Поворот не туда..

Рейн сидит у высокого окна в своём покое, обрамлённого тонкими витражами, пропускающими мягкий лунный свет. Их поза расслаблена, но в ней чувствуется внутренняя сосредоточенность: ноги слегка поджаты, локоть опирается на колено, а в руке они держат кристальный шар, переливающийся холодным серебряным свечением. Глаза Рейна устремлены на шар, в котором отражаются загадочные тени, словно внутри него заключены звёзды ночного неба. В комнате царит тишина, нарушаемая лишь лёгким дыханием ночного ветра, пробирающегося сквозь щели оконной рамы. Эта тишина наполняет пространство, кажется, что даже время замедлилось, позволяя Рейну погрузиться в свои мысли. Их лицо спокойно, но в нём читается глубокая задумчивость — они словно пытаются разгадать неведомую тайну, скрытую в этом светящемся артефакте. Дверь тихо приоткрывается, и внутрь осторожно входят двое слуг. Они замерли на пороге, явно не желая нарушать этот момент созерцания, но всё же вынуждены прервать молчание. — Господин Рейн, — начинает один из них с ноткой уважительного трепета в голосе, — ребёнок, о котором вещали пророчества, появился на свет этой ночью. Он родился под светом полной Луны, Солнца и других наших богов! Рейн медленно отводит взгляд от шара, их глаза, серебристо-пепельные, будто наполненные светом того же самого ночного небосвода, медленно поднимаются к слугам. На лице появляется лёгкая, едва уловимая улыбка — скорее знак понимания, чем радости. — Луна благосклонна к этому миру, — спокойно отвечает Рейн, их голос тихий, но звучит так, словно в нём отражается эхо целой ночи. — Расскажите больше. Где он? Слуги, заметив внимание Рейна, наклоняются чуть ниже в знак почтения. Один из них продолжает: — Ребёнок родился в деревне, человеческого мира. Его мать утверждает, что видела сон о вашем появлении перед его рождением... Но она не знает о том что мы существуем — рука первого махнула в сторону и сам он вздохнул — Но через несколько лет... Ребенок рождённый с помощью нашей силы прийдёт к нам.. Рейн кивает, их взгляд снова устремляется на шар. Внутри теперь начинает проявляться что-то новое — слабое свечение, похожее на пульсирующий отблеск далёкого света. — Они всегда говорят с нами через такие знаки, — произносит Рейн почти шёпотом, словно больше для себя. Затем, поставив шар на резной подоконник, они плавно поднимаются, их движения наполнены грацией и лёгкостью. — Следите за этим созданием. Как прийдёт время, то мы начнем это дело. Слуги поспешно склоняются и покидают комнату, а Рейн ещё на мгновение остаётся у окна, глядя, как свет Луны заполняет шар, будто впитывая в себя обещание грядущего.