Новогодний карантин

— Господин Ким, вы уверены, что не хотите нанять профессиональных декораторов? — Богом замер в дверях кабинета, наблюдая, как Тэхён в третий раз перечитывает один и тот же документ, рассеянно постукивая ручкой по столу. В воздухе витал едва уловимый аромат корицы — видимо, его омега снова что-то затеял на кухне. — М-м? — Тэхён поднял взгляд от бумаг, и его медовые глаза сфокусировались на дворецком. — А, да, декоратор… Я уже договорился. Он приедет завтра к пяти, — он потер переносицу, пытаясь сбросить усталость после долгого рабочего дня.       Богом деликатно кашлянул: — Боюсь, вам стоит предупредить об этом господина Мина. — Юнги? Думаешь для него… — Тэхён нахмурился, но договорить не успел.       Где-то в глубине дома раздался оглушительный грохот, за которым последовала красочная тирада на тему «чертовой неустойчивой мебели, которую собирали, видимо, в состоянии нестояния». — Кажется, ваш супруг уже начал подготовку к праздникам, — невозмутимо заметил Богом, хотя в уголках его губ притаилась едва заметная улыбка.       Тэхён вскочил из-за стола так резко, что чуть не опрокинул чашку с остывшим кофе. — Боже. Я же просил его не… Богом остановил его властным жестом. — Если позволите, я попробую… проконтролировать ситуацию. — Да, пожалуйста. Только… — Тэхён замялся, нервно теребя запонку на рукаве. — Постарайся быть… дипломатичным. — Когда я был не дипломатичным, господин Ким? — в глазах дворецкого промелькнул озорной огонек.       Богом направился в сторону шума, мысленно готовясь к очередному раунду словесной дуэли с самым упрямым омегой из всех, кого ему доводилось встречать. За два года, прошедших с того памятного дня, когда господин Ким буквально силой привёз домой «источник своей инфекции», Богом успел и проникнуться искренней симпатией к Юнги, и одновременно убедиться в его абсолютной непробиваемости в некоторых вопросах. — Богом, подожди, — Тэхён догнал дворецкого в коридоре. — Давай лучше я сам. Ты… займись чем-нибудь другим, а с Юнги я справлюсь. У меня есть один проверенный способ…       Альфа скрылся за дверью гостиной, оставив Богома покачивать головой. — Сам… как же! А завтра мне что прикажете делать с последствиями ваших «способов»? — пробормотал он себе под нос. — Я-то, в отличие от некоторых, такими методами пользоваться не могу.

♡♡♡

— Господин Мин, я искренне полагаю, что вам не стоит этого делать, — Богом спешил за Юнги, который с упорством бульдозера тащил откуда-то огромную коробку с елочными игрушками. На его бледных щеках играл румянец, а глаза сияли почти детским восторгом. — Господин Ким пригласил профессионального декоратора. Уверен, тот справится с задачей. — Богом, — Юнги резко остановился и обернулся, едва не выронив коробку. — А чем, по-твоему, я должен заниматься? Вязать носочки и считать облака? — Вам нужно отдыхать. Может встретитесь с Кихёном? Он давно у нас не был. — дворецкий произнес эту фразу таким тоном, словно повторял ее уже в сотый раз. Впрочем, так оно и было. — Нет! Пока Тэхён в офисе, я должен украсить эту чертову ель! — фыркнул омега и решительно направился в сторону гостиной, где уже стояло пушистое дерево, ожидающее своего праздничного убранства.       Богом закатил глаза и глубоко вздохнул, мысленно вопрошая небеса: «И за что мне это?»       Он искренне любил омегу и радовался счастью своего хозяина… но упрямство этого человека иногда доводило его до белого каления. — Господин Мин, позвольте мне хотя бы стремянку подержать… — в его голосе звучала почти отцовская забота. — Считаешь, что я настолько неуклюж, что обязательно упаду? — донеслось из гостиной вместе со звоном елочных шаров. — Считаю, что в обратном случае меня уволят. И, вероятно, даже не выплатят выходное пособие.       Юнги выглянул из-за угла, его лицо озарила лукавая улыбка. — Ты же прекрасно знаешь, что Тэхён тебя никогда не уволит. — Он погладил заметно округлившийся живот. — Кроме того, я ему этого просто не позволю. — Какое неописуемое облегчение, — сухо заметил Богом, но в его глазах плясали искорки тепла. — Однако позвольте напомнить, что в вашем положении… — Я беременный, а не при смерти, Богом! — Юнги демонстративно помахал очередной игрушкой. — Именно это я и пытаюсь предотвратить. Омега снова фыркнул и вернулся к коробке с украшениями. — Знаешь, что самое забавное? Два года назад я сидел дома на карантине и считал это худшим, что могло со мной случиться. Проклинал каждую минуту. — А теперь вы добровольно украшаете дом к праздникам, несмотря на все попытки вас остановить, — Богом аккуратно придержал стремянку, смирившись с неизбежным. — Жизнь полна иронии. — Кстати об иронии, — Юнги начал осторожно развешивать сверкающую гирлянду. — Ты ведь знал с самого начала, да? — О чем вы? — О том, кто я и где живу. Ты знал мой адрес, как только Тэхёна отправили на карантин. Почему сразу не рассказал ему?       На лице дворецкого появилось выражение оскорбленной добродетели: — Я бы никогда не позволил себе вмешиваться в личную жизнь господина Кима. — Конечно-конечно, — хмыкнул Юнги. — Ты просто хотел собрать на него побольше компромата. — В этом я совершенно не виноват. Он фантанировал новыми перлами и хайку круглосуточно. Не мог же я пропустить такое феерическое представление.       Юнги рассмеялся, и его смех эхом разнесся по комнате. — Знаешь, я ведь тоже все отрицал. Даже в тот день, когда Тэхён примчался ко мне домой. — Неужели? — В голосе Богома прозвучало театральное удивление. — Да. Хотя… наверное, я просто боялся признать очевидное. Боялся, что все это слишком хорошо, чтобы быть правдой. — Как и господин Ким, — Богом поправил сползающий с ветки край гирлянды. — Хорошо, что вы все-таки нашли в себе смелость сделать шаг навстречу друг другу. И, судя по результату, это было более чем… продуктивное решение.       Юнги машинально положил руку на живот. — Да уж, продуктивнее некуда. — О результатах… — Богом деликатно кашлянул. — Вы ведь еще не сказали господину Киму? — О чем? — Юнги попытался изобразить невинность, но его выдал легкий румянец на щеках. — О том, что ждете двойню.       Юнги икнул и выронил хрустальный шар, который Богом молниеносно поймал, демонстрируя неожиданную ловкость. — Как… как ты узнал?! — омега уставился на дворецкого широко раскрытыми глазами. — У меня свои источники, — невозмутимо ответил тот. — Давайте спишем на мою наблюдательность… В последнее время вы съедаете вдвое больше обычного. Даже для вашего «интересного положения» это… впечатляющий результат. — Я просто… я хотел сделать ему сюрприз, — Юнги опустил глаза, теребя край свитера. — Что-то особенное. — Понимаю. Именно поэтому вы так настаиваете на личном участии в украшении дома? — Ну… да. — Юнги обвел взглядом гостиную. — Хочу, чтобы всё было идеально. Чтобы он запомнил этот момент навсегда.       Богом на мгновение прикрыл глаза и глубоко вздохнул, словно собираясь с силами. — В таком случае, позвольте предложить компромисс: я помогаю вам с декором верхнего яруса, а вы обещаете не забираться на эту стремянку. И не спорьте — я видел, как вы на нее поглядываете. — Ты просто невыносим, — Юнги закатил глаза, но в его голосе звучала нежность. — Я профессионал, — с достоинством поправил Богом, явно расслабившись и не ожидая от омеги подвоха. — А знаешь что? — Юнги хитро прищурился. — Ты прав — давай договоримся. Ты не мешаешь мне с елкой, а я не рассказываю Тэхёну, как ты рыдал на нашей свадьбе. — Я не рыдал. У меня была сезонная аллергия на цветочную пыльцу. — Ну конечно. И именно поэтому ты обнимал нашу кухарку и со слезами на глазах говорил ей, как счастлив, что «наш мальчик наконец-то нашел свою истинную любовь»? — Я был под действием антигистаминных препаратов, — парировал Богом, расправляя складку на безупречном пиджаке. — И именно они заставили тебя спеть «All You Need Is Love» на банкете? — Юнги едва сдерживал смех. — Господин Мин, вам слишком многое привиделось. Вы принимаете желаемое за действительное, — Богом пытался выйти из создавшегося положения. — Возможно, вам действительно стоит отдохнуть. — Даже не думай! — омега энергично замотал головой. — Мне еще нужно развесить все эти игрушки, расставить свечи, организовать подарки… — Подарки уже организованы и ждут своего часа в кладовой. — Что?! Но я же хотел… — Упаковать их самостоятельно? — Богом приподнял бровь. — Простите, но после прошлогоднего инцидента с подарочной бумагой… — Это была не моя вина! — возмутился Юнги. — Кто вообще придумал делать такую скользкую бумагу?! — Разумеется. Именно поэтому половина гостей осталась без подарков — они просто «выскользнули» из ваших рук. — Ты невозможен, — фыркнул Юнги, но его глаза смеялись. — Я реалист. И как реалист предлагаю следующее: мы заканчиваем с елкой, потом вы отдыхаете, а я займусь остальными приготовлениями. — А как же… — Свечи будут расставлены точно по вашему плану. Камин украсят именно так, как вы хотели. И да, я не забуду про омелу над главным входом.       Юнги развернулся так резко, что чуть не запутался в гирлянде. — А откуда ты знаешь про омелу? — Я обнаружил ваши заметки по украшению дома. Все сорок три страницы. — Ты копался в моем планшете?! — возмущению Юнги не было предела. — Я выполнял свои обязанности. И потом, они были открыты на экране. — Я спрятал их в папку «Рабочие документы»! — Которая находится на рабочем столе. Рядом с файлом «Как сообщить альфе, что у нас будет двойня». Юнги побледнел — Ты… Он же не видел? Богом мягко улыбнулся. — Конечно нет. Я же говорил — я профессионал. — Спасибо, — Юнги неожиданно обнял дворецкого, уткнувшись носом в его плечо. — Правда, спасибо. За всё. — Не за что, господин Мин. Хотя должен заметить, что эти гормональные перепады начинают меня всерьёз беспокоить. Вы сами от этого не устаете? — Заткнись и давай украшать елку, — Юнги шмыгнул носом, отстраняясь. — Как скажете. Только позвольте сначала принести вам чай. И имбирное печенье. — Я не голоден. — Разумеется. Именно поэтому за последний час исчезли все конфеты из вазы на камине. — Это были близнецы! — возмутился Юнги, прижимая руку к животу. — Несомненно. Как и в случае с шоколадным тортом на прошлой неделе? — Ты ужасен. — Я забочусь о вас. И о маленьких Кимах.       Юнги улыбнулся, глядя на почти украшенную елку. — Поверить не могу, что два года назад считал любовь болезнью. Странной, нелепой инфекцией, от которой нужно поскорее излечиться. — А теперь? — А теперь… — он задумчиво погладил живот, — теперь я думаю, что это лучшее, что могло со мной случиться. Даже если мой альфа — помешанный на контроле трудоголик, а его дворецкий — саркастичный всезнайка. — Я польщен быть включенным в этот список, — в глазах Богома блеснули слезы, которые он тут же списал бы на пыль, если бы омега их заметил. «Видимо перепады настроения тоже заразны, когда долго находишься рядом с беременным омегой», — подумал про себя Богом. — Как думаешь, он обрадуется? Ну, когда узнает про детей? — Господин Мин, он едва не упал в обморок от счастья, когда вы сообщили ему про беременность. Боюсь представить его реакцию на новость о двойне. — Может, стоит подстраховаться и сообщить ему эту новость где-нибудь подальше от лестниц и острых углов? — Юнги нервно закусил губу.       Его альфа очень сильный и несгибаемый, когда дело касается работы, но рядом с Юнги он превращается в мягкое зефирное облачко переполненное нежностью и заботой к своему омеге. — Я распоряжусь убрать все потенциально опасные предметы из гостиной и поставить детскую защиту на все углы, — отреагировал на обеспокоенность Юнги Богом — Ты действительно невероятен. — Я просто делаю свою работу, — отмахнулся Богом.       Омега с нежностью посмотрел на этого дорогого его сердцу человека. — Богом? — Да? — Спасибо, что заботишься о нас. Обо всех нас. — Всегда пожалуйста, господин Мин. И помните — если что-то понадобится… — Знаю-знаю, просто позвать тебя. Может, уже уйдешь отсюда, зануда? — Юнги шутливо толкнул его в плечо.       В этот момент в гостиную заглянул Тэхён. — Юнги-я, я дома, — альфа окинул внимательным взглядом замерших, словно нашкодившие школьники, мужа и дворецкого. — Что здесь происходит? — Ваш омега пытался устроить акробатическое шоу на стремянке, — невозмутимо сообщил Богом. — Ах, так! Твой дворецкий считает меня недееспособным! — возмутился Юнги, воинственно размахивая елочным шаром.       Да, перемирие было не долгим... Тэхён перевел растерянный взгляд с одного на другого. — Я… я, пожалуй, поработаю в кабинете, чтобы не мешать вашей… дискуссии. — Трус, — пробормотал Юнги, надувая губы. — Мудрый человек, — парировал Богом. — И как ему теперь сообщать о двойне? — в сердцах выпалил омега и тут же поймал встревоженный взгляд Богома.       В комнате повисла звенящая тишина. — Двойне? — в голосе Тэхёна послышались одновременно шок, недоверие и восторг. — Он что… услышал? — прошептал Юнги. — Простите, господин Мин, но, по всей видимости, да, — вздохнул Богом. — Юнги-я… Ты… мы… у нас будет двойня? — Тэхён сделал неуверенный шаг вперед. Омега повернулся к мужу, пытаясь сохранить спокойствие, но глаза уже наполнились влагой. — Тэ, я сам недавно узнал, хотел сделать тебе сюрприз. Вот думал елку украсить, все подготовить… — О боже! Елку украсить… — Тэхён заметил стремянку и в мгновение ока оказался рядом с Юнги. — Тебе нельзя напрягаться! Нужно прилечь! Богом, принеси чай! И плед! И… — Началось... А вот теперь я пойду, чтобы не мешать господину Заботушке, — пробормотал дворецкий, направляясь к выходу. — Следующие семь месяцев будут очень интересными. И определенно непростыми. — И позвони декоратору! — крикнул ему вслед Тэхён. — Пусть немедленно приезжает заканчивать с елкой! — Но я хотел сам! — возмутился Юнги. — Даже не думай! Никаких больше стремянок! — Богооом, — жалобно позвал дворецкого Юнги, явно надеясь на помощь. — Я же говорил, — донеслось из коридора довольное бормотание. — С Новым годом, господа. С новым счастьем, господин Мин.

♡♡♡

      В июне семья Ким пополнилась двумя прекрасными альфочками — с теплыми медовыми глазами Тэхёна и ярким, упрямым характером Юнги. А Богом завел специальный блокнот для записи всех их шалостей — исключительно в профессиональных целях, разумеется.

Конец.