Счастливы вместе

- Чем занимаешься? Ну, кроме дрочки на Глеба Самойлова. Работаешь? - Павел растянулся на небольшом красном дерматиновом диванчике напротив Сани в сомнительной забегаловке, громко обещавшей самую вкусную шаурму. По крайней мере, так было написано на вывеске. - Тебе-то какое дело? - все еще не знал, как себя вести и что говорить, Саня. - Просто интересуюсь. О чем-то же люди говорят, когда знакомятся, - все так же непосредственно продолжил Павел. - Где работаешь, что делаешь? О хобби я даже не спрашиваю, - он рассмеялся, как-то совсем по-детски: искренне и светло. - Жена? Дети? - Какая жена? - возмутился Саня. - Какие дети? Мне двадцать четыре, я же не дебил себе жизнь портить в таком возрасте. - Может, девушка тогда? - не отставал Павел. - Нет у меня никакой девушки! - Саня вдруг почувствовал, что краснеет, надо было наврать подлецу с три короба: рассказать, что девушка у него, конечно же, есть, что он вообще очень падок на женский пол, не упускает возможности познакомиться с кем-нибудь и хорошо провести время. Но теперь было поздно. Саня к такому разговору не готовился, он вообще не мог предположить, что подобный разговор между ними возможен. Но Павел только улыбнулся, как будто понял что-то важное. - А что так? Не нравится никто? - Не твое дело! - снова вспыхнул Саня и отвел глаза в сторону. - Тебе че надо от меня? Жри и вали обратно в Питер, думаю, наш конфликт на этом исчерпан, по крайней мере, в реальной жизни. - Жалеешь? - Павел смотрел на него без тени неприязни, даже с интересом. - О чем? Что в морду тебе дал? Ни капли, - Саня коснулся своего разбитого носа и поморщился. - Ты заслужил. И это… У тебя есть какая-нибудь куртка? Не могу уже это видеть! - игривый взор Повелителя на футболке раздражал и смущал одновременно. - Не, зачем мне куртка? Тепло. Жарко даже. А ты чего сидишь, на все пуговицы застегнутый? - Мне не жарко! - оборвал Саня и принялся за свою шаурму, стараясь больше не смотреть на наглого Павла и его гадкого кумира. Он даже не заметил, как в кафе ввалилась компания парней, обратил на них внимание лишь когда они громко заржали, требуя у немолодого узбека за стойкой принести им побольше пива. - У нас самообслуживание, - возразил тот. - Подходи, плати и забирай. - «У нас самообслуживание», - ехидно передразнил самый громкий и видимо самый наглый. - Не переломишься, если поднесешь, понаехали тут, еще выебываетесь! - парень снял кепку, обнажая бритую голову, кинул ее перед собой на стол и выжидательно пялился на мужичка. - Тебе еще раз повторить? По-русски не понимаешь? Компания его друзей одобрительно загоготала. Павел отвлекся от своей трапезы и покосился на угловой столик: было их четверо, все в спортивных костюмах, кепках и явно навеселе. - Так че, пиво несешь? Я могу и по-другому попросить, - бритый вальяжно восседал на дермантине, как на троне. - Пиздец тогда тебе и этой забегаловке! Узбек отложил в сторону фасовочные пакеты, которые аккуратно складывал до этого, видимо поняв, что спорить не стоит. - Какое пиво? Сколько? - Так-то лучше, «Корону» неси, сколько есть? Скидку еще сделай нормальную, а то охуели со своими ценами… - он довольно ухмыльнулся и сплюнул прямо на пол. - Тебе же сказали, что тут самообслуживание. Саня так и застыл с открытым ртом, не дожевав очередной кусок и с ужасом пялясь на Павла, который сейчас буквально за секунду лишил их возможности закончить этот вечер мирно. - Че? Ты мне че-то сказал? - бритый повернулся к ним с явным удовольствием. - Тебе, тебе. Подойди, заплати, возьми, что хочешь. Ты не в ресторане, никто тебе подносить не должен, - Павел был по-прежнему невозмутим, а Саня только закатил глаза. «Бляяяяя, да ебать тебя в рот, ты бессмертный, что ли? Нормально же сидели!», - он и сам не заметил, как быстро изменилось его отношение к ситуации: еще пять минут назад ему казалось, что сидят они совсем не «нормально», но верно говорят, что все познается в сравнении. - Кто такой будешь? Какие вопросы имеешь ко мне? - говорил он как типичный гопник, который явно искал приключений, и наслаждался тем, что все-таки нашел. - Нормально веди себя, ты в общественном месте. Тут, кроме тебя, есть другие люди, а на пол харкать дома будешь, - Павел по-прежнему сохранял спокойствие. - Слышь, Леха, - обратился гопник к своему другу и неприятно заржал, - другие люди, ёпта. Это ты, что ли, «другие люди»? - это было адресовано уже Павлу. - Да, я. Еще Саня вот и продавец. «Ну пиздец», - только и мог подумать про себя Саня. - Поэтому извинись и сиди нормально. «Ну охуеть», - только и мог подумать про себя Саня. - А если не умеешь вести себя, как ведут приличные люди, то встань и выйди. Друзей своих не забудь. «Ну заебись», - только и мог подумать про себя Саня. Гопник на секунду застыл, видимо не ожидая, что кто-то будет с ним так себя вести, но быстро пришел в себя. - Это ты щас выйдешь, мы все щас выйдем, - в подтверждение этих слов он встал, надвинул на затылок кепку и опасно приблизился к их столу. - Пошли на улицу. Продавец опасливо наблюдал из-за стойки и выдохнул с облегчением, когда услышал, что дальнейшее будет происходить за пределами кафе. Павел тоже встал. - Пошли, конечно, - он как раз доел, вытер руки салфеткой и выглядел так, как будто идет поболтать со старым приятелем, а не толпой гопников. Саня понимал, что это не его война: он вообще ничего не говорил и говорить не собирался, слишком хорошо знал, чем заканчивается, когда двое на одного, трое на одного и так далее. И если его старый новый знакомый решил выебнуться, то пусть расхлебывает это сам, никто за язык его не тянул. Хочет приключений - вот приключения: четверо пьяных дебилов, которые отпиздят его, оставив неизгладимые впечатления о поездке в Москву. Внутри даже стало немного радостно от мысли, что Павел получит по заслугам за всё, что наговорил ему. Пусть и не от него. Но радость быстро прошла, как только он увидел, что все четверо действительно двинулись на выход за его антагонистом. Было это «не по-пацански», слишком уж малодушно и нечестно. Трусом Саня не был. «Пойти домой и спать лечь, зная, что его прибить могут? Нет, конечно, здорово, что мне больше никто не будет писать на форуме гадости. С другой стороны, он ведь все по делу сказал, осадил быдлана, не побоялся». Некоторое восхищение смелостью Павла вступало в жесткое противоречие с желанием никогда больше не читать его гнусной писанины. Саня замешкался, а потом быстро отложил в сторону недоеденную шаурму и пулей вылетел на улицу, оглядываясь по сторонам, пошел на голоса и оказался в арке, где уже знакомые ребята объясняли Павлу нормы поведения. Саня с наскока налетел на первого попавшегося, ударил в челюсть, тот от неожиданности пошатнулся, но не упал, схватился за лицо и прорычал что-то невнятное. Дальше удары сыпались один за одним, Саня был настолько зол, что совершенно забыл о численном преимуществе противников. Павел от него не отставал, хотя стало ясно, что силы все же не равны: ребята были крепкими и явно оттачивали мастерство уличных драк куда чаще, чем Александр и Павел. - Менты, блять! - один из гопников сплюнул на землю кровь. - Валим! Все четверо ринулись в разные стороны, патрульный автомобиль неспешно остановился у арки, в которой остались лишь двое. - Общественный порядок нарушаем? Пьем, деремся? - молодой парень в форме посветил на них фонариком. - В машину пройдемте, оформляться будем. - Мы не… - попытался возразить Саня. - В машину! Или что, наручники на вас одеть? - голос уже не был таким добреньким. Саня посмотрел на Павла, который стоял чуть поодаль, вытирая с лица кровь, и усмехнулся про себя: «Нас же отпиздили, нас же и менты приняли, отличный вечер». - Ладно, пошли. С ментами драться не буду, - Павел хлопнул его по плечу и направился в сторону служебного автомобиля. - Штраф какой-нибудь выпишут, ниче, - он как будто успокаивал и подбадривал Саню, хотя тот чувствовал себя вовсе не расстроенным, скорее, возбужденным и взвинченным. - Ты как? - он еще раз окинул взглядом Павла. - Живой, пойдет. Но штрафом в патрульном автомобиле дело не обошлось, их отвезли в ближайший отдел, высадили в приемнике, забрали паспорта и оставили дожидаться своей очереди. Контингент был разношерстный: начиная от пьяного бомжа, то и дело выкрикивающего изощренную матершину, заканчивая скромной девушкой, глядя на которую было сложно предположить, что такого она могла сделать, что оказалась здесь. Павел и Саня сидели рядом, плечом к плечу, на деревянной лавке и молчали. Когда сотрудник позвал их в кабинет, они одновременно встали и так же молча вошли в открытую дверь. - Так, - сержант бегло пробежался по протоколу, который составили в машине, - находились в общественном месте пьяные, дрались. - Да не так все было! - Саня покраснел от возмущения. - Не мы дрались, а к нам гопники пристали! И не пили, только по бутылке пива, и то в кафе, а не на улице! Но сержанта это явно не интересовало. - Что при себе имеется? Оружие, запрещенные вещества, колюще-режущие предметы… - список длился долго, и они еле дождались, когда он закончится. - Отвечаем по одному. Имеется? - Нет, - Павел ответил первым. - Нет, - присоединился Саня. Сотрудник смотрел с подозрением, выглядели они не особо, стоило это признать: растрепанные, побитые, взволнованные. - Андреич, понятых веди, - в трубку проговорил сержант. - Ну найди кого-то на улице, давай быстрее, ко мне в приемник. - Да нет у нас ничего! И мы ничего не сделали! - негодовал Саня, но Павел только мягко коснулся его руки: - Не надо, пусть, так быстрее отпустят. Когда в тесный кабинет вошли понятые, и было покончено с заполнением бумажек, сержант снова обратился к ним. - Подходим к столу по одному, снимаем верхнюю одежду, если есть, достаем все из карманов и рюкзаков. Павел снова вызвался первым. Верхней одежды у него не было, в рюкзаке и карманах нашлись самые обычные вещи: телефон, связка ключей, бумажник с парой тысяч наличными и банковскими картами, пачка сигарет и зажигалка, чистая футболка - такая же, как была на нем. Саня только усмехнулся, но подъебывать было не время, поэтому он решил спросить позже, сколько у него таких футболок, и носит ли он хоть что-то еще, кроме образа Повелителя. Еще нашлись наушники, упаковка влажных салфеток и батончик «Марс». - Теперь ты, - сержант смотрел на Саню, тот быстро подошел и явил взору присутствующих почти такой же набор: телефон, бумажник и далее по списку. - Куртку снимай, из карманов все выкладывай, - не отставал мент. - Нет больше ничего, все выложил, - отозвался Саня. - Куртку джинсовую сними и покажи понятым, что под ней нет ничего. Настал момент истины, Саня принялся нервно расстегивать пуговицы, чувствуя на себе заинтересованный взгляд пары светлых глаз. - Что копаешься так долго? - не выдержал сержант. - Что там у тебя? - Ничего, - сдавленно прохрипел Саня. - Вот. Ничего! Павел, продолжавший стоять сбоку и прекрасно видевший открывшийся перед ним лик Глеба Самойлова на футболке, только усмехнулся. - Так вот ты чего застегнутый в жару. Стеснялся… Саня снова покраснел, но ничего не ответил. Еще через час их отпустили, вернув паспорта. Штрафов не выписали в обмен на отказ подавать заявление о том, что их кто-то бил в темной арке. - Поезд последний час назад ушел, теперь только под утро будет, - Павел присел на лавку и достал сигареты. - Ну и вечерок. Была уже глубокая ночь. Саня опустился рядом. - Куришь? - Не. Хотя давай, - Саня протянул руку и получил сигарету. - Рожа болит и ребра. А так ниче вроде. - Спасибо, - Павел снова смотрел на него каким-то азартным заинтересованным взглядом. - За че? - Что не бросил. Мог же не выходить. Вчетвером меня одного бы точно как надо приложили, не отделался бы синяками одними. - Да ладно, ерунда. Куда ты сейчас? - после недолгой паузы спросил Саня. - На вокзал. В зале ожидания посплю немного и в путь. - Ты это… если хочешь, можем ко мне пойти, - неожиданно сам для себя предложил Александр. - Я знаю, где пиво продают ночами. И вообще… ну это… - ему стало неловко от того, что он поймал себя на мысли, как будто бы Павел «свой». Да, по другую сторону баррикад, но все равно свой. Объяснить это было бы сложно, он и не планировал, поэтому просто понадеялся, что оппонент ни о чем больше не спросит. - Здорово, - расплылся в улыбке Паша, и тут же коснулся разбитой губы, которая дала о себе знать. - Идем? - Ну? За победу? Они сидели на диване в Саниной однушке, отмытые и уставшие после всех приключений, и Паша подал открытую бутылку пива. - За какую победу? Нас же отпиздили. И друг друга мы тоже… того… - Сане вдруг стало смешно, когда он подумал о событиях минувшего вечера, и он не сдержал улыбки. - За победу здравого смысла. И за то, что ты совсем не трус и не гандон, - Паша тоже улыбался. - Так и бесит тебя? - он погладил на груди лик Повелителя. - Давай сниму. И быстрее, чем Саня успел опомниться, футболка оказалась где-то на спинке компьютерного кресла. Было неловко: Саня с трудом отвел взгляд от гладкой мускулистой груди, которая открылась его взору. Там же под футболкой обнаружился неплохой пресс. Саня стыдливо отвел глаза, но Павел только хмыкнул, как будто ничуть не удивился такой реакции, еще больше смутив приятеля. «Я не гей, я не гей, - повторял про себя Саня. - Просто бисексуал, немножко. Ладно, бисексуал, но точно не с ним! Он - враг! Враг!». Но цепкие теплые пальцы уже прихватили его за подбородок и спустились ниже. Саня не дышал. - Может, тоже снимешь это? Не стоит Глебу видеть подобное, - беззлобно ухмыльнулся Павел и тут же потянул футболку вверх. Отпираться было бессмысленно: уверенный стояк было заметно даже через джинсы, Павел снова улыбнулся и вовлек Саню в поцелуй: слишком нежный и слишком сладкий для врага. А потом, вжатый в диван и сладко стонущий от внушительного члена в своей заднице Саня, неаккуратно толкнул компьютерное кресло, и футболка с ликом Повелителя упала со спинки на сидение. Туда, где лежала футболка с ликом Глеба. По всем канонам Вадим снова был сверху.