Through the sands

— Эвтида, — голос Изис заставил меня обернуться. Восседая на диване, отделанном бархатом и красной древесиной, принцесса задумчиво глядела в одну точку, накручиваю локон длинных волос себя на палец. — Почему ты не живёшь при дворе? Банафрит давно получила покои и живёт тут, как одна из моих приближенных. Не могу же я тебе сказать, что мне отвратительно дворянское общество. — Если принцессе так угодно, я соберу вещи и перееду во дворец. Мне не было смысла с ней спорить и стоять на своём. Принцесса Изис очень вспыльчива и дурна своим характером настолько, что никто не хочет связываться с ней, вплоть до родного отца фараона, которому в тягость проводить семейные встречи. Скажи я ей, что терпеть не могу этих лизоблюдов в дорогой одежде и украшениях, сразу же окажусь за территорией дворца, потеряв высокое положение в обществе. Все мои труды пойдут насмарку, не говоря уже о времени, которое я потратила на обучение. — Твой брат весьма талантливый лекарь. Люди пророчат ему светлое будущее. Если ты переживаешь о родителях, то он позаботится о них, — она сверкнула своими черными, как ночь глазами, — С твоим положением и моим доверием, ты всегда должна быть рядом. — Как прикажете, принцесса, — я склонила голову в поклоне. — Я выделила тебе покои с балконом, который выходит в сад. Знаю, как ты не любишь шум и суматоху. — Благодарю, принцесса. Я ещё вам нужна? — Нет, — она покачала головой, — Иди домой, собери вещи и возвращайся.

***

Зачем я вообще ввязалась в это? Да чтоб этот дворец и принцессу погребли пески! Сетуя на своё положение, я грубо вытаскивала свои вещи на кровать, почти кидая на подушки. Разложив шкатулки с украшениями по полкам у входа, я раскинула вокруг себя вещи, злясь на саму себя. Когда я вернулась домой и рассказала всё брату, он воспринял новость положительно. Радуясь, насколько близко я подобралась к семье фараона и знати, Исман был вне себя от счастья, что я наконец-то устроила свою жизнь, создав себе твёрдую землю для опоры. Брат всегда хотел, чтобы в будущем я вышла замуж за богатого мужчину из Фив, дабы остатки жизни прожить в комфорте. Исман просто грезил о том, чтобы я устроила свою жизнь настолько хорошо, что даже мои потомки жили бы безбедно ещё несколько десятилетий. Теперь же я на виду у всех. Особенно у принцессы, которая обожает власть над всеми, кто рядом с ней. Мне придётся ещё сильнее следить за словами, даже когда я в своей комнате. Придётся вести себя так, как полагается при дворе, так как я буду жить во дворце фараона, видя знать каждый день. Моя жизнь станет в разы тяжелее и скучнее, ведь придётся следить за каждым своим шагом. — Решила устроить перестановку, Эме? — Что за! Испугавшись мужского голоса, появившегося из неоткуда, я машинально схватилась за вазу, стоящую около моей кровати. — Спокойно, — Аш усмехнулся, — Мне нравится, что ты бойкая и смелая, но не думаю, что нам нужен шум. — Как ты вообще сюда попал? — Просто зашёл, — мужчина пожал плечами, оттолкнувшись бёдрами от каменных перил на балконе, — А тут уютно. Не думал, что эта зазнайка даст тебе что-то стоящее. Поставив вазу на место, я скорчила недовольное лицо, собирая разбросанную одежду по кровати. — Зачем ты снова явился? — Я всё ждал, что ты будешь искать ответы на вопросы. — Хочешь, чтобы я бегала по пустыне, господин? — убрав одежду в шкаф, я усмехнулась, — Какая-то изощрённая правда получается. Если по-иному её не получить. — Та гробница, ключ ко всему, Эме. — Я в любом случае не попаду в неё, — я покачала головой, встав напротив Аша, — Та гробница очень неспокойна. Туда никто не ходит, потому что когда уже пытались вскрыть её и в итоге ничего не вышло. Мародёры повредили своды потолка у входа, из-за чего там может всё обвалиться. — Такого не будет. — С чего такая уверенность? — я вскинула брови. — Потому что я так сказал.

***

И почему я всегда делаю то, что хотят другие? Пойду на поводу у человека, которого я знаю совсем немного, я собрала вещи в дорогу на несколько дней. Придумал правдоподобную ложь, я соврала принцессе, чтобы та не искала меня несколько дней, пока я буду отсутствовать в Фивах. Найдя себе лошадь и обругав конюха, не лестно отозвавшегося о моих способностях наездницы, коей я являлась с десяти лет, я отправилась к гробнице верховного эпистата, которого нет в живых уже много десятилетий. Дорога заняла не больше полудня, так как я ехала в неспешном темпе. Двигаясь под палящим солнцем, я проклинала Аша и его любовь в загадкам, вынудившим меня покинуть дворец. Точно отшельник, я пересекала пески, держа в голове свои вопросы, на которые якобы есть ответы, находящиеся в гробнице. Сама усыпальница была в ужасном состоянии. Время и пески нещадно постарались над строением, превратив его в слабое подобие некогда величественной гробницы. Стены были обшарпанны, покрылись трещинами и дырами, заполненными песком. Вход покосился, иероглифы на фресках стали тусклыми и трудно читаемыми. Статуя Ра почти, что лежала у входа, занесённая песками и перекати-поле. Всё так и кричало о старости и ветхости. И он ещё хочет, чтобы я туда зашла? Ведомая любопытством, я всё же решилась. Коснувшись плиты, служившей входом в гробницу, я начала толкать её от себя, прилагая все свои силы. Зная, что мародёры уже пытались туда проникнуть, я смогла подтолкнуть дверь немного вперёд, чтобы создать щель, через которую возможно идти. На меня мгновенно повеяло холодом, когда щель стала заметнее больше. Достав из сумки факел, я зажгла его у входа, шага внутрь. Оказавшись в длинном коридоре, исписанном рисунками о жизни эпистата, я осторожно шагала вперёд, боясь, что в любой момент что-нибудь может на меня упасть. Оглядывая стены по правой и левой стороне от меня, я остановилась, всматриваясь в рисунки. Художник, рисовавший эти картины, был умелым и безумно дотошным. Каждый мазок кистью, был аккуратен настолько, что даже спустя только времени, можно разглядеть лица людей, находящихся на заднем плане. Вся жизнь эпистата Амена была заключена на двух стенах коридора его усыпальницы. Здесь была и охота на черномагов, и встреча с фараоном, дарующим ему должность верховного эпистата; изображена хворь, поразившая Египет, деревни, в которых он побывал. Самые важные события в его жизни были запечатлены на картинах, рассказывая его историю. Разглядывая фигурки людей, я постоянно натыкалась на один и тот же силуэт девушки с чёрными волосами, сопровождающей эпистата в храмы и поселения. Присмотревшись к ней, я частенько замечала, как часто взгляд Амена был направлен в её сторону, пока она сама глядела вдаль, словно бы ждала кого-то. Девушка как будто совсем не замечала, как же часто эпистат смотрел на неё, не обращая внимания ни на кого более. Чёртов Аш. Я ещё отыграюсь на нём за всё! Ругая мужчину в своей голове, я вышла в небольшой зал. Рисунки в коридоре мгновенно закончились, освобождая место для надписей на стене. Письмена, вырезанные в камне, повествовали о его заслугах перед государством и фараоном, когда свирепствовала зараза, унёсшая кучу жизней. В самом центре зала стояла статуя Амон Ра, величественно возвышающейся над всем. Слегка вытянутая рука указывала в сторону, от чего я не думая обернулась туда, куда она показывала. В самом углу на небольшом постаменте лежали свитки. Их было всего четыре. Аккуратно завёрнутый папирус, был обвязан красной тканью, склеенной самим знаком эпистата. Подойдя ближе, я бережно взяла каждый из свитков, намереваясь прочесть всё от самого начала и до конца, в поисках разгадки и ответов на мои вопросы. Спрятав все в сумку, перекинутую через моё плечо, я собиралась уходить, как дикий холод мазнул по моим лопаткам. Задрожав всем телом, я обернулась к статуе, не заметив никаких изменений. Бегая глазами по помещению, я боялась наткнуться на что-то, что может здесь быть. Веря в свои убеждения, я шагнула в сторону выхода, как вдруг голубой силуэт выплыл из соседней комнаты, где находился саркофаг с эпистатом. Прикрыв рот ладонями, чтобы не вскрикнуть от ужаса, я тихо сглотнула, стараясь не двигаться с места. Высокая статная фигура, облачённая в бело-сиренивую одежду, проплыла рядом со статуей, остановившись около каменных ног. Чувствуя, как сердце уходит в пятки, а сознание отказывается верить в увиденное, я пячусь назад, натыкаясь на стену позади себя. Слыша собственное сердце в ушах, я боялась даже вздохнуть, лишь бы душа того, кто здесь похоронен, не заметила на меня. Он был мёртв, безоговорочно похоронен в гробнице много-много лет, оставив этот бренный мир и тело. Его душа упокоилась в царстве Анубиса и попросту не могла быть здесь. Но, из-за какой-то силы, он вернулся, блуждая по собственной усыпальнице. — Я же просил не будить его, Эме. Мне понадобилось взять всю свою волю в кулак, чтобы не вскрикнуть от неоткуда взявшегося шёпота. Вздрогнув от неожиданности, я сделала шаг назад, уперевшись спиной в грудь Ашу, стоящему позади меня. — Но это не я. Шепот, слетевший с моих губ, заставил эпистата обернуться. Его холодный мёртвый взгляд коснулся моего лица, очерчивая контур. Щуря свои белые безжизненные глаза, он вдруг раскрыл те в удивлении. Его лицо мгновенно окрасила гримаса боли, а сам эпистат потянулся ко мне, не смея сдвинуться с места. — Это всё ты, Эвтида, — Аш внимательно следил за душой, — Он всё помнит. И ему до сих пор больно. — Я? Такого быть не может, я ведь... От чего то, я вдруг замолчала, стоило мне увидеть слезу, скатившуюся по прозрачному лицу эпистата Амена. Не подходя ближе, он всё так же стоял рядом со статуей, не смея сдвинуться дальше. Мне вдруг стало жаль его. Словно бы я знала этого человека, пережив с ним многие моменты. Как будто мне вырвали сердце и бросили на съедение крокодилам, лишив меня частички меня. Боль, растущая внутри, ныла в груди, не давая вымолвить и слова. Меня словно зажали в тиски, не давая вздохнуть полной грудью. Я почти потерялась в собственных слезах, когда сильные руки Аша обхватили меня за талию, чтобы увести оттуда. Прижимая меня крепко к себе, он вынес меня из гробницы, поставив на горячий песок под палящее солнце. Заперев вход каменной плитой, он обернулся ко мне, оглядывая меня с ног до головы. — Поэтому я и сказал, не будить. То, что написано в свитках, даст тебе ответы на вопросы и то, почему ты так чувствуешь себя. Округлив от услышанного глаза, я вскинула голову. Аш не мог залезть ко мне в голову, тогда откуда он мог узнать о моих мыслях, терзающих разум. — Возвращайся во дворец. Отдохни и прочти свитки, пока принцесса на время уехала из Фив. Не веря в то, что увидела в гробнице, я рухнула на песок. Меня вдруг затрясла невидимая сила. Сердце готово было лопнуть в груди от ноющей боли. В ушах шумело, что-то звенело, и я слышала всё так, словно я под водой. Горячий песок жёг мои ладони, причиняя боль. Но то, что я чувствовала было в разы сильнее, поэтому я даже не обратила на это внимания, не переживая за собственные руки. — Вы, смертные, такие эмоциональные. Закатив глаза, Аш взял меня за плечи, поднимая на ноги, точно я ничего не вешу. Обхватив моё лицо своими ладонями, он поднял мою голову вверх, чтобы мои глаза смотрели на него. — Хватит лить слёзы, — он цокнул языком, — Прошлое уже не вернуть. И если ты не прочтёшь свитки, то даже не узнаешь, из-за чего ревёшь. Он смахнул большим пальцем слезу, скатившуюся по моей щеке. — Возвращайся в Фивы.