Словом и пулей

— Ëнбок, а это точно не будет неприличным? — спросила Хиджин, взглянув на одноклассника. — Твои родители не будут против того, что мы позанимаемся у вас дома? — Не переживай, Хиджин, — Ëнбок положил их рюкзаки на скамейку остановки. — Отец в командировке, брат на дежурстве, а мачеха не будет против… Она хоть и не родная мне, но относится ко мне так же, как и к Минхо. И вообще, её я беру на себя, а ты лучше подумай о том, какую тему будем сегодня повторять… — У тебя голос сейчас точь-в-точь как у учителя Кана, — негромко рассмеялась Хиджин, мельком взглянув на миниатюрные наручные часы на тонком ремешке. — А у тебя никогда не возникало мысли, что он больше похож на преуспевающего торговца из какого-то относительно древнего этапа истории Чосона. — Ага, так и знал, что вместо того, чтобы всю ночь готовиться к экзаменам, ты провела за просмотром очередной исторической дорамы, — Ëнбок покачал головой и прислушался к отдаленному звуку полицейской сирены. — И это говорит мне главный игроман всей школы? — не осталась в долгу Хиджин, ткнув его кулаком в плечо. — Хотя странно, что ты… — До сих пор «бронза», — закончил за неё Ëнбок, встал со скамейки, развернувшись к Хиджин, и завел руки за спину, со стоном прогнувшись в пояснице. — Да, я «бронза», но зато пятый в школе по успеваемости. — Ты пятый только из-за того, что учитель Ким зажмотил два балла на тесте, иначе пятой была бы я. — Это критические два балла, Хиджин, но ты ведь сама ошиблась в том вопросе, хотя я вчера целый вечер тебе про это твердил… Можно ведь было чуть-чуть сильнее напрячься и вспомнить. Уши и щеки Хиджин вспыхнули красным. Она вскочила, громко фыркнув, схватила свой рюкзак и быстрым шагом двинулась по улице, оставив кричащего что-то ей вслед Ëнбока на остановке. «Тоже мне, блин, гений истории! Сам, небось, как-то умудрился подсмотреть, а теперь хвастается! — подумала Хиджин, краем сознания зацепившись за шум приближающегося двигателя. — Плевать… На следующей остановке сяду на другой». Поток её мыслей прервал громкий визг тормозов и удивленный вскрик Ëнбока, в котором Хиджин услышала страх. Она не успела обернуться полностью и лишь периферийным зрением увидела как чёрный тонированный внедорожник напрочь снес остановку вместе со стоявшим перед ней Ëнбоком, которого ударом отшвырнуло в сторону. Ноги Хиджин подогнулись, и она рухнула на тротуар, не в силах отвести взгляд от лежащего и едва шевелящегося друга, а из её глаз ручьями полились слезы.

***

— А что, сержант Ли не присоединится? — спросила Джинсоль, проводив Минхо, забравшегося в видавший и лучшие времена «Форд». — Или не любит такие посиделки?.. — У него есть свои дела, — вздохнул стоящий рядом Чан. — Да и нужно морально подготовиться к завтрашней выволочке от комиссара. Вам ведь тоже завтра отчет писать, не так ли, госпожа Чон? — Тоже… Самая ненавистная часть работы, — Джинсоль помассировала виски, силясь сбросить скопившееся напряжение. — На Чеджу, конечно, было гораздо спокойнее, но настолько скучно, что я перевелась при первой же возможности, — сказала она, резко стянув резинку с волос, отчего те водопадом заструились по плечам. — Но всё же есть в этом такой минус, с которым бороться у меня не получается… — Зашкаливающее количество завуалированных предложений перейти на более подходящую работу? — предположил Чан, оглянувшись в сторону вышедшей на улицу шумной компании. — Вообще чаще заводят разговоры о продвижении по службе. Уроды… Ваш сержант Хван хоть не скрывает своё желание затащить меня в постель, в отличие от иных, но я всё же говорила о куда более страшном — о том, что мою мать от меня теперь не отделяет значительная водная преграда! — Километровый Ханган уже за таковую считаться не может? — усмехнулся Чан, разминая затекшую шею. — Лейтенант Бан, вы совершенно не знаете эту неугомонную женщину! Особенно то, что она в недалеком прошлом — профессиональная пловчиха, а сейчас работает тренером. Жалуется, правда, что в сборную спортсменов приходится выцарапывать везде где только можно. — А что же вы, госпожа Чон, не пошли по стопам матери? — спросил Хëнджин, оглядев Джинсоль, успевшую сменить свой брючный костюм на легкую кофту и джинсы. — С такой фигурой и данными могли бы с успехом заиметь немало спортивных наград. — Сержант Хван, вы успели поменяться амплуа с капралом Со? От него такой вопрос был более ожидаем… — Да что вы, просто Бинни сейчас занят разговором с женой, — Хëнджин кивнул головой в сторону Чанбина, расхаживающего из стороны в сторону. — Освоботится — слово в слово передам ему ваш ответ. — Так он что же, действительно женат? — удивилась Джинсоль, посматривая то на Хëнджина, то на Чана. — Никогда бы не подумала, особенно с таким предвзятым отношением к женщинам. — Просто в его понимании, госпожа Чон, полиция — не то место, где девушке следовало бы находиться, — промолвил Чан, на секунду отвлекшись на телефон, брякнувший сигналом уведомления. — По крайней мере, не в первой линии… — А где же тогда должна находиться девушка? — фыркнула Джинсоль. — Сидеть дома, готовить кимчи-чиге и заботиться о детях?.. — Девушки гораздо лучше справляются с такой работой, которая требует усидчивости и внимания, — ответил Чанбин, закончивший говорить по телефону. — Командир, нас ждут… Черëн сказала, что сейчас заедет к тебе, заберет Рюджин, а потом они поедут в бар. — Только за Рюджин? — тут же напрягся Хëнджин, не дав Джинсоль и слова сказать. — Бинни, а Черëн не заболела ли? — Если ты о том, что я не упомянул Йеджи, то можешь и не надеяться — её прекрасно было слышно на заднем плане, — рассмеялся Чанбин и ткнул друга кулаком в плечо. — Тебе, блин, лишь бы поржать! Ну вот какое зло я Черëн сделал, что она с таким упорством пытается заделаться моей личной свахой?! — Поселился напротив нас, вот что ты сделал… — Госпожа Чон, они так могут часами переругиваться, — ухмыльнулся Чан, склонившись к уху Джинсоль. — Проще будет их дожаться уже в баре… — сказал он, поднимая руку, сделал несколько круговых движений, оглянувшись на остальных подчиненных, и указал на новенькую «Тойоту». — Прошу на борт, — промолвил Чан, открывая перед Джинсоль пассажирскую дверь. — Здесь не слишком далеко.

***

Подошвы ботинок гулко топали по лестнице, Минхо несся, перепрыгивая через две ступеньки на третью, а в висках клокотала кровь. Точно такая же, что заливала осветленные волосы Ëнбока, что проступила на белоснежной рубашке в районе сломанных рёбер, капая из прокушенной губы… — Сержант Ли, вам туда нельзя! — неразборчивый силуэт попытался было заслонить проход, но тут же полетел на пол, переброшенный Минхо через себя. — Да хрен ли вы замерли?! Последнюю фразу Минхо услышал уже приглушенно, успев захлопнуть дверь допросной, и взглянул на сидящего за столом мужчину, взгляд которого блуждал по комнате, не задерживаясь ни на одном предмете дольше секунды. — Ну я ж сказал уже, без адвоката говорить не буду!.. И вообще, давай я тебе сразу накину деньжат, а ты меня отсюда выведешь? — пробормотал он заплетающимся языком и окинул Минхо с ног до головы взглядом расфокусированных глаз. — Слышь, братан, у тебя тачка есть?.. Надо в одно место заскочить, а то, походу, трезветь начинаю… Телескопическая дубинка словно сама прыгнула в руку Минхо, тут же с громким щелчком разложившись. — Э, э, э, служивый, ты че творишь, блять?! — завопил мужчина, попытавшись подняться из-за стола, за которым сидел. — Это незаконно! — А за руль садиться вхламину пьяным — законно? — прошипел Минхо, наотмашь ударив мужчину по лицу с такой силой, что он рухнул на пол вместе со стулом. — А въебываться в остановку на своем ебучем «Геленде» — законно?! — новый удар опять пришёлся по лицу, и Минхо отстраненно взглянул на кровь, хлынувшую из разбитого носа. — А отправлять ни в чем неповинного школьника в кому — законно?! — в запястье, подставленном под следующий удар, что-то отчетливо хрустнуло, а ладонь безвольно повисла без движения. — А пытаться свалить с места преступления — законно?! — ботинок Минхо с разгона влетел в зубы задержанного. — А пытаться подкупить свидетелей — законно, ублюдок? Отвечай, нахер, когда тебе вопросы задают! — заорал Минхо, ухватив дубинку обеими руками и изо всех сил врезав мужчине по колену, отчего тот взвыл раненым зверем. — Ну так что, это всё законно?! — Минхо нанёс несколько ударов по ребрам, отстраненно поглядывая на дверь допросной, сотрясаемой ударами снаружи. — Законно, я тебя спрашиваю!.. — последний удар в пах совпал с грохотом слетевшей с петель двери. — Сержант Ли! — голос Пак Чинхана ввинтился в затуманенный разум Минхо, уже скрученного сослуживцами. — Какого черта ты здесь устроил?! — оплеуха несколько отрезвила, приведя немногие мысли в голове к некоему порядку. — Молчишь?.. Ничего, у тебя будет время подумать над случившемся во время внутреннего расследования… Лейтенант Бан! Я отстраняю сержанта Ли от служебной деятельности немедленно. — Но, господин комиссар… — попытался было что-то сказать Чан, но комиссар лишь махнул на него рукой и вышел из допросной.

***

«Тойота» мягко остановилась на парковке перед клубом, и вылезший из машины Чан открыл дверь, помогая Джинсоль выйти. Рядом замер «Ниссан», из которого выбрались спорящие о чем-то Джисон, Сынмин и Чонин. Джинсоль попыталась прислушаться повнимательнее, но обрывки фраз потонули в рокоте двух «Киа», подъехавших с разных сторон. Из темно-зеленой вышли Чанбин и Хëнджин, а из серебристой появились три девушки примерно одного возраста с Джинсоль. Одна из них, короткостриженная шатенка, тут же направилась к Чану и, не говоря ни слова, приподнялась на носки, обняв его за шею и нежно поцеловав в губы. — У тебя все в порядке, любимый? — спросила она, погладив Чана тыльной стороной ладони по щеке, и взглянула на Джинсоль. — А ты не говорил, что к вам теперь красивых девушек присылают на службу, — её губы растянулись в непринужденной улыбке. — Представишь нас? — Госпожа Чон, знакомьтесь, — Чан приобнял девушку сзади за талию и коротко чмокнул в щеку. — Это моя жена, Шин Рюджин. Рюджин, это наша коллега, Чон Джинсоль. Мы сегодня работали вместе по одному делу. — Очень приятно, госпожа Чон, — Рюджин поклонилась, продолжив улыбаться. — Вы позволите перейти на ты? У нас в компании все по-простому, тем более, что вы все уже не на службе. — Я вовсе не буду против, госпожа… кхм, Рюджин, — промолвила Джинсоль, поклонившись в ответ, и взглянула на приближающегося к ним Чанбина, идущего под руку с улыбчивой брюнеткой. — А это, как я понимаю, Черëн, жена капрала… Чанбина? — Все верно, — кивнула Черëн и подтолкнула Чанбина чуть вперед. — Давай, Бинни, ты ведь мужчина… — А ты разве в этом сомневаешься? — фыркнул Чанбин, почесав пятерней в затылке. — Я, в общем, это… Того… — он вдруг глубоко поклонился Джинсоль. — Госпожа Чон, прошу принять мои извинения за то, что я успел наговорить вам перед операцией. Хоть вам и помешали договориться с этими уебанами, но мне всё равно не следовало сомневаться в вашей компетенции… Да и того ушлепка вы с хëном четко уделали. Короче… Я сильно ошибался и признаю это. — Ну, раз уж мы уже все выяснили, то пойдем и выпьем! — воскликнул Хëнджин, возникший рядом с Джинсоль и попытавшийся приобнять её за плечо. — Да что такое, Черëн? — Нечего тебе тут крутиться, тем более что Йеджи там скучает, — фыркнула Рюджин, взяв Джинсоль под локоть и потянув в сторону клуба. — Не беспокойся, Джинсоль, мы тебя этому ловеласу в обиду не дадим. — А как же ваша подруга? — удивленно прошептала Джинсоль, повернув голову к Черëн, пристроившейся с противоположной стороны. — Зачем тогда нужно их подталкивать друг к другу? — Чх… Да Йеджи совершенно такая же, как и Хëнджин, — фыркнула Черëн, а Рюджин закивала головой. — Мы потому и пытаемся их свести… — Типа, минус на минус?.. — Что-то вроде того, — кивнула Черëн.

***

— Ли Ëнбок! — просипел взмыленный Минхо, замерев перед регистратурой. — Где он?! Его привезли около двух часов назад, — слова давались с трудом, вырываясь из груди пополам с протяжными вздохами. — Его машина сбила!.. — Господин, успокойтесь… — попыталась успокоить его медсестра, но Минхо так саданул сжатым кулаком по стойке, что стоявшая на ней вазочка с конфетами слетела на пол и разбилась вдребезги. — Господин, если вы продолжите тут всё крушить, то охранники вышвырнут вас отсюда! — Где мой брат? — прошептал Минхо, навалившись грудью на стойку и попытавшись заглянуть в экран, находящийся перед медсестрой, мельком посмотрев на бейджик. — Госпожа Мин, прошу… Ли Феликс Ëнбок… Семнадцать лет. Я должен попасть к нему!.. — Он сейчас в операционной, — ответила медсестра, кликнув несколько раз мышкой. — Не беспокойтесь, доктор Ким — наш лучший хирург, а вашего брата привезли довольно быстро. Дольше с той девчонкой воевали… — Девчонкой? — встрепенулся Минхо. — Что еще за девчонка? — Сейчас… Да где же это было? Ах да, вот, — медсестра Мин показала вновь перегнувшемуся через стойку Минхо на экран. — Чон Хиджин. Она же вызвала скорую, а потом ни в какую не хотела отходить от вашего брата… Только здесь уже кое-как смогли её от каталки отцепить. — Где она?.. — Третий этаж, — тонкий длинный палец указал в сторону лифтов. — Спасибо вам, госпожа Мин, — промолвил Минхо, тут же рванув в нужном направлении, заскочив в уже начавший закрываться лифт. «Ну где же ты можешь быть? — подумал Минхо, выйдя из лифта. — Девчонка… Медсестра сказала, что эта Чон Хиджин не отходила от Ëнбока ни на шаг, когда их привезли, — его глаза быстро пробежались по немногочисленным людям, находящимся в коридоре, пока наконец не наткнулись на заплаканные красные глаза, ненадолго показавшиеся из-за упавшей на глаза челки. — Попалась, кажется». — Хиджин? — спросил Минхо, опустившись рядом с всхлипывающей девчонкой. — Да… — Хиджин коротко кивнула, стерев очередные слезы, покатившиеся по щекам. — А вы — Минхо, брат Ëнбока? — Верно… Как он? Как это произошло? Врачи уже сказали хоть что-нибудь? Ему сильно досталось? Что именно случилось? Ты водителя видела? Описать его сможешь?..— Минхо задавал один вопрос за другим, не дожидаясь ответов. — Он… Я… Мы… мы повздорили и я ушла, — Хиджин едва шептала, слезы вновь хлынули из её глаз. — А Ëнбок остался там… и его… Врач сказал, что он… Аджосси, он в коме… — она громко всхлипнула и уткнулась носом Минхо в плечо. — Здесь есть родственники Ли Ëнбока? — спросил вышедший в коридор мужчина в белом халате, попутно стягивая с рук окровавленные перчатки. — Я! — воскликнул Минхо, подскочив с дивана и даже не почувствовав вес Хиджин, вцепившейся в его руку. — Я его брат, доктор! Что с Ëнбоком?! — Успокойтесь, молодой человек, — доктор взял Минхо под локоть и повел по коридору. — С вашим братом всё в порядке. По крайней мере, насколько это вообще возможно после того, что случилось с мальчишкой, — промолвил он и взглянул на внимательно слушающую Хиджин. — Однако, бойкие нынче юные дамы пошли… Так вот, молодой человек, ваш брат перенес ряд тяжелейших травм. Сотрясение, несколько открытых переломов, три треснувших ребра. Операция, конечно, прошла успешно, но Ëнбок остается в коматозном состоянии… — И при этом вы мне говорите не беспокоиться? — пробормотал Минхо, наконец разгядев выглядывающий из-под халата бейджик. — Доктор Ким, а вам не кажется, что вы сами себе противоречите?! — Мне кажется, молодой человек, что для бывшего или действующего военного, коим вы без сомнения являетесь, — доктор Ким ткнул Минхо в край татуировки, выступивший из-под рукава футболки. — За тридцать семь лет моей практики подобных случаев было столько, что вам и не снилось… Мальчишка очнется, поверьте моему опыту. Организм крепкий и довольно тренированный… Спортом занимается? — Тхэквондо, — Минхо и Хиджин ответили почти одновременно. — Вот и славно, — доктор Ким негромко рассмеялся, а у Минхо при этом сложилось такое ощущение, что где-то рядом кому-то взбрело в голову помыть зеркало или окно. — Вас, молодой человек, попрошу оставить свои контакты в регистратуре, чтобы мы могли сообщить об изменениях в состоянии вашего брата. А теперь я вас более не задерживаю. Вам, небось, еще обратно на службу нестись, а юной госпоже хорошо бы сейчас зайти на первом этаже к психологу, а после него — отправиться домой. В этот момент в кармане у Минхо завибрировал телефон. Не слушая больше доктора, Минхо быстро отошел в сторону и принял вызов. — Да, Бинни. Что случилось? — Тут этого уебана привезли… Еле-еле ноги переставляет, гондон блядский, пьяный вусмерть. — Понял, скоро буду.