(Не)удачное свидание

      Брат у Саске был своеобразный. По крайней мере, так думали те, кто плохо знал их семью и те, у кого тоже были родные братья или сёстры. Их отношения не вписывались в привычную картинку мира. Дело было даже не в том, что Итачи мог беспардонно заявиться к школе на мотоцикле и выкрутить на полную громкость непристойную музыку, привлекая много чужого внимания… И даже не в том, что после занятий они дрались за крошки от чипсов – это же вкуснее всего, в самом деле! И даже не в том, что Итачи периодически уезжал в командировки, оставляя квартиру с важным условием: Саске больше не родной, если не напьётся в его отсутствие.       …А, быть может, всё дело именно в этом. Кто же знает?       Директор относился к братьям снисходительно. На то были причины. Во-первых, он хорошо знал их родителей. Во-вторых, их родители погибли. В аварии. Вырастив сначала одного Учиху, а затем его сына, Сарутоби-сан проникся к ним тёплыми чувствами, ведь таких озорников ещё следовало поискать. Итачи, идущий по стопам отца, только-только устроился на службу и оказался должен воспитывать брата в одиночку.       Естественно, об этом знала вся школа и добрая половина города. Новости несколько месяцев пестрели сочувствующими заголовками и доводами о ходе расследования.       Благодаря пережитому, отношения между братьями были специфичными. Опять же, начиная от эксцентричного поведения на публике и заканчивая душевными домашними посиделками.       Киба и Хана, например, постоянно ругались и принципиально могли не разговаривать друг с другом на людях. Гаара то и дело жаловался на то, что старший брат его достал. Хинату бесила Хинаги, потому что родители использовали её в качестве няньки, лишая свободного времени. Шино терпеть не мог Торуне, потому что отец проводил с ним больше времени. Наруто завидовал Саске из-за вседозволенности и не понимал, какого хрена Итачи такой классный. Сакуре было грустно, что у неё нет старшего брата, который всегда мог бы её защитить и поддержать.       Саске же знал, что они с братом имеют одинаковую степень ебаньцы и, если не смерть родителей – тоже вряд ли бы в их отношениях всё было так красочно. Они умело поддерживали здоровую атмосферу чёрного юмора и сарказма, ведь так оказывалось гораздо проще справляться.       Между ними было лишь одно правило, которое запрещалось нарушать. Только взгляда и твёрдого «нет» хватало, чтобы Саске поднял руки в жесте капитуляции и сделал вид, будто вообще ни о чём подобном не спрашивал: ничего, что могло бы привести к риску для здоровья.       — Почему? — но сегодня Саске не хотел отступать так скоро. Он спрятал руки в карманы и опирался на дверной проём между коридором и кухней.       — Потому что ты несовершеннолетний, у тебя нет прав и это опасно, — буднично ответил Итачи, успевая мастерски нарезать морковку. Он орудовал ножом подобно великому шеф-повару – искусно и бесстрашно. В перерывах ещё и успевал хрустеть овощными жопками.       — Я же не в первый раз! — возмутился Саске, едва не всплёскивая руками, но вовремя осёкся – не хватало ещё, чтобы его вспышки импульсивности привели к преждевременному завершению диалога.       — Тебе требуется дополнительное объяснение?       — Да, — ответил Саске голосом «ты-совсем-идиот-это-же-очевидно?».       Итачи не преминул закатить глаза.       — Какая версия больше интересует: хорошая или плохая? — спросил он, закидывая морковь вариться и приступая к нарезке капусты. У него, как обычно, всё было просто!       — Обе, — едва ли не сквозь зубы ответил Саске.       Итачи вздохнул. Саске разговаривал не особо дружелюбно, но следовал концепту адекватного диалога: вроде как не огрызался, пока что не кричал и ещё не уходил, раздражённо хлопнув дверью. Но был достаточно близок к тому, чтобы стать менее конструктивным, потому что – почему?! В чём причина отказа?       — Тебя поймает патруль и попросит водительское удостоверение, которого у тебя нет…       — Ты отмажешь.       — Нет, потому что тебе не повезёт и ты нарвёшься на ребят, к которым я не имею никакого отношения… — заметит Итачи. Капуста звонко хрустела под острым лезвием.       — Да какова вероятность! — вскипел Саске. Итачи предупреждающе стукнул ножом по разделочной доске и в тишине продолжил:       — Мотоцикл изымут и отвезут на платную стоянку, а тебя – в участок. Затем Саске Учиху поставят на учёт, об этом узнает школа и нами заинтересуется опека, — он говорил терпеливо, стирая с доски шинковку в кипяток. Саске гипнотизировал взглядом его руки. Итачи достал из холодильника панчетту и приступил к её нарезке. Уточнил: — этого недостаточно?       — Я не собираюсь ездить там, где могут быть менты, — заявил Саске.       Итачи смахнул чёлку со лба, пока аккуратно раскладывал мясо на сковороду. Саске восхищала эта отвага и отсутствие страха перед шипящим маслом, но в данный момент он смотрел на невозмутимое выражение чужого лица и бесился. Потому что за весь разговор на него ни разу не обратили внимание, как будто его просьба, вопрос или повторное уточнение совсем не имели значения.       — При плохом раскладе, — Итачи закончил раскладывать мясо, положил разделочную доску в раковину и взял из ящика биоразлагаемый пакетик для мусора, — ты не справишься с управлением. — Он соизволил отвлечься от готовки и облокотился на столешницу. Горящее упрямство столкнулось с прохладной невозмутимостью. — Ты можешь не только попасться, но ещё и пострадать. Поэтому – нет, — Саске не изменил выражения лица. Итачи слегка нахмурился, пробиваясь сквозь невидимый барьер упёртости: — Саске, включи мозги, — когда это не сработало, в голосе проступили стальные нотки: — прекращай.       Саске не торопился сдаваться, но стоило Итачи оттолкнуться от деревянной поверхности, как глаза решили, что уже самостоятельные и разглядывать пол – занятие весьма увлекательное. Итачи, вопреки страхам, просто стал переворачивать мясо. Он бросил короткий взгляд на Саске, прежде чем начать чистить сваренный картофель, сбрасывая кожуру в подготовленный заранее пакетик.       — Я позову, когда приготовлю ужин.       И это снова был конец диалога.

<(￣︶￣)>

      — Да ладно, не гони, даттебаё, — голос друга сочился недоверием. — Не поверю, что ты передумал.       Саске не мог объяснить Наруто, что Итачи был многозадачен и без проблем играл несколько ролей одновременно: хорошего друга, заботливого старшего брата и любящего родителя. Последняя Саске нравилась меньше всего, потому что с первыми двумя можно было договориться. Если Итачи менял модель поведения на родительскую, можно было с таким же успехом побиться башкой о бетонную стену, чем начинать спор.       — Я не хочу добавлять работы Итачи, если нас случайно поймают патрульные, — отмахнулся Саске. Он всегда отличался от Наруто рациональностью. Но терпеть не мог, когда его брали на слабо́.       — Так и скажи, что зассал, — Наруто откинулся на спинку красного фудкортовского дивана. Уроки закончились и они забежали поесть.       Саске вспылил:       — Не смей, сволочь белобрысая! Я не буду с тобой спорить!       Наруто безмятежно поедал остатки картошки фри.       — Я просто говорю факт. Не поверю, что ты отказался прокатить Сакуру на день рождения, потому что передумал.       Саске задумался, не будет ли лишним, если он что-нибудь кинет в лицо лучшему другу. Ну или плюнет.       — Я испорчу ей день рождения, если случайно влечу в канаву.       — Да ты без рук и с закрытыми глазами не расшибёшься, даттебаё!       — Я не настолько хорош в вождении, не преувеличивай!       Они с вызовом уставились друг на друга.       — Давайте не здесь! — попросил вовремя подоспевший администратор. Саске фыркнул, отвлёкшись от ментального убийства друга.       В одну из чу́дных предыдущих посиделок они разнесли половину заведения. Причина обоими была забыта. Одноклассники шутили, что день был пройден зря, если Учиха с Узумаки не подрались. Им просто иногда нужно сбросить напряжение и стресс, поэтому они спорили, дрались и всё возвращалось на круги своя. Всерьёз они никогда друг другу не вредили и знатно могли набить рожу за то, что на кого-то из них наехали. Поэтому с этими заклятыми друзьями никто старался не ругаться.       — Ну ты понял, короче, — сказал Наруто. Саске посмотрел на него с выражением «действительно» на лице и поднялся, чтобы выбросить мусор с поддона.       Они вышли на улицу. Люди уткнулись в смартфоны и переходили через дорогу, не глядя по сторонам. Саске услышал знакомый рёв мотора, который разбудил в публике испуганное волнение. А волноваться было о чём! Бедным роботам, заложникам системы «работай или умри» едва ли не давили ноги. Саске закатил глаза, когда Итачи в байкерской куртке и на излюбленном Kawasaki появился в поле его зрения. Мотоцикл был чёрный и с красной подсветкой. Ухоженный, чистый и залюбленный порой больше, чем родной брат.       — Сакура будет в восторге, — подобно христианскому чёрту, с правого плеча заметил Наруто. — Если ты, конечно, не ссыкло.       Саске локтем врезал ему по ребру и прошипел:       — Отвали, придурок.       — Всё с тобой ясно, даттебаё. Эх, придётся сказать Сакуре, что у неё никудышный парень…       — Я тебя пришибу! Только посмей хоть слово ей ляпнуть!       Итачи беспардонно заигрывал с девушкой. Саске краем уха услышал игривое:       — Прокатишь?       Наруто хлопнул его по плечу.       — До завтра, неудачник.       — Смотри не запнись, — проворчал Саске, зыркнув в его сторону. Он, источая несгибаемую уверенность, подошёл к брату, едва не оттоптав ноги девушке и ловко забрался на мотоцикл, надевая шлем. Итачи опешил и не успел отреагировать, когда Саске, перед тем как скрыться за пластмассовой защитой, едко заметил, глядя на удивлённую таким внезапным поворотом незнакомку: — мой брат – гей.       Саске первый зашёл в квартиру и небрежно скинул обувь, разбросав её по прихожей. Затем протопал в гостиную, скинул рюкзак в угол и запрыгнул на диван, подключаясь к плойке. Рутинные действия восстанавливали эмоциональный баланс.       Итачи аккуратно расставил кроссовки Саске на полку и появился в проходе со скрещёнными руками. Пока загружалась игра, появилась короткая возможность поиграть в злобные гляделки.       — Гей. Серьёзно? Я у неё почти номер взял! — Итачи вскинул руки. — Какого хрена?       — Бесишь. Тебе значит можно кадрить тёлочек на мотоцикле, а мне нельзя.       Итачи опустил руки на пояс.       — Серьёзно? Из-за этого? Я думал, мы закончили тот разговор. Неделя прошла! — сказал он, как будто срок давности имел значение не только для протухшего йогурта.       — Это ты его закончил, — так и ответил Саске, затем отвлёкся на панель входа и ткнул «продолжить игру».       Итачи вздохнул и провёл ладонью по лицу.       — Я могу тебе дать мотоцикл только при условии, что буду присутствовать, — «смилостивился» он. Тем временем игра загрузилась.       — Не надо, спасибо, — сухо отозвался Саске.       — Что тебя не устраивает? — спросил Итачи, как будто оно и без того было непонятно.       — Я могу ездить без рук и с закрытыми глазами, а ты мне не доверяешь прокатиться пару кварталов в одиночку, — не удержался Саске, прыснув яда в голос.       — Ещё раз я услышу «без рук» и «закрытые глаза», особенно в одном предложении и ты вообще больше за руль не сядешь, это понятно? — Саске поёжился от строгого тона. Чёртов Наруто!       — Понял, — мрачно ответил Саске. — Только ты угрожаешь, а не решаешь проблему.       Итачи закатил глаза. Ему вовсе необязательно было знать, что Саске собирался не просто «прокатиться пару кварталов», а прокатить пару кварталов Сакуру, которая будет обнимать и прижиматься к его спине, пока стрелка на спидометре увеличивается. Саске проигнорировал, когда Итачи сел рядом, раскинув руки по спинке дивана.       — Я же объяснял, по какой причине против, — его снисхождение в голосе ощущалось почти физически.       — Угу.       — Я могу свалить на выходных, чтобы квартира была в твоём распоряжении, — прозвучало «прекрасное» предложение.       — Зачем?       — Ну ты же определённо хочешь повыпендриваться. Куплю вам пиво, вкусняшки, а сам у Дейдары переночую.       — Будете друг другу косички заплетать? — Саске не мог упустить столь удачную возможность поехидничать.       Итачи усмехнулся.       — Может быть.       — Мне не нужна пустая квартира, — отрезал Саске. Он, конечно, представил, как приглашает Сакуру, они пьют пиво, а затем сидят на диване и целуются. Но это нисколько не впечатляет! Они с идентичным успехом могли бы целоваться на мотоцикле. И это гораздо романтичнее!       — Какой тогда компромисс тебя устроит? — поинтересовался Итачи.       — Никакой.       Саске готов был поспорить, что Итачи снова закатил глаза.       — Тогда всё остаётся на своих местах.       — Почему? — от несправедливости хотелось взбрыкнуть, но это бы точно доказало незрелость Саске.       — Потому что я переживаю за тебя, — тепло ответил Итачи. — Можешь хоть полночи где-нибудь мотаться, если телефон будет включён. Но ты ещё не понимаешь всю ответственность вождения.       — Я понимаю! Я же сто раз сказал, что буду осторожен! — Саске-таки раздосадованно обернулся. Итачи оказался не впечатлён этим громким заявлением.       — Не кричи. Мы разговариваем спокойно.       — Угу, — захотелось перекривлять этот менторский тон, но Саске снова отвернулся. Там, где его персонажа нещадно херачили мобы, было уютнее и посвободнее.       — Ты никуда не поедешь без сопровождения. Конец дискуссии.       — Угу.       «Конец дискуссии», разумеется. Перевод: «Закрой рот и не больше не возникай, пока я добрый». Саске залипал в экран и агрессивно тыкал на джойстик, уничтожая врагов. Мобы сливались от такого жестокого обращения особенно быстро, не успевая даже базовую атаку юзнуть. Итачи резко оказался позади Саске, прилипчиво обнимая его со спины.       — Ты нарушаешь моё личное пространство, — процедил он, собирая выпавший лут.       — Ты расстроен, зол, думаешь, что я тебя не понимаю и вообще я самый последний козёл, — вещал Итачи в его левое ухо. Чёртов ангелочек.       «Сакура будет в восторге. Если ты, конечно, не ссыкло», – возникло демоническое напоминание.       Логика и рациональность – девиз семьи Учиха. Преподаватели хвалили Итачи за рассудительность, не по годам развитую. И ругали за такую же беспечность. На выпускной он заехал в школу на мотоцикле. В тот же год, что Итачи выпускался, Саске заканчивал первый класс и учителя не были впечатлены, когда Саске, в порыве ревности (ибо нефиг было так восхищённо палить на его старшего брата) врезал Наруто. Тогда у них появилась следующая совместная фотография: Итачи гордо восседает на железном коне посередине школьного холла, держа в руках аттестат, а на заднем фоне маленький кулачок Саске впечатывается в лицо нихрена не выкупающего Наруто.       Именно поэтому Саске решительно не понимал, по какой причине Итачи не даёт ему сделать настолько безобидную вещь, как покататься вечером на мотике! В его легенде, смягчающей обстоятельства, в одиночку.       То есть ему можно было всякую хрень творить, а Саске – нет. Что за двойные стандарты?       — Ты бы даже не спрашивал разрешения у родителей, — колко заметил Саске. Итачи никак не отреагировал. Он замотал его в кокон и явно не планировал отпускать.       — Я же сказал, что мы заканчиваем этот бессмысленный диалог. Это было последнее предупреждение, Саске.       Саске сглотнул и понадеялся, что это было негромко.

(/^-^(^ ^*)/ ♡

      — Три дня до дня рождения Сакуры-тян, Саске-кун, — подобно предвестнику надвигающейся катастрофы, напомнил Наруто. Они шли по школьному коридору, Саске крепко держал лямку рюкзака и подумывал над профилактическим ударом по роже своему лучшему другу.       — Ты думаешь, я не знаю? — прорычал Саске.       — Думаю, она отпразднует его в компании подруг, а затем отправится спать, потому что кое-кто испугался позвать её на свидание, — цыкнул Наруто.       Саске часто хотелось его встряхнуть. Например, сейчас. Ну не может же он сказать, что ему Итачи не разрешил! Тогда сразу растеряется вся крутость.       — Отвали.       — Хах, говорю же, ссыкло!       — Ещё раз ты меня так назовёшь и я тебе всеку.       — Как стра-ашно, даттебаё, — Наруто отшатнулся, смеясь.       — Без тебя разберусь.       — Саске! — он невольно улыбнулся, услышав звонкий голос.       Сакура так бесила. Постоянно совала нос, куда не надо. Лезла в их с Наруто драки, разнимала, вечно спрашивала, сделал ли Саске чёртовы уроки и прочее, прочее… Пока он однажды не увидел её, плачущую на остановке, потому что она опоздала на последний автобус. Саске и не думал, что на ком-то слёзы могут так красиво блестеть.       — Ты снова забыл, — Сакура протянула ему пенал, они соприкоснулись пальцами.       — Спасибо.       Он мог бы заметить прошедший между ними ток, но его не было. Был только ехидный Наруто, весело поглядывающий за ними со стороны.

~

      — Два дня до дня рождения Сакуры-тян, Саске-кун. Интересно, вы сочетаетесь по гороскопу? — тихо спросил он сам у себя, втыкиваясь в телефон.       — Ты чё думаешь, у меня календаря нет?       — Здесь написано, что совместимость Овна и Льва – восемьдесят восемь процентов. Вы прекрасно друг друга дополняете, — со знанием дела сказал Наруто. — О-о-о, стопроцентная сексуальная совместимость.       — Ещё одно слово и я тебе всеку, — прошипел Саске.       — Прекращайте разговоры! Узумаки, Учиха! — строго оборвал учитель.       Наруто отложил телефон на край стола и невинно вскинул руки. Саске уткнулся в учебник, иногда бросая неопределённые взгляды на Сакуру. Она сидела на первой парте с прямой спиной, а Ино шептала ей что-то на ухо. Густые волосы Сакуры, собранные в хвост, так и хотелось потрогать, распустить… Интересно, он ей тоже нравится?       — Не видать тебе девушки, Саске-кун… Ай!       Саске бесстыдно воспользовался чужой уязвимостью и ткнул его локтем под рёбра.       — Ещё один звук и вы пойдёте в кабинет директора!       Сакура обернулась и окинула их убийственным взглядом. Но на Саске, по его личным ощущениям, она задержалась чуть дольше.

~

      — Кстати, ты в курсе, что завтра день рождения Сакуры? Я не совсем уверен, что ты помнишь, поэтому…       Наруто ловко увернулся от летящей в его сторону палочки, которую Саске вертел в руке.       — Я же для тебя стараюсь! — притворно возмутился Наруто.       — Ты переусердствуешь. Тебе сколько раз повторять – отвали! Я придумаю что-нибудь другое!       — Например? — вовсе не любопытно спросил Наруто. — Праздник уже завтра. Что ты придумаешь за, — он глянул на время, — восемь часов и сорок три минуты.       — Ну не в двенадцать же ночи я буду её поздравлять! — вспылил Саске.       — Девочки, кстати, такое любят. Они иногда даже подводят итоги, считая, сколько человек их поздравили. А самых первых ценят больше всего.       — Откуда ты это, чёрт возьми, знаешь?       Наруто пожал плечами.       — Эй, ребята! Вы куда свалили? Хоть бы подождали, что ли, — недовольно пробурчала Сакура, подбегая к ним. Саске заметил, что она совсем прохладно одета.       Наруто быстро скинул с себя оранжевую ветровку и протянул Сакуре. Саске ещё никогда не хотел научиться убивать взглядом. Тем не менее, некоторых желаний следовало опасаться. Наруто лишь пожал плечами, мол, либо ты делаешь выбор, либо продолжаешь страдать хернёй, пока лучший друг обхаживает твою будущую девушку.       — Не ожидала, что так похолодает. Вы придёте завтра?       — Ещё спрашиваешь, даттебаё!       — Саске-кун? — Сакура приподняла брови.       И в этот момент Саске понял: пошёл нахрен Итачи. И Наруто туда же, потому что нос свой вечно суёт, куда не просят.       — Куда ж я денусь, — хмыкнул Саске. Разве что, в гроб. Особенно после того, что с ним сделает Итачи, когда Саске угонит его мотоцикл.       Перед ним отчётливо загорелась табличка, подобная выбору в компьютерной игре.

Варианты ответа:

1. Четвертование.

2. Расчленение.

3. Сожжение на костре.

      Удивительно, как разум, увлечённый азартом, игнорирует последствия. Хотя Саске пока ничего и не сделал: лишь подумал о том, что хочет сделать.       Куда ж он денется-то. Действительно.       Дом встретил его запахом жареного удона и смехом. Саске прошёл на кухню. Там Итачи поедал лапшу и болтал по телефону. Он подмигнул в знак приветствия, на что Саске показал ему шаку и принялся накладывать порцию.       — Вызов принят, — тем временем, продолжал Итачи. — Когда и во сколько?       Саске навострил уши.       — Окей, значит, завтра в одиннадцать. Чур ты за рулём, я один раз уже с похмелья искал свой агрегат по всем платным стоянкам. Чё-то не прельщает больше. Сука, да не о том агрегате я говорю. Ласточку искал. Ой, да иди в пизду.       Саске приглушённо ржал в толстовку, пока ставил еду на стол.       — Милые бранятся – только тешатся. Дейдара? — деликатно поинтересовался он, стоило Итачи положить трубку. И добавил сочувствующе: — опять бухать зовёт?       Итачи придал интонации важности:       — Не «бухать», как вы, молодой человек, выразились. А оценивать конкурентоспособность заведения.       — Значит, завтра в одиннадцать? — Саске зацепил губами лапшу и громко её всосал.       Итачи кивнул.       — Жаль, что не смогу провести тебя в этот героический путь, братишка, — Саске скорбно вздохнул. — Буду на дне рождения Сакуры.       — О-о-о, — Итачи оживился. — Это та девчонка, которая тебе нравится?       — Отвали.       — Эхе-хе, в смысле – отвали?! Это моё право как старшего брата. Я обязан тебя унижать, спрашивать неприличные вещи и выглядеть круто перед твоими друзьями, — напомнил Итачи.       Саске скептически приподнял брови.       — Надеюсь, ты приготовил ей подарок? Ей сколько исполняется? Шестнадцать? — воодушевился Итачи.       Саске молчал, всем своим видом источая неодобрительность. Ну да, приготовил подарок. И лучше бы Итачи никогда о нём не узнал. Молчание Саске внешне не выражало тайн. Он ничем не выделялся от повседневного поведения, но отчего-то же было чуточку не по себе. Совсем малость. Совесть спала как убитая, характер показывала тревога. Он несколько опасался реакции Итачи, если тот узнает. Очень быстро весёлый братец мог стать причиной его страданий, дай лишь повод. А повод представлялся охренеть какой!

~

      Саске сидел во тьме и ждал, когда Итачи наконец слиняет, позволив вернуться в квартиру за ключами от мотоцикла. Наруто скидывал фотки, как он бесстыдно пожирает заготовки Харуно-сан, подарков, которыми одарили Сакуру подруги и себя в компании девчонок.       Саске быстро выключил телефон, стоило издалека показаться знакомым очертаниям. Машина Дейдары остановилась у их подъезда. Итачи вышел примерно через минуту, запрыгивая на переднее пассажирское. Саске сжался в укрытии как мог. Уровень его тревоги повысился, когда они проезжали мимо него, освещая всё вокруг этими грёбаными фарами. Из машины звучала громкая музыка.       Итачи никогда не возвращался домой, потому что забыл выключить утюг или оставил важный документ на столе. Однако, заходя в квартиру, Саске то и дело оглядывался. Потом он выдохнул, осознавая, что сам может оправдаться забывчивостью. Ответить «забыл подарок» и не прикопаешься.       Прихожая благоухала ароматом ежевики и освежающей древесины. Запах духов, которыми пользовался Итачи. Ключи от мотоцикла висели на крайнем у входа крючке. В ладони они казались непривычно тяжёлыми, чужеродными.       Мотнув головой, Саске подхватил один шлем с тумбочки и побежал на парковку. Телефон в кармане неустанно вибрировал и Саске был уверен, что это Наруто кидал ему новые идиотские фотографии.       Мотоцикл выделялся на фоне прочих машин и занимал привычное место на парковке. Как, впрочем, и вчера, и день до этого, и даже неделю назад. Саске выключил сигнализацию и провёл ладонью по прохладной чёрной коже, гладкому металлическому топливному баку и замер. Итачи его убьёт, когда узнает.       «Если узнает», – поправил он себя мысленно. Никак пытался успокоить нервы, словно иллюзорные фантазии и впрямь могли уберечь от неминуемого.       Он оглянулся, точно вор-новичок, никого не заприметил и сбил подножку. Тяжесть мотоцикла навалилась на трясущиеся от нервов руки. Улица была пуста и озарена фонарями. Сосед давно ушёл с балкона, заряженный вечерней дозой никотина. Саске ещё не приходилось самостоятельно выезжать с парковки. Несмотря на тревогу, некоторый триумф всё же чувствовался. Как и страх.       Телефон ещё раз требовательно завибрировал. Саске, вопреки всему ожидая получить сообщение от Итачи: «Рой себе могилу», – всё-таки заметно вспотел, увидев, что о́ный ему написал. Но Итачи лишь прислал видеосообщение из машины с ехидной мордой.       — Если ты не пососёшься, можешь не возвращаться домой. Дейдара, подтверди.       Итачи перевёл камеру на заднюю и показал лицо абсолютно серьёзного Дейдары, который ехал за рулём. Волосы его были в хвостике.       — Подтверждаю, uh.       Саске написал в ответ «п.н.х» и уточнил, как скоро они начнут заплетать друг другу косички. Задумался и через секунду добавил: «А говорил – не гей».       Итачи прислал стикер с хомяком, который смущённо показывает фак.       Саске бы даже менее нервно посмеялся, не будь он сейчас в некой ситуации, явно отличающейся от представления брата, чем он должен в данный момент заниматься. Впрочем, следующее присланное сообщение заново пробудило азарт. [Сакура] 11:13 pm. Ты не придёшь?       Сорок три сообщения от Наруто читать было бессмысленно, тем более что последнее непрочитанное от него жгло явно сильнее предыдущих. [Нарик] 11:07 pm. ссыкло       Он заблокировал телефон и резво запрыгнул на мотоцикл. Его уже не волновала парковка, страх и опасность затеи. Саске уверенно завёл мотор и поехал спасать холостяцкое положение.

~

      Двор возле частного дома, где жила Сакура, был освещён небольшими светильниками. Саске, убавляя скорость, остановился у подъездной дорожки и снял шлем, вдыхая приятный аромат цветущей вишни. Сакура цвела на день рождения Сакуры.       Шторы гостиной были распахнуты, за приоткрытым окном слышался приглушённый смех Ино и Наруто. Последний смотрелся канонично в компании девчонок. Отчего-то он быстро находил с ними общие темы для разговора. Саске без зазрения совести шутил, что они видят в нём себе подобного.       Он стоял, оперевшись на бордюр и наблюдал за их маленькими посиделками, не осмеливаясь сделать первый шаг. Затем напомнил себе, что он не ссыкло и решительно набрал номер Сакуры. Она сидела на диване в окружении подруг и с такого расстояния было не видно её лица.       Один гудок. Второй. Она точно не возьмёт трубку. Третий. Это была плохая затея. Четвёртый. Он определённо опоздал. Пятый.       — Привет, — Сакура ответила.       — С днём рождения, — с улыбкой поздравил Саске. Температура воздуха будто повысилась на несколько градусов.       — Спасибо, — её голос был подобно оттепели. Как будто она больше не ждала, покрывшись прохладной корочкой, но резко начала оттаивать.       — Выйдешь на улицу? — спросил Саске.       Тишина. Смех на заднем фоне.       — Да, конечно.       — Жду.       Она положила трубку, что-то сказала гостям и скрылась в коридоре, где её уже не было видно. Саске пришло уведомление. Он, всё ещё беспокойно, открыл мессенджер и увидел: [Нарик] 11:47 pm. моё уважение (~˘▽˘)~       Саске закатил глаза и блокнул экран. Щёлкнула входная дверь и Сакура вышла на крыльцо. Саске улыбнулся. Она была одета в бежевую вязаную кофту с длинными рукавами, в которой выглядела очень нежно и по-домашнему. Подойдя ближе, её немного затуманенный взгляд пробежался по фигуре Саске и остановился на его тёмных глазах.       — Прокатимся? — спросил он.       Сакура коротко кивнула и забралась на сиденье. Саске протянул ей шлем, который сам не удосужился надеть.       — Обними меня за талию и держись крепко, — проинструктировал он, когда её голова оказалась в безопасности. Сакура обхватила его как было велено и мотоцикл задребезжал, а светодиоды загорелись красным. — Готова?       — Угу.       Саске погазовал на месте, несомненно, привлекая внимание друзей Сакуры. Теперь-то мотоцикл было видно очень хорошо и выглядело это без сомнения круто. Сакура крепче прижалась к его спине и внутри от этого разлилось тепло. И он тронулся навстречу спящему городу.       Как и многие люди, Саске владел собственным особым местом. Таким, куда приходишь, когда хочешь побыть один и помолчать. Послушать приятный шелест листьев, пение птиц и понаблюдать за жизнью. После смерти родителей он часто здесь бывал. Тогда ещё они многое не понимали. Саске не понимал, почему Итачи уходит из дома и возвращается пьяным. Итачи не понимал, почему Саске приходит из школы в синяках и молчит.       Однажды десятилетний Саске, преисполненный ненужностью, после школы пошёл не домой, а сюда. Нашёл это место случайно, как обычно бывает и сразу понял, что ему здесь спокойно. Телефон давно разрядился, на улице стемнело и стало заметно прохладнее. Тогда он первый и последний раз увидел слёзы Итачи. И они наконец поговорили о той пустоте, что было нечем заполнить, на месте которой раньше была семья.       Она разливалась внутри, тягуче переливаясь по артериям, напоминая, что её уже ничем и никогда не восполнить. Тогда они поняли, что роднее у них больше никого не осталось. Может, утрата и невосполнима, но... Боль – она настоящая. Как и они друг у друга. И пока они рядом, вместе, то обязательно со всем справятся.       Саске припарковался на гравийной дорожке. Фары освещали мрачного вида кусты: того и гляди, оттуда покажутся óни. Сакура не поменяла позы и Саске было решил, что она уснула во время дороги. Но нет. Несмотря на шлем, он готов был поклясться, что в её глазах отражается недоумение, мол, чего потревожил? Он улыбнулся и уточнил:       — Я приехал.       Сакура будто нехотя разжала руки, лениво потянувшись, чтобы снять шлем. Стоило ей отпрянуть и Саске почувствовал толику грусти, но когда увидел её растрепавшиеся волосы и пьяненький взгляд, то сразу передумал расстраиваться.       — Где мы? — полюбопытствовала Сакура, оглядываясь по сторонам. Саске помог ей слезть с мотоцикла и поставил сигнализацию. — Здесь красиво.       Голос Сакуры был расслабленным и Саске готов был слушать его вечность, настолько приятно он звучал в окружающей их темноте.       — Это точно. Пойдём, — он поманил её следом. Сакура взяла его за руку, ступая по неровной дорожке. Её ладонь была очень мягкой. — Я здесь часто бываю.       — Безлюдный уголок в шумном городе…       — Ну, не совсем, — усмехнулся Саске. — Гравий-то кто-то насыпал. Может, мы вообще на чьей-то территории и скоро сюда придут полицейские с собаками.       — Это определённо кому-то принадлежит, — Сакура кивнула на полустёртую табличку «частная собственность».       — Значит, я всё это время нарушал закон.       Сакура посмеялась с его невозмутимости.       Место было уникально тем, что оно выходило к обрыву, откуда был прекрасный вид на город и реку. Она отражала сотни городских огней и свет Луны, а слабые волны настигали берег и терялись в глубине и ширине вод. Вокруг тянулись ввысь раскидистые деревья, чьих названий Саске не знал, но под ними можно было спрятаться.       Сакура обняла себя за плечи, заворожённо наблюдая за плавным течением. Саске тихо стянул кожанку и осторожно накинул на чужие плечи.       Молчание он решил прервать идиотским вопросом:       — Сколько людей тебя поздравили с днём рождения?       Сакура удивлённо вздёрнула брови.       — Без понятия. А надо знать?       Саске усмехнулся.       — Наруто считает, что да. А ещё, что вы цените тех, кто поздравил одним из первых.       — Хах, прямо сейчас я ценю только одного человека, — она широко улыбнулась и добавила с искренностью в голосе: — спасибо, что забрал меня с этой скучной вечеринки.       Саске спрятал руки в карманы.       — Тебе здесь весело?       — Мне здесь хорошо.       — Я рад.       Сакура улыбнулась, а затем сделала то, чего Саске абсолютно не ожидал, но постарался не облажаться. Она положила руки ему на плечи и осторожно, будто прикасаясь к хрупкому фарфору, приблизилась, накрыв его губы своими. Несмотря на прохладу, вдруг стало очень и очень душно.       Её губы оказались очень мягкими. Мягче рук. Не то, чтобы Саске был специалистом, поэтому и приятно удивился. Сакура отпрянула, кажется, слишком быстро. Взгляд её был ясным и зачаровывал. Некрепкий алкоголь в нём сменился эндорфином и дофамином. Да и Саске заметил, что нагрелся не от стресса, а счастья, вспышкой озарившего каждую клеточку тела, куда поступает кровь с её бесконечными запасами гормонов радости.       Если бы он знал, что целоваться так приятно, то сделал подобное гораздо раньше.       — Наруто что-то болтал про совместимость и идеальное сочетание Овна и Льва. Кажется, он имел ввиду то, что твоя смелость отлично дополняет мою нерешительность, — сказал Саске на выдохе, пока не передумал. Он не совсем представлял, что полагается говорить в таких случаях, но думал, что бессмысленная болтовня подойдёт неплохо под любое мероприятие.       Сакура засмеялась.       — Он как-то слишком много болтает, тебе не кажется? — её умиротворённую сонливость в голосе как рукой сняло.       — Да, наверное, есть такое, — неловко улыбнулся Саске, а внутри заликовал, что у лоха-Наруто, специалиста по девчонкам, самого нет отношений. Его голос, напротив, стал куда ниже и тише.       — Тебе бы тоже лучше помолчать и поцеловать меня ещё раз, — сказала Сакура.       …К слову, они так и не поцеловались на мотоцикле. Пока что.       Жизнь хороша.