Между молотом и наковальней

Я сидел в кабинете Надженды, откинувшись на стуле и лениво курил. Затяжка, медленный выдох. Вдохнул снова, наблюдая, как сизый дым спиралью уходит к потолку. В комнате было тихо, лишь редкие щелчки её механической руки нарушали покой. Она молчала, глядя на какие-то документы перед собой, и я не торопился нарушать тишину. Всё это выглядело слишком серьёзно. Наконец, Надженда подняла голову, потушила сигарету в пепельнице и, сжав пальцами край листа, отбросила его в сторону. — Как я уже сказала, для тебя есть работа. Я усмехнулся, смахивая пепел в ту же пепельницу. — Какое счастье. Честно говоря, я уже думал, что так и сгнию на этой базе, моющим посуду и натирая полы. — Не язви, Раст. Это важное задание. Я слабо пожал плечами, всем видом показывая, что пока меня не впечатлило. — Ну, давай, начальник, удиви меня. Она кивнула и, не спеша, заговорила: — Я была в штабе Революционной армии. Попросили выделить одного человека для работы в паре с их ассасином. Я приподнял бровь. — У них что, кадровый голод? — Можно и так сказать, — её голос оставался спокойным, но в нём слышалась тяжесть. — Они понесли потери. Немалые. А Империя тем временем разгромила северные племена. Я медленно выдохнул дым. — Это уже официально? — Да, — Надженда сжала пальцы в кулак. — Принц Нума Сейка мёртв. Восстание подавлено. Я поднял брови, изобразив удивление. — И кто это умудрился сделать? На лице Надженды промелькнуло раздражение. Она не любила произносить это имя, словно само его звучание оставляло неприятный осадок. — Эсдес. Я тихо чертыхнулся, сделав вид, что впервые слышу это имя. — Кто такая? — Генерал Империи. Одна из самых опасных людей в Империи. Её тейгу, «Экстракт демона», позволяет управлять льдом. Она способна замораживать врагов, создавать ледяные пики из воздуха, перекрывать реки… Говорят, что она может вызывать мороз даже в пустыне. Я задумчиво почесал подбородок, хотя в голове уже мелькали сцены из аниме. Всё шло по канону: Народ Севера разбит, а Эсдес со своей армией уже на пути в Столицу. — Сколько у неё людей? — Десять тысяч. Но, если честно, даже если бы у неё была всего дюжина воинов, она всё равно справилась бы. Сила Эсдес такова, что многие её называют демоном в человеческом обличье. Глухая тишина. Ну вот и всё. Очередная надежда испустила дух. Я и раньше понимал, чем всё кончится, но одно дело — смотреть на экране, другое — услышать это вслух. Совсем другой привкус. — Ну а по нам что? Штабу срочно понадобился лишний ассасин? — Им нужен напарник. Опытный. Других я не могла выделить — у нас своих забот хватает. Значит, пойдёшь ты. Я бросил окурок в пепельницу. — И с кем я буду работать? Надженда достала карту, развернула на столе и ткнула пальцем в одну из точек. — Здесь. Место встречи. Далеко от Столицы, далеко от нас. Я склонился над картой, быстро оценив расстояние. — Не близко. Машину загоню до предела. — Да. Но у тебя есть запас по топливу. — Хаген ещё не закончил его готовить, — напомнил ей. — Ты вроде говорил, что он через две недели его приготовит? — решила уточнить Надженда. Я кивнул, прикидывая в уме маршрут. На данный момент в баке оставалось топлива километров на четыреста. Не так уж и много, учитывая, что весь путь будут составлять грунтовые дороги. Значит, надо будет тщательно рассчитать маршрут, чтобы дотянуть до места и обратно без проблем. — Ладно. И как мне опознать моего напарника? — По кодовой фразе, — ответила сложив руки перед собой и продолжила: — «Если хочешь выжить в этом мире, тебе нужно знать три вещи...» Я хмыкнул. — А ответ? — «Во-первых, где спрятано золото. Во-вторых, у кого ружьё. В-третьих, кто твой друг». Усмехнулся, откинувшись на спинку стула. — Кто придумывал эту хрень? — Не я. — Это видно. Она лишь пожала плечами. — Зато не банально. И, что важнее, достаточно длинно, чтобы никто случайно не сказал её не тому человеку. Я задумчиво потёр подбородок. — Так, допустим. И когда ехать? — Завтра утром. Возьмёшь с собой всё необходимое. Оружие, припасы. И будь осторожен. Молча кивнул, уже мысленно перебирая снаряжение. Сабля, обрез, пистолет. «Наблюдатель» — теперь и он часть моего арсенала. Ну и, конечно, взрывчатка. Те самые бомбы с дистанционным взрывателем, которые я готовил последние дни. Вставая, я почувствовал, как внутри что-то недовольно ворочается. Не хотелось мне ехать. Что-то в этом задании мне не нравилось, но выбора у меня не было. — Понял, начальник. Тогда завтра в путь, — сказал Надженде и пошёл в свою комнату. Время близилось к полуночи. Я сидел у окна, раскуривая очередную сигарету, и смотрел в темноту. Воздух был свежий, но внутри ощущался знакомый груз. Дурное предчувствие. Я размышлял о словах Надженды. Еду один. Без прикрытия. В неизвестность. Неизвестное место, неизвестный напарник. Отбросив эмоции, ситуация выглядела не так уж плохо: я вооружён, у меня есть машина, есть план. Но всё равно что-то подсказывало — будет дерьмово. Щелчок зажигалки, глухой выдох дыма. Почему именно я? Надженда сказала, что не могла выделить других, но было ощущение, что я в этом списке был последним. Это многое проясняет. Учитывая моё недавнее «наказание», логично, что теперь меня бросили на первое попавшееся задание, чтобы не застаивался. Затянувшись в последний раз, я потушил окурок о край пепельницы. Вдруг раздался негромкий стук в дверь. Я хмуро взглянул в ту сторону, задержав дыхание. Кто ещё? Время-то какое. Поднялся, подошёл к двери и приоткрыл её. На пороге стояла Акаме. — Можно войти? Я коротко кивнул и отошёл в сторону. Она шагнула внутрь, бесшумно, как всегда, и сразу же перевела взгляд на стол, где ещё тлели остатки табачного дыма. — Ты не спишь. — Проницательно, — пробормотал, снова опускаясь на стул. Она подошла чуть ближе, но стоять осталась прямо, скрестив руки. — Какое задание тебе дали? Я провёл рукой по лицу, потёр переносицу, размышляя, стоит ли тянуть с ответом. Но смысл? Всё равно узнает. — Надженда отправляет в далёкие дали. К Революционной армии. Буду работать с их ассасином. Кто он — хрен его знает. Глаза Акаме чуть прищурились. — Один? Я кивнул. — Без прикрытия? — Ага. — Кого-то ещё отправляют? — Только меня. Она помолчала, потом уточнила: — Почему именно ты? Я пожал плечами. — Остальные заняты. — И я тоже, кстати, — спокойно заметила девушка. Я поднял бровь. — Тебе тоже дали задание? — Да. В Столице. Видимо, ты был последним. Вот оно что. Значит, не такая уж и важная работа. Просто надо было кого-то отправить. Я коротко хмыкнул и устало провёл рукой по волосам. — Ну да, замечательно. А я-то думал, во мне разглядели особый потенциал. Акаме не улыбнулась, но её взгляд стал чуть мягче. — Ты умеешь действовать в одиночку. Не всем это под силу. Я усмехнулся, поднимаясь. — А ещё я единственный, у кого есть машина. Она слегка кивнула, признавая очевидное. Снова взглянул в окно. Ночь. Темнота, ветер, звёзды. Далеко на горизонте, за горами, за лесами, где-то там, возвращалась с войны Эсдес. — У меня ещё одна новость, — произнёс, не поворачиваясь к Акаме. — Какая? — Эсдес разгромила Народ Севера. Я услышал, как она медленно вдохнула. — Нума Сейка? — Мёртв. Она молча переваривала информацию. Я выдохнул. — Скоро она вернётся в Столицу. Акаме наконец заговорила, и в её голосе прозвучало то, что редко удавалось услышать — тревога. — Это плохо. — Очень. Мы оба знали, что это значит. Вернётся Эсдес — и всё покатится ещё быстрее в сторону окончательной бойни. Акаме задумалась, её взгляд стал тёмным, глубоким. — Значит, время на исходе. Я покачал головой. — Оно и так было на исходе. Теперь просто тиканье стало громче.

***

Утро выдалось холодным. Я встал ещё до рассвета, пока крепость спала, и начал собирать снаряжение. Обрез — на место. Сабля — в ножны. Пистолет — в кобуру. Взрывчатку в рюкзак, вместе с детонатором. Всё по местам, всё под рукой. «Наблюдатель» я не стал вешать на голову. Вместо этого убрал его в нагрудный карман кителя. Тейгу было в розыске, а значит, афишировать его — херовая идея. Если вдруг где-то всплывёт информация, что тейгу Занка снова появился, моя физиономия точно будет висеть на местных досках почёта. Когда вещи были уложены в багажник, я захлопнул его и на секунду замер, оглядывая базу. Спокойно. Небо ещё серое, лишь тонкая полоска света на востоке намекает на скорый рассвет. Лёгкий утренний ветер покачивает траву. Всё выглядит так, будто ничего не изменилось, но на душе было беспокойно. Я сел в машину, вставил ключ в замок зажигания, повернул его, и двигатель нехотя запустился, прокашлялся, но быстро заурчал ровно. Я слушал этот звук, вглядываясь в колеблющиеся стрелки приборов, пока мотор прогревался. — Раааст! Я дёрнулся от неожиданности и резко обернулся на голос. Леоне стояла неподалёку, помахивая рукой. Рядом с ней — Тацуми, Лаббок, Акаме и Шелли. — Это что ещё за проводы в последний путь? Лаббок хмыкнул. — Ну, мы ещё можем с платками прийти и разрыдаться, если тебе так хочется. — Давай без этой херни, — фыркнул, выходя из машины. Леоне подошла первой, ухмыльнувшись: — Просто решили пожелать удачи. Шелли улыбнулась. — И скорейшего возвращения. Тацуми кивнул. — Будь осторожен, Раст. — Я всегда осторожен, — отозвался я, но прозвучало это, наверное, не слишком убедительно. Лаббок скрестил руки. — Это, кстати, не первый раз, когда ты работаешь один. — Не первый, согласен. Но первый, когда меня отправляют так далеко. Акаме шагнула ко мне, протягивая свёрток. — Возьми. Я удивлённо взглянул на неё, затем на свёрток. — Это что? — Еда, — спокойно ответила алоглазая. Я взял его, приподняв бровь. — Ты хоть понимаешь, что это автоматически означает, что я должен вернуться живым, иначе это будет пустая трата продуктов? Акаме кивнула. — Да. Я усмехнулся и положил свёрток на пассажирское сиденье. Ветер шевелил её длинные чёрные волосы, поднимая пыль с утоптанной земли. Вокруг стояла давящая тишина — та самая, что всегда бывает перед расставанием. Я стоял рядом с Акаме, глядя в небо. Облака лениво плыли куда-то вдаль. Хотелось сказать многое, но смысла не было. Она посмотрела мне в глаза. Спокойно, без лишних эмоций. Затем едва заметно кивнула. Я кивнул в ответ. Под ногами мягко пружинила сочная трава. — Ладно, народ, хватит этих соплей, — бросил, снова садясь за руль. — Я не прощаюсь. Захлопнув дверь, перевёл рычаг на нейтраль и мягко нажал на газ, слушая ровное урчание двигателя. Леоне, естественно, ухмыльнулась: — Ну, если что, прихвати нам чего-нибудь интересного! Я усмехнулся, вывел машину с места и бросил напоследок через опущенное стекло: — Как скажешь. Колёса провернулись по гравию, и я направился прочь от базы. Начинался долгий путь. Дорога тянулась бесконечной полосой, усыпанной камнями, выбоинами и грязью. Асфальта в этом мире не существовало, и если в первый день я ещё позволял себе ездить в привычном ритме, то теперь вёл машину осторожнее, берёг подвеску. Как-то только сейчас дошло, что если продолжать гнать, как на ралли, то рано или поздно останусь с вывернутыми колёсами посреди пустоши. Повозки попадались редко, но почти каждая встреча сопровождалась удивлёнными взглядами. Люди оборачивались, вытягивали шеи, провожали меня глазами так, будто видели привидение. В принципе, я их понимал. Для них моя машина — это что-то из области магии, артефакт, не поддающийся логике. «Чудо-повозка», как наверняка кто-то её уже окрестил. И ведь когда-нибудь это выйдет мне боком. До этого я не прям сильно беспокоился о том, что слухи обо мне и моей машине могут дойти до того же Онеста. В конце концов, я прекрасно понимал, в каком мире нахожусь. Бюрократия здесь такая же гнилая, как и в моём мире — неповоротливая, коррумпированная, утонувшая в собственных отписках и бумажной волоките. Доклады от подчинённых могли доходить с огромными задержками, а могли и вовсе затеряться среди вороха более «важных» сообщений. Что до меня и моей машины... ну, поверить в существование подобного транспорта мог далеко не каждый. Слишком уж фантастично это звучит для местных. Кто-то из солдат или чиновников, возможно, и пытался докладывать о «зелёной колеснице, несущейся по дорогам быстрее любого коня», но наверняка натыкался на насмешки. Начальство, скорее всего, списывало это на пьяные россказни, а особо ретивых рассказчиков могли и вовсе отправить в ближайший «жёлтый дом» — вроде как на лечение от галлюцинаций. Но рано или поздно доклады буду чаще, и один из них попадёт к Онесту на стол. Возможно, прямо сейчас Онест сидит у себя в покоях, поглаживает жирными пальцами очередной бокал вина, попутно пожирая очередной кусок сырого мяса, а перед ним склонился очередной офицер, заикаясь и запинаясь, пытаясь донести до министра новость о неведомой металлической колеснице, что рассекает по землям Империи. Сколько мне ещё будет везти? Может, уже не везёт. Может, в этот самый момент мои передвижения уже анализируют, выстраивают маршрут, готовят ловушку. Я мотнул головой, отгоняя эти мысли. Сосредоточиться. Не терять бдительность. Спустя пару с небольшим часов, один вкусный перекус стряпнёй от Акаме и 160 километров, я, наконец, добрался до места. Часовня. Заброшенная, старая, стоящая посреди леса, словно пережиток другой эпохи. Деревянные стены, местами покрытые мхом. Прогнившая дверь, держащаяся на честном слове. Узкие окна, через которые внутрь просачивается лишь тусклый свет. Выключив двигатель, я медленно вышел из машины, захлопнул дверь и огляделся. Что-то в этом месте мне сразу не понравилось. Слишком тихо. Слишком пусто. Я достал пистолет, передёрнул затвор. Приоткрыв дверь, вошёл внутрь, сделал пару шагов и тут... — Если хочешь выжить в этом мире, тебе нужно знать три вещи… Я решил ответить. — Во-первых, где спрятано золото. Во-вторых, у кого ружьё. В-третьих, кто твой друг. На мгновение вокруг осталось лишь напряжённое молчание. А затем... — Хех. Не забыл, — раздался голос из-за угла. Я дёрнулся, резко развернувшись, направляя пистолет в сторону источника звука. Из темноты вышла девушка. Свет утреннего солнца, пробивающийся сквозь трещины в старой крыше, выхватил из тени рыжие волосы, розовые глаза с лукавым прищуром, и, конечно, неизменный леденец во рту. Наушники слегка блеснули на свету, а лёгкая, будто небрежная походка только подчёркивала её расслабленный вид. Челси. Два с лишним часа за рулём, паранойя, ожидание неизвестного — и в итоге передо мной стоит та самая воровка, которая украла у меня кошелёк две недели назад. А, нет, простите. Не воровка. Ассасин Революционной Армии. — О, какие люди и без охраны, — бросил с сарказмом, но не опустил пистолет. Челси фыркнула, приподняв бровь. — Ага, я. Разочарован? Ожидал какого-нибудь мрачного громилу в плаще, который будет молчать и кивать? Я промолчал. Челси вытянула руки вверх и сделала шаг вперёд. — Ладно-ладно, давай без глупостей, а? Если бы я хотела тебя убить, у меня была бы куча возможностей. Ну же, Раст, не строй из себя параноика. Я медленно опустил пистолет, но напряжение не отпускало. — Революционная Армия прислала тебя? — А ты думал, тебя отправили встречаться с кем? С тем, кого я только что описала? Я поморщился. — Ладно, допустим. И что мы должны делать? Челси ухмыльнулась и вытянула из жилета сложенный лист бумаги. — Задание нам дал осведомитель. Ну, и попутно наместник этих земель. Я хмуро посмотрел на неё. — Ты сказала это странно. — Что странно? — невинно переспросила, кладя палец на подбородок, но её взгляд скользнул в сторону, будто она что-то скрывала. — То, как ты сказала «наместник». Ты его знаешь? Она чуть улыбнулась, но ничего не ответила, просто сунула леденец в рот и сделала вид, что полностью поглощена его вкусом. Я прищурился. Что-то здесь было не так. Мы вышли из часовни, и я кивнул Челси, указывая направление. — Идём. Челси пожала плечами и последовала за мной. Как только она увидела машину, на её лице появилось искреннее недоумение, которое быстро сменилось осторожным любопытством. Она замерла, склонила голову и внимательно оглядела транспорт. — Что... это за штуковина? — спросила она, хмурясь. — Моя повозка. Она прищурилась. — Это точно повозка?! — Ну, так себе ты знаток повозок, видимо. Челси проигнорировала мой сарказм и начала обходить машину кругом, внимательно осматривая корпус, стёкла и колёса. Потом, склонившись, постучала костяшками пальцев по капоту. — Она железная. — Какая ты наблюдательная, — фыркнул в ответ. Она выпрямилась и посмотрела на меня. — Ты сказал «повозка», но где кони? Я ухмыльнулся. — Под капотом. Она ещё раз бросила подозрительный взгляд на машину, потом перевела взгляд на меня. — Ты из каких далёких мест вообще взялся? — Из очень далёких, — сказал я, открывая водительскую дверь. Челси немного прищурилась, будто собиралась сказать что-то ещё, но вместо этого скрестила руки на груди. — Надженда в курсе, что у тебя есть... это? Я с лёгкой ухмылкой кивнул и ответил с сарказмом: — Конечно. Иногда даже даёт прокатиться. Челси задумчиво посмотрела на меня, явно не уверенная, шучу я или нет. В голове же пронеслось другое: — Да, Челси, Надженда в курсе не только про машину, но и про то, откуда я на самом деле. И тебе об этом лучше не знать. Я сел в машину, завёл двигатель, и мотор привычно заурчал. Челси вздрогнула от неожиданного звука, но быстро взяла себя в руки. — Ладно... Так и быть, доверюсь тебе и твоей «повозке». Она села на пассажирское сиденье, продолжая настороженно посматривать на панель приборов. — Так, рассказывай, что за задание, — сказал, проверяя топливо. Челси облокотилась на спинку кресла и пожала плечами. — Все подробности узнаем у заказчика. Но в общих чертах — ликвидация четырёх человек. В штабе сказали, что эти ребята сильно замазаны в грязных делах с премьер-министром Онестом. Я хмыкнул. — Люди Онеста, значит. А почему это поручили не в Столице? Челси лениво крутила в руках свой леденец. — А ты что, думаешь, Столица — это единственное место, где есть мусор? — Нет, конечно. Просто удивлён, что не там. — Ну вот и не удивляйся. Гнилые люди есть везде. Я задумчиво кивнул. — Куда ехать? Челси развернула карту, ткнула пальцем в отмеченное место. — Вот сюда. Опушка леса возле поместья. Встреча назначена на сегодня. Я прикинул расстояние и усмехнулся. — Минут двадцать езды от силы. Челси лениво зевнула. — Ну, тогда гони, кучер. Я фыркнул, вжал педаль газа, и машина, подняв клубы пыли, сорвалась с места. Добравшись безо всяких эксцессов, я сбросил скорость, свернул с дороги и аккуратно загнал машину в заросли кустарника. Челси вопросительно посмотрела на меня. — Почему мы останавливаемся? Я заглушил двигатель и вынул ключи из замка зажигания. — Не всем нужно знать, что у меня есть такая «чудо-повозка». Она усмехнулась. — Боишься, что кто-то захочет её утащить? — Скорее, сжечь на костре, объявив дьявольским изобретением. Челси фыркнула, но спорить не стала. Мы вышли из машины и двинулись дальше пешком. Лес был густой, влажный воздух пропитан запахом хвои и земли. Под ногами шуршала трава, ветки хлестали по одежде. Прошло не больше десяти минут, как Челси вдруг остановилась и схватила меня за плечо. — Дальше идёшь сам. Я нахмурился. — Что? — Встречаться будешь ты. Я останусь в тени, посмотрю, как всё пойдёт. Я внимательно посмотрел на неё. Что-то тут не так. — Почему? Челси небрежно пожала плечами. — Так надо. Ответ был слишком простым, слишком лёгким, чтобы поверить. Но спорить я не стал. — Ладно. Но если это подстава, рассчитывай, что я не буду тебя вылавливать. — О, ты так заботлив, — ухмыльнулась она. Я медленно выдохнул, развернулся и пошёл дальше. Лес расступался, и вскоре передо мной открылась небольшая полянка. Трава здесь была примята, словно здесь уже не раз кто-то бывал. И в этот момент с противоположной стороны вышел мужчина. Он был выше меня, на вид лет двадцать восемь или тридцать. Дорогая одежда, чёрный плащ, тёмные волосы, уложенные безупречно. Лицо породистое, высокие скулы, холодный взгляд. Аристократ. Я не двинулся с места, ожидая, что он скажет первым. Мужчина остановился на краю поляны, склонил голову набок и чуть прищурился, изучая меня. — Если хочешь выжить в этом мире, тебе нужно знать три вещи... Я замер. Что? Меня передёрнуло от неожиданности. Я стиснул зубы, бросив быстрый взгляд в сторону, туда, где скрывалась Челси. Было бы неплохо заранее знать о таких нюансах. Но выбора не было. — Во-первых, где спрятано золото. Во-вторых, у кого ружьё. В-третьих, кто твой друг, — ответил я, всё ещё внутренне настороженный. Мужчина кивнул, словно подтверждая что-то для себя. — Значит, это вы. Я не стал уточнять, какого именно «меня» он ожидал. Мужчина подошёл ближе. Теперь, когда он стоял совсем рядом, можно было разглядеть его лучше: высокий, статный, с породистыми чертами лица. Гладко выбрит, волосы аккуратно зачёсаны назад, фиолетовые глаза холодные, но с едва заметным прищуром, будто он всегда что-то анализирует. Одет в длинный плащ, под которым виднелся дорогой, но практичный костюм. Он протянул руку. — Каллиас Лундетт, секретарь его светлости наместника. Я протянул руку в ответ, пожимая его ладонь. — Раст. Лундетт слегка кивнул, принимая к сведению. — Наместник передал для вас первое задание, — без лишних предисловий заговорил он. Я молча кивнул, ожидая продолжения. Лундетт достал из кармана сложенный конверт, вынул из него фотографию и развернул передо мной. — Объект — Дарелл фон Кестнер. Владелец поместья, аристократ. На карточке был изображён мужчина лет сорока пяти. Бледное лицо с тонкими чертами, глубокие морщины на лбу, тяжёлый взгляд, выдающий в нём человека, привыкшего повелевать. — Чем он занимается? — спросил я, скрестив руки на груди. — Официально? Он торговец редкими породами древесины и дичью. Одна из самых богатых охотничьих зон Империи в его владениях. — А неофициально? Лундетт слегка ухмыльнулся и перевернул фотографию. На обратной стороне было написано: «Охота на людей». Я сжал зубы. — Подробности. — Вы догадываетесь. В поместье регулярно устраиваются «игры» для состоятельных клиентов. Пленные, заключённые, невольники — их выпускают в лес, а затем начинается охота. Иногда их натравливают друг на друга. Иногда используют для более... творческих развлечений. Я чувствовал, как внутри нарастает холодная ярость. — И он связан с Онестом? — Напрямую нет. Но среди его «гостей» не раз бывали высокопоставленные чиновники и военные, работающие на премьер-министра. Включая одного из его личных советников. Вот оно что. — Значит, его крышуют? — Не только. Его «товар» иногда отправляется в Столицу. Кому и зачем — можете догадаться. Я тяжело выдохнул. — Где он? Лундетт развернул карту, показав поместье Кестнера. — Вот здесь. На юго-запад от нас. Полдня пути пешком. Я кивнул, молча прикидывая маршрут. Логично было бы использовать машину, но... Нет. Бензин сейчас надо экономить. И на этот раз не светить машиной. — Каковы условия? — Ликвидация без лишнего шума. Мы не хотим привлекать внимание раньше времени. — И где мне встречаться после выполнения? Лундетт спокойно сложил карту и убрал её обратно в карман. — Здесь же. Мы сами поймём, выполнено задание или нет. Я не стал уточнять, как именно они это поймут. Хотя про себя подумал, что это, мягко говоря, странно. Я молча развернулся и зашагал обратно. Лундетт не стал меня задерживать — он просто наблюдал, пока я уходил в лесную чащу. Пройдя несколько метров, я замедлил шаг и осмотрелся. Челси нигде не было. Я нахмурился. Она должна была быть здесь. — Челси? — негромко позвал её. Тишина. Я стиснул зубы, огляделся ещё раз, затем раздражённо выдохнул. — Лиса рыжая. Куда она, блин, делась? Может, уже у машины? Я ускорил шаг, пробираясь через густые заросли. Когда я вышел к тому месту, где спрятал машину, первое, что я увидел, была... кошка. Крупная, с густой серовато-чёрной шерстью, лупоглазая, с хитрой мордой. Она вальяжно расположилась прямо на капоте моей машины, лениво махая хвостом. — Ты тут откуда взялась? — пробормотал я, приближаясь. Кошка на секунду прищурилась, затем вдруг, без всякого предупреждения, прыгнула мне прямо на руки. — Эй, какого хрена?! Но в тот же момент из неё повалил густой дым, заполняя воздух вокруг. Я закашлялся, чуть не уронив её, а когда дым рассеялся… Кошки уже не было. Вместо неё я держал Челси. В свадебном стиле. Я резко отпустил её, и она с грацией приземлилась на ноги, ухмыляясь. — А-а-а, так вот почему у тебя нет девушки! — протянула с притворным разочарованием. — Ты… ты что, издеваешься?! — я чувствовал, как моё лицо мрачнеет. — Да расслабься ты, мистер «Суровый убийца». Она вытащила из поясной сумки небольшую шкатулку с косметикой и покрутила её между пальцами. — Это мой тейгу — «Основа Геи». Я нахмурился. — И что он делает? — Позволяет мне превращаться во что угодно, — самодовольно улыбнулась. — Вот, например, кошка. Или… Она внезапно шагнула назад, снова активировав свой тейгу. Ещё один выброс дыма, и на её месте стоял… я. Я смотрел на собственное лицо, на собственную одежду, даже осанка была такая же. — Ну как, круто? — мой же голос весело произнёс передо мной. — Не сказал бы, — буркнул я. Челси снова окуталась дымом и вернулась в свою обычную форму. — Вот видишь? Теперь ты знаешь, с кем работаешь, Раст. Я тяжело выдохнул и устало потёр лицо. — Ты могла просто сказать. Она ухмыльнулась. — А где в этом веселье? — Ладно, вернёмся к делу. — Я сделал шаг назад и опёрся на капот машины, скрестив руки на груди. — Мы убираем аристократа по имени Дарелл фон Кестнер. Челси убрала тейгу обратно на пояс, уселась прямо на капот, болтая ногой в воздухе. — И что он натворил? — Официально — торговля дичью и древесиной. Неофициально — охота на людей. Развлечение для элиты. Ну и для некоторых людей Онеста. Она приподняла бровь. — Значит, один из тех ублюдков, которым просто скучно жить? — Примерно так. Она крутанула в руках леденец, будто обдумывая сказанное, потом кивнула. — Ну, звучит как типичная работа. Я хмыкнул. — И какой у нас план? Челси широко улыбнулась. — О, план очень простой. Ты просто стоишь в сторонке и смотришь, как я работаю. Я прищурился. — Что? — Ты будешь наблюдать. Учиться. Может, делать пометки в своём блокноте, если у тебя есть. Я раздражённо потер переносицу. — Почему это вдруг? — Потому что, по словам Надженды, ты сработал не идеально с Вартаном. Я молча смотрел на неё, пока она с самодовольной улыбкой продолжала: — Значит так. Твоя первая миссия. Тебе дали наводку. Ты поехал, нашёл цель, выследил. И… — Она сделала паузу и картинно хлопнула в ладоши. — И словил пулю. — Один раз. — О, так ты ещё и статистику ведёшь? Я тяжело вздохнул. — Не в этом дело. Я сделал работу. Вартана больше нет. — Да, но тебя чуть не вынесли. Я усмехнулся. — А мне казалось, что тут такая работа. Челси наклонилась вперёд, упёрлась локтями в колени. — В этом и проблема, Раст. Мы убийцы, но мы не мишени. Если ты ловишь пулю на первом же задании — ты что-то делаешь не так. Она произнесла это без насмешки, без издёвки. Просто как факт. Я молча смотрел на неё, понимая, что она права, но не желая это признавать вслух. — Так что давай так: эту цель беру я, ты просто смотришь. А следующая — твоя. Тогда и проверим, чему ты успел научиться в Ночном Рейде. — А если я снова облажаюсь? Она улыбнулась. — Ну, тогда ты станешь кормом для червей, а мне Штаб отправит кого-то другого. Я ухмыльнулся. — Прямо-таки наставница. — Можешь звать меня «Сенсей Челси». — Это слишком громко для человека, который минуту назад был кошкой. Она хихикнула, махнула рукой. — Ладно, шучу. Но серьёзно. Если хочешь жить долго в нашей работе, учись. Я ничего не ответил. В принципе, это был неплохой расклад. Челси — опытная. И если она действительно так хороша, то один раз посмотреть на её работу — не худший вариант. Но и расслабляться я не собирался. Следующая цель будет за мной. А у меня, как раз, припасено кое-что особенное. И Челси об этом пока знать не обязательно. Мы двинулись в путь пешком. Лесной воздух был свежим, а солнце, пробивающееся сквозь листву, играло бликами на земле. Челси шагала рядом, потягиваясь и изредка покручивая свой леденец. — Итак, почему мы не едем? — спросила она, едва скрывая раздражение. Я посмотрел на неё, словно она спросила что-то невероятно глупое. — Потому что горючее — не бесконечно. Если каждый раз буду гонять на машине, рано или поздно останусь без топлива. Она закатила глаза. — Я так и знала, что ты это скажешь. Я приподнял бровь. — Да? И что, тебя это не устраивает? — О, поверь, я предусмотрела этот момент. Я прищурился, но ничего не успел сказать, потому что Челси вдруг свернула в сторону, махнув мне рукой, мол, иди за ней. Я пожал плечами и последовал за ней. И буквально через минуту перед нами стояли две лошади. — Ты издеваешься? — я остановился, скрестив руки. Челси самодовольно усмехнулась. — Нет. Пока ты был занят беседами с важными людьми, я кое-что сделала. Я провёл рукой по лицу. — Где ты их достала? — А ты думаешь, у меня нет знакомств? — она хитро прищурилась. — Где-то подкупила, где-то уговорила, где-то просто взяла без спроса. Главное, что теперь они у нас есть. Я посмотрел на лошадей. Одна тёмно-гнедая, вторая — серая, чуть мельче. Спокойные, ухоженные, но на меня смотрели с таким же подозрением, как и я на них. — Ладно, допустим. Но есть проблема. — Какая же? — Я никогда в жизни не ездил на лошади. Челси замерла. Потом медленно, очень медленно повернула голову в мою сторону и, кажется, всерьёз пыталась сдержать смех. — Ты... ты серьёзно? Я кивнул. Она закрыла лицо руками и начала трястись от сдерживаемого смеха. — О-о-о, это будет весело. — Да иди ты, — буркнул я, подходя ближе к гнедому коню. Животное повело ухом, пристально посмотрело на меня, но стояло спокойно. Я вздохнул. — Окей. Как этим управлять? Челси наконец успокоилась и, пытаясь выглядеть серьёзной, махнула рукой. — Запрыгиваешь в седло, держишь поводья, нажимаешь пятками на бока, и вперёд. Ну, типа как твоя машина, только без топлива и со своим характером. Я пробормотал что-то непечатное и, немного помявшись, поставил ногу в стремя, опёрся на седло и кое-как забрался наверх. Лошадь переступила ногами, но не дёргалась. — Слушай, не так уж и плохо, — пробормотал я, поправляя посадку. — Подожди, пока тронемся. Я бросил на неё раздражённый взгляд, но промолчал. Челси легко запрыгнула на своего коня и, ухмыльнувшись, направила его вперёд. Я вздохнул, собрался с духом, сжал поводья и нажал пятками на бока лошади. Животное плавно пошло вперёд. Окей. Не так страшно. Я чуть расслабился, но потом Челси резко пустила свою лошадь в галоп, и мой конь, словно обидевшись, что его заставили плестись шагом, тоже рванул вперёд. — ЧЕЛСИ, БЛЯТЬ! Я чуть не вылетел из седла, инстинктивно схватившись за гриву, но каким-то чудом удержался. Ветер хлестал в лицо, деревья мелькали по бокам, и где-то в этом хаосе я начал понимать, как это работает. Я наклонился вперёд, расслабил руки, позволил лошади двигаться, а не мешал ей. Постепенно, с каждым скачком, я начал чувствовать ритм. И через пару минут... Мне даже начало нравиться. Пара часов скачки, и я, черт возьми, привык к лошади. Не сказать, что я стал великим наездником, но по крайней мере больше не боялся свалиться с седла и не держался за гриву, как последний идиот. Теперь я управлял конём уверенно, чувствуя ритм его движений, и даже мог слегка притормаживать, если того требовала ситуация. Челси посматривала на меня с ухмылкой, будто ожидая, когда я снова начну орать, но этого не случилось. — Я удивлена что ты не свалился по дороге сюда. — Тебе лишь бы поиздеваться, да? — Да, но ты неплохо справляешься. Я лишь фыркнул и продолжил держать путь. Мы остановились на холме, откуда открывался хороший вид на поместье Дарелла фон Кестнера. Внизу простиралось огромное владение: массивное здание в строгом стиле, окружённое стенами, а за ним — лес, раскинувшийся на несколько километров. Идеальное место для охоты. Той самой «охоты». Я снял с шеи бинокль и начал осматривать местность. Челси делала то же самое. Помимо основной территории, моё внимание привлекло нечто, замаскированное среди деревьев — клетки или загон. Я присмотрелся. Из-за хитрой маскировки невозможно было разглядеть, есть ли там люди, но само место выглядело достаточно подозрительно. Челси тоже задержала взгляд на этом участке. — Что думаешь? — спросила она. Я медленно убрал бинокль, продолжая разглядывать поместье. — Имперская власть знает, что здесь творится, но молчит. И не только потому, что некоторым из высоких чиновников плевать. Челси кивнула, её голос стал жёстче. — А потому что Кестнер поставляет «эксклюзивный товар» в Столицу. Я сжал зубы. Торговля людьми, охота, пытки — всё это было не просто прихотью одного аристократа. Это была целая система, встроенная в верхушку власти. — Было бы неплохо разнести всё это к чертям. Челси усмехнулась. — Надо же, какой кровожадный. Я не ответил, снова посмотрев в бинокль. Кестнер где-то там. И сегодня он умрёт. Челси убрала бинокль и потянулась. — Пойдём ближе, но атаковать будем после захода солнца. — Ты уверена? Она посмотрела на меня, как на идиота. — Серьёзно? Ты хочешь просто так вломиться в поместье среди бела дня? У тебя что, остались ещё неиспользованные внутренние органы, которыми ты готов рискнуть? Я усмехнулся. — Ладно, понял. Значит, ждём темноты. Она кивнула. — Но в поместье пойду только я. Ты смотришь и учишься. Я скрестил руки. — Мы это уже обсуждали. — И я повторяю, потому что уверена, что ты из тех, кто любит лезть в дерьмо без спроса. Так что будь умницей, сиди на жопе и смотри, как работают профессионалы. Я вздохнул. — Как скажешь, сенсей Челси. Она улыбнулась. — Вот и хорошо. Тогда ждём ночи. Мы затаились в лесу и ждали наступления темноты. Я сидел, прислонившись к дереву, внимательно разглядывая поместье через бинокль. Стражников было немного, но явно знали, что делают. Челси сидела рядом, потягиваясь и время от времени лениво крутя в пальцах свой леденец. — Ну что, мистер «Суровый Убийца» ты запомнил, где кто стоит? Я опустил бинокль и хмыкнул. — Запомнил. Ничего сложного. — Это тебе так кажется. Она посмотрела на поместье, и в её глазах мелькнул холодный расчёт. — Хорошо. Пора работать. Челси вытащила из-за пояса своё тейгу, открыв его. Я украдкой бросил взгляд внутрь. На первый взгляд — обычная косметичка: тени, тушь, кисти, помады. Челси достала помаду и тушь, сжала их между пальцами и, плавно взмахнув рукой вокруг себя, словно художник, наносивший последние штрихи на картину, исчезла в облаке легкого дыма. Когда дым рассеялся, на её месте стояла молодая девушка в униформе служанки. Я моргнул. — Ты так выглядишь, будто всю жизнь тут работала. — Ну, в этом и заключается особенность моей работы. — Она голосом прислуги картинно поклонилась, затем подмигнула. Я фыркнул. — Ну давай, удиви. Челси не оборачиваясь, уверенно зашагала в сторону поместья. Я вновь поднял бинокль и начал наблюдать. Первым препятствием на её пути был охранник у бокового входа. Челси, не снижая шага, подошла к нему и что-то сказала, махнув рукой в сторону главного здания. Я не слышал слов, но охранник, судя по выражению лица, даже не подумал что-то заподозрить. Он просто кивнул и махнул ей проходить. — "Просто и эффективно", — отметил я про себя. Челси плавно растворилась во дворе поместья, а я остался ждать, наблюдая за каждым её движением. Теперь всё зависело от неё. Я продолжал наблюдать за поместьем. Челси давно скрылась внутри, и время тянулось мучительно медленно. Прошёл час. Потом ещё немного. Снаружи всё оставалось тихо, ничего не указывало на то, что где-то в глубине здания уже вонзается игла в затылок Кестнера. Дважды я мельком замечал Челси в окнах — короткие движения, едва уловимые тени. Будто нарочно показывала, что всё идёт по плану. Я покрутил в пальцах бинокль, стараясь не терять концентрацию. Но вот что-то изменилось. Я заметил, как два охранника начали переговариваться, а затем один резко развернулся и рванул внутрь. Второй последовал за ним. Что-то пошло не так? Я нахмурился. А через мгновение из здания выбежал ещё один человек. И направился прямо в мою сторону, покидая территорию поместья. Мои пальцы сразу же скользнули к кобуре с пистолетом, я щёлкнул курок в боевое положение. Охранник был на вид крепким мужиком, двигался быстро, но не спешил доставать оружие. Когда он подошёл ближе, я уловил тяжёлое дыхание. Он явно торопился. — Эй, ты! — рявкнул он. — Сюда кто-то пробегал? Служанка, маленькая, в чепце? Видел её? Я не ответил. Я просто медленно достал пистолет, нацелил его на него. Охранник застыл. А затем его окутало облако густого дыма. Я даже не успел выругаться. И через мгновение, когда дым рассеялся, на месте охранника стояла Челси. — Ты… — Да, это я, — самодовольно протянула она. — Как тебе мой выход? Я тяжело выдохнул и убрал пистолет в кобуру. — Мать твою... Челси! Она громко захихикала. — Ну, неужели ты правда думал, что это кто-то другой? Я покачал головой. — Знаешь, я бы предпочёл, чтобы ты не проверяла мою реакцию, когда у меня в руках боевой пистолет. Она только пожала плечами. — Не волнуйся, Раст. Всё под контролем. Я ещё раз глубоко вдохнул, стараясь успокоить сердце, которое всё ещё колотилось от адреналина. — Ну и? Всё готово? Она медленно кивнула, её глаза сверкнули в темноте. — Готово. Мы вернулись на холм, где оставили лошадей. Те нас не ждали с восторгом. Гнедой лишь лениво приподнял голову, словно удивляясь, что я всё ещё жив, а серая лошадь Челси даже не удостоила нас взглядом, продолжая жевать траву. — Ну что, парень, — сказал я, похлопав гнедого по шее, — Как тебе стоялось? Не скучал? Лошадь медленно моргнула, что, вероятно, означало: «Ты кто?» — О, с животными разговариваешь? — Челси уже ослабляла подпругу на седле своей кобылы. — Ты в порядке? — В полном! А вот твоя лошадь..., похоже, недолюбливает меня. Челси прищурилась, доставая из сумки кусочек сушёного яблока и протягивая его своей кобыле. — Просто она понимает, что ты ещё салага в этом деле. Я покачал головой, но тоже достал немного еды для своего коня. Дальше пришлось искать ручей, потому что после скачки лошади были жутко жаждущими. Мы дали им попить, сами немного освежились, а затем двинулись дальше. На этот раз дорога шла медленнее. Челси больше не болтала без умолку, а молча покачивалась в седле, иногда даже прикрывая глаза. Я заметил, что она начинает чуть ли не клевать носом. — Челси, только не говори мне, что ты сейчас заснёшь верхом. Она что-то невнятно пробормотала и зевнула. — Просто тейгу немного выматывает, вот и всё… Я хмыкнул. — «Немного», да? — Заткнись, Раст, — пробурчала она. Я только усмехнулся. Оказывается девица с характером. Очевидно, что скакать всю ночь до места встречи с секретарём — так себе идея. Значит, нужно искать ночлег. Через какое-то время нам попался небольшой трактир у дороги — добротное деревянное здание, свет из окон, запах еды, доносившийся с кухни. — Ну, что скажешь, Раст? — пробормотала Челси, не поднимая головы. — Останавливаемся? — Ты, похоже, и так уже не против. Она что-то пробурчала себе под нос, и я решил не спорить. Мы вошли внутрь. В помещении было тихо — уже поздно, и большинство посетителей либо ушли, либо валялись пьяными по углам. Заказав ужин, мы сели за стол. Я ел молча, а Челси время от времени зевала и ковырялась в тарелке. — Серьёзно, Челси. Ты сейчас лицом в суп упадёшь. Она фыркнула, но даже не нашла сил меня подколоть. Когда мы доели, я направился к трактирщику узнать про комнаты. И вот тут был нюанс. — Свободна только одна, — сказал он, лениво полируя кружку. Вернувшись к Челси, я только сказал: — Одна комната. Она зевнула. — Не страшно. Ложишься на пол. Я усмехнулся. — Как жестоко. А как же товарищество? — Ну так, вдруг ты слишком привык к комфорту. Я устроился на полу. Матрас, подушка, даже какое-никакое одеяло — не так уж и плохо. Челси лежала на кровати, раскинув руки, леденец во рту. — Ты всегда так? — спросил я, устраиваясь поудобнее. — Так как? — Выполняешь заказ, а потом вырубаешься, как будто тебя подстрелили? Она ухмыльнулась, не открывая глаз. — Тейгу выматывает. Так что после работы я люблю хорошенько отдохнуть. — То есть пока я тренировался, ты просто спала? — Ну да. Что не так? Я покачал головой. — Ты странная. Она хихикнула. — Уж кто бы говорил. Ты решил поскакать на лошади, не смотря на полное отсутствие понимания верховой езды. — Ну, знаешь ли, я выживаю, как могу. Челси повернулась на бок, зевнула. — Ну, раз уж ты там внизу, будь добр — не храпеть. — А ты храпишь? — Нет. Но если услышу твой, то дам тебе пинка. Я скривил лицо. — Не страшно. Я всё равно спать буду. Она пробормотала что-то невнятное и, похоже, уже начала засыпать. Я закрыл глаза. День выдался длинным, но завтра — новый. Я провалился в сон сразу, как только моя голова коснулась импровизированной подушки. Долгий день, скачка, слежка, напряжённое ожидание… всё это вымотало так, что я мог бы проспать хоть всю следующую неделю. Следующее утро начинается не с кофе, а с рыжей надоедливой женщины. — Рааааст. Она начала меня дёргать за плечо. Я не двинулся. — Раст, вставай. Я глубже зарылся лицом в подушку. — Отвянь, пока я тебя не пристрелил. — Ну Раст, пошевелись же! Я протяжно вздохнул и пробормотал в подушку: — А если я скажу «пожалуйста», ты отстанешь? — Нет. Я заворчал, приоткрыв один глаз. — Челси, это проблема. Ты просыпаешься слишком рано чтобы надоедать другим. — Я из чувства заботы разбудила тебя. Неблагодарный глупый Раст. — Мне не нужен будильник. — Если я будильник, то ты царь сонного царства. Я приоткрыл один глаз и прищурился на неё. — Очень смешно. Ты можешь включить функцию «отложить на пять минут»? — Нет. — Печально. Вернись в магазин. Ты бракованная. Челси фыркнула, схватила подушку с кровати и с силой швырнула её мне в голову. — Вставай, клуша! Я громко выдохнул. — Ну ладно, ладно. Только прекращай кидаться подушками. Я с недовольным ворчанием поднялся, потянулся, хрустнул шеей и посмотрел на Челси. Она уже привела себя в порядок, волосы аккуратно уложены, на лице — её фирменная самодовольная ухмылка. Мы умылись, позавтракали и рассчитались с трактирщиком. Тот бросил на нас оценивающий взгляд, но ничего не сказал, просто забрал монеты и продолжил вытирать кружку. Я уже собирался повернуться к выходу, но вдруг он, не поднимая глаз, бросил: — Будьте осторожны на дороге. Говорят, в последнее время в этих краях неспокойно. Я с интересом посмотрел на него. — Что-то конкретное? Трактирщик пожал плечами. Бросил ему пару монет. — Говорят, из Столицы кто-то интересуется здешними землями. А значит, скоро будет хреново всем здесь. Я обменялся с Челси короткими взглядами. — Благодарю за предупреждение. И мы вышли. Когда добрались до места встречи, я сразу почувствовал подвох. На камне, рядом с которым вчера стоял Лундетт, теперь лежала записка. Я медленно поднял её, развернул и прочитал. «Его светлость желает вас видеть лично. Не только вас, господин Раст, но и вашу коллегу. Не переживайте, его светлость и госпожа Челси знают друг друга. Мы ждём вас сегодня в 16:00. Не опаздывайте.» Я перечитал ещё раз. А потом поднял взгляд на Челси. — Что, блять, это значит? Она потянулась, будто вся эта ситуация её ничуть не напрягала. — Ну, значит, его светлость хочет с нами поговорить. — Я это и без тебя понял. Я спрашиваю, почему здесь написано, что заказчик знает тебя? Челси убрала улыбку и посмотрела равнодушным взглядом. — Потому что знает. Я скрестил руки. — Просвети. — Ты становишься слишком любопытным, парень. — Челси. Она вздохнула и посмотрела на меня уже более серьёзно. — Он мой друг. Мы работали вместе, когда я была при дворе предыдущего наместника. Я нахмурился. — Ты была прислугой? Она кивнула. — А потом убила его. Я моргнул. — Чего? Она сложила руки на груди и посмотрела куда-то вдаль. — Он был таким же, как вчерашняя цель. Брал взятки, покрывал грязные дела, а ещё… охотился на людей. Я не ответил, просто слушал. — Лично. Теперь её голос был холоден. — Он любил делать это сам. Развлекался пытками. Я видела, как он это делал. Челси сжала край своей юбки. Она провела пальцем по краю своей поясной сумки. — Однажды он сделал ошибку. Позволил мне зайти туда, куда я не должна была. В подвалах дворца я наткнулась на своё будущее тейгу. Она посмотрела на меня холодным взглядом. — Знаешь, Раст, есть вещи, которые будто зовут тебя. И оно хотело стать моим. Я осторожно кивнул. — И тогда ты его убила. — Да. Она чуть наклонила голову, и в её голосе появилось что-то странное, далёкое. — На цветочной поляне. Средь бела дня. Лил дождь. И светило солнце. Я молчал. — Когда его голова покатилась по цветам, я поняла одну вещь. Она посмотрела мне прямо в глаза. — Этот мир несправедлив. Но я могу это изменить. Некоторое время мы просто стояли, глядя друг на друга. А потом она улыбнулась, легко, по-своему. — Так что да, теперь я ассасин Революционной армии. Работаю в штабе. Раньше была в команде, но… — она махнула рукой. — Все мертвы. Команду расформировали. Я не стал спрашивать подробности, решив переключиться на заказчика. — Твой друг, говоришь? — Да. Он был доверенным лицом нашего общего хозяина, но старался держаться подальше от крови. Я знаю, что он не такой, как его предшественник. Снова взглянул на записку. — Он же ещё и наш заказчик. Челси кивнула. — И информатор Революционной армии. Я убрал записку в карман. — Ладно. Значит, идём на встречу. — Не переживай, Раст, его светлость хороший человек. Я демонстративно скрестил руки на груди. — И скорее всего близкий тебе. Она хихикнула. — Ну, может быть. Девушка развернулась и зашагала обратно к лошадям. Последний её взгляд был более непривычным чем до этого. Под сильным ветром, развивающим её рыжеватые волосы, я почему-то думал о том, насколько наш заказчик и Челси близки. Не исключено, что моя напарница втюрилась в него ещё в давние времена.

***

До резиденции наместника пришлось скакать почти без остановок. Челси, хоть и выглядела бодрой, иногда прикрывала глаза, расслаблялась в седле, и я был почти уверен, что ещё немного — и она уснёт верхом. Но как только вдали показались первые дома, она выпрямилась, встряхнула головой и огляделась, словно пытаясь вспомнить каждую деталь. Здесь начался её путь убийцы. Городок был на удивление ухоженным. Ни трущоб, ни обвалившихся лачуг — жилые дома были крепкими, улицы чистыми, а местные не выглядели забитыми и запуганными. Но главное было впереди. Крепость. Массивные каменные стены возвышались над городом, охраняемые солдатами в серых мундирах. Ворота были закрыты, но при виде нас один из стражников вышел вперёд, положив руку на рукоять меча. — Кто вы и зачем здесь? Челси молча достала записку и протянула её охраннику. Тот мельком взглянул на неё, пробежался глазами по тексту, а затем без лишних слов ушёл внутрь. Мы остались ждать. — И как думаешь, что нас там ждёт? — лениво спросил, качаясь в седле. Она пожала плечами. — Кто знает. — загадочно пропела она. — Наверно специфический приём? — Если наместник действительно твой друг, то, наверно, я бы не отказался от чая с печеньем. Она улыбнулась уголками губ. — Ну, если вдруг чай окажется отравленным, я выпью первой, хорошо? — Будет обидно, если ты умрёшь, а я так и не узнаю, от чего именно. — О, как трогательно, — протянула она, закатив глаза. — Ты будешь по мне тосковать, если я склею ласты? — Не парься, буду иногда убирать твою могилку. Прежде чем она успела ответить, вернулся стражник. — Проходите. Внутри крепости лошадей пришлось оставить в конюшне. Затем нас провели в здание дворца. И тут нас ждал небольшой сюрприз. — Сдайте оружие. Я переглянулся с Челси. Она, конечно, без проблем отдала парочку ножей, которые были при ней. Шкатулку её никто даже не подумал трогать — обычная косметика, ничего подозрительного. Мой обрез, пистолет и сабля тоже отправились в руки стражников. Но вот «Наблюдатель»... Его никто даже не заметил. Даже Челси. — Прошу следовать за мной, — раздался знакомый голос. Я поднял взгляд и увидел Лундетта. Одет был в яркий халат и темные брюки, подчеркивающие принадлежность к этому поместью. — Его светлость ожидает вас. Нас провели в просторный, но довольно скромный кабинет. Никакой аристократической помпезности — рабочий стол, несколько книжных полок, несколько кресел. Но главным в комнате были двое. Молодой мужчина и девушка. Наместник был высоким, подтянутым, с чёрными волосами, слегка растрёпанными, словно он не слишком заботился о своём внешнем виде. На вид ему было лет около тридцати, не больше. По крайней мере не выглядел малолеткой, как я в свои двадцать шесть. Глаза — внимательные, но тёплые. Одет без лишней роскоши: простой, но хорошо сшитый камзол, рубашка без излишеств. А вот девушка, что сидела рядом, выглядела полной его противоположностью — каштановые волосы, забранные в лёгкую косу, тёмно-синее платье, подчёркивающее стройную фигуру. На вид она была чуть моложе него. В её глазах читался ум, но ещё и озорство. Челси едва шагнула в комнату, как девушка вскочила с места. — Челси! Прежде чем моя коллега успела хоть что-то сказать, та уже повисла у неё на шее. — Я знала, что это ты! Челси, похоже, была готова к такому, потому что лишь усмехнулась и обняла её в ответ. — Давно не виделись, Миана. Я слегка приподнял бровь. Так. Значит, теперь у нас есть и «его светлость», и Миана. Наместник, наблюдая за этой сценой, только покачал головой с лёгкой улыбкой. — Что ж, рад видеть, что ты цела и здорова, Челси. — А ты всё такой же, Лейн. Я молча наблюдал за рыжей, которая при виде него заметно оживилась. Как будто она желала этой встречи. — Сейчас блевану. — проворчал про себя, смотря на это зрелище. Я почувствовал на себе заинтересованный взгляд Мианы, или как там ее. Наместник, Лейн, перевёл внимание на меня и слегка кивнул. — Вы должно быть, Раст. — Вы не ошиблись. — Я слышал, вы отлично справились. Я сделал доброжелательное выражение и сжал протянутую руку. — Ну, никто не пришёл с факелами и вилами, значит, действительно отлично. Лейн усмехнулся. — Об этом и речь. Никто не знает, кто это сделал. И пусть так и остаётся. Скрытность важнее всего. Я посмотрел на Челси. Она только пожала плечами, мол, «я же говорила». Я вновь перевёл взгляд на Лейна. — И что теперь? Наместник откинулся в кресле и чуть прищурился. — Для вас есть новое задание. И, боюсь, оно сложнее, чем было вчера. Лейн чуть поправил рукава и постучал пальцами по столу, собираясь с мыслями. — Следующая цель. Челси вытащила новый леденец, молча наблюдая. Я скрестил руки, прислонился к книжному шкафу и ждал. — Если Дарелл фон Кестнер был мразью, которая развлекалась охотой на людей, то этот… другого сорта. — Конкретнее. Лейн слегка кивнул Миане, и та достала из стола сложенный лист бумаги, развернула его и положила передо мной. Фотография. На неё смотрел мужчина лет пятидесяти, с пронзительными глазами, тонкими губами и аристократически выверенной осанкой. — Это Декарт Хоффер. Дворянин, промышленник, один из крупнейших поставщиков материалов для Империи. — И чем же он так насолил? Лейн выдохнул и откинулся назад. — Он занимается утилизацией. Я приподнял бровь. — Утилизацией чего? — Всего. Я не ответил, а Миана продолжила: — Оружие, доспехи, тела. Моя челюсть чуть напряглась. — Тела? Лейн сжал пальцы в замок. — Он избавляется от всего, что Империя больше не считает нужным. Непокорные деревни, политзаключённые, рабы, провинившиеся офицеры. — И что он с ними делает? Лейн замолчал на секунду, а затем медленно сказал: — Перерабатывает. Челси скрестила ноги и лениво покачала носком сапога. — Я слышала про него, но не знала, что он настолько глубоко в этом погряз. Я продолжал смотреть на фотографию. — Как? Лейн посмотрел мне в глаза. — Человеческий жир — ценное топливо. Кости перемалываются в удобрения. Кожу выделывают. Некоторых… используют для опытов. Я почувствовал, как что-то ледяное сдавило желудок. — И Империя это покрывает? — Она это финансирует. Повисла тишина. Я медленно опустил фотографию. — И где он сейчас? — Вот в этом и проблема, — ответил Лейн. — На данный момент он отсутствует в своём поместье. Когда вернётся — неизвестно. Это вам предстоит выяснить. — Класс, — протянул я. — Выяснить, а потом убрать? Лейн кивнул. — Совершенно верно. Я перевёл взгляд на Челси. Она ухмыльнулась, облизывая леденец. — Теперь твоя очередь, Раст. Давай, покажи, чему научился. Я медленно выдохнул и посмотрел на фотографию ещё раз. — Ну, это потом. А сейчас отдых, — сказала Миана, вставая. — Вы долго были в дороге. Ужин будет через час. Я усмехнулся. — Ужин? Нас ещё и кормить будут? Челси нахмурила брови. — Как грубо. Где манеры, дурачок? — Неужели ты откажешься от хорошей еды? Мои повара одни из лучших в Южном регионе Империи. Аристократ улыбнулся и изучающе посмотрел на меня. — Не откажусь. Всё ем, ем, а наесться не могу. Лейн хмыкнул. — Ты думал, мы просто отправим вас в поля с сухарями? — Было бы, наверное, в вашем стиле. Челси наступила на мою ногу. — Вот сучка крашеная! — мысленно пробурчал. Лейн засмеялся. — Мне нравится твоё чувство юмора, Раст. Я ухмыльнулся. — Ну, оно у меня всегда при себе. Как и моё странное одеяние, на которое ты периодически бросаешь взгляды. Лейн чуть приподнял бровь. — Не буду отрицать. Ты выглядишь… необычно. Я кивнул. — Я из далёких мест. Где нет невест. Челси чуть не подавилась леденцом. Лейн громко рассмеялся. — Что ж, надеюсь, тебя это не слишком угнетает. Я развёл руками. — Как видишь, пока держусь. — Надеюсь ты хорошо проведешь время в нашем скромном гнездышке. Верно, дорогая? Миана покачала головой и улыбнулась. — Вы все сумасшедшие. Через час начался ужин. И это был не просто ужин. Это был, мать его, ужин на уровне наместника. Блюда, которые не встретишь в обычном трактире, вино, которое явно не разбавляли водой, сервировка, за которую любой аристократ отдал бы душу. Лейн мог себе позволить. Я сидел за столом, прислушиваясь к разговору, который постепенно скатывался в тёплые воспоминания. Лейн, Миана и Челси говорили о прошлом — хоть и не о добрых временах, но о тех, когда они были в одной лодке. — Ты смогла это закончить, Челси, — сказал Лейн, держа в руке бокал вина. — И теперь люди в этих местах могут жить спокойно. Челси покрутила леденец в пальцах, затем пожала плечами. — Я сделала то, что было нужно. — Не все на это способны, — тихо добавил Лейн. Миана незаметно вздрогнула. Я заметил как её плечи подрагивали, но она быстро вернула самообладание. Я потерял нить разговора и погрузился в свои мысли: — Надеюсь, ничего плохого не случится. Слишком гладко. Слишком хорошо. Я невольно начал подмечать детали. Лейн говорит правильные вещи. Он держится уверенно, не выглядит человеком, у которого есть тёмные намерения. Миана — вообще не из тех, кто умеет притворяться. Но что-то внутри меня всё равно настораживало. Я мог бы проверить Лейна с помощью «Наблюдателя». Надеть тейгу на лоб, активировать его — и увидеть, говорит ли он правду. Почувствовать его намерения. Но... Это было бы слишком палевно. Во-первых, Челси до сих пор не знает, что у меня есть тейгу. Во-вторых, я не могу долго им пользоваться. Выносливость у меня быстро уходит, а тело не такое крепкое. Даже «Основа Геи» высасывает из Челси много сил, что уж говорить про меня, который толком своё не опробовал в деле. Нет. Сейчас не время. Пока я решил довериться Челси. Если она считает Лейна другом, если уверена в Миане, если вообще не насторожена в этом месте — пусть так и будет. На данный момент. — Эй, Миана, чего ты притихла, будто кошки в стакан нагадили? Челси прищурилась и ухмыльнулась, явно получая удовольствие. Миана вспыхнула. — Ну... Лейн усмехнулся и сделал глоток вина. — Да, Миана, с чего вдруг? — Лейн! Я хмыкнул, допив свой бокал. Атмосфера стала лёгкой и непринуждённой. После ужина нас проводили в комнаты. Лундетт сопровождал нас по коридорам крепости, освещённым мягким светом факелов. Он двигался с идеальной выверенной походкой человека, привыкшего держать спину прямо и соблюдать правила приличия. — Ваши комнаты напротив друг друга, — сообщил он. — О, значит не одна на двоих? — порадовался я, вспомнив виновницу моего вчерашнего дискомфорта. — А что, хочешь снова спать на полу? — подключилась Челси. Театрально фыркаю. — Да мне уже привычно. Тем более, я ожидаю, что если усну в одной комнате с тобой, то проснусь без почки и с запиской: «Ничего личного, просто бизнес.» — Раст, ну ты меня так хорошо знаешь! Лундетт скосил на нас взгляд, будто решал, серьёзно ли это всё или у нас просто странный способ общаться. Мы остановились у дверей. — Отдыхайте. Завтра у вас много работы. Я кивнул, Челси что-то пробормотала в ответ. Перед тем как скрыться в комнате, я обернулся к ней и ухмыльнулся: — Эй, если ночью услышишь, как кто-то пробирается в твою комнату, не волнуйся. Это просто я пришёл мстить за все твои подколы. Челси прикрыла рот рукой и с притворным ужасом прошептала: — О нет, только не ты, Развратник-Убийца Раст! Только не в мою комнату! Я покачал головой. — Спи с одним открытым глазом, кошка. — Оу, так ты уже и прозвище мне придумал? — Возрадуйся. Ты будешь первой кого я так назову. Я махнул рукой и ушёл, хлопнув дверью.

***

— Раст, просыпайся. Я перевернулся на другой бок. — Раст, давай, вставай. Я сонно пробормотал в подушку: — Крррх... — Ладно. Лундетт, можешь забирать тело, он больше не жилец. Я приоткрыл один глаз и увидел, как Челси стоит в дверном проёме, изображая трагическое выражение лица. — Ах, Раст, какой короткой была твоя жизнь... — она театрально вскинула руки. — Но зато ты запомнился нам своими тупыми шутками и потрясающей способностью засыпать везде, где только можно! Я застонал, натянув одеяло на голову. — Челси, отвянь. — Нет. Вставай. — Я бы послал тебя куда подальше, но боюсь, ты там уже была. Она прыснула со смеху. — Ну всё, Раст, ты напросился. Через секунду подушка прилетела мне прямо в лицо. За завтраком Челси хрустела тостами и попутно закидывала меня новыми подколами, пока я просто пил воду и медленно пытался проснуться. — Знаешь, Раст, ты утром — вообще не человек. — Спасибо, мисс «Капризная вредная кошка». — Ты мне просто завидуешь, потому что я выгляжу свежей и красивой, а ты — как человек, который вышел из леса. Я протёр лицо рукой. — Ладно, не спорю. Если я когда-нибудь перестану быть киллером, найму тебя. Будешь будить меня каждое утро. — ... Затянувшаяся тишина послужила ответом. — Оу... так ты хочешь, чтобы я тебя каждый день будила? — с печальным выражением девушка нежно улыбнулась. Я замер. Опомнившись, Челси резко ухмыльнулась. — Раст, не смотри на меня своими щенячьими глазами. — Извини, просто мне на минуту показалось что ты симпатична, но вспомнив какая ты вредная, я исключил это заблуждение. Она рассмеялась и искренне улыбнулась. Я молча доел кашу и встал из-за стола. Мы получили обратно своё оружие на выходе из крепости. Мои обрез, пистолет и сабля были в порядке. Я чувствовал себя гораздо спокойнее, когда снова ощутил привычный вес оружия. Мы вышли во двор, взяли лошадей и сверились с картой. Поместье Хоффера было в нескольких часах скачки. — Ну, салага, готов? — спросила Челси, перекидывая ногу через седло. — Готов... к чему? Смотреть, как ты уснешь на лошади? Она хмыкнула. — Держись за седло, Раст. Сегодня важный урок. Мы пустили лошадей в галоп. Спустя какое-то время Челси посмотрела на меня с хитрой улыбкой. — Слушай, а как ты узнаешь, когда Хоффер вернётся в своё поместье? Я посмотрел на неё в ответ и ухмыльнулся. — Вот увидишь. — Оу, так ты загадочный? — Я просто не раскрываю все карты сразу. — И почему мне кажется, что ты просто хочешь меня подразнить? Я усмехнулся. — Потому что это правда. Она хихикнула. — Ладно, посмотрим, как ты будешь справляться. Не облажайся. — Не переживай. — Оу. — Челси картинно схватилась за сердце. — Раст, ты меня смущаешь! — Просто боюсь, что если не скажу этого, то ты начнешь нервничать. — Ты обо мне заботишься? Я лишь покачал головой. — Скачи давай, кошка. Она ухмыльнулась, щёлкнула пятками, и её лошадь понеслась вперёд. Я сделал то же самое. Теперь дело было за мной. Мы неслись верхом ещё пару часов, пока вдали, среди равнин и редких перелесков, не показалось поместье. Как только мы его увидели, я натянул поводья, и Челси сделала то же самое. Мы остановились, слегка отдышавшись после долгого галопа. — Ну, кажется, приехали, — сказала Челси, оглядываясь. Я вытащил карту, развернул её, быстро прикинул координаты и кивнул. — Да, это оно. Поместье не выглядело зловещим логовом мясника. Наоборот. Красивое здание в колониальном стиле, светлые стены, крыша из дорогой черепицы, ухоженные газоны, аккуратные дорожки. Ворота открывались в сад, где бродили несколько людей в дорогой одежде — слуги или гости, хрен их разберёт. — На первый взгляд не скажешь, что здесь перерабатывают людей, — пробормотала Челси. Я медленно убрал карту, достав бинокль. — Возможно, этим занимаются в другом месте. А здесь просто база. Документы, записи, связи. Челси скрестила руки. — Тогда тем более надо туда проникнуть. Я осмотрел поместье через бинокль на наличие охраны. Три охранника у ворот, ещё двое патрулируют внутренний двор. Всё выглядело так, словно здесь просто живёт уважаемый человек, ведущий свой тихий образ жизни. Только вот этот «уважаемый человек» варил людей на удобрения. Я передал бинокль Челси, она быстро изучила местность и кивнула. — Надо подобраться ближе. Мы спешились в густой лесополосе, находившейся неподалёку от поместья. Теперь можно было смотреть на здание, не боясь привлечь внимание. Я ещё раз посмотрел в бинокль, а затем вздохнул и вытащил «Наблюдатель». Девушка вопросительно уставилась на мой предмет, но ничего не сказала. Она внимательно начала изучать то, что я держал в руке. Я разжал пальцы, и он сам, словно магнит, прикрепился к моему лбу. Веко на глазу раскрылось, и он засветился ярким зелёным светом. Челси с нечитаемым видом продолжала смотреть. — Ну-ну... Это то, что я думаю? — Если ты думаешь, что это «Наблюдатель», то да. Она прищурилась. — Я слышала о нём от Надженды. Это же тот самый тейгу, что был у Занка? — Был, да. Теперь он у меня. Челси ухмыльнулась. — Ну, Раст, я ожидала что Надженда тебя не отпустит с пустыми руками. Я проигнорировал её тон, сосредотачиваясь на тейгу. Первое, что я активировал, — дальнозоркость. Изображение сразу же стало чётче, словно я приблизился к самой территории поместья. Я видел лица охранников, выражения их глаз, даже едва заметные жесты. Двое у ворот были расслаблены, переговаривались, явно не ожидая никаких угроз. А вот трое, что патрулировали внутренний двор, держались иначе. Взгляды напряжённые, движения выверенные. Профессионалы. Я слегка нахмурился, затем активировал чтение мыслей. На меня тут же хлынул поток голосов. «Где босс? Он же говорил, что вернётся сегодня вечером...» «Он опять напился в Столице. Ну, ничего, завтра утром прибудет, тогда посмотрим, как он будет командовать с похмелья...» Я выдохнул. — Цель прибудет завтра утром. Челси приподняла бровь. — Быстро ты с этим разобрался. Я убрал «Наблюдатель», и он сам мгновенно отключился, закрыв свой зелёный глаз. — Приходится отключать. Длительное использование мне чревато последствиями, думаю ты понимаешь. — Ну, с этим не поспоришь, — скрестила она руки. Я стер пот со лба. Использование тейгу выматывало быстрее, чем хотелось бы. Но теперь мы знали, когда появится цель. Вопрос был в том, как мы будем его встречать. Я снял свой рюкзак с лошади, поставил его на землю и расстегнул, извлекая изнутри своё особое оружие. Три аккуратно сделанные самодельные взрывные шашки, соединённые между собой проводкой и на одном из них — дистанционный взрыватель. Челси лениво наблюдала, не понимая, что я держу в руках, но пока ничего не говорила. Взял бомбу и провёл контрольную проверку взрывателя. Щёлк. Маленький светодиод загорелся зелёным, показывая, что система работает, красный должен загореться в момент взрыва. Я тут же отключил её. Затем проверил детонатор. Всё в норме. Челси наконец не выдержала. — Что ты только что делал? Я ухмыльнулся. — Сюрприз. Она нахмурила брови. — Раст, ну ты же знаешь, как я не люблю сюрпризы. — Вот и отлично. Будет двойное удовольствие. Она закатила глаза, но больше не спрашивала. Я взглянул в бинокль на поместье. Дым из трубы — слабый, но стабильный. Если отопление идёт без перебоев, значит, где-то должна быть котельная. Скорее всего, в подвале. Это будет идеальное место. Перегрев. Взрыв давления. Несчастный случай. Никто даже не заподозрит, что это была диверсия. Но пока Челси об этом знать не обязательно. — Ладно, ждём ночи, — сказал я и мы двинули подальше в лес, раскинув лагерь. Ночью, когда лес погрузился в полную темноту, я проверил снаряжение. Рюкзак с бомбой. Сабля на поясе. Пистолет наготове. Ну и «Наблюдатель» тоже на месте. Челси, полулёжа на спальном мешке, лениво посмотрела на меня. — Ну, герой, готов? — Разумеется. — Скажешь мне, что ты собираешься делать? Я ухмыльнулся. — Нет. Она вздохнула. — Ну, конечно. Почему я вообще спросила? Я подошёл к краю лагеря, затем обернулся. — Не скучай. — Буду лежать и размышлять, какого цвета заказать тебе гроб. — Возьми что-нибудь подешевле. — Оу, нет. Ты заслуживаешь шикарный. Прям золотой. Лес позади растворился в темноте, а передо мной возвышалось поместье — угрюмый силуэт на фоне звёздного неба. Где-то внутри, за массивными стенами, жили люди, которые считали себя неприкасаемыми. Я ещё раз взглянул в бинокль. Всё по-прежнему: патрули прохаживаются по периметру, фонари отбрасывают тёплый свет, будто ничего плохого и не произойдёт. Перебросить верёвку через забор? Слишком громко. Пролезть под фундаментом? Ну да, конечно, щель высотой с мышь мне поможет. Деревья. Единственный вариант. Я скользнул к ближайшему дубу и, проверив прочность коры, начал карабкаться вверх. Ветви покачнулись, но выдержали. Я затаился, прислушиваясь. Шаги часового приближались. Секунды тянулись мучительно долго. Он прошёл прямо подо мной, не замечая фигуру среди листвы. Когда его шаги стихли, я перекинул ногу через ветку и, балансируя, оказался над забором. Прыгать нельзя, слишком шумно. Внизу — фонари, а значит, тень. Я увидел одну такую чёрную зону, пружинисто оттолкнулся и мягко приземлился, сгруппировавшись. Территория поместья была огромной, но не идеально охраняемой. Я проскользнул вдоль стены, наблюдая за окнами. В одном горел свет, раздался смех. Наверное, кто-то пил вино и наслаждался жизнью. За главным зданием виднелись хозяйственные постройки. Я двинулся туда, прикрываясь тенью. И вот он, подвал. Дверь была массивная, металлическая, с ржавчиной по краям. Но главное — замок. Когда я был в армии, нас учили вскрывать самые простые двери. Те, что были старые, со стандартными механическими замками. Я достал нож и тонкий кусок металлической проволоки. Нащупал засов, вставил инструмент в скважину. Замок был простым, но заржавевшим — значит, нужно было чуть больше давления. Щёлк. Я замер. Щёлк. Слабый звук. Сердце застучало в горле. Я потянул дверь. Открыто. Запах угля, горячего металла и машинного масла бил в нос, забивался в лёгкие, оседал на одежде. В этом подвале было душно, даже жарко, как в промозглой, замкнутой кузнице. Я двигался осторожно, каждым шагом стараясь не издать ни единого звука. И вот незадача. Неподалёку, у стены, в углу, свернувшись калачиком, спал кочегар. Седой, худощавый, лицо в саже. Видимо, он так вымотался, что не добрался до койки. Просто уснул, прислонившись к стене. Я стиснул зубы. Этот бедолага даже не подозревал, что через несколько часов от него не останется и следа. Блять. Я не был святошей. Я знал, что на войне жертвы неизбежны. Но убивать солдата в бою — одно, а взрывать ни в чём не повинного работягу, который просто делает свою чёртову работу — это совсем другое. Что делать? У меня не было времени выдумывать сложные планы спасения. Если бы я начал его будить и уговаривать уйти, он мог бы поднять тревогу. А если просто потащить его наружу — это ещё больший риск. И всё же… Я перевёл взгляд на часы. До прибытия цели оставалось несколько часов. Этого хватит. Я приблизился к кочегару, присел рядом. Он чуть дёрнулся, сморщился, но продолжал спать. Сонный, уставший. Я вытащил из рюкзака небольшой флакон с жидкостью. Спиртовая настойка, вперемешку с травами. Чтобы усыплять пленников или контрабандистов. Как хлороформ в кино и видеоиграх. Смочил ткань, аккуратно прижал к лицу старика. Он дёрнулся, но через пару секунд его дыхание стало медленным и ровным. Теперь он точно не проснётся в ближайшие несколько часов. Затем открыл рюкзак, достал взрывное устройство. Щёлк. Зелёный огонёк. Всё работает. Я нашёл укромное место за котлом, там, где никто бы не стал проверять — между трубами подачи пара. Там было достаточно тепла и тени, чтобы скрыть устройство. Я взглянул на старика. — Извини, мужик. — сказал ему про себя. Выйдя из котельной, я снова оказался во дворе, в прохладной тени ночи. Теперь самое сложное – уйти незамеченным. Я бросил взгляд на тот же забор, через который пробирался ранее. Часовой. Он стоял совсем рядом, лениво зевал, но явно не собирался уходить. Возвращаться тем же путём теперь было невозможно. Другой выход. Должен быть другой выход. Я быстро осмотрелся. На стене, недалеко от котельной, была водосточная труба. Она тянулась вдоль фасада и уходила вверх, к крыше первого этажа. Я прикинул расстояние. Возможно. Затем метнулся к трубе, ухватился за металл. На удивление, труба была достаточно крепкой. Два метра. Три. Четыре. Забрался выше, пока не оказался на крыше пристройки. Теперь нужно было спуститься на другую сторону – там, где не было охраны. Сгруппировался, приземлился на землю и тут же нырнул в тень. Часовой продолжал стоять у ограды, даже не подозревая, что я уже вне территории. Ускорил шаг, двинувшись обратно к лесу. Возникла новая проблема — радиодетонатор. В подвале поместья было слишком много камня, слишком много помех. Если я уйду слишком далеко, сигнал просто не дойдёт. Пришлось снова вернуться в лесополосу, где мы с Челси наблюдали за поместьем днём. Нашёл место между корней старого дерева, сел, глубоко выдохнул. Где-то там, в лагере, Челси наверняка злится, что я так долго. Но пока взрыв не прозвучит, расслабляться нельзя. Утро. Они приедут утром. Я закрыл глаза. Не заснуть. Не терять концентрацию. Ждать.

***

Но я всё-таки заснул и пробудился от… Металла у горла. Лезвие едва касалось кожи, и я знал — малейшее движение, и оно пойдёт глубже, вспарывая глотку, оставляя меня захлёбываться собственной кровью. Я всё-таки просрал момент. Какого чёрта? Сонная пелена ещё держала разум, но инстинкты сработали. Всё тело напряглось, дыхание замедлилось, глаза проанализировали силуэт передо мной. Мужик. Крепкий, жилистый, в тёмной одежде. Охранник? Наёмник? Чёрт его знает, но он явно знал своё дело — его рука не дрожала, а взгляд был пуст, словно у человека, который уже убил десятки, сотни раз. Но и я был не промах. Медленно, без лишних движений, я скользнул рукой вниз, пальцы сомкнулись на холодной рукояти пистолета. Ствол смотрел прямо в пах. Щёлк. Теперь мы смотрели друг на друга. Один с лезвием у горла, другой со стволом, нацеленным на яйца. Кто первый дрогнет? Вспышка дыма. Густой, удушающий, резкий, он заполнил пространство мгновенно, вынуждая меня зажмуриться. Чувства обострились, я напрягся, готовый к удару. Но удара не последовало. Дым рассеялся. Передо мной стояла Челси. Я моргнул, пытаясь осознать произошедшее. Она. Опять. Челси выглядела вполне довольной собой. Она скрестила руки на груди, наклонила голову и осмотрела меня с тем самым выражением лица, от которого хотелось одновременно застрелить её и застрелиться самому. — Ну что, мистер «Суровый убийца», сладко спалось? — её голос звучал приторно-ласково, но я уже знал, что за этим кроется насмешка. Я медленно убрал пистолет, потер шею и вздохнул: — Блять, Челси… — Ой, ну не начинай, — она покачала головой, словно училка, недовольная нерадивым учеником. — Я просто хотела проверить, насколько ты бдителен. И что же? Спал, как младенец. Я прищурился, силясь сдержать раздражение. — Ты, мать твою, чуть не обеспечила мне сердечный приступ. — Ну, прости, что не дала тебе умереть от ножа в глотке. Наверное, ты предпочёл бы это, да? Она усмехнулась и присела рядом, склонив голову. — Ты вообще представляешь, как смешно это выглядело? Такой грозный киллер, сидит, весь такой серьёзный, а потом — бац! — и дрыхнет. Я тяжело выдохнул. — Я не дрых. Я отдыхал. — Ага, ага. Конечно, конечно. — она кивнула с таким видом, будто соглашалась со словами сумасшедшего. — И ведь я тебе даже верю. Вот честное слово. Я стиснул зубы, но не дал ей удовольствия видеть раздражение. — Значит, ты решила не ждать в лагере? — О, да. — она развела руками. — Я на самом деле терпеть не могу, когда что-то происходит без меня. Особенно если это связано с тобой. Она придвинулась чуть ближе, в её глазах мелькнуло любопытство. — Так что, скажешь мне, как ты собираешься убить Хоффера? Я посмотрел на неё, затем на горизонт. Небо светлело. Часы показывали: цель прибудет с минуты на минуту. Снова повернулся к Челси и, ухмыльнувшись, сказал: — Я же сказал — сюрприз. Ожидание — это всегда хуже действия. Когда идёшь в бой, когда уже звучит первый выстрел, когда руки заняты, а мозг работает на полную мощность, ты не думаешь. У тебя нет времени на лишние сомнения. Только цель. Только чёткие, выверенные движения. Но сейчас — ожидание. И оно давило на нервы, заставляло сердце биться слишком быстро, пальцы дрожать на детонаторе, мысли метаться в стороны, рисуя десятки возможных исходов. А потом я увидел карету. Я сразу понял, что это не мираж, не тень, не игра воображения. Я медленно поднял бинокль, прижал его к глазам, напрягая зрение, чтобы лучше разглядеть. Карета двигалась ровно, плавно, запряжённая парой породистых лошадей, колёса едва слышно шуршали по гравию. Сзади и спереди её сопровождали всадники. Я проследил взглядом за их движением, заметил, как один из них что-то сказал другому. Они выглядели расслабленными, не ждали ничего необычного. Всё шло по плану. Карета въехала во двор поместья, остановилась. Всё. Момент истины. Я опустил бинокль, достал из кармана фотографию, которую мне дал Лейн. Последняя проверка. Дверь кареты открылась. Первым вышел охранник. Он осмотрелся, бросил короткий взгляд по сторонам, будто подозревая, что кто-то может наблюдать. Я затаил дыхание. Следом показался мужчина. Тот самый, кто был на фото. Хоффер. Высокий, с сальными волосами, в тёмной мантии, но шаги его были неуверенными. Он слегка покачивался, точно не полностью контролировал своё тело. Пьян. Хм, он действительно напился вчера. Охранники в поместье не врали, когда обсуждали это. Даже будучи пьяным, он выглядел ублюдком. За ним вышла женщина. Громко, резко, отрывисто что-то говорила, причём так, что даже без «Наблюдателя» я мог понять: она его отчитывает. Её голос был слишком резким, движения — слишком жёсткими. Она раздражённо махала рукой, пытаясь удержать Хоффера в равновесии, но тот лишь мотнул головой и что-то пробормотал в ответ. И именно тогда из кареты выбежали две девочки. Я замер. Всё внутри стянулось тугим узлом. Мелкие. Хрупкие. Бегут за матерью, тащит за собой одну за руку, вторая плетётся следом. Я снова взглянул на фотографию. Да. Точно цель. Хоффер. Скорее всего его жена. И внезапно — его дети, о которых никто не говорил. Я сжал детонатор. И тут оно ударило. Чёрт. Я знал, что взрыв будет мощным. Я знал, что кочегар однозначно будет мёртв. А вот дети? Я не ожидал этого. Я не думал, что они приедут с ним. Я снова посмотрел на девочек. Будущие садистки. Будущие убийцы. Будущие твари, что будут пытать и насиловать ради удовольствия, если их не остановить. Я видел, как они смотрели на слуг. Видел, как одна из них наступила на кошку на дороге, даже не заметив её. Даже не повернув головы. И всё же… Они всё ещё были детьми. Я смотрел в бинокль, не отрываясь, наблюдая, как Хоффер неуклюже поднялся по лестнице к двери поместья. Его жена шагала чуть впереди, что-то бросая ему через плечо — гневно, раздражённо, почти со злобой. Девочки следовали за ней, то и дело перебрасываясь словами. Они все зашли внутрь. — Ты чего такой мрачный? — внезапно прозвучал голос Челси рядом. Я убрал бинокль, сжав челюсти: — Дети. Девушка выронила чупа-чупс, который держала во рту. — Что?... Я перевёл на неё взгляд. — Хоффер вероятно с семьёй. — Это очень плохо. — она нахмурила брови. Я вздохнул, сложив руки на груди. — Согласен, но других вариантов нет. — Давай попробуем убрать только Хоффера. Я поднял на неё взгляд. — Нет. Всё должно выглядеть как несчастный случай. Лейн сказал, а не то нам всем голову отвернут. — Раст... Нельзя же так, — голос Челси дрогнул. — Так, ну-ка успокоилась, — отрезал я. Она сжала губы, но не отступила: — Насчёт Хоффера всё понятно, но дети нам что сделали?! Я сжал детонатор. — Если мы Хоффера не сделаем, многим реально невинным людям, в том числе детям — пиздец. Я понятно объясняю? Челси молчала. Я вытянул антенну у детонатора и снова поднял бинокль. Внутри здания силуэты мелькали за окнами. Цель — там, в безопасности, в своём мире, не подозревающая о том, что скоро для всех, кто в здании, этот мир превратится в ад. Хоффер прошёл по коридору. Как раз к той части здания, где шли трубы из подвала. Я перестал колебаться и нажал тумблер. Зелёный светодиод загорелся. Сначала ничего. Тяжёлое ощущение, будто воздух вокруг сгустился, стал плотнее, будто лес вдруг притих, даже ветер на мгновение остановился. Но затем, спустя пару секунд, земля под ногами еле слышно вздрогнула, вдалеке, со стороны поместья, донёсся глухой звук, похожий на то, как вглубь шахты падает что-то тяжёлое и далёкое. Этот звук был не резким, не взрывным, а скорее приглушённым, словно кто-то в подвале выбил стену и обрушил кирпичную кладку. Это сработала бомба, которую я заложил за котлом. Я знал, что сейчас, в самой глубине дома, в котельной, начался хаос. Котёл, перегретый и под давлением, лишился удерживающих элементов. Болты, задвижки, прокладки, металл — всё внутри корпуса должно было уже сейчас начинать деформироваться, выгибаться наружу, скрипеть, скрежетать, предвещая неизбежное. В этот момент внутри, возможно, кто-то уже понял, что что-то идёт не так. Но времени осознать, времени спастись не было. И вот тогда рвануло. В этот раз звук был совсем другим. Глухой грохот, раскатистый и протяжный, словно кто-то толкнул само здание изнутри, а оно прогнулось и отозвалось треском, сотрясением. Земля подо мной ощутимо дрогнула, как если бы неподалёку провалился в пустоту пласт грунта. Листья на деревьях содрогнулись, в воздухе прошёл тёплый толчок, который я почувствовал кожей. А дальше — взрыв вырвался наружу. Из подвальных окон, из щелей в кладке, из вентиляционных шахт вырвались потоки густого чёрного дыма, клубами устремляясь вверх, перемешиваясь с пылью и золой. Где-то из глубины дома что-то продолжало рушиться, слышался глухой гул обвалов, будто дом кашлянул и начал оседать сам в себя. А затем, спустя пару мгновений, ударная волна добралась до тех, кто был снаружи. Я видел, как людей, стоявших на дворе, буквально швырнуло на землю. Тех, кто был ближе к зданию, отбросило в стороны, их тела беспомощно покатились по гравию, некоторые остались лежать неподвижно, кто-то зажимал голову, оглушённый, лишённый равновесия. Один охранник, что стоял спиной к зданию, просто рухнул вперёд, будто у него резко отключилось сознание. Другой с криком отлетел в сторону, врезавшись в фонтан, а затем медленно, заторможено попытался подняться. Над зданием поднимался дым. Внутри бушевало пламя. Я не двигался. Челси тоже. Даже не сразу понял, что она не дышит, затаила дыхание, не моргая смотрит на поместье. Повернул голову к ней. Она выглядела так, будто впервые увидела нечто, чего вообще не должно было существовать. Сейчас она действительно поняла, что я сделал. Я молча сложил антенну детонатора, убрал его в карман. Снова посмотрел в бинокль, убедился, что всё — никто не выйдет и не спасётся. А потом сказал: — Уходим.