День 1 — Прибытие
26 мая 2025 г., 17:06
От сна меня пробудила жара. Когда я разлепил глаза, в них попал нестерпимо яркий свет, отчего с непривычки их стало резать. Душно было настолько, что хотелось выпрыгнуть из одежды.
Справившись со светом, я смог осмотреть, где вообще нахожусь. Перед мной предстал ровный автобусный пролет.
«Автобусный?..» — неожиданное осознание озарило меня.
И действительно: два ряда бархатистых красных кресел. Панорамные окна. Верхняя полка для багажа…
Голова соображала туго. Мне потребовалось наверное с минуту, чтобы осознать, где я нахожусь. По мере этого, возникала легкая паника. Я не мог понять, как я тут очутился. А тут, это где вообще? Тут до меня стало доходить неправильность происходящего.
«Бред! Я точно помню, как ехал с Андреем. Как смотрел в окно, слушал музыку, погоди-ка… Последнее что я помню, так это то, как я заснул. Ммм… А этот странный сон… Да ну, все равно бред!»
Думая об этом я поспешил подняться. Ноги были ватные от недавней побудки. Осенняя куртка в купе с толстовкой заставляли взмокшее тело чесаться.
Проковыляв до дверцы в конце автобуса, невольно смотрю на водительское место. Взгляд зацепляться за начатую пачку «Беломора».
«То, что нужно!» — пачка успешно летит в карман джинс.
От стресса курить хотелось просто дико. Наконец вывалившись из салона, с удовольствием стянул с себя всю верхнюю одежду, оставшись в одной белой футболке. Куртка и толстовка аккуратно скручиваются и кладутся на асфальт.
Когда я поднял голову после своеобразной экзекуции, перед моим взором предстало следующие: внушительный, пусть и с слегка потрепанный кирпичный забор, двухстворчатые ворота с легким налетом ржавчины на стыках. На них виднеется гордая надпись: «Пионер лагерь». А сверху над воротами ещё одна: «Совёнок».
Так же рядом стояла белокаменная статуя — ребенок, что дул в нечто наподобие…дудочки? Горна?
А сам я находился на небольшой парковке, на выезде которой располагалась вывеска автобусной остановки неизвестного «410» маршрута.
«Пиздец! Сумасшедший дом какой-то».
Думал я, а сам достал пачку сигарет из кармана. Повезло, в «Беломоре» помимо сигарет оказалась зажигалка.
Короткий чиирк~, и никотиновая палочка стала медленно тлеть.
-КхкхкхКхкКх!
Неожиданно для себя самого, я закашлялся. Какого черта?
Никотин непривычно ударил по голове, отчего та закружилась. Грудь схватил неприятный спазм, из-за чего сигарета выпала у меня из рук.
«Ух… что со мной? Или сигареты настолько крепкие?»
Я жадно глотал воздух. Когда удалось привести дыхание в норму, сжатая в ладони пачка полетела следом на землю.
Все ещё глубока дыша я поплелся в сторону, огибая странный автобус. За ним простирались поля, покрытые сочной зеленой травой. По левую и правую сторону росли величавые сосны.
Я присел, уперевшись спиной о колесо автобуса. В голове была лишь мысль, что мне делать и где я вообще? В малой надежде, я вытащил телефон из кармана джинс. Сигнала не было.
«И чего я ожидал?» — усмехнулся я в голове.
Ведь так не бывает, правда? Мой взгляд устремился в небо. Фантастически голубое полотно расстилалась надо мной. Не было ни одного намека даже на самое малое облачко.
И куда меня занесло? Пионер лагерь? Ага, как же! Они позакрывались ещё до моего рождения. Даже если предположить, что находящийся за спиной лагерь заброшен, то очень странно, что те же ворота ещё не спилили и не сдали на металл к чертовой матери! Да и много ржавчины я не заметил, значит ухаживают…
Так я просидел с пару минут. Сердце окончательно пришло в норму. Я поднялся на ноги, чувствуя, что если бы просидел тут ещё с пару минут, то явно бы схватил солнечный удар. Солнце жгло без жалостно.
Медленно вернулся обратно и в нерешительности уставился на ворота.
«Может ещё функционирует? Возможно санаторий какой… или тематический?»
Мысль казалась логичной. Если тут припаркован явно функциональный автобус, то он должен был кого-то привезти, так ведь? А поскольку тут людей нет, то остается только, что они там. Подняв свою верхнюю одежду с земли, я осторожно сделал шаг вперед. Как вдруг:
— Ты, должно быть, только что приехал?
Из-за едва приоткрытой створки протиснулась белокурая девушка. Погодите, в пионерской форме? Ну или в нечто отдаленно схожем.
Мои глаза меня не обманули. Форменная белая рубашка, темно-синяя юбка и обязательный атрибут — красный пионерский галстук. От неожиданности я едва не впал в ступор.
«Что ещё за маскарад?» — нервно осматривал я незнакомку.
Тем временем, девушка подошла ближе и продолжила:
— Ольга Дмитриевна поручила тебя встретить. Данил, правильно? — мило улыбнувшись, подперев рукой свою невероятно длинную косичку, спросила она.
Я округлил глаза. Какая Ольга, откуда она знает мое имя?
Девушка вопросительно глянула, и поинтересовалась:
— С тобой все хорошо? Выглядишь бледным.
— Извини, но что происходит? Где я? — с слегка трясущимися от нервов голосом просил в ответ уже я.
— Ты чего, перегрелся? В пионер лагере «Совёнок» — она невинно рассмеялась.
Ответ конечно… шик.
— Какой пионер лагерь? — раздражение в моем голосе росло. — Почему на улице лето?
Девушка от серьезности в голосе растерялась и секунду думала, не зная, что мне ответить.
— Тебе точно нужно зайти в медпункт, видимо солнечный удар! — обеспокоено прощебетала она и, подойдя вплотную, приложила тыльную сторону ладони к моему лбу.
— Какой горячий, и правда перегрелся!
«Не играет, правду говорит. По ней видно» — подумал я.
Ничего не понятно. Явно происходит что-то ненормальное. Лучше не усугублять.
— Постой. Все в порядке, видимо правда голову слегка напекло. Я ещё и в салоне спал, буквально только что открыл глаза. Правда, все хорошо.
— Хм, ну ладно… — она ещё немного изучала меня взглядом, словно пытаясь удостовериться.
— Тогда пойдем скорее, вожатая ждет.
Она позвала идти за ней жестом и двинулась в сторону «лагеря».
***
Пройдя за ворота, передо мной не предстал другой мир или граница реальности. Правда оказалось более простой. Как зашли, нас сразу встретила старенькая сторожевая будка, выкрашенная в зеленую, местами облупившаяся, краску. Под ногами была дорожка из каменной плитки. А чуть дальше виднелись первые одноэтажные постройки. — Нам сейчас нужно дойти до площади, а затем тебе нужно будет повернуть налево до домиков. Дойдешь до второго ряда и сразу направо. Домик вожатой будет почти в самом конце. С треугольной крышей, он один такой. Точно не перепутаешь! — сказал мне блондинка. На этой реплике мы уже дошли до зданий. По правую сторону было среднее по размерам строение с грубо сделано табличкой: «Кружки». А слева небольшое каменное и крайне похожее на «бытовку» — Ты меня не доведешь? Девушка виновата потупилась, но ответила: — Не смогу, прости. У меня ещё много дел. Сегодня только первый день смены, так что не продохнуть. Но если заблудишься, то спроси любого, он подскажет! — Хорошо… — я вздохнул. Дальнейший путь прошел в молчании. По мере приближения к той самой площади, на нашем пути все чаще встречались ребята, что носили форму, как у моей спутницы. Ещё буквально минута ходьбы, и мы вышли на площадь. Крайне ухоженная, со скамейками и даже урнами. С двух сторон, ровно над теми же скамейками, свисали деревья, отбрасывая манящую своей прохладой тень. В дальнем конце площади, почти вплотную к домикам, возвышалась статуя с табличкой «Генда». Кто это вообще? А за ним вызывавшись три столба, на которых гордо развивались три флага… СССР? «А почему, СССР?» — я удивленно вскинул брови. Но не стал придавать этому особого значения. Мало ли? Тут вот дети в пионерских формах ходят, так чему удивляться? Как только мы дошли, девушка, чье имя я так и не узнал, быстро попрощалась и двинула дальше, уходя куда-то ещё дальше по тротуару. А я, преодолев площадь, вышел к домикам. Как было сказано, свернул на втором ряду направо. Пройдя ещё немного, наконец-то увидел цель своего маршрута. Слегка выцветшая салатовая краска и треугольная крыша. Все крыльцо утопало в цветущей сирени, что создавала чудесный аромат. Около жилища некой «вожатой», собралась пара мальчишек. Они стояли, переминаясь с ноги на ногу, и о чем-то негромко болтали. Внутри домика также слышались голоса. Но почти сразу дверь открылась. Оттуда вышла такая же пара девочек, что держали в руках какие-то свертки и, поравнявшись с мальчишками, видимо своими друзьями, они вместе пошли в неизвестном мне направлении. Когда они отошли на приличное расстояние и скрылись за поворотом, я поднялся по двум маленьким ступенькам и постучал в дверь. — Войдите! Внутри мне предстала картина маслом. Вся комната была завалена коробками, мешками и прочими мелкими вещами. А в конце комнаты за столом, спиной ко мне сидела девушка и яростно что-то записывала в блокнот. На том же столе лежала немалая стопка постельного белья. — Данил, верно? Ты не обращай внимание на беспорядок. Просто въезд ещё проходит. Меня зовут Ольга Дмитриевна, вожатая твоего отряда. Приятно познакомиться, — говорила она, поворачиваясь ко мне. Когда она полностью развернулась на стуле, я смог увидеть её лицо. Каштановые волосы, зеленые глаза и добрая улыбка на которую упала легкая тень усталости. Ольга выглядела лет на двадцать пять — двадцать семь. — Да… приве~, то есть здравствуйте. Взаимно, — осекся я. Хоть она была не намного старше меня, я решил обращаться на «Вы». Я собирался было спросить где я, и как добраться до ближайшего города, как меня перебили. — Ну вот и познакомились. Тааа~к, сейчас быстренько вселим тебя в свободный домик, а заодно сразу выдам необходимые вещи, — она слегка усмехнулась, — Тебе повезло, ты пропустил всю обеденную толкучку. Не придется ждать. Вот! Ольга что-то чиркнула в блокноте ещё раз, а следом протянула комплект постельного из стопки со стола. От неожиданности я сразу схватил его. — Ага. Подскажи, какой у тебя размер одежды и обуви? — А?.. Ну, одежды 50-тый вроде… А ноги, 44-й. Вожатая хмыкнула, измеряя мою фигуру взглядом. — Ладно, возьми пока 50-вот. Если будет великовата, то сходи в медпункт. Медсестра поможет снять мерки, заодно медосмотр проведет. Так, ещё банные принадлежности и нижнее белье, воо~т. Вожатая дотянулась до открытой коробки около ног. Оттуда она выудила мешочек, в котором виднелась мочалка и зубная щетка. Остальное разглядеть не удалось. Следом в коробку которая стояла на кровати, откуда вновь достала мешок. После, она подошла ко мне. Положив в мои руки форму, и оба пакета. Пока она это делала, я все так же стоял в растерянности и не знал, что мне делать. Поэтому, я лишь молча принимал «мои» новые вещи. Всучив мне все, Ольга снова вернулась к столу, где отыскала какую-то бумажку. Ещё несколько секунд задумчиво хмыкала, причитая вслух: — И куда же? Может к мальчикам из младших отрядов? Не думаю, эх… Ладно. Подумав над чем-то, она порылась в кармане юбки. Оттуда вожатая достала связку ключей и, выбрав ключи с биркой «№9», протянула мне. Но быстро заметила, что мои руки и без них были полностью заняты. Поэтому, не придумав ничего лучше, она повесила ключ на мой свободный указательный палец. Ольге Дмитриевне, это картина показалась крайне забавной, из-за чего она мило рассмеялась. — Это ключ от твоего домика. К сожалению, мы уже всех расселили, и тебе придется пожить одному. Он находится сразу напротив моего, далеко идти не придется. — С-с-спасибо.? — неуверенно протянул я. — Лучшая благодарность, что ты можешь мне дать, так это — провести незабываемую смену. И привести домой только самый положительный воспоминания! — Ольга перевела взгляд на настенные часы, — Ой, засиделась. За временем не следила совсем. Ты давай, иди заселяться, вещи расставь. И вот, возьми ещё! — быстро раскопав в кипе бумаг листок, она ловко засунула его мне в карман джинс. — Это обходной, заполни его, пожалуйста, до завтра! А мне бежать нужно. Ужин через два часа, ровно в семь. Не забудь! — говорила Ольга, проскочив мимо меня к открытой двери. Когда я остался в одиночестве, я смог спокойно выдохнуть. «И что это было? Почему все ведут себя, словно и правда ждали меня?» Это не давало мне покоя. Не было похоже, что все это очень затянувшиеся шутка. Моя уверенность в том, что происходит что-то странное, все укреплялась. И почему никого никого смутил мой внешний вид? «Я взрослый лоб, какой пионер? Да и пионерами были дети лет до двенадцати!» При этой мысли, мой взгляд зацепился за зеркало, что висело на открытой дверце шкафа. Как только я увидел свое отражение, стопка вещей в моих руках упала на пол… «Какого хера?..» — панически пробормотал под нос я. Подойдя ближе, я начал ощупывать свое лицо. На меня смотрел не двадцатиоднолетний парень. А семнадцатилетний парнишка. То есть, я. Каким был когда-то. Не было следов недосыпа из-за переработок. Волосы оказались заплетены в аккуратный, небольшой хвостик на затылке, и гладко выбриты по бокам. Мои зелено-голубые глаза ошарашено бегали туда сюда. Я отпрянул назад, свалившись на задницу. Но окончательно меня прошиб холодный пот, когда я ненароком кинул взгляд на стену. Над столом висел бумажный календарик и гордо показывал:«7 — июля 1989г.»
«Это ведь, невозможно?..» — испугано думал я. Но картина начинала складываться. Пионер лагерь, пионеры, отсутствие связи, ну и главное, сами флаги Союза Советских Социалистических Республик, что были на площади. Значит, я попал в прошлое. Приехали конечно… Да и ещё сам помолодел на четыре с лишним года. «Вопрос остается открытым, даже не так, он только усугубился. Что делать? И снова не то. Как мне домой то вернутся?» Я поднялся, поднял свои вещи. Решено, пока будет делать так: Сейчас стоит узнать, где я. По какой-то причине меня тут ждали. Значит и архив с моими документами у кого-то есть. Я по крайне мере, надеюсь на это… Если же нет, ну тогда… Придется жить тут, пока все хоть немного не прояснится. Как? Черт его знает. Разберемся по ходу дела. Дальше видно будет. Пока лучше мимикривать под местных.***
Уже во-второй раз подряд за сегодня я двигался на ватных ногах. Тело все ещё потряхивало от адреналина. Так я и вышел на улицу. Вожатая не соврала, и в метрах восьми от её дома, стоял ещё один в первой линии домиков. Слева от двери красовалась табличка «№9». Подходя к ней, из-за ватных ног я чуть не влетел в каких то мелких мальчишек, что проходили мимо. Почему-то только сейчас я обратил внимание, что все дома похожи на вкопанные вдоль бочки. Открыв дверь, я осмотрел свое пристанище. Ковер покрывал почти всю комнату, оставляя буквально пару сантиметров у стен. Две кровати, над которыми весели две маленькие полки. На самих кроватях были лишь матрас, подушка и одеяло, что логично, не застелены. Стол, выше которого было одно окно. Ну и двухстворчатый шкаф с зеркалом, крайняя дверца которого оказалась открытой. Из неё торчал красный металлический таз. На потолке висела одинокая лампочка, а над дверью висели часы. «Достаточно мило» Я скинул вещи на правую кровать. В комнате было душновато. Июльское солнце пекло нещадно, а шторы были открыты, отчего жаркие лучи беспрепятственно попадали внутрь. Чтобы не свариться окончательно, закрываю окно, и без сил падаю на левую кровать, которую решено было сделать своей. Лежа, стягиваю с себя ботинки. Ноги, которые успели изрядно взопреть, наконец окунулись в приятную прохладу воздуха. Потянувшись, стягиваю резинку со своих волос. Слегка волнистые волосы тот час расплываются по одеялу, а затылок отзывается приятным чувством расслабленности. Взгляд подает на часы: «17:35», показывали стрелки. Живот протяжно застонал, напоминая, что в нем не было ничего, кроме пары бутербродов с утра. А сколько вообще времени прошло на самом деле? Вдруг, вспоминаю что мне всучили некий «обходной». Сунув руку в карман, достаю его. Угу, что тут у нас? Красивым и аккуратным почерком на типовом листе для заполнения документов, значились следующие места: «Медпункт, библиотека, общие клубы, кружок кибернетики, спортзал и музыкальный клуб. Ага… Я реально собираюсь этим заниматься?» — прочитал про себя я. Я дал сам себе мысленный подзатыльник. Все так же лежа на кровати, осознал, что все также жарко. Причиной этому были утепленные джинсы, что неприятно прели. Поднявшись, вновь подхожу к зеркалу, только на этот раз к своему. «Ну не подыхать с жары, в самом деле?» Успокаивал я себя этой мыслью, стягивая джинсы и футболку. Следом, выудив из общего вороха вещей, что я бросил на соседнюю койку, беру форменные шорты и рубашку. Неуверенно натягиваю их на себя. «Позорище…» Форма оказалась как раз, но мое чувство достоинства явно получило урон. Оставался только галстук. Покрутив кусок красной ткани в руках, решаю все-таки надеть его. Но повозившись и так, и эдак, около пяти минут, и чуть не завязав на шею петлю, решаю бросить эту затею. Просто кладу галстук в карман шорт. «Надо бы пройтись по списку из обходного» Вновь заплетя волосы, вышел из своего домика. Первым в списке значился медпункт, значит он и будет первым. Нужно лишь найти его. Десяток минут спустя, пара остановленных пионеров и вот цель, медпункт. Как оказалось, он находился недалеко от меня, буквально за поворотом. Небольшое одноэтажное здание на верхушке которого был флажок с медицинским крестом было облеплено пионерами. Хотя я утрирую. Около десяти человек стояли у входа, ожидая свою очередь на осмотр. По моим наблюдением, основным населением лагеря были, как не странно, дети. Они делились на условные группы: младшие и средние классы школы. И лишь парочка встреченных на моем пути были старше. Лет семнадцать-восемнадцать на вид. А в очереди их и вовсе не было. Поэтому добросовестно отстояв очередь, попутно отмахиваясь от особо любопытной мелюзги, что все спрашивала о моих «странных волосах», я смог попасть внутрь медпункта последним. Внутри оказалась светлая и неожиданно просторная комната. Коктейль из разных медицинских запахов сразу заполонил нос, отчего он зачесался. А насчет убранства медпункта… Ну это был обычный медпункт. Кушетка у окна, пара шкафчиков с лекарствами. Весы, прибор для измерения роста и зрения. Стол у другого окна, в левом конце комнаты дверь в изолятор. За столом сидела женщина в медицинском халате, попивая чай из аккуратной фарфоровой кружки. Рядом с ней на другом стуле сидела девушка в пионерской форме, что заполняла очередную карточку какого-то пионера. Тем что меня удивило, был цвет волос пионерки. Готов поклясться, они были фиолетового оттенка. А также яркие, зеленые глаза. Неестественно яркие. — Леночка, я так благодарна тебе. Одна бы я до ночи не справилась, — устало протянула медсестра, делая очередной глоток. Лена на секунду подняла глаза и ответила: — Что вы, мне не сложно… Я нарочито громко захлопнул дверь, дабы на меня обратили внимание. Лена вздрогнула от неожиданности, а медсестра повернулась в мою сторону, говоря: — Видимо, ещё не все. Проходи, пионер. Будем проводить осмотр. Я прошел к центру комнаты, а медсестра направилась в мою сторону, хватаясь за стетоскоп. — Раздевайся и садись на кушетку. Я осмотрел её. Было сложно представить, что это женщина простая медсестра в детском лагере. Молодая брюнетка с игривым лицом. Даже обычный халат сидел на ней крайне вызывающе. Явно меньше на размер, он был расстегнут в области объемной груди. Да и в длину он был коротким, едва закрывал бедра. И ещё отличительной чертой оказалось глаза. Один был оттенком алого, а другой голубым. «Гетерохромия? Как необычно.» — По пояс? Она игриво ухмыльнулась, подбоченившись: — Полностью. Лена, что лишь украдкой поглядывала на меня, смутилась, отчего почти пропищала: — Виола, что же вы! Прошу, прекратите свои шутки! Честно признаюсь, я тоже смутился. Эта женщина излучала невероятную сексуальную ауру, и, вкупе с её словами, не смутиться было просто невозможно. Виола явно разочарованно вздохнула, видимо из-за несостоявшегося зрелища, и сказала: — Хорошо, до пояса. Как ты уже услышал, я — Виола, местная медсестра. Можешь так меня и звать. Садись, слушать тебя буду. А ты, Леночка, приготовься записывать, — Лена достала пустую амбулаторную карту и приготовилась. — Подскажи, как тебя зовут? С фамилией. И дату рождения ещё… — тихо обратилась ко мне Лена. — Данил Панкратов, а родился я 4-го июля 2003… то есть 1972г, — осекся я на годе рождения. К счастью, никто не обратил внимания. Лена быстро записала и принялась дальше ждать. Я же подчинился, молча стянул с себя рубашку и уселся на кушетку. Виола нагнулась, отчего её халат натянулся сильнее, совсем не оставляя простора для фантазии. «Это шутка какая-то. Пока все встреченные мной люди женского пола обладают удивительной красотой!» — думал я и старательно отводил взгляд. От цепкого взгляда медсестры это не укрылось, от чего она вновь улыбнулась, и аккуратно положила, как-бы «невзначай», свободную руку мне на шею. Но я не пальцем деланный! — Записывай, дыхание ровное. Бронхи чистые. Проведя пальцем от моей шеи до груди, Виола томно прошептала: — Какая у тебя мускулатура… не малая, но и не гигантская… — Виола…! — услышав слова медсестры, Лена вновь смутилась. Даже слегка покраснела. Я же от действий медсестры нервно сглотнул. Меня все больше напрягало её поведение. Хотя, по поводу моего тела она была права. У меня всегда была неплохая генетика. А регулярные походы в спортзал в подростковые годы давали неплохую фигуру. Таких называют — «подтянутые». — Простите, но могли бы вы перестать?.. — прервал я Виолу. Она измерила меня взглядом, оторвала руку от меня, но не перестала улыбаться. — Продолжим. Сейчас мы тебя взвесим и измерим, Пионер~ Проводив меня на стойку для измерения роста меня измерили, а стоявшие рядом весы показали мой вес. — Рост — 184. Вес — 74 килограмма, — продиктовала медсестра, что также записала Лена. — Идем дальше…***
Оттуда я выполз спустя ещё наверное минут десять с подписью Виолы. Больше ничего экстравагантного не происходило, так как остальные процедуры не предусматривали физического контакта. «Это было жутко, брр… Боюсь даже подумать, что было бы, не будь там Лены» Обеденное солнце ушло, отчего лучи перестали быть столь жгучими, но на улице все равно было душно, несмотря на поднявшийся легкий прохладный ветерок. «Обмыться бы где-нибудь» Думал я, идя к площади. Уже на ней самой был обнаружен не выделяющийся стенд с картой всего лагеря. Полезно, стоит запомнить, что где находится. Но рассмотреть мне его не дали. — Эй, товарищ! Подсоби! Меня окликнул кудрявый светловолосый парень, что тащил непонятную металлическую коробочку вместе со своим товарищем, таким же блондином, правда не кудрявым. Также второй носил очки. Парни напряжно тужились, лица были красными. Хотя то, что они несли, и выглядело не особо большим, вероятно весило целую тонну. С детства меня приучали помогать другим. Поэтому не долго думая, подбежал к ребятам, схватившись по середке тяжести. «Ух ты, ничего себе!» — удивился я от веса. По ощущениям, эта штука весила килограмм сто пятьдесят, не меньше! Вот теперь втроем мы пыжились и кряхтели. Хотелось узнать, что-же мы тащим, но ситуация не располагала к диалогу, поэтому я лишь молча шел с ними. Миновав площадь, мы вышли напрямую к общим кружкам. Затащив ногу на ступеньки, кудрявый приспустил свой конец и побежал отпирать двери. Повозившись с дверью с десяток секунд, он отпер её. — Все! Тащим вон на тот стол! Сказал он, и, подбежав обратно к нам, вновь ухватился. Мы прошли внутрь и на счет 3 подняли груз вверх, укладывая его на широкий стол, что расположился по среди комнаты. — Фух! Что мы несли-то хоть? — выдохнул я и сел на рядом стоящую табуретку. Второй парень поправил очки, немного отдышался и ответил: — Мы сторожа нашего…фух, и электрика ещё в прошлой смене попросили разный хлам из неработающей электроники достать. Ну, что за год скопится…фух, ну кто мог знать, что будет так много! — очкастый засунул руку в металлический короб и достал от туда какую-то шестеренку, что изрядно покрылась ржавчиной. — Смотри, даже погнутый кардан запихнули! — шутливо произнес кудрявый, когда рассматривал содержимое. — Прелесть… — задумчиво выдавил я, — Вам на кой ляп это все? Пионер в очках в это время достал не понятно от куда тряпку и, вытирая руку, ответил: — Мы местный кружок кибернетики. Спасибо за помощь, друг, — он положил тряпку на стол, — Не представились, не положено! Я Александр, можно просто — Шурик, — он протянул руку. Я ответил на рукопожатие и посмотрел на первого: — Да, выручил… Одни долго бы ещё тащили. Я Сергей, ну или Электроник! Я также пожал его руку. Но что за прозвище такие? Шурик и Электроник… Я присмотрелся к ним и действительно! Два блондинистых пионера были крайне похожи на известных актеров из Советского Союза. Шурик был вылитым Александром Демьяненко, разве помолодевшим лет до семнадцати. А Электроник вылитый… ну, Электроник! Из одноименного Советского сериала, «Приключения Электроника». Только в отличие от своего друга, он наоборот повзрослел. — Данил, рад знакомству. — А ты первый раз тут? На прошлых сменах я тебя не видел… — задумчиво сказал Сергей. — Да, что-то вроде того… Заметив обходной лист в моем кармане, Шурик взбодрился: — Ты ещё обходной не заполнил? Как насчет вступить в наш клуб? Хоть где-то будет мужской коллектив в этом царстве Амазонок! Его слова имели смысл, но в моей ситуации… Какой к черту клуб? — Извиняй, но гуманитарий я. В электронике совсем не разбираюсь. Ты ведь не хочешь, чтобы я паяльником себе пальцы сжег? На этот раз мне ответил такой же радостный Сережа: — Пустяки! Мы научим, это не сложно. Если ты знаешь, что такое паяльник, то считай готов на половину, — уговаривал он. Честно говоря, хоть я и был далек от пайки и микросхем, я слукавлю если скажу, что никогда не интересовался этим. Но сейчас я не в чем не был уверен, так что пас… — Не, правда. Не стоит. Разве что буду заходить иногда, посмотрю, чем вы тут занимаетесь. Может и передумаю. А пока не могли бы подписать? — виновато улыбнулся я. Шурик вздохнул, но выудил из подставки на столе ручку. — Ладно, заходи когда хочешь. Но обещай подумать! — Все непременно… Как только он поставил подпись в листе, округу огласил звук горна. — Это чего? — непонимающее спросил я. — Это? А, точно. Это сигнал на ужин, ты знаешь, где столовая? — оторвавшись от короба спросил Электроник. От мыслей о еде в животе заурчало: — Неа. Я как раз карту лагеря осматривал, когда вы появились. Парни дружно помотали головами: — Пошли тогда вместе, покажем заодно.***
Столовая находилась чуть дальше площади, недалеко от пляжа. «Ничего себе, тут даже пляж есть» — он расположился правее от столовой. Когда мы подошли к столовой, то вокруг уже собралось немало народу. Вожатые по очереди заводили свою отряды, начиная с самых маленьких. Ещё я заметил, как справа от крыльца стояла старенькая «Волга», явно не на ходу. Минуты через две настала наша очередь. Я и кибернетики поднимались по ступенькам, как вдруг нас остановила Ольга Дмитриевна: — Данил? Хорошо тут пересеклись. В спешке забыла тебе сказать, после ужина у нас будет знакомство с отрядом в библиотеке. Как закончите подходите туда. — Хорошо… — протянули мы вместе. Дальше мы немного толкались в очереди за едой, попутно взяв подносы со стола. Ужин пионера обычного, представлял из себя: стакан кефира, булочка, посыпанная сахарной пудрой, картофельное пюре с котлетой и немного салата из огурца и помидора. Заметив свободный столик, мы уселись за него. — А вы вроде не первый раз тут? — обратился я к ребятам. Шурик, что уже успел надкусить котлету, прожевал, отвечая: — Да. Последние три года сюда ездим. Вообще, весь наш отряд приезжает в старом составе. Только в этом году двое новеньких, это ты и ещё одна девочка. У неё волосы еще странные такие, словно аквамариновые… — Такие бывают вообще? Тогда получается уже вторая с неестественными волосами, — выпив кефир, сказал я. — Почему вторая? У всех остальных девчат обычные вроде… Разве что у Ульяны они очень рыжее, почти алые, — недоумевал Электроник. — Ну как же? А Лена? Волосы не бывают фиолетовыми! — уже удивился я, вспоминая девушку из медпункта. Шурик рассмеялся: — Так ты про Лену! Не волнуйся, она крашеная. Мы в том году спектакль ставили. Она играла ведьму. Вот и решили её марганцовкой выкрасить. Ей понравилось как смотрится, вот и окрасилась по настоящему, ха-ха-ха! — Может тогда и новая девушка тоже покрасилась? — выдвинул логичное предположение я. — Нее, я с ней в автобусе рядом ехал. Ну и спросил, интересно же! Так она сказала, натуральный цвет. Да и брови у неё тоже такие. Брови то-никто не красит, — замахал рукой Сережа. Пока мы беседовали, я боковым зрением заметил, как сквозь столики, крадучись, к нам подступает мелкая рыжая девочка. Она подошла к нам вплотную и потянулась к моей и Шурика булочке, так как мы сидели с краю стола. Я успел схватить её за руку. — Ой! — пискнула она, выхватывая свою ладошку. Шурик, что только сейчас заметил её, удивленно выгнул бровь. — Ульяна, опять? — как-то буднично сказал он. Девчушка лет четырнадцати отступила на пару шагов назад, невинно пряча руки за спину. — Чего снова опять? — обиженно скрутила губки она, — Я поздороваться с новеньким просто, нельзя? Я усмехнулся, спрашивая: — И наши булочки входят в приветствия? — Да сдались мне ваши булки!.. — нервно сказала Ульяна, — А ты, Даня, да? — слегка отвернув голову спросила она в ответ. — Верно. Так понимаю, ты Ульяна? А булочку бери, я все равно сладкое не очень люблю, — протянув ей тарелочку с хлебобулочным изделием, ответил я. Ульяна быстро повернулась обратно, и ловко приняла гостинец, после чего улыбнулась и сказала: — А ты не такой вредный, как наши светила науки! Я растущий организм, мне положено! А они никогда не делятся, ещё и ругаются. Ладно, ещё увидимся! Попрощавшись, она убежала восвояси. После Шурик сказал мне, что зря я ей потакаю и мол «потом проблем не оберешься!». Поскольку свой десерт я отдал, то закончил есть раньше своих новых товарищей. Сославшись на то, что мне нужно зайти в свой домик, я их покинул. На самом деле, я лишь хотел побыть один. Снаружи солнце постепенно двигалось к закату. Жара вовсе отступила, легкий бриз с озера, что находился недалеко от столовой, обдавал лицо. Туда-сюда ходили пионеры. Засмотревшись, я ненадолго остановился на крыльце. В груди теплилось странное чувство. От теплого летнего вечера и беззаботных детей, становилось как-то спокойно, что ли? Словно весь мир остановился, и можно просто расслабиться и наслаждаться летом. Однако, все спокойствие как рукой сняло. В голове сразу появилась мысль: «Что я делаю? Стою, созерцаю, мать твою…» Мысль была верная, какого чёрта я позволяю себе расслабляться в моем положении? «Парень, что выпал из своего времени, стоит и наслаждается вечером после ужина, абсурд…» С этой мыслью, я спустился вниз. Я не знал, где находится библиотека, но когда я мельком взглянул на карту лагеря ещё на площади, то заметил нечто похожие не далеко от общих клубов, за административным корпусом. Туда ещё можно пройти через наши домики, поворачивая на лево. Так я и поступил. Дойдя почти до домика вожатой, поворачиваю влево. Вскоре выхожу к стройному ряду умывальников. «Ну где теперь хоть умыться знаю» Пробравшись по протоптанной тропинке сквозь деревья и кусты, я вышел к одноэтажному зданию. Весьма больше строение с немалым панорамным окном, около которого расположилась лавочка, и крытой верандой стояло посреди деревьев. Свет внутри не горел, но на всякий случай я решил посмотреть. Может, я просто пришел первым? Поднявшись по ступенькам, что слегка треснули, открыл дверь. Оказалось не заперто. Вместо многочисленных книжных полок меня встретила следующая картина: просторное помещение с множеством окон, в которые падали приятный рыжие лучи от закатного солнца, в дальнем конце которого стоял черный лакированный рояль «Красный Октябрь». Слева на стене красовалась чистая школьная доска. Над ней весели картины известных композиторов, а под ней расположились различные музыкальный инструменты. Парочка электрогитар, бас-гитара и разобранная барабанная установка. Рядышком стояли колонки и усилители. На крышке рояля лежала скрипка, а в самом левом углу, около двери в видимо подсобное помещение, расположилась тумба, на которой лежала флейта. Рядом с тумбой была тройка стульев, на одном из которых оказалась обычная акустическая гитара. «Что-ж, я явно пришел не туда» В голове сразу вспомнилось, что отдельным пунктом обходного значился музыкальный клуб. И вместо библиотеки, я пришел именно сюда. Но почему-то, вместо того чтобы уйти, я замер перед распахнутой дверью. Я бегал взглядом по убранству клуба, и что-то влекло меня внутрь. Словно в музее, я бродил туда-сюда, всматриваясь в инструменты, пока мой взгляд не остановился на акустической гитаре. Именно сейчас, когда я глядел на неё, в голове не возникало никак противных мыслей. Не казалось, словно этот инструмент отнял самых близких мне людей. Неожиданно для меня самого, меня распирало чувство ностальгии и легкая, приятная тоска. Аккуратно подхватив её, уселся на стул, на котором она лежала. Обычная Советская шестиструнная гитара. Когда-то и у меня была такая. Я слегка провел по струнам, комната заполнилась мелодичным звуком. — Да… Настроенно просто идеально, — протянул я меланхолично. Сразу вспоминаетесь, как ещё в начальной школе отец подарил мне такую же. Как не умело я зажимал струну и как так же не умело пытался бренчать, опасаясь их порвать. «Тан тан тан тан, тан та та тан. Am, Dm, Am, Dm… 5-5-3-3, 5-5-7-7, 6-5-5-8-8, 5-5-8-8» Знакомо вспомнилась в голове первая песня, что я так старательно разучивал, будучи ещё ребенком. Руки невольно расположили гитару в рабочие положение. Пальцы сами опустились на гриф:Am F: 5-5-3-3---5-5-3-3-
--5-5-7-7---5-5-7-7---6-5-5-8-8---55-8-8---5-5-8-8---5-5-8-8.
Dm G: 5-5--5-5--8-8-7-7-5-5---8-8-7-7-5-5--5-5--5-5---3-3-7-7-8-8---3-3-7-7-8-8.
После проигрыша я тихо запел:***
Замученный дорогой, я выбился из сил, И в доме лесника я ночлега попросил. С улыбкой добродушной старик меня впустил И жестом дружелюбным на ужин пригласил.
Хей!
Слегка разогревшись, я стал петь громче:Будь как дома путник, я ни в чем не откажу, Я ни в чем не откажу, я ни в чем не откажу! Множество историй, коль желаешь, расскажу, Коль желаешь, расскажу, коль желаешь, расскажу!
На улице темнело, сидел я за столом. Лесник сидел напротив, болтал о том о сем. Что нет среди животных у старика врагов, Что нравится ему подкармливать волков. Будь как дома путник, я ни в чем не откажу, Я ни в чем не откажу, я ни в чем не откажу! Множество историй, коль желаешь, расскажу, Коль желаешь, расскажу, коль желаешь, расскажу
Наконец осмелев полностью, я не скрывая голоса продолжил:И волки среди ночи завыли под окном. Старик заулыбался и вдруг покинул дом. Но вскоре возвратился с ружьем на перевес: «Друзья хотят покушать, пойдем, приятель, в лес!» Будь как дома путник, я ни в чем не откажу, Я ни в чем не откажу, я ни в чем не откажу! Множество историй, коль желаешь, расскажу, Коль желаешь, расскажу, коль желаешь, расскажу!
***
Я потерял счет времени. Отдавшись чувствам я играл и играл. Прошелся по всему, что только смог вспомнить. Горшок, Цой, Летов, Nirvana, Skillet, Kiss AC/DC, и даже по парочке песен своего написания. Солнце уже полностью село, оставив лишь маленький отблеск на горизонте, а сам клуб давно погрузился во мрак. Последний раз брякнув по струнам, я закончил играть «Колыбельную». Вдруг я заметил, что не один в клубе. За табуретом рояля сидела женская фигура. Из-за темноты было сложно детально рассмотреть, кто там. Но даже сквозь мрак, я увидел необычные, аквамариновые косы, что опускались почти до пола. — Давно слушаешь? — прервал тишину я. Фигура шелохнулась, словно выходя из транса. Легкий, девичий голос отозвался: — Не долго… минут десять. Очень красиво… Я замялся от комплимента: — Брось, ничего необычного… — Ты знаешь сколько красивых мелодий и поешь так необычно. Я никогда такого не слышала, — встав с места, говорила девушка. Она подошла к стене, щелкнув выключателем. Лакированный паркет отбросил легкий блик. — Решила проверить, не забыла ли я запереть дверь клуба и застала тут тебя. Надеюсь ты не злишься, что я подслушивала? В электроном свете люминесцентных ламп показалась моя загадочная собеседница. Невысокая, около метра шестидесяти. Аккуратное белое личико в котором смешались азиатские и славянские черты, большие «живые» голубые глаза. А так же волосы, которые имели аквамариновый, насыщенный цвет. — Я искал библиотеку, а забрел сюда. Увидел инструменты, вот и не сдержался. Ты местный директор музыкального кружка? — спросил я. Девушка вновь села на табурет, и отойдя полностью от атмосферы музыки, ярко и быстро заговорила: — Верно, меня Мику зовут! Мне не верят, но это правда. У меня мама из Японии, а отец русский инженер. Скажи пожалуйста, а ты давно играешь? Я отложил гитару на соседний стул. — Можно сказать всю жизнь. Я Данил, приятно познакомиться. А ты на чем играешь? — Мне тоже приятно. Играть умею на всем, что есть в кружке. Ещё на трубе и арфе! Хочешь сыграю что нибудь? Я удивился от её энтузиазма и предложения, отчего на секунду даже замешкался. — Если тебе не будет трудно… Следом, не говоря не слова, Мику подняла крышку рояля и уселась обратно к клавишам. Она подумала над чем-то, а потом начала играть. Неизвестная невероятно красивая мелодия наполнила помещение. Ловко бегая тонкими пальчиками по клавишам, она заставляла инструмент «оживать». Послушав её ещё немного, я сам взял гитару и начал подыгрывать ей в такт. Для первого раза получалось сносно. Так мы и сидели, забыв обо всем. Я невольно залюбовался Мику. Сидя за игрой и прикрыв глаза, она словно ушла из этого мира, полностью отдавшись процессу. Её длинные голубые волосы двигались вместе со всем телом. И вот ещё минута и чудесная композиция кончалась. Мику медленно открыла глаза. Только она собиралась что-то сказать, как вдруг:«Хлоп, хлоп, хлоп»
В раскрытой двери стояла Ольга Дмитриевна. Она медленно хлопала, но взгляд её был недовольным: — Было очень красиво, но это не повод нарушать распорядок дня. Уже одиннадцатый час ночи. А ты! — так же недовольно посмотрев на меня продолжала вожатая. — Почему не пришел в библиотеку? — Ольга Дмитриевна, понимаете я… — начала было оправдать меня и себя Мику, как я её прервал. — Простите, Ольга Дмитриевна. Я перепутал и пошел не туда. После чего немного заигрался. Мику услышала, как я тут бренчу, и пришла проверить. Ольга смерила меня и Мику взглядом, после чего смягчилась. — Хорошо. Но чтобы такого больше не было. Распорядок дня нарушать нельзя. Уже почти как час отбой! Поэтому, закругляйтесь и марш по домикам. Данил, а что у тебя с галстуком? — заметила отсутствие главного пионерского атрибута у меня на шее. — Душно было, вот и снял. Вот… — показываю ей галстук, что так и лежал у меня в кармане. — Ладно, а теперь по домикам! Живо! — с напускной серьезностью сказала вожатая, не сдержав улыбки. Мы молча погасили свет и вышли на улицу. Ведомые под руку вожатой мы шли молча. Первой до своего дома дошла Мику, и быстро попрощавшись зашла к себе. Мы же с Ольгой шли дальше. — Спокойной ночи. И распорядок больше не нарушаем. Подъем в восемь, зарядка в полдевятого, линейка в девять. Не опаздывать! — закрывая за собой дверь сказала она. — Да, спокойной ночи…***
Сил за день не осталось. Вроде не сделал ничего такого, но спать хотелось сильно. Поэтому, по-быстрому застелив кровать, даже не включая свет для этого, скинул вещи на стол и упал в прохладу свежего постельного белья. Перед сном в голову лезло множество мыслей. О том, как попасть домой. И что я буду делать, если не попаду. Но лишние переживание ушли вместе со звуками леса и стрекотом сверчков за окном. Где-то в далеке «ухугула» сова. И последнее, о чем я успел подумать, о том как проваляться в сон: «Было бы не плохо сыграть с Мику ещё раз…»***
Над главой работал: Damix Редактура: Damix и его немного невнимательная, но верная слову, бета Мофь) Послесловие автора: Я устал это писать. Не знаю по какой причине, но где-то в начале она попросту встала, и никак не хотела двигаться дальше. Надеюсь вышло не слишком кринжово. Комментируйте: хвалите, ругайте, критикуйте. Делитесь впечатлениями.Удачи тебе, читатель!
