Смотри моими глазами

      Сначала Вай не может понять, почему поведение Кейтлин так резко меняется: от нежных касаний и поцелуев до резкого холода в одно мгновение. Девушка списывает все это на недавние события, ведь не только ей одной пришлось пережить тяжёлую утрату. Вай не может себе представить, насколько это сложно – в один день потерять способность полноценно видеть, ориентироваться в пространстве и, в конце концов, стрелять.       Она поддерживает, она всегда рядом, она обнимает ее ночами, успокаивает, но всего этого будто оказывается недостаточно, чтобы пробиться сквозь стену, которую Кейтлин начала выстраивать между ними. Теперь Кейтлин все чаще злится, когда Вай пытается помочь ей, аккуратно придерживая за талию, чтобы она в очередной раз не врезалась в тумбочку, что стоит слева от их кровати. Вай чувствует, как раздражение вспыхивает в Кейтлин и разгорается с каждым днём всё сильнее, когда вместо того, чтобы как обычно принять помощь, она начинает отталкивать ее. Вай пока не до конца понимает, почему ее искренняя забота и переживания воспринимаются именно так – резко, с раздражением.       Пока Вай не знает, как попытаться избавить Кейтлин от ее тяжелой ноши, которую та даже изначально не хотела принимать. Вай не может до конца понять, что такое семья в понимании Кейтлин. Ей всего лишь хочется, чтобы Кейтлин забыла о том, что она Кирамман. Хотя бы на мгновение, хотя бы рядом с ней.

***

      – Черт... – Вай поднимает голову с подушек, когда слышит приглушённо ругательство из ванной и звук разбитого стекла.       Девушка не медлит, когда приближается к двери ванной, но ее рука все равно замирает в нерешительности на мгновение, как только она касается дверной ручки. Вай вспоминает, что Кейтлин говорила ей, что она не хотела бы, чтобы Вай видела последствия ее травмы. За все это время девушка не раз говорила Кейтлин, что она прекрасна с этой повязкой на глазу, даже пыталась мягко пошутить, но все это было воспринято в штыки, и ей пришлось отступить, чтобы дать Кейтлин время самой принять это.       Вай не знает, сколько времени она стоит под дверью, сжимая руки в кулаки, борясь с желанием зайти и помочь Кейтлин. Она слышит ещё несколько ругательств, прежде чем различает среди других звуков тихий всхлип, который начинает переходить в плачь, и тогда Вай сжимает кулаки ещё сильнее, впиваясь ногтями в ладони. Она не может найти в себе силы переступить черту. Всего одно движение руки и пара шагов – так близко и одновременно так далеко. Вай чувствует, как внутри ее что-то снова ломается, когда плачь за дверью не прекращается даже спустя какое-то время. Ее рука снова замирает над дверной ручкой, пока она наконец не решается слегка приоткрыть дверь, стараясь не спугнуть Кейтлин.       – Кейт?       Вай все ещё стоит в проёме двери, неуверенно перебираясь с ноги на ногу, ожидая, что сейчас ее снова оттолкнут. Но спустя пару долгих секунд, показавшихся ей вечностью, она не слышит ничего в ответ и принимает это для себя как знак действовать дальше. Вай осторожно подходит ближе и замечает разбросанные на туалетном столике бинты, марлю и лекарства. Следом она видит Кейтлин – ее Кейтлин, разбитую, подобно одной из склянок с лекарствами. Ее плечи слегка подрагивают, дыхание сбилосьот слез, когда она поднимает голову, наконец замечая Вай. На секунду девушке кажется, что в этом взгляде она видит немую мольбу уйти, забыть, что она только что увидела. Кейтлин не хочет, чтобы ее видели такой сломанной, внезапно понимает Вай.       Кейтлин не сопротивляется, когда Вай опускается перед ней на колени, и накрывает ее руку своей. Она опускает голову, стараясь не встречаться взглядом с Вай, но чувствует, что одного присутствия девушки рядом достаточно, чтобы она начала немного успокаиваться.       – Я не могу... – голос звучит так тихо и хрипло, так незнакомо, что у Вай сжимается сердце.       Вместо ответа она проводит большим пальцем по руке Кейтлин в успокаивающем жесте. Может быть сейчас ей не нужны ободряющие слова? Может сейчас она хочет, чтобы Вай просто побыла рядом?       – Это все так сложно, – рука Вай поверх ее руки сжимается сильнее, когда она снова слышит тихий всхлип от Кейтлин, – Я почти ничего не могу сделать без чьей-либо помощи, черт возьми. И это.... Мой глаз… Этот шрам...       На этот раз Вай не выдерживает и поддается вперёд, обхватывая свободной ладонью лицо Кейтлин, вытирая вновь поступившие слезы. Ей невыносимо видеть и осознавать, что она ничем не может помочь Кейтлин, пока она продолжает отталкивать ее все дальше и дальше.       – Не смотри, – Кейтлин упрямо отворачивает голову в сторону, стараясь скрыть от взгляда Вай шрам на правом веке, не скрытый повязкой, как обычно.       Сейчас Вай не хочет снова отступать назад, позволяя Кейтлин одной тонуть в своем горе, поэтому она с мягкой настойчивостью поворачивает ее голову обратно к себе, обхватывая ладонями ее лицо и заставляя посмотреть на себя.       – Кексик, чтобы ты ни говорила, ты всегда будешь самой прекрасной для меня, – ее голос тихий и почти похож на шепот, но она уверена, что Кейтлин ее слышит, видя, как она меняется в лице, – Всегда, помнишь? Я буду рядом, только позволь мне помочь тебе, хорошо? Нет ничего постыдного в том, чтобы просить помощи, когда ты в ней нуждаешься.       Взгляд Вай смягчается, когда она видит, как губы Кейтлин приподнимаются в слабой, но искренней улыбке и она прижимается щекой к ее ладони. Когда рука Вай тянется, чтобы заправить Кейтлин волосы за ухо, она больше не сопротивляется и позволяет Вай получше рассмотреть свежий шрам.       – Выглядит не слишком ужасно? – Кейтлин с надеждой смотрит на Вай, когда она внимательно рассматривает шрам.       – Прекрасно, – завороженно выдыхает Вай, аккуратно проводя подушечками пальцев по неровной части шрама, – Всегда хотела себе девушку-пирата, знаешь ли.       – Ты должно быть шутишь? – Кейтлин расслабляется под мягкими прикосновениями и не может сдержать улыбки.       – Ни в коем случае, Капитан Кексик, – Вай опускает руку ниже, приподнимая пальцами подбородок, – Или может быть лучше Кексик-пират? Как тебе нравится больше?       – Боже, заткнись, – Кейтлин шутливо шлёпает по руке Вай и уже не может сдержать смеха, не тогда, когда Вай так умело разряжает обстановку, заставляя ее забыть о том, что буквально десять минут назад она не находила себе места и плакала, – Ты невыносима.

***

      Вай кажется, что теперь все становится немного лучше: Кейтлин теперь не огораживается от нее высокой стеной и перестает искать в каждом ее действии намеки на жалость. Она становится мягче, когда теперь каждый вечер Вай с глупым и присущим только ей упрямством настаивает, чтобы помочь. Кейтлин не может перестать сдаваться каждый раз, видя во взгляде напротив безусловную любовь.       – Задумалась о чем-то? – Кейтлин мелко вздрагивает, когда Вай подходит к ней сзади и проводит ладонями вдоль ее талии и притягивает ближе к себе.       Их обычный вечер теперь всегда завершается так, почти каждый раз повторяя последовательность предыдущего. Только сейчас Вай замечает слишком видимую неуверенность Кейтлин, которая касается не только ее беспомощности, как она сама обычно называет последствия своей травмы. Это где-то глубже, и Вай хочется добраться до этого, вытащить наружу, избавить Кейтлин от еще одного сорняка в ее душе.       – Нет, – она кладет руку поверх руки Вай и кладет голову ей на плечо, – Все в порядке.       – Врешь, Кексик. Я всегда знаю, когда с тобой что-то не так, – Вай недовольно хмыкает, утыкается носом в шею и проводит линию до подбородка, поднимается выше, оставляя короткий поцелуй в уголках губ, – Признавайся.       Кейтлин коротко выдыхает, слегка сжимает руку Вай для уверенности, но не отстраняется. Она устремляет взгляд на зеркало напротив них и в напряжённой задумчивости прикусывая губу, не находя правильных и подходящих слов. Ее взгляд скользит по силуэту Вай в зеркале, подмечает каждый шрам: на нижней губе, на виске, на руках, обнимающих ее. Для Кейтлин они все на вид подобны произведению искусства, но проблема в том, что она не может сказать того же о себе. Ее рука непроизвольно поднимается выше по лицу и останавливается около шрама на веке. Он уже более привычный ее взгляду, чем раньше, но все ещё вызывает в ней противоречивые чувства – она как будто получила на память физическое доказательство того, что она оступилась, сделала неправильный выбор. Кейтлин это не нравится. Кейтлин не нравится думать о том, что это может как-то оттолкнуть Вай, но она не решается спросить ее об этом напрямую.       – О, – Вай наблюдает за отражением Кейтлин в зеркале, и внезапно до нее начинает доходить суть проблемы, – Тебя беспокоит этот шрам, Кейт?       Кейтлин не отвечает, лишь слабо кивает, встречаясь со взглядом Вай в зеркале, в котором внезапно вспыхивает искра, а хватка на ее талии становится крепче и настойчивее.       – Ты же не думаешь о том, что с этим ты стала менее привлекательной для меня? – Вай наклоняется ближе, понижает голос до хриплого шёпота.       Кейтлин не может ни подтвердить, ни опровергнуть. Ответ вертится на языке, но Вай, кажется, полностью избавляет ее от необходимости думать, когда начинает выводить понятные только ей одной узоры по шелковой ткани халата и прижимается ближе. Кейтлин в последний раз оборачивается, чтобы заметить характерный блеск в серых глазах и одно единственное желание: сейчас Вай жизненно необходимо, чтобы преграда в виде халата исчезла с ее тела как можно скорее. Сейчас Вай снова нужно доказать ей, что она ошибается, позволяя таким мыслям крутиться у нее в голове.

***

      – Ну же, Кейт, посмотри.       Кейтлин тяжело дышит, стараясь не отрывать взгляда от своего отражения, когда руки Вай мягко очерчивают ее талию и поднимаются выше, к груди. За последние десять минут она не перестает задаваться вопросом: кто черт возьми вообще додумался поставить в ее спальне зеркало напротив кровати? Однако Вай это пришлось сегодня как нельзя кстати, и Кейтлин не может отрицать, что она начинает перенимать ее настроение.       – Видишь? – Вай притягивает ее ближе, усаживая к себе на колени, плавно возвращая руки к груди, – Все в тебе прекрасно.       Кейтлин прикусывает губы, когда следит взглядом за рукой Вай, которая сначала мягко проводит пальцами по груди, а после сжимает сосок, вырывая из нее тихий стон. Она не знает, что сейчас ее возбуждает больше: то, каким образом Вай решила залатать трещины в ее неуверенности или то, как Вай прикасается к ней. Всегда правильно, всегда с мягкой настойчивостью, всегда с любовью, всегда так возбуждающе. Кейтлин откидывает голову назад, с нетерпением желая найти ее губы, и тихо смеётся, когда промахивается и оставляет смазанный поцелуй где-то на щеке. Со второй попытки ей всё-таки удается поцеловать Вай, зарываясь рукой в мягкие розовые волосы, и настойчиво притягивая ее ближе. Кейтлин ловит губами стон Вай, когда прикусывает ее губу и слегка оттягивает. Она отстраняется лишь на мгновение, и понимает, что не сможет насытиться лишь одним – картина, открывшаяся перед ней слишком соблазнительна. В ее взгляде нет похоти или голода, и это кажется сейчас таким правильным. Кейтлин тянется к манящим губам снова, но Вай оказывается быстрее, с улыбкой уворачиваясь от ее.       – Не-а, Кексик, – она дразнится, намеренно не позволяя Кейтлин дотянутся до ее губ, покрывая поцелуями ее щеку, медленно спускаясь ниже к шее, – Сегодня ты получаешь удовольствие.       Кейтлин почти разочарованно стонет, когда Вай не позволяет ей слишком сильно увлечься, взять ситуацию под контроль, но все равно вытягивает шею, позволяя горячим губам провести дорожку поцелуев вниз. Ощущение горячего и влажного языка на коже заставляют Кейтлин свести бедра вместе. Вай самодовольно улыбается сквозь поцелуи, когда слышит вместе с рваными вдохами тихие стоны от Кейтлин. Осознавать, что именно она причина всего этого почти такая же восхитительно приятная, как и мягкая разгоряченная кожа под ее пальцами и губами. Вай не спешит, когда проводит рукой вниз, останавливаясь на внешней стороне бедра, желая прочувствовать и запечатлеть в памяти каждый изгиб и каждую неровность. Она чувствует, как Кейтлин вздрагивает, когда ее рука настойчиво разводит бедра, игриво проводя подушечками пальцев по более чувствительной, внешней стороне бедер.       – Кексик, тебе придется смотреть, – Вай отстраняется от ее шеи, обдавая ухо горячим дыханием, и проводит кончиками пальцев от бедра к лобку, спускаясь ниже и почти невесомо касается вульвы, – Иначе я остановлюсь.       Кейтлин в нетерпении поддается бедрами вперёд, желая ощутить прикосновения пальцев снова, ещё ближе, но рука Вай опускается на ее талию, удерживая на месте. Ей приходится окончательно принять правила игры, и она поднимает взгляд на зеркало, наблюдая, как рука Вай наконец-то движется, как она медленно проводит кончиками пальцев от входа до клитора, собирая тягучую влагу. На секунду она готова поклясться, что видит, как пальцы Вай, покрытые ее влагой, блестят в приглушённом свете спальни, но эта мысль быстро выбивается у нее из головы мягкими, но уверенными круговыми движениями пальцев вокруг ее клитора.       Вай не может оторвать взгляда от лица Кейтлин, на котором читается неприкрытое ничем удовольствие. Она оставляет короткий поцелуй на ее щеке, прежде чем опустить пальцы ниже, минуя чувствительный комок нервов. На мгновение она останавливается, позволяя себе рассмотреть Кейтлин в отражении– растрёпанные волосы, ниспадающие на плечи, тяжело вздымающаяся грудь, легкий румянец и о, этот взгляд. Вай знает, каких усилий Кейтлин стоит не отрывать взгляда от отражения, но она готова воздать ей за это усилие сполна, самым прекрасным из возможных вариантов.       – Я же говорила, Кейт, – Вай рвано выдыхает, когда чувствует, как ее пальцы обхватывает тягучее и чертовски мокрое тепло. Ее движения мягкие и размеренные, когда она раз за разом погружает пальцы внутрь почти до костяшек, наслаждаясь каждым стоном и неровным вдохом, срывающимся с губ Кейтлин. – Ты выглядишь просто потрясающе.       Кейтлин чувствует, как начинает распадаться на части не сколько от движения пальцев внутри нее, сколько от такого уверенного голоса Вай позади себя. Это слишком, кажется ей, она просто не может поверить, что действительно заслужила такого человека рядом. Вай будто сразу же чувствует ее отвлеченность и кладет руку на щеку, проводит большим пальцем губами притягивает для поцелуя. От такого мягкого и нежного жеста внутри Кейтлин как будто что-то взрывается. Это не горячо и не сексуально, но именно это ей нужно сейчас, и Вай с радостью готова дать ей это.       – Не отвлекайся и не думай, – она ловит губами следующий стон, когда загибает пальцы, находя особо чувствительное место внутри, – Просто расслабься.       Кейтлин позволяет себе закрыть глаза только в момент оргазма, пока приятное тепло тела Вай позади накрывает ее подобно тяжёлому одеялу. Она едва может восстановить дыхание, пока Вай продолжает выцеловывать ее лицо, уделяя особое внимание шраму на веке. Кейтлин едва находит в себе силы обхватить руками шею Вай, чтобы придвинуться ближе и уткнуться носом ей в шею, вдыхая такой родной запах.       – Каждый твой шрам прекрасен, Кейтлин, – Вай обнимает ее ответ, успокаивающе поглаживая по спине, – И, если придется, я буду говорить тебе это каждый день, ты же знаешь это. Ты просто так от меня не избавишься.       И под ровное и спокойное дыхание Кейтлин у себя на руках Вай наконец может поставить себе еще одну мысленную галочку напротив одной из решенных проблем.