When the Sun Rises, I will...

Золото звенело под тяжестью гномов. Монеты складывались в кучки, перекладывались из одной тележки в другую, но всё это было сделано не для обмена с людьми или эльфами. Торин не хотел ни торговать, ни обменивать, ни делиться золотыми монетами. Огромная золотая гора была прекрасна, ярко мерцая в свете факелов. Его компания усердно трудилась, чтобы разобрать монеты и найти Аркенстон. Торину нужно было защитить монеты. Для себя, для своей семьи, для своих племянников, для своей сестры, для своего мужа... Для своего брата. Торин вытащил старую нитку из-под одежды своего деда. Вкусы его были поистине изысканными. Даже если он допустил немало ошибок, когда дело касалось других вещей, не было сомнений, что Трор прекрасно разбирался в изысканных вещах. А Торин, напротив, всегда был ориентирован на практичность. Но даже он мог оценить хороший вкус. Проведя рукой по мягкому меху, Торин нахмурился. Рядом с ним зазвенели монеты. Он уже обыскал этот район - его компания должна была работать в другой части сокровищницы. Он тут же повернулся, его руки были готовы к атаке. - Успокойся, nadad. Это всего лишь я. Торин опустил руку, но не разжал кулак. Было... что-то не так с Фрерином. То, как он смотрел на золото, было слишком похоже на то, как Трор смотрел на свои сокровища. Он упоминал о золотой болезни - она ведь не могла причинить ему вреда, не так ли? - Что ты здесь делаешь? - спросил Торин, заглядывая Фрерину через плечо. - Я думал, ты искал там. Фрерин пожал плечами. - Я искал, а теперь закончил. Разве я не могу захотеть провести немного времени с еще недавно навсегда потерянным братом? Это вызвало у Торина улыбку. Он схватил Фрерина за шею, осторожно, чтобы не задеть старые раны и шрамы, и притянул к себе, обхватив его за плечи. Оба рассмеялись, и на мгновение Торин смог представить, что они - маленькие камешки, убегающие от охранников, которые должны были отвести их обратно на уроки. Подумать только, когда-то и Торин, и Фрерин любили уклоняться от своих обязанностей, просто сбегая от охраны и прячась в различных коридорах горы. - Я совсем не потерянный, - игриво проворчал Торин, притягивая Фрерина к себе, - если кто и потерялся, так это ты. Пока меня не было, у тебя, как я понимаю, было очень много работы. Фрерин драматично вздохнул. - Ты помнишь, что говорил Фундин? Дурин... - ...никогда не останется без работы, - закончил Торин с улыбкой. Краем глаза он заметил, что Двалин улыбается, словно с его плеч свалился тяжелый груз. Не желая зацикливаться на этом, Торин потянул Фрерина за собой, направляясь вглубь сокровищницы. - Скажи мне, Nadadith, как у тебя дела? Всё же мы давно не видели друг друга и, я думаю, нам о многом нужно поговорить. - Обязательно, - сказал Фрерин. - Но ещё ты должен рассказать мне о Дис. - О Дис? - Когда я видел её в последний раз, она была мне по пояс. - Фрерин поставил руку напротив своей талии. - Учитывая, что она Amad двух храбрых принцев, она, должно быть, хотя бы немного, но выросла. Торин рассмеялся. - Конечно, она выросла. Фрерин тоже засмеялся, но прикусил губу, глядя куда угодно, только не на мерцающее золото у себя под ногами. - Она вообще помнит меня? Его голос был очень тихим. Если бы залы были заполнены народом, никто бы не услышал бормотания Фрерина. Торин остановился, оказавшись лицом к лицу со своим братом и, покачав головой, сказал: - Конечно, она помнит. Мы все помнили. - Что ж, - Фрерин небрежно пожал плечами, - я бы не стал винить тебя, если бы ты забыл... - Фрерин, - сурово произнес Торин, оборвав гнома на полуслове. Нежно улыбаясь, он обхватил ладонями наполовину обожжённое лицо своего любимого брата. Фрерин слегка вздрогнул, когда Торин продолжил: "Мы никогда не смогли бы забыть тебя. Ты всегда был, и всегда будешь нашим дорогим братом. Фрерин улыбнулся, а Торин игриво добавил: - В любом случае, это ты подсунул ей сладости, хотя ей не следовало их есть. Я думаю, такую любовь трудно забыть. Фрерин рассмеялся, и Торин через некоторое время тоже залился громким смехом. И на один прекрасный момент проклятое золото потеряло для них всякий смысл.

***

Радость, охватившая Торина в тот момент, была такой, что он не смог бы описать словами. Это был огонь, обжигающий его вены. Годы неудач, слов, направленных против него, мыслей, отвергнутых во имя горя, - все это сошло на нет. Когда накануне поздно вечером в деревню ворвался гном из Эребора и заявил, что с волшебником на коне приехал гном, Торин сразу же подумал о том, что Гэндальф каким-то образом привез сюда Дис. Он не знал, почему и как, но это было всё, о чём он мог думать. Однако, когда Гэндальф попросил о помощи старого члена Отряда и Целителя, стало ясно, что дела обстоят совсем по-другому. Именно Балин решил отправиться вместе с Оином и горсткой лекарей из числа гномов Эребора. Фрерин спросил Торина, в чём дело, но ему нечего было ответить. В ту ночь сон не шел к нему, и Торин в какой-то момент обнаружил, что возвращается в залы сокровищницы. Не то чтобы он осознавал это, но мысли об Аркенстоне всё тяжелее давили ему на голову. Фрерин последовал за ним. Не говоря друг другу ни слова, они начали искать. То, что даже после долгих лет разлуки они с Фрерином могли слаженно вместе работать даже не разговаривая, согревало сердце Торина. Было раннее утро, солнце ещё даже не взошло, когда по залам эхом разнёсся стук копыт. Фрерин и Торин схватились за оружие и чуть ли не бегом бросились к горным воротам, готовые в одиночку защищать своё королевство, если до этого дойдет. К их удивлению, это была та группа гномов, которые отправились в Дейл. Вместе с ними были гномы, которые ушли накануне, Бильбо, Гэндальф и....... Меч выпал из его рук. Торин услышал, как лезвие соприкоснулось с камнем. Факелы, которые горели у входа, были похожи на огонь в кузнице Махала, мерцающий и сияющий. Торин не мог оторвать взгляда от фигуры - старой, слабой, худой и с редкими тонкими волосами. Это был его Adad. Звук, вырвавшийся из его горла, был словно звериным, и все вокруг отступили на шаг. Все, кроме него, который поднял голову и посмотрел на гнома перед собой, узнавание промелькнуло в его глазах. - Торин? Прошли годы с тех пор, как он в последний раз слышал этот голос. Ох, длинные тяжёлые годы. Его Amad пела ему на ночь, но именно Adad научил и обучил его всему. Он рассказывал своему сыну о расах, народе, управлении, военном деле. Даже когда Торин был в разъездах, именно он поддерживал королевский титул, пока его дед варился в своём золотом безумии. Он научил Торина, как жить дальше. Но Торин так и не смог оправиться до конца после потери отца. И сейчас он побежал, как ребёнок, не заботясь о том, что подумают другие, и бросился в объятия своего Adad. Торин чувствовал тонкие кости своего отца. Он осознал, через какие муки, должно быть, прошёл один из самых близких ему гномов. Все эти годы, когда он мог быть в безопасности, править, наблюдать, как растёт его семья... - Inudoy, - рука старика скользнула по волосам Торина. - Посмотри на себя. Ох, как же ты вырос! Торин рыдал, вцепившись в одежду отца. Точнее в то, что от неё осталось. Прежде чем окончательно отстраниться, Торин снял с себя плащ и накинул его на гнома, осознав, что внутрь горы проникает холодный воздух, а на его отце нет ничего кроме дряхлой и старой ткани. Старший гном с благодарностью посмотрел на сына и поплотнее закутался в переданную одежду. - Ты жив, - наконец выдохнул Торин, не обращая внимания на горящие глаза и свой хриплый голос. Его Adad фыркнул, положив морщинистую руку на щеку Торина. - Орки пытались убить меня, но им это, к счастью, так и не удалось сделать. Торин закрыл глаза. Годы пыток. От всего этого он мог бы избавить своего отца, если бы только знал..... - Кто... это? Торин проследил за взглядом отца, направленным чуть в сторону. Там стоял Фрерин, застыв на месте с широко раскрытыми глазами. Верно, его Adad не знал об этом. Для него и для всех остальных Фрерин погиб в огне Дракона. И Фрерин...что он помнил? Именно Торин провел долгие годы с Adad, в то время как Фрерин и Дис цеплялись за их Amad. В последние годы правления Трора Траину и Торину пришлось собирать осколки от былой мощи Эребора, а остальные члены семьи остались позади. Торин медленно подошел к Фрерину, но тот оставался неподвижен. Он мягко взял его за руки и притянул к себе. Фрерин, казалось, был против такого, хотя и не произнёс и слова. Но на мгновение их взгляды встретились, и Торин кивнул с мягкой улыбкой. Фрерин высвободился из объятий Торина и подошел к тому месту, где стоял Траин. Старший гном продолжал смотреть на него в замешательстве, но Торин не мог более этого выносить. Это был момент примирения, и они его заслужили. - Adad, - прошептал Торин. - Это твой сын. Посмотри, как он вырос. Он теперь Король Эребора. Осознание приходило медленно, но через некоторое время дрожащие руки Траина коснулись лица молодого гнома. - Фрерин? Фрерин всхлипнул, схватив своего отца за плечи и прижав их лбы друг к другу. Обняв их обоих, Торин закрыл глаза и вознёс молитву Махалу, чтобы поблагодарить его за то, что он дал им ещё один шанс.

***

Бильбо даже не стал дожидаться, пока Дори что-нибудь скажет, а влетел в дом и плюхнулся на ковёр в гостиной. - О боже, - ласково сказал Дори, - с тобой все в порядке? - Все просто потрясающе, - фыркнул Бильбо. Бифур, который помогал Дори передвигать некоторые предметы, рявкнул что-то на Кхуздуле. Дори кивнул и повернулся к Бильбо. - Бифур спрашивает, не сарказм ли это. Бильбо сердито посмотрел на Бифура, который только фыркнул. Дори похлопал Бильбо по плечу и сказал: - Я понимаю твою ситуацию, дорогой. Никто не хочет встречаться с семьёй своих возлюбленных. Поверь мне! Вот почему во время моих похождений... Что бы не желал сказать Дори дальше, Бифур заставил его замолчать, и Бильбо был этому очень рад. Дори действительно начал ему нравиться, и меньше всего на свете ему хотелось узнавать о его "похождениях". Тяжело вздохнув, Бильбо взял тряпку и принялся вытирать всё, до чего могла только дотянуться его рука. Делать было особо нечего, но Бильбо нужно было занять себя хоть чем-то, чтобы отвлечься от всех этих ужасных мыслей у него в голове. Во-первых, был Фрерин, который ясно дал понять, что Бильбо ему не нравится. Бильбо тоже не слишком-то возлюбил этого гнома, если быть честным, но у него не было причин ненавидеть его, кроме взаимной неприязни. Затем был Торин. Судя по тому немногому, что Бильбо успел узнать о своём муже, тот выглядел хорошо. Да, любой был бы счастлив при встрече со своими давно потерянными родственниками. Но Бильбо не мог выдавить из себя ни слова, когда у него получалось остаться с мужем наедине, что раньше было очень редко, а сейчас стало практически невозможным. И даже когда они расставались, Бильбо начал замечать, что в нём всё сильнее растет чувство собственничества. И, наконец, был Траин. Бильбо был уверен, что если бы он был хоть немного похож на кого-то из своих сыновей, то точно бы в какой-то момент поссорился бы с хоббитом. Не то чтобы он этого хотел, просто у него были плохие впечатления от первой встречи с наследниками рода Дурина. Когда Бильбо впервые встретил Торина, тот вызвал у него раздражение. Возможно, из всех гномов в этой семье, только Фили и Кили нормально восприняли Бильбо при первой встрече. На лице появилась лёгкая улыбка. Казалось, что это всё было в другой жизни. Много лет назад, когда он впервые встретил Торина. Едва достигнув совершеннолетия, он столкнулся с самоуверенным гномом - никто бы не мог и подумать. Резкий щелчок вывел Бильбо из задумчивости. Он моргнул, в замешательстве оглядываясь по сторонам, прежде чем понял, что находится в доме своего друга. Перед ним стоял Дори с хмурым выражением лица. - Бильбо, с тобой всё в порядке? - Хм? - Хоббит моргнул, прежде чем мысленно дать себе пощечину. - О, да. Просто погрузился в свои мысли. Дори понимающе улыбнулся. - Я как раз заварил чай. Присоединишься? Если Бильбо и ценил что-то в старшем гноме, так это его пристрастие к еде и перекусам. Горячая чашка чая сейчас была бы как кстати. Но судьба была против них, потому что, как только Дори протянул Бильбо чашку чая, в дверь постучался солдат из отряда Фрерина. - Да, господин гном? - спросил Дори на Вестроне. - Его Величество попросил всех гномов собраться у главного входа. Как можно скорее. Дори, Бифур и Бильбо обменялись удивленными взглядами. Бильбо печально посмотрел на свой чай, но согласился оставить его и последовать за своими друзьями к главному входу. Там, к своему огромному удивлению, Бильбо обнаружил гномов, работавших над баррикадированием горы. Члены их семей немедленно увели Дори и Бифура, оставив Бильбо в одиночестве наблюдать за происходящим. Стена была наполовину готова, но люди могли бы заглянуть за неё, если бы постарались. Он не имел понятия, насколько высоко гномы собираются возвести эту стену, но даже на данном этапе вся эта задумка ему совершенно не нравилась. Теперь понятно, зачем их всех позвали сюда. - Бильбо! Это был Фили. Бильбо повернулся и пошел туда, откуда слышался голос старшего принца. - Что именно здесь происходит? - спросил Бильбо, подходя к гному, который стоял сбоку и наблюдал за работой. Фили вздохнул. - Гораздо больше, чем мы ожидали. Вскоре после того, как... он... появился, и Торин, и Фрерин заявили, что гору нужно забаррикадировать. Я не понимаю, почему, и Рейя тоже не знает. - Ты знаешь, куда они ушли? - Возможно....хотя нет, я без понятия, куда они делись.

***

- Орки! Больше, чем мы с тобой можем себе представить, Торин! Больше, чем тогда в Азанулбизаре! Мы должны защитить Эребор! Не только орки, но и люди, и эльфы тоже. Торин ни за что бы не расстался с сокровищами, но Фрерин настоял, чтобы они оказали помощь жителям Озерного города. Теперь их предали союзники. Лучник, Бард, принял помощь от Трандуила. Фрерин был явно ошеломлён новостями, которые принёс им Балин. И они решили действовать по-своему, не желая преклоняться ни перед кем. Им нужно было защитить Эребор от многого, и у Торина было подозрение, что даже от кого-то внутри горы. Тихое фырканье вывело Торина из задумчивости. Он обернулся и увидел, как Гэндальф успокаивающе положил руку на плечо Траина. - Успокойся, друг мой. Твои сыновья работают над защитой горы, не так ли? Фрерин кивнул, подозрительно глядя на Гэндальфа. Торин еле сдержался, чтобы не рассмеяться, ведь любой, кто знал или не знал Гэндальфа, мог относиться к нему с подозрением. У него самого были вопросы о том, куда исчез старый волшебник, когда он был им так нужен. - Мы уже занимаемся этим, Adad, - сказал Фрерин, кладя руку на плечо отца. - К ночи гора будет надёжно защищена. Траин немедленно потянулся к руке Фрерина. Он постоянно держал их за руки, касался, обнимал своих сыновей с тех пор, как они вошли в старые королевские комнаты, словно пытаясь убедиться, что они действительно рядом с ним. - Тебя не было там, в Азанулбизаре, - сказал он беззлобно. - И я рад, что тебя там не было, мой мальчик. Это был кошмар. Да, кошмар, и он не заканчивается. Торин сел рядом с Траином, мягко улыбнувшись. - Не волнуйся, Adad, наши гномы - умелые работники. Как сказал Фрерин, мы закончим к ночи. Траин кивнул, хотя и не выглядел убеждённым. В том, как он себя вёл, было что-то безумное, но никто не мог его винить. Находясь в плену под влиянием тёмной силы, он выжил, и это было чудом. Гэндальф улыбнулся Торину и кивнул. Торин улыбнулся в ответ, хотя ему потребовалось всё его терпение, чтобы сдержаться. С одной стороны, Торин был безмерно благодарен старому волшебнику. Если бы не Гэндальф, Торин никогда бы не узнал о судьбе своего отца и даже не встретился бы с ним. Траин был бы потерян на долгие годы и, возможно, даже умер бы, в полном одиночестве, окруженный тьмой. С другой стороны, присутствие Гэндальфа во время их перехода через Лихолесье в перспективе могло бы помочь им избежать эльфийской тюрьмы. Можно было бы сэкономить так много времени и сделать гораздо больше. Встав, Гэндальф поклонился Фрерину, Дрейе и Балину. Затем, коротко кивнув, он взял свой посох и раздражённо произнес: - Что ж, тогда мне пора. Балин как-то странно нахмурился, и Торин понял, что он чувствует себя таким же обиженным, как и сам Торин. - Куда ты идёшь, Гэндальф? - Если приближаются армии орков, люди и эльфы должны быть готовы. Не в силах сдержаться, Торин горько усмехнулся: - Они не предложат никакой помощи. Гэндальф повернулся к нему с очень странным выражением на лице. - Даже в этом случае я должен попытаться, Торин Дубощит. До тех пор вам лучше успеть подготовить свою армию. - Именно это мы и сделаем, - сказал Торин, - но всё же следует подождать до вечера. - Торин с улыбкой повернулся к отцу. - Король Эребора вернулся. Нужно устроить пир. Что скажешь, брат? Фрерин не возражал, а на его лице расплылась детская улыбка. - Конечно. Это отличная мысль. Подожди, волшебник, и сможешь побывать на первоклассном пире гномов! Пока Траин тяжело дышал и прижимал к себе сыновей, а те счастливо улыбались, Балин, Дрейя и Гэндальф обменялись встревоженными взглядами.

***

Честно говоря, Бильбо старался. Он пытался тащить тележки и передавать гномам камни поменьше, но он всё ещё был маленьким и недостаточно сильным. Гномы сказали ему что-то на Кхуздуле, и судя по тому, как зарычал неподалёку Фили, они не сказали ничего доброго. Но Бильбо устал - ему и так было трудно уживаться с хоббитами, а уживаться с гномами - и того хуже. - Это неподходящее место для такого, как ты, - грубо сказала ему леди Кири, передавая камень Двалину. - Я думаю, тебе следует найти работу получше. Работы для него так и не нашлось. На кухне его не приняли, вся компания была занята возведением баррикад, и Бильбо понятия не имел, чем ему заняться. Ему нравилось проводить время в Дейле, каким бы маленьким он ни был. Но, учитывая возможную войну на горизонте, он точно не мог вернуться туда. Ворин нежно улыбнулся Бильбо и повёл его в комнату поменьше, похожую на архив. - Это место нуждается в уборке, - объяснил он, - и никто из гномов, если честно, не хочет этим заниматься. Adad и Amad настаивают, чтобы мы просмотрели старые записи, прежде чем мы сможем решать дела, связанные с какой-либо торговлей. Бильбо не удержался и спросил: - Как ты думаешь, битва и правда будет? Она коснётся нас? Это заставило Ворина задуматься. - Я думаю....нам в любом случае придется....вступить в бой. Нельзя было отрицать, что Ворин просто старался, чтобы Бильбо почувствовал себя полезным. Он благодарно улыбнулся младшему гному. Как только он ушел, Бильбо схватил тряпки и позволил своим рукам делать то, что он умеет, совсем как с Дори в его доме. Он успел сделать только одну полку, когда Кили, запыхавшись, влетел к нему в комнату. Бильбо нахмурился и усадил младшего гнома на один из вычищенных стульев. - А теперь успокойся и скажи, что случилось? Кили глубоко вздохнул, прежде чем взволнованно взглянуть на Бильбо. - Кое-что случилось. - И что же такого случилось, что ты нёсся сюда, как сумасшедший? - Ну, - Кили почесал в затылке, - во-первых, ранним вечером состоится пир. Но перед этим Балин попросил нас всех собраться вместе. Фили настаивал, чтобы ты тоже был там. Он заберет тебя, когда придет время. И, и... ммм... Я забыл остальное. Не в силах сдержаться, Бильбо улыбнулся и провел рукой по непослушным волосам Кили. - Как насчет того, чтобы ты отдохнул, а Фили расскажет мне о третьей новости, когда придет? Кили покачал головой. - Вообще-то, мне нужно возвращаться. Скоро увидимся! И Кили исчез так же внезапно, как и появился. Сделав глубокий вдох, Бильбо отложил тряпки и потянулся. У него болели ноги и руки. Возможно, хоббит слишком переоценил свои силы и возможности. И всё же, даже если он не мог работать наравне с гномами, это не означало, что он не мог внести свой вклад в их дело. Но, несмотря ни на что, Бильбо чувствовал себя очень одиноким. Он был в горах, окруженный гномами, где у каждого рядом был хоть кто-то близкий. Сунув руку в карман, Бильбо достал маленький сувенир, который он носил с собой уже некоторое время. - Что это? Бильбо едва успел повернуться, как Торин оказался прямо перед ним с безумными глазами. - В твоей руке. Он открыл рот, но не смог произнести ни звука. Торин смотрел на него очень странным и пугающим взглядом. - Ничего особого, - тихо прошептал он, крепко сжимая кулак и глядя вниз. - Покажи мне, - почти прорычал Торин. Бильбо устало поднял голову. Он протянул руку и раскрыл ладонь, чтобы показать жёлудь. - Я подобрал его у Беорна в саду, - сказал Бильбо, глядя на маленькое зёрнышко. - Я просто думал о том, как мы добрались сюда, как можно было бы вернуться домой и всё такое прочее. - Жёлудь? - Торин фыркнул. - Только ты мог взять себе жёлудь, Бильбо. Хоббит тоже улыбнулся и, наконец, посмотрел на Торина. Мягкая улыбка озарила его лицо, и Бильбо почувствовал, как по его венам разливается облегчение. - Ну, я заметил, что земля здесь очень серая и бесплодная, - непринуждённо сказал Бильбо, - я думаю, немного зелени не повредит. Торин посмотрел на него так, словно увидел впервые. - Для того, чтобы здесь хоть что-то выросло, потребуется много времени и сил - тихо сказал он, закрывая ладони Бильбо своими. Хоббит фыркнул, пряча жёлудь в карман. - Хорошо, что я готов ради этого работать. Балин сказал, что когда-то эти земли были покрыты лесами. Я знаю, что один жёлудь не может заселить всю землю, но надо же с чего-то начинать. - Кто сказал, что не может? - усмехнулся Торин. - Береги свой жёлудь. И, кстати, что ты здесь делаешь? - Разбираюсь в вашем архиве. - Один? Бильбо пожал плечами. Торин нахмурился, подошёл и взял Бильбо за руки. - Ты не обязан работать, ghivashel. Ты мой муж. - И ты собираешься рассказать об этом гномам прямо сейчас, не так ли? К удивлению Бильбо, Торин наклонился и поцеловал его в щеку. - Как только мы покончим с этой ерундой. Мой Adad здесь, ты же знаешь. - И? Торин больше ничего не сказал, только пристально посмотрел на Бильбо. Тот заморгал, внезапно разволновавшись. И так они и стояли, молча смотря друг на друга. Пока не пришел Двалин с новостями о людях и эльфах, стопившихся у самых ворот.