We Got The World Shaking

На приеме у врача, на который Гарри и Луи ходили две недели назад, доктор Уильямс упомянул, что в течение следующих нескольких недель Гарри начнет чувствовать шевеления малышки, и что первый толчок тоже не за горами. На самом деле, всю последнюю неделю Гарри ощущал легкое трепетание в животе. Сначала это было странно, и он немного волновался, но после того, как его мама и Джей заверили его, что это совершенно нормально, он начал наслаждаться этим ощущением. Словно у него в животе порхали бабочки. Учитывая это, для Гарри не должно было стать таким уж шоком, когда малышка впервые ударила его ногой. Было как раз десять часов вечера, и Гарри на кухне готовил себе перекус. В последнее время ему очень хотелось всяких ягод, поэтому сейчас он намешивал себе греческий йогурт с малиной, когда внезапно почувствовал острую боль в животе. Гарри резко вдохнул. — Ауч, — он приложил руку к своему все еще довольно маленькому животику и слегка похлопал, когда почувствовал еще один толчок прямо под ладонью. Внезапно его осенило осознание. Боже мое, это же их малышка его пинала. Гарри застыл на месте, пока их маленькая девочка еще несколько раз его пнула. Взгляд Гарри затуманился от слез чистой радости, прежде чем он, наконец, вышел из оцепенения и вслепую потянулся к телефону, лежавшему рядом с ним на столешнице. Он набрал номер Луи в рекордно короткие сроки, потому что тот уже был в списке избранных. Затем он положил свободную руку на живот. — Просто звоню твоему папе, мой ангелочек. Мне нужно передать ему от тебя привет и сказать, что ты по нему скучаешь. — Гарри? Все в порядке, милый? — Голос Луи звучал немного взволнованно, когда он поднял трубку. Гарри не мог его за это винить, потому что в Лос-Анджелесе день только начинался, и Луи был на работе. Гарри никогда не звонил, пока Луи снимался, но от волнения он совсем забыл о разнице во времени. — Да, прости, что побеспокоил. Мне просто очень нужно было с тобой поговорить, Лу. Луи облегченно выдохнул: — Я рад, что с тобой все в порядке, любимый. Ты заставил меня немного поволноваться. Так в чем дело? — Наша маленькая девочка только что меня пнула, Лу! С таким ударом она точно станет звездой футбола. Ты будешь ею гордиться. — Шутил он только отчасти. Он, очевидно, еще никак не мог знать, захочет ли их дочь играть в футбол, но он всем сердцем на это надеялся. Он понимал, что это, должно быть, было вредно для здоровья, но он просто хотел сделать Луи счастливым. За то время, что они общались по телефону и во время коротких визитов Луи, его чувства к Альфе только укрепились. Иногда ему казалось, что Луи с ним флиртовал, и Гарри старался не питать особых надежд, но, в конце концов, он не железный. — Боже мой! Это потрясающе, Хаз. Каково это? Расскажи мне все. — Луи, похоже, был так же взволнован, как и Гарри, и Омега от этого был счастливее всех на свете. Гарри принялся описывать, как он готовил себе что-то поесть и как вдруг почувствовал, что она его пнула. Он как раз заканчивал описывать ошеломляющее чувство от осознания того, что это их малышка, и она пиналась, когда на другом конце провода началась суматоха. Через несколько мгновений в трубке снова раздался голос Луи: — Прости, милый, мне правда нужно вернуться к съемкам. Я позвоню тебе, как только ты проснешься утром, хорошо? — Не могу дождаться, Лу. Хорошего дня. — Спокойной ночи, любовь моя.

***

Проснувшись следующим утром, Гарри пребывал в прекрасном настроении. Ощущение того, как его маленькая девочка пиналась, делало все намного реальнее, и он хотел, чтобы следующие месяцы до ее рождения пролетели как можно быстрее, так сильно он хотел с ней встретиться. За завтраком Гарри поделился со своей мамой волнительным моментом, которое произошло вчера поздно вечером, когда она уже спала, и Энн была на седьмом небе от счастья. Она практически все утро держала руки на его животе, надеясь почувствовать это волшебное явление, но малышка, похоже, спала. Сегодня у Гарри была дневная смена, поэтому все время в ожидании звонка от Луи он занимался йогой. Ему всегда нравилось это успокаивающее занятие, но с наступлением беременности он полюбил его еще больше. Во время занятий он чувствовал связь с самим собой и своей малышкой. Как только телефон зазвонил, Гарри быстро взял трубку. — Привет, Лу. — Доброе утро, дорогой. Как у вас с моей малышкой сегодня дела? Надеюсь, она дала тебе выспаться и не мешала всю ночь своими пиночками. — Мы оба просто прекрасно. Она не пиналась со вчерашнего вечера. Я начинаю думать, что мне все это просто показалось. — Гарри был уверен, что Луи заметил, как он надулся, даже по телефону. Томлинсон усмехнулся. — Оу, детка, я уверен, что она просто спит в том уютном маленьком домике, который ты для нее создал. Я так тобой горжусь, у тебя все так хорошо получается. В этот момент малышка решила снова дать о себе знать и сильно пнула Гарри. — Ай, думаю, ты ее разбудил, Лу. Наверное, она услышала твой голос и не хотела пропустить разговор. Я бы хотел, чтобы ты был здесь и мог почувствовать ее пинки. — Я бы очень хотел быть рядом с вами. Я пытался взять хотя бы парочку выходных, но сейчас у нас очень плотный график. Я уже сказал продюсеру, что тогда не поеду на твое следующее УЗИ, но сейчас они меня не отпустят, иначе я бы уже летел к вам, любовь моя. — Я знаю. И понимаю, что ты не можешь просто так все бросить. У тебя есть обязанности. Все в порядке, она еще будет пинаться, когда ты приедешь на УЗИ. — Гарри изо всех сил старался не выдать своего разочарования и грусти, чтобы Луи не заметил этого по телефону. Хотя, должно быть, у него не очень хорошо получалось. — Мне правда очень жаль, милый. Мне очень жаль, что я не могу быть рядом с тобой в такие моменты, как этот. Меня убивает мысль о том, сколько еще первых моментов я пропущу. Как она первый раз перевернется, ее первое слово, ее первые шаги. Я бы не хотел все это пропустить. Я знаю, что у меня есть обязанности, но ты моя опора, Хаз. Теперь вы двое — моя семья, и я не хочу видеться с вами раз в два месяца. Я буду стараться изо всех сил, Хаз. Обещаю. На этих словах сердце Гарри едва не разорвалось от жалости к Альфе. Ему было немного стыдно признаваться, что он даже не задумывался о том, как тяжело все это, должно быть, было для Луи. Но сейчас он наконец задумался, как сложно было Луи совмещать свои рабочие обязанности и все же находить время, чтобы летать в Англию так часто, как только можно, чтобы навещать Гарри. А что сделал сам Гарри, чтобы облегчить это для Альфы? Ничего. Возможно, Гарри до сих пор об этом ни разу не задумывался, но внезапно ему тоже захотелось приложить усилия. И когда он открыл рот, слова сами вырвались наружу: — Для разнообразия я мог бы к тебе приехать. Томлинсон молчал так долго, что Гарри уже почти подумал, что связь прервалась. Наконец Луи заговорил. — Даже не знаю. Я как-то не очень хочу, чтобы ты так долго путешествовал один, малыш. — Я не ребенок, Луи. Я прекрасно могу путешествовать самостоятельно, — Угрюмо заявил Гарри. — Я знаю, что ты не маленький, Хаз. Я просто не уверен, что мне будет удобно позволить тебе и нашей малышке лететь одиннадцать часов. Что, если тебе что-нибудь понадобится? — В самолете есть и другие люди, Луи. Ничего не случится. Я правда хочу тебя навестить. Я хочу посмотреть, как ты живешь, хочу получить представление о твоей жизни. К тому же, я никогда раньше не был в Лос-Анджелесе, поэтому мне не терпится познакомиться с городом поближе. Слышал, что там великолепно. И я бы не отказался немного погреться на солнышке для разнообразия. Пока он пытался убедительно аргументировать свою точку зрения, Гарри заметил, насколько серьезно он говорил Ему хотелось знать все о жизни Луи. Он хотел познакомиться с друзьями Луи и сходить в его любимые рестораны. Ему хотелось посмотреть, сможет ли он вписаться в жизнь Луи. — Ладно, — неохотно согласился Луи с предложением Гарри. — Просто хочу сказать, что я все еще не уверен, что облететь полмира в твоем состоянии — это лучшая идея, но мне бы очень хотелось, чтобы ты был здесь. Я могу тебе все показать и познакомить с классными людьми. — Мне прям не терпится. Не могу дождаться. Я закажу билет на самолет, как только мы закончим, Лу. — Гарри возбужденно запрыгал на коврике для йоги, на котором он все еще сидел. — Нет, нет, нет. Ни за что, милый. Я куплю тебе билет в первом классе. И даже не пытайся со мной по этому поводу спорить. Это одиннадцатичасовой перелет, и мне нужно, чтобы вам с малышкой было как можно комфортнее. — Спасибо, Лу. — Все, что угодно, для тебя и моей малышки. Я тебе перезвоню и сообщу все подробности.

***

Гарри был в восторге от перспективы поездки в Лос-Анджелес. Он никогда раньше не был в Соединенных Штатах, и ему прям не терпелось туда попасть. Энн к этой идее отнеслась скептически, когда он ей обо всем рассказал, и попыталась его отговорить. Ее аргументация была очень похожа на первоначальные возражения Луи о том, что ему будет неудобно и как он там совсем один. Но Гарри позвонил своему акушер-гинекологу и получил разрешение, после чего она неохотно согласилась. Поэтому, Гарри взял небольшой отпуск на работе, купил новые солнцезащитные очки и прямо сейчас ехал в аэропорт. В аэропорту его мама и Робин проводили его до стойке регистрации багажа и прошли с ним до самого контроля безопасности, где дальше их уже не пропустят. — Обещай, что позвонишь мне, как только приземлишься, малыш, — попросила Энн, целуя его в щеку. — Обещаю, мам. Со мной все будет в порядке. Не волнуйся. — Конечно будет. Но я твоя мать, поэтому беспокоиться о тебе — моя работа. Мне все равно, сколько тебе лет и насколько ты взрослый, ты всегда будет моим малышом. На что Гарри просто ласково ей улыбнулся и постарался не расплакаться. Он прижал ее к себе так крепко, как только позволял его животик, обнял Робина на прощание и еще раз для верности обнял Энн, прежде чем, наконец, развернуться и подойти к стойке регистрации. Он без проблем прошел и купил себе журнал, чтобы почитать в самолете, прежде чем начать искать место, где можно посидеть и подождать, пока не объявят посадку. Перелет вышел весьма тяжелым, но он ни за что не расскажет об этом маме или Луи. Малышка постоянно пинала его мочевой пузырь, и он скоро потерял счет тому, сколько раз вразвалочку сходил в туалет. Сиденья в первом классе были большими и довольно удобными, но на пятом месяце беременности не существовало такого уровня комфорта, который бы ему подошел. Но он не будет жаловаться, зато он мог посмотреть новые серии телевизионного шоу. Когда самолет приземлился, и он забрал свой багаж, Гарри прошел таможенный досмотр и оказался в зоне прилета. Он огляделся и заметил большого, грузного Альфу с мрачным лицом, который держал табличку с надписью «Гарри Стайлс». Гарри решил, что это был кто-то из службы безопасности Луи. Луи его предупредил, что будет ждать его в машине, чтобы не устраивать сцен в аэропорту, где его, скорее всего, узнают. Он сказал ему, что пришлет своего любимого телохранителя Альберто. Гарри подошел к мужчине и робко спросил: — Альберто? Выражение лица Альберто сразу потеплело, и он кивнул. — А ты, должно быть, Гарри. Пойдем, Луи тебя уже заждался. Альфа забрал у Гарри чемодан и спортивную сумку и вывел его из зала прилета.