une fois au cinéma

Кевин с детства умел любить. Хотел дарить эту любовь, хотел, чтобы её дарили ему. У него даже получилось в Гнезде, хотя непонятно, насколько вообще возможно любить в Воронах, когда это запрещено. Вообще, Кевин, находясь там, даже не особо понимал, что именно подразумевается под любовью. В Гнезде был Жан. Сейчас он понимает, что тогда это было влюбленностью, а не просто привязанностью. В то же время, он понимает, что вид Джереми тоже всегда вызывал внутри него особый трепет. Кевин наблюдает за Джереми и Жаном всегда: как Нокс улыбается в парке Жану, как Моро заботливо приносит поесть Джереми, когда тот засиживается допоздна за просмотром матчей, как они через раз дарят друг другу цветы или какие-то интересные магнитики, как Джереми отдает свою кофту, когда Жан вновь и вновь мëрзнет от малейшего холода; Кевин видел, как они обнимаются перед тем, как заснуть, и что-то тихо шепчут друг другу. В такие моменты Дэй старается уходить, потому что боится, что его заметят и прервутся, он не хочет мешать, не хочет быть тем, кто нарушит их идиллию и спустит с небес на землю. Джереми и Жан замечали Кевина из раза в раз. Они хотели, чтобы он к ним присоединился в объятия, чтобы пил с ними кофе по утрам еще чаще, чем два раза в неделю. И всё же, Кевин казался им недоступным, слишком занятым экси и учебой, отстранённым, уверенным и думающем, по большей степени, только о себе. Казалось, его ничего не берёт, не пробирает до дрожи в руках, а сердце закрыто на двадцать три ключа, найти которые не дано. Джереми и Жан хотели Кевина. На это принятие ушло около года: никто из них не задумывался о таких отношениях, открытие себя с такой стороны было в новинку для обоих. Первым об этом подумал именно Джереми. Его всегда тянуло к Кевину: когда они сталкивались на матчах, когда давали интервью, гуляли вместе. Хуже стало, когда во время поцелуев с Жаном он хотел поцеловать и Кевина. Джереми паниковал, не зная, что с этим поделать, так как такого раньше никогда не было. Ладно, его до Жана вообще настолько сильно никто не привлекал, к Кевину же он по большей степени всегда испытывал симпатию. Его это очень волновало, потому что им с Жаном начать отношения было и так очень трудно, а теперь он слишком боялся реакции Моро. Ведь, если что-то пойдет не по плану, то Жан может больше ни то что Джереми, так и вообще никому не довериться. Джереми волновался за него и его будущее, он хотел, чтобы у него было все в порядке, именно серьзно в порядке, а не как у Джостена. Нокс остерегается, что тот не так поймёт или того хуже, подумает, что он не нужен Джереми. Для Жана первая мысль проскочила, когда они с Джереми целовались после победы Лисов в матче с Черепахами. Кевин неожиданно начал давать интервью, к чему Жан начал прислушиваться. Он не пытался понять смысл сказанного Дэем, но ему очень нравился тембр его голоса, Жан бы не отказался, если бы Кевин был прямо тут и этим же уставшим и немного осипшим голосом от победных криков давал приказы, или же Моро бы просто стер его самодовольную улыбку своими губами. Кевин был замечательным, прекрасным и недосягаемым, как в Гнезде, так и сейчас, хоть зачастую и был всегда рядом. Жан поборол многие свои страхи с помощью Джереми, Бетси, Лайлы и Каталины, поэтому сейчас он переосмысливает многое, а особенно его симпатию к Кевину со времён Воронов. Все же, как Жан считает, это была взаимная симпатия. Но Кевин не говорил об этом, как будто стараясь забыть, что для Жана казалось странным. Возможно, он считает это одной глупой ошибкой, которую правда хочет забыть. Жан понимал это, но смириться пока что не мог. Он отвлекается, потому что Джереми игриво прикусывает его губу, перетягивая внимание, а Кевин на фоне заканчивает интервью. Джереми не монстр, и считает, что не поделиться чувствами с любимым — бесчеловечно. Нокс излишне волнуется, ладони потеют, а нога под столом трясется, когда Жан в это же время сидит напротив в чересчур расслабленной позе. Его немного напрягает такая непривычная нервозность Джереми. — Эй, Нокс, — говорит Жан и успокаивающе кладет свою руку поверх ладони нападающего. —Джереми. Джереми шумно вздыхает и немного успокаивается, когда начинает смотреть в серые, необычайно красивые глаза Жана. Тем не менее, он чувствует, что прямо сейчас не хватает Кевина. — Ты никогда не думал о том, чтобы встречаться… Ну, не знаю… Втроём? — Джереми отводит взгляд, когда видит непонимание в глазах напротив. Жан скептически выгибает бровь. — Только если мы говорим об одном человеке, — медленно говорит Моро. — Кевине. Нокс смотрит на него так, как никогда раньше не смотрел. Это была смесь вдохновения и озарения, ведь он был так напуган казавшимся ему близким болезненным разрывом отношений с Жаном, что уже перестал думать в лучший исход. Их сложный разговор закончился слишком просто, чего Нокс не мог ожидать ну ни как. Жан касается его ладони и вопросительно выгибает бровь, и Джереми понимает, что до сих пор не ответил Моро, увлеченный своей внутренней радостью. — Да! Да,Кевин, — Джереми говорит запыханно, будто пробежал марафон, улыбается и ёрзает от радости. — Знаешь, мне кажется, он так нам подходит… И вообще… Джереми, кажется готов говорить без умолку о любви к Жану и Кевину, а называть Кевина их оказывается очень приятным занятием. Жан мягко улыбается, разделяя всю восторженность Джереми, которую он выразить словами не может. Джереми затихает и немного потухает, задумчиво кусая губу. Жан склоняет голову. — Как думаешь, он против? — спрашивает Джереми, смотря в глаза Жану. — Думаю, он давно этого ждёт, — Жан хихикает, на что Джереми удивлённо вскидывает брови. — Что?! Почему...? Почему ты мне не сказал раньше?! — хмурится Джереми, когда Жан встаёт, чтобы заварить им кофе. — Я думал, ты в курсе, — легко и беззаботно жмёт плечами Жан, сдерживая улыбку. Джереми ухмыляется. — А, кстати, Лайла говорила, что их ребенку скоро будет месяц, нужно будет… — Их — кому? — Жан перебивает Джереми, пока тот коварно улыбается. — Оу, я думал, ты в курсе, — возвращает Джереми, и они оба смеются. Оставалось рассказать это самому виновнику, что, казалось, было самым трудным во всей ситуации.

🤍

Джереми и Жан решили позвать Кевина в субботу в их любимое кафе, что было немного непривычно, так как они ходят туда только по четвергам. Нокс ушел как обычно делать заказ, прекрасно зная наизусть, кто что любит. Кевин начинает волноваться, когда Джереми и Жан зажимают его между собой. Он не совсем понимал, на кого бы хотел смотреть чаще, ведь и Джереми, и Жан были слишком дороги для него. Он не понимал, как можно в равной степени так любить их обоих, ведь раньше с такими проблемами он не сталкивался. У него в принципе таких проблем не было. Кевин в смятении, когда Джереми смело кладет свою ладонь ему на бедро. Жан же продолжает говорить о каком-то рождественском фильме, который недавно вышел, и Кевин в шоке с того, как они могут вести себя настолько непринужденно, когда он тут уже начинает сходить с ума. — Кев? Не хочешь? — Дэй сосредотачивается, когда его зовёт Моро. — М? — Не хочешь сходить посмотреть этот фильм? — медленно повторяет Жан и заинтересованно смотрит на Кевина, пока тот думает. — Это типа свидание? — неожиданно для себя подмечает Кевин, замечая, как Жан посылает ухмылку Джереми. Все становится еще хуже, потому что Джереми и Жан одновременно целуют его в щеки с двух сторон. Тогда в голове Кевина проскочило осознание, что без них он не сможет.Совсем-совсем. Поэтому, поддавшись искушению, Кевин обречённо падает головой на стол. — Хорошо. Хорошо! Да, я пойду с вами на фильм. На… свидание.

🎄

Кевину всегда трудно удавалось быстро собраться, что не стало исключением и в этот очередной раз. Он даже попросил помочь Ники. Тот предложил остановиться на темно-зеленый свитере, который подчеркивает его глаза, и черных джинсах. Кевин волнуется и вечно думает, что что-то не так,он может лучше. Но время уже истекает, поэтому опять копошится в одежде у него нет времени. Кевин без задней мысли оставляет всю уборку на недовольного Хэммика и бежит в свое такси. В торговом центре Кевина уже ждут рядом с кассой. Жан держит билеты, пока Джереми ждёт от продавщицы третье ведёрко сырного попкорна. В один момент Кевина замечает Жан: он толкает Джереми локтем и кивает в сторону Дэя, улыбаясь. Джереми оборачивается, замечает Кевина и счастливо бежит на него, оставляя обескураженную продавщицу. Жан, конечно, расплачивается с ней и берет ведёрки самостоятельно. — Кевин, ты такой красивый! — говорит воодушевленно Джереми, оглядывая Дэя. — Зелёный явно твой цвет, — подтверждает Жан, хмыкая на то, как скулы Кевина краснеют. — Ладно? Спасибо. Пойдёмте, — Кевин говорит резко, когда смущается, что случается довольно часто только при Джереми и Жане, чем те ужасно довольны. Экран оказывается большим, зрителей, на удивление, не так много, и, в основном, все сидят на первых рядах. Скорее всего, из-за того, что понедельник. Кевин на подсознательном уровне спокойно выдыхает, когда понимает, что они идут не на последний ряд — он бы явно не выдержал. Однако Кевин сидел между Жаном и Джереми, что, казалось, плохо сказывается на его состоянии психического равновесия. Фильм начинается после того, как проходят около десяти минут рекламы. Зрители уже начинают смеяться на первых фразах закадрового голоса, но Кевин не может сосредоточиться, ведь Джереми берет его за руку, которая лежала на подлокотнике, а Жан проводит пальцами вдоль его запястий, из-за чего Кевину кажется, что он тоже возьмёт его за руку, но Жан повел пальцами дальше, кладя широкую ладонь на его коленку. Кевин напрягся. Нет, не из-за страха или чего-то такого. Кевин слегка дрожал из-за некого возбуждения. Следующие двадцать минут проходят в более менее в спокойствие, и Кевин даже начинает понимать суть происходящей картины. Джереми целует Кевина в шею. И Дэй чувствует его ухмылку, но, когда поворачивается, Джереми сидит уже как ни в чем не бывало. Кевина вновь отвлекает Жан, рука которого начала взбираться выше и остановилась на середине бедра, немного уползая внутрь. Кевин сжимает руку Джереми, и тот успокаивающе что-то кратко шепчет. Кевину невыносимо тяжело. Они его мучают. Он уже давно потерял суть повествования фильма, из-за чего откинул голову назад на сидение. Хорошо, что дальше их никто не сидит — их не видно никому. Зал смеется над очередной шуткой главного героя, но Кевину не до смеха, ведь на своей шее он чувствует дыхание Жана, его рука начинает все выше ползти вверх, а Джереми лишь еле слышно хихикает рядом. Кевин сходит с ума. Рука Жана практически достигает его промежности, но останавливается, из-за чего Кевин тихо скулит. Джереми разворачивается корпусом, но его шуршание не привлекает никакого внимания, и целует его, кладя свою вторую руку на правую коленку Кевина, повторяя пытку Жана. Кевин настолько сильно жмурится, что видит перед глазами звездочки. Жан, наконец, отлипает от его шеи, но от этого лучше не становится, так как теперь он еще острее ощущает крепкую хватку обоих парней на своих ногах. Джереми доходит до того же уровня руки, как и Жан, а после тянется к Моро, уводя того в поцелуй прямо перед Кевином. Ему невыносимо. Он хочет смотреть на них постоянно, даже готов потерпеть эти руки на его ногах. Но его надолго не оставляют без внимания, и Джереми убирает руку с ноги с ухмылкой, а после залезает ею под футболку, начиная с мягких прикосновений к ключицам и уходя все ниже. Кевин открывает рот в немом стоне, когда Джереми доходит до низа живота. Кевин чувствует тяжесть и как вся кровь уходит от мозга. Господи, если они не прекратят, то его голова станет синей и он умрет. Но Кевин не хочет, чтобы они прекращали, поэтому готов умереть. Но Кевин не умирает (он еще не понял, насколько это хорошо), после чего чувствует, что и Жан, и Джереми прислоняются к его шее. Моро мокро целует его шею, но не оставляет следов, когда Нокс продолжает ухмыляться и кратко целовать его шею, вызывая разные ощущения, из-за которых Кевину очень хорошо. Джереми добирается до его уха, пока Жан идет к ключицам, отодвигая кофту Кевина и видимо хотя оставить там отметины. — Ты такой хороший, Кеви, — шепчет Джереми, — тебе нравится? Кевин дрожит от того, как ласково называет его Джереми, и судорожно кивает. — Да-да, — отрывисто произносит Дэй. Кевин чувствует, где именно Жан оставляет отметины, которые сразу попадут в статьи, но ему совершенно все равно на это. — Тебе идёт, — говорит Джереми, проводя пальцем по укусам Жана. Кевина трясет от того, насколько ему хорошо. — Мне кажется, ему вообще идёт все, — хихикает Жан, лукаво переводя взгляд с Кевина на Джереми. Моро тянется к Ноксу и оставляет на его шее похожий укус. У Кевина на них фетиш. Джереми поворачивается к нему, и его глаза счастливо блестят. Его губы расплываются в хитрой ухмылке перед тем, как наклонится к уху Кевина. — Оставишь Жану тоже засос? Кевин не может ему отказать, поэтому тянется к Жану, который удивлённо косится на Джереми, но явно не сопротивляется. Дэй долго выцеловывает шею Жана, пока тот не начинает тихо скулить, из-за чего Кевина оттягивает Джереми, чтобы на их звуки не начали оборачиваться в зале. Когда Кевин понимает это — густо краснеет, но проходит быстро, потому что он тут же отвлекается на ощущение губ Джереми на своих, пока Жан приходит в себя. Кевина оставляют в покое буквально за несколько секунд до того, как фильм закончился, чему свидетельствовала веселая музыка во время титров и включающийся свет, ослепляющий глаза. Зрители выходят из зала, бурно обсуждая концовку. Жан и Джереми, как ни в чем не бывало, убирают руки с ног Кевина и начинают собираться, накидывая на себя куртки. Кевин сидит с широко открытыми глазами, осознавая произошедшее, пока Жан и Джереми переглядываются, сдерживая улыбки, что получается довольно плохо. — Кев, ты идёшь? — обеспокоенно спрашивает Джереми, но хитрые глаза выдают его полностью. Кевин кивает и встаёт на не совсем твердые ноги. Его руки неуклюже берут куртку, Жан надевает на него шапку сзади. Джереми прихватывает полупустые стаканы из-под попкорна. — Пошли, Кеви, — говорит Жан, взяв за руку Дэя, и пошел вслед за Джереми.