся, нам еще оружие и дежурство сдавать. Госпожа Чон, если вам нужно в Агентство, то можем подбросить. — Была бы очень вам признательна, господин лейтенант, — Джинсоль вновь улыбнулась. «Как все же улыбка её меняет. Сразу будто светлее вокруг, а весь этот свет от неё идет… — подумал Минхо, вдруг удивившись этим мыслям. — А ведь я за неё испугался, когда этот ублюдок угрожал ей… Черте что в голове творится». — Приëм! Земля вызывает сержанта Ли! — практически в ухо Минхо крикнул Джисон. — Проснись и пой, хëн… Тебя только ждем. — А? Чего? Куда? — Минхо заозирался по сторонам, не найдя никого из сослуживцев вокруг. — Что-то я задумался… — Снова о нём?.. Понимаю, что это неправильно, но тебе надо это отпустить… Да, это больно, но… Не дослушав Джисона, нечаянно толкнув его плечом, Минхо пошел к машинам, стараясь выбросить из головы длинные светлые волосы, медленно окрашивающиеся в ярко-алый.