Глава 6: Америка, жди новых гостей!
20 января 2026 г., 19:40
Гарри стоял в тишине, казавшейся оглушительной после недавней бури. В ушах все еще звенело от криков, а в груди саднила боль, смешанная с облегчением и новой, свежей тоской. Голова кружилась от легкого жара, тело ломило и ныло от недавней грубой хватки Тедди, долгого лежания в постели, и от этой вечной, въевшейся в кости усталости.
Он пошатнулся и медленно, как старик, опустился на холодный каменный пол. Шершавая поверхность неприятно холодила босые ступни. Дрожащей, непослушной рукой он потянулся к палочке, лежавшей в нескольких сантиметрах. Его пальцы сжали знакомое, уютное дерево, и он прижал ее к груди, к тому месту, где под тонкой тканью футболки все еще бешено колотилось сердце.
Тишину нарушил предательский прерывистый вздох. По щекам, горячим и воспаленным, покатились слезы. Они текли одна за другой, беззвучно, скатываясь с подбородка и кончика носа, оставляя мокрые пятна на коленях пижамных штанов. Он опустил голову еще ниже и втянул шею в плечи, стараясь стать меньше, незаметнее, спрятаться от собственного стыда и боли.
Он столько дней умолял, требовал, истерил — «отпустите, дайте уйти, дайте наконец прекратить это!». А когда это случилось, когда Тедди, с лицом, искаженным гневом и чем-то похожим на отчаяние, наконец отступил и швырнул ему палочку… стало только хуже. Хуже, потому что эти слова, жесткие и правдивые, как удар бича, попали точно в цель. Потому что в них была истина, от которой он так отчаянно бежал.
«Жалкая крыса». «Тряпка». «Сдохни, так и не отомстив».
Гарри сжав палочку так сильно, что дерево затрещало. Слезы текли ручьем, но он уже почти не замечал их. Глухой стон вырвался из горла. Он провел рукой по лицу, смазывая слезы, и неуверенно поднял голову. Длинный, пустой, слабо освещенный коридор уходил вглубь дома. В конце его находилась массивная дубовая дверь. Выход. Свобода. Та самая, о которой он так мечтал.
Но теперь мысль о ней вызывала лишь леденящий ужас.
Что он будет делать там, на улице? Куда пойдет? У него нет денег, нет дома, нет цели, нет сил. Он и правда… сдохнет в какой-нибудь подворотне, как брошенная собака. И никто не заметит. Никто не заплачет.
Еще одна судорожная дрожь пробежала по телу. Он обхватил себя руками, пытаясь согреться, остановить тремор. Из столовой доносились приглушенные звуки — скрип стула, тихий голос Андромеды. Там был свет, еда, тепло… и люди, которые, как ни странно, все еще были здесь. Рядом.
Тихий, сдавленный звук, похожий на всхлип, сорвался с его губ. Он замер, прислушиваясь, не услышал ли кто. Но в доме стояла все та же тишина.
Медленно, с невероятным усилием, он поднялся. Ноги подкашивались, в висках стучало. Он посмотрел в сторону столовой, потом — на дальнюю дверь. Свобода. Позор. Жизнь. Смерть.
Сжав палочку в белом от напряжения кулаке, Гарри сделал шаг. Не к выходу. Назад, вглубь дома. Потом еще один. Каждый шаг давался с трудом, будто он шел по битому стеклу. Слезы снова застилали глаза, но он уже почти не обращал на них внимания.
Когда Гарри зашел в столовую, двое людей затихли, и в напряженной тишине он подошел к столу, сев немного дальше от остальных. В горле стоял ком, он не мог вымолвить ни слова, как и поднять глаза, чтобы посмотреть на лица Тедди и Андромеды. Один его опекун, вторая женщина, которая потеряла всех из-за него. Сначала мужа, потом дочь с зятем. Он чувствовал себя виноватым и ни разу не говорил с ней с момента, как она появилась здесь.
Неизвестно, сколько продлилась бы эта неловкая и давящая тишина, но Тедди заговорил первым.
— Кричер, принеси зелье от жара и простуды, отдай Гарри.
С тихим хлопком рядом с ним появился домовик и передал ему два флакончика с зельями. Он заметил, что Кричер перестал кривиться или оскорблять его при каждой встрече. Тедди в очень грубой форме приказал ему прекратить это. Гарри без лишних слов выпил зелья, чувствуя, как горький вкус заполняет его рот, но не обращая на это внимания.
Он знал, что Тедди многое для него сделал. Даже торча в одной комнате, он чувствовал изменения в доме и атмосфере. Все стало ярче, чище, даже дышалось легче. А регулярные визиты Тедди и постоянные попытки привести его в чувства вошли в привычку. Правду говорят, к хорошему быстро привыкаешь.
Гарри посмотрел на стол, где стояли блюда, и почувствовал, как его живот предательски заурчал. Он не ел уже несколько дней, и даже сейчас, когда еда была перед ним, он не знал с чего начать. Взгляд его скользнул к Андромеде, которая сидела напротив, с заботой глядя на него. В её глазах не было упрека, только понимание и печаль.
— Как ты себя чувствуешь? — спросила она тихо, и Гарри почувствовал, как его сердце сжалось.
— Нормально, — ответил он, хотя сам не верил в свои слова.
Тишина снова окутала их, и Гарри, не в силах вынести её, начал ковырять вилкой в тарелке. Он не знал, что сказать, как объяснить, что происходит в его голове. Он не хотел быть обузой, не хотел, чтобы его жалели.
— Ты должен есть, иначе снова ослабнешь и заболеешь, — произнес Тедди, в голосе звучало притворное безразличие, на самом же деле он с помощью левитации налил ему супа.
Гарри кивнул, но не поднял взгляд. Тедди не поднимал тему их ссоры, он тоже молчал. Они оба наговорили гадостей друг другу, кто-то больше, кто-то меньше, но это не отменяло их вины.
— Я… — начал он, но слова застряли в горле.
— Мы здесь, чтобы помочь тебе, — перебил его Тедди. — Ты не один.
Гарри снова посмотрел на Тедди, и в его глазах он увидел искренность. Это было странно — чувствовать поддержку от человека, который, казалось, был так далек от него.
— Я не знаю, как… — произнес он, но запнулся, его голос дрогнул. — Я не знаю, что дальше делать.
— Это нормально, — ответила Андромеда, её голос был мягким и успокаивающим. — Мы все проходим через трудные времена. Но ты не должен делать это в одиночку.
Гарри низко опустил голову и часто заморгал, не позволяя скопившимся слезам потечь.
— Я не хочу быть бременем, — выдавил он из себя, не веря, что все же признал это в слух.
— Ты не бремя, Гарри, — произнёс Тедди, его голос был полон уверенности. — Ты наш друг, семья, и мы тебя не оставим.
— Всё будет хорошо, — продолжила Андромеда. — Мы справимся с этим вместе.
Гарри все еще немного сомневался, этих людей он знал не так давно, и что-то конкретного сказать не мог. Но именно в этот момент он решил им довериться. Просто пришлось. Никого рядом не осталось, прежние друзья и родные бросили его. Эти двое, они как глоток свежего воздуха. Он даст им шанс, последний, попытается жить вновь. Но если и они предадут его, то…
Гарри поднял взгляд на Андромеду и Тедди, стер с лица все эмоции и кивнул им. Они принялись за обед в тишине, не смотря на теплые слова, сказанные здесь, никто не забыл, что случилось некоторое время назад. Чтобы привыкнуть друг к другу, им придется постараться.
Ну или одному Тедди, который выступает как посредник между ними, сглаживая острые темы и заставляя всех объединиться. Он вообще оказался мастером на все руки. С виду веселый парень, немного ребячливый, со своими причудами, но злить его точно не стоило. Он показал себя и как спокойного взрослого, и как весельчака, и как очень вспыльчивого человека. В общем и целом — многогранный у него появился опекун.
На пользу ему или нет, время покажет.
***
Тедди замер на краю тротуара, сжимая кулаки так, что костяшки побелели. Шероховатый бетон под ногами, запах влажного асфальта после недавнего дождя — всё это казалось таким обыденным, таким прочным, в то время как его собственный мир трещал по швам. Где-то в глубине души, под слоями профессионального цинизма и горького опыта, теплилась наивная, детская надежда, что Гарри не сбежит. Но рациональная часть сознания, шептала ледяным голосом: он уже ушёл. Один. В неизвестность. — Ты просто так отпустил его? — тихий, настороженный голос Андромеды, словно эхо его собственных тревог, прозвучал прямо у него за плечом. Тедди резко обернулся, не сдержав короткого, раздражённого вздоха. Его бабушка стояла, закутавшись в своё простое, но безупречно аккуратное пальто цвета хаки. Порыв особенно сильного ветра заставил их обоих непроизвольно съёжиться и вывел его из тягостного раздумья. — Он не уйдёт, — Тедди сказал это скорее для самого себя, вкладывая в слова всю оставшуюся веру, каждый слог звучал как заклинание против собственного страха. — Ему нужно время побыть одному. Про себя же он мысленно добавил, что надеется на остатки здравомыслия Гарри и на ту хрупкую, почти невидимую нить доверия, что едва успела протянуться между ними после тяжёлого, вымученного примирения. Ну и то, что на крайний случай он поставил на него следящие чары, и если что… К чему ему так рисковать и отпускать Гарри? Все просто, они только что вышли из дома, и Гарри, бледный и замкнутый, но уже не такой прозрачный, словно призрак, упрямо смотрел себе под ноги и сказал, что ему «нужно кое-куда». Не объясняя куда и зачем. Тедди недолго думая, пришел к выводу, что на сегодня хватит с него ругани, и согласился. Дал ему время до семи вечера, сунув в карман пригоршню галлеонов — «на всякий случай». Гарри молча кивнул, опустив взгляд, и этот кивок был больше похож на капитуляцию, чем на согласие. Но теперь, глядя на пустующее место у фонарного столба, где только что стоял его… крестный? Подопечный? Заблудившийся родственник?.. Тедди чувствовал, как по спине медленно ползёт знакомый холодок. Он знал Гарри. Не важно, из какой реальности. Просто знал его упрямство, его отчаяние, его вечную, неискоренимую готовность принести себя в жертву, лишь бы не быть обузой… — Ладно, пошли, — он резко отмахнулся, словно отгоняя назойливую мошкару мрачных мыслей. Повернулся к Андромеде, стараясь, чтобы на лице читалась лишь усталая решимость, а не нарастающая, клокочущая паника. — Нам ещё зелье покупать. Андромеда кивнула, не споря. Они одновременно, с тихим хлопком, аппарировали на оживлённую магическую улицу. Он вёл бабушку под руку, купил ей укрепляющее зелье и еще парочку простых зелий из того длинного списка целителя. Для остальных ему ещё предстояло закупиться всеми ингредиентами и искать мастера, а пока он занялся другим. Заказал у портного новую, тёплую одежду для бабушки и Гарри и еще кучу мелочей, которые могут пригодиться после переезда. Он не останавливался нигде надолго, методично закупаясь по полной, но мысли его были далеко. Он представлял, где сейчас Гарри. На кладбище у белых мраморных плит? В пустом, заколоченном доме на Тисовой улице? Или… в Хогвартсе? Тедди сжал зубы до хруста. Он слишком накручивает себя, но с Гарри Поттером лучше быть начеку и готовым ко всему. Ко всему. Он почти физически ощущал часы, утекающие сквозь пальцы, как мелкий песок. Шесть вечера. Полседьмого. Без четверти семь. Они вернулись к площади Гриммо, и Тедди заставил себя не стоять у окна, не всматриваться в сумеречные переулки, где уже зажигались первые огни. Пытался отвлечься, разложил покупки по полкам, помог бабушке разобрать стопку старых книг, на нужные и не нужные, подошёл к камину — всё с тем же каменным, невозмутимым лицом, за которым скрывалась буря. Ровно в семь охранные чары дрогнули, предупредив об открытии входной двери. А после из коридора послышались тихие, неуверенные шаги. Тедди не обернулся сразу. Он закончил настраивать старинные часы на каминной полке, сдвинул стрелку на миллиметр, ровно выдохнул, ощущая, как лёгкие медленно наполняются воздухом, и только потом медленно, почти нехотя, повернулся. В дверях, прижавшись к косяку, словно затравленное животное, стоял Гарри. Он был бледен, его пальцы судорожно сжимали края потрёпанной куртки, на плече лежала тонкая плёнка уличной влаги. Уставший, замёрзший, пропахший ветром и одиночеством, но он был здесь. Его глаза, широко раскрытые, полные немого вопроса и какой-то новой, незнакомой, щемящей боли, были устремлены на Тедди. — Я… — голос Гарри сорвался на низкий хрип, будто он долго не говорил вслух. Он сдавленно кашлянул, попытался снова, силой выдавливая из себя слова. — Я не опоздал. Тедди кивнул, коротко и чётко, словно так и должно было быть. Его собственное сердце колотилось где-то в горле, выстукивая дикий, ликующий ритм всепоглощающего облегчения. — Вижу, — он сказал нейтрально, голос ровный, будто они обсуждали погоду, и сделал шаг вперёд. — Я оставил в твоей комнате новую одежду, переоденься и спускайся ужинать. Он не спросил, где тот был. Не показал и тени беспокойства или любопытства. Он просто стоял и ждал, давая Гарри самому сделать следующий выбор. И после бесконечной паузы, длившейся целую вечность, Гарри медленно, почти неверяще, оторвался от дверного косяка и шагнул вперёд. Это была маленькая победа. Но для Тедди, видевшего бездну в тех изумрудных глазах, она значила всё. Что же, идти на крайние меры и искать по всей Англии его не придется, и теперь Тедди стоит начать подготовку к переезду. Так, что там нужно? Найти адвоката, не дать всем тем «блюстителям справедливости», а если проще, предателям, отвернувшимся от своего Героя, спокойной жизни, и показать Гарри, что можно не только прятаться, но и бороться за свою жизнь и честь. Потом собрать монатки и уехать в другую страну, желательно туда, куда ни один Британский маг не сможет их достать. Тедди с нетерпением ждет этого момента, и когда будет объясняться Гарри с Андромедой по поводу переезда, умолчит об истинной причине выбора именно этой страны. Ну а если они очень наблюдательные, в скором времени сами поймут, что к чему. Америка, жди новых гостей!
