Случайность

Ночная смена прошла «успешно». Аарон и его коллеги прооперировали молодую женщину буквально несколько часов назад с желудочным кровотечением. Она находилась в критическом состоянии, от чего начали развиваться стрессовые язвы. Нарушение слизистого барьера желудка и повышение концентрации соляной кислоты в желудочном содержимом начали разрушать поверхностный эпителий. Почти всегда до проявления развернутой симптоматики, возникновения кровавой рвоты и черного стула отмечают нарастающую вялость, слабость, повышенную утомляемость, снижение трудоспособности. Типичные признаки остро развивающейся анемии таковы: головокружение, шум в голове, звон в ушах, мелькание «мушек» перед глазами, бледность кожи и слизистых оболочек, одышка, холодный липкий пот, падение АД, тахикардия. Эти симптомы возникают сразу же после начала кровотечения, появляются тем быстрее, чем оно интенсивнее, и характеризуют скрытый период. Продолжительность кровотечения зависит от степени и скорости кровопотери. Кровавая рвота и дегтеобразный стул (мелена) - наиболее достоверные, но не всегда первые признаки желудочного кровотечения. Мелена может появиться как через несколько часов, так и через одни-двое суток после начавшегося кровотечения. Рвота может быть алой кровью, сгустками, иногда рвотные массы имеют цвет кофейной гущи, это зависит от локализации язвы и массивности кровотечения. Алая кровь обычно наблюдается при кровотечении из вен пищевода или язвы желудка, рвотные массы цвета кофейной гущи - при перфорации язвы двенадцатиперстной кишки. Характерный симптом язвенного кровотечения - исчезновение или уменьшение боли в животе, «немой» период. Окончательно диагноз устанавливают после выведения больного из шока. При тяжелой кровопотере необходима гемостатическая заместительная терапия. К сожалению, у неё была уже последняя стадия, такое происходит, почти, всегда, при первых признаках изменения в теле следовало обратиться к врачу, а не тянуть до последнего. Сутка борьбы за жизнь бедной девушки не увенчалась успехом. Она умерла ровно в 03:03 ночи. Это не первая и уж точно не последняя смерть, которую он успеет застать, но каждый раз тело будто рвало на части, особенно если на операционном столе лежал маленький ребёнок, хуже мог быть только младенец. Они не успели спасти, он не успел, снова. Все снимают свои шапочки - колпак с головы и склоняются в минуте молчания, Аарон же повторяет за ними. Кромешная тишина и только писк аппарата жизнеобеспечения, напоминает, что это могло случиться с каждым. Минута тянется невыносимо долго, когда один из его коллег хирургов накрывает ещё тёплое тело хлопковым покрывальцем. – Все на выход, кроме медсестры, поможете мне убрать этот бардак. – Голос анестезиолога звучал ровно и грубо, будто не перед ним сейчас лежит голый, укрытый труп – Да, я вас поняла. Аарон выходит последним из операционной. Главврач вместе с медсестрой кидают на него неоднозначные взгляды, он притворяется, что не видит их, и так для него будет даже лучше. Ему нету дела к ним, кроме работы. Снимая одноразовый халат, перчатки и бахилы он выкидывает их в ведро на выходе. Теперь, прямой наводкой, его тело следует в уборную. В коридорах на удивление сегодня довольно много народу, начиная от только родившихся младенцев заканчивая стариками, которым уже скоро нужно будет покупать гробы и отпевать. « Как же быстро проходит жизнь.» Он наполнил своих ладошки прохладной водой, костяшки пронизывали приятным покалыванием холода, и не в состоянии унять дрожь, он резким движением плеснул себя по лицу. Довольно странно. Аарон оперировал множество пациентов. По идеи за двенадцать лет роботы его разум был должен привыкнуть к смертям. И так было все эти годы. Люди умирают, и это было в порядке вещей. Вбивая слова себе в голову, он вспоминал, что тоже рано или поздно умрёт, и это в некоторой мере даже успокаивало. – Эй! Миньярд, вы здесь? – Дверь в уборную со свистом открывается, и врезается в рядом стоявшие ведро уборщицы с водой, – Ох, чёрт! Под ногами мужчины моментально образуется лужа с грязной водой, руками он хлопает себя по голове, тихо матерясь под нос. – Аккуратнее нельзя, Джон. Почему как ошпаренный бегаешь. – Скорее не спрашивает, а уточняет он. Джон поднимает свой взгляд на Аарона и широкими шагами, хлюпая водой под ногами он протягивает телефон новой модели айфона. Его телефон. – Прости, что взял без проса. У тебя очень громкий рингтон, звонил раз двадцать, не меньше. Вот я и не выдержал. Голова трещит, ужас! Выслушав с насупленным носом оправдание своего коллеги, он забирает телефон из рук знакомого мужчины. – Спасибо. – На одном выдохе произносит Аарон. На экране телефона его встречает двадцать семь пропущенный вызова от Майкла. Аарон резко меняется в лице. Майкл никогда не звонит столько раз за просто так. Бывали дни когда ему становилось плохо и в школе заставляли звонить пару раз подряд родителям, чтобы учитель мог убедится, что дома будет ещё кто-то кроме Майкла, и если, что ему окажут первую медицинскую помощь. Но, по словам Майкла: «Не нужно было меня забирать. И скажи учителям, чтобы не заставляли меня звонить тебе. У тебя и так дел по горло, а тут ещё и мной отвлекают.» Аарон всегда забирал его домой, и когда тому становилось лучше то по-новому объяснял, что не нужно так ставить к своему здоровью. Майкл вроде и слушал, даже соглашался со словами Аарона, но в следующий раз ситуация повторялась снова. Был ещё вариант, что он наделал, что-нибудь. Хотя нет, когда он в последний раз наделал делов, а именно кидался наполненными презервативами с водой на прохожих с седьмого этажа, то сидел ниже воды, тише травы. Аарон знатно отдохнул в ту тихую за все года неделю. Палец в спешке вводит пароль и нажимает на знакомый номер. Прикладывая мобильник к уху, он поначалу ничего не слышит. А потом, первый гудок. Второй гудок. Третий гудок. Трубку наконец снимают и хриплый голос спрашивает: «Кто?» – Майкл? Что случилось, зачем столько звонил?! Нас ограбили или тебе угрожают?! – Чш - чш...Пап успокойся, какое звонил, в смысле ограбили, когда мне угрожали? Подожди несколько секунд, дай мне для начала проснуться. – Хнычет в трубку Майкл, позевая. Слушая проклятья от зрелого коллеги, который сидит на корточках и убирает серую от грязи воду с пола, может он должен сказать, что сзади него есть швабра и не обязательно марать руки? Хотя, нет, он не скажет из принципов, пока что. Аарон терпели ждёт, настолько насколько возможно в его положении. Из трубки вырывается уже намного бодрое приветствие: – Алё, младший Миньярд слушает. Аарон сквозь зубы набирает полные легкие воздуха, и начинает: – Слушай сюда, младший Миньярд, ты зачем мне столько раз названивал? Тебя там украли и просят за твою тушу выкуп? Если да, уж извиняй, я не собирай платить, чтобы тебя отпустили на свободу, – Он останавливается на несколько секунд и, дальше, шипя как змия, продолжает монолог, – Тем более, я ж знаю твой характер, они лично привезут тебя назад, и будут совать мне в руки деньги, для того, чтобы я забрал свою катастрофу назад домой. Из трубки послышалось удивленное мыканье, а после Аарон услышал как Майкл начинает смеяться как не в себя и кажется падает с кровати на пол. Хотя нет, не кажется. – Майкл, давай, переставай ржать на весь дом и попытайся объяснить. Зачем же ты звонил мне двадцать раз подряд? Смех в трубке прекращается так быстро, как и начался несколько секунд назад. – Стоять, пап, я тебе не звонил. Сегодня, я полноправно целый день спал и никуда не вставал. Так, что я не имею ни малейшего понятия, кто тебе звонил. Пальцы Аарона набирали значительные обороты, тарабаня по чехле телефона, казалось он прямо сейчас сделает несколько дырок своими пальцами. – Да ты что. А звонки мне поступали от святого духа? Хоть он и не видел, но явно чувствовал, что Майкл ритмично махает головой вверх и вниз. – Всё так и есть! Пааапа, я ведь тебя не вру, это реально не я! – Ага. – Смутно соглашается Аарон, про себя прогоняя короную фразу, после того как стал отцом. «Так я тебе и поверил, шутник херов.» – Повторяю, я спал целый день! И кричит, и мычит в телефонную трубку Майкл, он бы и продолжил спорит с Аарон. Если бы ни одно «но». Среди тишины в доме Майкл слышит как на кухне падает посуда и разбирается об пол.Тут уже замолкают они оба. Майкл поражено замолкает пялясь на закрытую дверь, в то время как Аарон разражается гневом, сжимая телефон ладошкой, чуть ли не до хруста. – Майкл, не дай бог ты скажешь мне, что это новый набор посуды, только что, упал. Тишина длится для Аарона словно вечность. Почему Майкл молчит? Неужели новая посуда? Может, он пытается убрать осколки, а вдруг порежется? Хотя нет, он ведь не младенец, справится…или нет. – Майкл, – Начинает он, но не успевает закончить проговаривать его имя он слышит потрясение в его голосе. – Пап, – Начинает он, и почти заикаясь говорит, дальше, – Я в комнате. Тело Аарона будто окатили ведром ледяной воды. – Как ты можешь быть в комнате, если ты на кухне. Посуда же сама не выскочила из полки и не упала на пол, – Язвительно комментирует Аарон. – Я слышу шаги с кухни, – По новой, начинает он делая тон своего голоса тише. – Чёрт, – Шипит Аарон в трубку своего сына, обминая неуклюжего коллегу.– Слушай меня внимательно. Встань и закрой свою комнату на замок. Я уже еду домой. Пока он направляет своего ребёнка, его ноги несутся сначала через коллегу, а после с лестничной клетки, третьего этажа на самый выход из больницы. – Пап, они ходят как слоны. Они точно воры, а не акробаты? – Усмехается он. Ну, конечно, это же Майкл он как не пошутит жить не сможет. – Майкл, это с восьмого этажа звуки. Майкл супиться и тяжело вздыхает. – Папа, я сижу тут, а не ты. Мне лучше слышно. До того как Майкл начал спорить с ним, он уже стоит на улице и ищет ключи по карманам. В то время Майкл же сидел у себя в комнате, не в силе встать с кровати. Ему нужно закрыть двери. Ему нужно обезопасить себя. Спуская ноги с кровати, он заставляет себя подняться. Ноги остаются ватными и еле держат его на весу. Майкл на носочках подходит к своим дверцам и поворачивает замок в левую сторону. Раздаётся характерный, громкий щелчок. Блять. Его брови нахмурились. С кухни снова слышно как на пол падает посуда. Что-то для грабителей они слишком неуклюжие. До него долетают перешептывания, но он ни черта не понимает, о ком или о чём идёт язык. Немного опираясь на дверь, Майкл прислоняется ухом к ней в попытке выловить фразы с уст незнакомцев. Всё, что он успел расшифровать это: «Иди», «Возьми», «Идиот», «Поймает», «Найди». Что за гребаный набор слов, а потом достаточно громкое: «Я принесу» Шаги направление к его комнате, не затихали. – Сука..Куда пляшем. В уголках глаз Майкла скапливается влага, но они не находят свой выход на щёки. Он начинает потирать глаза пальцами, в попытке убрать их. Кусая нижнюю губу, он отпрянул от двери. Этот незнакомец крепко держит ручку от двери и дёргает первый раз, после второй. И всё. Майкл пятится назад к рабочему столу заваленным разной канцелярией, книгами и бумагами. Когда место для отступления уже закончилось, он задницей упёрся к столу. Боже, нет. Не надо. Пусть сразу убьют. Только бы не связали или чего хуже. Почему он так думал, почему боялся, что ним воспользуются и бросят на порог квартире его раздетое, избитое и неживое тело. Детство он от слова, вообще, не помнил. А если и было, что-то, то только, пару ярких и болезненных моментов. Одним из них был уход его матери глубокой ночью… – Выходи, – Грубый голос мужчины звучит из за двери, – Я знаю, что ты уже не спишь. Майкл глотает подкатившуюся слюну, но молчит. Как рыбы молчит. – Майкл! – Майкл. Его имя одновременно произносит мужчина за дверью, голос ему кого-то напоминает. Только кого, не понятно. И уже хриплый и громкий голос его отца. Надо ответить отцу, но он не может. Время будто остановилось, а тело закляло. Взгляд его коричневых глаз с оттенком зелёного устремился на замок, который плавно повернулся влево. Ручка снова отпускается вниз и дверь толкается вперёд, вмиг перед ним вырисовывается невысокая фигура человека. Майкл пытается вглядываться в него, но в комнате слишком темно, как и в коридоре, а в глазах до сих пор стоят слёзы. Он поворачивает голову в сторону окна рядом и видит, что и там нету ни малейшей вспышки света. «Отключили весь район.» Незнакомец же подходит ближе к Майклу и берёт его телефон в руки. Аарон походу во всю глотку орёт. Точно как истеричка. – Аарон, заткнись. Майкл протирает глаза пальцами и устремляет взгляд в мужчину на которого светил свет от телефона. Он прекрасно знал этого человека. Чуть ли не с самых пелёнок. Это был никто иной, как Эндрю Миньярд. По праву этой ненормальной семейке, его родной дядя. В трубке телефона наступает тишина. Аарон молчит и, только через минуты три, Майкл считал в уме, спрашивает: – Эндрю? В ответ ничего. – Что ты там делаешь?! В ответ ничего. – Ты мне ответишь или нет?! – Срывает голос в телефоне Аарон. – Все уже приехали и ждут, если тебя не будет в течение пол часа, мы поедем в клуб сами. – Предупреждает его Эндрю. – Какой ещё клуб?! – Снова хочет выкрикнуть Аарон в трубку, но не успевает. Эндрю оказывается быстрее и сбрасывает вызов. Майкл смотрит на него с неподдельным удивлением, и решает начать первым: – Дядя Эндрю, как вы сюда попали? Эндрю не хотел обращать внимание на глупые вопросы Майкла, поэтому удосужил племянника холодным взглядом с искрой заинтересованности внутри. Раньше это замечал только Нил, ненавистный Эндрю человеком, но со временем и взрослением Майкл начал замечать некие, не всем понятные намёки, долгие взгляды кинутые на друг друга, когда один из них слишком долго витал в облаках. Особенно он обожал наблюдать за тем как Нил просил что-то сделать Эндрю, обещая новую правду взамен. Прошло уже сколько лет с их первых взаимодействий, но всегда у Джостена находились новые секреты в шкафу. Сколько же их было, и когда закончатся, никто не имел понятия. Поэтому только бросил в его сторону: – Приведи себя в порядок и одеться в соответствующую одежду. – Что, куда? – Вопросительно, и в полной растерянности, спрашивает он. Эндрю не отвечает, только внимательно всматривается в его лицо. А после ступает вперёд к выходу, попутно закрывая за собой дверь, которая ударила обоих в уши своим скрипом и облегченный выдох выходит сам по себе. «Хорошо, что слёзы успели высохнуть к тому времени как он зашёл.» Его тело медленно опускается на землю, съезжая по белой парте. Эго в голове кричит, что ему нужно встать с пыльного пола, проверить, кто ещё находился в квартире кроме Эндрю. Но оно не желало подчиняться его желанием. Скрестив руки на груди и подогнув ноги под себя, он откинул голову назад. Размеренно делая вдох и выдох, как ему советовал психолог с интернета, чтобы усмирить зверята внутри себя. Впервые глянув её видео на канале он откровенно смеялся с людей в комментариях. Там, было, что-то по типу: «Я сначала не верила, но когда у меня началась паническая атака и я попробовала этот способ мне сразу полегчало, рекомендую!» «Вы очень милая, советы топ.» «Это реально работает!» «Ну и херня» Пролетело у него в голове. Как же он ошибался в тот момент. В голове до сих пор была та картина как Аарон выходит из дома с подарком в руках в честь дня рождения главврача. Те кто дарили подарки, а после получали повышение. Чем Аарон был хуже, тоже решил поступит по-хитрому. Сказал, что задержится, а Майклу то что? Он наоборот рад, никого дома не будет, целая хата в его распоряжении. Можно включить музыку на всю и петь до хриплости в голосе. Господи, звучит как мечта любого подростка. Как всегда поучала от Аарона, а то вдруг ещё квартиру затопит, а хуже спалит. «Спички детям не игрушка» Коронная фраза его Отца, и ещё: «Что-то сделаешь с домом, следующий раз будешь покупать сам.» Пыльные переглядки и наконец Аарон выходит за порог дома. Майкл ждёт несколько минут, чтобы заорать во всю глотку. Но радость его длится не долго, телефон начинает трезвонить на полную катушку песню: «Blood // Water.», от исполнителя: «grandson.» Не самая его любимая песня, но всё же. Ему не хочется спалиться так просто. Особенно перед одноклассниками или отцом. Что с первым, что со вторым исход будет не самый лучший. В руки ложится телефон и он с заинтересованостью вглядывается в экран. Папа. Майкл вздыхает и шепчет себе под нос следующее: – Он же только вышел. Нажимая кнопку вверх он кладёт телефон на громкую связь. – Да, Пап? – Что за сольные концерты у меня в квартире начались, после того как я выхожу из дома? –….Ты ещё не поехал? – Поехал. – Тогда откуда. – От верблюда. Не ори на всю квартиру и иди делай уроки, приеду, проверю. – Папа, я не в первом классе. – Хочешь знать моё мнение на счет этого? – Он чувствует усмешку в его голове. – Нет, я уроки делать, пока. И он выключается. Ну и пусть все слышат, плевать он на соседей хотел. Пусть слушают отборную музыку. Вкус у него, что надо. Для начала, чтобы включить музыку ему требовалось найти колонку в этой квартире. И что вы думаете? Аол часа поисков не увенчались успехом, даже наоборот. Майкл умудрился чут ли не потерять телефон, хорошо, что экран был включен и по свету можно было определить где он. Поиски длились бы ещё лет пять, но Майкл парень умный (как он сам и говорил, и слишком предсказуемый. Но это не важно, по крайней мере сейчас.) Заходя в ”Spotify” он выбирает из своего плей-листа одну самую влюбившуюся ему песню за этот год. Майкл клацает по телефону, в который раз, и ждёт. Сначала тишина, как и была до этого. Но после на весь дом раздаётся середина песни, хорошо, что он перемотал, чтобы не ждать вступления: «Big Dick» Начиная подпевать песню он уже в приподнятом настроении догадывается где находится колонка. – I lick his dick, it's big, it's very very big. Check it out. My dick's so big, so really big Black holes move towards my huge dick! – он вприпрыжку шагает на кухню к самому верхнему шкафчику. Да, уж гены не наградили его высоким ростом. Он был как его отец и его дядя, грубо говоря метр с кепкой. То есть 1.52. Надежды на то что он вырастет не было, дети в школе были жестоки по отношению друг к другу. Его часто травили за мелкий рост и сглаженные, даже в некоторых местах нежные, черты лица. «Будто младенец, может тебе сосочку дать? Или сиську? Ха!» Пусть идут в задницу. Сами рожами не удались и взялись за других. Мерзко. Мерзко от осознания того, что если он раскрое свою тайну всем, то травля будет продолжаться дальше, уже в более изощренной форме, чем раньше. Стульчик вмиг оказывается около тех высоких шкафчиков. Он забирается на них, напевая знаком песню под нос. Неожиданно. Сердце начинает бешено стучать, словно барабаны врезаясь в грудную клетку отдавая эхом куда-то глубоко в голову. Майкл будто не чувствую ничего, не понимает…где он? Нет мыслей, не осознанность всего и его сознание понимает, что до взрыва эмоций, а скорее говоря истерики, остаётся буквально пару секунд. Взгляд бегает из стороны в стороны. Знакомо? Не то слово. Рука ложится на живот. Его так часто успокаивал Дэвид. Он, всегда, когда видел, что Майкл нервничает, расстроен или же не в состоянии даже подняться с кровати, клал руку ему на живот, прижимая к себе и поглаживая. Боже, где же он когда так нужно. Тело трясется в мелкой дрожжи. Опора под ногами исчезает и он падает. Боль расползается по копчику и спине, но он не чувствует. Ничего не чувствует, кроме разрывающей боли внутри. Он будто бьётся в конвульсиях. Каждый раз вздрагивая от басов песни. Зачем он врубил колонку? Хотел оторваться. И оторвался так, что теперь лежал в позе эмбриона на полу с трясущимися руками, в попытке набрать номер своего отца. Идёт первый гудок, второй, третий.. Из телефонна слышно голос девушки: «абонент находится вне зоны действия сети.» Чего он ещё ожидал, больница находилась не слишком далеко, но и не близко. Что было дальше он не помнил. Вроде отключился. А когда домой уже пришёл Аарон, то отнёс его на кровать. Он думал, что Майкл залез на стульчик, поскользнулся и упал. В какой-то степени это и не было ложью. Пусть дальше так и думает. Снова заикаться об этом случает он не стал, как и Аарон. Пальцы обводили контуры живота, не так приятно, как должно быть. Почему ему не приятно. Сейчас, группа людей сидит у него на кухне и из всех них он увидел только Эндрю. Он теребит кольцо на пальце. По ощущениям после ухода Эндрю прошло около трёх часов, но когда он глянул на время то хмыкнул сам себе. Майкл просидел здесь всего пятнадцать минут. Из своих мыслей его выводят два негромких стука в деревянную дверь. Он старается расслабить своё тело полностью, но выходит честно говоря так себе. Из горла вылетает хриплое: – Кто? После нескольких секунд молчания за дверью к Майклу долетает уверенный вопрос на вопрос. – Можно войти? От услышанного голоса по рукам бегут мурашки, а глаза расширяются. – Да, – Снова звучит хриплый голос, хорошо было бы выпить стакан простой воды. Дверь открылась с характерным свистом. Майкл не смотрит на вошедшего человека. Он хочет успокоиться. Бессильность накатывалась томным дымом. Вглубь к нему подходит парень и приседает на колени вблизь. юношеские руки обнимают его за плечи, и притягивают. Его окутывает запах корицы и мужских духов. Такой родной и желанный запах. Тело само собой хочет отдаться ему. Только ему. Только ему позволено так обнимать его и гладить так нежно по спине. Сейчас, он нуждался в этом больше всего. Майклу наконец получается отдать половину веса парню, опираясь на его горячую грудь. Он всегда удивлялся, как даже через одежду человек может быть настолько горяч. Дэвид второй человек на его памяти, который знал Майкла как облупленного. Его любимая еда, напиток, что он выберет: ночь или день, учёба или экси. Да, что говорить, даже какую валюту денег предпочитает держать в руках. Дэвид Дэй - лучший человек на его памяти.