Стая

Первый день Охоты прошёл в наблюдении. Габбас Атрау решил для зрелищности продемонстрировать умения своих охотников на самых опасных зверях, транслируя процесс через большие экраны Смотрового павильона с помощью мобильных дронов. Толпа сидящих в мягких креслах аристократов синхронно ахала в особенно напряженных местах - кто от восторга, кто от испуга. Я не особенно интересовалась своеобразным киносеансом - из головы не шёл разговор с Эйни и последовавший тем же вечером визит Айена. Мне казалось, после несдержанного порыва в зале он будет бегать от меня, как заяц с горящим хвостом, но я ошиблась. И сейчас моя рука неосознанно крутила подаренное кольцо, оттягивающее непривыкший к подобным украшениям палец. Крупное, но не массивное, с гранями острыми, при этом не ранящими кожу. Кажущееся чёрным, однако при определённых углах вспыхивающее в глубине искрами зелёного, пурпурного и жёлтого цвета. Радужный обсидиан. Холодный и мрачный, но таящий целую гамму разнообразных оттенков. Айен удивительно точно подобрал украшение, олицетворяющее его самого. В голове всплыла встреча с Эйни в оранжерее. - Как ты, Мерцелла? Выглядишь замечательно, — мягко улыбнулась молодая женщина, откидываясь на спинку кресла и придерживая внушительный живот. Шай бегал по дорожкам между кустами аполеска, выискивая среди них что-то очевидно очень интересное. Я присела рядом. - Спасибо. Нормально, наверное. Если не старательный игнор гроссмейстера, было бы, конечно лучше, но не жалуюсь. - Ты организовала прекрасный приём. Всем безумно понравилось. - Здесь подобное за достижения не считается, — усмехнулась я. - Вот если завалю какую-нибудь зверюгу, тогда точно стану своей в доску. Светло-ореховые глаза посмотрели мне в лицо. - Поэтому решила участвовать? - Да. Айен сказал, не обязательно творить чудеса героизма, кидаясь очертя голову в морды шипохвостам, участия достаточно. Габбасу все равно, а простые жители оценят. - Айен прав. Может, прозвучит невежливо, но упрямство гроссмейстера Атрау часто мешает ему составить правильное мнение о людях. Не пытайся его впечатлить. Оно того не стоит. Эйни выразила практически ту же мысль, что старался донести Айен, только в более корректной форме. Я вздохнула. Как раз в этот момент передо мной возник Шай, прячущий руки за спиной. - Мама, можно? - он показал ей что-то, загораживая от меня. Эйни, широко улыбаясь, кивнула. Мальчишка шагнул вперёд и протянул маленький растрепанный букет из белых и голубых цветов. - О... какая красота, — дар речи вернулся не сразу, — спасибо, малыш. Шай зарделся, попятившись к матери. - Тебе тоже принесу! Я сейчас! Эйнигель рассмеялась, глядя вслед стремительно исчезающему в кустах сыну. - Ты ему понравилась, Мерцелла. Обычно он не такой смелый. Как и его дядя. Я с наслаждением вдохнула тонкий сладковатый аромат свежести, стараясь не выдать смятения. Что она имеет в виду? Видимо, молчание оказалось слишком красноречивым. Эйни продолжила: - Он может казаться чужим и отстраненным, но на самом деле совсем другой. И ты ему небезразлична. - Правда? - не удержалась я. Уши тут же запекло от смущения. Собеседница усмехнулась. - Правда. Я вижу, как Айен смотрит на тебя. Но он не знает, как выражать чувства. Не умеет. Потому что никто и никогда его этому не учил. - Значит, у меня есть шанс? - почему-то шёпотом спросила я. Отрицать собственную симпатию не было смысла - контролировать лицо до сих пор выходило с трудом. - Конечно. Только если действительно захочешь связать с ним свою жизнь. Решишь попробовать из любопытства вывести на эмоции - не поймёт. И не простит. Здесь на Церере мы полагаемся на инстинкты как хищники. Хищника можно приручить. Доверием и любовью. Но лишь искренними. Подумай хорошенько, на что ты готова. Доверием и любовью. Любовью... Слова эхом разносились в мозгу. Эйнигель уверена, Айен шарахается от меня не потому, что я ему противна, а по причине страха показать живые эмоции. Настоящего себя. А вдруг она права? Испытываемое мной к Айену нечто пока сложно было назвать любовью, скорее её крохотным зарождающимся огоньком. Но он озвучил готовность доверять, и хотел в ответ того же. Переступил через годами взращиваемую недоверчивость и привычку решать проблемы в одиночестве, предложив играть в паре. И я его не подведу. Люди вокруг загомонили громче - на экране здоровенное, неповоротливое с виду существо, напоминающее гигантскую многоножку, легко вспороло бок неосмотрительно приблизившемуся охотнику. К нему направили бригаду медиков, изображение переключилось. Шоу должно продолжаться. Где-то там в лесу бродил Айен, судя по таблице, весьма успешно. Я знала, он не принял бы моей жалости, но ничего поделать не могла. Чего ему стоило каждый раз ломать себя, доказывая состоятельность? Может, на Гексосе станет спокойнее? Где не нужно будет прыгать через голову, выходя на Арену и совершая ещё множество не самых приятных вещей. Прим-доминусом назначат Браннистарха - Габбас ожидаемо выбрал по старшинству, а не по призванию. Мы, наконец, улетим с этой безумной планеты, прекратятся мои пугающие галлюцинации, жизнь придёт в норму. Уверена, Айен сможет найти занятие по сердцу. Глубоко внутри скребся маленький червячок сомнения - ведь не все хищники выживают в неволе... Но что бы не говорили Атрау, мы все-таки не дикие звери, а люди. - Спишь с открытыми глазами? - плюхнулась рядом Астория. - Хотела бы я тоже так, после всех этих экранных уродов кошмары неделю будут сниться. Жёстко у них тут с охотой. Зато наряды попадаются очень даже. Отец сказал, трансляция вот-вот кончится, пробежимся по каталогам? Я нашла симпатичные пиджаки, правда все чёрные и серые, но крой любопытный. Если скомбинировать... Я даже не пыталась вставить слово в нескончаемый поток бесполезной информации. Если сестре приспичило пополнить коллекцию тряпок, её ничто не утихомирит. А ведь знает, для меня процесс выбирания по удовольствию стоит где-то на уровне зубной боли. Ладно, пусть выговорится и успокоится. Тогда я озвучу какую-нибудь уважительную причину отказа, осталось успеть её придумать. - Оу, - резко понизила тон разошедшаяся Астория, - вот это интересно. Я проследила за удивлённым взглядом сестры. Охота действительно завершилась, мужчины возвращались в Павильон. И среди множества фигур две неожиданно идущие рядом, оказались знакомы. Хоть я регулярно вычитывала себе за тупость и невнимательность, слепой все-таки не была. Факт, что Мейо и Айен отличаются, как день и ночь, никогда не подлежал сомнению. А сейчас, на расстоянии вытянутой руки, отличия больше всего бросались в глаза. Мейо выглядел недовольным - к участию в демонстрации его не допустили, Атрау не идиоты подвергать опасности наследника одного из влиятельнейших Домов Центра. Это относилось и к остальным гостям, которые в первый день изучали и примерялись к добыче, но младший Ланмей не привык к отказам. Впрочем, его красноречие не произвело должного эффекта - Габбас и Браннистарх капризного выскочку сообща проигнорировали. Приезжие не должны пострадать - даже такие занозы в одном месте, как Мейо. Пострадало в итоге лишь его аристократическое самолюбие. На фоне идеально сидящего бело-золотого костюма, горделивой осанки и со вкусом уложенных кудрей, мрачный и уставший Айен выглядел кричащим контрастом. Неброская экипировка, небрежно зачесанные назад волосы, в которых застряли мелкие листочки, столь нелюбимый арбалет, тем не менее ощущаемый продолжением рук... Два моих мужчины. Один - беспечное юношеское прошлое, второй - суровое туманное будущее. Инь и янь. Противоположные значения спектра. - Одежда целая, синяков нет, — с глубокомысленным видом подняла палец Астория, — значит, не подрались. Неужели смогли подружиться? - Отсутствие повреждений не означает автоматическую дружбу, — машинально ответила я. В нашем случае взаимный игнор - наверное, лучший вариант. Хотя зная злопамятность Мейо, не стоит обольщаться. - Жаль, — вздохнула сестра. - Смотри-ка, твой суровый принц идёт сюда. Айен действительно откололся от общей массы и, провожаемый презрительным взглядом младшего Ланмея, направился к нам. Люди неосознанно расступались, будто чувствовали окружавшую его ауру отчуждения и опасности. Похоже одна я, непуганная сумасшедшая чужеземка, наоборот, хотела быть ближе. Может ли магнетар отключить мозги? Улетим - узнаю. - Хорошего дня, — вежливо поклонился Айен, — как вам сегодняшнее мероприятие? - Здрасьте, — растерянно пискнула Астория, вжимаясь в кресло, — ну... вообще... - Зрелищно, но немного непривычно, — успела перебить я, пока сестра не ляпнула ничего грубого. Айен кивнул, моментально раскусив мою попытку выкрутиться. - Понимаю, наши традиционные охотничьи ритуалы могут выглядеть жестоко для Центра. Мерцелла, на сегодня я свободен, не хочешь попробовать полетать? - Самой? - воскликнула я, — конечно, хочу, если не боишься за джет. В уголках глаз Айена обозначились едва заметные морщинки: - Боялся бы, не предложил. Отпущу пилота и жду через десять минут у центрального входа. Леди Астория, всего хорошего. Сестра похлопала ресницами и зашептала, когда мужчина удалился из зоны слышимости: - У меня от него мурашки. Вроде вежливый и симпатичный, а глаза такие, словно ищет, куда нож воткнуть. - Ты преувеличиваешь, — отчего-то сделалось обидно за жениха, появилось настойчивое желание его защитить. - У тебя идёт отторжение Цереры и сектора в принципе, поэтому придумываешь ерунду. Айен неплохой человек. И уж точно не собирается никому вредить. - С тобой что-то происходит, — голос сестры зазвучал тише. - Стала резче, нетерпимей. Пропадаешь в лесу, стреляешь, теперь вот летать собралась. Проводишь с этими дикарями больше времени, чем со своей семьёй. Уверена, что все в порядке? - Не уверена. А есть выбор? Нет. Вот и пытаюсь приспособиться, как могу, чтобы вместо меня не пришлось приспосабливаться тебе. - Прости, — пошла на попятную Астория, но я вскинула ладонь, останавливая возможные оправдания: - Забыли. Пора идти, Айен ждёт. Увидимся. Я выскочила из Смотрового павильона намного быстрее, чем положено по этикету, оставив растерянную сестру. Что на меня нашло? Куда делась вежливая, дипломатичная Мерцелла Истри, на которую отец собирался возложить власть над целым сектором? Растворилась под гнетом гравитации Цереры, потерялась в диких лесах, стремясь сравняться с теми, кто жил в этом жестоком мире с детства? Неужели сон, где Мейо умолял бежать, пророческий? Долгий внимательный взгляд Айена дал понять - он видит, что со мной не все в порядке, но не станет пытать, пока сама не расскажу. Делиться переживаниями я была не готова, поэтому с энтузиазмом взялась за нелегкую науку полётов. Держать джет ровно более-менее получалось. А вот взлетать и, особенно, садиться оказалось гораздо сложнее. Айену приходилось дожимать штурвал, выравнивая машину вместе со мной. При этом он вынужденно прижимался ко мне грудью, что не прибавляло концентрации. Голос Лайса в коммуникаторе оборвал мои мытарства на очередной посадке: - У нас проблемы. Два наблюдательных дрона не вернулись на базу, координаты последнего сигнала сбросил. Надо посмотреть. Что скажешь? Айен увеличил появившееся изображение с огоньками пропавших аппаратов на экране джета: - Скоро будем. Определи точку посадки, там встретимся. - Договорились. Голос в динамике зашипел и смолк. Я включила автопилот и осторожно спросила: - Всё плохо, да? Айен неопределенно свёл брови и поморщился: - Возможно. Один ещё мог выйти из строя сам, но два... Возможность диверсии нельзя исключать никогда. Я могу отвезти тебя в гостевую резиденцию... - Слишком долго. Я с тобой. - Ладно. Только останешься в кабине и запрешь двери. Если поломку провели намеренно, могли оставить засаду. Я не хочу, чтобы ты попала под удар. - А как же ты? Что-то в моем голосе заставило мужчину улыбнуться. По-редкому тепло и мягко. Не привык к беспокойству за свою жизнь? - В этих лесах вряд ли осталось что-то, способное меня удивить. Всё будет хорошо. Я молча перелезла назад, уступая пилотское кресло. Айен подождал, пока пристегнусь, развернул машину и резко ускорился, устремляясь к деревьям. Я присмотрелась к экрану - мы огибали гостевую резиденцию по широкой дуге, отдаляясь от подготовленных охотничьих троп. Успела забеспокоиться, что в глуши могут бродить чудища, но джет тут же пошёл на снижение. Айен умудрился сесть на крошечную поляну, почти упершись хвостом машины в кусты. Я закрутила головой: - Где Лайс? - На противоположной стороне. Синяя точка на экране. Мы не озвучиваем места посадки в эфире на случай, если вдруг слушают. А сейчас будь внимательна. Если что-то случится - вызывай через коммуникатор. Я оставлю арбалет и запас стрел в виде крайней меры. Повторяю - крайней. По возможности, ни во что не ввязывайся. Хорошо? - Хорошо, — почти шёпотом ответила я. Айен проверил ремни под рукавами, провел руками по карманам и вытащил из-под заднего сиденья длинный чёрный чехол с чем-то тяжелым. На вопросительно поднятую бровь пояснил: - Винтовка. Катается как раз для таких случаев. - А как же бытующие здесь понятия, что огнестрел неблагородное оружие? - не удержалась я. Кажется, поддразнивания жениха начинают превращаться в привычку. - Не думаю, что людям, перехватившим нашу технику, знакомо слово "благородство", — ни капли не смутился Айен. - Какие преступники - такой и арсенал. Плюс, здорово увеличивает шансы при превосходящем числе противника. - Тогда запишу в список, чему еще нужно научиться. Что? Сам говорил, никогда не знаешь, что может произойти. И вместо того, чтобы умирать гордо и соответствуя традициям, я предпочту вообще не умирать. Или такому учить не будешь? - Почему же? Буду. Ты меня немного... - Разочаровала? - Удивила. Но рвение к познанию нового похвально. А теперь я пошёл. Будь осторожна. - Ты тоже. Айен исчез в густой зелени, практически не всколыхнув листьев, словно призрак. Стараясь не поддаваться панике, я рассматривала местность. Тихо. Перетащила на колени арбалет, пересчитала стрелы. Я прекрасно понимала, почему Атрау не взяли меня с собой, но ожидание в одиночестве по ощущениям превращало минуты в часы. Непонятное, пугающее ощущение плохого накрыло резко и грубо. Эти чертовы видения начинали обретать до жути реальную форму. Стало так страшно, что колени затряслись, а сердце едва не выпрыгнуло из груди. Рука сама схватила коммуникатор, но кнопки остались нетронутыми. Что я скажу Айену? Возвращайся, правда внятной причины нет, я просто боюсь? Чего? Пустого леса? Непонятные образы вихрем проносились в голове: боль, злоба, ужас, бессилие. Нет, сидеть я не могу. Айен потом отчитает за безрассудство, но лучше так, чем ждать, когда от хаоса съедут мозги. Я повесила арбалет за спину и спрыгнула на землю. Заперла дверь, не хватало ещё, чтобы в пустой джет кто-то влез. Ноги понесли через чащу напрямик, по бурелому, словно между ними чёткой красной линией горел путь, как указатель навигатора. Я не понимала, что происходит, но чётко знала - мне нужно туда. И лишь когда впереди между растительностью показалось более-менее чистое пространство, поняла - зачем. Охотники возбужденно переговаривались, приближаясь к краю поляны. Оттуда раздался глухой кровожадный рык, полный муки и ярости. Я больше не думала. Четверо мужчин синхронно вскинули оружие, один крикнул нечто нецензурное в попытке меня остановить. Не получилось. В примятой траве лежал амфицион. Живьём он оказался ещё крупнее и лохматей, чем на библиотечной голограмме. И он был мёртв. Темно-рыжая шкура стала бордовой, слипшись от крови. Умное и осторожное животное, ну почему ты не убежало, почему дало себя убить? Все энциклопедии и научные статьи в один голос твердили, амфиционов крайне редко удаётся застать врасплох, их интеллект на порядок выше большинства представителей здешней фауны. Так что же... Болезненная волна схлынула, но не до конца. Смерть позволила вычленить другую эмоцию, ещё одну. Под трупом взрослого зверя лежал детёныш. Живой. - Эй, красотка, ты опоздала! - крикнул один из охотников. - Отойди, это наша добыча! Щенок с трудом выполз из-под тела матери. Передняя лапа беспомощно болталась, перебитая стрелой. Я чувствовала его страх, одиночество, готовность к неминуемой смерти. Магнетар дал мне новую способность, или амфиционы умеют общаться невербальным способом, про который не пишут в книгах? Неважно. Я вскинула арбалет, не глядя кладя в ложе стрелу. Мужчины остановились. - Ненормальная что ли? Сказали, проваливай отсюда! - Вы его не тронете, — холодно отчеканила я. Разум заволокло пеленой гнева. Плевать на порядки, правила, традиции. Если позволю на своих глазах погибнуть беспомощному существу, то предам саму себя. Крайний охотник сделал шаг. Мой арбалет коротко щелкнул, стрела взрыла землю возле его ног. Руки на автомате зарядили новую. - Ну мы предупреждали, — угрожающе начал другой, — если не уберешься, то... - То что? - знакомый голос вызвал волну облегчения. Айен вышел с другого края поляны, не потревожив ни одной ветки. Черно-серый охотничий костюм муаром сливался с окружением, делая его хозяина практически незаметным. - Пристрелишь почетную гостью сектора и по совместительству мою невесту? Столб для виселицы выберешь сам или понадеешься на мой вкус? Он не поднимал винтовку - не за чем. Дуло нарочито небрежно указывало в землю, но что-то подсказывало - захоти Айен выстрелить, это произойдёт молниеносно. - Простите, Айен-шаар, — забормотали охотники, живо растеряв весь запал, — мы не знали... - Да ладно, — справа показался Лайс, — что во время Охоты запрещено убивать животных с детенышами вы тоже не знали? Служба охраны уже вылетела. Расскажете им, какого хрена тут отирались. А заодно поделитесь со мной наблюдениями обо всех передвижениях здесь сегодня. Айен перекинул оружие через плечо, осматривая меня. - Не ранена? - Нет. - Всплеск адреналина прошёл, арбалет стал неподъемно тяжелым, и я опустила его в траву. Раненый детёныш подполз ближе и ткнулся окровавленной мордой мне в ногу, будто чувствовал, что ему хотят помочь. Я упала на колени, совершенно позабыв о силе челюстей, длине клыков, способности даже молодых зверей покалечить человека. Огромные янтарные радужки смотрели со страхом и надеждой. Айен присел рядом, смело положив руку на полосатую спину. - Что ты делаешь? - подняла глаза я. А вдруг он скажет, нужно добить, все это глупость, что только не взбредет в голову жалостливой дуре... - Пытаюсь понять, есть ли ещё травмы, кроме сломанной лапы, — невозмутимо отозвался Айен. - Похоже нет, мать приняла основной удар. Отвезу его к специалисту, вколят протектор, наложат шину. До конца Охоты придётся подержать в вольере, иначе попадётся снова. Лайс! Помощь нужна? - Летите, — отозвался младший Атрау, не сводя глаз и оружия с присмиревших охотников, — будет жаль, если и этот красавец погибнет. Справлюсь. Айен просунул ладони под живот щенка, вблизи оказавшегося размером со среднюю собаку. Стараясь не задевать больную конечность, поднял его, прижал к себе, не заботясь о расползающихся на костюме пятнах крови, и зашагал через чащу. Я кивнула Лайсу, схватила арбалет и побежала догонять, едва сдерживаясь, чтобы от зашкаливающей благодарности не кинуться жениху на шею. Вместо этого набралась смелости спросить: - Даже не отчитаешь за непослушание? Айен покосился в мою сторону: - А смысл? Ты все равно сделаешь это снова, если возникнет нужда. У тебя неплохая подготовка для Охоты, так что постоять за себя в силах. Я, к сожалению, не смогу всегда прикрывать твою спину, поэтому попрошу хотя бы думать перед тем как делать. - Я поступила как идиотка, верно? - Ты поступила, как велела твоя совесть. И в этом нет ничего дурного. - Но на Церере подобное признак никчемности, так? Гроссмейстер Атрау лишний раз укрепится в своём мнении относительно меня. - А не все ли равно? - пожал плечами Айен, насколько позволяла довольно немаленькая ноша. - Зато будешь спать спокойно, зная, что не изменила себе, убив неповинное существо. Бессмысленное насилие, помнишь? А если интересно моё мнение - я рад, что ты этого не сделала. Через пару часов, когда сытый и забинтованный амфицион расслабленно спал на полу джета, уткнувшись мокрым носом мне в ботинок, возник закономерный вопрос. - Куда мы его везем? - В поместье, — коротко ответил Айен, стараясь лететь аккуратнее. Бросил на меня быстрый взгляд. - Что не так? - Все нормально, но... как твоя семья отреагирует на дикое раненое животное в доме? - Никак. Поместье довольно большое, они до окончания Охоты в нем даже не встретятся. Браннису все равно, Лайс любит животных, как и Эйни, но им с Шаем по понятным причинам лучше общения избегать. Но тебя ведь не они интересуют, да? Слушай, мы давно не дети, чтобы спрашивать разрешения родителей. Не думай об этом. Если возникнут проблемы - я их решу. - Ещё раз спасибо. Даже не представляешь, насколько я благодарна. Он явно не привык к такой активной похвале. Я готова была поклясться, что бледные щеки немного порозовели. Неужто смущается? Глубоко в душе медленно разрасталось тепло, желание дотронуться до встрепанных черных волос становилось пугающе навязчивым. Я отвернулась, разглядывая проносящиеся под брюхом джета разномастные строения. Не такая уж Церера и унылая. Да, архитектура странноватая, природа опасная, но есть в них что-то притягательное. Бросающее вызов, испытывающее на прочность. И подсаживающее на свою неординарность и экстремальность как наркотик. В обширном поместье действительно нашлись приличные вольеры, хоть и довольно хлипкие. Близняшки суетились вокруг, внезапно превратившись из хмурых прислужниц в восторженных девчонок, притащили миски и пару одеял. Айен опустил животное на землю, дав возможность принюхаться и осмотреться. - Вы раньше держали питомцев? - спросила я. Айен утвердительно кивнул: - У отца были собаки. В это сложно поверить, но он их любил. Когда кто-то умирал от старости, новых не заводили. Последние пять лет эти вольеры стоят пустые. - "Собак любил больше людей, больше собственных детей. Какая ирония..." - крамольно подумала я. Только слепой не поймёт, насколько потребительски относится Габбас Атрау к сыновьям. Естественно, вслух ничего не прозвучало. Я подошла к решётке и подергала её. - Эта ерунда его не удержит. Понадобятся двери покрепче. - Не понадобятся. - Видя мой вопросительный взгляд, Айен пояснил: - Знающие люди говорят, амфиционы считывают эмоции и мысленные образы человека, которого считают своим. Попробуй объяснить ему, что бояться нечего. - Серьёзно? Предлагаешь поговорить с собакой? Ладно, не совсем собакой, но точно не человеком, даже не гуманоидом? - А что тебя смущает? Напрягись и вспомни ощущения, которые испытывала, когда его искала. Я уже набрала в грудь воздуха, собираясь разразиться тирадой, что не буду заниматься ерундой, но резко замолчала, не издав ни звука. Ведь почему я забеспокоилась в лесу? Накрывшие тогда боль, страх, паника - они все были не мои. Я поймала эмоциональный фон другого существа. Как тогда, при чтении родительского письма. Только амфицион - животное, поэтому ясных образов не визуализировалось. Айен, видя моё осознание, ободряюще улыбнулся: - Вижу, вспомнила. Давай, все получится. Я присела на корточки перед следящим за моими движениями зверем. Чувствуя себя донельзя глупо, заглянула в умные янтарные глаза, изо всех сил мысленно представляя, что собираюсь говорить. Айен отвернулся и сделал вид, что проверяет крепления на вольере. Моё сердце наполнилось благодарностью. Позориться при свидетелях не хотелось. - Эй, — тихонько позвала я. Большие уши с кисточками на концах ловко развернулись к звуку. - Мы хотим, чтобы ты побыл здесь, хорошо? Тебя никто не обидит и не будет запирать. Посиди тихо, пока нога не заживёт. А потом я тебя отпущу, клянусь. Здесь безопасно. Нора и Тора присмотрят за тобой, а я буду приходить при любой возможности. Длинная морда повернулась к Айену. Зверь издал урчание, в котором отчетливо слышалась вопросительная интонация. По спине пробежали мурашки. Он понимал. Айен развернулся лицом и хмыкнул: - Да, я тоже. Обещаю. Мокрый чёрный нос ткнулся мне в ладони, тёплое дыхание обдало кожу. Пока я приходила в себя от удивления, амфицион встал, доковылял на трех лапах до вольера. Постоял секунду, глядя на Айена, потом лёг на приготовленную подстилку. - Это... ты видел? Невероятно..., — дар нормальной речи возвращался не сразу. Айен открутил защелку и прикрыл дверцу, оставив небольшую щель. Протянул мне руку, помогая подняться. Я резко встала, тут же охнула от болезненной судороги, скрутившей ногу, и в мгновение оказалась прижата к широкой груди. Голос с лёгким сарказмом раздался соблазнительно близко: - Похоже, я угадал, ловить тебя - моя карма. Не желая уступать, я задрала голову, почти упираясь носом в колючий подбородок. - Если пытался изобразить скорбь по этому поводу, то огорчу - выглядишь слишком довольным. Так что, мне за тебя порадоваться или посочувствовать? Айен ухмыльнулся, не спеша размыкать объятия: - Не сочти за наглость, но надеюсь на первое. - Не сочту. Мы же теперь партнёры. Я демонстративно провела пальцем с надетым на него кольцом вдоль застежки экипировочной куртки Айена и почувствовала аккуратный нажим ладони на талии. Партнёры. Соратники. Сообщники. Любовники... Последнее не звучало вслух, но ощущалось во взглядах, прикосновениях, интонациях. Айен больше не делал попыток сбежать, а я не стеснялась к нему тянуться. Кажется, мы оба приняли неизбежное.