When the Sun Rises, I will...

Когда Бильбо проснулся, его приятно удивил тихий шепот, доносившийся из комнаты. Приоткрыв глаза, он заметил, что некоторые члены его приёмной семьи яростно перешёптываются, украдкой поглядывая на него. Бомбур сидел, опустив глаза, выпятив губу и нахмурив брови. Это было, пожалуй, одно из самых унылых зрелищ, что только доводилось видеть Бильбо с утра. - Что происходит? - хрипло спросил он. Его голос заморозил все движения в комнате. Бофур и Нори медленно обернулись к нему, будто дети, застигнутые за шалостью. Шахтёр и Вор выглядели так, словно их застали за какой-то шалостью или, того хуже, воровством. - Бильбо! - воскликнул Бофур с явным напряжением в голосе. - Ты проснулся! - Обычно так и бывает, когда заканчиваешь спать, - сухо отозвался хоббит и, широко зевнув, спросил, - который час? Взгляды, которыми перебросились гномы, были более чем подозрительными. - Что? - резко спросил Бильбо. Нори с натянутой улыбкой шагнул вперёд, мужественно взяв инициативу на себя. - Эм… полдень. Бильбо моргнул. Потом ещё раз. Потёр глаза и уставился на гнома, будто проверяя, правильно ли расслышал то, что сказал Нори. - Полдень? Все вздрогнули от повышенного тона. Бофур даже поморщился, словно получил пощёчину. Бильбо скинул с себя одеяло и вскочил с кровати, потрясено глядя на собравшихся. - Я проспал полдня?! Бомбур всхлипнул. Бильбо посмотрел на него в замешательстве, когда Бофур ответил: - Э-э, скорее, полтора дня. - ПОЛТОРА ДНЯ?! - Торин проснулся! - выпалил Нори. Когда он встретился с суровым взглядом Бильбо, он понял, что облажался. И очень серьезно. - Что? - голос Бильбо был настолько тихим, что заставил всех присутствующих гномов вздрогнуть от ужаса. Бофур, как самый смелый (или самый глупый), кивнул и добавил: - Ну, он очнулся всего пару часов назад. Ты почти ничего не пропустил… Бильбо выглядел так, будто вот-вот взорвётся. То ли он собирался устроить массовое истребление гномов в этой горе, то ли заорать так, что это обрушит все подземелья Эребора. Но он был не настолько глуп. Сейчас были дела поважнее. Бильбо глубоко вдохнул, пытаясь обуздать ярость. Надо действовать. Быстро. - С вами я разберусь позже, - прошипел он и, отпихнув Бомбура с Бофуром с дороги, стремительно вылетел из дома. Все, кто встречал его по пути, поспешно уступали дорогу. Обычно бесшумный хоббит топал так, что даже отважные воины прятались в тени. Добравшись до королевских покоев, он не сказал ни слова - один лишь его грозный вид заставил стражу молча расступиться. Бильбо направился прямиком к покоям Торина и остановился, когда перед ним появились обеспокоенные Фили и Кили. - Бильбо! Ты очнулся! - воскликнул Кили. В ответ он получил взгляд, способный испепелить. - Ты! - Бильбо ткнул юного принца в грудь. - Это ты приложил руку к тому, что я проспал полтора дня?! Кили сглотнул, будто только что вспомнил, как дышать. Медленно скосив глаза на брата, он выдал его с потрохами. Бильбо тут же перевёл взгляд на Фили. - Эм… - попытался вымолвить тот, явно не ожидав допроса. - Мы просто… волновались, что ты совсем не спишь… От взгляда Бильбо Фили почти съёжился. Он приготовился к буре, но её не последовало. Когда он осмелился поднять голову, хоббит уже делал успокаивающий глубокий вдох. - Я разберусь с вами всеми позже, - процедил он, сдерживая себя. - А сейчас… где этот иди..., то есть, мой супруг?

***

Торин сидел, привалившись к изголовью кровати. Его грудь была плотно перебинтована, но боли он почти не чувствовал. Раны практически зажили, и остаточная боль давала о себе знать лишь в холодную погоду. К несчастью для гнома, проснулся он посреди лютой зимы. Фрерин стоял рядом, наблюдая, как Оин хлопочет вокруг Торина. По правде говоря, всё было в порядке. Он чувствовал себя настолько бодрым, что был бы не прочь выйти на спарринг с Двалином - хотя даже сам прекрасно понимал, насколько это безрассудно. Большинство членов Компании находились в комнате, исподтишка наблюдая за ним с тревогой. Торин едва сдерживался, чтобы не закатить глаза. По их рассказам, он провёл в искусственном сне несколько недель. Последнее, что он помнил, - это битва. И один разговор с Бильбо... слишком эмоциональный, больше похожий на сон. Оин, наконец, отступил, что-то бормоча себе под нос. - Как он? Странную тишину нарушил Траин - и выглядел он при этом по-настоящему обеспокоенным. - Он в порядке, - проворчал Оин. - Без боев, глупостей и прочих дуростей, и он... Но старый лекарь так и не успел договорить - двери в комнату резко распахнулись. На пороге стоял Бильбо Бэггинс собственной персоной. За ним, как тень, шли принцы и остальные члены Компании. В тот момент Торина охватило облегчение - он увидел своего супруга. Но ощущение исчезло столь же стремительно, как появилось. Потому что взгляд у хоббита был... яростный. Торин нервно сглотнул. Злой Бильбо - страшный Бильбо. Не обращая внимания ни на кого вокруг, хоббит обошёл кровать и встал с другой стороны. Торин испуганно следил за супругом, пока тот смотрел на него сверху вниз с такой яростью, что никто в комнате не осмелился произнести ни слова - даже Траин. Само присутствие Бильбо внушало страх. Один за другим гномы начали отступать, будто желая оказаться подальше от грядущего взрыва. И правильно сделали - в следующий же момент Бильбо со всего размаха стукнул короля по макушке. - Бильбо! - воскликнул Торин, схватившись за голову. - Мне больно! - Да, больно! - огрызнулся хоббит и отвесил ему ещё пару тумаков. Потом перешёл к плечу, ударив несколько раз, а затем снова врезал по голове. - Ты полнейший идиот! О чем, во имя Валар, ты думал?! - О чем я думал?! - проворчал Торин, его брови сдвинулись к переносице. - Я сражался! В битве, для которой я был рожден и к которой меня готовили всю жизнь! А ты что делал? - Спасал. Твою. Задницу! - выкрикнул Бильбо и ударил Торина сразу обеими руками. Тот попытался защититься, но получил ещё больше ударов. - О Махал, хватит уже! Громкий стон Торина наконец остановил хоббита. Бильбо медленно опустил руки, всё ещё сверкая глазами, полными яростного огня. - Азог мог тебя убить! - выкрикнул он, уперев руки в бока. - Он тебя чуть не прикончил! Ты это вообще осознаёшь? - Учитывая, что он бился именно со мной, то да. Бильбо снова хлопнул его по плечу. - Не умничай тут, глупый гном! Ты - отвратителен, ужасен! - Нет, я не такой. - Да, именно такой! - Бильбо сорвался на крик. - Ты, ты чудовище! Ты хоть знаешь, как долго ты был без сознания? Мы все места себе не находили! А потом ты просыпаешься и говоришь: «Ох, я вижу Чертоги Махала!». Ты... Ты абсолютный засранец! Имитация Торина в исполнении Бильбо была истерически фальшивой и визгливой. Большинство гномов были на грани нервного срыва, но даже они не смогли сдержать улыбки глядя на эту смешную карикатуру. - Я звучал не так, - проворчал Торин. Бильбо фыркнул. - Нет, ты звучал, как король драмы, которым ты, между прочим, и являешься! Клянусь, Торин, если бы ты оставил меня одного растить ребёнка где-то на краю мира... - Что? - Торин так резко повернулся, что тут же застонал от боли в шее. Потирая её, он посмотрел на Бильбо в полном недоумении. - Ребёнка? Какого ещё ребёнка? Бильбо медленно моргнул. - Скажи мне, Торин, что ты помнишь из нашего разговора? - Какого ещё разговора? - Нашего разговора, когда ты был на волосок от смерти! - Это происходило в реальности? Гном обвёл взглядом комнату - все молча кивнули. Торин снова уставился на Бильбо, который выглядел совершенно измученным. Когда Торин заговорил вновь, его голос был едва слышен: - Ты... ждешь ребенка? Черты лица Бильбо значительно смягчились. Он шагнул вперёд, взял одну из больших ладоней Торина и аккуратно положил её себе на живот - тот уже начал заметно округляться. Целое мгновение ничего не происходило. А потом - лёгкое, едва ощутимое движение. Торин забыл как дышать, его глаза расширились от потрясения. - Как давно? - прошептал он. - Судя по тому, как быстро растет мой живот, я думаю, еще с Озёрного города, наверное. Торин в изумлении уставился на хоббита. - С Озёрного города?! - воскликнул Торин. Бильбо фыркнул и усмехнулся, кивая. Торин резко отдёрнул руку. - Ты... ты пошёл в бой, зная, что носишь ребёнка? Пока Торин продолжал возмущённо бормотать, на лице Бильбо отразилось внезапное осознание. - Ты... ты вошёл в Эребор с ребёнком под сердцем! Махал милостивый, ты всё это... О, Бильбо! Когда ты об этом узнал?! Бильбо выглядел так, будто обдумывает, стоит ли говорить правду. Торин уставился на него, совершенно потрясённый поведением своего супруга. - Бильбо? - резко спросил он. - За день до битвы, - быстро выпалил хоббит. Торин сглотнул. - За день до... АЗОГ ШВЫРНУЛ ТЕБЯ! ФРЕРИН ПРАКТИЧЕСКИ ГОТОВ БЫЛ СБРОСИТЬ ТЕБЯ С КРЕПОСТНОЙ СТЕНЫ! Торин резко повернулся к брату, и Фрерин тут же побледнел. Он приоткрыл рот, готовясь хоть как-то оправдаться, но Бильбо не дал ему и слова сказать. - Он был так же болен, как и ты! - рявкнул хоббит. - Не мучай бедного мальчика! - Бедного мальчика!? - возмутился Фрерин, но его почти никто не услышал, потому что Торин снова повернулся к Бильбо. - По крайней мере, он меня не «изгнал»! - всплеснул руками хоббит, вконец устав от происходящего. - Или также не возвращал мне обратно мою брачную бусину, говоря, что между нами всё кончено! - Зачем... зачем мне возвращать тебе обратно твою брачную бусину? - Торин уже явно терял нить разговора. - Ты прекрасно понимаешь, о чём я, Торин! - Я был болен! - Очень болен, - подтвердил Бильбо. - И ты никогда больше не пойдёшь в ту сокровищницу, ясно? - Прости, что? - Торин сдёрнул с себя одеяло и встал, игнорируя протесты гномов вокруг. Он уставился на Бильбо. - Я член королевский семьи Эребора! Это моя обязанность!... - Обязанность, как же! - перебил Бильбо, топнув ногой. - Ни один из вас, ни один из наследников Дурина больше не войдёт туда, пока сокровищница не будет очищена или, не знаю, окроплена благовониями! И ты тоже, лорд Траин! Старый гном растерянно огляделся, не понимая, с чего вдруг речь зашла о нём. Но все кивнули, и он понял - возмущаться здесь бесполезно. Тем временем спор между супругами продолжался. - Ты остаёшься в постели, выздоравливаешь, а также, наконец, приводишь свои мысли в порядок! - У меня всё в порядке с головой. - У тебя никогда не бывает всё в порядке! У тебя в голове один сплошной бардак: полно всякой чепухи, странных судебных драм, заданий, обязанностей, чего только там нет! - По крайней мере, она не забита идиотскими значениями цветов и всякими нелепыми рецептами! - Прошу прощения?! Хоббичьи традиции имеют глубокий смысл! Мы ценим жизнь! - Да уж, скорее вы чтите лень и обжорство! - фыркнул Торин. - Заткнись! Мы, хоббиты, по крайней мере - практичные! Мы не тратим жизнь на глупости вроде войн и прочей чепухи! - Ты сейчас назвал гномов глупыми?! - Ну, не хоббичья же Компания попёрлась в смертельный поход! - Ты сам согласился пойти с нами! - Кто-то же должен был вас, безумцев, спасать! А если бы вы там все погибли?! Гномы смотрели на обоих супругов в полном недоумении. Бильбо и Торин стояли лицом к лицу, сверля друг друга испепеляющими взглядами. Двалин уже занял боевую стойку - он был готов в любой момент вмешаться, если дело дойдёт до рукоприкладства, а по быстрому накалу страстей это выглядело весьма вероятным. Но вместо драки Торин вцепился в Бильбо так, будто от этого зависела его жизнь, прижался к нему губами, и оба тут же разрыдались. Гномы разом отвернулись - кто-то начал насвистывать, кто-то выглядел так, будто его вот-вот стошнит. Но Бильбо и Торин совершенно не заботило, что у них тут вообще-то присутствовала живая аудитория. Наконец, Бофур не выдержал. - Эй! Может, уже хватит? Всем нужно личное пространство, знаете ли! Вы всё ещё выздоравливаете! В ответ Бильбо отстранился, одарил всех яростным взглядом и, переглянувшись с Торином, рявкнул: - Все вон! В следующее мгновение все, даже включая Траина, были вытолканы за дверь. Оин, бормоча себе под нос о том, что ему мешают работать, нехотя покинул комнату. Как только последний гном оказался за дверью, она с глухим звуком захлопнулась. Бильбо резко обернулся, снова уставился на Торина, и уже в следующий момент - они снова начали целоваться. Каким-то образом, преодолевая сопротивление и отчаяние, они вдвоем уселись на кровать и стали разговаривать и целоваться одновременно. - Все уже знают, что мы женаты, - выдохнул Бильбо, отстранившись на миг. - Вот и хорошо, - проворчал Торин и тут же притянул хоббита обратно к себе.

***

Бильбо и Торин наконец разговорились гораздо позже вечером. Кто-то постучал в дверь и оставил за ней две миски с супом. Бильбо не увидел, кто это был, но подобрал миски и вернулся внутрь, тихо прикрыв за собой дверь. Торин полулежал на кровати, а Бильбо лег рядом, аккуратно устроившись между его грудью и рукой, на изгибе плеча. Торин лишь мягко улыбнулся, принимая из его рук свою миску. - Это очень вкусно, - сказал он медленно. - Бомбур? Бильбо хмыкнул. - Надеюсь, он снова не добавил туда каких-нибудь снотворных трав. Торин приподнял бровь. - Мне стоит это знать? - Лучше не надо, - отозвался Бильбо, съедая первую ложку. Он взглянул на Торина, и в его взгляде ясно читалась тревога. - Ты в порядке? Торин мягко улыбнулся и прижался лбом к его лбу. - Я в порядке. Бильбо выдохнул, прикрыл глаза и коснулся ладонью его щеки. - Умирать не собираешься, верно? - Нет, - пообещал Торин. - Я жив, со мной все хорошо. - И слава Эру, - тихо сказал Бильбо, отстраняясь. - Потому что я не собираюсь тебя потерять, Торин. Ни за что. Торин взял его миску, отставил в сторону и заключил маленькие руки Бильбо в свои широкие ладони. Он поцеловал каждую, глядя на хоббита снизу вверх. - Я тоже тебя не потеряю. От этих слов Бильбо будто успокоился. Он улыбнулся, забрал обратно свою миску, и они доели в тишине, наслаждаясь тем, что находятся рядом друг с другом. Когда миски были пусты, Бильбо поставил их на пол и устроился на груди Торина, а тот крепко обнял своего хоббита. - Ты был прав, знаешь ли, - тихо пробормотал Бильбо. Торин приподнял бровь. - Ты о чем? - Тогда в горах, - сказал Бильбо, перебирая пальцами его волосы. - Тогда я ещё не знал, что такое потеря. Торин нахмурился. Вина кольнула его сердце. - Бильбо... - Я не знал, что такое потеря, пока не потерял тебя, - прошептал хоббит, не глядя на Торина. - Сначала из-за Драконьей Болезни, потом - в этой сумасшедшей борьбе между жизнью и смертью. Когда Бильбо, наконец, поднял взгляд, глаза его блестели от едва сдерживаемых слёз. - Если бы с тобой что-то случилось... я не знаю, что бы я делал. Я бы не справился один. Торин выдохнул прерывисто, сам будучи на грани слёз. Он прижал Бильбо к себе и поцеловал его в висок. - Я не оставлю тебя. Обещаю. - Ты не можешь обещать такое. Торин глубоко вдохнул, слегка отстранился и решительно взглянул на супруга. - Ты можешь забрать мои косы, Бильбо Бэггинс. Я клянусь своей жизнью, что никогда не оставлю тебя. К удивлению Торина, хоббит закатил глаза. - Вы, гномы, со своими дурацкими косами... Мне не нужны волосы, чтобы принять чужое обещание, понимаешь? Мне нужен ты. Торин печально улыбнулся. Его пальцы прошлись по мягким кудрям Бильбо. Тот прикрыл глаза, наслаждаясь прикосновением любимого. Прошедшие годы были тяжёлыми, их отношения - сложными. Поход изменил многое: их самих, их судьбу, их связь. Бильбо уже и сам не знал, что между ними, но точно знал одно - он любил Торина всем сердцем. И потерять его снова... было бы невыносимо. Мысли прервались, когда Торин начал подниматься с постели. Бильбо взглянул на него вопросительно, пока тот потихоньку надевал на себя лежавшую рядом тунику. Торин повернулся к хоббита с выражением абсолютной решимости на лице. - У тебя с собой твоя бусина? - Да. - И ключ, что я тебе дал? - Ключ от твоего сердца? - усмехнулся Бильбо. - Да, он при мне. Торин кивнул, ушёл в гардероб и вернулся с брачной лентой в руках. - Что...? - У тебя моя бусина? - Да... Но... что вообще происходит? Вместо ответа Торин протянул руку. Бильбо посмотрел на неё с растерянностью, но всё же вложил в нее свою ладонь. В следующее мгновение Бильбо и Торин уже выскальзывали из его комнат. - Торин! - зашипел Бильбо. - Ты должен отдыхать! - У меня будет ещё масса времени, чтобы отдохнуть, - пробормотал гном, окидывая взглядом коридор, проверяя, не патрулирует ли его стража. - Пошли! Они перешли на полубег, и Торин повёл Бильбо глубже в королевские покои. Коридоры постепенно становились всё менее знакомыми, словно давно забытые. Бильбо начал было возражать - он знал, насколько опасными могут быть подобные участки. Полы, которые проваливаются, колонны, выглядящие надёжно, но готовые рухнуть в любой момент. Но решимость Торина была несгибаема. Он шёл вперёд, не взирая на пыль и паутину. Казалось, он отлично знал, куда идёт. Они остановились перед парой дверей. В отличие от остального пути - пыльного и тусклого - эти двери сияли чистотой. Из кованого железа, выкрашенные в пастельные тона, они были высотой чуть ли не с самого Гэндальфа. Вокруг них тянулись барельефы, но Бильбо не мог толком разобрать, что на них изображено. Торин обернулся с серьёзным выражением лица и протянул руку. - Ключ? Бильбо сунул руку в карман брюк и достал ключ. Он всегда держал его при себе, рядом с бусинами. Сначала - бусины, потом - ключ. Торин вставил ключ в почти незаметное отверстие под скульптурой. Бильбо ожидал скрежета или лязга, но ничего этого не было. Не прозвучало ни звука. Дверь открылась абсолютно бесшумно. - Что за... - Тсс! - шепнул Торин. Бильбо замер, удивлённый. Вокруг никого. Торин убрал ключ и взял его за руки, ведя внутрь. Как только они переступили порог, на колоннах вспыхнули факелы. Бильбо зачарованно наблюдал, как в поле его зрения появляются колонны зала. Двери закрылись за ними - опять же, без единого звука. Потихоньку весь зал был освещен. На вздымающихся к небу колоннах тончайшая резьба рассказывала о битвах, различных легендах, чужих невероятных историях. Всё это было и гномьим, и каким-то... иным. Потолок терялся где-то во мраке. Бильбо был уверен - даже Гэндальф не увидел бы его. Торин шёл вперёд, и Бильбо шёл рядом, поражённый открывшимся видом. Зал был широкий, казался бесконечным, по краям его поглощала тьма. Не было слышно ни звука, даже их собственного дыхания. Воздух казался застывшим, но каждый шаг приносил покой. Не было ни спешки, ни волнения. Только существование бытия. Наконец они остановились на чуть приподнятой платформе. Торин сел на край, потянул Бильбо за собой. Зал, казалось, заканчивался вскоре после платформы, но больше ничего не было, словно абсолютно пустота - но в этой пустоте все равно что-то было. - Что скажешь? Шёпот Торина заставил Бильбо моргнуть. Он огляделся, приоткрыв рот. - Это... красиво. - Красиво? - в голосе Торина прозвучала лёгкая насмешка. - Не думал, что ты способен назвать гномью работу красивой. - Я назвал тебя красивым, разве нет? Торин смолк, слегка порозовев. Бильбо победно улыбнулся и снова огляделся. - Что это за место? - Чертоги Махала. Бильбо мгновенно насторожился. - Нет, не тот, - поспешил пояснить Торин. - Это... то, что ты сейчас видишь, Бильбо, не создано руками гномов. Ни один из нас не вырезал этот зал в недрах горы. Ни один не вырезал те истории на колоннах. - Что ты хочешь этим сказать? - прошептал Бильбо. Торин улыбнулся, почти с грустью. - Легенда гласит, что в каждой горе, где живут гномы, есть такой зал. В Эред Луине он тоже был, правда меньше, но всё же. Говорят, что сам Махал создал эти залы для своих детей. Чтобы, если всё остальное будет разрушено, у них хотя бы осталась каменное убежище. Дом. Бильбо слушал, заворожённый. Зал и вправду казался нереальным. Пол был слишком гладким, орнаменты - идеальными. Не то чтобы он сомневался в мастерстве гномов, но... это было за пределами возможностей простых смертных. - Мне... сюда можно? - тихо спросил он, и в его голосе прозвучала настоящая тревога. Торин улыбнулся, убирая с его лба кудри. Они сильно отрасли. Их было бы легко заплести… Его пальцы наткнулись на тонкую косичку, спрятанную под остальными. Торин замер, распознав узор. - Семья Ур? - удивленно спросил он. Бильбо скосил глаза на найденную гномом косу. - Случилось... небольшое недоразумение, - ответил он с мягкой улыбкой. - И семья Ур решили меня "усыновить". - Какое ещё недоразумение?! - тут же нахмурился Торин. Бильбо скривился. - Ну... - Бильбо, скажи мне правду. Бильбо смотрел на свои руки - растерянно, обеспокоенно. Говорить или не говорить? В конце концов, он решил - между ними не должно быть тайн. - Твой отец был... не слишком доброжелателен по отношению ко мне, - осторожно начал Бильбо. - Кажется, он считал, что я был причиной того, что ты едва не погиб. У нас был спор..., и он пригрозил выгнать меня из королевства. Братья Ур меня усыновили, так что я стал членом их клана. И Траин уже ничего не мог с этим поделать. Когда Бильбо поднял взгялд, то увидел лицо Торина, искаженное болью - как будто его ударили прямо в сердце. Он тут же схватил руки Торина, мягко улыбаясь. - Всё хорошо. Это в прошлом. Я высказал ему всё, что думал. - Этого не должно было случиться, - тихо произнёс Торин, и каждое слово было пропитано раскаянием. Его пальцы крепче сжали руки Бильбо. - Я клянусь, это больше никогда не повторится. Он отстранился и раскрыл ладонь. Бильбо сразу понял, что гном хочет от него. Он достал маленькую коробочку, где лежали их бусины, символ их брака, союза, и вложил ее в ладони любимого. Торин поставил коробочку в нишу, которая, казалось, была создана именно для неё. Бильбо не был уверен, была ли она там до этого. Когда гном открыл коробочку, бусы будто засветились изнутри. - Торин, - прошептал Бильбо, пока тот доставал первую бусину. - Что ты делаешь? Торин ответил с нежной, мягкой улыбкой: - Ты мне доверяешь? - К сожалению, да. Торин хмыкнул и подтянул Бильбо ближе, поворачивая его так, чтобы одна сторона кудрявой головы оказалась перед его лицом. Он аккуратно отделил пряди волос и сказал: - С этой бусиной я клянусь оберегать тебя. Отныне и до конца времён, как и за их пределами. Глаза Бильбо расширились. - Ты хочешь сказать, что это наша свадь... - Тсс, - тихо остановил его Торин, и Бильбо подчинился. - Я обещаю быть рядом с тобой - и в радости и в горе. Он взял вторую бусину, отыскал прядь у затылка и продолжил: - Твои слова будут для меня истиной. Твой гнев - моей ношей. Твоя радость - моей песней. Позволь мне быть твоей опорой, даже если мир вокруг рушится. Он слегка повернул Бильбо на другую сторону, и тот снова послушно склонил голову, с трудом сдерживая слёзы. - С этой бусиной я даю обет: ты - мой Единственный, и прежде всего, я принадлежу тебе. Я могу быть королём, сыном, лидером, но прежде - твоим спутником, твоим другом, твоим мужем. Любить тебя, ценить, уважать и защищать - вот мой путь. Бильбо моргнул. Эти клятвы... похожи на те, что он слышал однажды, но в то же время как будто звучали совершенно по-другому. Когда Торин достал последнюю бусину, а Бильбо сидел спиной к нему, он продолжил: - Я прошу тебя стать частью моей жизни. Обещаю разделить с тобой не только дом и путь, но и мечты, и страхи. Пусть наши миры соединятся в одно целое, как реки, стремящиеся к морю. Бильбо почувствовал, как последняя бусина вплетается в его волосы. Он всхлипнул, утирая подступившие слёзы. Когда хоббит обернулся, он увидел улыбающегося Торина - в его глазах тоже стояли слёзы. - Кажется, теперь моя очередь, - тихо сказал Бильбо. Торин кивнул, но тихо добавил: - Это не обязательно. - Не говори глупостей, - мягко отругал его Бильбо. - Это свадьба, союз. Оба должны дать свои клятвы, не так ли? Торин повернулся боком, давая хоббиту доступ к своим волосам. Бильбо взял прядь в ладони и начал говорить - не те клятвы, что звучали в Шире, а свои, совершенно другие, самые искренние: - С этой бусиной я клянусь всегда ставить тебя на первое место. Не перед лицом собственного достоинства, заметь, но в остальном я всегда буду рядом. Клянусь любить тебя даже тогда, когда ты, уставший, грязный и потный, вновь переступишь порог нашего дома, ибо знаю - запретить тебе подобное мне не под силу. Я обещаю быть рядом в конце каждого трудного дня, с тобой - в молчании и в слове. И да, я непременно скажу: «Я предупреждал». Торин усмехнулся, еле удержавшись от смеха. Бильбо продолжил с сияющей улыбкой: - Клянусь принимать твою семью как свою плоть и кровь, с уважением, потому что мы в твоей горе. Клянусь следовать обычаям твоего народа, потому что ты принял обычаи моего. - Бильбо... - покачал головой Торин, смеясь сквозь слёзы. Бильбо улыбнулся, закрепив бусину. Затем раскрыл ладонь, и Торин вложил в неё красную ленту. Она многое повидала, сильно выцвела, а края потрепались. Но когда они сомкнули ладони, и Бильбо обвязал их лентой, она вновь показалась невероятно прекрасной. - Превыше всего, я клянусь любить тебя. Быть рядом - в свете и во тьме, в радости и в отчаянии. Любить тебя за то, кто ты есть, и за те стороны, которых ещё не знаю. Ценить тебя. Ты - мой возлюбленный, мой друг, мой спутник и мой дом. С этой лентой, связывающей нас, я обещаю, что не оставлю тебя. Ни в счастье, ни в беде. Моя рука всегда найдёт твою, даже если весь мир отвернётся. Торин прижал его к себе, их лбы соприкоснулись. Бильбо закрыл глаза, выдохнув. - Я обещаю, что не оставлю тебя. Ни в счастье, ни в беде, - эхом повторил Торин. Вокруг них поднялся сильный порыв ветра. Их связанные руки оставались сомкнутыми, другие - покоились на голове и шее друг друга. Бусины затянулись крепче, лента мягко подтянула их ближе друг к другу. Когда-то Йаванна благословила их союз в Шире. Теперь Махал благословил их в собственных Чертогах - в сердце горы, где они сидели, связанные любовью.

***

Гонец прибыл поздно вечером, незадолго до ужина. Фили сидел с Фрерином. Они обсуждали сокровища, которые были обещаны Барду для восстановления Дейла. - Его Величество Торин желает видеть вас. - Нас? - переспросил Фрерин. - Вас и принца Фили. Они переглянулись. Последний раз, когда они видели Торина, он едва ли не поглощал Бильбо целиком - зрелище, которое Фили очень хотел бы стереть из памяти. Фрерин кивнул, свернув отчёты с намерением вернуться к ним позже. Он поднялся, а Фили, вернувшись в свое кресло, поехал к выходу из комнаты. Палаты Торина находились совсем рядом с покоями Фрерина, так что путь был недолгим. Однако страж отвёл их не в спальню, а в соседнюю - приёмную. Это была небольшая комната с несколькими креслами. Рядом с книжным шкафом стоял стол, на котором лежали старые рукописи. Их явно недавно перебирали. Напротив стульев была дверь, которая вела в личные покои Торина. Комната была пуста. Фрерин сел подальше от входа. Дверь в комнату Торина оставалась закрытой. Фрерин бросил на Фили вопросительный взгляд, тот лишь пожал плечами. Они просто остались ждать в тишине. Вместо Торина первым вошёл Балин с недоумённым выражением лица. За ним - Двалин, скрестивший руки на груди. - Кто-нибудь знает, зачем он нас позвал? - буркнул гном. Похоже, его позвали прямо в разгар ужина. Фили вновь пожал плечами. Балин занял место в конце ряда кресел, Двалин же остался стоять, снова хмыкнув. Вскоре в комнату вошёл Траин. Все поднялись и склонили головы - как и подобает перед королём. Траин коротко кивнул, сев в дальнем углу рядом с Фрерином. Ждать пришлось недолго - дверь, ведущая в покои принца, отворилась. Торин аккуратно прикрыл её, и Фили успел заметить Бильбо, мирно спящего на постели. Хорошо. По крайней мере, хоббит наконец-то нормально отдыхает. - Торин, ты..., - начал было Траин, но Торин шикнул и приложил палец к губам. Траин побледнел, и Фили едва сдержал улыбку. - Бильбо спит, - прошептал Торин так, что стало ясно: это объясняет всё. Траин недовольно хмыкнул, но не стал спорить. Фили взглянул на дядю. Тот выглядел лучше, чем за все последние месяцы - лицо свежее, волосы расчёсаны... И вдруг Фили вскрикнул от удивления и тут же зажал рот руками, когда все повернулись к нему. Торин вопросительно приподнял бровь. Молодой принц указал на его голову, шепча с жаром: - Ты носишь свадебную бусину! Все уставились на Торина. И правда - у правого уха висела коса, закреплённая деревянной бусиной. Никто не мог разглядеть резьбу, но Фили узнал её. Он видел эту бусину в саду Беорна. - Да, - кивнул Торин, усаживаясь рядом с Фрерином. - Насколько мне известно, Бильбо уже всё вам рассказал. - Ну, да..., - неуверенно сказал Фрерин. - Он упоминал об этом. - Тогда вопросов быть не должно. - Видишь ли, парень, - осторожно начал Балин, - он говорил, что вы поженились в Шире. Но мы не знаем никаких подробностей. - Потому что они касаются только нас, - твёрдо ответил Торин. Балин кивнул, сразу все поняв. Траин переместился в кресле. - Ты в этом уверен, Торин? Взгляд, которым принц одарил отца, иначе как ледяным было не назвать. - Он - мой Единственный, отец. Я признал его, и Махал благословил нас. - Благословил? - удивлённо переспросил Фрерин. - Когда? - Час назад. Мы обвенчались в его храме, снова. Все тут же заговорили разом, но Торин всех резко осадил, бросив тревожный взгляд в сторону двери своей спальни. - Ты не должен был разгуливать по горе в таком состоянии! - прошипел Балин. - Мне уже лучше, - бескомпромиссно ответил Торин. - Я уже практически не чувствую болей. Балин выглядел крайне недовольным, но промолчал. Следующим заговорил Двалин: - Сначала вы женитесь тайно, потом обновляете клятвы без единого слова... - Хочешь пир? - невозмутимо спросил Торин. - Я устрою тебе пир. - Хоть бы предупредил. - Вот я вас и предупреждаю, - отрезал Торин. - Все узнают, когда придёт время. Наши отношения касаются только Бильбо и меня, и так оно и останется. Никто не возразил. Единственные - это святое, и только глупец осмелился бы оспорить подобный союз. Фили прочистил горло, на его лице появилась искренняя улыбка. - Поздравляю, дядя. Теперь я могу официально называть Бильбо - Idad. Торин мягко улыбнулся. - Это не мешало тебе делать это и раньше, Mizmith. Фили пожал плечами. Ведь теперь - это будет по-настоящему. Балин вновь прочистил горло, возвращая внимание присутствующих к себе: - Торин, ночь уже на дворе. Предполагаю, дело срочное, раз ты собрал нас всех здесь. Гном моментально посерьёзнел. Выпрямился и кивнул. - Так и есть. Я совершил немало ошибок в недавнем прошлом. Одни были делом больного рассудка, другие - просто глупостью. Но одну ошибку я совершил в ясном уме, и ее необходимо исправить как можно скорее - это ошибка, связанная с моим мужем. Все замерли, ловя каждое слово. Торин обвёл присутствующих гномов серьезным взглядом. - Я должен признать Бильбо своим Супругом. Официально. Пусть все: гномы, люди, эльфы и хоббиты знают, что он - муж Торина Дубощита. Улыбка расплылась по лицу Фили. Фрерин замер, не зная, что сказать. Траин был потрясён, но ничего не возразил. Двалин в шоке смотрел на своего друга. За всех ответил Балин, стараясь говорить мягко: - Парень… Я понимаю твоё стремление. Но мы только что закончили войну. Времена шаткие. Такая весть может многое изменить. - И что с того? - спокойно ответил Торин. - Мнения других меня не волнуют. - Но лорды Гномов... - начал Балин. - Больше не имеют надо мной власти, - твёрдо сказал Торин. - Пока мы жили в Эред Луин, я молчал из-за них. Но теперь не вижу в этом смысла. - Торин, - начал Траин. - Inudoy, ты наследный принц. Ты не можешь вступать в брак с тем, кто не принадлежит к твоей расе. - Если ты не забыл, Adad, я уже это сделал. И Махал не был против этого союза, - ответил Торин с прежней уверенностью. - Род Дурина останется сильным и крепким, у тебя достаточно наследников, чтобы продолжить его. Траин выглядел потрясённым. - Я... не спорю, что твой союз с Полу... с Хоббитом - это святое. Но официальное провозглашение - не детская забава. - Я это понимаю. Именно поэтому я и должен это сделать, - с серьёзным видом произнёс Торин. Сделав глубокий вдох, он подошёл к столу. - Когда я вернул Бильбо нашу свадебную бусину на бастионе, вы имели полное право срезать мои косы за то, что я опозорил своего Единственного. Но никто из вас этого не сделал. И вина за это только на мне. Он не должен был проходить через все эти испытания здесь, среди нас, через недоверие моей собственной семьи. Но он прошёл. Семья Ур включила его в свой клан, чтобы он мог остаться в Горе, Adad. Скажи мне, разве я принес недостаточно страданий своему Единственному? Разве он не заслуживает уважения? Ответа не последовало. Торин вздохнул и опустил голову. - Я думал, что оберегаю его - от предрассудков нашей культуры. Думал, что, не признавая его официально, даю ему свободу. А в итоге лишь заковал его в невидимые цепи, сделав его жизнь невыносимой. Он выпрямился и оглядев всех присутствующих. - Я люблю Бильбо. Больше всего на свете. Он - самое важное, что есть в моей жизни, и я игнорировал его достаточно долго. Больше не собираюсь. Балин, осмелившись заговорить первым, произнёс: - Торин, если ты это сделаешь, народ может обратиться против тебя. Говорю открыто при лорде Траине и лорде Фрерине: ты можешь лишиться права занять трон Эребора. - Пусть так, - спокойно ответил Торин. - Как я уже сказал, наследников Дурина и так достаточно, чтобы продолжить наш род. - Тебе, возможно, придётся покинуть Гору, если сопротивление окажется слишком сильным. - Тогда я последую за своим супругом обратно в Шир. - Эм... — медленно вмешался Фили. - Думаю, самое время упомянуть, что Бильбо завещал свой дом кузену. Глаза Торина расширились. — Кузену? Ради Махала, только не скажи, что он оставил Бэг-Энд этим... этим Саквиль-Бэггинсам! Все с удивлением переглянулись. Имя "Саквиль-Бэггинс" прозвучало как ругательство. - Не знаю, - признался Фили. - Кажется, он сказал, его зовут Дрого? Плечи Торина тут же опустились. - Дрого... - Имя прозвучало как молитва. - Да, он славный малый. Гном тут же обернулся к родным: - Видите? Этот хоббит оставил всё ради меня. Всё, что было ему дорого. Бэг-Энд, его дом, - была самая большая драгоценность в его жизни. И он отказался от неё, чтобы пойти со мной в поход. Фрерин, до того молчавший, наконец подал голос: - Nadad, я тебя услышал. Я понимаю тебя и как брат - я поддержу любое твоё решение. Торин благодарно улыбнулся, но Фрерин внезапно поднял руку. - Однако вопрос короны - это нечто иное. Мы слишком долго его игнорировали. И я не думаю, что сейчас - подходящее время делать такой опасный шаг. Половина населения Эребора ещё не прибыла. Думаю, решение стоит отложить до прибытия Дис и оставшихся жителей Эребора. - Согласен, - кивнул Торин. Фрерин посмотрел на отца с лёгкой улыбкой. - Adad, ты хочешь остаться королём? Траин открыл рот... но не сказал ничего. Всю жизнь он знал, что должен быть королём. У него не было выбора. А теперь - его собственный сын спрашивает, хочет ли он этого сам. И он не знал, что на это ответить. - Не уверен, - все же коротко произнёс он. Фрерин кивнул и повернулся к Торину. - Я не знаю тебя как короля. Всё, что мы пережили вместе, было в тени безумия. Я не могу судить тебя, как и ты - меня. Торин кивнул в ответ, немного виновато. Фрерин обернулся к Балину. - Вот моё предложение - разошлите объявление о браке Торина. Без подробностей, пока что. Караваны прибудут в Эребор к концу весны или к началу лета. Посмотрим, как эту новость воспримут другие гномы. А окончательное решение примем ближе к следующему Дню Дурина. До тех пор, Adad, Торин и я будем править Эребором вместе. Все решения будут приниматься голосованием. Совету придется коллективно отчитываться перед всеми нами. Что касается личной жизни Торина, я думаю, что никто, кроме него самого, не имеет права голоса в этом вопросе. Балин открыл рот... но вместо слов погрузился в раздумья. Двалин фыркнул и кивнул: - Звучит разумно. - Подобная новость всё равно вызовет волну негодования, - все же пробормотал сын Фундина. - Потому я и говорю - никаких подробностей, - с лёгкой улыбкой повторил Фрерин. - Остальные вопросы решим на холодную голову. - Да, - подтвердил Торин. - на данный момент я уверен, что это необходимо сделать. Вы со мной?” Фили кивнул сразу же, с гордой улыбкой. Фрерин тоже выразил свою поддержку. Двалин фыркнул - но это как раз-таки и было наивысшей степенью согласия с его стороны. Балин поколебался, но, по итогу, кивнул. Траин же сидел в замешательстве. Он не сказал ни "да", ни "нет". Но решение уже было принято.

***

- Что ты задумал на этот раз? Солнце уже стояло высоко. Его лучи заливали постель, окутывая теплом и Торина, и Бильбо. Завитки хоббичьих волос мягко светились на свету, и Торин перебирал их пальцами, пока Бильбо, нахмурившись, смотрел на супруга. - Я попросил Балина опубликовать объявление о нашем браке, - сказал Торин медленно, чётко, с лёгкой улыбкой на губах. Бильбо продолжал моргать, уставившись на него, и Торин нахмурился. - Ты же этого хотел? - Ну... я... - Бильбо приподнялся на локте, глядя на Торина с каким-то изумлением, - конечно, хотел. Просто… я не думал, что ты действительно это сделаешь. Пальцы Торина застыли в мягких завитках. Улыбка исчезла с его лица. - Это моя ошибка, - тихо сказал он. - Мои слова слишком часто расходились с делами. Клянусь тебе, такого больше не будет. Бильбо плюхнулся обратно на подушку, устроившись между рукой Торина и его грудью. Глаза хоббита устремились в потолок. - Ну, хорошо. Торин тяжело выдохнул и повернул голову. - Ты не рад? - Рад, - ответил Бильбо, но в голосе звучала грусть. - Тогда в чём дело? Он колебался, всё ещё глядя вверх. Торин ждал, молча и терпеливо. - Мне страшно, - наконец сказал Бильбо, поворачиваясь к супругу. - Всё это кажется... слишком невероятным. Торин нахмурился: - Что ты имеешь в виду? Рука Бильбо почти машинально легла на живот. Торин накрыл её своей ладонью, мягко улыбаясь. Хоббит вздохнул. - Гора отвоёвана, все живы, и возможно... у нас родится ребёнок. Разве это не кажется тебе слишком хорошим, чтобы быть правдой? Торин надулся, прижал Бильбо ближе, и начал снова перебирать его волосы - косички все растрепались, придётся заплести заново. И он будет рад делать это каждый день. Если ему позволят это. - Нет, - наконец сказал он. - Не после всего, через что мы прошли. - У тебя, может, уже и случались эти твои великие битвы, но я… - Это ложь, Бильбо Бэггинс. Ты пережил не меньше. До похода и во время него. Ты заслуживаешь покоя. Мы оба заслуживаем. Мира. И стабильности. Бильбо тяжело вздохнул, вглядываясь в глаза гнома: - Мне страшно, Торин. - Чего ты боишься, Ghivashel? - Потерять это чудо, - прошептал Бильбо, погладив живот. - Мы уже теряли его дважды. Ты тогда все же подавил зов. Я тоже. Что если... опять? - Бильбо, - мягко сказал Торин, с печальной улыбкой, - мы просто должны верить, что все будет хорошо. - Я не знаю, смогу ли, - признался Бильбо, и из уголка его глаза скатилась слезинка. - Тогда доверься Оину, - сказал Торин. - Он знает, что делает. - Наверное, ты прав... - А если всё станет плохо - похитим Фили и сбежим. Бильбо рассмеялся так звонко, что Торин не мог не улыбнуться. Хоббит вытер слёзы с лица и с шутливой улыбкой взглянул на гнома: - А как же Кили? - Ну, если верить слухам, он стал посредником между эльфами и гномами. Не могу лишить Эребор такого великого ума. - Ох, не издевайся над мальчиком, - фыркнул Бильбо, хлопнув Торина по руке. - Хоть у кого-то мозги на месте. - Только потому, что ему нравится эта эльфийка, - буркнул Торин. - Я с ней ещё не знаком. Махал знает, какова она на самом деле. - Она прекрасна, уверяю тебя, - строго ответил Бильбо. - И не вздумай судить Кили, когда сам влюбился в представителя другой расы. Торин промурлыкал что-то одобрительное, продолжая перебирать чужие завитки. Бильбо устроился удобнее, мечтательно глядя в потолок. - А можно мы Ворина тоже с собой возьмём? Торин усмехнулся. - Думаю, Фрерин не оценит похищение его ребёнка. - А Дис оценит? - Она не узнает, пока мы не окажемся на другом конце Средиземья. - Хм…, - задумчиво протянул Бильбо, прижимая руки к животу. - А куда мы поедем? В Гондор? В Рохан? - Можно на восток. Или на север. К Землям, которых никто никогда не видел. Бильбо улыбнулся и провёл рукой по бороде Торина. - Она снова отросла. - Да, ты прав. - Острижешь? Торин замер. - … Думаю, нет. Бильбо довольно заурчал, приподнялся и поцеловал Торина в губы. - Я люблю тебя, безумный гном. Торин ответил на поцелуй с улыбкой. - Я тоже очень люблю тебя. И пока солнце поднималось всё выше, пробуждая весь остальной мир, в покоях супругов время как будто остановилось. Они лежали в объятиях друг друга, укрытые теплом, любовью и спокойствием. Многое могло измениться, разное в будущем случится, но сейчас - Торин Дубощит и Бильбо Бэггинс были вместе - счастливые, довольные и влюбленные друг в друга. И только это имело значение.