Финал их другим быть не может

​— … И я… Это было глупо, очень, я бы даже сказал, по-идиотски, но тогда я иначе не мог. Примерно тогда же я и осознал свои чувства к Эрику, но вряд ли кто сможет понять, даже ты, прости.   ​Свои диалог парни продолжили в номере Стэна, снятом неподалеку от пиццерии. По дороге они договорились, что перевезут вещи Марша в квартиру Брофловски, но, зайдя внутрь, оба только и смогли что усесться на кровать и продолжить начатое.   — Да было бы за что извиняться, вы всегда друг друга стоили. Но убить и скормить целую семью своим родителям только из-за их желания свести тебя с кем-то? — Я знаю, чел, это очень тупо. — Да не то слово. Блять, если бы не Картман… — Прости?   Марш глубоко задумался, но о чем именно, Кайлу знать не совсем хотелось. Если сейчас он начнет валить вину на тогдашнего Эрика, то…Хреново будет обоим, но по абсолютно разным причинам. Кайл проследил за взглядом друга и понял, тому не очень хотелось делиться наболевшим с ним.   — Если бы не Картман, говорю, этого бы не случилось, — Стэн пытался вернуть зрительный контакт, но у него только и получалось, что уходить взглядом, — а ведь я подначивал вас, болел… Мне так стыдно, что в то время наша связь так сильно ослабла. — Чувак, ты знал какое количество преступлений было на Эрике, и знал, в каких мы с ним отношениях, но все равно согласился на ту свадьбу! Это даже тупее убийства Гринбергеров! — Да знаю я! — Стен вскочил с кровати и посмотрел прямо на друга. В тусклом свете темно-синей комнаты его вид производил впечатление искреннего раскаяния. Хоть за окном была ночь, Стэн чувствовал сильнейший прилив сил, он был готов сделать все, чтобы лучший друг его простил, — уже давно я чувствую себя виноватым. Но и Вен говорит, что я ни при чем, а во всем сыграло дурное влияние Картмана.   Кайл не мог поверить в услышанное, — Венди? Ты обсуждаешь нас с ней в таком ключе? — Конечно, ты нам не безразличен! — Только я? А Эрик? Ты знаешь, он очень сильно изменился за это время, хотя, как тут заметишь, когда мы все вместе собираемся от силы раз в несколько лет! И ты еще считаешь, что можешь обсуждать и осуждать нас? — Не тебя, а Картмана. Он всегда был подонком, и я не верю, что он мог чудесным образом стать нормальным человеком! Даже если один из ваших браков длился шесть лет. Пойми, я всегда буду на твоей стороне, не как в старшей школе. Только это не касается Картмана. — Стэн, я люблю его… — Прости, но я в это не верю, может ты его и да, но вот он вряд ли. Вот увидишь, не успеешь одуматься, а он сдаст тебя с потрохами! Подумай, Кайл… — Что ж, отлично, спасибо, что сказал наконец об этом. — Кайл, подожди!   Не успел Стэн думаться, как Кайл поднялся и собрал свои вещи. Даже не накинув пальто, он двинулся в сторону выхода, а открыв дверь, в след сказал:   — Мне жаль, что этим все закончится. Прощай. — Стой, что?   На этих словах дверь захлопнулась, а Стэн так и стоял с протянутой к двери рукой. Где-то минуту он стоял и терзался в сомнениях, стоит ли догонять лучшего друга, но, услышав шарканье машины за окном, медленно подошел к закрытым шторам и опустил голову.   Кайл же, в свою очередь после того, как захлопнул за собой дверь, надеялся, что Стэнли одумается и попробует вернуть его, поверит в конце концов. Но чуда не произошло. Выждав полминуты, он тихим шагом направился к машине и уехал, оставляя последний луч надежды в дешевом, пошло оформленном отеле.   Как бы глупо это не звучало, рыжий знал одно — Стэн и Эрик не друзья. Никогда не были и не будут. Не стоило ждать от него даже подобия поддержки, поскольку из года в год он слышал от друга: «Прости за десятый класс, я был не прав» и «Я просто волнуюсь за тебя, Картман больной на голову ублюдок».   ​По приезду домой, Кайл не раздеваясь пошел в их с Эриком спальню, и упал на кровать. Чувство безвыходности пожирало, от мыслей о вероятном «Виновен!» тяжесть в груди только нарастала, причем, способ борьбы с тревожностью Кайл выбрал в своем духе: он перевернулся на спину и достал из прикроватной тумбы Эрика уже скрученные косяки с травкой. На данный момент ему было плевать, настучат на него соседи или нет, он просто закурил косяк и отдался ощущениям.    ​Забываясь в разматывающих ощущениях, Кайл начал перебирать все возможные варианты развития событий, и один другого был не лучше. С момента ареста супруга, на не заправленной кровати неизменно лежала папка с делом Эрика Брофловски. Поначалу он думал, что если возьмется за него лично, то быстро вызволит того из тюрьмы, но импульсивные решения, как правило, приводят к плохим последствиям, и Кайл об этом прекрасно знал, но в этом случае паника из-за действий, совершенных в юности, взяла верх. От былой рациональности не оставалось и следа, если это касалось Эрика. Он стал слабым местом Кайла.   ​Все также лежа на спине, Кайл лениво взял папку в руки и начал перелистывать. Какие-то мелкие бумажки падали ему на лицо, но тот их небрежно смахивал. Все, что он смог нарыть по делу, было зачитано до дыр, но он не терял надежды прозреть в один внезапный момент. Что же могло испортить и без того страшную ситуацию? Ну, во-первых, это торговля наркотиками в юности. Фактически, об этом знал только Кайл, да и следы они все подчистили, когда он убедил Эрика уйти из нелегального бизнеса. Так, что там дальше? Финансовые махинации в компании Эрика. Ну да, куда же без них. На самом деле, парни были богаче некуда, все средства, что Эрик мог захапать себе, он переводил на подставные оффшорные счета, но для всех остальных, они вели довольно скромный образ жизни, не кичась богатством и только иногда уезжая в отпуска.   ​Преступлений, совершенных в осознанном возрасте, у Эрика было немало, но с профессиональным адвокатом в мужьях можно не переживать. Так они думали. И поплатились за свою неосторожность. Стоило появиться какой-то неизвестной никому родственнице, как проблемы посыпались одна за другой. Именно она настояла на расследовании, ссылаясь на то, что никаких причин для наступления челмедведосвина там на самом деле небыло, а ее родственники — Гринбергеры — были с особой жестокостью убиты каким-то подростком ярым антисемитом. По крайней мере, такова была официальная информация, любезно предоставленная следователем. Если начнут копать дальше, обнаружат и наркоторговлю, и денежные хищения, а это уже как минимум два пожизненных срока и без права на досрочное освобождение. Как адвокат, Кайл настоял на отсрочке в допросе, все-таки, Эрик был крупным брокером, а его компания, благодаря стараниям мужа, никогда не подозревалась в темных делах. Им не хотелось лезть напропалую, если же начнется активное расследование, СМИ просто так этого не пропустят, хотя, к их общему сожалению, некоторые статьи о задержании уже просочились в мир. Глядишь, кто из школы прознает и проблем не оберешься.