Не самые стабильные будни в Хогвартсе

      Технически, у Гермионы в запасе оставалось еще пятнадцать минут до начала отбоя, но она даже не задумалась о том, чтобы вернуться в школу, несмотря на стремительно ухудшающуюся погоду. Сентябрь на севере Шотландии мало чем отличался от октября, который, в свою очередь, легко было спутать с ноябрем, — завернувшись в утепленную уличную мантию и сжав покрепче согревающий рунный камень, подаренный Энтони Голдстейном, Гермиона собралась с духом и вышла за пределы внутреннего двора, старательно игнорируя стремительно усиливающийся ветер.       На мгновение задержавшись у края вымощенной камнем дороги и покачав головой, Грейнджер недобрым словом помянула свое прошлое «расследование», в результате которого она стала жертвой василиска, но продолжила преследовать медленно удаляющегося Малфоя, ни на секунду не упуская того из виду. Впрочем, это было не так уж и сложно: не желая привлекать к себе лишнее внимание, Малфой кое-как плелся по узкой и скользкой тропинке без Люмоса, то и дело озираясь по сторонам в тщетной попытке разглядеть хоть что-то в мрачных сумерках.       Вопреки общепринятым стереотипам, далеко не все квиддичисты чувствовали себя уверенно на своих двоих, и бывший ловец Слизерина был ярким примером человека, вся ловкость которого исчезла вместе с метлой. Лишь чудом у Гермионы получилось не сорваться на хохот, когда Малфой поскользнулся на ровном месте, со сдавленным криком рухнув на спину. Поднявшись, он выругался и наконец вытащил из рукава мантии волшебную палочку. Целых три попытки потребовалось слизеринцу для того, чтобы убрать с одежды грязные пятна, но, стоило ему пройти еще несколько шагов, как он вновь грохнулся, и на сей раз Гермиона готова была поклясться, что услышала звук, отдаленно похожий на… треск.       Впрочем, Драко явно не заметил ничего подозрительного: издав еще один стон, полный разочарования, гнева и боли, он медленно поднялся, потирая пятую точку, и, прихрамывая, продолжил идти в сторону леса. На сей раз он не стал даже избавляться от грязи на одежде, лишь несколько раз провел рукой по мокрым пятнам и выругался так, словно вырос вовсе не в знатной семье, а в подворотне Восточного Лондона.       Продолжая поддерживать энергозатратное, но эффективное дезиллюминационное заклинание, Гермиона сохраняла необходимую дистанцию, несмотря на ветер. От заклинания, скрывающего звук шагов, не было никакого толку — она так и не научилась использовать рунное зачарование, способное подавлять звуки вокруг ног, а хлюпающие лужи выдали бы ее, если бы не ветер и моросящий дождь, грозящий перерасти в ливень.       В третий раз Драко упал практически сразу после того, как обогнул поле для квиддича. Всплеснув руками, он взвизгнул, когда понял, что потерял равновесие, но было уже поздно. От неожиданности Гермиона закашлялась, но тут же задержала дыхание, осознав, что чуть не выдала себя. Замерев на месте, она сжала в пальцах волшебную палочку и несколько секунд с беспокойством наблюдала за попытками Малфоя подняться на ноги.       Прошипев под нос что-то невероятно оскорбительное и грязное, Драко с трудом выкарабкался из лужи, и наконец вытащил волшебную палочку — школа осталась позади, а между Запретным лесом и полем для квиддича пролегало огромное поле, слабо подходящее для праздных прогулок. В конце августа Помона Спраут использовала свободные земли для высадки холодолюбивых саженцев акульковых иглокосов, не слишком хорошо воспринимающих соседство с другими растениями, и всего несколько дней назад собрала урожай, оставив после себя усеянное рытвинами поле, похожее на изрытую кратерами поверхность Луны.       Подняв руку с волшебной палочкой, Драко потратил пару минут на приведение себя в порядок, и резко ускорился, держа перед собой волшебный огонек. Набрав в грудь побольше воздуха, Гермиона отправилась следом, с трудом избегая залитых водой ям, напомнивших ей разбитые дороги Вестминстера. Не упуская из виду Драко, Гермиона преследовала его, вновь и вновь возвращаясь к одной и той же мысли.       Знает ли обо всем происходящем Вивьен?       Определенно, да.       В этом не было ничего удивительного: хоть Вивьен и недолюбливала своего непутевого братца, возвращение Волдеморта наверняка поставило крест на ее осторожных, но свободолюбивых планах, затянув дочь Люциуса и Нарциссы в водоворот тошнотворных событий. Она знала, но вынуждена была молчать, чтобы не подставить брата и мать. Патовая ситуация, с какой стороны ни взгляни. Впрочем, не один лишь Волдеморт был тому виной, — Гарри рассказал им всем, что Люциус был среди Пожирателей, напавших на лагерь болельщиков в августе прошлого года, и подобная вовлеченность могла означать лишь одно…       Люциус Малфой причастен к возвращению Того-Кого-Нельзя-Называть.       Покачав головой, Гермиона сморщила нос, когда осознала, что в мыслях использовала дурацкое и совершенно бессмысленное прозвище. Кажется, пора было привыкать к использованию его реального имени, взяв пример с Гарри.       И стоило Гермионе вспомнить о реакции Поттера, как горечь тут же захлестнула ее с головой.       Брат Вивьен никогда не вызывал у нее теплых чувств, но… следуя за ним по пятам в Запретный лес, Гермиона испытывала вовсе не злобу или страх, а самое обыкновенное сочувствие. Она жалела слизеринца, — неужели Драко Малфой был настолько глуп, что сам не осознавал, в насколько уязвимом и опасном положении оказался? Он всегда был высокомерным мальчишкой, во всем уступающем одногодке-сестре, но готов ли он был к тому, чтобы убить кого-то ради рабского клейма? Грейнджер была уверена: даже если Драко все-таки сломается и даст слабину, ему все равно не хватит духу пройти посвящение.       К сожалению, Гарри считал совершенно иначе. Его реакцию на новость о метке можно было описать лишь одним словом, — «безразличие». Он отнесся к рассказу Гермионы так, словно давным-давно собственноручно подписал смертный приговор Малфою, и теперь лишь ждал удобного момента, чтобы разобраться с ним. Даже Невилл не был столь категоричен: пока Лонгботтом старался смотреть на все происходящее с рациональной точки зрения, Гарри просто пожал плечами и сказал, что не собирается давать Малфою второй шанс.       И ведь речь шла об их сокурснике! Речь шла о пятнадцатилетнем непутевом слизеринце, по дурости решившем, что темная метка является знаком отличия. Влияние отца на жизнь Драко невозможно было переоценить — Люциус постарался, взращивая себе достойную замену, но Гермиона все еще верила, что выбор Драко не является осознанным. По крайней мере, она надеялась на это.       Тем временем, Малфой пересек защитные контуры Хогвартса, тем самым отсекая себя от школы на всю ночь. Фактически, вернуться обратно в замок незамеченным он сможет только после отбоя, а до тех пор… вынужден будет находиться где-то в глубине магического заповедника, о котором даже волшебники знали не так уж и много.       Черт! Если бы Николас Фламель в начале восемнадцатого века не пришел на помощь, этот лес наверняка так и не удалось бы надежно скрыть от взора магглов.       Гермионе потребовалось несколько секунд на раздумья, но она смело перешагнула периметр защитных чар, вздрогнув от пробежавшей по спине волне мурашек. Оглянувшись, она взглянула на свет в окнах директорской башни, и тут же поспешила в лес, чтобы не отстать от Малфоя. Тот, впрочем, резко снизил темп. Свернув на запад, он поплелся вдоль кромки леса, бормоча что-то себе под нос, и Гермиона даже начала постепенно сокращать дистанцию в надежде, что сможет разобрать бессвязный шепот.       — Да! Мордредова борода, это оно! — с придыханием пискнул Малфой, резко замерев на месте, и Грейнджер лишь чудом не запнулась в нескольких шагах от него.       Драко начал озираться по сторонам, задержав дыхание. Подняв перед собой палочку с огоньком Люмоса, он мотал головой из стороны в сторону, пока Гермиона медленно, шаг за шагом, отступала назад.       — Кто здесь?! — осторожно произнес он, явно надеясь, что ответа не последует. Выждав десять секунд, Драко расправил плечи, выдыхая с облегчением.       «Я бы использовала Гоменум Ревелио,» — подумала Гермиона, возвращаясь к преследованию слизеринца, чьи страхи испарились, стоило ему найти правильный путь сквозь чащу, отсекающую более-менее светлое подлесье от… участка леса, принадлежавшего Арагогу и его потомству.       Сердце Гермионы пропустило удар, стоило ей осознать, куда именно направляется Малфой. Ей хватило рассказа Гарри о том, что произошло с ним в логове огромных пауков, чтобы понять и принять очевидную истину: туда не стоит лезть ни при каких обстоятельствах. И она бы наверняка остановилась, не устремись в ту сторону Драко, о трусости которого Гермиона знала не понаслышке.       — Да чтоб тебя! — сквозь зубы процедила Грейнджер, вновь срываясь с места для того, чтобы сократить дистанцию.       Тишина.       Озираясь по сторонам, Гермиона шла по заросшей тропинке, избегая встреч с колючими кустарниками, и внезапно поняла, что… не видит ни пауков, ни паутины. Все выглядело так, словно акромантулы давно уже покинули эти края. Догадка блеснула среди мрачных мыслей, и Грейнджер замерла, когда среди деревьев замаячило нагромождение огромных валунов, среди которых зияющей дырой выделялся вход в пещеру.       Не так уж и сложно было догадаться, куда именно отправился Драко Малфой.       — Ревелио! — прошептала Гермиона, выставив перед собой палочку и закрыв глаза.       Заклинание, способное обнаружить активные магические конструкты, заставило ее вздрогнуть, когда она поняла, что вход в пещеры акромантулов накрыт чем-то, что по сигнатуре и нагреву палочки напомнило ей сигнальные чары. Поджав губы, Гермиона медленно подошла к валуну и вытянула руку, нерешительно касаясь замшелого камня кончиками дрожащих пальцев.       Руны тут же вспыхнули с такой силой, что ей пришлось зажмуриться. Моргнув пару раз, Грейнджер отошла в сторону, пытаясь окинуть взглядом все те бесконечные рунные круги, которыми был изрезан каменный вход. Все выглядело так, словно кто-то специально оставил все на виду, тем самым сообщая всем случайным путникам о том, что внутрь лучше не лезть, но замуровывать проход не стал.       — Гоменум Ревелио! — прошептала Гермиона, и на сей раз отклика не случилось.       Нахмурившись, она помотала головой и повторила заклинание. Еще одна выявляющая волна всколыхнула кроны деревьев, но… ответом была звенящая тишина.       Отступив от пещеры на несколько шагов, Гермиона начала расхаживать по заросшей поляне, то и дело используя выявляющее заклинание, но результат продолжал оставаться прежним. Драко Малфой провалился сквозь землю не только буквально, но и…       — Ревелио! Фините!       Услышав чей-то голос, доносящийся с другой стороны поляны, Гермиона попыталась было развернуться и вскинуть руку, активируя щитовое заклинание, но вслед за первыми двумя лучами в нее угодил третий.       — Петрификус Тоталус! — произнес ворчливый женский голос, и Грейнджер застыла на месте с вытянутой рукой, после чего покачнулась, грохнувшись прямо на мягкую подушку из пожушей травы. — Клык, стой, нельзя! Это студент!       Трава зашуршала, и лежащая на спине Гермиона с трудом обнаружила в сумраке недовольных взгляд желтовато-карих глаз, принадлежащих Кьяре Лобоске.       — Фините… — взмахнув палочкой, пробормотала Кьяра, когда Клык подобрался к Гермионе и начал лизать ей щеки. — Ты ведь в курсе, что сам факт твоего нахождения здесь прямо сейчас вынуждает меня…       — Простите, мисс Лобоска, — потупив взгляд, Гермиона схватилась за протянутую руку и поднялась на ноги. На ходу придумывая достойную отговорку, она продолжила. — Я не собиралась задерживаться, честно! Просто хотела понять, что за руны здесь использованы, и сама не заметила, как наступил вечер.       — Ночь, — поправила когтевранку Лобоска, кивком указывая на звездное небо.       Лишь подняв голову, Гермиона осознала, что дождь прошел, так и не успев превратиться в ливень, а тучи отступили, открывая взору тонкий полумесяц. Проглотив появившийся в горле комок, Грейнджер перевела взгляд на Лобоску, уже успевшую скрестить руки на груди.       — Из…вините? — вопросительная интонация не слишком помогла когтевранке. — Извините… пожалуйста?       — По-хорошему, мне следовало бы сообщить о происшествии дежурному преподавателю, — Кьяра вздохнула. — На твое счастье, Гермиона, сегодня дежурит мадам Амбридж.       Гермиона скривилась так, словно во время падения успела проглотить бледную поганку. Кьяра тихо рассмеялась, и даже Клык повеселел и завилял хвостом, почуяв изменение тона.       — Ну, что у тебя там-то случилося?! — громогласный голос Хагрида заставил Гермиону вздрогнуть, и она резко перевела взгляд в сторону другого угла поляны, где уже был виден массивный силуэт полувеликана. — Батюшки, так это ж Гермиона! Кьяра!       — Я знаю, Хагрид, — отозвалась Лобоска. — Вообще-то Астория в прошлом году обещала мне, что затащит тебя на курсы колдомедиков. Что-то я не вижу тебя в составе учебной группы, мисс отличница!       — У меня четыре факультатива и три клуба, — прошептала Гермиона, опустив взгляд. — Я бы с радостью записалась на все, но…       — Не переживай, я бы вообще рекомендовала тебе отказаться от них в пользу крепкого восьмичасового сна, — ткнула Гермиону в плечо Кьяра, и подошедший Хагрид улыбнулся, прижимая к груди взведенный арбалет. — Ну, Хагрид, доложим о ней уважаемой мадам Амбридж?       — Я готов слопать свои собственные тапки, лишь бы этого не произошло, — пробурчал под нос полувеликан, озираясь по сторонам. — Гарри и Рон тоже здесь, небось? Эй, Гарри! Рон-тус!       — Ронтус? — недоуменно переспросила Гермиона, но все же кашлянула и замотала головой из стороны в сторону. — Нет-нет-нет, здесь только я!       — Ага… — Кьяра вновь вытащила из рукава волшебную палочку. — Гоменум Ревелио!       Гермиона замерла, с напряжением ожидая обратной реакции от выявляющего заклинания, но Кьяра, применив еще несколько аналогичных формул, пожала плечами, возвращая палочку обратно в крепление на внутренней стороне рукава. Прошептав что-то неразборчивое под нос, колдомедик кивком указала Гермионе в сторону замка, и девушка медленно поплелась обратно, следуя за прокладывающим дорогу сквозь лес Хагридом.       — Хагрид, здесь ведь раньше обитали акромантулы, верно? — аккуратно обратилась к полувеликану Грейнджер, избегая встречи с ветками.       — Раньше! — отозвался лесник, прижимая к себе арбалет. — Не осталося ни одного, Гермиона, никого не осталося.       — Не осталось? — выждав небольшую паузу, уточнила Гермиона. — Что случилось?!       — Профессор Снейп успел в последнюю минуту, и застал Безликого рядом с пещерой, — внезапно произнесла Кьяра, и Гермиона обернулась на мгновение. — Безликий убил всех пауков, включая Арагога. Он забрал яд, хитин, органы и уничтожил кладки с яйцами, заодно установив специальные рунные ловушки по всему логову.       — Так те руны…       — Нет, это по моей просьбе, — покачал головой Хагрид. — Директор подсобил, чтобы… Ну, чтобы внутрь не попал никто. В память об Арагоге.       — Мне жаль, Хагрид, — нагнав полувеликана, Гермиона слегка подпрыгнула, чтобы хлопнуть того по плечу, но Хагрид явно оценил этот жест. Остановившись, он развернулся и слегка склонился, приобнимая Гермиону.       — Арагогу и так уже недолго оставалось, плох он был. Стар стал, да немощен, — выдохнул Хагрид, огромной ручищей стирая слезы с лица. — Я был разбит, когда узнал, но… Возможно, это и к лучшему. Неровен час, акромантулы остались бы без сильного лидера, и что случилось бы тогда?       — Безликий сделал за нас грязную работу, — произнесла Кьяра так, чтобы ее услышала лишь Гермиона. — Впрочем, Северусу тогда явно досталось.       — Северусу? — не успела схватить себя за язык Гермиона, и Кьяра усмехнулась.       — Про-фес-со-ру Сней-пу, — чуть ли не по слогам дополнила она, подмигнув когтевранке, и та тут же отвернулась, решив навсегда забыть об этом нелепом уточнении. — Ты ведь понимаешь, что я не собираюсь отпускать тебя на свободу здесь и сейчас, верно? Притворимся, что мы с тобой были в Хогсмиде по секретному заданию профессора… Хагрида! Рубеус, ты ведь нас прикроешь?       — Прикрою, куды ж я денусь? — пожал плечами Хагрид, останавливаясь на опушке, отделяющей лес от поля для квиддича. — Давеча приходили ко мне Луна с Асторией, слыхала об их делах?       — О брачном агентстве? — Гермиона выдохнула, закрывая глаза, и тут же залезла рукой в карман мантии, выуживая оттуда сразу с десяток визитных карточек. — Они просили меня раздавать их всем, кто…       — У меня есть! — тут же отозвался Хагрид, разводя руки в стороны. — Они сделали от-такенную визитку, чтобы мне было попроще!       — Гринграсс спрятала целую пачку таких же в своей домашней работе по универсализации кровных параметров, — мрачно добавила Кьяра, — и заодно попросила раздавать их всем одиноким пациентам.       — Оу, — Гермиона поежилась, пряча визитки обратно. — Ну, это… в их духе. До встречи, Хагрид!       — У вас урок с Гриффиндором послезавтра, — усмехнулся лесник. — Я вам такую животинку припас, ахнете все!       — Ну, и как у вас с Энтони все продвигается? — обратилась к Гермионе Кьяра, когда они преодолели уже четверть пути до школы. — Не удивляйся, Астория уже всем о вас растрепала.       Все это время Грейнджер то и дело оборачивалась в надежде, что успеет заметить где-то на окраине леса белобрысую макушку, но Малфой исчез с концами. Услышав вопрос, она чуть было не запнулась, и с легким возмущением посмотрела на девушку, что шла рядом.       — Молчу-молчу! — подняла руки в знак поражения Кьяра. — Просто… Не так уж и весело быть единственным человеком в школе, которому приходиться за каждый шаг отчитываться перед дражайшей и добрейшей мадам.       — Она здесь не навсегда, — процедила Гермиона, вспомнив об Амбридж.       — Только ей об этом не говори, — фыркнула Кьяра. — К слову, профессор Снейп очень хорошо отзывался о ваших результатах.       — Что? — неверяще переспросила Гермиона.       — Он всегда хотел преподавать Защиту от Темных Искусств, — словно оправдываясь, отозвалась Лобоска. — Ладно, со «всеми» я, возможно, перегнула палку. Мистера Поттера он все еще недолюбливает.       — Я бы использовала другое слово, — с легкой улыбкой добавила Гермиона, и Кьяра цокнула языком. — Кажется, мир уже не столь безопасен, чтобы идти нога в ногу со школьной программой.       — Лучше и не скажешь, Гермиона, — Кьяра остановилась в нескольких шагах от внутреннего двора и резко подняла голову, втягивая носом воздух. — Нафталин… Гнилое мясо, грязные носки, мужские духи, теплое пиво и яблочный мармелад… Кажется, мадам Амбридж вышла на охоту! Иди за мной, проберемся в замок через теплицы.       

***

Утром следующего дня

Большой зал

      Гермиона сосредоточенно ковыряла ложкой фруктовый салат в тарелке, то и дело посматривая на друзей, даже не подозревающих о том, где она побывала вчера. Вернувшись с «прогулки» в сопровождении Кьяры, дошедшей до самой гостиной Когтеврана, Гермиона решилась на кое-что очень-очень дерзкое, и теперь искренне надеялась на то, что ее риск приведет к чему-то толковому.       Тем временем, Луна и Астория вновь наседали на Гарри — тот явно вернулся в школу незадолго до завтрака, и все еще выглядел так, будто всю ночь провел в барабане стиральной машинки, но с нечеловеческим терпением продолжал выслушивать многочисленные сплетни. Грейнджер даже гадать не пришлось: она знала, что все их попытки вытащить Поттера в свет так или иначе связаны с Дафной, но Гермиона так же понимала, что все их старания обречены на провал. Если на первых трех курсах Гарри изредка посматривал в сторону старшей Гринграсс, не в силах игнорировать объективную красоту, то с наступлением четвертого курса он словно забыл о существовании слизеринки.       У Астории не было ни единого шанса на успех в ее попытках свести лучшего друга и старшую сестру.       Невилла за столом Гриффиндора не оказалось — время от времени он занимал место среди барсуков, и Гермиона вновь нашла его рядом с Ханной. Присутствие рядом с ними Сьюзен со стороны казалось таким органичным, словно она была не третьим лишним, а тем самым «лучшим другом», который выступит в роли священника на свадьбе.       Энтони и Терри играли в плюй-камни, сдвинув в сторону тарелки. Джинни трещала о чем-то со своей подругой Ромильдой, то и дело демонстрируя той разворот какого-то яркого журнала. В Зале не было близнецов, но это обстоятельство Гермиону совсем не удивило — они в последнее время выползали из своей тайной лаборатории только на время уроков и тренировок по квиддичу, посвящая все свободное время экспериментам. Добби снабжал их едой, так что жить в таком режиме было не так уж и сложно.       Кьяра Лобоска не явилась на завтрак: ее место за преподавательским столом пустовало, а расположившаяся по соседству Помфри болтала о чем-то с Флитвиком.       Аккуратно повернув голову так, чтобы увидеть пятикурсников Слизерина, в ровный ряд расположившихся по одну сторону стола, Гермиона прищурилась, обнаружив среди них Драко, под глазами которого даже издалека были видны темные круги.       — Не выспался, значит? — тихо прошептала она, не сводя с него настороженный взгляд. — Посмотрим, проснешься ли ты, когда…       Не успела она договорить, как окна под зачарованным потолком открылись, впуская в Большой зал целую стаю почтовых сов. Птицы тут же начали парить над столами, беспорядочно махая крыльями в попытках не столкнуться в воздухе. Посылки и письма полетели вниз, ковровой бомбардировкой обрушившись на головы студентов, но Гермиона продолжала следить за столом Слизерина.       Вернувшись с прогулки в Запретный лес, Гермиона потратила целый час на написание внушающей страх и уважение записки с просьбой о встрече, составленной в приказном тоне. Заручившись поддержкой Добби, который пообещал «не говорить даже достопочтенному хозяину Гарри, пока тот не спросит», Гермиона передала письмо домовому эльфу, и тот отнес его в Косой переулок, заплатив девять сиклей за отправку утреннего письма в Хогвартс почтовой совой.       Затаив дыхание, Гермиона наблюдала за тем, как недоумевающий Драко вскрывает аккуратно запечатанный конверт, предварительно проверив его на вредоносные чары и ловушки. Поджав губы, она проследила за тем, как слизеринец разворачивает лист пергамента и вчитывается в написанные идеальным почерком строчки. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы осознать, что именно написано на пергаменте, прежде чем он поднял взгляд и начал озираться в поисках той, кто написал письмо.       С легкостью поймав полный противоречивых чувств взгляд серо-голубых глаз, Гермиона прищурилась и дернула головой, словно спрашивала у Малфоя мнение насчет написанного.       Тот дернул плечом, словно его внезапно ударили, и резко выдохнул.       На выход! — одними губами прошептала Гермиона, не разрывая зрительный контакт, и медленно поднялась из-за стола, продолжая следить за слизеринцем. Тот замер на несколько секунд, словно сам не понимал, что ему теперь делать, и тут же бросил взгляд в сторону преподавательского стола.       Как назло, Снейпа среди преподавателей не оказалось, и от осознания этого факта Драко позеленел, но все же поднялся и, схватив сумку, поплелся в сторону выхода вслед за Гермионой, на губах которой промелькнула торжествующая ухмылка.