When the Sun Rises, I will...

Бильбо очнулся, смутно различая крики вокруг. Спина ныла, но куда сильнее болела голова и, в большей степени, от этих громких голосов. - Я требую ответов! - похоже, это кричал Траин. В который раз. Ему, несомненно, нравилась повышать голос по поводу и без. Будь они в его Смиале, Бильбо бы уже запер Траина в одной из комнат в глубине дома, рядом с садом. Или, что еще лучше - отправил бы его к Лобелии - вот это был бы скандал, на который стоило бы посмотреть. - Позволь ему отдохнуть, - раздался спокойный голос Фрерина. - Он прошёл через войну, как и все мы, отец. При том, что он не был создан для неё. Вот что уж правда, то правда. Долгие годы хоббиты твердили, что война - это дело других, что, несомненно, имело смысл. Чего бы только Бильбо ни отдал сейчас за свой сад, книги и отцовское кресло. Затем до его ушей донесся голос Фили: - Какие бы вопросы к Бильбо у тебя ни были, дедушка, они могут подождать. Это прозвучало как музыка для его ушей. Бильбо тут же открыл глаза. Его взгляд упал на стоявшую рядом линию Дурина, и все события последних дней всплыли перед его глазами. Зрелище, открывшееся его взору, было поистине безумным. Королевский коридор был отнюдь не узким, и Бильбо был уверен, что по нему легко проедет целая повозка, запряженная тройкой лошадей. Но сейчас он казался набитым до отказа. Первым в поле зрения хоббита оказался, к сожалению, Траин. По другую сторону, у стены, сидел Фрерин, привалившись к камню спиной. Дрейя и Рэйя, мать и дочь, стояли по обе стороны от гнома и сверлили Траина глазами. Фили, сидящий в кресле, и Кили рядом с ним находились между Траином и Бильбо, почти заслоняя хоббита от старого, взбесившегося гнома. Члены Компании были рассредоточены по всему помещению: кто-то сидел прямо на полу, кто-то стоял посреди всего этого безумия. - Встаю, встаю, - сказал Бильбо, поднимаясь и потягиваясь. Бофур похлопал его по плечу. К великой радости, Гэндальф тоже был здесь - стоял неподалёку и безмятежно курил трубку. Он мягко улыбнулся Бильбо и с осторожностью покосился на Траина. К ещё большему удивлению, здесь находилась Тауриэль. Она стояла прямо, напряжённая и чужая в окружении гномов. Впрочем, как и сам Бильбо. Вздохнув, он поднялся и повернулся лицом к Компании и наследником рода Дурина. Все взгляды были устремлены на него, как будто они никогда раньше не видели хоббита. Что было крайне невежливо. - Что? - устало спросил он. - Что? ТЫ СПРАШИВАЕШЬ "ЧТО"? - Траин выглядел так, как будто готов был разорвать хоббита голыми руками. Несмотря на истощение и пытки, доведшие его до безумия, он всё же ощущался... королём. Всем тем, чем был Торин. И разве это не была ужасная мысль? - Ты что-то сделал с моим сыном там, - выпалил Траин. - Ты говорил с ним! Ты... ты наложил на него чары! Бильбо равнодушно посмотрел на Траина. - Я думаю, вы хотели сказать "спасибо". За то, что я, возможно, спас ему жизнь. Кто-то кашлянул, кто-то тихо хмыкнул, но взгляд Бильбо не отрывался от Траина - того самого, что сверлил его злыми глазами сверху вниз. Честно говоря, не будь он отцом Торина - Бильбо бы давно ушёл отсюда, не оглядываясь. - Послушайте, - устало сказал Бильбо, - если у вас есть ко мне какие-то претензии, кроме самого факта моего существования как хоббита, я готов дать ответы на ваши вопросы. Но если вы продолжите ненавидеть меня просто за то, что я есть, боюсь, мне нечего вам сказать - и тем более нечего доказывать. Это заставило Траина замолчать. Видимо, никто раньше не критиковал его за предрассудки, и, насколько Бильбо помнил, ему даже не приходилось иметь дело с людьми так часто, как Торину. - Ты назвал Торина "мужем", - пробурчал Траин, всё ещё сбитый с толку, - объяснись. Бильбо вздохнул. - По-моему, это слово говорит само за себя, не так ли? - Ты не королевской крови, - неожиданно подал голос Фрерин. Он выглядел неловко, будто сам не был уверен, стоит ли ему вообще говорить. - Ты не гном. У тебя нет права претендовать на трон Эребора. Бильбо нахмурился, повернувшись к нему. - Я... Ну как бы... прекрасно это понимаю? - И что же ты тогда наплел моему сыну? Что ты надеялся получить от этого соглашения? На что бы ты ни надеялся в результате этого брака, Полурослик, уверяю тебя, ты ничего не получишь! Бильбо почувствовал, как в нём закипает ярость. Пальцы сжались в кулаки сами собой, дыхание сбилось. Он шагнул вперёд, почти в упор подойдя к гному, и выплюнул: - Как ты смеешь. Торин однажды сказал, что гнев хоббита может напугать даже великого гнома. Тогда Бильбо только рассмеялся и велел мужу не дразниться. Теперь же, глядя на расширившиеся глаза Траина, он вдруг понял, что Торин тогда действительно не шутил. - Как ты смеешь думать, что я женился на твоём сыне ради богатства! - прошипел он, сверля старого гнома яростным взглядом. - Я люблю Торина всем сердцем. И буду любить его до конца своей жизни. Единственная причина, по которой я вообще здесь, в этом походе, - потому что ОН хотел вернуть эту гору. Мне нет дела до всех этих сокровищ, какими бы драгоценными ты их не считал! - Тогда зачем ты украл Аркенстон?! - выкрикнул Траин. Голос его дрожал, но он всё ещё стоял гордо. У Бильбо резко перехватило дыхание, а Траин продолжал, - если не ради золота, то ради чего? Власти? Полезных союзов? - РАДИ ЛЮБВИ! - крикнул Бильбо, и все, кто был поблизости, вздрогнули. Ворин был готов заговорить, но мать остановила его, а Бильбо кричал, не останавливаясь, - этот чертов камень, который важен тебе больше собственной головы?! ОН УНИЧТОЖАЛ МОЕГО МУЖА! ГУБИЛ ОБОИХ ТВОИХ СЫНОВЕЙ! ЭТОТ КАМЕНЬ ДАЖЕ ТЕБЯ РАЗРУШАЛ! Он остановился и огляделся. Ворин пытался что-то сказать, но Бильбо молча покачал головой - поступки Ворина ещё всплывут, когда это безумие закончится. Сейчас давать Траину новый повод для ненависти не имело смысла. - Вы разве не видите, не замечаете этого, на самом деле? - с отчаянием в голосе бросил он, глядя попеременно на Траина и Фрерина. - Вы оба! Золотая болезнь - это была не просто вся та куча золота в казне, которую захватил Смауг. Основой всего был этот проклятый камень! И Балин знает это! Все взгляды обратились к Балину. Тот резко побледнел, но все же кивнул, и Бильбо продолжил: - Я никогда не знал короля Трора. Но каждая история, каждый рассказ — от Торина, от Балина, даже от Трандуила - все до одного говорили об этом безумии, которое началось после того, как твой треклятый отец нашёл этот сияющий камень! Золото, возможно, и было проклято драконом, но само безумие началось с сияния этого Аркенстона! Мне не нужен Аркенстон, мне не нужны сапфиры, да вообще ни одно из ваших золотых сокровищ! Мне не нужен никакой Трон, не нужен титул «консорт» - кем бы вы там меня ни считали! Всё, что мне нужно - это Торин. Мой муж. Моя любовь. А он сейчас умирает, потому что сам был до глупого упрямым, а те, кто были рядом, только усугубили это. Остальное может идти к черту! Бильбо судорожно выдохнул и прижал руку к груди, пытаясь унять бешено колотившееся сердце. Он привалился к чьему-то плечу - скорее всего, к Бофуру, - и тут заговорил Балин. Его голос звучал неуверенно, с оттенком смущения и искреннего любопытства. - Парень, но вы ведь не женаты с Торином. Бильбо не сдержал тяжёлого закатывания глаз. Балин, будто не заметив, продолжил: - Я знаю, вы… оба проявляете друг к другу особые чувства... - Мы женаты, Балин, - тихо, но твёрдо ответил Бильбо. - Торин и я женились по хоббичьим обычаям. Я дал ему свои клятвы перед своей семьёй, а он сплел мне косу в присутствии Тана. У нас был чудесный дом в Шире, Бэг-Энд… Который вы, гномы, так радостно разрушили, когда впервые туда пришли. - Но… - теперь уже заговорил Ори, - но когда? Когда вы вообще успели сделать это во время похода? Бильбо рассмеялся. Хотя, ему было совершенно не смешно. Он знал причины Торина. Знал, какая может быть реакция. Знал всё. Но целые годы тайн и секретов - с него хватит. Это более чем достаточно. - Не во время похода, - ответил он. - Нет, нет. Мы с Торином женаты уже десять лет. В комнате начался хаос. Говорили все - каждый что-то пытался выяснить, осмыслить, понять. Двалин выглядел так, будто готов был убить кого-нибудь - возможно, самого Бильбо, а может, и Торина. Балин, с расширенными глазами, бормотал что-то несвязное. Остальные были в полной растерянности. Бифур позволил безумию бушевать, переглянувшись с Нори. Фили и Кили наблюдали за происходящим с подозрением, будто ждали, кто осмелится сказать что-то новое. Бильбо надеялся, что никто - оба гнома всё ещё не до конца восстановились. Траин, потрясённый, повернулся к принцам. - Вы знали об этом? А Дис знала? - Можно сказать и так, - ответил Фили, сев прямо на своем кресле. - Amad была в таком же неведении, как и все. Дядя рассказал нам, когда... - Когда я нашел брачную бусину Бильбо, - вставил Кили, глядя на всех таким же свирепым взглядом, как и его брат. - Дядя сказал нам правду и взял с нас обещание, что мы никому не скажем. Он также сказал нам, что Бильбо - его Единственный, и он намерен сделать Бильбо своим супругом. Бильбо вздохнул. Только не снова . - Кили... - Нет, он прав! - вмешался Фили, смотря на всех присутствующих. К счастью, никто не осмелился возразить. - Дядя вышел замуж за Бильбо. И он скрывал это, чтобы защитить того, кого любит. Те, кто жил в Эред Луин, знают, через что прошли гномы Эребора. Он держал свой брак в тайне, чтобы обезопасить своего Единственного. - Это не так работает, Фили, - беззлобно сказал Фрерин. - Работать кузнецом, чтобы прокормить свой народ, это тоже «не так работает», Фрерин, - резко парировал Фили. - Отворачиваться от союзников после того, как они прошли через ад, - тоже «не так работает». Управлять королевством в одиночку - «не так работает». Жить под драконом и управлять народом — тоже "так не работает", дядя. Но именно в таком мире мы и живем. Ответа не нашлось ни у кого. Даже у остальных членов семьи Дурина. Фили повернулся к Компании. Его голос звучал громко и уверенно: - Наш король отдал больше, чем кто-либо, чтобы мы могли жить в комфорте. Он выполнял самую черную работу ради нашего блага, он подчинялся воле людей и никогда не жаловался!! Лишь однажды, один раз, он послушал своё сердце. И даже тогда, из уважения к нашим обычаям и чтобы защитить тех, кто ему дорог, он не привёл Бильбо домой, не назвал его своим мужем, обращался с ним как с чужаком - и я видел, как это ранило его. Разве он не заслужил счастья после всего того, что сделал? Бильбо не смог не улыбнуться. Фили ещё молод, ему многому предстоит научиться… но сейчас он говорил, как его дядя. - Торин и Бильбо потеряли больше, чем кто-либо, - добавил Кили. - Разве они не заслужили покой? По рядам гномов пробежал ропот. Кто-то кивнул, другие выглядели озадаченными. Траин стоял у двери, словно раздавленный, и в его лице впервые сквозило понимание. Бильбо глубоко вздохнул. - Послушайте, - начал он, - что бы ни случилось, я никуда не уйду. Торин - мой муж. Он - любовь всей моей жизни. А сейчас он лежит за этой дверью, сражаясь за свою жизнь. И, если честно, мне плевать, что, по вашему мнению, должно происходить прямо сейчас, потому что все это не имеет значения. Речь уже не о Торине Дубощите, Короле, лидере. Сейчас речь о Торине Бэггинсе, моём муже, которого в Шире приняли как своего. О таинственном кузнеце, что появлялся каждую весну и оставался до середины осени. Вы думаете, что знаете всё. Или что должны всё знать. Но это не так, понятно? Глаза Бильбо защипало от слёз. - Когда он сделал мне предложение, он сразу рассказал мне, что возможно будет в нашей жизни, а чего - никогда не случится. Я женился на нём, зная, что останусь тайной частью его жизни. И знаете что? Меня это устраивало. Но вот что меня не устраивает - это то, что каждый из вас думает, что у вас есть право голоса в его жизни или в моей. Что вы имеете право судить о наших отношениях. Даже если бы я не был его мужем, лорд Траин, даже если бы я не был его Единственным - у вас нет права не пускать меня к нему. И не только меня. Траин посмотрел на него в упор, с жаром в глазах, но так и не проронил ни слова. Бильбо шумно выдохнул, перевёл взгляд на Компанию и печально улыбнулся, покачав головой. - Когда я был моложе, мне казалось, что любви будет достаточно. Глупо, правда? Но что было, то было. Я присоединился к походу, думая, что в конце буду стоять у гробницы Торина. Я никогда не думал… не надеялся, что получу нечто большее. Но теперь, когда он так близок к смерти, я понимаю - я не готов с ним прощаться. Бильбо повернулся к Траину и Фрерину и как можно мягче сказал: - Я не собираюсь навлекать дурную славу на вашу семью. Я не наложил на Торина никаких чар - не больше, чем он на меня. Он опустил взгляд на руки и устало вздохнул. Слёзы вновь скатились по его щекам, и Бильбо даже не стал их вытирать. Сегодня был не подходящий день для улыбок. К нему подошел Балин, опустив голову и потупив взор. Он взял Бильбо за руку и покачал головой. - Прости нас, парень. Мы думали, что любовь между тобой и Торином... - Я знаю, что вы думали, - мягко перебил его Бильбо. - Торин мне рассказывал. Можешь не сомневаться - мы делимся почти всем. Не стану врать, в некоторых моментах это было довольно… забавно. Повернувшись к Двалину и остальным, он добавил: - А вы, должно быть, чувствовали себя такими проницательными, когда сводили нас вместе. Что за достижение. Какой подвиг. Это вызвало сдержанную улыбку у половины Компании. Было и впрямь глупо… и по-своему забавно. Было сделано так много ставок. Теперь это казалось лишь далеким воспоминанием. Балин лишь улыбнулся шире и сжал плечо Бильбо крепче. Хоббит всхлипнул, вытер нос рукавом - ну и манеры - и поднял глаза. - Ты также оговорил о ребенке... Бильбо застыл, услышав голос Фрерина. Он почти забыл о гноме. Фрерин по-прежнему хмурился. - Я слышал вас, мастер Бэггинс. Вы говорили Торину… о ребёнке. - Ну… - Бильбо всхлипнул, - да. Да, говорил. - Ты… ты что, переодетая девушка? - спросил Фрерин, сбитый с толку. Бильбо покачал головой. — Ах… ну… всё немного… сложно. Те, кто знал, просто обменялись понимающими взглядами, другие выглядели озадаченными. Даже Тауриэль нахмурилась. Гэндальф выглядел до невероятного довольным. После долгого молчания Бильбо откашлялся и продолжил: - В Шире есть старая история… о Туке, что взял в жёны фею. Обычно это объясняет, почему Туки такие непоседы. Это также, ну, в общем, дало хоббитам из рода Тук некоторые особые способности. - Например? - потребовал Глоин. - Ну… например, они выше прочих хоббитов. И… некоторые мужчины могут вынашивать детей… В общем, мы плодовитый народ. Никто не произнес ни слова. Несколько пар глаз продолжали тупо таращиться на Бильбо. Поскольку молчание продолжало затягиваться, хоббит фыркнул и покачал головой. - Ну что ж. Не то чтобы мне не нравился этот разговор, но я… очень устал. Оин уже вышел? Глоин резко покачал головой. Бильбо коротко кивнул. - Тогда я пойду - посижу там. Буду ждать, когда он выйдет с новостями… о моём муже. Он повернулся, собираясь пойти, как вдруг замер, и снова обернулся: - И… могли бы вы не пялиться на меня? Реакция последовала незамедлительно. Все засуетились, переговариваясь вполголоса и вспоминая, что у них остались недоделанные дела. Бильбо вновь сел на каменную скамью, опустив взгляд на колени. Он игнорировал суматоху вокруг. Вся его душа была прикована к двери рядом. Оин сказал... он сказал, что Торин, возможно, сможет выжить. Но с каждой минутой Бильбо всё сильнее ощущал усталость. День казался бесконечным, ускользающим из-под контроля. А он… он просто сидел здесь, не в силах ничем помочь. - Дети Йаванны поистине благословенны. Бильбо моргнул и медленно обернулся. Рядом с ним, недалеко от каменной скамьи, устроилась эльфийка. - Леди Тауриэль, - кивнул он в знак приветствия. Та улыбнулась, перекатывая в ладони гладкий камешек. - Просто Тауриэль. Я не леди и, конечно, не принадлежу к такому высокому сословию, чтобы считаться леди. Бильбо поднял глаза и увидел в отдалении семью наследников Дурина. Они тихо переговаривались, но взгляд Кили то и дело искал Тауриэль, как бы он ни старался это скрыть. - Думаю, один определённый принц не согласился бы с этим. Камешек исчез в сжатой ладони. Тауриэль закрыла глаза и глубоко вдохнула, прежде чем повернуться к хоббиту. - Как вы жили? - Прошу прощения? Тауриэль вздохнула, скрестила ноги и села лицом к хоббиту. - Как вы жили, мастер Бэггинс, зная, что тот, кого вы... любите, может в любой миг оказаться в опасности? Что вы не сможете провести с ним всю свою жизнь, а станете лишь главой в его истории? Бильбо откинулся на спинку, позволив себе улыбнуться. Перед его глазами мелькали картинки с зелеными холмами Шира, реки, кузницы, Бэг-Энда, рыночной площади. - Я жил, потому что знал: он любит меня. Так же, как Кили любит вас, Тауриэль. Не стоит недооценивать преданность рода Дурина. - Я едва его знаю. - Я знал Торина много лет, и все же он удивлял меня на каждом шагу этого путешествия, - сказал Бильбо искренне. - Я знал кузнеца, возлюбленного, мужа, доброго гнома. Но в дороге... я встретил лидера, короля, дядю, наследника рода Дурина, сына, брата. Да, возможно, я навсегда останусь лишь главой в его истории. Может быть, двумя или тремя, если Валар позволят. Но это будет славная глава. Та, к которой возвращаешься вновь и вновь, хотя знаешь весь сюжет, но именно эта глава заставляет сердце забиться вновь. Он взглянул на Тауриэль и мягко улыбнулся. - Вы намного старше меня. Как и почти все здесь. Но позвольте тому, кто жил меньше всех, сказать вам - время крайне капризно. Сначала думаешь, успеешь завтра, а завтра может и не наступить. Когда я вышел замуж за Торина, я знал, что полгода в году мы будем порознь. Это разрывало мне сердце. Но всякий раз, когда он возвращался ко мне, я делал всё, чтобы мы жили в настоящем. Не ждали, не откладывали, а жили. Зная, что я умру раньше или он падёт в бою. Я отчаянно хочу, чтобы он выжил. Я не справлюсь с его потерей. Но если Аулэ и правда призовёт его в Чертоги, я ничем не смогу его удержать. Тогда мне останется одно - хранить в памяти каждое мгновение, что мы провели вместе. Бильбо даже не заметил, как слезы потекли у него по щекам, но ему было все равно. Чьи-то руки накрыли его ладони, и Бильбо поднял голову. Тауриэль грустно, но с теплотой улыбалась ему. - Даже Аулэ не настолько жесток, чтобы забрать у вас короля Торина сейчас, - произнесла она с твердой убеждённостью. - Судя по тому, что я слышала, вы выдернули его из лап смерти. Не теряйте веру, мастер Бэггинс. И он верил. Вера и молитвы - это все, что у него осталось.

***

Когда наступила ночь, кузены Ур едва ли не на руках отнесли Бильбо обратно в их дом. Оин всё ещё не вышел, и ожидание только усиливало тревогу бедного хоббита. Но он больше не мог просто сидеть на месте. Ему нужно было поесть и поспать. Фили и Кили последовали за ним - просто сидеть и ждать им не хотелось. Глоин с досадой всплеснул руками и тоже пошёл с ними, и даже Балин, когда его увлекли за собой, не стал возражать. Только Двалин остался, пообещав сразу же сообщить, если появятся какие-то новости. - Как только Оин выйдет, - сказал он. Так оставшиеся члены Компании Торина Дубощита оказались в столовой дома семьи Ри. Еды хватало на всех, и когда в комнату вошла леди Дрейя со своей семьёй - включая несколько озадаченного супруга, - в помещении стало буквально нечем дышать. И Бильбо это нравилось. - Эй, вы, старые пеньки! - выкрикнул Бофур, который был уже пьян в стельку. - Бильбо теперь мой новый кузен! Ура! И с этими словами он рухнул на Бомбура. Братья рассмеялись, и эта волна смеха прокатилась по всей комнате. Бильбо на это лишь улыбнулся. Почти идеальный день, все, кто мог быть рядом, были с ним. Все - кроме одного, чьё отсутствие причиняло безумную боль. - Он поправится, Бильбо. Хоббит повернулся и слабо улыбнулся Балину, который сидел рядом с ним с понимающей улыбкой на лице. - Торин сильный. Он справится. - Я знаю, - ответил Бильбо. - Но чем дольше это длится, тем страшнее мне становится. Это просто... Балин похлопал его по спине, и Бильбо благодарно кивнул старому гному. Они посидели немного молча, наблюдая, как Бофур и Бомбур начали петь какую-то безумную песню. Фили иногда пытался подпевать, но он только утром пришёл в себя. Время от времени Фили поворачивался к Бильбо и мягко улыбался. А хоббит не мог заставить себя поднять на него глаза. Слишком сильно его жгло чувство вины каждый раз, когда он натыкался взглядом на проклятое кресло на колёсах. Он мог бы успеть, мог бы лучше беречь своих мальчиков. - Могу я кое о чем спросить? - тихо спросил Балин. Бильбо нахмурился, но кивнул. - Конечно. Старый советник казалось, не решался даже озвучить свой вопрос. Потребовалась пара мгновений на раздумье, прежде чем он всё же заговорил. Пока Ур, Ри и остальные пытались хоть как-то разрядить обстановку, он спросил: - В той комнате ты назвал два имени. Одно я узнал - это сын лучника. Баин. Эдис. Бильбо закрыл глаза, непроизвольно потянулась к животу. Многие слышали. У них точно возникнут вопросы. Но у Бильбо просто не осталось сил. Рана была ещё слишком свежа. Это было печально - даже с Торином они толком не говорили об этом. Никогда. После случившегося Торин уехал в Эред Луин, а Бильбо снова пустился в странствия. Только Йаванна знала, что будет дальше. - Это... Я расскажу об этом... Но не сейчас. Балин не настаивал, и Бильбо был ему за это безмерно благодарен. Ночь шла своим чередом. Первым ушёл Фрерин с семьёй. Королю требовался отдых - ему ещё нельзя было много двигаться. Поговаривали, что вся семья переедет в королевское крыло. Возможно, в этом был какой-то особый скрытый план позадирать Траина. Следующими ушли Фили и Кили. Вернее, Фили отправился спать, а Нори вытолкал Кили, когда тот попытался улизнуть, чтобы увидеть Тауриэль. Бильбо улыбнулся их выходкам и тихо кивнул, когда принцев увели на отдых. Остались Глоин, семьи Ур, Ри и Балин. Вестей от Двалина и Оина всё не было. Чтобы скоротать время, Глоин начал вспоминать былые времена, особенно детство Торина - то, каким он был шалопаем. Это действительно помогло Бильбо немного успокоиться —-под конец он даже начал по-настоящему улыбаться. - ...а потом Торин и Фрерин побежали через кухню, путаясь под ногами у других гномов, пока мы с Оином были заняты тем, что вовлекали короля Трора в очень глубокую дискуссию об истории Кхазад-Дума, - с воодушевлением рассказывал Глоин. - Леди Фрис уже была у них на хвосте, а Балин нёсся за ней, пытаясь утихомирить бедную тётушку. Вытирая слёзы, Бильбо спросил: - А чт-что делал Двалин? - Выпускал баранов, - с искоркой в глазах отозвался Балин. - Он и Кири погнали их на рынок. - Когда леди Фрис поняла, что взрыв в тронном зале был только отвлекающим манёвром, бараны уже носились по всему Эребору! Ох, славное было времечко! Бильбо не выдержал и расхохотался, упав в объятия Балина, который сам едва сдерживал смех. Ри катались по полу, Бофур с Бомбуром не могли остановиться, даже Бифур захихикал, поперхнувшись трубкой. Но внезапно дверь распахнулась, и в комнате на миг воцарилась тишина. Первым вошёл Двалин. Стоило Бильбо увидеть его, как новая волна хохота захватила всех. - Что? - нахмурился гном, скрестив руки. Глоин хихикнул. - Мы тут Бильбо про историю с Баранами рассказываем. Хмурое выражение лица Двалина стоило каждого мгновения. - Я прикончу тебя, старый болван! - Ха! Ты сначала попытайся! - А ну, хватит! Голос Оина прозвучал как гром. Все сразу притихли. Улыбка исчезла с лица Бильбо, хотя слёзы всё ещё текли по его щекам, но теперь уже от тревоги. Целитель сел в центре комнаты - видно было, как устал он за эти часы. Он похлопал Бильбо по руке и устало, но с добротой улыбнулся: - Он будет жить. - Но?.. - Никаких "но", - ответит Оин. - Он только что заснул. Его ранам нужно больше времени, чтобы залечиться. Я ввёл его в целительный сон - хороший и глубокий. Не тревожься. Всё будет хорошо. Бильбо моргнул. В комнате раздались радостные крики, словно гномы прямо сейчас решили торжественно отпраздновать эту новость. А он сам будто смог вдохнуть впервые за весь день. Торин будет жить. Он поправится. Бильбо непроизвольно обхватил себя руками, уткнулся лицом в колени и закрыл глаза. Всё будет хорошо. Всё. Будет. Хорошо.