Welcome to the playground

Глава 3. Everybody wants to be my enemy.

«Я заглянула в твое дело. И ничего… О преступлениях тоже. Ты здесь за что?» - держа нужное расстояние задала волнующий ее вопрос Кейт.  Заключенная 516 резко повернулась и подошла ближе к решетке, а Кейтлин еле сдержалась, чтобы не сделать шаг назад.  «За редкое обаяние». «Ты избила заключенного. Почему?» - Кейтлин пыталась раскрыть загадку её расследования, задавая вопросы не особо разговорчивому собеседнику. Девушка ходила по клетке то в одну сторону, то в другую, смотря в пол, словно ища в нем ответы на заданные ей вопросы.  «А почему нет?» «Он был свидетелем в текущем расследовании», - с энтузиазмом произнесла Кейтлин. Продолжая расхаживать по тюремной клетке, девушка лишь усмехнулась. «Хммм, печалька». Кейтлин, не выдержав такого отношения, развернулась и собралась уходить, бросив напоследок:  «Я зря трачу на тебя свое время!»  Она считала себя глупой, раз надеялась, что заключенная даст ответы на её вопросы так просто.  «Да, лучше и не скажешь! Поцелуй от меня Силко в его прекрасный глазик», - выкрикнула заключенная в след Кейтлин, которая уже удалялась по коридору в сторону лифта. Упоминание знакомого имени заставило её остановиться. Она обернулась, недоумевая почему девушка произнесла имя Силко.  «Силко? Промышленника?»  «Ну все, мне уже скучно! Пришли поскорее тех, кто выбьет из меня дурь, а то спать охота», - вкинула заключенная, уже утомленная вопросами миротворца.  Кейтлин, немного помедлив, сделала шаг вперед, переступая черту и приближаясь непозволительно близко к решетке. Она протянула раскрытый блокнот, в котором были снимки с места последнего преступления.  «Это тебе о чем-то говорит?»  Разноцветные обезьянки и непонятные линии красовались на изображении. Неловкое молчание, а затем резкий звук, от которого Кейтлин резко отпрянула от решетки. Заключенная вцепилась руками в железо, высовывая лицо и пытаясь разглядеть разноцветные рисунки. Её взгляд стал бешеным, словно зверя, загнанного в угол под прицелами орудий.  «Где взяла?» - всматриваясь в рисунки, с интересом проговорила заключенная.  «Я первая спросила! Работаешь на Силко?» - Кейтлин не желала сдаваться, тем более их разделяла решетка, за которой она чувствовала себя в безопасности.  «На него все работают. Вы что там слепые? Откуда это?» - уже со злостью в голосе процедила преступница. Кейтлин лишь вздохнула. Ей ничего не оставалось, кроме как выложить всю информацию этому человеку, в надежде, что он отплатит ей тем же. «Было нападение. Это улика. Послушай, если Силко виновен, мне нужны доказательства».  «Ха, я это легко докажу… Но… только не отсюда» - усмехаясь ответила девушка с красными волосами. Кейтлин показалось, лишь на долю секунды, что в её голосе сквозила печаль, тщательно покрытая злостью.  «Предлагаешь довериться, такой как ты? Я что похожа на дуру?»  «ТАКОЙ, КАК Я?», - заключенная с горящими глазами смотрела на миротворца перед собой. Она ненавидела их с детства. Не переносила их опрятную одежду и чистые руки, боящиеся прикоснуться к настоящей жизни. «Вы миротворцы все одинаковые, продажные чистоплюи в красивой форме! Знаешь, что? Ищи Силко сама!» «И найду, спасибо!» - Кейт лишь усмехнулась, не выдавая своего замешательства. Для неё это было дело её жизни, то, чем она горела и мечтала заниматься. Как смеет эта преступница оскорблять столь любимое ей дело? Заключенная оперлась одной рукой на решетку двери, ухмыляясь и зная, что эта белорукая девушка не сможет и шага сделать в Нижний город, который проглотит ее и выплюнет, даже не заметив. Она уж точно это знала. «Нижний город сожрет тебя живьем» - это были последние брошенные заключенной слова. *** Разрываясь между гордостью и желанием раскрыть дело, Кейтлин начала делать то, на что ранее никогда бы не решилась. Она подделала приказ об освобождении, поставив там подпись своего друга Джейса Таллиса, нового советника Пилтовера.  Огромный стражник тюрьмы, похожий на гоблина, усмехнувшись, просмотрел бумагу.  «Что не сотрудничает? Хотите мы с ней «побеседуем»?» - он громко стукнул металлической тростью по полу, словно показывая, как они «беседуют» с заключенными.  Кейтлин не могла понять, почему №516 оказалась в этой тюрьме. В её деле не было ничего. Ни одного преступления. Ни одного упоминания о проступках. Лишь пустые листы.  «И часто вы с ней «беседуете»?» - Кейт сжалась, не желая слышать о подобной жестокости. «Случается. Да только, кто здесь считает?» Заключенная, услышав трость стражника, готовилась к очередной порции боли. За 7 лет в тюремной камере она узнала многое, к чему человек порой не приходит даже к концу жизни. Из неопытного ребенка, она превратилась в человека, умеющего дать отпор любому, привыкла не оборачиваться к врагу спиной и всегда быть на чеку. «Беседы» проводились часто, и каждый раз она встречала их с улыбкой. Ведь это дарило ей ощущение жизни, утраченное за время бесцельного существования в клетке. Удары дарили боль, а боль означала лишь одно - она жива, она дышит, она существует. Замочная скважина открылась и перед заключенной появился силуэт с прямыми синими волосами. Темная форма миротворца отлично сочеталась с цветом ее глаз, таким же оттенком синего, но только глаза были чуть светлее, как океан в солнечный день.  Кейтлин грозно посмотрела на заключенную и, повернувшись на пятках, пошла прочь, в сторону выхода. Заключенная, застыв на месте, не могла сделать шаг. 7 гребаных лет. Тысячи часов, проведенных в этом адском участке их мира. И один день. Один момент. Одна девушка, подарившая ей свободу. Но она знала, что миротворцам нельзя доверять, поэтому не надеялась на долгое освобождение.