Печать крови

Первые дни в Хогвартсе пролетели в вихре событий. Туманное утро, когда они впервые прошли через Большие врата замка, казалось, было только вчера. Потрясающая атмосфера магии и величия, чувствовавшаяся в каждом кирпичике, каждая картина на старинных стенах замка была захватывающей и рассказывала много интересного. Но, несмотря на всю красоту, жизнь в школе оказалась сложной и многогранной. Учёба, задания, первые знакомства и сплошные новые лица — всё это казалось одновременно захватывающим и немного пугающим. Слизеринцы, привыкшие к послушанию и способные одаптироваться в новой обстановке, быстро освоились с ритмом. Вивьен Лестрейндж быстро отыскала для себя комфорт в древней библиотеке Хогвартса, в которой стены уже давно впитали в себя запах старинных книг и пыльных полок. Панси, хотя и не показывала этого всем, с каждым днём становилась всё более увереннее в своих силах. Ранее девочка страшилась даже колдовать на публике. В то время как мальчишки — Драко, Теодор и Блейз казались совершенно непринуждёнными, словно ничего нового для них не было. Они не упускали возможности показать, что могут, особенно перед Гриффиндорцами, которые стали для них объектом насмешек. Одрия Уизли тоже часто попадала им под руку, но рыжая девочка удачно давала им отпор, а иногда и сама подшучивала над кем-то. Каждый новый день приносил свои сюрпризы. Особенно, когда они всё чаще попадали на уроки с другими факультетами, а в воздухе витала напряжённость, та самая, что могла взорваться в любой момент. И вот, когда первые несколько дней учебы прошли в быстрых шагах и постоянных изменениях, пришёл день первого урока полётов на метлах. Поле для полётов было расположено в несколько минут ходьбы от замка. Это было огромное открытое пространство, которое всегда манило чем-то таинственным. Здесь воздух был чистым и свежим, он будто хранил дух прошлого, в котором начинали свою карьеру величайшие волшебники. В дальнем конце поля виднелись старинные каменные скамейки, а чуть подальше, вдоль всей линии горизонта, располагались обвешанные старыми травами кустарники, словно наблюдавшие за каждым ученикам, кто пересекал это место. Когда слизеринцы и гриффиндорцы заняли свои позиции на поле, их взгляды встретились — не столько в поисках нового знакомства, сколько в намерении показать, кто будет править в этом небольшом, но важном уголке школы. В воздухе витала напряжённость, будто поле для полётов становилось ареной для чего-то более важного, чем просто учебы. — Неужели нельзя было достать что-нибудь поновее? — недовольно протянула Вивьен Лестрейндж, брезгливо осмотрев метлу, лежащую перед ней. — Это же уроки для начинающих Ви, — ухмыльнулся Теодор, склонившись над своей метлой. — Ты хотела "Нимбус 2000"? — Нет, но хотя бы не дрова, прошедшие войну. — Вивьен провела пальцем по деревянной ручке своей метлы и поморщилась, стряхивая пыль. С другой стороны поля гриффиндорцы толпились вокруг Гарри Поттера. Малфой, стоящий чуть в стороне от своих, хмуро наблюдал за ними. — Удивительно, что они ещё не начали скандировать его имя, — усмехнулся он. — Уверена, что в своей гостиной они только этим и занимаются, — пробормотала Вивьен, скользнув взглядом по гриффиндорскому строю. Её внимание задержалось на Гермионе Грейнджер, которая оживлённо что-то рассказывала стоящим рядом Рону Уизли и Гарри Поттеру. Грейнджер раздражала Вивьен с первого дня в Хогвартсе. Её манера вскидывать руку на каждом уроке, будто она знала всё на свете, её голос, всегда звучащий чуть громче, чем нужно, и эта вечная жажда доказать свою правоту. Грейнджер напоминала ей настырную муху, которая везде успевает и при этом умудряется вить из себя незаменимую. — Тишина, первокурсники! — раздался резкий голос мадам Трюк. Её массивная фигура в чёрной мантии показалась из-за поворота трибун. — Метлы перед вами. Встаньте рядом с каждой, вытяните руку над ней и скажите "Вверх!" Скрипя сердцем, Вивьен вытянула руку над своей метлой. Рядом с ней Малфой с первого раза заставил свою метлу подпрыгнуть, отчего его лицо сияло гордостью и он тут же стал привлекать к себе внимание, рассказывая что-то про манёвры, которые он освоил ещё дома. — Вверх! — скомандовала Вивьен. Метла послушно поднялась в воздух, но немного замешкалась. Рядом Панси выкрикнула то же самое, но её метла лишь дёрнулась, едва не ударив её по пальцам. — Паркинсон, не так резко! — прокричала мадам Трюк. Гриффиндорцы, особенно Рон, прыснули со смеху. Но Вивьен, поджав губы, шагнула к подруге и, понизив голос, сказала: — Попробуй ещё раз. Но спокойнее. Думай, будто она уже тебя слушается. Панси, поколебавшись, кивнула. Её второй "Вверх!" прозвучал чуть мягче, и метла наконец послушно взлетела в руку. — Видишь? — кивнула Вивьен. — Просто не теряй уверенность. — Не понимаю как тебе может это нравиться, - насупилась брюнетка, - как по мне, в полётах нет ничего интересного. — Как и в тебе, Паркинсон, - с ухмылкой сказала Одрия, спокойно перебирая прутья метлы и подняла взгляд. В её глазах сверкнуло что-то острое, как лезвие. Панси напряглась, её улыбка исчезла, и лицо на мгновение стало совершенно пустым. Ее рот, то открывался, то закрывался, а глаза бегали из стороны в сторону, поглядывая на своих друзей, будто пытаясь найти в их взглядах насмешку над ней. — Ты страх потеряла, Уизли? - в конце концов Панси взяла себя в руки и тут же ринулась к Одрии с палочкой в руках. Но прежде чем их обмен продолжился, мадам Трюк громко хлопнула в ладони, привлекая внимание всей группы: — Немедленно прекратить это! Минус десять баллов Слизерин! К метлам, быстро! Панси бросила на Одрию раздражённый взгляд, полный скрытой угрозы, и, резко развернувшись, направилась к своей метле. Одрия, как ни в чём не бывало, вернулась к своим делам, будто ничего не произошло. Мадам Трюк начала объяснять основы взлёта и управления. Однако, как только они оторвались от земли, стало ясно, что урок пойдёт не совсем по плану. Невилл Долгопупс взлетел слишком резко, закружился в воздухе, потерял равновесие и, испустив крик, рухнул вниз. Все вскрикнули, когда он упал, и мадам Трюк тут же подбежала к пострадавшему и склонилась над ним, проверяя целостность конечностей.  — Сломано запястье, — угрюмо произнесла мадам Трюк. Когда она распрямилась, ее лицо выражало явное облегчение. — Вставай, мальчик! — скомандовала она. — Вставай. С тобой все в порядке. — Профессор повернулась к остальным ученикам. — Сейчас я отведу его в больничное крыло, а вы ждите меня и ничего не делайте. Метлы оставьте на земле. Тот, кто в мое отсутствие дотронется до метлы, вылетит из Хогвартса быстрее, чем успеет сказать слово «квиддич». Пошли, мой дорогой. Мадам Трюк приобняла заплаканного Невилла и повела его в сторону замка. Невилл сильно хромал. Как только они отошли достаточно далеко, чтобы мадам Трюк могла что-либо услышать, Малфой расхохотался. — Вы видели его физиономию? Вот неуклюжий — настоящий мешок! Остальные первокурсники из Слизерина присоединились к нему. — Заткнись, Малфой, — оборвала его Парвати Патил. — О-о-о, ты заступаешься за этого придурка Долгопупса? — ухмыльнувшись спросила Панси. — У тебя странный вкус на парней, Патил. — Смотрите! — крикнул Малфой, метнувшись вперед и поднимая что-то с земли. — Это та самая дурацкая штука, которую прислала ему его бабка. Напоминалка заблестела в лучах солнца. — Отдай ее мне, Малфой, — негромко сказал Гарри. Все замерли и повернулись к нему. Малфой нагло усмехнулся. — Я думаю, я положу ее куда-нибудь, чтобы Долгопупс потом поискал, — например, на дерево. — Дай сюда! — заорал Гарри, но Малфой вскочил на метлу и взмыл в воздух. Лестрейндж внимательно смотрела за ним, а на лбу читалась фраза «мой кузен — идиот». — А ты отбери ее у меня, Поттер! — громко предложил он сверху. Гарри схватил метлу. — Нет! — вскрикнула Гермиона Грэйнджер, и Гарри застыл. — Мадам Трюк запретила нам это делать: из-за тебя у Гриффиндора будут неприятности. Лестрейндж взглянула на Гермиону с явным презрением и, скривив губы в насмешливой улыбке, произнесла: — Ты всегда такая, Грэйнджер? Не можешь пройти мимо, чтобы не сунуть свой нос, куда не надо. Скажи, это врождённое или ты тренировалась, чтобы быть такой невыносимой? Её не волновала репутация Драко. Ей совсем не хотелось ему помогать и она даже не планировала лезть в его разборки с Гарри, но поставить выскочку на место — святое дело. Вивьен подошла поближе к Гермионе и с ухмылкой произнесла так, что бы услышала только она: — Советую помалкивать, пока настоящие волшебники говорят. Гарри, стоя рядом, быстро понял, что перепалка между Гермионой и Вивьен — идеальный отвлекающий манёвр. Пока Гермиона с жаром спорила, а Вивьен насмешливо парировала её слова, Гарри медленно сделал шаг назад, хватаясь за метлу. — Ты просто невыносима! — воскликнула Гермиона, сжимая кулаки. — О, а ты, Грэйнджер, идеал скромности и такта, правда? — холодно бросила Вивьен, скрестив руки на груди. Гарри вздохнул, понимая, что другого шанса может не быть. В одно мгновение он вскочил на метлу и оттолкнулся от земли, взмывая в воздух. — Гарри! — закричала Гермиона, оборачиваясь. — Ты что делаешь?! Но её крик перекрыл голос Рона, который шагнул вперёд, вставая между ней и Вивьен. — Эй, Лестрейндж, оставь её в покое и не плюйся тут своим ядом. — резко бросил он, глядя на Вивьен с явным раздражением. Вивьен лишь усмехнулась, услышав слова Рона, но прежде чем она успела ответить, рядом с ней появился Теодор Нотт. Он медленно подошёл, встав чуть впереди, и его голос прозвучал спокойно, но с явной угрозой: — Интересно, Уизли, — произнёс он с холодной усмешкой, вставая между Роном и Вивьен, — ты всегда такой смелый, когда оскорбляешь девушек? Или ты просто надеешься, что твоя храбрость компенсирует отсутствие мозгов? — Ты решил сыграть роль защитника? - скривился Рон. — Или это твоё хобби — защищать тех, кто сам за себя постоять не может? Теодор ухмыльнулся, его голос остался спокойным, словно его совсем не волновала эта ситуация. — Вивьен прекрасно справляется сама, Уизли. Просто не могу стоять в стороне, когда ты так отчаянно пытаешься выставить себя героем, обзывая девочку. Знаешь, это даже немного жалко. Рон шагнул вперёд, достав палочку из кармана, но Одрия резко схватила его за руку. — Рон, не надо, — прошептала она, пытаясь успокоить его. Теодор бросил на неё мимолётный взгляд, при этом вполне по доброму улыбнувшись. — Слушайся свою сестру, Уизли, — сказал он спокойно. — Она хотя бы иногда думает, прежде чем действовать. Это качество тебе явно недоступно. — Тео, оставь его, — произнесла Лестрейндж с ледяной усмешкой. — Пусть он думает, что его слова что-то значат. Вивьен и Теодор отошли обратно к своим друзьям, получая от них поздравляющие хлопки по плечам. Ранее эта парочка никогда не участвовала в ссорах с Гриффиндорцами, так что это был их дебют и вполне себе успешный. Группа друзей снова вернулась к обсуждению Драко, иногда указывая на него пальцем и посмеиваясь, над его неуклюжим полетом на метле. Тем временем Рон полыхал от злости. Он выдернул руку из хватки сестры, и глядя на нее так, будто она его предала выпалил: — Ты вообще на чьей стороне, Одрия?! — Они издеваются надо мной, над Гермионой, а... ты защищаешь их?! Одрия глубоко вдохнула, стараясь сохранять спокойствие, хотя внутри всё кипело. — Я не защищаю их, Рон, — ответила она, стараясь говорить ровно, чтобы не разжечь его гнев ещё сильнее. — Я пытаюсь остановить тебя от очередной глупости. — Глупости?! — Рон повысил голос, привлекая внимание нескольких студентов, сидящих неподалёку. — Ты серьёзно? Они только что... — Тише! — перебила его Одрия, глядя на него укоризненно и осматриваясь по сторонам. — Ты можешь говорить спокойно и не привлекать так много внимания? — Привлекать внимание? — Рон недоверчиво уставился на неё, его голос повысился. — Ты серьёзно?! Ты больше боишься о том, что о нас подумают эти слизеринцы, чем того, что они делают?! — Перестань, Рон. Ты выглядишь глупо, - неловко произнесла Одрия. Рон открыл рот, чтобы что-то ответить, но тут же закрыл его, глядя на сестру так, будто она только что ударила его. Несколько секунд он стоял, сжав кулаки, а потом, неуверенно произнес: — Откуда в тебе это взялось, Одри? Я правда не понимаю, - он слегка улыбнулся, смотря в пол. В его голове пролетало миллион воспоминаний и своей сестренке. Той, которая защищала его перед мамой с раннего детства. Той, которая вместе с братьями устраивала охоту на гномов в саду. Той, которая не боялась гнева родителей и первая бежала на встречу приключениям. Рон поднял взгляд на Одрию. Перед ним сейчас не та сестренка. — Оди, пошли уже на обед, - к Одрие подошла Вивьен и взяв ее за руку повела к замку. Уизли бросила неловкий взгляд на брата, но он только с улыбкой помахал ей рукой. — Не буду задерживать, «Оди», хмыкнул он.